IZM – баннер

Shop.castalia баннер

Что такое Касталия?

     
«Касталия»
                – просветительский клуб и магазин книг. Мы переводим и издаём уникальные материалы в таких областях как: глубинная психология, юнгианство, оккультизм, таро, символизм в искусстве и культуре. Выпускаем видео лекции, проводим семинары. Подробнее...
Воскресенье, 28 июня 2009 01:02

Станислав Клоссовский Золотая игра "Введение"

Станислав Клоссовский

Золотая игра "Введение"

Предисловие

Эта книга представляет собой всестороннюю подборку превосходно выгравированных Алхимических Эмблем XVII столетия, которые здесь впервые собраны вместе.

Весь воспроизведенный материал взят из работ, сохраненных в исследовательских библиотеках, эти работы долгое время находились вне досягаемости неспециалистов, в то время как редкие репринты или другие, более известные названия почти без исключения либо не были опубликованы, либо публиковались в неудовлетворительном качестве. Были времена, когда даже специалист не мог до конца разобраться в них. Ведь, например, ни одного сочинения Гуссена Вас Врисвика не было найдено в Национальной Библиотеке в Париже. В результате мы видим серьезный пробел, и эта работа ставит приятную и полезную цель заполнить его.

Я обязан многим людям за их помощь и поддержку в течение многих лет этой работы. Некоторые из них не могут быть названы, но несмотря на это, я должен заверить их всех в моей огромной признательности.

В первую очередь, мне бы хотелось поблагодарить моего редактора, мистера Девида Бритта, за годы сотрудничества, терпения и понимания, которое выходило за рамки должностных обязанностей. Долгое время он мужественно продирался сквозь лабиринт материалов, среди которых слишком часто попадались «трудные и недоступные».

Мне бы хотелось поблагодарить штат Британской библиотеки: Мистера СД, Блокхуса, главу Департамента библиографической информации документов Лейденской университетской библиотеки, за предоставление ценнейшей информации о Гуссене Ван Врисвике. Мистера Марка Сурсока, за предоставление оригинала работы Генрика Кунрата «Амфитеатр Вечной мудрости», которую он благородно позволил нам скопировать. Я очень признателен Мистеру Бернарду Ренауду де ла Фаврие за то, что он показал мне статьи, содержащие трактаты Библиотеки Философской Герметики в Амстердаме, где я был принят с исключительной добротой Доктором Ф.А. Дженсеном, превосходно эрудированным куратором, а также ее хозяином мистером Дж.Р. Ритманом, просвещенным современным меценатом. Я очень благодарен мисс Патрисии Тэил за любезно предоставленный перевод 160 девизов, окружающих "Печати Философов" в трактате Иоганна Даниэли Милиуса "Медико-химический опус»

Также я должен поблагодарить мисс Венецию Спайсер, Мисс Анну Андре, Мисс Патрицию Бровер и мисс Ширин аль-Хайдери за их бесценную помощь, ободрение и тактичную поддержку, без которой я не смог бы закончить эту работу так быстро.

Введение

На протяжении бурного XVII столетия было опубликовано небывалое количество алхимических работ. Многие из них содержат гравюры, чья задача существенно выходит за пределы иллюстративной и декорационной функции. Эти так называемые «Иероглифические фигуры» и «Герметические эмблемы» составляют независимый изобразительный язык, который, безмолвно, но не без красноречия передает тайны алхимии жаждущим знаний «Сынам Искусства», как называли Алхимиков их ученики, единственные, кому они могли открыться. Вот эти двойные смыслы, естественные аналогии и герметические интерпретации классической мифологии я и назвал «Золотой игрой»

Для того чтобы найти источник Алхимии, мы должны обратиться к Египту, который был для всех алхимиков мифической родиной их искусства, родиной легендарного отца алхимии Гермеса Трисмегиста. Алхимики верили в то, что Боги открывают свою мудрость в видениях древних мудрецов, которые впоследствии передавали её посредством таинственных картин, которые они называли Иероглифами – Священными Знаками.

Для древних греков бессмертная цивилизация Египта всегда оставалась источником удивления и восторга. Ибо фундаментальны были различия в их мышлении, о которых говорил Геродот, отмечая, что Египтяне создавали себе обычаи и законы, не похожие на другие, так что даже греки не смогли понять их. Вот почему, как указывает современный исследователь Иверсен, они вынуждены были выразить египетские концепции религиозных и философских проблем на своем собственном языке, и это привело к появлению интерпретаций, основанных уже на не египетских воззрениях.

Отношение греков к египетскому мистическому материалу и демонстрирует понимание ими Египта. В Платоновской и Пост Сократовой философии египетские мифы всегда понимались в том же ключе, как и греческие мифы. Это значит, что родство между мифами и реальностью понималось посредством символических и аллегорических форм. Но основой для этого символического родства была фундаментальная ошибка в интерпретации Египетской мысли, заменяющая мифическую истину Египтян, их нерушимую магическую идентификацию мифа и реальности весьма не египетской интерпретацией, созданной греческой философией и поэзией.

Но ничто лучше не иллюстрирует странное культурное родство между Египтом и Грецией, и нигде больше фатальные последствия греческой символической интерпретации египетских фактов не были столь очевидны, как в греческой концепции иероглифического письма и в последующем развитии так называемой иероглифической традиции.

Продолжительный интерес греков к египетским иероглифам на самом деле является результатом ошибки. Неправильно поняв их таинственные и фрагментарные записи, греки пришли к тому, что Иероглифы не имеют отношения к обычному языку, но были пиктографическими и аллегорическими выражения сакральных знаний. Плотин (204—270) предложил окончательную формулировку этой идеи:

«Как мне кажется, мудрецы Египта в своем устремлении к философскому осмыслению, будь то в точных знаниях, или в в естественной интуитивности, оставили в стороне письменные формы, где слова разделены на буквы и составлены в предложения – те символы, что представляют звуки и передают смыслы – и рисовали вместо них рисунки, гравируя их в храмах. Каждое отдельное изображение представляло отдельный предмет: так они демонстрировали отсутствие беспорядка в интеллектуальной области».

Для каждой манифестации знания и мудрости имеется отдельный образ, вещь в себе, настоящее единство, вместо множества беспорядочных рассуждений отдельных друг от друга.

В комментариях добавленных к Латинскому переводу Плотина в 1492 году, Марселио Фичино (143 3—99) отмечает:

Наше представление «времени» сложно и изменчиво. Например, мы говорим: «время идет быстро», «время вращается и заканчивается, где началось», «время учит благоразумию» или «время дает и отбирает». Все эти мысли, Египтяне выражали, рисуя Крылатую змею с хвостом во рту. Есть и множество других подобных изображений, описанных Гором.

Под Гором Фичино подразумевал Гора-Аполлона или Хораполона, Автора «Иероглифики», которая, предположительно, была греческим переводом, египетской работы и была найдена в 1419 флорентийским монахом Христофором Буонделмонти на греческом острове Андросе. Приобретенный Буонделмонти при помощи Косимо Де Медичи, этот манускрипт Иеролифики, в конечном счете, достиг Флоренции в 1422 году, где стал настоящей сенсацией. Ибо наконец-то была найдена работа, раскрывающая сокрытые значения таинственных египетских иероглифов. Этот текст, несмотря на множество его недостатков, получил самое широкое распространение и страстно комментировался. Именно этот текст ответственен за распространенный в эпоху Ренессанс взгляд на Иероглифы.

Манускрипт начинается с введения, в котором утверждается что работа была написана в Египте Хораполоном Нилопольским и потом переведена на греческий Филлипом. Хотя ни автор, ни переводчик не мог быть точно идентифицирован, появление данного переиздания указывает на то, что оригинал мог быть предположительно написан в IV или V столетии нашего времени – греческий текст не мог появиться позже.

vvedemie01

Албрехт Дюрер Для Виллибалд Перевод Хораполона.

Иероглифика состояла из двух книг: первая была поделена на 70 глав, а вторая на 119 глав, каждая была посвящена отдельному иероглифу. Комментарии, которые излагали аллегорическое родство между иероглифами и значениями, представляли собой странный коктейль фантазий, смешанных с обрывками удивительных фактов. Что более прискорбно, так это то, что источники, на которые опирался автор, так и не были обнаружены. Для того чтобы показать, что Хораполон находился в связи с Истинной иероглифической традицией и что он получил знание системы, что была еще жива, из первых рук, даже не смотря на то, что его подход к ней был далеко не совершенен, Иверсен приходит к заключению:

Если вы ничего не смыслите в принципах иерографического письма, спросите современного египтолога о различных знаках и иероглифах, попросите его просто указать их основные и явные характеристики, и его общее впечатление об их природе будет очень близко к тому, что демонстрировал Хораполон.

Оригинал «Иероглифики» был отпечатан Алдусом в 1505, однако в течение XIV столетию ее копировали множество раз. Переведенная на Латынь, Французский, Итальянский и немецкий, она была опубликована на каждом языке более чем 12 раз в течении одного только XVI века. Наиболее интересной копией-манускриптом «Иероглифики» был латинский перевод, выполненный Нюрбергским гуманистом Вилибалдом Пиркеймером, по просьбе Императора Максимилияна Первого. Данный экземпляр был преподнесен ему в Линце в 1515. Иллюстрировал его Албрехт Дюрер, друг Пиркеймера. Манускрипт был вновь обнаружен Австрийским историком искусства Карлом Гихловым в Венской библиотеке в конце прошлого столетия. Таким образом, Гихлов смог раз и навсегда разрешить «иероглифическую тайну» картины Дюрера, известной под названием «Арка Славы Императора Максимилиана I» или Ehrenpforte (1515), которая является самой большой из когда-либо созданных гравировок по дереву, размером 11,5 на 9,5 футов. На самом верху этой горы находится фреска, написанная Дюрером, о которой Стабиус, каллиграф Максимилиана, отзывался как о «тайне святого египетского письма». На ней изображен Императора, возведенный на престол, и окруженный символами, тщательно подобранными из иллюстраций к Хораполону. Послушавшись Е.Х. Виттковера, я обращусь к переводу с немецкого, выполненного Эрвином Пнофским с немецкого, на котором написан вариант Стабиуса и латыни Пиркхеймера, которые позволяют нам расшифровать образы.

На картине изображен сам Император Максимилиан. Принц – это пес, которого касается шаль, что падает со звезды, что над короной императора, и обозначает великое благочестие. Он том, что император могущественен и мужественен свидетельствует лев, освященный нерушимой и вечной славой Василиска, что вознесен над Короной императора. Последний происходит от древней родовой линии, о чем свидетельствует связка папирусов на которых он восседает. Он ведет свой род от римских императоров, и об этом говорят орлы, вышитые на одеянии славы. Он окружен дарами природы и владееет искусством и наукой [роса, падающая с небес], повелевает наибольшей части земного шара [змея, обвивающая скипетр], воинственен, тот кому дано разделять (бык), одерживает впечатляющие победы (сокол на державном шаре) над всеми могущественными королями, здесь представленными (например, петух на змее символизирует короля Франции) и, таким образом, защитивший себя (цапля, поднимающаяся у его ног) от уловок его врагов, что считалось большинством людей невозможным (ступни идущие через воды).

vvedemie02

(Император Максимилиан. Фрагмент из композиции Гравюры Триумфальной Арки Максимилиана. Альбрехт Дюрер 1515)

Метод Гораполона был с восторгом принят гуманистами, потому что он обеспечивал их символами, имитирующими Египтян, выражающими тонкость символических картин, которые могут быть поняты только посредством пристального изучения. Эта традиция сохраняла свое влияние в течении четырех столетий и, хотя она находится в прямом противоречии с правильным пониманием египетских иероглифов, она ценна тем, что вдохновила множество творческих умов, создавших свои собственные "иероглифы".

Эмблемы и их издатели

Первая литературная работа, содержащая иллюстрации, которые, очевидно, несут влияние Хораполона, была Гипнеэротомахия Полифила, написанная в 1467 году доминиканским монахом братом Франческо Колонна. (17) Первое издание, отпечатанное и изданное в Венеции Алдусом в 1499 году, является шедевром полиграфии, украшенным 192 гравюрами, которые чрезвычайно способствовали её успеху. Следующее переиздание было сделано на станке Алдайна в 1545, и книга была свободно переведена на Французский.

vvedemie03

Сейчас называемая Le Songe de Poliphile, эта книга была хорошо признана во Франции, где Джекус Кервер публиковал её трижды (1546, 1553 и 1561). В 1600 году Франкос Бероалде Де Вервиле сделал улучшенный перевод под следующим заголовком: «Картины богатых открытий, словно покрытые вуалью прекрасные любовницы, которые появляются во Сне Полифилии высветляют тени сна и открываются Бероалде». (Le Tableau des riches inventions couvertes du voile desjeintes amoureuses, qui sont represents dans le Songe de Poliphile desvoilees des ombres du songe et subtilement exposees par Beroalde.)

Введение к этой книге посвящено «прекрасным духам, которые с истинным удовольствием остановят свой взгляд на этом совершенном деянии». Здесь Бероальде восхваляет автора книги, унаследовавшего свою манеру письма у древних, сокрывших покрывалом точных и приятных изображений множество философских истин, что привлекают сердца людей, чтобы либо очаровать своей внешней стороной, либо подвигнуть на поиск внутренней красоты, чтобы насладиться ею, так удовлетворяя и устремления профанов, и тех, кто ищет совершенства. Таким образом, совершенная любовь есть благо, справедливое и страстное желание, которое идет навстречу Великолепию. Полифилус останавливается на различных видах любви, тогда как ничто так не возвышает дух, как любовные мысли о столь благодарном предмете.

Модная книга XVI в. «Эмбкмата» «Embkmata» на самом деле была «Иероглификой», напрямую вдохновленной Горапполоном. Аллегорические образы, сопровождаемые несколькими таинственными нитями прозы и стихов, эмблемы, представляющие для изучения определенный вид пиктографических загадок, содержащих решение нравственной природы (20) Эмблемы, которые могут легко скрывать больше одного значения, были идеальными средствами для тайной передачи эзотерической информации, и с той целью и были использованы алхимиками, как мы увидим ниже.

Книга Андреа Алкиати «Emblematum liber» (книгой Эмблем), законченная в 1521 году и опубликованная в 1531 году в Аустбурге Генриком Стейнером, положила начало бесконечному ряду эмблематических книг но опубликованной (21). Эта работа была переиздана не менее чем 130 раз, между 1532 и 1781. Мода, принесенная во Францию, публикацией «Театр орудий» (Le Theatre des boms engins) Гуилауме де Ла Перрира (Париж 1539) и «Гекатография» (Hecatomgraphie) Гилусма Горозела (1549). В Базеле в 1556 появилась «Иероглифика» (Hieroglyphica) Пиетрио Валериана(22), главную работу из которой Цезаре Рипа ввел в свою знаменитую «Лконологию» (lconologia), опубликованную в 1593 году. Lconologia – это справочник, написанный на итальянском, воплощал абстракции в осязаемой форме. Эта книга стала библией для граверов. Первой английской эмблематической книгой стала работа «Выбор эмблем» Джеффри Уитни, что была отпечатана в Лейдене в 1586 году.

vvedemie05

vvedemie06

Иероглиф Справедливости из «Хродифики» (Hkrogiyphica) Пиерио Валериано. Базель,1556

vvedemie07

Иероглифическая и графическая традиция эмблем развивалась немногими преданными издателями в XVII веке, во времена расцвета герметических публикаций, которые представлены в этой книге. Данная тенденция во многом обязана семье печатников Де Брай. Теодор де Брай, выгравировал и опубликовал в 1593 году во Франфурте «Эмблематика Жан-Жака Буссарда» (Emblemata of Jean--Jacques Boissard),(23) которую Алхимик Михаэль Майер, должно быть, внимательно изучил. В сотрудничестве со своими сыновьями Иоганном Теодором и Иоганном Израэлем, Теодор де Брай составил и выгравировал две книги, посвященные эмблемам: «Благородные эмблемы» Emblemata nobilitati (Франкфурд 1593) и «Церковные эмблемы» Emblemata secularia (Франкфурд 1596). Эта семья продолжила публиковать самые важные алхимические книги первую четверть XVII столетья.

Де Брай были протестантами из Льежа. Они переехали во Франкфурт через некоторое время после 1581 года, когда Льеж попал под католическую тиранию. Теодор де Брай (25), знаменитый своими гравюрами даже в Америке, часто публиковался и много раз путешествовал в Англию, где он создал заметную книгу «Похоронная процессия по сэру Филиппу Сидни» Funeral Procession of Sir Philip Sidney.26

Когда в 1598 году он умер, его сыновья продолжили его дело. В 1610 Иоганн Теодор де Брай с помощью зятя, швейцарского художника и гравера Матиаса Мериана, открыл другую ветвь семейного бизнеса близ Опенхайма в Верхнем Дворце. (28). В Опенхайме среди множества книг была опубликована «Убегающая Аталанта» Михаэля Майера и ключевые работы английского эзотерического философа Роберта Фладда. Следующие строки свидетельствуют о высочайшей эффективности и качестве работы фирмы де Брай:

«Наши отечественные печатники потребовали с меня пять сотен фунтов, чтобы отпечатать первый том и найти порезы на меди, тогда как за морями его печать не стоила мне ничего, как я и хотел. Мне прислали 16 копий и неожиданные 40 фунтов золотом в качестве благодарности за эту книгу.

vvedemie07

Иоганн Израэль де Брай женился в 1607 на овдовевшей матери Лукаса Дженниса. О Дженнисе, который впоследствии стал крупнейшим издателем алхимических работ своего времени, известно слишком мало, кроме того, что он тоже был членом семьи Де Брай. Он взяя на себя груз своей плодотворной карьеры издателя приблизительно в 1616 и, подобно его дяде, вступил в полное владение издательством в Опенхайме, а затем и во Франфурте. Оба издателя в конце концов оставили Опенхайм и переехали в более безопасный Франфурт как раз перед вторжением армии Спинолы летом 1620, когда неподготовленный к атаке город сдался 6 сентября того же года. В 1623 году Йоганн Теодор де Брай умер во Франкфурте. У него не было сыновей, и с тех пор, как в 1611 его младший брат Иоганн Израэль умер, он завещал своему зятю Мэтью Мериану в наследство руководство фирмой «Де Брай», которая была существовала к тому времени уже в течении 103 лет. Как мы видим по выгравированной титульной странице книги «Герметический Музей» Musaeum hermetikum (1625), Лукас Дженнис все еще мог участвовать в деле Мериана. Похоже, что издательская карьера Дженниса закончилась около 1642 г., и хотя после того, как он скончался, было опубликовано бесчисленное множество алхимических книг, в XVII веке не было более влиятельного издателя, чем он и Иоганн Теодор де Брай.

vvedemie09

Венера обманывает и оказывается обманутой. Она лежит в тени в ожидании. «Я был и не бы искусство твое да пребудет». Эмблема из Embhma nohilitati et vulgo scitu Теодора Де Брай, Фракнфурд 1593.

vvedemie10

Символика мифологии и алхимии

Интерпретация иероглифов Хораполона, содействует предвечной традиции, которая охватывает все религии, мифы и образы как особый аллегорический покров. Это один из множества потерянных греческих трактатов об иероглифах, по которому учился Нерон. Чиремон упоминается в 12том веке грамматиком Джоном, Зетзесом, в его комментариях к Илиаде, для того, чтобы доказать, что Гомер использовал тот же самый метод и что он. Он же научился этому методу через изучение Иероглифов.

Оказывается, Идеи Тзетеза были известны Петрусу Бонуму Феррарскому, который в 1330 году издал знаменитый алхимический трактат, известный как Pretiosa margarita novella, в котором он обосновывает, что истинной целью Гомера, Виргилия и Овидия было не что иное, как передача алхимических Тайн.

Таинственным образом, в этих историях и сюжетах, переплетается обилие словесных узоров, намекающих на их главную и сокрытую субстанцию, поэтому их тайная субстанция могла раскрыть себя только тому кто имеет разум. Ибо, как уже было установлено нами, эта наука, при всем, что могло быть сделано, или сказано, остается великой тайной. Но некторые люди обнаруживают только внешнюю, заявляющую о себе сторону тайной субстанции, с её художественными, приукрашенными и вводящими в заблуждения словами. Многие даже низводят эту науку до якобы аллегорического выражения человеческой этики. Однако они игнорируют главную, сокрытую и истинную материю. Они лицемерно юродствуют, играя именами поэтов, даже при том, что им тем не менее всегда пренадлежит определенный вид сокрытой правды, которая является основанием для разума поэта, и мудрости, которую можно получить извлекая на свет эту сокрытую истину поэзии.

На самом деле, он не может ни придумать, ни выдумать, но достаточно последней мелочи, и воистину за каждым стихотворением и каждым рисунком откроется множество смыслов и значений. Вот почему, так сладостно открыть эти сокрытые истины в Историях и Сюжетах, и во всех подобных темах, связанных с богами.

Публикация двух Итальянских диалогов La espositione de Geber Philosopho и II legno della vita, by Giovanni Bracesco da Iorci Novi была осуществлена в Венеции в 1544 (34) имела успех и, вероятно, именно это вдохновило первую публикацию the Pretiosa margarita novella во множестве перефразированных и адаптированных форм, которые сохранились в манускриптах, следующих двух веков.

Брэкеско, посредством голоса Гебера, беседующий с Демогоргоном, завершает разговор, говоря следующее: «Древние сокрыли вышеупомянутые явления под вуалью поэтических образов».

Согласно источникам, с которыми полемизирует Демогогон, вымыслы поэтов пропитаны моральной подоплекой. Гебер допускает, что эта Идея, о которой он говорит, отстаивается людьми совершенно невежественными в алхимии и поэтому неспособными постичь истину, которая была целью Древних. Цитируя Алберта Магнуса («Минералы» - Книга первая, глава четвертая), где тот в свою очередь цитирует Эмпидокла, Гебер пытается объяснить миф о Девекалионе и Пирре в алхимических терминах. Остающийся при своем мнении Демогоргон, отрицает, что Алберт понимал его слова, процитированные в данном контексте. Гебер игнорирует это и продолжает свои доказательства, но Демогоргон находит , что комментарии эти «более непонятны чем текст сам по себе».

Не отступая, Гебер объясняет миф о Юпитере и Ганимеде и Дедале и Икаре, а затем объясняет взаимную страсть Венеры и Марса. Демогорген, по этому поводу иронизирует: «Я убежден что это одна из тех вещей, которую понимаете только вы». Невозмутимый Гебер, продолжает с протяженной и сведующей в алхимией тонкостью – обоворожительные описания греческих мифов один за другим. Демогорген колеблется – он восклицает что восхищен оригинальными Интерпретациями, но в том, что древние подразумевали эти смыслы.

На это Гебер отвечает: «Когда, однажды, вы увидите практику этого искусства, и таким образом одного из наших сыновей, затем вы узнаете истину. И если вы не согласитесь с мнением древних мудрецов, которые, как я сказал тебе, знали, что в одном металле содержатся все металлы, вы не сможете отрицать истинный смысл и истинное намерение, что хотели передать поэты античности в своих поэтических сказаниях, с тех пор как они нашли тайный путь к пониманию этой науки. Мудрые же говорили, что эти поэтические сказания, суть сокрытые древними Секреты Естества.

Он ссылается на все больше примеров, пока, наконец, Демогорген не капитулирует и решает с помощью наставлений Гебера искать истинную суть во всех поэтических вымыслах. Ближе к концу этой работы, Гербер декларирует:

Древние сокрыли тайны естества не только в писаниях, но и в различных изображениях, символах, числах, чудовищах и животных различным образом изображенных и видоизмененных. Внутри своих дворцов и храмов, они рисовали эти поэтичные сказания, бланеты и небесные знамения света, с множеством других знаков чудовищ и животных. Все это не может быть постигнуто тем, кто не знает ключей к Тайнам.

Таким образом, Алхимики пришли к тому, чтобы включить все классические мифы, все древние сказания и все возможные аллегорические изображения, эмблемы, символы или «иероглифы» в совокупную систему множества соответствий представляющих собой грозный первоначальный вызов для каждого, кто стремиться стать Сыном Гермеса.

Глобальное исследование этой системы было проделано Михаэлем Майером в его трактате «Тайное тайных», изданного в 1614 году (36). Первый трактат, всецело посвящен герметической интерпретации Греко-египетской мифологии. В восемнадцатом веке его полный текст был скопирован, расширен и изложен Бенедиктианским ученым Дом Антони Джозефом Пернети, чья работа Les Fables Egyptiennes et Grecques devoilies et reduites principe avec une Explication des Hieroglyphes et de la Guerre de Troye впервые появилась в Париже в 1786 году. А полезная работа Dictionnaire mytho'hermetique появилась в следующем году. Все традиционные герметические убеждения о Иероглифах и мифологии сохранены и изложены в этих серьезных книгах. Как говорит Пернетти в Dictionnaire mytho-'hermetique:

«Если мы хотим понять философов, нам следует понять древних египтян и греков, и тот факт, что их сказания посвящены Великой работе. Это соответствует их мировоззрению, которое я объяснил в «Трактате», и представил для публикации под заголовком Les Fables Egyptietmes et Grecques devoilks. Некоторые философы, используют этот немой язык и изучают науку непосредственно глазам разума. Они показали символы и иероглифов, необходимые для Делания, так же, как и рассказали об их приготовлении и открыли значения знаков и цветов, в которые окрашивается Материя, становясь действием, потому что это соответствует тем знакам, по которым Адепт узнает, правильно ли он провел операцию.

Несколько философов прибавляют к этому рассуждения относительно этих иероглифов, но их объяснения всегда также сложны для понимания, как и сами символы, а зачастую и сложнее. Таковы комментарии Николы Фламеля, Сениора, Василия Валентина, Михаэля Майера. Хотя позже Д’Эспагнет говорит что эти объяснения схожи с особым видом очков, которые достаточно раскрывают истину, которую сокрыли Философы.

Майер, подчеркивает множество сложностей в его «Убегающей Атланте» (1617)

Множество авторов в своих текстах, утверждают, что искатели, узнав Истину относительно Цели Искусства, приходят в отчаяние и затем скрывают её. На самом деле Аллегорические обсуждения сам по себе сложны для понимания и поэтому они являются причиной множества ошибок.

Существует множество увлекательных и познавательных работ, в которых исследуется критическая и историческая проблема алхимии, но к несчастью большинство из авторов сами оказываются неспособны правильно интерпретировать завуалированный язык мудрых. Так как точная эзотерическая природа Искусства Гермеса препятствуют его распространение путем концептуального значения исследования. Поэтому алхимические поиски разных исследователей должны быть соединены, дабы восстановить эту Тайную Теорию, которая скрыта внутри специально усложненного текста и «загадочных иероглифических изображений».

Несколько герметических философов создали метод старательного поиска. Этот метод может быть использован в качестве Королевской Нити Ариадны для того чтобы найти единственный путь через лабиринт неизвестности в алхимической литературе. Согласно данному методу следует выбирать лучшие книги, читая и перечитывая их, внимательно сравнивая места, где они согласны друг с другом, для того чтобы обнаружить истину. Также ищите отличия в них, и вас ждет множество. Будьте особенно внимательны в те моменты, когда кажется, что все в них предельно понятно. Таким образом, понемногу образы истины начнут появляться подобно тому как становятся видимы водяные знаки на бумаге, помещенной на свет.

Все, кто серьезно интересуется алхимией, должны терпеливо следовать этому суровому испытанию, которое на самом деле суть посвящение. Нет легких путей. Лично я больше года проходил свои уроки через горький опыт, который, впрочем, в этом деле никогда не бывает ни легким, ни безопасным. Ибо уроки древних Путей могут быть подлинно поняты только посредством опыта. Все кроме этого опыта – чистая спекуляция, суета и тщета. На самом деле, теория должна подготавливать базу для практики, но практика в свою очередь, должна проверять теорию. Ибо, сколько бы это не оспаривали, не может быть алхимии без лабораторной работы, точно так же как рыбы не может быть без воды.

В этой связи, можно провести заметные аналогии с китайской философией. Мы знаем, что имеет место глубокое влияние Даосизма на Китайскую алхимию, от которой она воистину неотедима и её корны глубоко переплетены с системой Ву (течение, которое Дэозеф Нидъем в своей книге «Наука и цивилизация Китая» называл «Примитивный шаманизм китайского общества»). Алхимия неотделима от идей этих китайских философов, которые издревле верили, что изучении природы более важно для человека чем управление человеческим обществом, на котором так концентрировалось конфуцианство, и что моральное совершенство человека зависит гораздо больше от его интеграции с естественной вселенной, нежели от его социальной реализации среди других людей. В основе древнего даосизма находился алхимический элемент ибо и Маги и Философы, как прорицатели, так и мыслители о космосе были согласны, что человеком может достичь важный и полезный результат.

Не следует забывать, что Философский камень, неуловимая цель алхимического поиска, имеет как материальную, так и духовную природу. Процесс его получения, в полной мере суммируется в герметической аксиоме «Растворяй и сгущай», что заключает в себе идею, что стадия растворения сменяется стадией кристаллизации, тайной субстанции философов, называемой «Материя прима» или «Камень философов».

Разложение и последующее возвышение избранной субстанции, наделяет её определенным магическим качеством. Затем, она может быть способна получить и сохранить в себе небесную флуктуацию, которая появляется на краткий миг весной и одаривает её необыкновенными качествами. Таким образом, одухотворение материи предшествует материализации духа и Камень Философов становится Философским Камнем – крайне ценимой и желаемой Субстанцией действующей самым необыкновенным образом.

Философский камень – это истинная универсальная Квинтессенция, способная трансформировать все металлы в золото. Так же он называется Универсальное лекарство или Панацея, так как снимает многие причины болезней и возвращает молодость, даруя телу жизнь, гораздо более долгую, чем обычно. «Это Бальзам Природы, исцеляющий все болезни со скоростью ветра, - пишет Филалет.

«И конечно же, - пишет Элиас Эшмол , - он дается тому, кто изучил все Радости Природы, тому, кто может делать золото или серебро или становится субстанцией. Это как если бы он увидел Небеса Обетованные с Ангелами и Богом восходящими и нисходящими и свое собственное имя в Книге жизни. (40)

Франкос Бероалде Де Вервил.

Королевское путешествие 1610 г.

Гравер Леонард Гаултиер, родился в Майнзе в 1561 году. Он прибыл в Париж еще будучи совсем юным и быстро достиг славы искусной работой по меди, в которой он с успехом достиг мастерства. Он был гравером трех последующих королей – Гениха Третьего, Генриха Четвертого и Людовика Тринадцатого, для которого он выгравировал множество портретов. Так же он известен своими портретами Марии Медичи и других великих правителей королевства. Он умер в Париже в 1641 году.

1) «Гравюра о многочисленных изобретениях». Орел – это символ «философского Меркурия» летучего принципа, связывающего небеса и землю. Лев это Сульфур – принцип фиксации. Его четыре обрубленные лапы являются индикатором подготовки двойной операции, которая сводится к базовой алхимической аксиоме «Растворяй и сгущай», то есть растворяй фиксированное и сгущай летучее. Этот первый конфликт является тем же самым, что война между двумя взаимодополняющими антагонистами – крылатым и бескрылым драконом. Финальной гармонизацией их смертельной битвы является то, что их хвосты плотно сцеплены. Горящее дерево, является эквивалентом Феникса. Оно рассказывает о самоубийстве природы в процессе алхимического Делания.

Центральный медальон показывает действие огня на семя металлов, которые и определяют степень их совершенства. Ближе к самому центру находится «металлическая земля», именуемая философами «Наш камень», сочетающий Сульфур и Меркурий. Из этого Философского Меркурия делается выжимка, из которой и прорастают споры Древа Жизни, которые также являются насестом для Орла, который соответствует Фениксу, держащему в своих когтях Рог Амальтеи, рог изобилия и атрибут Философского Камня.

Феникс изображается как орел с красными и золотыми перьями. Согласно рассказам Геродота, раз в 500 лет, он прилетает из своего дома в Аравии в египетский город Гелиополь. Он сносит яйцо мирра, настолько большое, на которое он только способен. Это яйцо он опустошает и помещает туда своего отца, герметически изолируя его. Яйцо чудесным образом, начинает весить столько же сколько и раньше. Так как его жизнь приближалась к завершению, он строит для себя гнездо в Аравии, где он передает силу следующему поколению, так что после его смерти поднимется новый феникс. Как только последний вылупится в свою очередь направляется в Гелиополь, где сжигает и хоронит тело отца в храме Гелия. Следующий параграф описывает, как Феникс, достигнув зрелого возраста сжигает сам себя на погребальном костре. Затем из его мертвого тела вылазит червь, которого жар солнца превращает в нового Феникса. Этот Феникс снова повторяет эту историю, которую герметические философы заимствовали из «Метаморфоз» Овидия. Через пятьсот лет Феникс восходит на погребальный костер, в котором горят благовония и умирает. Из пепла он снова возрождается, упаковывает остатки старой кожи в мироносицу и несет ее в Гелиополь.

Патриарх держащий Луну в зубах с открытой книгой в его руке и солнцем около его стоп, это другой символ Диссолюции и Фиксации. Пылающий дракон над ним – это сырая материя, плывущая через воды трансформации. Пень – это «смерть» металлической субстанции, которая, быть может, восстановится посредством растворения в водах фонтана вечной юности (воды жизни извлекаются из примитивной субстанции). Песочные часы указывают на то, что на завершение процесса требуется время и терпения в герметическом смысле. Ветви мирта растут во все стороны, символизируя то, что начало и конец всех вещей – это любовь. Об этом мы узнаем из примечаний автора этого трактата, Бероальда.

2) Книга «Le Voyage des princes jortunez» состоит из аллегорических рассказов. В ней 800 страниц текста, полного алхимических аллюзий. «Стенография – это искусство ясно запечатлевать идеи на бумаги. Эти идеи легко постичь, но за видимой грубой простотой изображений скрывается такой смысл, о котором неискушенный исследователь может даже не подозревает. Например, если на такой гравюре изображен определенный портрет или пейзаж, зачастую в нем заложено какое-то еще изображение, которое видно только под определенным углом. По такому же принципу написаны и тексты. Автор может рассуждать на вполне обычную тему, за которой подразумевается нечто совсем иное, что можно понять, только взглянув на это с другой точки зрения. Этот скрытый смысл содержится в таких текстах в изобилии и открывает невидимое на первый взгляд великолепие.

На обложке соединение противоположных принципов показано в виде королевского объятия вызванного Солнечным Совершенством Философского камня. Возгонка Фиксированного в Диссолюции показана в виде мертвого солдата, что находится между Королем и крылатым драконом. (Тот факт, что Король обнажен, означает первичное очищение Материи). Результатом схватки является смерть, которая еще раз подтверждает, что Очищение свершилось. Смерть представлена как Ворон, сидящий на гробе. Король держит Орла – это означает Фиксацию Летучего. Обнаженная Ева символизирует Альбедо, Белизну Первого Совершенства, которое постепенно возникает в Ночи Смерти.

Внизу, во вновь обретенном Рае брызжет Фонтан Жизни.


Перевод Атон, Симбалайн, Sedric.

JL VK Group

Социальные группы

FB

Youtube кнопка

Обучение Таро
Обучение Фрунцузкому Таро
Обучение Рунам
Лекции по юнгианству

Что такое оккультизм?

Что такое Оккультизм?

Вопрос выведенный в заглавие может показаться очень простым. В самом деле, все мы смотрели хоть одну серию "битвы экстрасенсов" и уж точно слышали такие фамилии как Блаватская, штайнер, Ошо или Папюс - книги которых мы традиционно находим в "оккультном" разделе книжного магазина. Однако при серьезном подходе становится ясно что каждый из перечисленных (и не перечисленных) предлагает свое оригинальное учение, отличающееся друг от друга не меньше чем скажем индуисткий эзотеризм адвайты отличается от какой нибудь новейшей школы биоэнергетики.

Подробнее...

Что такое алхимия?

Что такое алхимия?

Душа по своей природе алхимик. Заголовок который мы выбрали, для этого обзора - это та психологическая истина которая открывается если мы серьезно проанализируем наши собственные глубины, например внимательно рассмотрев сны и фантазии. Мой "алхимический" сон приснился мне когда мне было всего 11 и я точно не мог знать что это значит. В этом сне, я увидел себя в кинотеатре где происходило удивительное действие. В закрытом пространстве моему внутреннему взору предстал идеальный мир, замкнутый на себя.

Подробнее...

Малая традиция

Что есть Малая традиция?

В мифологии Грааля есть очень интересный момент. Грустный, отчаявшийся Парсифаль уходит в глубокий лес (т.е. бессознательное) и там встречает отшельника. Отшельник дает ему Евангелие и говорит: «Читай!» И в ответ на возражения (а ведь на тот момент Парсифаль в своем отчаянии отрекся и от мира, и от бога), уточняет: «Читай как если бы ты этого никогда не слышал».

Подробнее...

Наши партнеры Баннеры


Рекомендуем:
http://maap.ru/ – МААП – Московская Ассоциация Аналитической Психологии
http://www.olgakondratova.ru/ – Ольга Владимировна Кондратова – Юнгианский аналитик
http://thelema.ru/ – Учебный Колледж Телема-93
http://thelema.su/ – Телема в Калининграде
http://oto.ru/ – ОТО Ложа Убежище Пана
http://invertedtree.ucoz.ru/ – Inverted Tree – Эзотерическое сообщество
http://samopoznanie.ru/ – Самопознание.ру – Путеводитель по тренингам
http://magic-kniga.ru/ – Magic-Kniga – гипермаркет эзотерики
http://katab.asia/ – Katab.asia – Эзотерритория психоккультуры – интернет издание
https://www.mfmt.ru/ – Международный фестиваль мастеров Таро
классические баннеры...
   счётчики