Перевод

Cовременная женщина в поисках Души

Джун Сингер

Современная женщина в поисках души

Глава 14

Два в одном

Действительно ли существуют два мира?

Я летела над северной Индией из пустыни Джодхпур на западе в сторону Нью-Дели. Какое-то время я смотрела вниз, и могла видеть лишь сухие поля. Затем внезапно все изменилось, и моему взгляду открылись сотни акров недавно затопленной проливными дождями земли. Ни в той, ни в другой части страны не произрастало никаких сельскохозяйственных культур, и жители обоих регионов страдали от голода и болезней. Хоть они и не могли увидеть этого с земли, при взгляде с воздуха было ясно, что если найдется какой-то способ перераспределения избыточной влаги в засушливые районы, то всех удастся обеспечить водой, зерном и фруктами, которых будет достаточно, чтобы люди могли утолить голод и жажду. Это наблюдение заставило меня задуматься о том, насколько много людей близоруки, они видят лишь то, что находится прямо перед их глазами. Слишком много внимания мы уделяем облегчению наших собственных страданий, и как мало выявлению причин страданий всего человечества. Я снова подумала о том, как сильно нам нужна Архимедова точка где-то за пределами системы, в которую мы встроены, и из которой можно было бы увидеть эту систему со стороны.

И тут я вспомнила, что у нас есть возможность побывать в этой точке. Представьте, к примеру, те яркие эмоции, которые многие из нас испытали, увидев по телевидению, как человек впервые ступил на поверхность луны. Сегодня космические путешествия считаются само собой разумеющимися, но не так давно люди едва ли могли поверить, что когда-нибудь смогут прорваться сквозь силу земного притяжения. В тот памятный день мы с восторгом рассматривали фотографии, присланные с бегущего по небу спутника нашей маленькой планеты. Мы увидели то, что никто никогда раньше не видел, мы наглядно увидели, что на самом деле нет национальных границ. Это только временные конструкции, линии, нарисованные человеческими руками на бумажной карте. Есть только земельный участок или акватория, частично скрытый под полупрозрачной завесой облаков. Мы увидели, что одна территория сливается с другой и что все океаны – это один океан, охватывающий всю землю. Мы увидели, что угрозы одной части земного шара, опасны для всего мира, а то, что лечит одну из его ран, должно помочь ему всему. Мы познали это. Мы глубоко познали это. Но эти знания были слишком велики для большинства из нас, поэтому мы позволили им проскользнуть сквозь пальцы. Мы были как тот муравей, который наблюдал за мной, когда я повернула ручку и открыла заднюю дверь. Мы увидели это; мы восхитились. Но для нас это было слишком, поэтому мы вернулись к своим муравейникам, чтобы жить как прежде.

От единства к двойственности

Мы начинаем жизнь в виде единого с матерью зародыша. Сознание, если оно вообще существует, на этой стадии развития минимально. Вскоре после рождения пуповину перерезают, и изначальное единство превращается в двойственность. Двойственность – это состояние сознания. Как только мы вообще думаем о какой-либо мысли, мы различаем, что есть, а чего нет, начиная с того, что есть «Я», а что «не-Я». Мы дифференцируем наши миры: в чем суть мира, который мы видим, а чем он не является. Что касается отношений, мы быстро учимся различать, с кем можно, а с кем нельзя иметь дело.

Когда-то у меня был друг, который сказал мне: «Ты одна из нас». Я точно не знала, что он имел в виду, но заметила, что он обо мне заботился. В то время я восприняла это как комплимент, но теперь вижу по-другому. То, что он имел в виду, отражает разделяемый многими людьми взгляд. Они видят, что мир разделен на различные группы, основанные на социальном классе, образовании, происхождении, нравах, расе, религии и так далее. Они разделяют людей на три категории: те, кто приемлем, те, кто на самом деле не приемлем, но кого можно потерпеть, и те, чье существование можно легко не заметить. От младенческой дуальности происходит переход к фрагментированному взгляду на общество. После некоторого тщательного отсеивания немногие ценные люди остаются «одними из вас», а большинство – нет.

В духовной невинности детства мы, вероятно, чувствуем себя в состоянии единства с богом наших отцов и матерей. Он (в нашей культуре, как правило, это мужчина, хотя в некоторых других может быть и женщиной) всегда, следит за всем, что мы делаем и защищает нас от вреда. Как нас учат верить, он совершает чудеса и знамения для тех, кто беззаветно в него верит. Но, как мы неоднократно замечали, в какой-то момент у большинства людей это бесхитростное доверие рушится, и мы испытываем разделение между божественным и просто человеческим.

Божественное не обязательно обесценивается, скорее всего, его стремятся перенести в другой, невидимый мир. Мы пытаемся общаться с ним, и надеемся или ожидаем, что он будет общаться с нами через различных посредников, святых или аватаров, проявляющих волю и намерение Источника, и самих по себе являющихся частично людьми и частично божествами. Мы видели, как этот дуализм, становящийся в конечном итоге раздробленным, отражается в нашем обществе. Рациональное отделено от духовного и воображаемого. Ортодоксальные религии опасаются древнего и современного гностицизма, а классические методы научного исследования всё ещё доминируют в дисциплинах, к которым они совсем не подходят. В то время как новых ученых с их космическими перспективами только начинают слышать самые образованные люди Соединенных Штатов, появляются данные, показывающие, что неграмотность в нашей стране продолжает оставаться актуальной проблемой. Мы говорим о целостной парадигме, но на каждом шагу возникают парадоксы. Царство Духа рушится, когда оно изолировано от мира из плоти и крови.

В библейские времена пророки провозглашали пламенные речи, вещая о своих ужасающих апокалиптических видениях, которые должны были предшествовать концу света. Сегодня, на подступах к следующему тысячелетию, те из нас, кто во взрослом возрасте застал Вторую Мировую Войну, видели такое зло и такие разрушения, которых древние апокалипсисты не могли и представить. Я помню гнев, испытанный многими, кто впервые узнал о массовых убийствах в нацистских концлагерях. Я, например, не могла понять, что заставило порядочных, цивилизованных людей совершать те невероятные зверства. Сейчас лагеря пусты, и служат памятниками погибшим. Сегодня мы все еще слышим о них, и, я подозреваю, что это в первую очередь потому, что евреи многих стран, в том числе и нашей, которые наиболее остро ощутили такую бесчеловечность, полны решимости не позволить общественности забывать об этом. И все же мы в Соединенных Штатах несем часть вины за наше нежелание открыть свои двери беженцам из Германии и Восточной Европы. В то время как корабли плыли из порта в порт в поисках убежища, мы освободили свою совесть, отправляя деньги в Израиль, чтобы помочь расселить беженцев. Те несчастные, которые выжили в концентрационных лагерях, действительно были «не нашей проблемой».

Есть еще что-то, что можно сказать апокалиптическим тоном. Больно вспоминать грехи и ошибки прошлого, но если мы забудем, нам придется снова и снова узнавать, что человечество едино, и когда любая его часть страдает, ставится под удар здоровье целого организма. Почти каждая современная промышленно развитая страна имеет темное прошлое, в котором она завоевала свою мощь, эксплуатируя или господствуя над более слабыми народами. Мир наполнен жестокостью и бесчеловечностью, и мы сами едва ли лучше, чем Германия, Япония, Австралия, Россия, Чили или Южная Африка. Нам остается только вспомнить Вьетнам, Хиросиму, Нагасаки и коренных американцев.

Сегодня многие люди продолжают придерживаться идеи, что единственный способ обеспечить мир – это использовать оружие войны. Мы пренебрегаем источниками силы, которые могли бы построить прочный мир: например, физическим и психическим здоровьем нашего народа, широким образованием наших детей, улучшением окружающей среды и сострадательной помощью тем, кто в ней нуждается. Поскольку большая часть нашей энергии направлена на деструктивные цели, всей нашей планетарной системе угрожают распад, застой, коллапс или энтропия.

Тем не менее, несмотря на все эти мрачные заявления, все еще остается надежда на то, что мессианский век настанет в этом мире, в месте, в котором мы живем. Люди – упрямые создания, не смотря ни на что, их жизненные силы возрастают. С одной стороны, мы замечаем, что Вселенная угасает. С другой стороны, мы могли бы сказать, что в то же время она и развивается. Если мы остановимся на пути к полному уничтожению нашей планеты, у нас появится много возможностей для искупления. Представьте, что вместо того, чтобы рассматривать глобальную систему наблюдения из космоса как «меру обороны», мы могли бы увидеть её возможности в области совместной работы разных стран мира по наблюдению и изучению мировых потоков воздуха и океанических течений. Представьте, что проблемы планеты могут быть общими для всех ее жителей. Технология, предназначенная для уничтожения, может быть использована для распределения мировых ресурсов и товаров. Много где это уже начинает происходить. Многое из того, что было известно о ядерной энергетике, используется в мирное время для производства дешевой энергии, новых разработок в медицине, сельском хозяйстве и генетике, и это лишь некоторые из областей.

Мы рождаемся, и вскоре после этого оказываемся в мире, который, похоже, находится в состоянии хаоса. Дисциплина необходима, чтобы научиться использовать доступные инструменты для борьбы с хаосом. Если мы хотим разобраться в том, что видим вокруг, то должны стать более дисциплинированными. Когда мы учимся контролировать себя и свои желания, то начинаем приводить хаос в порядок. Когда мы учимся следовать установленным правилам, организовывать, различать и упорядочивать свои мысли в логический порядок, мы неизбежно приближаемся к краю знания, к концу понимания и, следовательно, к концу воспринимаемого порядка. Но тогда мы находимся в состоянии, абсолютно отличном от того, в котором мы пребывали, когда впервые начали бороться с хаосом. Мы не беспомощны перед хаосом, перед Mysterium Tremendum, мы, скорее, созрели до такой степени, что можем стать своего рода младшим напарником неизвестного Бога, и должны помнить, что мы младшие. В конце концов, мы сделаны из того же материала, что и звезды; мы воплощаем одну и ту же энергию. Мы движемся в тех же ритмах, что и всё творение, потому что, в конце концов, являемся его частью, в отличие от Плеромы, полноты, лежащей за пределами нашего понимания, мы, как говорили древние гностики, являемся Креатурой.

Нам нужно осознать своё место, отказаться от гордыни и быть открытыми для предложенного нам мудрого руководства. Нам нужно не бояться принять то, чего мы не понимаем до конца. Если мы можем вынести двусмысленность, парадокс и тайну, нам больше не нужно так отчаянно находить ответы на все вопросы. Мы знаем, что ответы не приводят к удовлетворению, они только вызывают дополнительные вопросы. Поэтому мы можем продолжать проявлять живой интерес к более глубокому изучению тайны, но не как к чему-то, что мы вынуждены штурмовать изо всех сил. Скорее, нам следует избрать методы помягче, например, постоянно быть на чеку, чтобы, когда говорит наш Божественный Напарник, мы слушали и слышали; а когда нас призовут, мы пришли, и когда к нам предъявят требования, мы могли от чистого сердца их выполнить.

Конец поиска

Что современная женщина считает концом поисков души? Конец, в некотором смысле, означает завершение. Она собрала воедино все части своей личности, от самых священных до самых обыденных и сплела их в ей одной принадлежащий уникальный узор. Уникальность её плетения заключается в том, что его основа кажется почти бесконечной, а нити были натянуты до того, как мог сформироваться рисунок; когда узор уже закончен, основа все еще выходит за его пределы. Но нити движутся, сплетаясь, как опыт ее жизни, определяя ее собственный индивидуальный рисунок. Завершение приходит с переплетением вечного фона души и повторяющихся задач со всеми их вариациями, которые занимают день женщины. Обретение целостности становится возможным лишь когда созданы эти противоположности. Но конец поиска может иметь другое значение, поскольку конец также означает цель или задачу. Женщина может спросить: «Для чего я здесь? Какова моя цель в этой жизни?» Ответы на эти вопросы динамичны, текучи и постоянно меняются. Как считал Юнг, то, что было истинно на рассвете жизни, на её закате может обрести совсем другое значение. Быть всем, чем она может быть, требует от нее способности взвешивать потребности души и мира, и быть достаточно гибкой, чтобы знать, что завершение не является совершенством.

Она должна позволить душе, как органу сознания, стать проницаемой с обеих сторон, для ее внутреннего опыта и для воздействия ее окружения. Ее видение своих возможностей должно быть реализовано в мире здесь и сейчас. Душа, пребывающая за пределами рационального мышления, сможет принести новые целительные идеи в обыденный мир. В ответ требования обыденного мира создадут основу для души, которая сделает ее работу актуальной для каждого аспекта жизни.

Указания на душу могут прийти к женщине спонтанно во внезапных вспышках озарения, но постоянное партнерство с душой требует тщательного и терпеливого поддержания внутренней работы. Умение смотреть сквозь поверхность в глубины своего опыта помогает ей почувствовать целостность своей внутренней и внешней жизни. Наконец, она будет знать, что жизнь души и жизнь во внешнем мире – только концепты, созданные интеллектом, функции которого заключаются в том, чтобы анализировать, различать, рассуждать и судить.

Если бы мы могли, хоть на мгновение, отбросить наши концепты и увидеть внутренним зрением все завесы обусловленности, мы бы знали, что существует только один мир, одно неразрывное целое. Мы бы увидели, что все существа на Земле являются частью единой системы. Нет более или менее предпочтительных видов; как нет и более или менее предпочтительной расы. В свете Мудрости все мы равны, все мы являемся частями одной единой космической системы. Весь видимый мир никогда не отделялся от целого; это только казалось. Разделение – это иллюзия. Нет никакого другого места, откуда мы пришли, есть лишь питаемые умом иллюзий. Нет другого места, куда мы должны когда-нибудь уйти. Это все здесь, все сейчас, во всей полноте. Будущего не существует, а прошлое уже прошло. Всё, что мы делаем, мы должны делать в этот самый момент. Нет никакого другого мгновения, нет предпочтительного момента.

Когда современная женщина сможет полностью принять то, что у нее перед глазами, когда она может принять это всем сердцем, ей больше нечего будет бояться или желать. Все, что нужно, чтобы привести мир в порядок, уже здесь. Ей нужно только увидеть это.

 

 

Дарья Мария Чайкина

Случайные книги

по теме

Случайные переводы

по теме

женская индивидуация
  class="castalia castalia-beige"