Перевод

Письма

Карл Густав Юнг

Письма от 1944 г.

Арнольду Кюнцли, 12 января 1944 г.

Дорогой герр Кюнцли,

Будучи некоторое время в отъезде, я только сейчас взялся отвечать на ваше любезное письмо с обзором.[1] Прежде всего хочу сердечно поблагодарить за прекрасный обзор, и мне жаль слышать, что напечатан он будет в сокращенной форме. Это еще одно напоминание о том, что я должен предстать перед современниками только как пассажир третьего класса. Все это связано с тем, что Швейцария на сотню лет отстала от времени. По сравнению с обзором Пульвера,[2] ваш отличается выделением самого важного, что остается незаметным для Пульвера, как и для остальных, так что кажется, что он на самом деле ничего не сказал. Я не возражаю против того, что швейцарцы официально одна из самых бездуховных наций Европы, напротив, я симпатизирую, поскольку их духовность заключается в страхе перед духом. У них, слава Богу, еще есть достаточно инстинкта, чтобы избегать его опасность и наслаждаться поэтами, которые умерли лет сто назад или, если они недавние, незначительны. В наше время всемирного искоренения подлинное благословение, что еще есть люди, неподвластные духу, или, по крайней мере, прилагающие серьезные усилия, чтобы со всей возможной осторожностью стороной обходить все, что может означать дух. Это показывает подлинное уважение к духу, хотя иногда трудно со всей любезностью играть роль табуированного. Потому я не хотел бы принадлежать ни к какой другой нации, ведь даже позитивная оценка духа, неважно, насколько приятной она может на мгновение быть для автора, всегда вырождается в капризность: вы обладаете духом или думаете, что обладаете, и потому освобождаетесь от необходимости страшиться его. Тогда дух приходит в форме дьявола, как показывает жестокая судьба Германии. Возможно, вы сможете поместить полный обзор в швейцарском ежедневнике? Bund? Basler Nachrichten? С наилучшими пожеланиями,

Искренне ваш, К.Г. Юнг

□ (Письмо написано от руки.)

1. Рукопись обзора Психологии и алхимии, Schweizer Monatshefte (Zuricb), XIII:12 (март 1944).

2. Max Pulver, “Vermächtnis unter Lebenden. Zu C.G. Jungs Psychologie und Alchemie”, Neue Zürcher Zeitung, 6 нояб. 1943.

Эмме фон Пелет, Боллинген до 15 января 1944

Дорогая фрау фон Пелет,

Джон Пордейдж,[1] английский мистик и алхимик XVII столетия, говорил, что «наша внутренняя земля» и «наши внутренние небеса» «запятнаны» peccatum originale [первородный грех – лат.] люциферианской гордости. Психологически это означает коллективную вину,[2] потому что внутри нас сидит этот огненный демон, захвативший власть в Германии благодаря безграничной бессознательности и высокомерию индивидуума. Его ожидает судьба безумца, и то же станет с нами, если мы нарушим власть внутреннего закона и договор с самим собой. Но это не помешает тому, что нас постоянно будет лизать адское пламя. Все мы должны внутренне и внешне искупать этот грех бессознательности. С наилучшими пожеланиями,

Искренне ваш, К.Г. Юнг

□ Жительница Асконы (ум. 1968). Работала преимущественно переводчиком с английского на немецкий. Среди ее переводов – работы Вивекананды, Психическая энергия М.Э. Хардинг и Учение о не-Уме (The Doctrine of No-Mind) Судзуки.

1. Джон Пордейдж (1607-1681) – английский врач и алхимик, ректор Брэдфилда, Беркшир. Ведущий член филадельфийцев, религиозной мистической секты, основанной Джейн Лид (1623-1704), опиравшейся на учения из сочинений немецкого мистика Якоба Беме (1575-1624). Ср. “The Psychology of the Transference”, CW 16, pars. 505ff.

2. Ср. Ульман, 25 мая 45 г., прим. 1.

Карлу Кереньи, 6 июля 1944 г.

Дорогой коллега,

Ваши недавние сообщения об Асклепии невероятно меня заинтересовали. Сразу после вашего визита я обнаружил трактат,[1] который до сих пор не считал достойным тщательного исследования. В нем я обнаружил, что Сера – это не только medicina, но и medicus. В нем сообщается о сне-видении, в котором две фигуры, Соль и Сера, спорят и неожиданно Соль наносит Сере неизлечимую рану.[2] Из этой раны – очевидно, заимствование из евангельского отрывка “flumina de ventre Christi”[3] – течет поток молока. Из рощи приходит Диана, чтобы искупаться в нем. Проходящий мимо принц загорается любовью к ней, она отвечает взаимностью, но в этом соитии она погружается под поверхность, и принц, спеша спасти ее, тоже тонет. А затем их души поднимаются из потока и т.д.

Эти двое, естественно, Солнце и Луна – пара сестра-брат, - которые изначально породили Серу.

Это видение напоминает о том, что вы говорили о Корониде. Вы не могли бы назвать отрывки из ваших текстов? С вашего разрешения я хотел бы воспользоваться вашими находками.[4] Это помогло бы укрепить умы читателей, если, опасаясь затеряться в этом невразумительном хаосе, они почувствуют под ногами твердую почву греческой мифологии. Так было и со мной, как я говорил. Я почти утратил смелость публиковать эту мешанину. Заранее благодарю,

Искренне ваш, К.Г. Юнг

1. Моравского алхимика Михаэля Сендивогия (1566-1646), озаглавленный «Tractatud de sulphure” (Museum Hermeticum, 1678; tr. The Hermetic Museum, 1953). Трактат рассматривается в Mysterium Coniunctionis, CW 14, par. 144.

2. Ср. выше.

3. = «реки из чрева Христа». Ср. Ин. 7:38; а также Rahnetr, “Flumina de Ventre Christi”, Biblica (Rome), XXII (1941).

4. Коронида была матерью Асклепия, а его отцом был Аполлон. Асклепий был спасен из мертвого тела Корониды, которую убила сестра Аполлона Артемида в наказание за ее измену с Исхием. Ср. Kerenyi, Asklepios: Acrhetypal Image of the Physician’s Existence (1959), pp. 93ff. Юнг ссылается на исследование К. об Асклепии в Mysterium Coniunctionis, par. 144, n. 157.

Анониму, 11 июля 1944 г.

Дорогая фрау N.,

То, что происходит после смерти[1] так невыразимо прекрасно, что наше воображение и чувства бессильны составить хоть приблизительное представление об этом. За несколько дней до того, как моя сестра умерла,[2] на ее лице было выражение такой нечеловеческой возвышенности, что я был глубоко напуган.

Ребенок тоже входит в это возвышенное состояние и там отделяется от мира и его многочисленных индивидуаций быстрее, чем взрослый. Он так легко становится тем, что вы представляете из себя, что, по-видимому, исчезает. Рано или поздно все мертвые становятся тем же, что и мы. Но в этой реальности мы мало или ничего не знаем об этом способе существования, и что мы будем знать об этой земле после смерти? Разрушение нашей временной формы в вечности не приводит к потере смысла. Скорее мизинец осознает себя частью руки. С наилучшими пожеланиями,

Преданный вам, К.Г. Юнг

1. Это письмо особенно важно, поскольку Юнг сам был близок к смерти после серьезного инфаркта в начале 1944 г. Он дает яркое описание видений во время болезни в Воспоминаниях, сновидениях, размышлениях, гл. X. Болезнь была причиной большого перерыва между письмами с января по июль.

2. Она умерла в 1935 г.

Карлу Кереньи, 1 августа 1944 г.

Дорогой профессор Кереньи,

Большое спасибо за разрешение воспользоваться вашей рукописью.[1] Я не только прочитал ее с огромным интересом, но и насладился особой атмосферой этой работы. Вы восхитительно справились в передаче ощущения таинственного фона и глубины процесса исцеления. Похоже, включение ландшафта только придало интерпретации мифа совершенную форму. С этим вы тоже прекрасно справились. Надеюсь, что медицинская аудитория Ciba-Zeitschrift[2] извлечет из вашей работы столько же, сколько и я!

Искренне ваш, К.Г. Юнг

1. Рукопись Asklepios: Archetypal Image of the Physician’s Existence.

2. Где оригинальная версия вышеупомянутой книги была опубликована Ciba A.G. (Basel, 1948) как Der göttlische Arzt.

Юргу Фирцу, 7 августа 1944 г.

Дорогой доктор Фирц,

Вопрос о демоническом,[1] с одной стороны, прост, а с другой – крайне запутан. Лучше всего обсуждать его на примере конкретной истории болезни; то есть, вы должны рассказать мне о случае, которым интересуетесь. Вообще говоря, демоническое – это тот момент, когда бессознательное содержание по видимости сокрушительной силы появляется на пороге сознания. Оно может перейти эту границу и захватить личность. Тогда это одержимость, которая, естественно, может персонифицироваться во многих формах.

Если вы хотите как-нибудь поговорить со мной лично, я с радостью в вашем распоряжении. Возможно, вам стоит согласовать с моим секретарем время, удобное для нас обоих.

Искренне ваш, К.Г. Юнг

1. Ф. интересовался интерпретацией демонического, особенно в связи с тем, что Гете использовал этот термин в Dichtung und Wahrheit [Поэзия и правда], книга 20, и спрашивал о проявлении бессознательного, которое оно представляет.

Альвине фон Келлер, 21 августа 1944 г.

Дорогая фрау фон Келлер,

Благодарю вас за длинное письмо. Я ничего не слышал от фрау Х. уже давно. Надеюсь, ей лучше. Она настоящая проблема, как и все немцы сегодня.

Я очень благодарен за новости о Циммере,[1] я слышал мало что. Как и врач, занимавшийся мной, доктор Хеммерли,[2] он умер на пике славы. Похоже, это особенно критический момент. Есть настоящая опасность в восхвалениях раньше времени. Вот почему судьба всегда стремится к посмертному признанию. Со мной почти так и случилось только по той причине, что я был профессором в Базеле.[3]

Я очень рад, что в этом году собрание Эранос прекрасно прошло и без меня.

К началу зимы я надеюсь снова собраться с силами, чтобы начать думать о других людях. Остаюсь с благодарностью и дружескими приветствиями,

Искренне ваш, К.Г. Юнг

□ Ученица Юнга, аналитический психолог (ум. 1966).

1. Циммер умер в США в марте 1943 г.

2. Доктор Теодор Хеммерли умер в апр. 1944 г. Ср. Memories, pp. 293/273, где он упоминается как «Доктор Х.»; а также письмо Юнга от 25 окт. 55 г. к брату Х.

3. В 1942 г. Юнг прекратил лекции в Швейцарском Федеральном Политехническом Институте, Цюрих, из-за слабого здоровья. В 1943 г. он занял кафедру медицинской психологии в университете Базеля, но снова вынужден был уйти в отставку из-за сердечного приступа.

Г. Ирмингеру, 22 сентября 1944 г.

Дорогой герр Ирмингер,

Я наконец-то прочитал вашу рукопись, чему раньше мешала долгая болезнь. Прежде всего, я хотел бы поблагодарить вас за то, что приложили столько усилий, чтобы показать мне, как католическое учение дополняет и совершенствует мои психологические сочинения. Вы также интересуетесь – весьма оправданно, с вашей точки зрения – почему я объявлю о своей вере в Бога и не вернусь в лоно Церкви.

Возможно, вас заинтересует, что однажды я получил письмо от «алхимика», то есть, от человека, который до сих пор верит в средневековое искусство добывания золота, который сообщил, что я ничего не понял в настоящей алхимии, потому что иначе я открыто объявил о своей вере в нее. Когда я был в Индии, местные философы уверяли меня, что их просвещенная философия бесконечно более продвинута, чем моя, тогда как я до сих пор чах во тьме ахамкары,[1] майи и т.д. Без сомнения, персидский суфий[2] найдет мои замечания о Хидре[3] весьма незрелыми и, глубоко наставив меня в своем мистицизме, покажет путь к спасению.

Вся критика подобного рода имеет одно общее место: с более или менее вежливыми замечаниями все они, без исключения, упускают факты, которые я представил и доказал, не интересующие их ни в малейшей мере, и хотят обратить меня в собственную веру.

Дорогой сэр! В науке я преследую не апологетику и не философию, и не имею ни способностей, ни желания основать религию. Мой интерес – научный, ваш – проповеднический, потому вы пишете апологию католического учения, на которое я никогда не нападал и не хочу нападать. Эти две точки зрения взаимоисключающие, так что обсуждение невозможно. Мы не понимаем друг друга и ломимся в открытые двери.

Как ученый, я должен остерегаться веры в то, что обладаю окончательной истиной. Потому с самого начала ошибаюсь, поскольку не обладаю истиной, которая полностью на стороне оппонента. Следовательно, для вас имеет значение только то, что я должен отказаться от своей темной ошибки и признать истину католического учения. Как христианин, конечно, я отстаиваю христианскую истину, так что обращать меня к ней было бы лишним.

В своих сочинениях я, конечно, ниже высот всякой религиозной системы, потому что иду только туда, куда позволяют идти пережитые психологические факты. У меня нет стремления проповедовать или поддерживать какую-то веру. Я интересуюсь только фактами.

На этом эмпирическом основании основала свой храм каждая религия, и две самые нетерпимые среди них, христианство и ислам, борются друг с другом, выдвигая тоталитарное утверждение, что их храм единственно правильный.

Хотя я мало знаю о католическом учении, этого достаточно, чтобы оно стало моей неотчуждаемой собственностью. И я знаю так много о протестантизме, что не могу его отбросить. Эта прискорбная нерешительность – то, что вы с такой психологической проницательностью порицаете как «комплекс». Что касается этой нерешительности, должен вам сказать, что осознанно и намеренно разрешил ее. Поскольку не может человек служить двум господам, я не отношу себя ни к одной вере, ни к другой, а только к тому, кто стоит над конфликтом. Раз Христос вечно распинается, то он вечно висит между двумя разбойниками. Есть хорошие католические и протестантские христиане. Если Церковь претерпела раскол, то я должен удовлетвориться тем, что оказываюсь христианином, ввергнутым в тот же конфликт, что и весь христианский мир. Я не могу отречься от своего брата, придерживающегося другого мнения с доброй верой и по причинам, которые я не могу с чистой совестью счесть необоснованными. Ведь вы сами придерживаетесь той точки зрения, что страшные злоупотребления в Церкви в немалой степени вызвали раскол. Могу только согласиться с этим и обратить ваше внимание на тот факт, что в наши дни произошел гораздо более ужасный раскол, а именно антихристианское движение, правящее Россией и Германией. Церковь в обеих деноминациях замешана и в этом расколе. Причина, конечно, не в распутстве на исходе XV столетия, а скорее утрата духовного авторитета, который, как мне кажется, следствие неспособности церквей адекватно прийти к согласию с научным духом. Наука ищет истину, потому что чувствует, что не обладает ею. Церковь обладает истиной и потому не ищет ее.

Факт антихристианства утверждает гораздо более глубокий раскол, который бесконечно сложнее исправить, чем католицизм и протестантизм. На этот раз речь идет о Да или Нет самому христианству.

Когда трещина бежит по дому, это затрагивает все здание, а не только его половину. Дом больше не надежен. Добросовестный строитель не пытается убедить владельца, что комнаты по обеим сторонам трещины до сих пор в отличном состоянии, а займется трещиной, начнет искать способ заделать ее. Прекрасная и дорогостоящая обстановка комнат интересует его только в той мере, в какой он намерен спасти сами комнаты. У него нет времени оглядываться в восхищении, восклицая, как они прекрасны, когда балки уже скрипят.

Как врач я заинтересован только в одном: как может быть исцелена рана? Можно быть уверенным, что раскол не исправить, если каждая сторона будет расхваливать перед другой свои преимущества, вместо того, чтобы скорбеть о горестной неспособности установить мир. Пока мать и дочь пререкаются, приходит их общий враг, Антихрист, и показывает эти христианам, которые ссорятся из-за своих истин, что он может сделать, потому что в эгоизме он обставляет всех.

Всякий, кто хочет или должен исцелить этот конфликт, сталкивается с адской мешаниной: он видит, что европеец только наполовину христианин. Он станет полностью христианином, только когда научится стоять и на левой ноге. Врач должен лечить обе стороны, ведь когда человек болен, он страдает весь, а не только наполовину.

Вот почему я пытаюсь установить факты, на основе которых могут объединиться обе стороны. (По этой же причины я получаю удары с обеих сторон.) Всякое ужесточение точки зрения деноминации увеличивает трещину и умаляет моральный и духовный авторитет христианства, что ясно видит всякий вне Церкви. Но некоторые люди словно поражены слепотой.

Естественно, гораздо легче упрямо вцепиться в свой символ веры и утверждать его абсолютную правоту. Таким образом вы избегаете всякого личностного конфликта, но вместо этого разжигаете всеобщий. Обычно это называется эгоизмом, но я называю это слепотой и фанатизмом, когда одна партия все еще верит, что может окончательно уладить дела другой. Даже Антихрист, непревзойденный мастер этого метода, крайне заблуждается в этом отношении (слава Богу!)

Хотя христианин обязан быть убежден в моральной ценности собственной покорности, он не должен требовать или даже ожидать ее от других, поскольку это тоталитарное требование уничтожает его смирение, даже когда оно умело скрыто за безличной маской.

Как врач я постоянно имею дело с жертвами великого раскола нашего времени. По этой причине я не могу из одностороннего деноминационализма гнать ищущих исцеление в шею, ведь они пришли прямо с поля боя раскола. Tertius gaudens[4] домашней ссоры – это Антихрист, который появился не только из немецкого протестантизма или продажности церкви царей, но и из в высшей степени католической почвы Италии и Испании. Каждая Церковь должна бить себя в грудь: mea culpa, mea maxima culpa! Никто не прав, и потому научно мыслящий человек сегодня говорит: давайте поищем факты, на которых мы можем сойтись, ведь мнения, выросшие в тоталитарные истины – это источник бесконечной борьбы, которую никто не хочет заканчивать.

Я был поражен, что вы тоже не поняли концепцию «самости». Как вы вообще пришли к идее, что я могу заменить Бога, да еще и при помощи концепции? В конце концов, я, как ученый, не могу утверждать, что «Бог» что-то делает, ведь как я могу доказать, что некая причина – это «Бог»? Для этого мне нужно доказательство существования Бога, которое, как нам давно известно, может быть только мольбой о вопросе. Я могу, если необходимо, продемонстрировать существование целостности, превосходящей сознание, но она по своей природе не поддается описанию. Эта «самость» за всю жизни человека никогда не займет место Бога, хотя может быть сосудом божественной благодати. Такое прискорбное непонимание основано на предположении, что я нерелигиозный человек, не верящий в Бога, которому, следовательно, нужно только указать путь к вере. Эти критики напоминают мне об одном бенедиктинце, который в XVIII столетии написал книгу, в которой продемонстрировал, что греческая мифология была ничем иным, как алхимией. Бедняга не знал, что алхимия происходит из мифологии.

Итак, с достойным похвалы терпением и несомненной доброй волей («Любящий своего ребенка наказывает его»), и несмотря на мою колоссальную и упрямую глупость, вы хотите привести меня к цели и завершению жизненной работы, и куда же вы меня ведете? Как раз туда, откуда я начала, а именно, к средневековому христианству, которое потерпело крах не только четыре сотни лет назад, но и сейчас стало большим провалом, чем когда бы то ни было, причем самым ужасным образом. Немецкая армия, как считается, состоит из христиан, причем большая часть из них к тому же католики.

Почему люди не читают мои книги добросовестно? Почему они обходят молчанием факты?

Германия мечтает о мировом доминировании и получает от ворот поворот вместе с местью. Точно так же христианство лелеет благородную мечту о всеобщности и не только расколото само по себе, но и во многом отвергается даже на своей западной родине. И люди не видят, что я собираю для завтрашнего дня фактический материал, в котором европеец будущего будет отчаянно нуждаться, если его вообще можно будет в чем-то убедить. Деноминационалист интересуется только апологиями и пропагандой. Научная ответственность для него пустой звук. Ныне он неизменно laudator temporis acti [восхвалитель былых времен – лат.] Керигма[5] первых веков изливала новый дух и действовала как огонь. Но соль утратила силу и перестала быть соленой. Потому этой granum salis [крупица соли – лат.] не хватает моим критикам, чтобы справиться с проекциями и достаточно широко раскрыть свои сонные глаза, чтобы увидеть реальность: нигде и никогда я не отрицал Бога. Я начинаю от позитивного христианства, которое столь же католическое, сколь и протестантское, и стремлюсь в научно ответственной манере указать те эмпирически постижимые факты, которые делают оправдание христианской и, в частности, католической догмы по крайней мере правдоподобным, и, кроме того, лучше всего подходят для того, чтобы привести научный ум к пониманию. Я не ожидаю благодарности от духовенства и клириков, только чуть меньше слепоты. Однако, я знаю о нескольких высокопоставленных клириках, ценящих мои труды. Если недостаточное понимание заходит слишком далеко, это ни в коем случае не в интересах Церкви. Люди должны читать авторов, которые так же позитивно относятся к христианству, как и я, только более осторожно, и размышлять, прежде чем пытаться обратить их в то, что и так является предметом их величайшего интереса.

Разве вы не замечали, что я не пишу для церковных кругов, а только для тех, кто extra ecclesiam [вне церкви – лат.]? Я вхожу в их ряды, намеренно и по собственной свободной воле остаюсь вне Церкви, и если из-за этого меня сочтут еретиком, я отвечу: «Соль, потерявшая силу, служит Антихристу».

По моему мнению, совершенно неправильно критиковать мою научную работу, не выходящую за рамки науки, ни с какой иной точки зрения, кроме как уместной для научного метода. Исповедание веры, как мы знаем, не дело науки. Я бы согрешил против скромности, приличествующей науки, если бы сказал что-то большее, или иное, чем то, что можно вывести из фактов. Однажды я описал архетип как импринт, который предполагает импринтера.[6] Наука не может утверждать, что импринтер – это «Бог», поскольку это невозможно доказать. Если я ограничиваюсь фактами, всякая должная критика, заслуживающая внимания, обязана точно так же исходить из этих фактов, и либо доказать, что и не существует, либо то, что их толкование противоречит научным принципам. Если факты неудобны для какой-то веры, то от них нельзя избавляться по авторитарному приказу или исходя из веры. Всякий, пытающийся так поступить, обездвиживает себя, безвозвратно выпадая из мировой истории. Вместо бесцельной критики я бы хотел ученого католического сотрудника, который с пониманием и доброй волей исправлял бы мои теологически неверные выражения, чтобы я избежал всего, что хоть отдаленно выглядит как критика, не говоря уже об обесценивании церковного учения. Я настолько глубоко убежден в безмерном значении Церкви, что хотел бы избавить ее от всяких ненужных трудностей.

По длине моего письма вы можете оценить интерес, который я выказываю к вашей работе, несмотря на то, что вы с излишним пылом вломились в дверь, которую я давно держу открытой.

Искренне ваш, К.Г. Юнг

1. Ахамкара («я-создатель») – это мир эго-сознания.

2. Букв. «облаченный в шерсть». Приверженцы суфизма, мистического ответвления ислама.

3. Хидр – это загадочный бессмертный знаток божественных тайн; он фигурирует в 18-ой суре Корана и играет важную роль в суфизме. Ср. “Concerning Rebirth”, CW 9, i, pars. 240ff.

4. = «третий, который смеется».

5. Проповедь, объявление религиозной истины.

6. Psychology and Alchemy, pars. 15f.

Рудольфу Бернулли, 5 октября 1944 г.

Дорогой коллега,

Ваше дружеское письмо было очень приятным. Мне действительно становится все лучше, но очень уж медленно! К счастью, я могу продолжать заниматься научной работой и сейчас погружен в тайну Химической свадьбы.[1]

Сегодня, конечно, число герметистов[2] все уменьшается. Но оно никогда и не было особенно большим, потому что aurea catena,[3] о которой они пишут, проходит не через школы или осознанные традиции, а через бессознательное. Герметизм – это не то, что вы выбираете, это судьба, как и ecclesia spiritualis не организация, а electio.

Надеюсь, и ваше здоровье, долго остававшееся шатким, поправилось. С наилучшими пожеланиями,

Всегда искренне ваш, К.Г. Юнг

□ (1880-1948), профессор истории искусства в Швейцарском Федеральном Политехническом Институте, Цюрих.

1. Вероятно, речь идет о работе над Mysterium Coniunctionis (cf. par. 104). В более строгом смысле это также может указывать на Химическую свадьбу Христиана Розенкрейца (ср. Бонер, 8 дек. 38 г., прим. 2), которая обсуждается в “The Psychology of the Transference”, CW 16, pars. 407 & n. 18, 416, 500, которая сама по себе «ответвление» Mysterium Coniunctionis (cf. p. xv) и впервые опубликована в 1946 г.

2. Б. писал: «Даже если число осознанных герметистов стало очень маленьким, вы доказываете, что некоторые герметические элементы живы и стучатся из нашего бессознательного».

3. «Золотая цепь» алхимии, последовательность мудрецов, первым из которых считается Гермес Трисмегист, Трижды Великий Гермес, отождествляемый с Тотом, египетским богом учености, и, как таковой, считавшийся отцом алхимии.

Адольф Л. Вишер, 10 октября 1944 г.

Дорогой коллега,

Я слышал от доктора Х. и, между прочим, из Базеля, что есть возможность того, что мой друг Кереньи будет читать лекции. Эта новость меня обрадовала и заинтересовала. Со времен Бахофена[1] за филологией был неоплаченный долг, и у Кереньи есть хорошая возможность его оплатить. Он первооткрыватель в своей области. Его работа высоко ценилась даже Ритценштейном[2], и я по своему опыту могу подтвердить, что он настоящий гений в способности чувствовать структуру и смысл греческих легенд. На самом деле, в этом и была глубокая причина нашей совместной работы. Его интерпретация и описание мифологии не только предоставляет крайне ценные параллели с психологией бессознательного, и является подлинным источником психологических озарений, которые значительно помогают особенно в интерпретации бессознательных процессов. Кереньи будет прекрасным приобретением для любого университета, так как он приносит с собой новый и живой дух, которого зачастую в тревожной степени не хватает именно филологическому факультету.

Я бы с радостью написал вам раньше об этом, но полагал, что этот вопрос уже утрясли.

Пока мне удалось удовлетворительно восстановиться, но я до сих пор не могу работать много. Тем не менее, я могу справляться со своими научными обязательствами. Но только с осторожностью, терпением и медлительностью. Если вы как-нибудь окажетесь в Цюрихе, мне будет приятно увидеться снова. С наилучшими пожеланиями,

Искренне ваш, К.Г. Юнг

□ Швейцарский врач, лектор (почетный профессор) по геронтологии в Базеле, член кураториума университета. (Ср. Уайт, 27 дек. 47 г.)

1. Иоганн Якоб Бахофен (1815-1887) – швейцарский социолог и историк культуры. Он был профессором римского права в университете Базеля и ушел в отставку в 1844 г. Его прорывное исследование «материнского права» и примата матрилинейного происхождения во многом отвергалось в академических кругах. Ср. Myth, Religion and Mother Right (избранное из его сочинений, Bollingen Series, 1967).

2. Ричард Ритценштейн (1861-1931) – немецкий филолог и историк религии.

Максу Пульверу, 2 ноября 1944 г.

Дорогой доктор Пульвер,

Большое спасибо за присланную интересную и своевременную книгу.[1] Третья глава кажется мне особенно ценной. Что касается проблемы зла и власти, меня всегда поражала значительность того, что “Macht” [власть] происходит от “machen" [совершать]; а поскольку «совершение» - это специфически человеческая деятельность, можно прийти к заключению, что характерное выражение человеческой жизни носит печать зла, и, следовательно, Антропос[2] – это в действительности Люцифер. С благодарность и наилучшими пожеланиями,

Искренне ваш, К.Г. Юнг

□ (1889-1952) – швейцарский писатель и графолог.

1. Person, Charakter, Schicksal (1944).

2. Первочеловек, человек в идеальной, архетипической тотальности, один из символов самости.

Г. Ирмингеру, 20 ноября 1944 г.

Дорогой герр Ирмингер,

Позвольте мне выразить изумление тем, что вы так подчеркиваете то, что я «разорван на части», словно это нечто экстраординарное, чего не должно быть. Разве вы не заметили, что Церковь, даже само христианство, разорвано на части? Вы отрицаете существование раскола или антихристианства? Как христиане и люди мы, следовательно, разорваны – более того, разве иезуит Прживара не пишет где-то о «разрыве»?[1] На этом разрыве мы все и распяты. Я осознаю этот факт в себе, равно как и в ближних, среди которых некоторые весьма твердые христиане. Едва ли возможно, что вы не осознаете этот конфликт в себе (а это и означают слова «разорван на части»). Даже у христианина Павла был жестокий человек, Савл как ангел Сатаны,[2] чтобы бить его в лицо. Не следует увиливать от этого конфликта, сбегая в преждевременное, опережаемое состояние искупления, иначе этот конфликт разражается во внешнем мире. И это от дьявола.

Искренне ваш, К.Г. Юнг

1. Эрих Прживара, Общество Иисуса; «разрыв» упоминается в его работе Deus semper maior, I, pp. 71ff.

2. Ср. 2 Кор. 12:7.

Гуго Ранеру, Общество Иисуса, 20 ноября 1944 г.

Дорогой коллега,

Большое спасибо за вашу любезно присланную прекрасную книгу.[1] Листая ее, я был тут же поражен стихотворением Павлина Ноланского, особенно этими строками: «Этой матерью рожден и Древний, и Дитя. …»[2]

Прямо сейчас я занят мотивом рождения царя в алхимии.[3] В алхимии есть автор, бывший английским священником в XV столетии.[4] Он называет царя antiquus dierum.[5] Весь этот символизм Senex-Puer связан с обновлением стареющего бога в Древнем Египте.

Отрывок из Павлина наводит меня на вопрос, который мне не хотелось задавать, потому что он кажется абсурдным: есть ли какие-то совершенно неожиданные для меня идеи в патристической литетературе, которые могут указывать на старение Божества? Хотя эта глубоко языческая мысль кажется мне полностью невозможной, настойчивость на старике, перерождающемся в ребенка, тем не менее, имеет убедительное сходство с египетским мотивом.

Вы любезно прислали мне копию своей “Gottesgeburt”.[6] Поскольку это сброшюрованная копия, полагаю, я должен ее вам вернуть. Она так долго лежала из-за моей болезни, и до сих пор у меня, к сожалению, не было возможности делать из нее выписки. Могу я оставить ее еще немного?

Позвольте мне воспользоваться этой возможностью не только для того, чтобы поблагодарить вас за прекрасную новую книгу, но и выразить признательность, которую мы все испытываем за вашу работу по патристическому символизму, которая для нас представляет исключительную ценность. Ваши исследования помогают заполнить тот непростой провал, который отделяет современное сознание от живых мифов античности. С наилучшими пожеланиями,

Искренне ваш, К.Г. Юнг

□ Общество Иисуса, профессор церковной истории и патрологии в университете Инсбрука, Австрия.

1. Mater Ecclesiae (1944).

2. Св. Павлин (353-431) – епископ Нолы. Эти строки появляются в Стихе 25 (ср. Mysterium Coniunctionis, par. 375).

3. Ibid., pars. 368ff.

4. Сэр Джордж Рипли (1415-1490) – каноник Бридлингтона, автор Cantilena Riplaei (ibid., par. 370, n. 67).

5. «Ветхий Днями». Ср. ibid., par. 374.

6. “Die Gottesgeburt”, Zeitschrift für katholische Theologie (Innsbruck), LXIII (1939), LXIV (1940).

Карлу Кереньи, 23 ноября 1944 г.

Дорогой коллега,

Большое спасибо за присланную работу Töchter der Sonne.[1] Я поражаюсь размаху и скорости вашей публицистической деятельности, не говоря уже о глубине ваших мифологических интерпретаций. Для меня ваши сочинения – это каждый раз неподдельная радость, дарующая стимулирующий проблеск из тех глубин, которые я не всегда могу, или пока не могу, постигнуть. Ваша новая книга – это тоже подлинная сокровищница намеков и указаний на ускользающие впечатления и воспоминания о моих блужданиях в мире алхимии и бессознательного.

Искренне ваш, К.Г. Юнг

1. Цюрих, 1944 г.

Пастору Эрнсту Фишеру, 21 декабря 1944 г.

Дорогой пастор Фишер,

Статья в Volksblatt[1], которую вы мне прислали, может указывать на сон, но развитие его настолько литературно, что невозможно быть уверенным, сколько выдумки в него намешано.

Сон небезынтересный, очевидно, приснившийся религиозному человеку. Мы, конечно, знаем, что происходящее во сне – это драма, идущая на внутренней сцене человека, где сновидец – это актеры, либретто, театр и публика в одном лице. Здесь сновидец наблюдает, как его жена и дочь внезапно исчезают, словно восхищенные на небеса. Это, без сомнения, процесс диссоциации, который сон при помощи проекции распространяет на любое количество других семейств. Если считать эту часть подлинной, можно заключить, что сновидец страдает от диссоциации, затрагивающей не только его, но и все окружение.

Его диссоциация заключается в том, что в бессознательном откололся женский элемент, который на западных языках обозначается анимой, психе и другими родственными словами, все женского пола. Такие диссоциации происходят, только когда сознание в том или ином аспекте отклонилось от естественной основы и, следовательно, впало в конфликт с естественными предварительными условиями. Это настолько распространенный феномен в истории культуры, что для исцеления таких диссоциаций были разработаны обряды примирения, которые часто принимают форму hierosgamos. Даже в христианстве есть этот символизм в nuptiae agni[2] и сочетании sponsus [жених – лат.] Христа и sponsa ecclesia [невеста Церковь – лат.].[3] Этот примиряющий символизм как лекарство от психической диссоциации встречается в большинстве религий. Даже в строго маскулинной еврейской религии есть любовный символизм pardes rimmonim[4] и окончательное единство Шехины с женихом Тиферет.[5]

Состояние диссоциации – это болезненное состояние, и люди в таком состоянии способны заражать других. Восхищение, излучаемое этой статье, подталкивает наивных читателей к ожиданию некоего чуда, тогда как на деле все не так. Потому я всегда советую пациентам, когда у них появляются значительные сны подобной природы, считать их посланиями, адресованными лично им (somnia a Deo missa! [сон, посланный Богом – лат.]), и дал бы тот же совет автору статьи. Прежде всего, он обнажается перед глазами людей знающих. Все было бы иначе, если бы, наряду со сновидением, он сделал проницательное признание собственного состояния. Но от недостатка знания это, очевидно, было невозможно.

В надежде, что дал удовлетворительный ответ на сложные вопросы, поднятые статьей, остаюсь

Искренне ваш, К.Г. Юнг

□ Базель.

1. Поскольку есть бесчисленное множество швейцарских газет, называемых Volksblatt, статью обнаружить не удалось.

2. Откр. 19:7 и далее. Ср. Mysterium Coniunctionis, index s.v. Marriage of the Lamb.

3. Ibid., s.v. Christ and the Church.

4. «Гранатовый сад». Ср. Песн. 4:13.

5. Шехина – это Слава Божья, считается женского рода, соединяется с Тиферет, Красотой, это название шестой сефиры (чаще называется «Рахамим», Сострадание) в каббалистической системе десяти сефирот, представляющих «стадии откровения творческой силы Бога» (Scholem, Major Trends in Jewish Mysticism, 1941, p. 13).

Случайные книги

по теме

Случайные переводы

по теме

Случайные статьи

по теме

юнг

Читайте также

похожие материалы

Статья

Юнг говорит.

  class="castalia castalia-beige"