Перевод

Современная психология. Лекции в Швейцарской политехнической школе Цюриха

Карл Юнг

Современная психология

Лекции 7-10

Л Е К Ц И Я   V I I

9 июня 1934 года

 

Ко мне поступил вопрос о коллективном бессознательном, но я не могу описать его детально. Я могу лишь сказать, что оно, как кажется, представляет собой живой организм, содержащий в себе как большую часть будущего, так и большую часть прошлого. Мы можем лучше понять людей из их будущего, чем из их прошлого, потому что люди отходят от последнего и движутся к первому. Будущее состоит из таких вещей, которые еще не случились, но в бессознательном они будто бы были всегда. Будущие события все здесь, в зачаточном состоянии, они уже сформированы, только у нас нет возможности объяснить их. Язык будущего, так сказать, нам недоступен. Когда мы пытаемся объяснить будущее, мы неизбежно используем язык прошлого, а это неправильно и приводит к заблуждениям. Бессознательное всегда творчески развивает наступающее время, формируя его из устаревшего и прошлого. Обычно оно строится на архетипе. Мы уже говорили об архетипах, они – образы типичных ситуаций, укоренившихся в глубинах человеческой души, мифологические мотивы, внезапно обнаруживающиеся по всему миру с удивительной степенью сходства. Существуют, например, архетипы страха, страха прошлого, страха, допустим, пересечения реки вброд, речной запруды, где скрываются драконы, змеи и им подобные существа. Лишь легендарный король мог убить дракона, находясь в архетипической ситуации. Подобным образом можно объяснить смерть бельгийского короля Альберта: казалось, что что-то ждало, чтобы убить его, высматривая подходящую возможность, архетипическую ситуацию, в которой его охватила бы паника, после чего его можно будет уничтожить.

Страх запруды или брода часто встречается в тропических странах, но также нередко проявляет себя паникой, охватывающей людей, живущих на территориях, где нет таких опасностей. «В тени ветвей» Перси Амари Тальбо[1] – это книга, прекрасно иллюстрирующая панику от зарослей. Однажды он пришел к ручью со своей женой и несколькими туземцами. Туземцы наотрез отказались пересекать ручей вброд, что очень удивило Тальбо, ведь ручей был слишком мал, и крокодилов в нем водиться не могло. Наконец он добился ответа от туземцев: этот ручей преследовали призраки змей. И действительно, когда он и его жена собирались пересечь ручей, сзади подкралась кобра и прошмыгнула между ними. Тальбо описывает панику и архетипический страх, пробудившийся у него от этого инцидента. Подобные вещи просто атакуют вас в зарослях. Они не имеют здесь для нас объективной важности, но в нашей психологии существуют иные перекрестки, психологические трудности. Либо они могут казаться спроецированными на такую ситуацию, как переход дороги, и тогда мотор внезапно становится тем самым крокодилом, или, если мы слишком сильно поглощены своими внутренними проблемами, то внимание отключается от внешнего мира, и мы подвергаемся риску оказаться во власти такой констеллированной паники и попасть под колеса.

Как-то раз я шел в определенное место на горе Элгон, и мой путь пролегал через лес. Обычно старательные туземцы жаловались, что устали, а капрал извинялся и оправдывался, как только мог. Используя простой и эффективный метод – кнут, я заставил их зайти в лес. Но они демонстрировали столь яркие признаки мучений, что я наконец не выдержал и спросил капрала: «Вы, как правило, очень эффективны, что случилось сейчас?». Он промолчал, но, когда я шепнул ему на ухо табуированное слово-вопрос: «Призраки?», капрал, испытавший заметное облегчение, ответил: «Да, десять тысяч». Я увидел тогда, как это работает для этих людей и насколько это все для них реально. Чрезвычайно жутко ходить по бамбуковому лесу по тропе носорога, вы никогда не можете быть уверены, что не наткнетесь на него, и вам приходится постоянно пригибаться при ходьбе, ведь носорог ниже человека. Есть лишь эти тропы, и они достаточно неприятны даже для европейца, но зеленые сумерки, производящие впечатление нахождения всего под водой, где все замерло, сыро и лишено жизни, полностью побеждают туземца. Он гораздо ближе к коллективному бессознательному, чем мы; у нас есть сравнительно толстый слой сознания, через который можно пробиться лишь местами, но туземец проводит практически все время в бессознательном. Когда я впервые приехал в восточную Африку, фермер-англичанин, поселившийся там много лет тому назад, спросил меня: «Могу ли я дать Вам совет?». Я ответил, что буду очень рад этому, и он продолжил: «Это не страна людей, это страна Бога». И чем дольше я находился там, тем сильнее я убеждался в верности этого совета. Природа несказанно впечатляет, и кажется, будто человека можно рассматривать лишь только после слона, льва и гигантской змеи.

Коллективное бессознательное – не только всеобщее универсальное явление, в какой-то мере возможно различить его содержание. Следующая диаграмма[2] поможет нам в этом:

 

 

А.

Индивидуальное, личное (высшая точка)

Алый

B.

Семья

Малиновый

C.

Род

Зеленый

D.

Нация

Желтый

E.

Большая группа (например, Европа)

Охра

F.

Первобытные родоначальники

Светло-коричневый

G.

Животные-родоначальники в целом

Темно-коричневый

H.

Пламя-основа, пламя-центр

Алый

 

I – это отдельная нация.

II и III – это нации, принадлежащие к такой группе, как Центральная Европа, или Китай с его соседями-государствами.

Человек никогда не одинок, у него всегда за спиной есть семья, или даже род. Двое представителей одного и того же рода, никак не связанные друг с другом, вполне могут выглядеть как брат и сестра. Подобно физическим чертам, например, таким как губа Габсбургов, встречающимся снова и снова, проявляются и черты определенной психологической структуры. Вам кажется, что вы женились или вышли замуж за индивида, но вдруг обнаруживаете, что женились на всей семье. Это становится кристально ясным, если посмотреть на детей. У них проявляются физические и психологические сходства со всем кланом. Каждого сопровождает некий духовный «близкий друг», невидимый для нас самих, но часто весьма явный для других людей. Это относится не только к ближайшему семейному окружению, но и ко всему роду, к которому принадлежит человек.

Национальные типы тоже очень сильно различаются. Это особенно касается ряда изолированных наций, островов или полуостровов. Англичанин проживает психологический опыт, совершенно отличный от опыта представителя Центральной Европы. Еще сильнее у жителей разных континентов выражены различные расовые характеристики. Психологические различия между Европой и Азией настолько глубоки, что, по мнению некоторых людей, китайская психология всегда останется для нас загадкой.

Вы знаете о существовании техники, с помощью которой можно провести анализ бессознательного. Она начинается с сознания, продолжается личным бессознательным и далее по спирали доходит до коллективного бессознательного. Обычно это очень длительный процесс, и порой кажется, что он идет по кругу, а не развивается по спирали. Дорожки в личном бессознательном более широкие, а те, что ведут к коллективному бессознательному – более узкие, их сложнее обнаружить. Комплексы личного бессознательного строятся на основе архетипов. Когда же, в конечном итоге, достигается коллективное бессознательное, возникает спираль, со временем приводящая к центру, но здесь снова очень легко пойти по кругу, а не следовать по спирали. Мы уходим от персональных кругов и обнаруживаем себя в исторических.

Существуют методы, позволяющие нам констеллировать эти внутренние актуализации, но подавляющее большинство людей про них ничего не знает. Они делают то, что им следует делать, наивно и благочестиво, не заботятся вопросами своих мотивов и побуждений и убеждены, что самоанализ болезнен. И вправду, он может быть чрезвычайно болезненным, но, если вы посмотрите на себя с использованием разумных методов, он имеет шанс стать самым полезным занятием. Сейчас мы рассмотрим некоторые методы установления содержания бессознательного.

 

Метод ассоциации слов.

В этом эксперименте пациенту предоставляется последовательность тестовых слов, а он каждый раз должен произносить в ответ лишь одно слово – то, что пришло ему на ум. Пациента инструктируют реагировать настолько быстро, насколько это возможно, пауза измеряется пятыми частями секунды. Это мера достаточно точна. Использование более точных методов было бы сродни пальбе из пушки по воробьям. Этот эксперимент повторяется для тестирования памяти пациента.

В таблице ниже «Слово» - это тестовое слово. «Время» - количество времени, прошедшее до ответа, измеренное в пятых частях секунды. «Комплексный признак» - это волнение, беспокойство, пациент делает паузу, говорит: «Ох…», повторяет само тестовое слово или произносит в ответ сразу два. «Повтор» указывает на то, смог ли пациент вспомнить слово, которым он реагировал, когда тестовые слова вновь повторяются ему. «Х» означает «Да», «-» означает «Нет».

  

Слово

Время

Комплексный признак

Повтор

Вода

4

0

Х

Круглый

4

0

Х

Стул

5

0

Х

Плавать

6

0

Х

Трава

5

0

Х

Синий

7

0

Х

Нож

20

3

-

Помощь

15

3

-

Вес

10

1

-

Финиш

8

0

Х

Гора

6

1

-

Муха

5

0

Х

 

Это двенадцать слов из сотен экспериментальных слов, которые были использованы. Видно, что есть период беспокойства в словах с №7 по №11. Также были периоды беспокойства на словах, которые я здесь вам не даю, включая слова «заостренный» и «ударить». Этот пациент был мне незнаком, я не знал о нем ровным счетом ничего. Когда я поинтересовался, заметил ли он свои паузы перед некоторыми ответами, он ответил: «Нет». Тогда я спросил: «Вызывали ли у вас какие-либо из этих слов воспоминания?», он ответил: «Нет, я просто отвечал». Но стоило мне произнести слова, которые, как мне казалось, обеспокоили его, он захотел выйти из кабинета и почувствовал себя крайне дискомфортно. Когда я сказал ему, что дело, возможно, в воспоминаниях, связанных с этими словами, пациент отказался говорить. Наконец, однако, мне удалось вытянуть из него историю. Будучи совсем молодым, он проживал за границей, и там был приговорен к заключению на шесть месяцев за удар человека ножом. С тех пор прошло много лет, он покинул те места, никто не знал обо всем этом, да и сам он практически полностью выбросил эту историю из головы, но его скелет в шкафу всегда был рядом с ним – скрытый комплекс, выявленный этим методом, обнаруживающим потаенные беспокойства. Если бы я спросил его прямо: «Беспокоило ли вас что-то?», он бы ответил: «Нет», поскольку комплекс был погребен слишком глубоко, и пациент действительно считал, что ему ничего не мешало. Однако, этот самый комплекс действительно был, он прятался в засаде, готовый выскочить, словно пружина, при малейшей возможности. Тем, кто наблюдал этого пациента вблизи, удалось заметить слабые подергивания век, видимые всякий раз при упоминании слова «нож».

 

Л Е К Ц И Я   V I I I

15 июня 1934 года

 

С помощью тестовых слов можно обнаружить все виды комплексов. Люди очень сильно различаются в отношении к своим комплексам. Кто-то пытается жить с ними, кто-то – забыть и игнорировать их как можно дольше, а некоторые, даже обладая самым твердым в мире намерением, не могут их запомнить. По-видимому, они не способны установить с ними связь намеренно, их комплексы остаются совершенно неизвестными. Я упомяну еще несколько случаев, где использовался ассоциативный тест.

Случай №1 – иностранец, к которому я сам приходил домой. Он начал проявлять нетерпеливость уже спустя 15 слов и спросил, не могу ли я уже сделать какие-то выводы. Это было слишком рано, но я согласился, поскольку пациент был семидесятилетним стариком, чья стена в мир иной становилась тоньше буквально на глазах. Я сказал ему, что сделал три вывода:

  1. У него проблемы с сердцем, и он нервничает по этому поводу.
  2. Он испытывает финансовые затруднения.
  3. Он хранит нежные воспоминания о даме, которую знал много лет назад, она говорила по-французски.

 

Сначала он делал вид, что не может вспомнить такую даму, но отрицал это так, что я отчетливо увидел – я попал в точку. Парами слов, способствовавшими таким выводам, стали:

 

Деньги

Мало

Смерть

Умирание

Сердце

Плохо

Поцелуи

Восхитительно

Платежи

La Semeuse[3]

 

После последнего слова была очень длинная пауза, в конце концов пришли эти слова на французском. То, что имелась в виду монета, не оставляло сомнений, но почему «La Semeuse»? Сеятельница встречается на французских монетах, и выяснилось, что у мужчины, когда он был еще студентом в Париже, была любовная интрижка, которая произвела на него гораздо большее впечатление, чем он сам думал, как следствие у него возникла проблема с сердцем и начались значительные финансовые сложности. Отмечалось беспокойство при реакции на все эти слова, но в целом слова-реакции достаточно очевидны, за исключением случая с сеятельницей.

Случай №2 произошел с хорошо известным ученым-психологом. Из 20 тестовых слов в трех случаях были отмечены очень долгие реакции, а на 15 слов из 100 от реагировал словом «страх». Я спросил его: «Вероятно, вы чего-то опасаетесь?», но он яростно отрицал это и продолжал упорствовать в своем отрицании даже тогда, когда я показал ему его собственные слова-реакции и спросил: «А кто же тогда боится?». Вообще, заставлять людей признавать что-либо против их собственной воли – целиком против моих принципов, но было слишком очевидно, что он страшно боится, однако его представление о себе как о публичной личности было для него важнее, чем признание собственных страхов. В публичной среде ожидается, что личность не должна быть запуганной, поэтому он держал свой страх в тайне даже от самого себя.

Случай №3 – женщина тридцати лет, слегка невротичная. Ко мне обратился ее муж, сказав, что с самого начала их трехлетней семейной жизни его жена сходила с ума от ревности, хотя он не создавал никаких поводов для этого. Его внешность действительно подтверждала его последнее заявление! Она была не в меру стыдливой и всегда отказывалась раздеваться вместе с мужем в одной комнате, фактически она даже настояла на отдельной гардеробной, что всегда является подозрительным. Ко всему прочему, в ее присутствии нельзя было упоминать о факте беременности ее сестры. И тогда брак был бы счастливым! Затем я виделся с женой, но не смог получить от нее чего-то осмысленного. Она сказала, что советоваться с психологом – глупая идея ее мужа, она не хочет обсуждать свою психологию. Она утверждала, что очень счастлива в замужестве, признала наличие приступов ревности, но выразила уверенность, что они пройдут. Ревность – это всегда чрезвычайно подозрительный симптом. Она была католиком, а ее муж – протестантом. Однако она отрицала, что это порождает какие-то проблемы, заявив, что они это проговорили и решили вопрос так, чтобы удовлетворены были оба. Первым словом, вызвавшим беспокойство, было «желтый». Она отреагировала словом «ревность». Я отметил, что это выглядело так, будто она ревновала своего мужа, и она призналась в наличии опасений, что он сделает нечто, чего не допускают ее собственные моральные и религиозные взгляды. На слово «молитва» она отреагировала словом «религия», поэтому религия не была столь далекой от причин ее трудностей, как ей самой казалось. На слово «разделение» реакцией было «брак», после чего она призналась в страхе, что ее собственное замужество может завершиться разводом. Беспокойство было отмечено на словах «свадьба», «ссора», «семья», «счастье» и «изъян». В отношении последнего слова она призналась, что свое время была сильно обеспокоена фантазиями о любовных интригах со множеством мужчин. Как дисциплинированный католик она не могла допустить и малейшей возможности реализации такого сценария относительно себя, поэтому она спроецировала его на мужа, постоянно представляя, как он реализует с другими женщинами ее собственные фантазии, именно поэтому она устраивала сцены столь жесткой ревности. На слове «поцелуй» она созналась, что оно вызвало у нее идею целования других мужчин, и, таким образом, все карты оказались раскрыты. Она сорвалась и начала рыдать, ее трудность была разрешена, ведь она стояла прямо перед лицом истинной причины своих проблем.

Случай №4 произошел в психиатрической лечебнице. Дама 34 лет, чья чувствительность быстро атрофировалась. Меня вызвали для консультации, но я мог лишь подтвердить диагноз, приведший ее в это учреждение. Однако, у меня возникло своеобразное ощущение, и я решил попробовать провести на ней эксперимент. Она была замужней женщиной с двумя детьми. Когда ее старший ребенок умер в возрасте четырех лет, у нее началась депрессия, приведшая в итоге к патологическому состоянию. Вы, возможно, скажете, что это вполне достаточная причина, глубокое горе естественно после потери ее любимого ребенка, но это было не глубокое горе, а именно патологическое состояние. Подобные вещи обычно случаются тогда, когда есть двойное дно, а пациент его не осознает. На слово «ангел» она ответила «ребенок» и пояснила, что это вызвало в ней воспоминания об умершей дочери, а она была ангелом. Очевидно, девочка была очень любимым ребенком. Слово «дерзкий» она применила к себе и объяснила тем, что была дерзкой и упрямой еще до смерти ребенка. Она испытала сильное беспокойство от слова «плохой», а слово «голубой» напомнило ей о глазах ее умершей дочери. На слове «богатый» положение стало действительно критическим. Она проассоциировала его с каким-то богатым человеком, для которого она была молодой Schwärmerei[4]. Ее состоятельные родители – представители среднего класса – потешались над ней, не уставая говорить, что она заблуждается, думая, что может что-то значить для такого богатого и важного человека. Она поверила им и отказалась от этой идеи, хоть и горько жалела об этом. При слове «нравственный» она испытала сильное беспокойство и отреагировала словом «безнравственный», вновь обращаясь к самой себе. Она призналась в том, что имела эротические фантазии о мужчине, и при этом – сильную моральную неэротическую установку. При слове «деньги» она вновь отреагировала воспоминанием о богатом человеке, а затем добавила, что, несмотря на хорошие отношения с мужем, она никак не могла забыть ту свою первую любовь. Ее первый ребенок родился с такими же голубыми глазами, и когда она увидела это, то испытала к рожденной девочке огромную привязанность. Малышка умерла от брюшного тифа. Они жили там, где обычная вода была непригодной для питья, им приходилось отдельно использовать питьевую воду. Тем не менее, дети купались в обычной воде, и считалось, что девочка могла случайно проглотить ее, что и привело к заражению брюшным тифом. Я поинтересовался, встречала ли она свою первую любовь еще когда-либо. Она ответила: «Нет, с момента свадьбы – нет». Затем ее внезапно будто осенило. Незадолго до смерти к ней приходил друг того мужчины. Он сказал: «Твоя свадьба больно ударила кое-кого в самое сердце», имея в виду того самого человека. Она ужаснулась, ее сознание померкло, далее последовало сильное расстройство. Позже тем же днем она купала своих детей и заметила, что вода была необычно густой, даже слизистой на мочалке, но не приняла никаких мер предосторожности. Она даже дала сыну, хотевшему пить, немного этой воды вместо нормальной питьевой. Сын, однако, не заболел, а вот маленькая девочка заразилась брюшным тифом и умерла.

Когда я понял, что случилось, то впал в мучительное противоречие, пытаясь понять, что с этим теперь делать. Она уже была в психиатрической больнице, все и так было весьма плохо. Она и дальше бы дегенерировала, если бы осталась там, так происходит со всеми и притом быстро. Поэтому я решил пойти на риск и сказать ей правду. Я произнес: «Полагаю, вы знаете, что убили своего ребенка, чтобы разрушить свой текущий брак?». Она несколько минут смотрела на меня с любопытством, а потом, естественно, сломалась. Через три недели ей было разрешено покинуть лечебницу. С тех пор прошло 25 лет, и за этот период не случилось ни одного рецидива. Другого способа разрешить этот случай просто не было, поскольку, не увидь она истину, выздоровления бы не наступило.

 

 

Диаграмма I

 

Другой метод для сбора бессознательного материала – психогальванический эксперимент. Диаграмма I является схематичным изображением устройства. (1) – это зеркальный гальванометр, над которым расположена полупрозрачная пленочная шкала (2), сверху которой – лампа (3). Электроды – это, как правило, две крупные медные пластины (4) и (5), на них кладутся ладони пациента. Для того чтобы их чуть прижать к электродам, сверху на руки кладутся мешочки с песком. Нервное сокращение кожи, вызываемое тестовыми словами, заставляет зеркало колебаться, и луч света перемещается по шкале, расположенной сверху. Аппарат настолько продуман, что результат может быть точно записан на регистрирующую пластину (6). (7) – это элемент Бунзена[5].

 

 

Диаграмма II

 

            Пациент с диаграммы II был человеком возбудимой природы и реагировал электрически почти на каждое слово. При проведении таких экспериментов очень ценно наблюдать за дыханием и одновременно записывать: при сильных эмоциональных реакциях дыхательный цикл имеет тенденцию сокращаться.

 

 

Диаграмма III

 

            Верхняя линия на диаграмме III – это психогальванический эксперимент, а нижняя – график дыхания. Невротики часто дышат тяжело, и когда они вынуждены вдохнуть, они вздыхают, их нежное нутро приходит в беспокойство и спрашивает: «В чем дело?». Но им просто нужно было дышать. Такое неглубокое дыхание может привести к серьезным последствиям, в том числе вызвать туберкулезные проблемы у тех людей, кто привык дышать неполной грудью. Это случается столь часто, что многие люди утверждают: туберкулез – это больше психологическое, чем физическое заболевание. Когда в результате аналитического лечения комплексы становятся более сносными, пациенты часто начинают дышать правильно, поэтому нередким явлением становится излечение от таких заболеваний во время психологического лечения.

 

  

Л Е К Ц И Я   I X

22 июня 1934 года

 

            Поступили два вопроса. Первый – о той женщине из психиатрической лечебницы. Вопрос такой: что происходило с пациенткой с момента сообщения ей о том, что это она убила своего ребенка, и до момента выписки? Я не могу сказать об этом чего-то большего, потому что это уже затрагивает профессиональную тайну. Кроме того, все это будет весьма специфичным для широкой аудитории.

            Еще один человек интересуется, не мог бы я подробнее рассказать о типах, экстраверсии и интроверсии, а также об аниме и анимусе. В самом деле, вопрос об экстраверсии и интроверсии мог бы быть рассмотрен с помощью функций, однако и этот вопрос, и вопрос об анимусе и аниме – чрезвычайно сложные концепции, которые я предпочел бы рассмотреть лишь после разговора о либидо. Психологическую типологию невозможно определить четко, ведь это не просто этикетки или ярлыки, а скорее критический аппарат, используемый для выявления эмпирических фактов. Нам следует говорить здесь не о понятиях, витающих в воздухе, а о фактах, произрастающих из почвы. Эти определения произошли из моего собственного опыта, и для того, чтобы понять их, необходимо в определенной мере познать структуру бессознательного. Вы должны простить меня, если я кажусь вам скупым в использовании понятий. Я сталкивался с достаточным количеством упреков, в меня швыряли словами вроде «демонология», и я не собираюсь использовать термины, не освещая опыта, который позволил бы придать им конкретную форму.

            Мы видели эмоциональные результаты ассоциативных экспериментов. Если мы сможем выявлять комплексы такими методами, то мы также сможем провести обратную процедуру, и, зная о комплексе, иметь возможность устанавливать вину. Должно быть возможным, скажем, использование ассоциативного теста для успешного установления убийцы. Полиция порой прибегает к этому методу при расследовании преступлений. Однажды я провел эксперимент с профессором Цюрхером. Мы инсценировали, скажем так, фиктивное преступление, чтобы выяснить, смогу ли я вычислить виновника. Из иллюстрированного еженедельника я вырезал фотографию, на которой запечатлен художник, рисующий картину с коровой, а несколько человек наблюдают за ним. Были выбраны два студента, одному показали фотографию, другому – нет. Затем их отправили ко мне, чтобы я выяснил, кто из них «виновник», то есть кто именно видел фотографию. Первым вошел «невиновный». Ни одно из тестовых слов не заставило его и бровью повести. Очевидно, что он не видел фотографии. Студент, которому показали фотографию, был неслучайно выбран профессором: молодой человек был лучшим актером колледжа, и профессор надеялся, что так можно будет перехитрить меня. Однако, несмотря на свои таланты, студент отреагировал на слова «корова», «художник», «картина» и другие. Эти слова были намешаны со множеством не относящихся к делу слов. Таким образом, виновник был сразу выявлен.

            Реальное преступление – это совсем другое дело, но я успешно применял этот метод и для таких случаев. Однажды в Бургхёльцли[6] произошло ограбление, причем случилось оно в комнате, где спали трое надзирательниц. Был обчищен шкаф, исчезли деньги, нижнее белье, меха, серебряная цепочка, кошелек, квитанция от сапожника Дохенбаха и другие вещи. Когда мне сообщили о происшествии, я первым делом установил число возможных виновников. Комната не была заперта, а потому как минимум пять других надзирательниц могли побывать в ней, но начать я решил с наиболее вероятных подозреваемых, то есть с тех, кто точно был в комнате, и опробовать на них тест по ассоциированным словам. Назовем этих четверых A, B, C и D. «В» была надзирательницей отделения, «А» - еще одной надзирательницей, ее подругой, «С» - уборщицей, которая была в комнате, но не осталась там спать, а «D» - пострадавшей надзирательницей, она была ограблена и, следовательно, подозрения с нее были сняты. В тот самый день «А» имела полдня отдыха, и она оставалась в постели до 12 часов. «А» и «С» не знали о содержимом шкафа, «В» и «D» знали. Важно, что «В» знала. В набор тестовых слов были включены многие из известных фактов, такие как: шкаф, открытый, вчера, деньги, меха, Дозенбах, и так далее. Также в набор были намешаны несколько слов-пугалок, например: полиция, позор, арест. Последние были сочными намеками для пробуждения эмоций. После тестирования «А» и «С» были весьма спокойными с нормальным пульсом, а «В» была очень взволнована и пульс равнялся 120. Невинные люди также могут волноваться, поэтому это всего лишь подозрительное обстоятельство.

 

 

Слова

А

В

С

Нейтральные

10

11

12

Угрожающие

16

13

15

Пост-угрожающие

10

11

13

 

6

2

3

 

Ia

            Диаграммы I и Ia описывают разницу времени реакции между нейтральными словами, угрожающими и пост-угрожающими. Следует отметить, что, несмотря на частый пульс «В», именно у «А» обнаруживается самая большая разница между нейтральными и угрожающими словами.

 

 

            Диаграмма II иллюстрирует другие симптомы комплексов, выявленных во время эксперимента. Видно, что диаграмма «А» снова вызывает подозрения.

 

 

            Диаграмма III показывает неопределенности, подражания, нечеткое воспроизведение, провалы в памяти и так далее. Последние часто сохраняются после эпизода шока и даже могут задеть временной период до него. Скажем, после удара головой можно забыть не только о самом шоке и времени, проведенном без сознания, но и интервал до этого события; можно забыть то, что случилось и за тридцать часов до инцидента. Здесь в определенной мере играет роль комплекс, затрагивание каждого комплекса – это шок, все травмы имеют эффект амнезии. Результаты этих тестов достаточно показательны, особенно в случаях «А» и «В». Они составили: для «А» 64,7%, для «В» 55,5%, для «С» 30%. Для меня этого было достаточно, чтобы сказать надзирательнице «А»: «Вор – это ты. Теперь, пожалуйста, расскажи мне все об этом». В этот момент она призналась, уже не испытывая никаких затруднений.

            Как-то раз мой друг попросил меня загипнотизировать его подопечного, которого он подозревал в краже медали-приза за соревнования по стрельбе. Я отказался гипнотизировать мальчишку, но постарался сделать так, чтобы он сознался через метод ассоциации слов, и это сработало быстро и успешно. Он вспотел от страха и выдал сразу всю историю.

            Во всех этих случаях имеются прочные доказательства, и с ними можно работать. Такой метод, безусловно, можно применять в детективной деятельности, но это чувствительный эксперимент и отнюдь не безупречный. Гораздо лучше оставить его в покое, чем бездумно его использовать, но то же самое можно сказать и о фотографии!

            До сих пор мы говорили о методе ассоциированных слов в контексте его роли «охотника на комплексы», но его можно использовать и иначе. Если внимательно наблюдать за пациентами, вы можете, до определенной степени, установить их тип, наблюдая за реакциями. Некоторые люди, к примеру, всегда реагируют с осуждением, другие – логически или буквально, и так далее, наблюдение за качеством их ассоциаций позволяет многое прояснить. Этот метод очень полезен для изучения семейной психологии, которая является очень важной областью, ведь каждый человек рожден в семье, каждый человек некогда бессознательно находился в кругу семьи. В очень раннем детстве мы находимся в совершенно примитивном состоянии, и, поскольку мы остаемся единым целым с нашей семьей, это бессознательное состояние сохраняется. Все это имеет весьма странные последствия: пока мы не узнаем, из чего мы сделаны и какое наше основное качество, мы находимся в мистическом соучастии с нашим окружением: если я не знаю, что я такое, то я не смогу озвучить разницу между собой и столом. Установление различий – это существенное качество сознания, распознавание – это сущность сознания.

            Удивительные вещи могут происходить в том, что Леви-Брюль называет «мистическим соучастием». Находящиеся в этом состоянии ничего не понимают, но олицетворяют потребность понимания. Поскольку мы находимся в общем или взаимном бессознательном, то мы – в этом мистическом соучастии. Самое яркое доказательство этого в том, что мы считаем других людей точно такими же, как мы сами. Истина же заключается в том, что мы вообще не понимаем друг друга, у нас всегда есть склонность проецировать себя на других людей, что приводит к использованию силы и ссорам. Рассмотрение всех как абсолютно похожих – не доказательство уровня культуры, напротив, это признак чрезвычайно примитивного состояния. Считать, что то, что хорошо для нас, будет eo ipso[7] хорошим и для других – просто варварство. Наша моральная задача – увидеть эти различия.

            Мы появляемся из семьи, мы изначально находимся в мистическом соучастии с домом, садом, служанками, собаками, кошками, и мы происходим из всего этого. До тех пор, пока мы не понимаем этого, все они преследуют нас. Каждый объект, из которого мы произошли, все еще находится в нашем бессознательном в своей первоначальной форме, его можно разглядеть за индивидом. Осознание этих вещей порождает возможность их изменения; вы можете видеть их, знать их, и они могут совершенствоваться, но сущности внутри бессознательного защищены от разложения, они остаются точно такими же. Поэтому чрезвычайно важно отыскать «spiritus familiaris»[8], а его можно обнаружить, подвергая этим тестам всю семью. Подбираются слова, описывающие пятнадцать различных качеств, плюс еще несколько слов, относящихся к эмоциям. Затем они предъявляются всем членам семьи, рассчитывается среднее арифметическое полученных результатов, и так вы приходите к среднему семейному типу. Примечательно, что обычно самые «взвинченные» члены семьи оказываются наиболее близкими к семейному типу.

 

 

IV

 

            Диаграмма IV – это график такого теста, примененного к мужу и жене. Сплошная линия – это муж, прерывистая – жена. Отметим, насколько близко линии идут друг за другом: это потому, что оба они находятся в мистическом соучастии друг с другом. Они оба были очень связаны со своими семьями и несли это отношение дальше, называя друг друга «папа» и «мама». Есть вероятность, что обе семьи соблюдали такие отношения непрерывно с 14 века.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Л Е К Ц И Я   X

29 июня 1934 года

 

            Продолжим наше исследование семейной психологии. Сначала посмотрим на список из 15 качеств, он послужит для нас примером того, как группировать реакции.

  1. Координация
  2. Суб- и супраординация
  3. Противопоставление
  4. Утверждение (предикат), выражающее личное суждение
  5. Простое утверждение
  6. Глагол в отношении с субъектом или дополнением
  7. Обозначение времени и т.п.
  8. Определение
  9. Сосуществование
  10. Идентичность
  11. Сочетание «движения-речь»
  12. Составление слов
  13. Завершение слов
  14. Ассоциации с резкими металлическими звуками
  15. Неправильные реакции

 

Теперь посмотрим на список из 10 комплексных симптомов:

  1. Длительная пауза перед проявлением реакции.
  2. Реакция не одним словом, а большим количеством слов.
  3. Повторение тестового слова.
  4. Неверное понимание.
  5. Ошибки.
  6. Оговорки.
  7. Специфические слова, например, иностранные.
  8. Подражание, смешки и т.д.
  9. Восклицания.
  10. Нарушения воспроизведения.

 

Имея на руках результаты качеств, выраженных в словах, и результаты комплексных симптомов, можно строить диаграммы.

Следующая диаграмма I – это диаграмма семьи. Мать – женщина примерно 40 лет (пунктирная линия), отец-алкоголик (линия из точек), маленькая девочка девяти лет (сплошная линия), которая глубоко идентифицировала себя со своей матерью. Результат теста, вполне естественный для того типа, к какому принадлежала мать, был крайне ненормальным для ребенка.

 

Диаграмма I

 

Тридцать процентов ассоциированных слов совпали, и это показывало, что девятилетняя девочка уже познала все проблемы матери, «таскала» их на своих плечах и превратилась в женщину, ужасно разочарованную в жизни. Она неизбежно вырастет с таким отношением к жизни, потому что эту плесень не вывести, а ее муж вынужден будет стать алкоголиком. Чтобы уж все случилось именно так наверняка, существует лишь один ответ, который может дать мужчина женщине с таким отношением, и этот ответ – стать алкоголиком или каким-либо образом запустить себя.

 

А это графики мужа и жены, они практически схожи.

 

 

Диаграмма II

 

Жена вам уже знакома, она из той семьи, которая была на Диаграмме IV в прошлой лекции. В этом случае отношение стало противоположным, мужу придется стать трезвенником, чтобы приспособиться к своей жене. Муж вынужден адаптироваться лишь в браке, где жена является контейнером, то есть тем, кто сильнее в отношениях, а эта ситуация имеет место в 50 процентах браков.

 

 

ДИАГРАММА III

 

Диаграмма III – это вдовец (пунктирная линия) с двумя дочерями (линия из точек и сплошная). Дочери заняли место умершей жены и все три линии демонстрируют изумительную идентичность. Дочери приспособились к отцу и переняли сильные отцовские комплексы. Сейчас я приведу вам удивительную статистику. Цифры представляют собой разницу в реакции у людей, не связанных друг с другом, и у людей, состоящих в различных отношениях.

 

 

Средняя разница

У людей, не связанных друг с другом

6

У мужчин, связанных между собой

4,1

У женщин, связанных между собой

3,8

У отцов и детей

4,2

У матерей и детей

3,5

У отцов и сыновей

3,1

У отцов и дочерей

4,9

У матерей и сыновей

4,7

У матерей и дочерей

3

У братьев с братьями

4,7

У сестер с сестрами (включая замужних сестер)

5,1

У сестер с сестрами (незамужними)

3,8

У мужей и жен

4,7

 

Разница, сильнее выраженная у каким-либо образом связанных мужчин, по сравнению с аналогично связанными женщинами, объясняется тем фактом, что мужчины выходят в мир раньше, в то время как женщины дольше остаются в семье. Ребенок сильнее похож на мать, а не на отца, поскольку он обычно находится именно при матери. Отец живет скорее на «краю гнезда» и чаще «улетает». Сходство отцов и сыновей сильнее, чем отцов и дочерей. Это объясняет первобытные верования в то, что сыновья – это возрожденные отцы. Так, в Индии сын должен склониться над смертным одром своего отца, чтобы вдохнуть его последний выдох. Тогда дух оставляет отца и входит в сына, если тому удалось поймать этот последний выдох. Сходство отцов и детей среди первобытных людей настолько полное, что один бушмен[9] однажды крикнул своему сыну в ярости: «Расхаживает тут в моем теле, а подчиняться не собирается». Он думал о своем сыне как о самом себе, и среди нас еще встречаются отцы, считающие само собой разумеющимся, что их сыновья пойдут по их стопам. Дочери гораздо больше похожи на своих матерей, чем сыновья. Причиной является то, что женщины в семье связаны гораздо сильнее, и это проявляется еще и в том, что они дольше сохраняют особенности семейной речи, диалекта своей деревни, поскольку у них меньше возможностей выйти в большой мир. Разница между мужьями и женами больше, чем можно было ожидать. Это происходит потому, что во многих браках не происходит идентификации, а все различия наоборот подчеркиваются и акцентируются. Жена, к примеру, может быть фанаткой свежего воздуха, а мужу может нравиться сидеть все лето напротив камина. В таких случаях проявляется очень заметная разница в реакциях на слова, что сказывается на получаемом среднем значении.

Тесты на ассоциацию слов обнаруживают другие явления, связанные с речью. Когда затрагивается комплекс, особенно бессознательный, он всегда вызывает определенную эмоцию, проявляющую себя каким-либо видом постоянства, например, это может быть постоянство присутствия гласной буквы. Каждое ответное слово может содержать в себе букву «а», или может наблюдать тенденция к рифмовке, или к какой-либо форме аллитерации. Поэзия часто состоит из комплексов.

 

 

Эта диаграмма показывает присутствие буквы «А». В языках, где нет фиксированных гласных, вместо этого будет присутствовать согласная, выражающая некоторый отличительный звук. Первобытный человек осознан лишь тогда, когда его принуждает к этому эмоция, в противном случае все сохраняется на одном и том же уровне. Он сидит, ни о чем не размышляя, но, когда эмоция входит в свой пик, она пробуждает определенный способ речи.

Комплексы могут быть сознательными или бессознательными. Дыхание перехватывает и сбивается, когда их затрагивает ассоциативный эксперимент. Следующие четыре диаграммы иллюстрируют семь первых вдохов, сделанных после тестового слова.

 

 

На диаграмме V видно, что затронут сознательный комплекс, дыхание несколько снизилось, отмечается лишь вздох, но на Диаграмме VI затронут был комплекс бессознательный, и здесь виден реальный сбой дыхания, дыхание заторможено.

  

 

 

 

 

Диаграмма VII – это дыхание после нейтрального слова, а диаграмма VIII – после слова, затронувшего комплекс.

Основной результат всех этих экспериментов – знание о существовании и содержимом комплексов. Как правило, комплексы бессознательны, они имеют конфликтный характер, поскольку они не вплетены в паутину личности, но беспокоят ее, прорываются сквозь нее, короче говоря: они автономны. Они как инородные тела, которые не могут управляться волей, у них свой собственный спонтанный характер, они мучают нас, мешают нам. Когда затрагивается комплекс, практически непременно затрагивается и память, слово либо исчезает, либо мы слишком хорошо его запоминаем, и оно повторяется. Комплекс всегда стимулирует бессознательное.

 

 

Если мы поразмышляем о сознании (сплошная линия) как о прямой линии, то Диаграмма IX показывает влияние возникающего комплекса (пунктирная линия). Комплекс развивается и принимает командирование, а сознание вместе с этим «тонет», опускается. Происходит «abaissement du niveau mental»[10]. Когда уровень сознания проседает, у воли не остается энергии и нами управляет комплекс, мы захвачены им. Мы проваливаемся из активного состояния в состояние пассивного страдальца. Из этого возникают различные идеи о призраках и духах, что находит свое выражение во всех языках мира: «Он не в себе», «Дьявол овладел им».

Первобытные люди, не обладающие аналитическими способностями и не осознающие своих комплексов, очень хорошо понимают это состояние. Они часто ощущают себя отчужденными от них же самих, после чего считают, что потеряли одну из своих пяти или шести душ. Эти души не контролируются ими, поэтому душе легко где-то заблудиться, и первобытный человек затем будет совершать обряды, чтобы возвратить душу. В этом отношении очень полезны знахари. Возможно, первобытный человек обратится к знахарю и спросит: «Вы видели, здесь душа не пролетала?». Знахарь идет к дереву, увешанному птичьими клетками, некоторые из них пусты и дверцы открыты, а в некоторых сидят птицы. Он осматривает клетки и может сказать: «Да, у меня есть здесь птица твоей души». Тогда первобытный человек ложится наземь, а знахарь делает дорожку из рисовых зернышек от клетки к голове понесшего утрату. Открывается дверца клетки, птица, поедая зернышко за зернышком, добирается до головы, свершается интеграция и дело улажено. На нашем языке это интеграция бессознательного содержания. Если бы мы были просты и объективны, то должны были увидеть эти вещи так же, как первобытные люди. Это автономное содержание часто обладает самой живой, хлесткой энергией. Мужчина бьет свою жену или жестоко обращается с детьми, кто-то впадает в истерию или невроз – все это первобытный человек назовет одержимостью дьяволом. Сейчас мы называем дьяволов комплексами, но первобытному человеку, по большому счету, все равно, как мы это называем, ведь воздействие такого явления каждый раз практически одинаково. Некоторые современные люди тоже поймут намного лучше, если вы будете использовать примитивный язык, чтобы общаться с ними и выяснить, чем именно они одержимы. Когда мы в ярости, нам нужно остаться объективными и спросить себя, что именно нас так сильно разозлило. Комплекс – это самая объективная вещь, и единственное, что мы можем сделать, - это быть объективным по отношению к нему. Самый разумный интеллект не может совладать с комплексом. Профессор, страдающий приступами тревожности, может классифицировать это состояние и, возможно, избегать его в течение дня, но стоит ему забраться под одеяло, как приходит комплекс, и ученый не может уснуть от ужаса. Фразы вроде «Это всего лишь невроз» не имеют эффекта, потому что это словно плохой призрак, преследующий его. Если предположить, что мы – это просто эго, что можем сами выставлять счета, то получится, что мы «выставили счет без трактирщика», и, вероятно, обнаружим, что он весь перечеркнут. Комплексы надлежит воспринимать всерьез, они обладают динамической силой, живут в нашем психэ. Кажется, что они – весьма плохие вещи, но именно эти комплексы творят нашу судьбу.

Каждый комплекс обладает заданным количеством энергии, но стоит комплексу пересечь границу сознания и взять на себя командование нами, как он захватывает нашу энергию, чтобы увеличить свою собственную, а наше сознание падает ниц в бессилии и беспомощности. Этот процесс будет продолжаться внутри семьи поколение за поколением. Тот уровень энергии, которым обладает каждый комплекс, означает уменьшении энергии, находящейся в нашем распоряжении. Можно сказать, что они словно независимые единицы, а мы оплачиваем расходы по их содержанию, они крадут целостность нашей жизни.

Эго – это тоже комплекс, и диаграмма Х показывает его (1) в центре вместе с другими автономными частями (2), (3) и так далее, перемещающимися по нашему психэ.

 

 

Вопрос заключается в том, имеют ли эти автономные части собственное сознание, и если да, то что это за сознание? Они определенно его имеют, но, вероятно, это сознание более низкого уровня по сравнению с нашим, неприятное сознание. Комплексы – это своего рода наши знакомые призраки.

 

 

[1] Британский чиновник, ботаник, антрополог и исследователь Африки. – Прим. пер.

[2] В оригинальном тексте рисунок также представлен в черно-белом варианте. – Прим. пер.

[3] «Сеятельница» («Ля Семюз», фр.) – изображение на монетах Франции. Девушка-сеятельница впервые была отчеканена на серебряной монете 1897 года, далее она стала традиционным изображением на монетах в этой стране. – Прим. пер.

[4] Увлечение, грезы (нем.) – Прим. пер.

[5] Первичный химический источник тока – Прим. пер.

[6] Burghölzli – так называли психиатрическую лечебницу университета Цюриха в Швейцарии. Больница расположена на Burghölzli – лесистом холме в округе Рисбах в юго-восточном Цюрихе. Википедия: свободная энциклопедия (англоязычная версия). – Прим. пер.

[7] Безусловно, само собой – Прим. пер.

[8] Дух семьи (лат.) – Прим. пер.

[9] Бушмены - собирательное название, применяемое к нескольким коренным южноафриканским народам охотников-собирателей. Общая численность — около 100 тысяч человек. По новейшим данным, обладают наиболее древним генотипом. Википедия: свободная энциклопедия. – Прим. пер.

[10] Понижение ментального уровня (фр.) – Прим. пер.

Случайные книги

по теме

Случайные переводы

по теме

Случайные статьи

по теме

Статья

Юнг говорит.

юнг

Читайте также

похожие материалы

Статья

Юнг говорит.

  class="castalia castalia-beige"