Статья

Автоматическое письмо

АВТОМАТИЧЕСКОЕ ПИСЬМО

 

 

Содержание

1. Автоматическое письмо: обсуждение (Хэннен Сваффер)

2. Автоматическое письмо (Остин Осман Спеар & Фредерик Картер)

3. Автоматическое письмо как средство в искусстве
(Остин Осман Спейр)

4. КНИГА АВТОМАТИЧЕСКОГО ПИСЬМА (ОСТИН ОСМАН СПЕЙР)
Хэннен Сваффер «Автоматическое письмо: обсуждение»
(с добавлением автоматических рисунков мистера Спеара из частной коллекции мистера Сваффера)


Долгое время будучи поклонником Остина О. Спеара, мистер Сваффер проиллюстрировал эту статью, посвященную его таланту, работами из своей частной коллекции. Мистер Спеар писал и чертил для удовольствия, и его мало заботила собственная безызвестность. Но если убеждения мистер Сваффера в верной оценке потомками работ мистера Спеара верны, нам любопытно: какие оправдания будут у критиков? Все-таки ведь предполагается, что они являются истинными знатоками искусства.

 

Н

екоторые из выполненных в карандаше «автоматических» работ Спеара намоминают мне работы Доре́[1], а другие достаточно близки к позднему Бёрдсли[2]. Но чертежи его, по моему мнению, гораздо более превосходят и Бёрдсли и Доре.

Спеар не обращался к одной теме, источники вдохновения от благороднейшего до неприятнейшего. Некоторые отсылают к высокодуховному экстазу, побуждая веру в светлое судьбу человека. Другие – отчаянны в отсылке на союз людской натуры и животного мира. В третьих одухотворенность сосуществует с всевозможными видами разврата.

Мистер Спеар говорит, что все эти рисунки вне критериев нормы. Его метод не догматичен, но экпериментален.
Со слов мистера Спеара, «в некоторых случаях идеями становятся результаты моих внутренних психических переживаний, это я не обязательно замечал или проживал реально. В остальных же случаях, мои рисунки автоматичны; возникшие без малейшего преставления какой вид они приобретут, завершены они без единой команды сознания».

В некоторых случаях, для занятий автоматическим письмом мистер Спеар продолжительное время смотрит на свое отражение в зеркале для самогипноза.
В состоянии гипноза, иногда он продолжает работать часами, после пробуждения замечая, что он целиком покрыл бумаги красивейшими работами. Он не всегда может контролировать свою работоспособность, он говорил, чтобывают периоды( иногда продолжительность их -  месяцы), когда не получая ни подсказки изнутри, он не может работать вообще. А в других случаях он, наоборот, не может прекратить работать.
«Несмотря на свое стойкое желание нарисовать несколько новых работ для выставки в следующем месяце,  -  сказал он мне как-то при встрече, - я не провел ни одной линии вот уже три месяца. А как-то при случае я закончил 50-страничную книгу, работая сутки в состоянии сна.»

«Сами того не ведая, я верю, что многие художники вдохновляются собственными силами, или что они работают посредством своего подсознательного разума. Их развитие откроет им новый мир.»

«Убежден, что «Гамлет» был результатом психических опытов Шекспира,который обнаружил выразительность совершаемого их действия; иначе произведение просто не объяснить»

«Все что-либо значащее искусство, я верю, исходит из этого, - вдохновения, откровения, духовная истина, которые выражают люди теми разнообразными способами, которые они развили.»

«Я не стараюсь технически усовершенствовать автоматическое письмо, чтобы рисунки получались лучше. Но если мы изучаем подсознание, мы должны выучить еще больше.»

«Святость и откровения в данное время так же реальны как и когда-либо. Они могут действовать исходя из созданных вами условий. А каких – еще предстоит узнать»

«Святые и видящие были отшельниками. По стечениям обстоятельств я месяцы жил жизнью отшельника. Нищета вынудила меня жить в одиночестве, частично по моей воле, частично по принуждению. А результатом стало психическое развитие».
(выдержки из Adventureswithinspiration)

***

На моей стене сейчас висят семь его работ, и они настолько разноплановы, что даже не верится, что хотя бы две из них написала одна и та же рука. И остальные три альбома, заполненные уникальными как по мастерству линий, так и по смелости содержания «автоматическими рисунками», лежат на моем столе в гостинной с окнами на Трафалгарскую площадь.
Еще два рисунка, которыми я обладаю, написанные Спеаром в кромешной тьме, как он верил, с помощью духа мертвого художика. Оба психические, не сколько по происхождению, но по тематике. Несмотря на то, что крайне тонкая карандашная графика сделала их невозможными для экспозиции на стене (мелкие детали просто не видно, если не приблизиться вплотную) , я полагаю, что эти образцы чертежей фактически несравнимы. Очевидно, оба демонстрируют эволюцию душ в сфере существования гораздо шире нашей. И каждый из них имеет надпись «автоматический рисунок» помимо названий – «Восхождение павших», «Растворение сознания».
Однажды я его спросил: «Что вы имели в виду под словами «автоматический рисунок» на обратной стороне ваших картин?» Он объяснил: «Для меня это всего лишь  что-то, чего не осознает мой разум в процессе делания. Я узнаю больше не во время рисования, а после окончания процесса. Так, я прихожу в сознания уже после того, как я выразил себя на бумаге. Иначе автоматизма не получится. Я понимаю это с помощью подсознания, а не сознания.»




«Лучше проиллюстрировать на примере я могу только во время работы: когда я пишу, я не понимаю, что делаю. Я работаю автоматично. Затем, возвращаясь в нормальное состояние, я обнаруживаю, что комната темна, а я работал и не видел ничего.
Свет может погаснуть пока я работаю, и я продолжу работать в темноте. Скорость потрясающая, если выражаться метафорично – я работаю «со скоростью света».

«В одной из купленных вами книг по автоматическому письму два рисунка «умышленные», чтобы показать разницу. Вся книга закончена за четыре часа, за исключением этих двух рисунков на которые я наложил и свой сознательный разум. Остальные я начал чисто автоматически, позволив руке двигаться так, как она захочет. Если получится силуэт, напоминающий дерево, я всего лишь несколькими штрихами делаю ее более схожей с деревом. Если – животное или фигуру человека, то я дополняю и ее минимумом волнистых линий или окружностей.»  


На этой странице вы можете увидеть сознательный рисунок Остина О. Спеара, в противовес автоматическим,которые иллюстрируют эту статью.Все что нам остается здесь – оценить его мастерство работы с линиями. Но чтобы в полноте ощутить его гений, необходимо видеть работы вживую, или даже, по возможности, жить с ними.

«Во время занятий автоматическим письмом мной овладевает дух некоего художника, не исключено, что уже мертвого. Единственное свидетельство о нем – то, что он похож на Дюрера или Блейка, а может даже и на неизвестного мне художника.»

«На первых стадиях создания произведения большинство художников, писателей и музыкантов работают частично автоматично. Они квази-сознательны, что ненамного отличается от бессознательного. С этим даром, который можно совместить с тренировками или обучением, рождаются все творческие люди. Как любое другое достоинство или способность, он должна культивироваться.»

«Я даю определение «автоматизму» в искусстве или черчении как тому состоянию, в котором разуму отведена роль поверхностного наблюдателя, и в то же время он не осознает действия кистей.»

В юношестве, с середины переходного возраста, Остин Осман Спеар писал абстракции, например, изображения хаоса.  Он сказал следующее: «Возможно, они и отвратительны. Некоторые могли быть моего авторства, некоторые могли быть скопированы с работ любого. Затем я издал «Ад земной», иллюстрируя собственную версию Ада Данте. Это спровоцировало взрыв в прессе. Все газеты нарекли меня «гением» и весьтираж в 500 копий был распродан по 5 шиллингов за экземпляр. Некоторые я сделал в цвете и продавал их за гинею.»
«Я заработывал на жизнь и писал их от руки еще около пяти лет.  За пару лет до Первой мировой войны я выпустил «Книгу Удовольствия», которая принесла мне большую известность. Это был мистический трактат.  Меня очень хвалил сэр Клауд Филипс из «Дейли Телеграф», а остальные повторяли за ним. У меня была репутация художника-мистика. Дела мои пошли недурно. Я затем стал издавать литературно-художественный журнал «Форм».

«Когда началась война, я вступил в Армию. После окончания моей военной карьеры мир кардинально изменился. Все поменялось: я обнаружил, что держать планку того уровня, на котором я был, стало очень сложно. Это вытолкнуло меня в некий другой абстрактный мир – тот, где я остался и до сих пор.»

«Насчет проблесков в знании оккультного, у меня они были всю жизнь, еще с детства. Наиболее развитыми они стали до войны 1914 года и позднее.»

«Вы сказали, что не отрицаете объяснение, что в некоем непонятом вами образе вы подвержены влиянию остального мира?» - сказал я Спеару.

«Определенно, - ответил он, - но я не думаю, что это вообще можно понять. Вы можете сказать, подвергся ли я влиянию, отталкиваясь от разноплановости моих работ. Некоторые – всего лишь портреты. Некоторые – реализм в чистейшем виде, а некоторые – сюрреализм. Некоторые символичны, а некоторые – мешанина.»

«Вы верите в черную магию?»

«Если угодно, называйте ее как хотите – чары, колдовство. Полагаю, это слишком общее понятие. Тем не менее, я верю в черную или белую магию не более, чем в то, что мир состоит только из черно-белых тонов».

(Выдержки из London Mystery Magazine, т.1, №5, Архив Хьюлтона)


«Автоматическое письмо»
Остин Осман Спеар и Фредерик Картер

 

Е

ще с колыбели появляются мечты и память о Богах. Совершенно иного рода, чем обыкновенный стимул от интереса и желания улучшить навык, довлеет над художником нечто, что он иногда отчасти ощущает, но редко осознает полностью. Рано или поздней в своем развитии он постигнет, что способность буквального воспроизведения (подобная той, которой обладает фотоаппарат) для него применима в совсем незначительной мере. Ему приходится выяснить у своих предшественников в отображении реальных форм то сущее, вытесненное недавней корректностью; он открывает внутри себя избирательное сознание и удовлетворяется, как правило, в большой мере обширностью поля деятельности, что обеспечено посредством этого расширенного и упрощенного сознания.

О

днако помимо этого есть куда более широкое пространство для выражения. Как видим, художнику придется вытеснить логическое понимание, и ради исправления осмысленной визуальной точности должен использоваться метод  подсознания. Вовсе не опытная рука или осознание своих ошибок порождают хорошую живопись. Случаем, соотносимым с рассматриваемым вопросом, является недавняя книга о живописи известного автора, где бок о бок сравниваются мастера чертежного дела, умение которых может конкурировать с собственным этого автора-живописца, и  обнаруживается полнейшая  тщетность  обыкновенного навыка и интереса.
Следовательно, чтобы двигаться далее, необходимо также из искусства устранить «субъект» (коим названа тема в иллюстративном или общем смысле). Соответственно, для достижения выражения подходят наиболее определенные и простые формы, чтобы очистить разум от второстепенных решений через чистое и открытое посредничество без предвзятости того или иного рода.