Статья

Учение мага

 
Александр Молчанов 
Учение мага 
(стендап-трагедия) 
 


Все двенадцать лет моей жизни я слышал рассказы о страшном преступнике, имя которого все боялись произнести. Про него говорили, что он несет угрозу всему живому и что ему помогает сам дьявол, потому что никто не мог поймать, убить или даже ранить его. 

И вот стало известно, что этот ужасный злодей вернулся. Он остановился в горах в одном дне пути и собирался прийти в наш город и уничтожить его, убив всех его жителей. 

В это время в нашем городе жило около трехсот человек. Из них взрослых мужчин – меньше половины. Никто не знал, сколько людей пришло с ним. Говорили даже, что он пришел один. Но что его одного достаточно, чтобы убить каждого из нас и разрушить наш город. 

Мы стали готовиться к бою. Все мужчины приготовили оружие и заняли место на башнях и крепостной стене. Мальчишек вроде меня приспособили заряжать патроны и нарезать бинты из старой одежды. Причем, я перепутал меру и ухитрился засыпать четверную дозу пороха в патроны мелкого калибра. Сын мэра заметил это и со смехом сказал, что с такими заряжальщиками мы сами себя поубиваем собственными патронами. 

Я со слезами убежал со стены. Когда проходил мимо кафе на площади, увидел хозяйку кафе – седую старуху, которая сидела в кресле под навесом, держа в руках длинное охотничье ружье. 

Я сел в тени дерева и стал думать о том, как мне провести мой последний день. У меня не было никаких сомнений в том, что завтра утром мы все умрем. 

В это время я увидел человека, который стоял, прислонившись к дереву. На человеке была шинель, а лицо закрывали поля широкополой шляпы. Он почувствовал мой взгляд и поднял голову. Я посмотрел в его лицо и понял, что это он. 

Я потянулся рукой к карману, в котором лежал складной нож, но он улыбнулся и покачал головой. Потом он закрыл глаза и упал вбок. Шляпа слетела с его головы и покатилась по земле. 

Несколько секунд я просто смотрел, потом подошел к нему. Шинель распахнулась, и я увидел голые ноги, покрытые страшными кровоточащими ранами. 

Он открыл глаза и сказал, спаси меня. Я помог ему дойти до нашего амбара и принес ему воды и немного хлеба. Он пил жадно, а от хлеба отщипнул лишь кусочек мякоти. Потом он заснул. Я сидел рядом с ним, смотрел на него и слушал доносящиеся с улицы крики и лязг оружия. 

Он проснулся, когда взошла луна. И сразу начал говорить. Он рассказывал долго. О том, как вчера его собирались расстрелять, но он сбежал, убив всех своих охранников. О том, как его страшно пытали перед расстрелом, ломая ребра и отбивая внутренности. О том, как двенадцать лет его держали в темной яме. И о том, что именно ему сделал наш город двенадцать лет назад. 

Он закончил свой рассказ утром и вместе с последним словом его сердце остановилось. 

Я накрыл его лицо шляпой, вышел из амбара и отправился на центральную площадь. Я взял длинное охотничье ружье из рук спящей хозяйки кафе и оглянулся на город, который мне предстояло убить. 



Приходит ко мне в терапию молодой человек. 33 года. Наследник крупной корпорации. Очень большой бизнес в сфере информационных технологий. Начинаем копать – там сложная семейная ситуация. Небогатая семья, беженцы из неблагополучного региона, отец – то ли плотник, то ли столяр, в общем, самозанятость. И много лет скрывалось то, что настоящий отец – большая шишка. Потом у него то ли совесть взыграла, то ли других наследников не нашлось, в общем, биологический отец усыновляет нашего героя и отправляет в отдаленный филиал своей фирмы. Типа чтобы парень поднабрался опыта, а потом, если будет из него толк, может и забрать его в центральный офис. Парень отправляется в филиал и наводит шороха, ломает оргструктуру и полностью переизобретает папашину бизнес-модель. В итоге его местные менеджеры подставляют и парня чуть не убивают. Отец включает свои связи и вытаскивает его буквально в последнюю секунду. По факту, он возвращается с того света. 

И дальше расклад в компании такой. 

У парня – психологическая травма. Он ни на что больше не реагирует, ни во что вмешиваться не хочет. При этом формально он – глава компании. В реальности компанию давно дербанят менеджеры, навык контроля за качеством продукта утерян, все финансовые потоки направлены черт знает куда, доля рынка падает с каждым годом. Мать ведет свою игру, не имея никакого формального статуса, но постоянно окруженная десятками «советчиков». Отец формально на заслуженном отдыхе, ни во что не вмешивается, но чуть только что не по нему – от него прилетает сразу и лично и очень жестко. 

Да, а самый кайф во всем этом то, что компания вроде как целиком и полностью приняла все те идеи, которые предлагал наш герой. Что называется, со всем энтузиазмом. Буквально каждая летучка начинается с описания его подвигов и его гениальных придумок. Потому что – ну, новое время, аджайл, бирюзовые организации, все дела. 

Но только приняла – ни фига не вникнув, а вместо этого натянув их, как сову на глобус, на старую бизнес-модель и старую оргструктуру. 

Результаты, конечно, соответствующие. 

Пока можно было задействовать административный ресурс, экономика еще как-то сходилась, несмотря на коррупцию и управленческие ошибки. Но мир-то не стоит на месте. Политическая ситуация изменилась и админресурс превратился в тыкву. И все, цифры посыпались. 

Наш герой поначалу вроде рыпался, пытался даже своих людей поставить на местах. Их быстро прибрали к рукам и переподчинили ставленникам отца или заменили. 

А парню нашему еще и напоминают при каждом удобном случае то, что с ним сделали во время его первой командировки. Прямо картинки подкладывают. И ему и всем его сторонникам. То есть чувак уже столько лет живет в тотальной ретравматизации. 

И ничего уже не хочет. Ресурс на нуле. Сидит в пустом офисе, фигурки вырезает из дерева. Вырежет очередную – и в камин. 

Естественно, при этом - ни семьи, ни детей, ни друзей. И еще кошмары снятся каждую ночь про то, что он – двенадцатилетний мальчик, который должен убить город. 

Вот что ему можно посоветовать? 

Понятно, что надо как-то сепарироваться от родителей, но их текущая ситуация устраивает. Мой прогноз – если все пойдет так, как идет сейчас – компании осталось недолго, их просто вытеснят с рынка. Строго говоря, большой беды в этом нет – не всем быть глобальными компаниями. 

Или все-таки можно что-то сделать? 

Например, а что думают обо всем этом сотрудники? 

А сотрудники тоже хотят перемен. Они же видят, как их на каждом повороте обходят более молодые и агрессивные новички-конкуренты. А свое начальство только и может, что ныть о том, что раньше все было круче и оплакивать свое былое величие. 

Ну блин. Ребята, «Энрон», «Лемон бразерс», «Кодак», «Поляроид», город Дейтройт, американские крупные торговые центры, поэт Евгений Евтушенко и группа U2 – нет, ни о чем нам не говорят эти примеры? Меняйся, или умри. 

А куда меняться и с чего начинать? 

Куда меняться – пока не очень видно, а вот с чего начинать – как раз понятно. 

Для того, чтобы в тебя поверили другие, нужно самому в себя поверить. Ему не хватает веры. 

А для этого нужно перестать жить в тотальной ретравматизации. Перестать встречать рассвет и провожать день, глядя на картинки своего унижения, боли и поражения. Перенести фокус своего внимания на другую картину – на тот момент, когда после глубочайшего кризиса он вышел на свет, оглянулся и понял – живой. 

Потому что в его истории главное не то, что его все предали, включая собственную команду и собственного отца. И не то, что его чуть не убили свои же и за то, что он хотел им же помочь. А то, что он, несмотря на это, сука, выжил. И пришел обратно к ним и сказал – я не держу на вас зла, продолжаем работать. 

Потому что каждый из нас в своей собственной жизни проживает историю нашего героя. Просто очень многие останавливаются где-то на середине этой истории. И только очень немногие идут до конца. Чтобы команда шла вперед, нужно показывать ей, куда идти, а не пройденный путь. 

Хорошо, а что конкретно-то может сделать наш герой? Реальных рычагов управления у него нет. Максимум, что он может сделать – шепнуть на ухо кому-то из своих сторонников, чтобы он что-то сделал якобы по собственной инициативе. Не знаю, пост в фейсбуке… 

Не этого ли ждет от него отец? 



Это было в Лионе пару назад, в конце зимы. Небольшое кафе, одной стороной выходящее на площадь Белькур с колесом обозрения и памятником Людовику 14-му, а другой – в переулок с дорогими бутиками. На город спускался синий час – короткое, странное, магическое время между днем и вечером.  

За мой спиной потрескивала печь, юный гарсон в белоснежном переднике ловко управлялся с деревянной лопатой, забрасывая в огонь лоскутки пиццы. 
Я задумчиво потягивал бордо из бокала, и ждал свой тартар. За окном сияло колесо обозрения и торопливо проходили редкие туристы. 
Под диагонали от меня у окна сидел человек. Он был один за столиком. Он был очень высокий, худой, бритоголовый, с короткой седой бородкой. Несмотря на то, что освещение в кафе было не очень яркое, на нем были темные очки. Он пил кофе и задумчиво строчил что-то в блокноте. 
И вдруг я почувствовал прикосновение чего-то нехорошего. Страшного. Как будто температура в помещении понизилась на несколько градусов, а свет стал более тусклым. И еще звук – как будто все пространство было принизано невыносимым ультразвуковым скрежетом. 
В следующую секунду я явственно увидел этого человека лежащим на полу в луже крови и осколках стекла. 
Это видение продолжалось всего одно мгновение и тут же все стало как прежде – потрескивание огня в печи, бокал вина в моей руке и синий час за окном. 
То, что произошло дальше, я никак не могу объяснить. Человек вздрогнул, оглянулся и очень внимательно посмотрел прямо на меня. Я опустил глаза вниз, через секунду поднял их снова и увидел, что он стоит рядом с моим столиком, прямо передо мной. 
Спасибо, сказал он по-русски и быстро пошел к двери. Пройдя несколько шагов,  он остановился и оглянулся. 
Тебе тоже надо уходить. 
Я не пошевелился. 
Он поморщился. 
Ты что, не понял? Если они увидят, что меня здесь нет, прилетит тебе. Быстро, вали отсюда. 
Я смотрел на него, но снова не пошевелился. Я просто не знал, как мне реагировать. 
Вот придурок, сказал он, покачал головой, развернулся и вышел из кафе. Медленно, как во сне, я достал кошелек, положил на стол купюру, набросил свой пуховик и вышел из кафе. Слева я услышал какой-то шум. Я посмотрел туда и увидел, что из глубины улицы к площади идет толпа людей с плакатами в руках. Они громко скандировали какие-то лозунги. Со всех сторон площади навстречу им выдвигались полицейские с дубинками и щитами. Явно намечалась заварушка. Редкие прохожие рассыпались по переулкам. Я отправился в отель и остаток вечера смотрел по телевизору местные новости про разгон демонстрации в центре Лиона. Поскольку французского языка я не знаю, причина и суть конфликта осталась для меня неизвестной, но кадры побоища на площади Белькур, разбитые витрины и подожженные машины выглядели очень впечатляюще. За просмотром новостей время пролетело незаметно. 
И, конечно, у меня из головы не шел странный лысый человек в черных очках, который, вероятно, должен был погибнуть или серьезно пострадать в этот вечер. 
Я потом спросил у Мага, как получилось, что он не заметил опасности, сидя в кафе в Лионе. Он отнесся к моему вопросу очень серьезно и ответил не сразу. 
Мы постоянно находимся на пересечении огромного количества сюжетных линий. И любое наблюдение может перенаправить нас с одной линии на другую. За мгновение до того, как ты на меня посмотрел, линии, в которой я лежал на полу с разбитым черепом, не существовало. Вернее, она существовала, как в любой другой момент существует бесконечное количество других линий – например, то, что мне на голову упадет метеорит. Но я двигался по другой линии, а в этом движении есть некоторая инерция. И вот в тот момент, когда ты на меня посмотрел, ты сдвинул меня с одной линии на другую. 
То есть это я виноват в том, что тебя могли убить? – несколько обиженно сказал я. 
Такая вероятность существовала всегда. Но ты своим наблюдением переключил меня, передвинул с одной линии на другую, значительно повысив вероятность такого исхода. 
А если бы меня там не было, или я бы не посмотрел на тебя, что произошло бы дальше? Ты бы все равно попал в драку и мог погибнуть? 
Сложно сказать. Я не видел никакой угрозы за секунду до твоего взгляда. И только после того, как ты на меня посмотрел, угроза появилась. 
Теперь я чувствую себя виноватым. 
Ты все сделал так, как мог. Ты послал мне сигнал. Предупредил меня. 
Каким образом? 
Представь, что ты сидишь в тихом, уютном кафе. И вдруг один из посетителей орет во все горло: Тебя сейчас убьют, скорее, уходи отсюда! И во всех подробностях описывает то, что произойдет дальше. Вот так это выглядело для меня. 
Такой была моя первая встреча с Магом. Вскоре последовала и вторая, еще более скоротечная. 
 
Вторая встреча случилась в Москве, несколько месяцев спустя. Я вошел в вагон метро и увидел, что какой-то мужик собирается запрыгнуть в вагон прямо за мной, однако двери уже начали закрываться. Инстинктивно я придержал дверь ногой, и мужик запрыгнул в вагон. 
А, это опять ты, сказал он, ничуть не удивившись. Маг был одет в длиннополый черный плащ, ярко-желтую кофту и, конечно, на нем были его неизменные черные очки. 
Вагон тряхнуло, он схватился за поручень, и его рука оказалась прямо перед моим лицом. Я увидел тонкую кисть и запястье, на котором были массивные черные часы. Я успел разглядеть брэнд – «Panerai». Маг перехватил мой взгляд и посмотрел на часы. Но истолковал мой взгляд по-своему. 
Сейчас мне некогда, сказал он, мы поговорим в следующий раз. Подумай пока и сформулируй, в чем твоя главная проблема. В следующий раз обсудим. А теперь не мешай, мне надо подумать. 
В полном молчании мы проехали две или три станции, после чего он вышел, больше не сказав мне ни слова, не попрощавшись и даже не кивнув. 
В чем моя главная проблема? 
Хороший вопрос. 
Мне всегда казалось, что моя главная проблема – это мое происхождение. То, что меня с моим умом и талантом догадал черт родиться да не просто в России, а в провинции, даже не просто в провинции, а в глуши, в поселке, который находится в сотне километров от городка, жители которого считают себя провинциалами. То есть это провинция даже для провинции. Какой в этом смысл? Почему я должен был потратить десять лет своей жизни на то, чтобы добраться из своего поселка до Москвы и зажить наконец как человек? 
Это моя главная проблема? 
Или может быть, моя проблема в том, что я никак не могу найти свое место? Я легко добивался успеха в любом деле, за которое брался. Причем это происходило с самого начала, и я всегда воспринимал это как должное. 
Если сравнить то, что есть у меня и то, что есть у других – вообще, у меня есть какие-то проблемы? У меня есть какая-то причина на что-то жаловаться? Если у меня что-то не в порядке, тогда у кого в порядке? 
Да, была одна проблема. Это мое ощущение, что я занимаю чужое место. То, что мне пришлось пройти огромный путь, то, что мне пришлось заплатить большую цену за все, что у меня есть, то, что мне пришлось постоянно обходить других, менее талантливых, менее упорных, менее целеустремленных – неизбежно привело к тому, что я занимал чье-то место. Никто не готовил мое место для меня. Мой отец не говорил – эта должность достанется моему сыну, когда он подрастет. Мне все приходилось брать самому. 
Чувствовал ли я себя виноватым? Вовсе нет. 
Но я никогда не был до конца уверен в том, что это именно мое место. Никогда, ни разу за всю мою жизнь у меня не возникало ощущения, что я дома. Что я занимаюсь тем, чем я хочу заниматься. Что я больше никому ничего не должен и ничего никому не нужно доказывать. 
С любой точки зрения, как ни посмотри – у меня было все. Деньги, здоровье, прекрасная семья, отличное жилье, стабильная и любимая работа. Но не было ощущения, что это и есть я. 
Что я могу говорить то, что я хочу сказать, не повышая голос и не опасаясь, что меня перебьют вопросом: «А кто ты такой и кто дал тебе право открыть рот?» 
Мне казалось, что рано или поздно я получу какую-то «окончательную бумагу», которая наконец даст мне право говорить то, что я хочу. 
Иногда это почти получалось. Это ощущение появлялось и снова исчезало. 
Психологи и коучи не помогали. Можность не отрастала. Я был как кот, который гонялся за своим хвостом. Окончательная победа всегда была близка, но всегда была равна окончательному поражению. 
Можно ли с этим что-то сделать? 
Наверное, да. 
И наверное, Маг мог мне с этим помочь. Не помню, в какой момент я начал называть его так про себя. И вообще, был ли такой момент, возможно, для меня он сразу стал Магом, с того момента, как я увидел в кафе в Лионе. А иногда мне казалось, что я знал его задолго до этого и задолго до этого знал, что он Маг. 
Несколько недель спустя я сидел в кафе в Афимолле, ел суши и с тоской думал о том, что, возможно, никогда больше не увижу Мага. И в этот момент он появился прямо передо мной, собственной персоной. Он был в очень веселом расположении духа, в руках у него был пакет из магазина «COS». Он по-хозяйски сел напротив меня, поставил рядом с собой пакет и жестом подозвал официанта. Не глядя в меню, сделал заказ и наконец посмотрел на меня. 
Итак, проблема, он просто продолжил начатый ранее разговор. 
Мне кажется, что я занимаю не свое место, сказал я и замолчал. 
Продолжай. 
Возможно, я все время пытаюсь стать кем-то, кем я не являюсь, выдавил я из себя. 
О, это совсем не проблема, бодро ответил Маг, мы все время пытаемся стать кем-то, кем мы не являемся. Ты появился на свет трехкилограммовым комочком плоти, который не мог бы прожить самостоятельно ни секунды. А сейчас ты даже в состоянии сам заказать себе суши. Понятна мысль? 
Не очень. 
Гумилев в свое время хорошо сказал – мы меняем души, не тела. Мир бесконечно меняется. И если ты не меняешься, ты очень быстро погибаешь. Изменения нашего тела ограничены законами физики. А вот душа может изменяться бесконечно. 
Я не это имел в виду. Как понять, что эти изменения… 
Подожди, перебил Маг, вот смотри, как это происходит. Ты видишь кого-то, кто тебе нравится. У тебя были кумиры в детстве? 
Конечно были. Космонавты, индейцы, потом Борис Гребенщиков. 
Прекрасный набор! воскликнул Маг, ты видишь человека, на которого хочешь быть похожим. Причем, совершенно неважно, реальный человек или воображаемый. Потому что любой, даже вполне реальный человек для тебя – не больше, чем твое представление об этом человеке. Тебя начинает тянуть к этому человеку. Ты начинаешь читать про него, узнавать что-то. Собираешь его фотографии, если это рок-звезда, читаешь его интервью. Ты пока не очень понимаешь, какая информация про него важна, а какая – не очень. Ты берешь все. И потом начинаешь примерять это на себя. Носишь такую одежду, как у него. 
У меня был хвост. 
Маг недоуменно уставился на меня. И вдруг захохотал. 
А, хвост, как у Гребенщикова, понял. Ну да. Гребенщиков читал Сартра и переводил с английского Боба Дилана. Но ты скопировал у него то, что скопировать проще – отрастил хвост на башке. 
Я покраснел. Маг очень точно описал мои взаимоотношения с кумиром моей юности. 
Каждый раз, когда ты кого-нибудь копируешь – очень внимательно смотри на то, что именно ты копируешь. Очень может оказаться так, что ты копируешь хвост, а не Сартра. 
А можно расти, никого не копируя? 
Нет, отрезал Маг, это все равно что пытаться идти, не делая шагов. Копирование – это обучение. Хорошо, если тебе не нравится термин «копирование», давай будем использовать «моделирование». 
Получается, мы так всю жизнь и идем от одного кумира к другому? 
Получается так. Так что твое ощущение, что ты все время пытаешься стать кем-то, кем ты не являешься – это не баг, это фича. 
А когда люди кончатся? 
В смысле? 
В какой-то момент люди, которых мне будет интересно копировать… то есть, моделировать, закончатся. Что тогда? 
Отличный вопрос, - одобрил Маг. К тому времени принесли его заказ (суп с креветками и зеленый чай). Он расправился и с тем и с другим молниеносно. 
Так в чем твоя проблема на самом деле? – спросил он наконец. 
Я не могу найти следующего кумира. Следующий объект для моделирования. 
Маг кивнул. 
Это годится. 
Маг встал. 
Действуй. 
Что мне делать? 
Маг пожал плечами. 
Мне все равно. Делай все, что хочешь. 
Я был разочарован, но мне не хотелось так просто его отпускать. Сказал А – скажи и Б. 
С чего начать хотя бы? 
Для начала разрушь то, что у тебя есть сейчас. 
Я смотрел на часы, висевшие на стене кафе. Маг оглянулся. 
Что такое? 
Странно, сказал я, мне кажется, мы сидели и разговаривали здесь минут двадцать. 
Так и есть, - согласился Маг, покосившись на свои наручные часы. 
Прошло четыре часа. 
Ого, сказал Маг, ну ты даешь. 
Он снял с руки свои часы и отдал мне. 
Всегда смотри только на эти часы. Понял? Это очень важно. 
Я растерянно смотрел на огромный черный циферблат подаренных мне часов. 
Увидимся, сказал Маг. 
Вечером, придя домой, я погуглил, сколько стоят подаренные мне часы. И мне стало реально не по себе. 
 
Разрушение всего того, из чего состояла моя жизнь, далось мне пугающе легко. Буквально за неделю я поссорился со своими родителями, послал на хер лучшего друга, расстался с девушкой и уволился с работы. 
Хрен его, знает, на что я рассчитывал, но я даже вошел в какой-то азарт. У меня оставались какие-то деньги на карточке, я снял убитую однушку в центре и ждал следующей встречи с Магом. Мне казалось, что впереди меня ждут какие-то очень интересные приключения, в сравнении с которыми какие-нибудь финансовые проблемы будут казаться не достойными внимания мелочами жизни. 
Но ничего не происходило. 
Неделя. Две. Месяц. У меня заканчивались деньги и нужно было уже что-то решать с работой. Ночью я не мог заснуть, ворочался на жестком диване и злился на Мага. Мог бы и помочь. Наверняка он знает, в какой я сейчас ситуации. Смотрит на меня своим магическим зрением и посмеивается. 
Давай рассуждать логически. 
То, что маг мной заинтересовался, означало, что у меня, очевидно, есть какие-то магические способности. Я же смог его предупредить в Лионе. Нео, ты избранный! 
О чем он говорил? О копировании? 
Я вскочил, включил свет и начал перерывать свои вещи. Черные очки нашлись примерно через час поисков во внутреннем кармане сумки-уикэндера. Я надел их и посмотрел в зеркало. Выглядел я довольно глупо. Как и должен выглядеть человек в трусах и черных очках в два часа ночи. 
Я посмотрел на часы на руке, которые я с тех пор не снимал. Два часа ночи. 
Кстати, странное дело. С тех пор, как Маг подарил мне эти часы, время как будто замедлилось. Я списывал это на то, что мне теперь большую часть времени было нечего делать. Но факт – время как будто уплотнилось, стало насыщенным и вязким. 
Я стоял перед зеркалом и не знал, что делать дальше. 
Хочу миллион рублей, сказал я и щелкнул пальцами. Мгновение спустя блямкнул телефон на столе. Я взял его в руки. Это было СМС-уведомление о поступлении на счет девятисот восьмидесяти двух тысяч рублей – долг по одному старому проекту, про который я давно и думать забыл. До миллиона чуть-чуть не хватало и это выглядело так, как будто магическая канцелярия списала с меня комиссию за выполнение услуги. 
Эта штука работала. 
Телефон зазвонил у меня в руках. 
Номер не определен. 
Не поздоровавшись и не попрощавшись, Маг продиктовал мне адрес и велел приезжать немедленно. Велел взять с собой паспорт. 
Таксист косился на меня в зеркало – видимо, из-за черных очков. Решил, что я наркоман, скрываю под очками расширенные зрачки. Пофиг. 
Я приехал в Москва-Сити. Мне пришлось показать паспорт на ресепшн, потом я поднялся на тридцать шестой этаж, прошел мимо таблички с надписью «Психотерапевт Мария Костромина» и постучал в дверь следующего офиса. 
Дверь открылась. 
Заходи, сказал Маг. 
Просторная переговорка, посреди которой стоял большой стол, заваленный бумагами, в углу стоял флипчарт, исписанный формулами. 
Садись, сказал Маг. 
Он взял блокнот с желтой надписью «ЛДПР», открыл его и дал мне. 
Нарисуй что-нибудь. 
Я взял со стола маркер и нарисовал корявый силуэт человечка. 
Маг перевернул страницу. 
Видишь - здесь чистый лист. Так живет большинство людей. Здесь они есть, а здесь их нет. И нигде больше их нет. 
Маг перелистнул страницы блокнота. Они все были чистыми. Кроме первой, на которой был мой корявый рисунок. 
Маг взял тот же самый маркер и нарисовал рядом с моим человечком еще одного (такого же корявого!). Потом он перелистнул страницу. На следующей странице был явственно виден силуэт человечка - след, выдавленный на бумаге маркером. 
Это второе измерение, сказал Маг, А есть и другие. 
Он перелистнул страницу. Там был такой же рисунок человечка, но нарисованный другим цветом. Он перелистнул еще – там был такой же рисунок человечка, но вписанный в невероятный разноцветный пейзаж, перелистнул еще – и там был рисунок человечка синей шариковой ручкой, перелистнул еще – и на стол выпал вырезанный из страницы силуэт человечка. 
Я ошарашенно смотрел, как он листает блокнот страница за страницей – и на каждой странице были разноцветные копии рисунка корявого человечка, который он сделал на первой странице блокнота. Там были рисунки маслом, черно-белые фотографии, фрески, мозаики, рисунки в стиле Пабло Пикассо – и все это был один и тот же безошибочно узнаваемый корявый человечек. Он долистал до конца и поднял блокнот. На поверхности стола был рисунок корявого человечка. 
Так живет маг. Он существует на всех измерениях. Именно поэтому он может видеть то, чего не видят другие и делать то, что не могут делать другие. Для него не существует закрытых дверей. Сегодня ты сделал действие, которое принесло тебе результат. На этом уровне ты просто щелкнул пальцами. А на третьем уровне ты вот этой самой рукой перенаправил в свою сторону денежный поток. 
Я не знаю, как у меня это получилось. 
Никто не знает. Древние маги много раз пытались это как-то зафиксировать, составить инструкцию, какой-то перечень работающих ритуалов. Но все это мусор, хлам. Они фиксировали действия на нашем уровне, если угодно – рисовали на первой странице блокнота. А вот то, что происходило на глубине, на других уровнях – это зафиксировать ни у кого не получалось, просто потому что нет и не может быть языка описания. Что-то начал понимать Юнг и некоторые продвинутые НЛПеры, но они сами себе не верили, пугались и не шли дальше. А может и шли, но этим опытом с другими не очень делились, чтобы их не упекли в психушку. 
Правильно ли я понял, что я могу любое действие на физическом уровне привязать к любому действию на других уровнях. Условно, чтобы перенаправить денежный поток, я мог не щелкнуть пальцами, а… 
Маг кивнул. 
У меня приятель делал ритуал. Ходил 108 раз вокруг буддистской ступы на острове Огой. И когда закончил и ехал назад, ему сообщили, что сделка, которую он ждал несколько лет, заключена. 
Ты ведь понимаешь, что это сделала не ступа и не ритуал. Это сделал твой друг. 
А поездка на Байкал ему нужна была… 
Для того, чтобы повысить его доверие к миру. 
Типа, если у вас есть вера размером с горчичное зерно?.. 
О, нет-нет! Вера – это когда ты насилуешь реальность. Пытаешься убедить себя в том, чего нет на самом деле. Вера разрушает человека. Не вера, а доверие. Ты не пытаешься убедить себя в том, что можешь менять реальность, а просто идешь за волной. Доверяешь миру. 
Честно говоря, я не очень понял, что он имеет в виду. 
Значит, можно загадать желание и ходить не вокруг ступы, а, например, вокруг вот этой кружки. И не 108 раз, а один. И тогда, если у меня уже есть доверие к миру… 
Попробуй. 
Я взял со стола красную кружку с недопитым кофе, поставил ее на стул, встал и обошел вокруг нее. 
Да, я возьму тебя в ученики. Ты ведь это желание загадал? 
Я пожал плечами. Какая разница. Ну допустим, это. 
 
Я иду по коридору бизнес-центра в Москва-Сити, прохожу мимо двери с табличкой «Психолог Мария Костромина» и вдруг вижу… 
… что я иду по коридору отеля и останавливаюсь перед дверью номера. Как он сказал – ты будешь удивлен, но тебе понравится. Я стучу в дверь. Несколько секунд тихо, потом слышны шаги. Дверь открывается, и я вижу совершенно голого молодого человека с эрегированным членом. Все его тело покрыто потом, волосы слиплись на лбу, а стоящий торчком член покрыт клочьями белой пены. Он улыбается и говорит, мы вас ждали, и протягивает мне руку. Я пожимаю ее, рука мокрая. Он разворачивается и идет вглубь номера я иду за ним, стараясь не смотреть на его ягодицы. Из глубины номера слышны шлепки, как будто кому-то ритмично отвешивают пощечины. Я вхожу в номер. Окна занавешены. Верхний свет выключен. У стены стоит торшер. На другой стене над кроватью висит бра. А на кровати – клубок голых тел. Сначала мне показалось, что это все мужчины, но потом я увидел между ними маленькую на фоне мускулистых мужских тел женскую фигурку. Это была плотненькая брюнетка с небольшой грудью. 
Один мужчина лежал на спине, и она сидела на нем сверху. Второй стоял за ее спиной. Его бедра ритмично ударяли ее по ягодицам и именно это и был тот звук, который я услышал из коридора. Третий мужчина лежал перед девушкой, раскинув ноги и она сосала его член. Четвертый и пятый лежали слева и справа, она держала в руках их члены и дрочила их. Тела всех участников оргии были покрыты потом, а на ягодицах девушки я увидел ту же самую белую пену. 
Еще один мужчина – толстый, с жирным телом, покрытым густыми черными волосами, сидел в кресле и, подергивая свой маленький член, смотрел на оргию. 
Мария, посмотри, кто к нам присоединился, сказал молодой человек, который открыл мне дверь. Девушка выпустила член изо рта и повернулась. Это была моя жена… 
 
…Что это такое? Откуда прилетело? 
 
Я стоял перед дверью в офис, в котором мы встречались с Магом. Из-за двери донесся яростный крик: 
Медитация – это полная херня! 
И в ответ не менее яростное: 
Молитва – еще большая херня! 
Любые ритуалы – это херня! 
Я вошел в кабинет и как будто оказался в сцене из фильма «Люди в черном». Они все были в черных очках. 
Я представлю тебе нашу команду, сказал Маг, Это Олег. В настоящий момент он самый влиятельный политик в мире. Это он готовит решения, которые подписывают разные мужчины в дорогих костюмах, которых показывают по телевизору. 
Это Ефим. Он руководит двумя финансовыми системами – официальной и неофициальной. Все руководители Центробанков мира с ним на связи. 
Это Марина, она ведьма. 
Это Оогг, он вампир. 
Это Нина, она строит заводы в Китае. 
Это Дабба, он специалист по разного рода человеческим порокам. 
Это Елена, она изучает возможности человеческого тела. 
Это Михаил, он наш эксперт в вопросах веры. 
Вот эта иконка в ноутбуке (кот в черных очках) - это Арзамас, искусственный интеллект. 
Это Евгений, он продюсер, работает в шоу-бизнесе. 
Это Анна, она изучает историю искусства. 
(Все с вами понятно, ребята) 
Вы сумасшедшие? 
Нет, мы титаниум коучинг, сказала Марина. 
И кого вы коучите? 
Человечество, сказал Маг, наша задача спасти мир. И ты нам в этом поможешь. 
Ты точно уверен, что он справится? – сказал Олег. 
Сейчас узнаем, сказал Маг и поставил передо мной на стол красную кружку с горячим кофе, который держал в руках, сдвинь ее с места. 
Я растерянно посмотрел на него. 
В смысле? 
Ага. Понял. Я должен сдвинуть ее взглядом. 
Я посмотрел на остальных. Они были напряжены и серьезны. Это не было похоже на розыгрыш. Они реально ждали, что я сдвину взглядом эту чертову кружку. 
Я посмотрел на нее. 
Конечно, ничего не произошло. 
«Помни про доверие», - услышал я в голове голос Мага. 
«Ты мне ни хера не помогаешь», - мысленно ответил я. 
«Стань кружкой» 
«Что?» 
«Стань кружкой! Что ты чувствуешь?» 
Я посмотрел на кружку. Пар от горячего кофе поднимался вверх. 
Горячий кофе. Мне горячо, сказал я вслух. 
Следующий, разочарованно сказал Ефим. 
«Нет» - голос Мага в голове. 
Я закрыл глаза и мысленно посмотрел на кружку. И вдруг она заполнила все пространство вокруг меня и я стал кружкой. Горячей, полной черного, горячего кофе и мне… 
Мне ужасно холодно. 
Что-то происходило. Что-то происходило. Что-то происходило и я не мог это контролировать. 
Ты что творишь, придурок! 
Я открыл глаза. 
Ефим сбрасывал со стола горящие бумаги и топтал их ногами. В офисе было жарко, как в сауне. А кружка стояла на столе. От нее шел пар. Внутри нее был кусок льда. Хрусть – кружка треснула и от нее отвалился кусок. 
Ладно, годится для начала, сказал Олег, подошел ко мне и протянул мне руку. Когда я ее пожал, я увидел у него на руке часы «Панерай». У всех остальных тоже были часы на правой руке, и я мог назвать марку, не проверяя. 
У нас мало времени, сказал Маг. 
А ничего, что он так и не сдвинул кружку с места? – спросила Марина. 
 
Это механические часы, они сделаны во Флоренции и их единственная задача – не допускать утечек времени. Эти мастера знали, что именно они делают и это единственная модель часов на Земле, которая так работает. Они не показывают время – они защищают наше время. 
Времени у нас мало. 
 
Представь себе, что некая армия захватчиков отправляется в путь к твоему городу. Ты знаешь о том, что они начали движение. И знаешь, что это движение займет некоторое время. И ты не можешь их никак остановить. Ты знаешь, что они идут. Ты примерно знаешь, когда они придут и ты можешь подготовиться к этому времени, чтобы их встретить. 
Кто такие они? 
Пришельцы. Инопланетяне. Духи. Боги. Тени. Называй их так, как тебе удобнее. Мы почти ничего про них не знаем, кроме того, что они к нам идут и когда они придут, будет очень плохо. 
Насколько плохо? 
Очень плохо. 
Нам нужно подготовить армию и оружие, чтобы их встретить. 
Правильно. 
Бомбы, лазеры? 
Давай не будем тратить время на догадки. Единственное оружие, которое сработает против них – это магия. 
А армия – это вы? – спросил я, оглядев присутствующих. Они засмеялись. 
Он что, дебил? 
Конечно, нет. 
Мы слишком слабы и нас слишком мало. 
Армия – это ты. 
Я помолчал. 
Откуда вы знаете, что магия сработает? 
Маг тяжело вздохнул. 
 
Меня опять выключило. 
Мария вышла в подъезд, повернулась, чтобы запереть дверь и поморщилась.  А вот и причина этого отвратительного запаха – грязный бомж, который стоял на лестничной площадке и мочился в мусоропровод. 
Что вы делаете? – возмущенно закричала Мария. Бомж повернулся к ней, не удосужившись убрать в штаны свой член. И широко ухмыльнулся, увидев Марию. 
Я тебя знаю, сказал он, я тебя трахал в Питере, на крыше, помнишь, прошлым летом! 
Что вы несете! Я сейчас полицию вызову! 
Мария ничего такого не помнила, а в Питере в последний раз была на первом курсе. Но бомжа это ничуть не смутило. 
Ты была с мужем. У тебя родинка вот тут на внутренней стороне бедра. Я точно тебя помню. Ты еще так пищала, как мышь, когда кончала. 
Мария действительно пищала, когда кончала и у нее был муж и родинка на внутренней стороне бедра. 
Покажи! – приказал бомж. 
И Мария вдруг подняла юбку и опустила трусики. 
Вот она, эта родинка на бедре, я же говорил! Стой так, не двигайся. 
Бомж начал дрочить, глядя на Марию, которая так и стояла, спустив трусики. Через какое-то время бомж захрипел и залил спермой лестницу. 
В следующий раз кончу тебе в твой красивый ротик. Приходи завтра в гаражи. 
Он застегнул штаны и, прихрамывая, спустился по лестнице. А Мария вдруг увидела, что несколько капель спермы попали на ее бедро. Она вытерла капли рукой и вдруг облизала руку… 
 
Твою мать, опять меня кроет! 
Что такое? 
Какое-то порно-кино. Я все время вижу какие-то эротические видения, причем совершенно омерзительные, какие-то извращения… 
Расскажи ему, попросила Елена. 
В другой раз, ответил Олег, сначала нам нужно попробовать его в деле. 
 
Банда титанов осталась в офисе. У Мага был белый «Лексус», он сам сел за руль. По дороге мы поговорили. 
Две тысячи лет назад жрецы получили сигнал по своим каналам о том, что на Землю готовится вторжение. Другой мир, другой вид, для которого мы – не больше, чем очень вкусная и питательная еда. У нас было достаточно времени на то, чтобы подготовиться к вторжению. Европейская цивилизация была в этот момент сильна, как никогда. Единая империя, единая финансовая система, единая культура – у нас было все что нужно для того, чтобы сконцентрировать все усилия на подготовку ответного удара. И у нас было оружие – у нас была сильная, дикая и неприрученная магия. И было достаточно времени на то, чтобы научиться ею управлять. Но они нашли способ украсть наше время. 
Они отправили к нам диверсанта. Они дали одному человеку столько Веры, что ее хватило на все человечество. Его Вера уничтожила все – империю, финансовую систему, культуру. Она остановила развитие человечества на две тысячи лет. Все, что мы имеем сейчас и даже больше – мы могли бы иметь две тысячи лет назад. Они украли у нас это время. 
Он лишил нас нашего главного оружия – доверия. Он связал нам руки своей верой. И закрыл дверь, через которую в наш мир попадает магия. Есть лишь одиночки, вроде меня, которые умеют генерить магию из пространства. Крупицы магии. Этой магии слишком мало для того, чтобы выиграть войну. 
Тогда в чем план? Что я смогу сделать со своими крупицами магии? 
Твоя задача - открыть дверь. 
Я закрыл глаза и совершенно не удивился, увидев берег моря и голую девушку, выползающую на прибрежные камни из воды. Осторожно переступая с камня на камень, она поднялась на крутой берег, где стоял огромный темный замок. Как только она вошла в замок, как тут же во всех залах замка включился яркий свет. Она спросила, есть ли здесь кто-нибудь, но ей никто не ответил. Только где-то совсем рядом послышалось дыхание огромного зверя, который не сводил с нее своих голодных глаз… 
ААААААААААА! 
Лексус завилял и остановился. 
Что такое? 
Опять эти видения. Я уже больше не могу смотреть это тупое порно! 
Маг засмеялся. 
Что смешного? 
Это он. 
В смысле – он? 
В смысле – он. Твоя цель. Это его видения. 
Ты хочешь сказать, что он… каким-то образом насылает их на меня? Но зачем? 
Не насылает. Это ты за ним подглядываешь. Это то, о чем он думает прямо сейчас. 
Но… почему он это думает? 
Слушай, он обычный человек, не очень умный, не очень сильный. Просто ему не повезло попасть под раздачу. Две тысячи лет он стоит в дверях, за которыми все это время копится вся магия мира. И все это время Зверь трахает его Аниму. К этому нельзя привыкнуть. Он думает, что он хочет убивать, а на самом деле он просто хочет восстановить равновесие. Его анимус тоже хочет заняться любовью с кем-нибудь. Но он этого не понимает, хотя и чувствует. Он ходит к психологу, представляешь? Рассказывает ей всякую фигню про свои сны, в которых он мальчик, который хочет убить город. А про то, что больше всего в жизни он хочет ее трахнуть – я думаю, не рассказывает. 
Я все равно не понимаю, что я могу сделать. 
Поймешь. Идем, мы приехали. 
 
Мы вошли в подъезд дома, поднялись на третий этаж, позвонили в дверь. Нам открыла заплаканная молодая женщина. Мы прошли в комнату, где сидел на кровати маленький мальчик, лет восьми. 
Аутизм, с рождения. Врачи от него отказались. 
Взглянув на него лишь один раз, я сразу увидел Тень. Она была на его голове, плечах и спине. 
Ты ее видишь? 
Я кивнул. 
Можешь что-нибудь с этим сделать? 
Я пожал плечами. Попробую. Я не знал, что я должен сделать – прочитать какое-нибудь заклинание, помахать руками, чтобы прогнать Тень? 
Я решил Довериться. 
Я закрыл глаза. 
Насколько секунд ничего не происходило, потом в середине моей груди появилась светящаяся точка. Она светила все ярче и ярче и через какое-то время я весь превратился в большой светящийся шар. Не открывая глаз, я посмотрел на мальчика и увидел, что он тоже выглядит, как светящий шар, но поменьше размерами, заметно тусклее и весь изъеден пятнами Тени. И вдруг я впал в ярость, в бешенство. Широкий поток света хлынул из светящейся точки внутри меня и одним махом смыл все темные пятна со светящегося шара мальчика. Послышался вой. Шар мальчика засиял ярко, заметно ярче, чем мой. 
Я открыл глаза. Мальчик спал. 
Я посмотрел на часы у меня на руке – прошло всего несколько секунд. 
Когда мы выходили, женщина пыталась сунуть Магу какие-то деньги, от которых он умело увернулся. 
Купи пацану книжек и никому не рассказывай о том, что ты видела. 
Мы вернулись в машину. 
Я думал, что тебе понадобится год или два на то, чтобы научиться пользоваться своей силой. Олег считает, что у нас нет этого времени и что тебе придется учиться в реальной боевой ситуации. 
Почему? 
Сам-то как считаешь? 
И тут я понял. 
Вторжение уже началось! Война уже идет… 
Война уже закончилась, сказал Маг. 
Мы проиграли. 
 
Жрецы чутка ошиблись, неправильно прочитав пророчество. Они думали, что война начнется через две тысячи лет. На самом деле пророчество было о том, что она продлится две тысячи лет. 
Но как получилось, что человечество ее не заметило? 
Человечество еще как ее заметило, просто не поняло, что это война. Главная валюта в мире Теней – это время. И надо признать, что за эти две тысячи лет они очень хорошо научились его из нас выкачивать. Сначала добыча шла варварски, путем массовых убийств. Когда им было нужно – они просто забирали у человека целиком все его время, всю его будущую жизнь. Войны, эпидемии, геноциды. Потом у них произошло что-то вроде экологической революции. Нашлись какие-то активисты, которые доказали, что если вести добычу такими варварскими методами – очень скоро человечество вымрет и им будет нечего есть. Сначала от этих активистов отмахивались. И продолжали качать время из человечества в промышленных масштабах. Одна мировая война, вторая. И уже готовили третью, атомную, чтобы забрать сразу все время на все поколения вперед. Но потом разум возобладал, экологические активисты стали необычайно влиятельными в их мире и начали внедрять планомерную и возобновляемую добычу нашего времени – аутизм у детей, сериалы, детективные романы, соцсети, бесполезная работа… 
У Мага зазвонил телефон. Он включил громкую связь. Это был Олег. 
Они зашевелились, сказал Олег, вы где? 
Маг ткнул в телефон, выключив его, потом опустил стекло и выбросил телефон в окно. 
Все титаны мертвы, сказал он. 
У Олега был дурацкий план. Вернее, дурацкая идея. Москва-Сити – это ретрансляционный центр, гигантская антенна, с помощью которой Тени перекачивали в Метрополию собранное на Земле время. 
Олег хотел взорвать ретранслятор. 
Это не сработало в Америке и это точно не сработало бы у нас. В штатах очень быстро перенесли всю аппаратуру в соседние здания и перезапустили ретранслятор. И теперь они были ученые – наверняка приготовили несколько запасных вариантов в нескольких странах. 
Олег запустил свой план без согласования с Магом, дождавшись, чтобы он отвлекся на меня. Это был заговор титанов против Мага. И весь этот заговор с самого начала до самого конца проходил под наблюдением Теней. Как только Олег отдал приказ об эвакуации Москва-Сити, Тени нанесли согласованный мощный удар. Все титаны были убиты в одно мгновение. 
Только он сделал это не для того, чтобы нанести Теням реальный ущерб. Он сделал это для того, чтобы поторопить тебя. Он всегда считал, что у нас нет года или двух, и мы должны действовать быстрее. 
Почему мы до сих пор живы? 
Они ищут нас и скоро найдут. 
Куда мы едем? 
В Москва-Сити. 
Но ведь… 
Они не ждут, что мы там появимся. 
 
10 
Проходя мимо таблички «Психолог Мария Костромина», я остановился. 
Да здесь он, где же ему еще быть, буркнул Маг. Мы вошли в офис. 
Он взял красную кружку, налил кофе из кофе-машины и поставил кружку передо мной. 
Что я должен делать? 
Я не знаю. 
Они идут. 
Я должен его убить? 
Я не знаю. 
Они приближаются. 
Что будет, когда дверь откроется? 
Я не знаю. 
Они уже рядом. 
Вариант один – будет смертельная война между людьми и Тенями. 
Вариант два – мы даже ничего не заметим. Магия придет в мир, все люди засияют одновременно и Тени исчезнут в долю секунды. 
Вариант три – произойдет что-то еще, чего мы на знаем и даже не можем предположить. Мы не знаем, что будет в мире, в котором живет семь миллиардов человек и в который вернется забытая за две тысячи лет магия. 
Любое действие. Я могу сделать любое действие здесь, на этом уровне. 
И там, на других уровнях, откроется дверь. 
Они будут здесь через секунду. 
И рядом, за стеной, один человек, который измучил все человечество, измучился сам и измучил сидящую перед ним красивую, умную и молодую женщину, займется с этой женщиной любовью. 
Нет, я не убью его. Я его освобожу от его веры и верну ему доверие к миру. 
Они здесь. 
Я смотрю на красную кружку передо мной и понимаю, что это за кружка и что в ней. Назови меня Галахад 
Комната заполняется тенями. Маг исчезает. Его больше нет. 
Кружка начинает дрожать и двигается с места. 
Слышен страшный вой. 
Тени кидаются ко мне со всех сторон. 
Красная кружка прыгает мне в руку. 
Я делаю глоток. 
 
16.11 2021 
Москва 
 
Светлой памяти Мага и Титанов посвящается. 
разное, творчество

Читайте также

похожие материалы

  class="castalia castalia-beige"