Формула Проклятия

Формула Проклятия

К тому времени, когда Люцифер вступает в схватку, уже про-
исходит череда насилия и убийств, поскольку Господь насылает
врагов Вавилона из-за его грехов. Было бы полезным изучить
всю книгу Исайи, чтобы увидеть яростные нападки на рощи, идо-
лы, подношения и некромантию, увидеть панораму разрушения,
нанесенного гневной судьбой окружающим народам, когда они
прокляты вплоть до руин, брошены «сатирам, драконам и уха-
ющим совам». Исайя далеко не Шекспир, — аналогия, которую
библеисты любят применять к книге, удобно забывая, что к ней
приложили руки многие. Сравнение в данном случае неискренне,
это делается для того, чтобы Ветхий Завет стал удобоваримым
для современной аудитории, скрывая при этом то, чем он явля-
ется на самом деле: сумасшедшей националистической историей
геноцида и ненависти. Поэтому возникает соблазн поддаться от-
ветной реакции, превознося без разбора всех оппонентов Исайи.
Но все-таки, мы должны помнить, что Исайя является искусно
составленным текстом с точным языком и провокационными ал-
люзиями. Исайя последовательно использует формулу обращения,
то есть проклятия. Пророчества — это не праздные угрозы, они
создают намерение. Как и в случае с оскорблениями, направленны-
ми против дочерей Сиона, они морально приспособлены к гибели
своих врагов и, таким образом, весьма показательны. Это не пу-
стая пародия, это магическая война за восстановление равнове-
сия небес в делах человеческих. Это целеполагаемое зло, которое
чаще приписывают ведьмам, и традиционно силе поэзии. Строки,
следующие за Исайей 14:12, раскрывающие предыдущую главу,
подробно описывают преступление Люцифера. Более детально
я рассмотрю их позже, но на данном этапе важно дать общее пред-
ставление о грехопадении:

«Ты утренней звездою был, но пал с небес. Недавно все наро-
ды перед тобою гнулись, но теперь ты срублен. Ты говорил: «Я,
словно Бог Всевышний, взойду на небо, поставлю трон свой сре-
ди звёзд, воссяду на горе священной на совет с богами. Я взойду
на небесный алтарь, буду подобен Богу Всевышнему»

Люцифера называют самозванцем, стремящимся установить
свой собственный трон вместе с Яхве. Это не свержение порядка,
а попытка достичь паритета с божественным. Его цель — апо-
феоз, возвышение до статуса Бога, что предполагает более глу-
бинный смысл и связь с мифологией. Затем объявляется судьба
Люцифера, и именно здесь даются дальнейшие жизненно важные
подробности:

«Но вместо небес ты низвержен в глубины преисподней.
Смотрящие на тебя видят мёртвое тело и говорят: «Тот ли
это человек, который наводил ужас на все царства земные, го-
рода сравнял с землёй, превращая всё в пустыню, забирал плен-
ных и уводил с собой?» Все цари почили во славе, каждый царь
заслужил могилу. Но ты, жестокий, был из могилы выбро-
шен, как ветвь, которую отбросили, срубив. Ты — как мертвец
на поле битвы, затоптанный другими. Ты не отличаешься ничем
от прочих мёртвых — завёрнут в погребальную одежду. У всех
царей умерших есть могилы. Но с ними не соединишься ты за то,
что ты свою страну разрушил и убил народ свой. Но твои дети
не будут больше разрушать — их остановят. Убить его детей
готовы будьте за беззакония отца: они вовек не будут править,
мир не застроят никогда своими городами».



Он изгнан из могилы, проклят как блуждающий призрак, скита
лец, который останется безымянным и не получит славы благодаря
Могущественным Мертвым. «Ветвь» здесь используется в метафо-
рическом смысле слова «родословная». Существует также игра слов:
корень ветви — nsr, означающий охранять, хранить, сторожить; это
роль царя, который, нарушив свой долг, стал отверженцем. Про-
тивоположные идеи противопоставляются друг другу сознательно.

Исайя пролонгирует проклятие на детей Люцифера, которые
запятнаны грехом своего отца, мотив, к которому я вернусь, когда
буду рассматривать судьбу Нефилимов. Но эти строфы пока всего
лишь скудные замечания, они не развивают космологическую идею.
Возникает ощущение, что Исайя начал, а затем не смог продолжить
свое повествование; причина наших опасений заключается в том, что
эти тексты предположительно изложены культурологическим koine,
общим мифологическим языком. Для того чтобы понять Люцифера
без присвоения ему бунтарского позерства, надо освоить этот язык,
ибо без него мы погрязнем в бездонном болоте огромных спекуля-
тивных недоразумений. Таким образом, цель данного исследования
-переориентировать оккультную традицию в рамках этого койне
для проведения значимых ритуальных практик, уходящих корнями
в общую родословную.

Это может стать неожиданностью для приверженцев Люцифера,
тех, кто стремится избежать ограничений, налагаемых монотеизмом,
но мой совет состоит не в том, чтобы отвернуться от нашего иудео-
христианского наследия, а в том, чтобы ему противостоять. Для этой
цели хорошим подспорьем является Библия. Чтобы не нарушать
смысл повествования, я включил полные цитаты из необходимых
текстов, а дополнительные выдержки даны тем, кто желает сделать
собственное толкование. Библия, подобно медленно движущемуся
леднику, не просто окутала, но и принесла с собой обломки горных
вершин, хотя выдержали только самые твердые камни, остальные
оказались гладко размолотыми или рассыпавшимися в песок, кото-
рый проскальзывает сквозь наши пальцы, и, по-видимому, не спосо-
бен передать истинный смысл. Но маг и ведьма работают с грунтом,
зная, что он сохранил свою силу. Очистив его от грязи и наноса,
даже в нем мы сможем отыскать крупицы традиции. И здесь на-
ходится яркое наследие этой традиции; через быстро текущие реки,
сверкая осколками вечного золота, она поймана в ловушку. В конце
тоннеля терпеливых поисков, предшествовавших иудаизму и хри-
стианству, всегда проявляется яркий свет.

На данном этапе я должен остановиться, я намеренно ввел вас
в заблуждение. Цитата, в которой упоминается Люцифер, основана
на ошибке в переводе, вирусе света. Когда мы читаем текст в перво-
начальном виде, наш любимый Люцифер исчезает подобно черной
кошке в темной комнате.



Предзаказ
Предзаказ успешно отправлен!
Имя *
Телефон *
Добавить в корзину
Перейти в корзину