Глава 7........

ГЛАВА 7

Контекст сновидения: сознательная
ситуация сновидца

Хотя содержание сновидения возникает из бессознательного, оно
уточняется сознательной ситуацией сновидца: событиями, эмоция-
ми, мыслями, страхами, надеждами и конфликтами в бодрствовании
сновидца. Сон — «это не отражение бессознательных содержаний
в целом, а только некоторых содержаний, которые ассоциативно
связаны друг с другом и выбраны сознательной ситуацией момента
... сон содержит бессознательное дополнение [сознательной ситу-
ации]» (CW 8, par. 477). По крайней мере, один экспериментатор
соглашался с Юнгом: Cartwright 1969 обнаружил, что «сны. свя-
заны напрямую с текущими заботами» (p. 111).

Из —за важности сознательной ситуации сновидца, «практи-
чески невозможно и определённо нежелательно толковать сновиде-
ния, не будучи лично знакомым со сновидцем» (CW 17, par. 187).
Сознательная ситуация, по мнению Юнга, включает в себя собы-
тия в жизни сновидца за день или два, особенно те, что оказали или
могли оказать заметное эмоциональное воздействие. Сон с далеко
идущим значением может отражать сознательную ситуацию, кото-
рая охватывает дни, недели или даже месяцы, предшествующие сну.
Конечно, сновидец должен дать сколько возможно много информа-
ции о сознательной ситуации, так чтобы факты, имеющие отношение
к сновидению, были доступны для толкования.

Релевантная сознательная ситуация — это обычно опыт, сталки-
вающийся с комплексом, или проблема, о которой у сновидца невер-
ное или неадекватное сознательное суждение. Суждение может быть
в форме решения, отношения к другому человеку или самооценки.
Более того, для Юнга «обращение с символизмом сновидения тре-
бует, чтобы мы учитывали философские, религиозные и моральные
убеждения сновидца» (CW 16, par. 339), но он не уточнял, как
именно. Я предлагаю два пути, уравновешивающие друг друга: а)
оспаривание ранее нерассмотренных убеждений и б) уважение проч-
но основанных убеждений.

Юнг, похоже, использовал термины «сознательная ситуация»
и «сознательная установка» взаимозаменяемо. Очень часто это одно
и то же; установка почти всегда элемент сознательной ситуации.
Однако, конкретные факты — действия или другие события; такие
как успех или неудача в предпринятой затее, болезнь или грядущие
изменения в роде занятий или проживании — также включаются
в сознательную ситуацию, как и проблемы, приведшие сновидца
в терапию.

Какой бы ни была проблематическая сознательная ситуация,
она констеллирует в бессознательном некоторые содержания, кото-
рые затем появляются в сновидении. То, что для толкователя важно
знать сознательную ситуацию, иллюстрируется случаем молодого
человека, который принёс Юнгу следующий сон:

Мой отец отъезжает от дома на своей новой машине.

Он ведёт очень неуклюже, и я раздражён его явной
тупостью. Он едет то туда, то сюда, вперёд и назад,
и заводит машину в опасные положения. Наконец, он
врезается в стену и сильно разбивает машину. Я в дикой
ярости кричу ему, что он должен вести себя прилично.
Отец лишь смеётся, а затем я вижу, что он вусмерть
пьян
(CW 16, par. 335)


В сознательной ситуации у сновидца хорошие отношения с от-
цом, он восхищается им, как крайне успешным человеком. Однако,
отец «слишком сильно обеспечивал его существование» (CW 16,
par. 336). Нападая на взгляды молодого человека на отца, сон за-
ставляет сновидца осознать себя как отдельного человека, которому
не нужно обеспечение отца. Знание сознательной ситуации предот-
вратило ошибочную интерпретацию, которая поставила бы под со-
мнение характер отца.

Важность знания сознательной ситуации также можно увидеть
в том факте, что один и тот же сон может иметь довольно разные
значения для разных сновидцев. Юнг утверждал, что два человека,
молодой и старый, принесли ему, в сущности, один и тот же сон:

Компания молодых людей скачет на лошадях по
широкому полю. Сновидец ведёт и легко перепрыгивает
канаву с водой. Другие падают в канаву.
(CW 18, par. 519)

Образ заключается в том, что сновидец перепрыгивает препят-
ствие, которое не могут преодолеть другие. Для молодого человека,
осторожного и интровертного, сон указывал на возможности в жиз-
ни, которые он не осознавал. Для старика, который был инвалидом
и не следовал медицинским указаниям, сон, похоже, подразумевал,
что у него иллюзия о своих возможностях, гораздо превышающая
возможные для его возраста и положения.

Могут быть исключения из правила о том, что знание созна-
тельной ситуации сновидца необходимо для толкования. Юнг, по-
хоже, так думал, «особенно с людьми, которые ничего не знают
о психологии» (CW 17, par. 187), очевидно, не ориентированными
психологически. Он приводил пример сна старого генерала, ко-
торого встретил в поезде. У генерала был сон, в котором у него
попросили определение прекрасного. Он не смог ответить, но
молодой майор дал очень хороший ответ
(CW 17, par. 187). Юнг
спросил, как выглядел майор. Генерал ответил: «Он был похож на
меня, когда я был молодым майором» (CW 17, par. 187). Ответ
генерала, по моему мнению, был прояснением текста сновидения.
Таким образом, основываясь на тексте, Юнг смог дать широкое тол-
кование: «Что ж, похоже, вы забыли или утратили нечто, что ещё
могли делать, когда были молодым майором» (CW 17, par. 187).
Только тогда Юнг получил какое-то личное знание о сновидце: ге-
нерал «какое-то время размышлял, а затем взорвался: “Точно, всё
верно! Когда я был молодым майором, я интересовался искусством.
Но потом это увлечение поглотила рутина”» (CW 17, par. 187). Эта
уверенность заключалась в личной ассоциации к «прекрасному»,
интересе генерала к искусству; и утверждении о сознательной ситу-
ации, в которой он был поглощён рутиной. Грубое толкование сна,
однако, было сделано на основании одного только текста.

Другое возможное исключение из «правила» о предоставле-
нии сознательной ситуации сновидца, а также личных ассоциаций,
появляется в серии снов, которые Юнг представил в Психологии
и алхимии
(PsychologyandAlchemy, CW 12). Он толковал неко-
торые сны пациента, которым не занимался лично, заявляя, что эта
деятельность была не совсем исключением, потому что «серии —
это контекст, который сновидец предоставляет сам» (CW 12, par.
50). То есть, Юнг, похоже, рассматривал серии как сознательную
ситуацию.

Сознательная ситуация сновидца относится к архетипическим
снам так же, как и к личностным образам сновидения. То есть
применимо то же многообразие возможностей. Главное отличие,
вероятно, заключается в пропорции случаев, когда релевантная со-
знательная ситуация простирается за пределы краткого периода дня
или двух, предшествующих появлению сна. Однако, как и со все-
ми снами, архетипические сны бессмысленны без опоры на некий
аспект сознательной ситуации сновидца.[1] Например, мандала как
символ целостности может появиться как компенсация фрагменти-
рованного эго или как помощь сильно продвинувшемуся процессу
индивидуации.

Архетипические сны, согласно Юнгу, «связаны уже не с лич-
ными переживаниями, а с общими идеями» (CW 8, par. 555),
проблемами людей в целом, включая «чувство исторической непре-
рывности» (CW 16, par. 99). Обычно, тем не менее, «архетип...
нельзя объяснить никаким иным образом, кроме того, который ука-
зан конкретным индивидуумом» (CW 18, par. 589). Исключе-
ния — это сновидения, для которых сознательная ситуация — это
коллективная ситуация группы людей, такой как нация.

Хотя сознательная ситуация, относящаяся к конкретному сну,
это только один аспект сложной жизни сновидца, Юнг не давал
никаких общих правил по её определению. Однако, во многих при-
мерах он просил сновидца после собранных амплификаций описать
переживания и то, чем был занят его ум за день до сновидения.
Иногда интуиция сновидца или толкователя выбирает относящиеся
к делу переживания или занятия. Одно или другое «кажется» свя-
занным со сновидением. По моему опыту, чаще всего полезно до-
полнительное указание: размышление о том, какое переживание или
мысль перед сном оказали эмоциональное воздействие на сновидца
или, по воспоминании, пробуждает больше всего эмоций. Эмоция
может быть очевидна напрямую, например, при тревоге или печали,
или может быть заметна косвенно при сопротивлении дальнейшему
обсуждению или недооценке важности рассматриваемого вопроса.
Иногда это оказывается то переживание, которое сновидец «решил
не упоминать» на сессии.


Вдобавок к уже упомянутым методам определения релевантной
сознательной ситуации, я обнаружила., что конкретные образы сно-
видения могут давать подсказки. Например, если женщине снится
муж, сон может отражать тот факт, что между ними возникла про-
блема, которую она избегает.

Иногда релевантная сознательная ситуация становится очевид-
ной по тому факту, что сессия терапии строится вокруг конкретной
проблемы. Вдобавок, я обычно спрашиваю у сновидца впечатление
о релевантной сознательной ситуации. Затем я пробую разные воз-
можности, включая проблему или тему, с которой началась сессия.

Теперь очевидно, что Юнг задавал очень высокие стандарты ре-
левантности при установлении контекста сновидения и при амплифи-
кации, и при определении сознательной ситуации сновидца. Тем не
менее, он настаивал, что изучение контекста — это «простая, почти
механическая работа, имеющая лишь подготовительное значение»
(CW 8, par. 543). Какой бы ни была основа для определения реле-
вантной сознательной ситуации, вывод следует проверить в процессе
толкования сновидения, указания для которого будут обсуждаться
в следующих главах.




[1] Хотя Юнг указывал, что архетипические сны «не имеют отношения . к сознательной ситуа-
ции» (CD38, p. 5) сновидца, он, похоже, имел в виду здесь то, что писал в другом месте: что
архетипические образы не выводятся из сознательного опыта сновидца.
Предзаказ
Предзаказ успешно отправлен!
Имя *
Телефон *
Добавить в корзину
Перейти в корзину