Глава 8........

Серии сновидений

Контекст сновидения до сих пор рассматривался так, словно каж-
дый сон — это отдельное явление. В самом деле, процесс толкования
каждого сна начинается так, словно каждый сон — это изолированное
переживание: а) текст сновидения устанавливается в смысле структуры
и изучается на полноту, и б) определяется контекст сновидения. Од-
нако, во время последнего процесса можно отметить сходства между
анализируемым сном и предшествующими снами — в образах, темах,
амплификациях и сознательной ситуации. Юнг, похоже, считал сны,
предшествующие данному, частью амплификации, особенно если мо-
тивы повторялись. Он использовал сны, следующие за данным, как
тесты для верификации (см. Гл. 17), чтобы подтвердить или исправить
толкование. Таким образом, предшествующие, текущий и последую-
щие сны могут составлять серию. Технически всякая последователь-
ность снов — это серия, но Юнг использовал термин, подразумевая
последовательность снов, связанных друг с другом одним или несколь-
кими особыми факторами, которые рассматриваются в этой главе.

Серии важны, помимо прочего, потому, что разграничивают
единицы сновидений, этот процесс сравним с установлением сна.
Иногда человек может вспомнить только кусочки и обрывки снов,
которые снились в течение одного периода сна или в период между
терапевтическими сессиями, но, если эти кусочки и обрывки сложить
вместе, их можно рассматривать как эквивалент одного или несколь-
ких целостных снов. (По моему опыту, нередко сновидец вспоминает
много фрагментарных снов и только несколько близки к полноте.)


В более полных снах серии могут помочь определить важные мо-
тивы. Некоторые сны в сериях подобны вариациям на общую тему
или эпизодам продолжающегося сериала. Основываясь на своём
опыте работы с десятками тысяч снов, причём многие из них были
от одних и тех же людей, Юнг заключил, что, если можно знать все
сны человека, почти всегда можно провести чёткую линию связи.
(Вероятно, на этой связи основывалось его утверждение: «Я придаю
мало важности толкованию одиночных снов» [CW 16, par. 322]).
Эту гипотезу трудно подкрепить, потому что человек не помнит всех
своих снов, и последовательность разных тем может запутать связи.

Тем не менее, искать повторяющиеся мотивы полезно.

Если последовательные сны связаны, то, возможно, потому что
каждый сон «просто отдельная вспышка ... психической непрерыв-
ности, которая стала видимой на мгновение» (CW 18, par. 181).
Юнг обнаружил, что, когда процесс психологического развития,
известный как индивидуация, воплощается в этой психической не-
прерывности, серии снов часто раскрывают действующий процесс.
Даже когда процесс индивидуации скрывается компенсаторным эф-
фектом (см. Гл. 11) изолированного сна, часто его можно проследить
по серии сновидений с течением времени.

Определение серии снов

Юнг иногда указывал, что серии снов могут состоять из некото-
рого числа последовательных снов (например, 10, 20 или 100), но
не рекомендовал выбирать произвольное число, чтобы определить
серию. Скорее, он, очевидно, считал серию состоящей из некото-
рого числа отдельных снов, которые требовались, чтобы составить
перспективу конкретной грани жизни сновидца: от относительно
небольшого числа снов до 100 и более. Иногда серии сновидений
устанавливаются повторением сна. Чаще всего конкретный мотив
повторяется в серии сновидений с течением времени. Опять —таки,
серии сновидений могут комментировать некую данную проблему
в жизни сновидца.

По моему опыту, можно использовать дополнительный критерий
для определения серии сновидений: а) если сновидец вспоминает
несколько снов, серия может состоять из всех снов, которые при-
снились во время терапии; б) если жизнь сновидца пришла в дви-
жение — смена работы или места жительства, брак или развод,
принятие важного решения — все сны в период перехода (включая
предчувствие и последствия) могут образовать серию.

Вдобавок, многие толкователи сновидений считают, что сны
одной ночи фокусируются на одной теме. Это полезная гипотеза
при толковании, но она ещё не была подтверждена эмпирически,
насколько я знаю. Однако, одно имеющее отношение к теме иссле-
дование (Dement & Wolpert 1958b) показало, что почти каждый
сон имеет общие элементы с одним или несколькими снами той же
ночи, обычно теми, что непосредственно предшествуют или следу-
ют за ним. Общие элементы варьируются от банальных деталей до
ся полноценной драмой» (p. 569) и лишь иногда «связную мысль
сновидения можно установить во всех снах последовательности» (p.
578). Эти открытия не подкрепляют и не исключают возможность,
что сны в одну и ту же ночь комментируют различные аспекты од-
ной проблемы.



Порядок в серии снов не обязательно хронологический. В мета-
форе, которую использовал Юнг, сны могут испускаться из психи-
ческого центра круговым или спиральным образом. Определение
связи среди снов тогда аналогично геометрическому процессу на-
хождения центра круга из сочетания точек периметра. Каждый сон
в серии отражает комментарий бессознательного на проблему или
ситуацию с иной точки зрения.


Практическое использование
длинных серий снов

С практической точки зрения серия из 100 снов или даже из 20
вряд ли будет истолкована детально. Вместо этого длинная серия мо-
жет служить источником для амплификации отдельных снов, кото-
рые анализируются достаточно детально, причём сновидцу даже не
обязательно думать о такой категории, как «серия снов». Рассматри-
вая контекст конкретного сна, толкователь сновидения может вспом-
нить предыдущие сны, которые содержали похожие мотивы или
фокусировались на той же проблеме, или толкования, которые, по-
хоже, связаны с рассматриваемым сном. Тогда использование серии
снов заключается в том, чтобы, насколько возможно, помнить исто-
рию снов сновидца. Ограничения этой практики очевидны: человек
помнит лишь малую долю снов каждую ночь; на терапевтических
сессиях недостаточно времени, чтобы обсудить все запомненные
и записанные сновидцем сны; и не всегда удаётся помнить все ранее
обсуждённые сны.

Иногда толкователь может истолковать сон человека, ему неиз-
вестного, если серия из 10 —20 снов доступна в качестве контекста.
Эта процедура использовалась в длинных сериях, истолкованных
Юнгом в Психологии и алхимии(CW 12).

Наиболее осуществимый доступный способ учитывать боль-
шое число снов одного сновидца — это, похоже, метод анализа
содержания, разработанный Холлом и ван де Кастлом (Hall and
Van de Castle 1966a). Насколько я знаю, этот метод не исполь-
зовался в контексте психотерапии, но это может быть возможно.
В этом методе образы снов — конкретные фигуры, типы персона-
жей и действия — группируются по категориям, и рассчитывается
частота. Сравнивая частоты категорий в различные периоды жизни
сновидца, можно указать на психологические изменения сновидца
со временем. Такой анализ вряд ли обнаружит повседневную ком-
пенсацию, но это возможный способ различения значимых измене-
ний личности.

Повторяющиеся сны

Иногда серии снов определяются не числом, а содержанием. Та-
кие серии могут заключаться в повторном появлении одного сна.
Повторяющийся сон, вероятно, будет впечатлять сновидца своей
живостью, частотой, или тем и другим. Такой сон «имеет особое зна-
чение для интеграции психики, [он указывает] на нечто, существую-
щее долгое время и особенно характерное для умственной установки
индивидуума» (Let —1, p. 93). Юнг упоминал три возможных
альтернативных цели, которым могут служить повторяющиеся сны.
Первая, компенсация, отличается от компенсаторной функции от-
дельного сна только своей настойчивостью и, таким образом, акцен-
том на неизменном дефекте сознательной установки сновидца. Такой
сон, согласно Юнгу, перестаёт появляться, когда понят. Второй тип
повторяющегося сна — это «травматический сон»: травма была
ассимилирована, сон перестаёт появляться (см. Гл. 12). Третий тип
повторяющегося сна может предвещать важное развитие в психике
сновидца (см. Гл. 12).

Если людей не подводит память, почти каждый хотя бы раз пере-
живал повторяющийся сон в детстве (см. Гл. 13). Во взрослой жизни
такие сны относительно редки. В работах Юнга встречается толь-
ко один пример повторяющегося сна пациента (выделенного среди
повторяющихся образов или мотивов). Он кратко передаёт его так:

Отец [сновидца], давно мёртвый, на самом деле не умер,
а жил в скромных и стеснённых обстоятельствах. Встре-
ча с отцом всегда поражала его безнадёжностью отца по
отношению к себе и его желанием исчезнуть
(Let —1,
p. 52n).

(Описание предполагает, что некоторые детали могли варьиро-
ваться, но последовательные тексты сновидений были достаточно
сходны, чтобы оценить их как повторение одного сна, а не отдельных
мотивов.) Юнг, похоже, ставил этот сон в компенсаторную катего-
рию повторяющихся снов. Он писал сновидцу:

На объективном уровне «отец» — это имаго: образ ваших
отношений с отцом и со всем, что он означает. Во сне это има-
го тёмное, вплоть до исчезновения, то есть, зарождается иное
отношение к имаго отца (и всему, что он означает). (Let —1,
p. 52).

В своей аналитической практике я сталкивалась только с од-
ним случаем повторяющегося сна у взрослых, и он прекратился за
несколько лет до того, как сновидица впервые обратилась ко мне.
Похоже, он попадал в третью категорию повторяющихся снов по
Юнгу, то есть предвещал важное будущее событие, или, возможно,
два таких события:

Я собираюсь одеться, чтобы уйти, но нахожу только
чёрную или тёмную одежду. Наконец, я выбираю что-
-то, только чтобы успеть вовремя. Когда я прибываю
куда нужно, это оказываются похороны. Человек,
лежащий в гробу — мой муж. День очень солнечный. Пока
священник молится, я рассматриваю толпу мужчин,
окружающих могилу. Они все одеты в чёрные костюмы
с ослепительно белыми воротниками и поясами. Лучи
солнца падают на переднюю белую часть, и отблески
слепят так, что лиц не видно. Как только священник
произносит «Аминь», один из мужчин выходит из
толпы, чтобы взять меня за руку и отвести к машине.
В тени машины я вижу, что это мой муж. Он улыбается
и говорит: «Давай начнём всё сначала», и мы отъезжаем.
(MAM Files)

Муж сновидицы действительно умер, внезапно и необъяснимо,
примерно через год после последнего появления сна. Многие люди,
присутствовавшие на его похоронах, были однокашниками-студен-
тами из семинарии, которые пришли одетыми в священническом
облачении: чёрные костюмы с белыми воротничками и поясами.
Долгое время после смерти мужа сновидица полагала, что сон пред-
вещал это событие; позже она поняла сон иначе. За несколько лет
до смерти муж заставил её переехать из любимого дома в отдалён-
ный город, чтобы он мог посещать семинарию. В то время она чув-
ствовала, что «умерла». Теперь она оказалась более независимым
человеком. Сон можно понять, как компенсаторный, проспектив-
ный или тот и другой одновременно. Компенсаторное толкование
подчёркивает указание сна на необходимость смерти старого под
хода, представленного мужем, и принятие нового, то есть начала
с нуля.[1] Проспективное толкование включает в себя предвосхище-
ние и смерти мужа, и «нового начала» сновидицы, которое могло
запуститься ещё до того, как сон перестал появляться. Прекраще-
ние сна, похоже, подтверждает, что сновидица действительно на-
чала «всё с начала».


Повторяющиеся мотивы

Повторяющийся мотив гораздо более распространён, чем по-
вторяющийся сон. Иногда основная цель повторения мотива, по-
хоже, в том, чтобы служить акцентом; мотив постоянно появляется
примерно в том же контексте и с тем же смыслом для сновидца.
Повторение, похоже, необходимо, чтобы донести суть до сновидца
достаточно ясно. Например, молодой женщине дважды, с интерва-
лом в примерно шесть недель, снилось, что её незамужняя сестра
была беременна и просила сновидицу помочь
. В первом сне сестра
отказалась делать аборт или отдавать ребёнка на усыновление
.
Во втором пришли родители и постоянно говорили беременной
женщине, что делать. В конце концов, сновидица сказала что-
-то матери о своей неспособности общаться с «жестоким
стариком» (то есть анимусом) и неспособности отца общаться
со своей «злобной женщиной»
(MAM Files). (Фраза «то есть ани-
мусом» была частью текста сна. Сновидица читала много юнгиан-
ской литературы и хорошо знала терминологию.) Сновидица, совсем
не конформистка, в отличие от сестры, всегда была в напряжённых
отношениях с родителями. Образ сестры во сне был истолкован как
часть личности сновидицы, которая подчинялась желаниям родите-
лей. Беременность в двух снах, похоже, указывала на новую жизнь,
развивавшуюся в той части сновидицы, которая была подобна се-
стре. Положение сестры во сне было нетрадиционным, то есть не
конформистским, и эго сна помогало сестре выстоять против ро-
дительских фигур. Два сна, похоже, говорили сновидице, что есть
вероятность утратить связь между соглашательской частью себя
и родителями, но для завершения разделения нужно некое позитив-
ное действие.

Другая цель серии снов с повторяющимся мотивом — это реко-
мендовать, предвосхищать или раскрывать изменения в установке
или личных чертах сновидца. Юнг записал собственное подобное
переживание:

Мне самому снился один мотив ... много раз в течение
нескольких лет. Он заключался в том, что я обнаружил
часть крыла моего дома, о которой не подозревал. ...
Там была интересная старая мебель
, и к концу серии .
снов я обнаружил старую библиотеку с неизвестными
мне книгами. Наконец, в последнем сне, я открыл один
из старых томов и нашёл в нём множество чудесных
символических изображений
.

За некоторое время до этого сна я заказал антиквару —
книготорговцу за рубежом один латинский алхимический
трактат,[2] потому что наткнулся на цитату, которая, как я ду-
мал, могла быть связана с ранней византийской алхимией,
и я хотел это проверить. Через несколько дней после моего
сна прибыла посылка, в которой содержался пергаментный
том шестнадцатого века со множеством самых потрясающих
символических рисунков. Они постоянно напоминали мне о
библиотеке из сна. Поскольку открытие алхимии составляет
важную часть моей жизни как первопроходца в психологии,
мотив неизвестного крыла дома легко можно понять, как
предвосхищение новой области интересов и исследований.
Во всяком случае, с того момента тридцать лет назад повто-
ряющийся [мотив][3] прекратился. (CW 18, pars. 478 —479)[4]


В некоторых сериях снов ранние сны непостижимы, пока не станут
известны последние. Тогда серии дают амплификации, то есть сны ампли-
фицируют друг друга, как мифы амплифицируют сон.[5] Серии снов — это
«не один текст, а много ... проливающие свет со всех сторон на неизвест-
ные понятия, так что чтения всех текстов достаточно для разъяснения
сложных мест в каждом отдельно взятом» (CW 12, par. 50).

Изучение смысла серии снов с общим мотивом Юнг уподоблял
задаче филолога, столкнувшегося с томом на неизвестном языке:
расшифровать смысл повторяющихся слов, затем слов в сочетани-
ях, и так до тех пор, пока не будет прочитан весь том. Серии снов,
таким образом, это текст, составленный из строк «слов» (образов),
которые образуют «предложения» и «абзацы» (эпизоды или сны),
составляющие «главы». Каждый повторяющийся образ сна стано-
вится своего рода «словом» «личного языка» сновидца, и его смысл
становится яснее, если он используется чаще.

Относительно простым примером служат два сна из длинной се-
рии, которую Юнг изучал без личного контакта со сновидцем (CW
12). Первый сообщённый сон серии был таким:

Сновидец в обществе, на каком-то собрании. Уходя, он
надевает чужую шляпу вместо своей
(D6)

Юнг смог амплифицировать, но не истолковать этот сон, пока не
получил доступ к другому сну гораздо позже в серии:

Актёр швыряет шляпу в стену, где она выглядит так:
[диаграмма колеса с восемью спицами и отчётливым чёрным
центром] (CW12, par. 254). (D7)


Юнг амплифицировал шляпу в первом сне с фактами сновиде-
ния, окружающими шляпу во втором, и наоборот, а затем истолко-
вал образ.

Шляпа относится к самому первому сну, где он надевает

чужую шляпу. Актёр швыряет шляпу в стену, и она оказы

вается мандалой. Так что «чужая» шляпа была самостью,

которая в то время — пока сновидец ещё играл выдуманную
роль — казалась чужой. (CW 12, par. 255)

Пример из моей практики — сон Виллы, молодой женщины

мыслящего типа:

Я решила убить кого-то по имени Элис. Я совершила
убийство и избавилась от тела
(MAM Files)

Элис была матерью подруги Виллы, которая появлялась в преж-
них снах как воплощение повреждённой чувствующей функции
Виллы. Элис была жестокой и отталкивающей с дочерью, и потому
появилась как разрушительная сторона опыта Виллы с матерински-
ми фигурами. Элис была образом или словом сна, обозначающим
«разрушительную материнскую фигуру». Сон был истолкован в том
смысле, что сновидица защищала свою чувствующую функцию, во-
площённую в дочери Элис, устраняя из своей жизни установку, во-
площённую Элис, которая была для неё разрушительной.

Иногда повторяющийся мотив принимает разные формы, ко-
торые отражают различные грани ситуации, проблемы или черты
личности в жизни сновидца. Например, один сновидец сообщал
о мотиве воды в 26 снах, растянувшихся на два месяца (CW 16,
par. 14). Юнг рассматривал серию как иллюстрацию непрерывно-
сти бессознательного, указывающую на то, как можно истолковать
мотивы, сравнивая их различные формы и ситуации в сновидениях,
в которых они появились.[6] Во многих образах упомянутым водоёмом
было море. Юнг рассматривал воду как «самый распространённый
символ бессознательного» (CW 9i, par. 40), а море как относи-
тельно неизменный символ, «обозначающий место сбора, в котором
зарождается всякая психическая жизнь, т. е. коллективное бессоз-
нательное» (CW 16, par. 15).[7] Другая связь между образами — это
вода в движении, которую Юнг понимал как «нечто вроде потока
жизни или энергетического потенциала» (CW 16, par. 15). Допол-
нительная общая черта многих образов в серии — это путешествие:
вниз по реке, пересечение океана, поездка к кораблю на автомоби-
ле, остановка на острове. Я бы осторожно добавила, что мотив воды
отражает «внутреннее путешествие» сновидца, которое происходит
различными способами в разное время.

В длинной серии снов один мотив, скорее всего, будет предше-
ствовать другому. В снах одного мужчины «мотив воды постепен-
но уступил место новому мотиву “незнакомки”» (CW 16, par. 16),
который появился 51 раз за период в три месяца. Юнг рассматри-
вал незнакомку как замену мотива воды, потому что «как вода обо-
значает бессознательное в целом, так и фигура незнакомки — это
[женская] персонификация бессознательного, которую я назвал
“анимой”» (CW 16, par. 17). Когда один мотив словно заменяет
другой, их оба, вероятно, следует рассматривать в амплификации,
которую предоставляет собранная серия.


Серии, концентрирующиеся на проблемах

Повторяющиеся сны и мотивы совсем не исчерпывают возмож-
ности серий сновидений. Довольно часто даже без повторяющихся
мотивов серию можно определить по важности нескольких снов
для конкретной проблемы в жизни сновидца. В таком случае серия
комментирует проблему с различных точек зрения или, возможно,
подталкивает сновидца в направлении конкретного психологиче-
ского развития. Экспериментальные свидетельства, поддерживаю-
щие эту точку зрения, встречаются в исследовании Offenkrantz and
Rechschaffen 1963. Взяв серию снов за одну ночь, они обнаружили,
что «все ночные сны касались либо одного и того же конфликта,
либо ограниченного числа различных конфликтов» (p. 507).

Хотя Юнг не уточнял, были ли это сны одной ночи, он при-
водил пример, в котором сны молодой женщины давали разные
комментарии на одну проблему, её отношение к религии. Пер-
вый сон «по большей части был связан с ... обрядом крещения
в протестантской секте, который проходил в особенно
гротескных и даже отталкивающих условиях
» (CW 11, par.
162). Юнг описывал её ассоциации к сновидению как «следы всех
разочарований сновидицы в религии» (CW 11, par. 162). Таким об-
разом, этот первый сон, похоже, выражал её негативный взгляд на

институциональную религию.
Во втором сне

...она была в планетарии, весьма впечатляющем месте,
над которым нависал свод небес. На небе сияли две звезды;
белая, которая была Меркурием, и звезда, испускавшая
тёплые красные волны света, ей неизвестная. Теперь она
увидела, что стены под сводом были покрыты фресками.



Но она могла узнать только одну: это была античная
картина рождения Адониса из дерева
(CW 11, par. 162).

Красные волны света она сочла тёплыми чувствами, то есть лю-
бовью, а звезду, следовательно, определила, как Венеру. Снови-
дица видела в музее картину рождения Адониса.[8] (Адонис был
«рождён от древа, в которое превратилась его мать» [New Larousse
Encyclopedia of Mythology, p. 81]). Адонис для неё был не только
умирающим и возрождающимся богом, но и богом перерождения.
Таким образом, второй сон, включавший образ видения мандалы
мировых часов (планетарий), слившейся божественной пары (Мер-
курий и Венера) и образ возрождения (Адонис), наряду с первым
сном образовывал утверждение о двух разнящихся взглядах на ре-
лигию. Два сна были также вопросом и ответом: это единственная
возможная религия? Нет, есть альтернатива («которая [должна]
быть связана с таинственными обрядами творения и возрождения»
[CW 11, par. 164]).

Некоторые серии снов комментируют конкретную проблему
в жизни сновидца, ведя его в направлении психологического раз-
вития, которое требует и стимулирует конкретная проблема. Юнг
обсуждал такую серию в одном из неопубликованных семинаров.
Сновидец был бизнесменом 45 лет, мужем и отцом. Он обладал хо-
рошим умом; был образованным, обеспеченным и очень вежливым;
тщателен в манерах, речи и одежде; и очень рационален в своих
взглядах на то, как нужно жить.

В первых снах рассматриваемой серии он пытается помочь
ребёнку своей сестры произнести имя своей жены, Марии.
Он говорит «Мари —ах, ах» (словно зевая). Члены семьи
возражают против этой шутки
(D8). Юнг истолковал эпи-
зод так, что мужчине скучно от своей жены и, предположительно,
от брака, отсюда зевание; его конфликт с чувством скуки выражен
в критике поведения эго сна другими персонажами сновидения.

В следующем сне серии сновидец звонит молодой женщине,
швее, которая живёт и работает в нездоровых условиях
и страдает от туберкулёза. Он говорит ей, что она должна
работать на открытом воздухе, добавляя, что может
заниматься этим у него в саду, пользуясь швейной машинкой
его жены
(D9).

Сновидец связывал стеснённые условия со своей зажатой жиз-
нью, а её болезнь с распространённым поверьем, что люди, больные
туберкулёзом, особенно эротичны. Юнг толковал сновидение в том
смысле, что эротические чувства мужчины к другим женщинам не
нашли внешнего выражения. Предложение работать у него в саду
означало «задавить его [эротические] чувства обратно в брак»
(DA1, p. 66), хотя ему и стало от него скучно (что показывал пер-
вый сон). Этот второй сон, таким образом, фокусировал внимание
на ограничениях текущей эмоциональной жизни сновидца и несо-
размерности усилий по её изменению.

Последующий сон пытался стимулировать сновидца принять свои
эротические чувства, чтобы интегрировать их и стать более целост-
ным человеком. Во сне у него было четыре цыплёнка. Несмотря
на его усилия, они сбежали. Он ловит их и кладёт в самое
безопасное место. Он видит, что один не шевелится и думает,
что это потому, что он слишком сильно его сжал. Далее он
думает, что, если цыплёнок мёртв, его нельзя съесть. Пока он
смотрит, цыплёнок начинает шевелиться, и появляется запах
жареного цыплёнка
(D10).

Ассоциации сновидца с цыплятами были ограничены поеданием.
Юнг считал их паникующими, тупыми созданиями, «прекрасным
подобием фрагментарных склонностей, подавленных или никогда
нами ещё не обнаруженных» (DA1, p. 81), то есть цыплята — это
прекрасное подобие эротических чувств сновидца. Тот факт, что
цыплята сбежали, предполагает, что сновидец сделал шаг вперёд от
предыдущего сна: некоторые его чувства теперь стали открытыми.
Он вернул их в заточение и сжал слишком сильно, это указывает,
что он снова пытался выдавить эротические чувства из существо-
вания (или назад в свой скучный брак). Тем не менее, когда он на-
блюдал за якобы безжизненным чувством (цыплёнком), оно ожило.
Его оживление сопровождалось запахом жаркого, это предполагает
дальнейшую возможность развития, то есть признания и даже при-
нятия эротических чувств.

Всякий процесс развития, конечно, лучше всего увидеть по за-
вершению серии снов. Например, серия может показать перемены
в том, как сновидец справляется с некой проблемной ситуацией,
такой как трудная задача или комплекс. Хотя Юнг не упоминал
возможность перемены к худшему, это определённо возможно. Сон
о сбежавших цыплятах, однако, указывает на потенциальное раз-
витие, или, возможно, даже на начало осуществлённого развития
в сновидце.

В более длинных сериях психологическое развитие может слиться
с процессом индивидуации. По мнению Юнга, «символы процесса
индивидуации, которые появляются в сновидениях — это образы
архетипической природы, которые изображают централизующий
процесс или порождение нового центра личности» (CW 12, par. 44).
Он приводил пример этой точки зрения в серии, представленной
в Психологии и алхимии(CW 12). (Юнг, похоже, считал инди-
видуацию практически невозможной без архетипических снов. Эту
точку зрения предстоит проверить.)

Процесс индивидуации, похоже, укрепляется и ускоряется при
помощи аналитического процесса, «особенно когда он включает си-
стематический анализ сновидений» (CW 8, par. 552). Юнг открыто
утверждал, что не знал, можно ли наблюдать процесс индивидуации
в длинной серии, записанной отдельно от аналитического процесса.[9]
Исследование этого вопроса сильно способствовало бы оценке эф-
фективности психотерапии.

Сложности при рассмотрении серии снов

При попытке истолковать сны в сериях могут возникнуть слож-
ности. Одна из них — это результат изучения снов в аналитическом
процессе. Верное толкование может изменить содержание после-
дующих снов, способствуя психологическому развитию. Неверное
толкование может иметь сравнимое воздействие, вызвав сон, ис-
правляющий неправильное толкование. Сочинения Юнга предпо-
лагают, что он признавал воздействие толкования на последующие
сны, но он не предоставлял данных относительно этой идеи и не
обсуждал её последствия. Хотя воздействие толкования на содер-
жание последующих снов трудно продемонстрировать эмпирически,
это вопрос огромной важности. Мало смысла толковать сны, если
толкование никак не затрагивает психологическое развитие сновид-
ца, которое, в свою очередь, должно отражаться на содержании по-
следующих снов.

Другая сложность — это вероятность, что человеку приснился
чужой сон. Это редкое явление; оно определяется преимуществен-
но оценкой снов в серии. Юнг иногда считал возможным, признать


это явление, потому что «сон другого человека» был исключитель-
но странным среди остальных снов сновидца (Z9, p. 41). Я считаю
странности мало полезным, потому что
есть другие причины, по которым сон кажется исключительно стран-
ным: архетипическое содержание, психическая травма или, попросту,
неясность смысла. Основной критерий, который я нашла полезным
для определения «сна другого человека» в том, что сон лучше всего
истолковать относительно этого другого человека. Другой человек
практически наверняка будет тем, кто во время сна оказывает силь-
ное психологическое воздействие на сновидца. Часто это тот, с кем
сновидец вовлечён в напряжённые отношения. Или другой человек
может испытывать большие затруднения, и сновидец испытывает
к нему сильную эмпатию, тратя на это много психической энергии.
Последнее случилось с психотерапевтом, которой приснился сон, не
поддававшийся толкованию относительно неё самой, но был вполне
постижим в связи с Дж. , её пациенткой:

Я смотрела на странную книгу. Я знала, что это
завещание Г.Х. Я заметила, что на обложке написано имя
Дж ... С ... Г ... своего рода немецким шрифтом. Книга была
создана или напечатана в Германии и казалась очень старой,
с круглыми, красными, похожими на стекло печатями,
придающими ей документальный вид. Более того, было
какое-то воинственное чувство от этой необычной
красной —серой книги, написанной на немецком, которая
была последней волей или наследием Г.Х.
(MAM Files)

Г.Х., немецкого происхождения, был бывшим мужем Дж.; С.
была его вторая жена. Ассоциацией сновидицы на красный и се-
рый была машина отца; он был похож на Г.Х. своим воинственным
поведением. Г.Х. воспользовался своим завещанием и страховкой,
чтобы оказать давление на Дж., первую жену. Когда сновидица уви-
дела пациентку на следующий день, они обсуждали чувство Дж.,
что было бы хорошо снова выйти замуж за Г.Х., потому что тогда
экономическое благополучие было бы обеспечено, несмотря на её
понимание, что брак был бы разрушительным. Сон был понятен,
если считать его принадлежащим Дж.; он подталкивал её взглянуть
более реалистично на склонность Г.Х. обращаться с жёнами воин-
ственно, используя своё завещание как оружие. Дж. была в боль-
шом душевном расстройстве во время сновидения. Она звонила
терапевту между сессиями, и терапевт была глубоко озабочена её
благополучием. Потому были соблюдены требования для гипотезы
о том, что терапевту приснился сон Дж.: а) была заметная эмоцио-
нальная вовлечённость между двумя людьми во время сновидения,
и б) сон был не понятен в связи с психической ситуацией сновиди-
цы, но вполне понятен, если толковать его как «принадлежащий»
другому человеку.

Сны, предшествующие рассматриваемому, всегда являются по-
тенциальной частью его контекста, и следует обращать внимание
на серии, если присутствует один или больше факторов, указанных
Юнгом. Тем не менее, по моему опыту, для сна часто нельзя найти
релевантную серию. В таком случае толкователь и сновидец пере-
ходят к толкованию сна на основе контекста, как указано в главах
5, 6 и 7. Последующий сон может подтвердить или опровергнуть
толкование.



[1] Фрейдист сказал бы, что сон следует толковать как исполнение желания — желания смерти
мужа. Такое толкование было бы особым случаем компенсации, отражающим бессознатель-
ную установку по отношению к мужу. Однако, акцент в сновидении на новом начале выводит
его из области чистого желания смерти мужа.[2] Фон Франц (von Franz 1975, p. 202) сообщала, что книгой была Artis auriferae, quam
Chemiam vocant, Volumnia duo (1593).[3] Юнг писал «сон», но слово «мотив», использованное в начале отрывка, кажется более точным.[4] Тот же сон, в иных выражениях, пересказывается в MDR, p. 202.[5] Юнг на самом деле писал: «Серия — это контекст, который предоставляет сам сновидец»
(CW 12, par. 50, курсив мой). Амплификация — это часть контекста, на который, похоже,
ссылался Юнг.[6] Юнг говорил, что мотивы можно оценить «статистически» (CW 16, par. 15), но не указывал,
как это сделать.[7] В другом контексте Юнг писал: «Вода как препятствие в сновидениях, похоже, указывает
на мать или регрессию либидо. Пересечение воды означает преодоление препятствия, т. е.
матери как символа стремления человека к состоянию сна или смерти» (CW 5, par. 503n).
Это толкование, похоже, остаток влияния Фрейда и, во всяком случае, здесь неуместно.[8] Сновидица использовала римские имена, Mercury и Venus, а также греческое имя Adonis.[9] Возможное исключение из этого утверждения — это создатель длинной серии снов и видений,
обсуждаемых в Психологии и алхимии (CW 12). Юнг сообщал: «Чтобы избежать всякого
личного влияния, я попросил одного из своих учеников, женщину —врача, которая тогда была
начинающей, заняться наблюдением процесса. Это потребовало пяти месяцев. Сновидец затем
продолжил свои наблюдения один в течение трёх месяцев. За исключением короткого опроса
в самом начале, до начала наблюдений, я не встречался со сновидцем все эти первые восемь
месяцев. Потому 355 снов (или видений) произошли безо всякого личного контакта со мной.
Только последние сорок пять случились под моим наблюдением. Никаких заслуживающих
упоминания толкований не производилось, потому что сновидец, благодаря своей прекрасной
научной подготовке и способностям, не нуждался в помощи» (CW 12, par. 45).
Предзаказ
Предзаказ успешно отправлен!
Имя *
Телефон *
Добавить в корзину
Перейти в корзину