Глава 8.....

Глава восьмая
Благословенная Богиня сказала:
Из твоих уст-лотосов я выслушала[предписанья] садханы целиком,
Совершаемой богами, данавами, гандхарвами, сиддхами и чаранами, (1)
Сосредоточии высшего блаженства, дарующей всю полноту радости[i] и вибхути[ii],
Высшего предела, высшей добродетели, лучшему из того, что очищает. (2)
Нынче же сказ о рожденье йогини, что трудно услышать в тройственной вселенной[iii],
Поведай, от которого лишь блаженство возрастает, о Великий бог! (3)
Владыка сказал:
Забыто все, что прежде случилось с нами обоими, о Благая,
Безгранично таинственное и наводящее ужас на богов и асур. (4)
Древнее, сокровенное, сущность сути, выше высшего,
Слушай, я возглашу [это сказанье], о чаровница, вкратце, о Возлюбленная Шивы. (5)
Его следует оберегать, о дорогая, словно собственное лоно отпостороннего мужчины. (6)
Когда настал конец света[iv], и исчезли все существа,
И наличествовали только пять великих сутей, начиная с земли[v], о Благая, (7)
Кроме тебя и меня, о Махешани, не было ни души в тройственной вселенной[vi].
В это время тебя я улыбаясь попросил: (8)
«Иль я большей мощью [обладаю], иль ты, о Махешвари.
Нынче, о Высшая владычица, в этой вселенной[vii] (9)
Нет места, чтоб [нам] находится, где, о Бхавини, мне пребывать?
Погибло все, что сотворил я. (10)
Решил я, о Богиня, создать мир, наполненный круговертью перевоплощений[viii].
Нынче обустрой обитель для пребыванья [нашего], о Махешвари!» (11)
Услышав это, о Богиня, с очами, покрасневшими от гнева,
Ты молвила мне грубое слово, свирепая и злая: (12)
«Все, чтоб не сотворил ты, о Боже, то с опорою на меня всегда.
Без меня, о Махадева, ты, несомненно, обращаешься во труп[ix]. (13)
В соединении с тобой, о Махешана, мной все это распростерто
И обустроено, а ты словно дитя, на что способен? (14)
Войдя в состояние причины, я всегда пребываю в образе творца,
Но нет ничего, чтоб я, непреходящая, была б обязана свершать. (15)
Войдя в состояние следствия, я как пракрити предстаю всегда[x],
И тогда являются Брахма и все прочие боги[xi]. (16)
Из моей майи соткана вся эта вселенная[xii] с движущимся и неподвижным[xiii],Боже,
Майя – источникдробления и сокрытия[xiv], о Высший владыка!» (17)
Выслушав эти твои слова, резкие и разящие, как ваджра[xv],
Я в ответ тебе не промолвил ни слова, Богиня, но остался неподвижен. (18)
Измученный, о Богиня, скорбью, рожденной в сердце,
Сосредоточенно раздумывая о средстве наказать тебя, (19)
Отправился я,о прекрасноликая, на западную сторону вселенной[xvi].
Придя туда, о Великая богиня, в безлюдном месте свирепого (20)
Дайтью [я создал] из пепла со своего тела[xvii], которого прежде никто не видел и не слышал,
Необычайно грозного и удивительного Индру средь данав[xviii], зовущегося Гхора[xix], (21)
Шириною вкроры йоджан и высотою в тридцать два лакха йоджан[xx],
Вызывающего ужас, с мириадами рук и блистающего мириадами очей, (22)
С пятьюдесятью лакхами лиц, покрытого рядами огней.
Наделив его великими сиддхи, начиная со способности быть бесконечно малым[xxi], о Махешвари, (23)



Во всех отношениях сделав его, свирепого, подобным мне,
С радостным сердцем, о Богиня, я возвратился в присутствие твое. (24)
А тот Индра средь данавов остался и выпил океан,
Двумя глотками установив горы Вела и Сувела[xxii]. (25)
Тогда, зная мой настрой, ты обратила ко мне речь:
«Нынче во вселенной существ не стало. (26)
Дай повеленье мне, о Махадева, всевижу я[xxiii], о Шива!»
Тогда смеясь в душе и распаляя в тебе желанье, (27)
Тебе я молвил: «О дорогая, на западную сторону приходи
И ни в какое другое место, о Владычица богов, видя, что я на запад удалился. (28)
Там, где нравы женщин, о Владычица богов, низки бывают,
То место великая вера покидает». (29)
Ведая слова запрета, произнесенные мною, о Благая,
Намеренно и в соответствии со своей природой, (30)
Ты не отправилась в другое место, о Владычица богов, а осталась в присутствии моём,
В великой обители, в глухом лесу, где [живет] Кедаракешвара[xxiv]. (31)
Наведавшись туда, Великая богиня, очаровывающая мир,
Пронзила тысячами стрел Камы[xxv] Индру средь царей дайтьев. (32)
Тогда, встав, Индра дайтьев, сбитый с толку стрелами Камы,
Вытянул все свои руки и молвил любезные речи. (33)



Гхора сказал:
На мою грудь прииди, стань владычицей вселенной,
Спаси меня, тонущего в океане страсти, свое тело подарив! (34)
И мига без тебя я не могу прожить,
Обняв меня как мужа, о красавица, не дай мне умереть![xxvi] (35)
Такие сладостные речи он снова и снова говорил тебе,
И тогда ты ответила ему кокетливо и ясно улыбаясь: (36)
«Ты Индра среди всех дайтьев, вкушающий все [услады], ты осиливший множество богов,
Ты доблестный, несущий всем погибель, тебя в мужья я изберу, если исполнишь [то, что я скажу]. (37)
Слушай же о случившемся со мной, из-за чего мне нет покоя.
Прежде мною было дано обещанье, его соблюди, если меня взять (38)
Желаешь в жены, о властитель дайтьев. Кто меня одолеет в битве,
Тоти будет моим мужем, и никто иной, поэтому вступи же [со мною] в бой![xxvii] (39)
Владыка сказал:
Тебя, молвящую такие речи, о Богиня, он, охваченный яростью безмерной,
Стал осыпать громкой бранью, напоминающей грохот туч во время светопреставленья[xxviii]. (40)
Затем поднялся Гхора-дайтья, выказывающий пренебреженье к Каларудре[xxix],
И выступил, чтоб всю вселенную разрушить. (41)
С огромной скоростью двигался данавов владыка,
Тем не менее тебя схватить он был не в силах. (42)
В гневе ударами рук он горы обращал во прах,
А от толчков ног они погружались в воды океана. (43)
От его движенья поднялась ужасная волна,
Двигавшаяся вверх и вниз и затопившая мир вплоть до преисподней[xxx]. (44)
Вселенную наполняя, беспрерывно он бродил,
Тебя схватить желая, о Махамайя, но был не в состоянье [сделать это]. (45)
Перед собой бык средь дайтьев[xxxi] видел лишьтебя,
И невозможно описать сраженье, что случилось между вами. (46)
Какое [оружье] он не метал б в тебя, то все обращалось во прах, о Благая,
От пыла[xxxii] твоего, о Махешани, и тогда ярость ослепила (47)
Дайтью Гхору, грозного своею мощью.
Слушай же, о Владычица богов, о чудесных и блистательных событьях битвы. (48)
От воды, попавшей в нижний мир[xxxiii], поднялась водяная пыль,
И так, начавшись в один день, битва продолжалась мириады лет[xxxiv]. (49)
Тогда, во время битвы терзаемый страхом, о Махешани,
Я, прибегнув кволшебствуи очень тонкий облик
Приняв, о Высшая владычица, в тебя вошел[xxxv]. (50)
Оказавшись не в силах никак тебя схватить, царь дайтьев
Подумал о том, чтоб лишить тебя жизни различными путями. (51)
«Потирая руками свое тело и увеличив его в размерах[xxxvi],
В нижнем мире я умерщвлю тебя, злодейку». (52)
С такою мыслью увеличив в размерах тело
И наполнив им мирозданье,Гхора ликовал. (53)
Тогда тебе промолвил дайтья: «Сраженной, куда тебе деваться?»
Ты же, оглядев дайтью, наполнившего мир, (54)
Ему сказала: «О Гхора-дайтья, постой, постой, о глупый!
Каким же образом ты возрос? Тебя с радостью лишу я жизни! (55)
Нынче ты не ведаешь, кто я, о злодей великий.
От меня творенье происходит, и во мне растворяется оно, (56)
И я оберегаю сотканный из моей майи мир[xxxvii].
Кроме меня, нет ничего иного, я есмь непреходящий Брахман[xxxviii]. (57)
Слушай, о лучший средь глупцов, наше высшее достославное благо
Иль в образе грешника, о дайтья, иль в образе ученого человека (58)
Кто как меня почитает, так я его исполняю желанья.
Слиянье с Высшим духом, великий, непревзойденный плод дарую я. (59)
Ты долгое время почитал меня, без сомненья, о дайтья,
Не думая ни о чем другом, и поэтому исполнено желание мое. (60)
Ты – Шива, здесь сомненья нет, ради меня твоё старанье[xxxix].
Нынче узри мой образ, блаженство Брахмана, высшее положенье. (61)
Пусть явится то, что никто и никогда не видел прежде.
Созерцая, о господин, этот непревзойденный благой образ, (62)
Знай, что этот образ, заключающий безмерную мощь, есть образ Кали,
И у Брахмана нет более высокого проявленья»[xl]. (63)
Такие слова молвила ты, о Богиня Бхавани,избавляющая от мирского бытия,
И этот высший образ созерцал я, восклицая: «Кали!» (64)
Неоднократно, о Высшая владычица, ты в Калику обращалась[xli],
С телом черного цвета[xlii],чрезвычайно грозную, стоящую на Махакале[xliii], (65)
Украшенную гирляндой из черепов[xliv], великолепную, с распущенными волосами[xlv], с лицом, осиянным улыбкой,
Двигающую пугающим языкомцвета крови[xlvi], блистающую тремя очами[xlvii], (66)
Расцвеченную шестнадцатой долей[xlviii], венчанную сверкающей диадемой,
Окруженную тысячами мириадов шакалиц[xlix], рожденными из ореола блеска, (67)
Громко воющими со всех четырех сторон, наделенными грозной мощью.
Из множества лучей произошли йогини, мириады и мириады, (68)
Они были повсюду, носящие свирепое обличье и жаждущие яростной битвы[l].
В каждой волосяной поре [Кали] блистал мир, имеющий каждый свое Солнце,
Возникший из яйца Брахмы, и таких миров были мириады мириадов[li]. (69)
Узрев Калику в таком обличье, владыка данавов лишился чувств
От радости при виде округлого лица Великой Кали. (70)
Тотчас же предводитель данавов знание Брахмана[lii] обрёл,
И его, безупречного почитателя своего, [наделенного] знаньем,
Калика играючи потащила языком по полю брани. (71)
Матерь[liii] Кали, жуя [Гхору] вместе со вселенной,
Его умертвила, а затем устроила великий праздник с громкой музыкой
И небо заполнила флагами из многочисленных машин огромных[liv]. (72)
Так в Шри-Йогини-тантре, лучшей среди всех тантр, в беседе Богини и Владыки, содержащей двадцать четыре тысячи стихов, заканчивается восьмая глава.

КОММЕНТАРИЙ [i] 8.2(1). всю полноту радости – в оригинале sAndrAnanda. Согласно Апте, sAndra в одном из значений «excessive, abundant, much» [Apte 1988: 598], а Ananda это «happiness, joy, delight, pleasure» [Ibid.: 81].[ii] 8.2(1).вибхути (vibhUti) – вибхути или сиддхи это мистические сверхспособности и силы, обретаемые в результатейогической практики. Насчитывается восемь классических сиддхи: 1) анима (aNiman) – способность уменьшаться до размеров атома; 2) гарима (gariman) – способность становиться сверхтяжелым; 3) лагхима (laghiman) – способность делаться легче пушинки; 4) прапти (prApti) – способность доставать всё, что угодно; 5) махима (mahiman) – способность становиться огромным; 6) ишитва (Ishitva) – способность создавать из ничего или уничтожать без следа любые предметы; 7)вашита (vashitA) – способность управлять материальными элементами; 8) камавасайита (kAmavasayitA) – способность принимать различные облики и даже представать одновременно в нескольких телах (но не более семи). Все эти сиддхи считаются второстепенными по сравнению с великим сиддхи – освобождением. Об этих восьми сиддхи упоминается уже в примечания Вьясы («Вьяса-бхашья» 3.45) на «Йога-сутры» Патанджали [Классическая йога 1992:173–174; Маханирвана 2003: 310; Ферштайн 2002(б): 614–615]. М. Элиаде указывает, что вибхути напоминают способности, приписываемые шаманам (шаман летает, как птица, умеет становиться невидимым и т. д.), что может служить подтверждением гипотезы о происхождении йоги из шаманизма [Ферштайн 2002(б): 189].[iii] 8.3(1). в тройственной вселенной (trailokyasya) – в индуистской космографии под тройственной вселенной, троемирьем илитремя мирами подразумеваютсянебо (svarga), земля (bhUmi) и нижний или подземный мир (pAtala), или же небеса, земля и пространство между ними[Индийская философия 2009: 794–795; Махабхарата 1996:278; Рамаяна 2006: 733].[iv] 8.7(1). Когда настал конец света (brahmANDasyA ‘yuShaH sheShe) –под «концом света» в данном случаеподразумевается pralaya, в индуистской космогонии обозначающее период разрушения мира и его перехода в непроявленное состояние.Понятие связано с концепцией циклов, наиболее разработанной в пуранах, где различаются две пралайи:1)в конце каждой кальпы, или «дня Брахмы» (период, равный 4320 млн. земных лет и делящийсяна 14 манвантар, каждая из которых содержит 71 махаюгу),при этом все миры вплоть до Махарлоки затопляют воды космического океана. Это состояние растворения, или «ночь Брахмы», длится столько же, сколько и кальпа, и в это же время Вишну спит в океане на гигантском тысячеголовом змееШеше. Когда он пробуждается, вновь происходит творение; 2)махапралая, которая сопровождает окончание жизни Брахмы, длящейся сто божественных лет[Индийская философия 2009: 627–628; Мифы 1992: 642; Субрамуниясвами 1997: 680]. Для обозначения мироздания здесь используется слово brahmANDa(букв. «яйцо Брахмы»),виндуистской мифологии этомир Брахмы, возникший из космического яйца, плавающего в первозданных водах. В образе «золотого зародыша» (hiraNyagarbha) Брахма проводит в яйце целый божественный год, пока не выходит из яйца, разделив его с помощью мысли пополам [Бируни 1995: 214–217; Индуизм 1996: 81].[v] 8.7(2). наличествовали только пять великих сутей, начиная с земли (bhUmyAdi-pa~ncha-tattvaM) – подвеликими сутями подразумеваютсятак называемые чистые, или несмешанные «великие элементы» (mahAbhUtAni), возникающие в последовательности: эфирное пространство (AkAsha), воздух (vAyu), огонь (agni), вода (jala), земля (pR^ithivI), в классической санкхье это таттвы с 21 по 25, а в шиваитско-шактистской системе миропроявления с 32 по 36 [Индийская философия 2009: 779].[vi] 8.8(1). Крометебя и меня ˂…˃не былони души в тройственной вселенной (tvAM mAM vinA ˂…˃nAsItki~nchij-jagatraye) – в шактистском мировоззренииабсолют, пребывая за пределами времени, пространства и причинности, содержит в себе мужской (Шива) и женский (Шакти)первоначала [Индийская философия 2009: 857].[vii] 8.9(2). вселенной – в оригинале brahmANDa-maNDalam, о понятии brahmANDa см. примеч. 4. [viii] 8.11(1). мир, наполненный круговертью перевоплощений – в оригинале bhava-saMsAra. Круговерть перерождений (сансара, saMsAra) – это одно из центральных понятий индуистского мировоззрения, связанное с представлениями о реинкарнации. В индуизме понимается как мир перевоплощений индивидуального Атмана в разных телах и различных сферах бытия. Смена телесных оболочек в сансаре определяется законом кармы. Как замечает В.К. Шохин, перед лицом бесконечных перерождений релятивизируется экзистенциальная проблема смерти: в ней видят вполне естественную паузу между разными формами существования. Благодаря этому сансара в понимании индийцев оказывается зачастую чем-то нереальным, синонимом иллюзии или сновидения (в «Йога-васиштхе» – череда кошмаров: проснувшись от одного кошмара, герой оказывается пленником другого, и так до бесконечности) [Индийская философия 2009: 712–715].[ix] 8.13(2). Без меня, о Махадева, ты <…>обращаешьсяво труп (mAM vinA te mahAdeva shavatvam iti) – вшактизме подчеркивается активность женского начала по сравнению с пассивностью мужского.Как следствие, подобное утверждение в различных вариантах встречается в шактистских текстах. Например, «когда Шива объединен с Шакти, он способен творить; в других же случаях он не способен даже двигаться» («Саундарьялахари») (цит. по [Радхакришнан 1993, II: 663]).ВКТсказано: «Не Брахма, Вишну и Рудра создают, поддерживают и разрушают, а Брахми, Вайшнави и Рудрани. Их мужья подобны мертвым телам» (цит. по [Маханирвана2003: 20]).Ср. ДБхПI.4.48; III.4.32; V.33.56; МБхП 11.24; 36.35. [x]8.16(1). Войдя в состояние следствия, я как пракрити предстаю всегда (kArya-bhAvam ApannA sadA prakR^iti-rUpiNI) – пракрити здесь выступает как одно из имен Великой богини, поскольку та отождествляется с ней. Как пракрити Богиня ощутимо присутствует в физическом мире и сама является миром [Кинсли 2008: 171; Pintchman 1994: 114–115].Как указывает Дж. Н. Тивари, философия шактизма является монистической, и она совмещает в себе концепцию Брахмана, взятую из упанишад, и концепцию пракрити, происходящую из санкхьи [Tiwari 1985:68]. Ср. ДМ 1.78; ДБхП I.5.48; IV.5.31; VI.5.23; VII.31.44; МБхП 1.3 и др. В шактистской теологиипракрити не является просто лишенной сознания материей, как в санкхье [Devi-gita 1998: 72]. Отождествление с пракрити придает миру феноменов положительное значение, таким образом, он оказывается не иллюзией, а воплощением самой Богини [Coburn 1988: 186; Kinsley 1987: 135–136].О развитии понятия «пракрити» см. [Pintchman 1994: 61–86]. [xi] 8.16(2). тогда являются Брахма и все прочие боги (tadA brahmAdayaH sarve sarve ʼpyAvirbhavanti) – в шактистских текстах указывается, что трое великих богов, составляющих тримурти, всецело подчинены Богине,и если она покидает их, они становятся беспомощными и бессильными. Как пишет В. Ч. Бин, Брахма, Вишну и Шива оказываются только инструментами вечной игры (lIlA) Богини, которой эти боги также совершают поклонение(напр., ДБхП III.5.28–37; V.33.60; VII.29; ДМ 1.84; КП 60.64–66; МБхП 3.3) [Beane 2001: 156].Вшактистской ДБхП традиционные небесные обители этих боговразмещены намного нижемира Богини, и свои обязанности они выполняют только в соответствии с её волей(III.5.4;VII.3.13; ХII.8.77).[xii] 8.17(1). Из моей майи соткана вся эта вселенная (mama mAyA-mayam idaM vishvaM) – майя это один из главных принципов индуизма, первоначально означавшая «сверхъестественную силу, магическую энергию Бога» и часто переводимая как «иллюзия». Упанишады подчеркивают чарующую силу майи, которая делает душу слепой к истине.В ведантистской интерпретации Шанкарымайя характеризуется прежде всего как реальная, и в то же время нереальная (ни caт ни acaт)[Костюченко 1983: 114]. Если майя существует, она служит пределом для Брахмана, если же она не существует, то невозможно объяснить явления мира. Майя как бы и реальна, ибо она производит мир, и нереальна, чтобы служить пределом для Брахмана [Индийская философия 2009: 496–497; Радхакришнан 1993, II: 514].В шиваизме майя является одним из трех видов уз (pAsha), которые ограничивают душу.В вишнуизме майя – одна из девяти шакти Вишну. В шактизме майя рассматривается в качестве субстанции Деви, то есть реальной и материальной силы.Она находится внутри утробы Шакти и является потенциальной в пралайе и актуальной в творении. Под управлением Шакти майя развертывается в материальные элементы и физические части всех существ [Индийская философия2009:496–497; Пахомов 2002: 95; Радхакришнан 1993, II:663–664]. Подробнее о развитии понятия «майя» см. [Pintchman 1994: 87–96]. [xiii] 8.17(1). с движущимся и неподвижным (charAcharam) – А. Авалон полагает, что под «движущимся и неподвижным» подразумеваются органический и неорганический миры [Маханирвана 2003: 160; Рамаяна 2006: 736].По другой трактовке, это животные (включая людей) и растения [Махабхарата 2009: 345].[xiv] 8.17(2). Майя – источник дробления и сокрытия (vikShepAvaraNe mAs(y)Arambho) – «дробление» (vikShepa) и «сокрытие» (AvaraNa) это два свойства майи (см. примеч. 12) из шести, которые выделяет Шанкара в примечании на «Брахма-сутры».При помощи «силы дробления» (vikShepa-shakti) Брахман способен проецировать вовне вселенную и множество душ, а «сила сокрытия» (AvaraNa-shakti) выступает причиной искаженного знания отдельной души [Индийская философия 2009: 49, 497]. У последователей Шанкары, различавших майю и авидью, майе присуще «дробление», а авидье – «сокрытие» [Там же: 55].[xv] 8.18(1). слова, резкие и разящие, как ваджра (vachas ˂…˃ vajra-tulyaM sudAruNam) – ваджра это оружие бога-громовержца Индры, которым он поражает демонов, часто фигурирует как символ несокрушимости и разящей мощи [Махабхарата 1987: 734].[xvi] 8.20(1). на западную сторону вселенной (pashchime bhAge brahmANDasya) – запад в индуистской космографии ассоциируется с богом вод Варуной, в чью обитель уходят павшие в боях с богами асуры [Индуизм 1996: 113].[xvii] 8.21(1). из пепла со своего тела (sva-deha-bhasmanA) – лоб Шивы умащен тремя полосами (tripuNDra) священного пепла (bhasman или vibhUti), что, согласно Шри Свами Шивананде, означает необходимость уничтожить три загрязнения: анаву (эгоизм), карму и майю, а также три желания обладать– землей, женщиной и золотом [Шивананда 1999: 31].[xviii] 8.21(2). Индру средь данав (dAnavendraM) – «Индра» в пуранах и Мбх не столько личное имя, сколько титул, обозначение статуса: «царь, вождь». Индра, правящий богами в текущем мировом периоде, имеет свои личные имена и специфические для него имена-эпитеты: Шакра, Магхаван, Тысячеокий и др. Выражение «Индра среди царей» равносильновыражению «царь царей», «первый среди царей», «Индра богов» – то же самое, что и «царь богов», «Индра слонов» – «царь слонов» или«вожак стада слонов» ит. д. [Махабхарата 1987: 609]. Данавы – этокласс асур, потомки Кашьяпы и Дану, дочери Дакши. Поэтому, строго говоря, Гхору нельзя отнести к этому классу. Ранее Гхора именуется дайтьей, что, строго говоря, тоже неверно.Смешение различных классов демонических существчасто встречается в санскритских текстах [Махабхарата 1987: 676]. [xix] 8.21(2). зовущегося Гхора (ghora-nAmAnam) – ghora в переводе с санскрита означает «страшный, ужасный, сильный, крепкий». [Кочергина 1996: 203].[xx] 8.22(1). Шириною в кроры йоджан и высотою в тридцать два лакха йоджан (koTi-yojana-vistIrNaM dvAtriMshal-lakSha-prasthitam) – йоджана (букв. «запряжка») это мера длины, равная расстоянию, которое можно проехать, не меняя ездовых животных, равна приблизительно 13–14 км [Махабхарата 1987: 737].Крор (koTi) это число, которое обозначает десять миллионов [Apte 1988: 164]. Лакх (lakSha) обозначает же сто тысяч [Ibid.: 473]. Конечно, эти огромные цифры не имеют конкретного значения, а просто призваны подчеркнуть грандиозный, космический характер происходящего [Ферштайн 2002(б): 630]. [xxi] 8.23(2). великими сиддхи, начиная со способности быть бесконечно малым (mahAsiddhIraNimAdyA) – см. примеч. 2.[xxii] 8.25(2).горы Вела и Сувела (suvela-vela-parvatau) – локализации не поддаются. [xxiii] 8.27(1). всё вижу я – в оригинале pashyAmi sakalaM. Согласно Апте, одно из значений глагольного корня dR^ish (pashyAmi – его форма первого лица единственного числа) «to see by divine intuition» [Apte 1988: 258].[xxiv] 8.31(2). в глухом лесу, где [живет] Кедаракешвара (kAntAre yatra kedArakeshvaraH) – Кедаракешвара это особая ипостась Шивы, почитаемая в храме Кедарнатх в Гималаях (нынешний штат Уттар-Прадеш). Бог представлен в храме крупной каменной глыбой [Индуизм 1996: 235; Monier-Williams 2015: 309]. Кроме того, заметим, что в Ассаме, в местечке Хаджо приблизительно в 35 км к северо-западу от Гувахати находится храм Кедарешвара [Barua 1988: 56].[xxv] 8.32(2). тысячами стрел Камы (kAma-bANaiH sahasrashaH) – обычно в произведениях санскритской литературы упоминаются пять стрел бога любви Камы (аналог древнегреческого Эрота), каждая из которых имеет свое название (drAvaNa «обращающий в бегство», sHoShaNa «иссушающий», bandhana «порабощающий», mohana или sammohanа «сбивающий с толку» и AkarShaNa «привлекающий»), но здесь для подчеркивания грандиозности происходящего речь идет о тысячах стрел.[xxvi] 8.34–35. На мою грудь прииди, стань владычицей вселенной, / Спаси меня, тонущего в океане страсти, свое тело подарив. // И мига без тебя я не могу прожить, / Обняв меня как мужа, о красавица, не дай мне умереть! – в оригиналеmama kroDe tvaM samAgachCha bhava sarveshvarI mudA / trAhi mAM kAmajaladhA nimagnaM svA~Nga-dAnataH // ki~nchit-kAlaM na jIvAmi tvAM vinAhaM katha~nchana / Ali~Ngya pati-bhAvena jIvanaM rakSha sundari. [xxvii] 8.38(2)–39. Прежде мною было дано обещанье, его соблюди, если меня взять // Желаешь в жены, о властитель дайтьев. / Кто меня одолеет в битве, / Тот и будет моим мужем, и никто иной, поэтому вступи же [со мною] в бой! (purA pratij~nA hi mayA kR^itA yA tAM pAlaya tvaM yadi mAM grahitum // manas tu chaivaM khalu daitya-rAja yo mAM vinirjitya raNe sthitaH syAt / sa me tu bhartA hi na chAnya eva tadAdito yuddham itaH shrayasva) – условие, выдвигаемое Богиней для принятия брачного предложения, возможно берет свое начало из версии ВмП, хотя эта пурана называет условие, что Деви должна быть побеждена в бою, брачным выкупом (shulka), а не обещанием или клятвой (pratij~nA) [Brown 1990: 263].Подобный обычай брачного поединка был распространен среди народов Средней Азии, например, среди саков (ираноязычных племен). Древнегреческий автор Эман (II–III вв.) писал: «Кто из саков хочет жениться на девушке, должен вступить с ней в борьбу. Если верх в борьбе остается за девушкой, то побежденный борец становится ее пленником и поступает в ее полное распоряжение; только поборов девушку,может юноша взять ее в свою власть»(цит. по [Мандзяк 2008: 317]).Этот обычай существовал и в дальнейшем, например, у огузов в IX–XIII вв. Если победу одерживала невеста, то это считалось позором для жениха. Однажды невеста-княжна подножкой свалила своего жениха Масуда, бывшего султаном Газни в 1030–1041 гг. Тюркский автор Махмуд ибн Хасан ибн Мухаммед аль-Кашгари утверждал, что именно тогда появилась поговорка: «Не борись с девицами, не состязайся в беге с молодыми кобылицами» [Там же]. Подобная же тема брачного поединка нашла свое отражение в германо-скандинавской мифологии и эпосе в сюжете сватовства Гунтера (сканд. Гуннара) к Брюнхильд (Брюнхильде). Согласно одной из версий, дева-воительница Брюнхильд намерена выйти замуж лишь за того, кто одолеет ее в атлетических состязаниях (в случае поражения претендента ждет смерть). За Гунтера эти испытания выдерживает Зигфрид (Сигурд), однако потом обман раскрывается, и Брюнхильд подстрекаетГунтера к убийству Зигфрида. В.М. Жирмунский видит исток этого сюжета в богатырской сказке и приводит, в частности, русскую сказку о сватовстве царевича к правящей далёким царством богатырской деве: помощник царевича, выдержав вместо него испытания, которым она подвергает женихов, укрощает богатыршу на брачном ложе побоями, но становится жертвой её мести после того, как обман раскрывается, – она отрубает ему ноги; разоблачённого супруга богатырша превращает в свинопаса, впоследствии безногий помощник вызволяет его [Мифы 1991: 188]. Аналогичный эпизод в ДМ (5.120) и ДБхП (V.23.62–64). В тамильской «Калаияркойил» (17.36–42)встречается видоизмененная версия этого мотива. В ней богиня Парвати, родившаяся на земле царевной, на сваямваре заявляет, что выйдет замуж лишь за того, кто одолеет в битве ее отца – правителя из династии Чола. Когда один из претендентов на ее руку выполнил ее условие, она согласилась стать его женой, однако жених, приписав свою победу милости Шивы, настоял, чтобы она стала невестой бога [Shulman 1980: 164].[xxviii] 8.40(2). грохот туч во время светопреставленья (pralayAmbhodhi-ghargharam) – ср. с картиной наступления конца света в Мбх (III. 186.65–72): «… появляются в небе удивительные, расцвеченные гирляндами молний тучи, огромные, как стада слонов. ˂…˃ Зловеще грохочущие тучи, гонимые Всевышним, быстро затопляют все вокруг…» (цит. по[Махабхарата 1987: 384]).[xxix] 8.41(1). выказывающий пренебреженье к Каларудре (kAlarudraM cha nyakkR^itaH) – Каларудра (букв. «Время-Рудра») это особая ипостась Шивы, разрушающая мир.[xxx] 8.44(2). вплоть до преисподней – в оригинале kATAhAntaM, согласноМоньер-Вильямсу, одно из значений слова kAtAha это «a mound of earth, hell, the infernal regions» [Monier-Williams 2015: 243]. Преисподняя или нижний мир это третий из трех миров традиционной индуистской космографии, см. примеч. 3.[xxxi] 8.46(1). бык средь дайтьев (daitya-puMgavaH)–чрезвычайно употребимая в древнеиндийском эпосе «животная метафора», по всей вероятности мифологического происхождения. Аналогию представляет употребление шумерского «гуд» в значении «герой», «богатырь» и такое же употребление со значением «бык» в эпических традициях тюркских и монгольских народов, где можно проследить связь этого явления с мифологией шаманизма. В наиболее древних памятниках мирового эпоса герои сами обладают способностью превращаться в быков [Махабхарата 1987:604; Махабхарата 1996: 251]. Ср., напр., ДБхП I.1.3;V.2.10, 28.53; VI.1.17; XI.2.30; XII.9.37; МБхП 1.13. О роли быка в мифологиях различных народов мира см. [Мифы 1991: 203].[xxxii] 8.47(2). От пыла – в оригинале tejasA. В.С. Семенцов называет tejas труднопереводимым словом, обозначающим «внутреннюю энергию, которую в Индии воспринимали в образах огня и света (сияния, свечения, жжения и т.д.)» (цит. по [Бхагавадгита 1999: 101]). Некоторые из значений этого слова, которые дает Апте: heat, glow, glare; lustre, light, brilliance, splendour; the bright appearance of the human body, beauty; fire of energy;might, prowess, strength, courage, valour, martial or heroic lustre; spirit, energy; majestic lustre, majesty, dignity, authority, consequence [Apte 1988: 239]. Согласно Г. Ферштайну,tejas это «психодуховное пламя» [Ферштайн 2002(б): 143]. А Я.В. Васильков в своем глоссарии к переводу третьей книги Мбх определеляет tejas как «духовный пыл, внутренняя энергия, проявления которых –решимость, страстность, отвага» [Махабхарата 1987: 741]. Г. Циммер же пишет, что «это слово обозначает огненную энергию, солнечный жар, царственное великолепие, мощный пыл аскета, телесный жар теплокровного организма, жизненную силу, сконцентрированную в мужском семени» (цит. по [Циммер 2015: 132]). М. Элиаде указывает, что йогическая и тантрическая практика ведут к обладанию «внутренним теплом», что сопровождается световыми эффектами. Огромную роль внутренний свет играет в мистике и теологии христианства и ислама. И целый набор шаманских феноменов связан с «овладением огнем» и «магическим жаром», благодаря чему шаманы способны выносить крайний холод [Элиаде 1999: 380–383].[xxxiii] 8.49(1). нижний мир – в оригинале kaTAhAt, см. примеч. к3, 30. [xxxiv] 8.49(2). битва продолжалась мириады лет (yuddhaM koTi-varShAm abhUt) – о слове koTi см. примеч. 20. Как и в случае с размерами Гхоры, подобные «космические» цифры носят символический характер иподчеркивают грандиозный характер происходящих событий.[xxxv] 8.50. прибегнув кволшебствуи очень тонкий облик / Приняв ˂…˃ в тебя вошёл (yogaM samAshritya atisUkShma-taraM vapuH / vidhAya˂…˃ tvAm Ashritya sthitaH) – то есть прибегнул к сиддхи, именуемой анима, или способность быть бесконечно малым, см. примеч. 2. Согласно Апте, одно из значений слова yoga «a charm, spell incantation, magic, magical art» [Apte 1988: 459].[xxxvi] 8.52(1). Потирая свое тело и увеличив его в размерах (varddhayitvA sharIraM svaM gharShayitvA cha bAhunA) – то есть прибегнул к сиддхи, именуемой махима, или способности становиться огромным, см. примеч. 2.[xxxvii] 8.56(2)–57(1). От меня творенье происходит, и во мне растворяется оно, // И я оберегаю сотканный из моей майи мир (mattaH sR^iShTiH samutpannA mayyeva pravilIyate // mayaiva pAlyate sarvaM mama mAyA-mayaM jagat)–в данном случаефункции, которые традиционнопринадлежат трем богам тримурти (Брахме, Вишну и Шиве),приписываются самой Богине. Ср. ДМ 1.76. [xxxviii] 8.57(2).Кроме меня, нет ничего иного, я есмь непреходящий Брахман (matto nAnyatki~nchidasti brahmaivAhaM sanAtanaH) – в шактистской философии Шива и Шакти, которая выступает в образе майи, вместе мыслятся как единый, гомогенный Брахман. Иногда Шива отождествляется с Ниргуна-Брахманом адвайтистов, а Шакти – с Сагуна-Брахманом. По другой версии, Деви сама неотличима от Брахмана, который и есть единственная подлинная реальность, определяемая как sach-chid-Ananda(бытие-сознание-блаженство), см. примеч. 94.И два аспекта Брахмана соотносятся с Шакти, лишенной качеств, и Шакти, обладающей качествами [Радхакришнан1993, II:663; Pintchman 1994: 115]. Ср. ДБхПI.2.10; 8.40; 12.15; III.7.4–7; IV.25.68; IX.1.14; МБхП 1.28; 41.13.[xxxix] 8.61(1). Ты – Шива, здесь сомненья нет, ради меня твоё старанье (shivo ʼsi nAtra saMdeho mat-kR^ite yachChramas tava) – ср. с версией мифа о Махише в КП (60.58–161), где асура также оказывается воплощением Шивы (при этом Богиня умерщвляет его трижды) [Поклонение 2008: 69–80]. Однако в повествовании КП отсутствует элемент любовной интриги: демон относится к Богине как верный почитатель-бхакта, а не как пылкий претендент на руку и сердце. Зато эротической аурой окружены версии мифа о Махише, содержащиеся в ДМ (2–3) [Деви-махатмья 2015: 38–44] и в ДБхП (V.2–18) [Девибхагавата-пурана 2012: 11–79], где Махиша изъявляет желание видеть Богиню своей супругой.[xl] 8.63(2). у Брахмана нет более высокого проявленья (itaH parataraM rUpaM brahmaNo nAsti kutrachit) – см. примеч. 38.[xli] 8.65(1). ты в Калику обращалась (jAtA tvaM kAlikA tadA) – ср. с МБхП, где богиня Сати принимает грозное обличье Кали, чтобы напугать Шиву, препятствовавшего ей отправиться на жертвоприношение, которое устроил ее отец Дакша (8.46–61) [Махабхагавата-пурана 2016: 30–31], а также Кришна в «самые критические моменты» демонстрирует свою подлинную природу Кали (50.77–80; 51.16–17; 51.25–27; 51.43–45) (здесь Кришна оказывается воплощением этой богини) [Махабхагавата-пурана 2013].[xlii] 8.65(2). С телом черного цвета (kR^iShNa-varNA) –чернота Кали говорит о её всепоглощающей природе, поскольку черный– цвет, в котором исчезают все другие цвета. Или же утверждается, что черный символизирует полное отсутствие цвета, опять же означая nirguNa (отсутствие качеств) природу Кали как высшей реальности. Таким образом, черный цвет богини символизирует её превосходство над всеми формами [Кинсли 2008: 117].В науке же черный цвет Кали обычно связывается с происхождением её культа в среде темнокожих аборигенов Индии [Темкин 1982: 266; Ульциферов 2003: 239–240].[xliii] 8.65(2). стоящую на Махакале (mahAkAlopari sthitA) – Махакала это одна из двух форм Шивы, выражающих диалектику времени и вечности. Время (kAla), это первая форма, создает вселенную, а затем, обратившись в грозное пламя, уничтожает её при наступлении пралайи (примеч. 4). Когда же «огонь Времени» (kAlAgni) затухает, Время «пожирает само себя» и обращается в Махакалу – трансцендентальное «Время над Временем», Вечность [Авалон 2007: 276; Индуизм 1996: 269–270].Такой образ символизирует то, что почитатели Кали полностью отдают ей свою жизнь. Принеся в жертву свое эго, они становятся подобны трупу. Богиня Кали, стоящая на трупе, олицетворяетблагословение, которое онапосылаетверующим [Кинсли 2008: 118]. Ср. КП 60.159–160 [Поклонение 2008: 80].[xliv] 8.66(1). Украшенную гирляндой из черепов (muNDa-mAlAvalI)– гирлянда изчерепов олицетворяет звуки алфавита деванагари и представляет Кали в образе шабда-брахмана, всепронизывающей сути реальности, проявленной в звуке, особенно в изначальном звуке оМ (см. примеч. 317).В некоторых текстах говорится, что гирлянда состоит из пятидесяти отрубленных голов, таким образом означая пятьдесят букв алфавита деванагари. Из семян звука (bIja) возникает все мироздание, и Кали отождествляется с этой силой [Авалон 2007: 262, 278–281; Кинсли 2008: 118–119]. Ср. ДМ 7.7; МБхП 4.11.[xlv] 8.66(2). с распущенными волосами (mukta-keshI) – какзамечает Д. Кинсли, неубранные волосы представляют разительный контраст с обыкновением индуистских женщин следить за своими прическами и с тем, как изображается большинство индуистских богинь. Волосы женщин, заплетенные в косу или связанные в пучок, свидетельствуют о соответствии социальным условностям. Поэтому распущенные и сбившиеся волосы говорят о социально маргинальном характере и презрении к условностям. Распущенные волосы также могут символизировать разрушение мира. «Заплетенная коса» социального и космического порядка кончается в диких, распущенных, развивающихся волосах[Кинсли 2008: 112].[xlvi] 8.66(2). Двигающую пугающим языком цвета крови (lalaj-jihvA rakta-ghorA) – гротескно высунутый язык является одной из выдающихся черт внешности Кали. В иконографии она почти всегда изображается с открытым ртом и высунутым языком. На первый взгляд, высунутый язык богини свидетельствует о её диком аппетите и кровожадности. Однако многие современные индуисты истолковывают высунутый язык самого известного из его образов – Дакшинакали – совершенно по-иному. По их версии, Кали прикусывает язык от стыда и замешательства, обнаружив себя стоящей на собственном супруге – Шиве. Еще один вариант истолкования предлагает индолог Джеффри Крипал. По мнению Крипала, в контексте тантры демонстрация Кали своего языка имеет два основных значения: 1) сексуальное удовлетворение; 2) поглощение запретного или загрязненного. Что касается первого значения, то на изображениях Дакшинакали Шива иногда представлен в состоянии эрекции, а в некоторых иконографических образах Кали она находится в союзе с ним, и в обоих случаях её язык высунут наружу. В другом значении язык Кали символизирует наслаждение тем, что люди обычно считают запретным и отвратительным [Кинсли 2008: 108–110].Ср. ДБхП V.26.42; ДМ 7.8; МБхП 8.50.[xlvii] 8.66(2). блистающую тремя очами (lochana-traya-rAjitA)– то есть имеющая два обычных глаза и третий глаз – глаз мудрости посередине лба, ассоциируемый с чакрой аджня. Согласно одной версии, три глаза Богини символизируют Солнце, Луну и Огонь, а согласно другой –её способностьвидеть прошлое, настоящее и будущее, то есть ее всезнание [Кинсли 2008: 116; In Praise of the Goddess 2003: 72]. Ср. МБхП 4.50.[xlviii] 8.67(1). Расцвеченную шестнадцатой долей (amA-kalA-samullAsA) – amA-kalA это тип калы(см. примеч. 337) или активный аспект Шакти. Описывается как вечный нектар, проистекающий из союза Шивы и Шакти. Также связывается с фазами Луны, amA на санскрите «день новолуния» или «шестнадцатая доля Луны», считающаяся самой благоприятной. Как утверждается, она пребывает в треугольнике чакры сахасрара [Авалон 2007: 248; Ферштайн 2002(б): 481; Apte 1988: 46; Bhattacharyya 2005: 372].[xlix] 8.67(2). Окружённую тысячами мириадов шакалиц (shivA-koTi-sahasrais) – в шактистской мифологии шакал оказывается тесно связанным с Богиней. Само слово shivA обозначает как имя Парвати, так и шакала [Apte 1988: 556]. В тантрах записана легенда о том, как Чанди (Дурга), приняв облик шакалицы, перенесла младенца Кришну через Ямуну. Та же легенда упомянута и в «Чондимонгол». Во многих храмах Дурги на пьедестале Богини часто встречается изображение шакала, который многими индуистами почитается как священное животное [Мукундорам 1980: 82, 225]. ВКП богиня Шивадути описывается поставившей одну ногу на труп, а другую на шакалицу и окруженной тысячью шакалиц (63.104–198)[Кинсли1987: 147]. У тантриков есть обычай кормить самок шакалов в полночь и после полуночи, а их мясо используется в пудже Чхиннамасты [Маханирвана 2003: 272].[l] 8.69(1). носящие свирепое обличье и жаждущие яростной битвы (ghora-rUpa-sthA mahAyuddha-mahotsuka) – во многих текстах, например, в «Тантрасаре», утверждается, что йогини обладают злой природой [Roy 2015: 288]. В ПП (6.18, 110–125) рассказывается, что шестьдесят четыре йогини танцуют вместе с Шивой после убиения демона Джаландхары. Йогини описываются как имеющие огромные тела и острые ногти. В ЛП (106.1–28) после разгрома демона Даруки они пляшут вместе с Кали [Roy 2015: 8].[li] 8.69. В каждой волосяной поре [Кали] блистал мир, имеющий каждый свое Солнце, / Возникший из яйца Брахмы, и таких миров были мириады мириадов (pratilome kUpamadhye brahmANDaM koTi-koTishaH / bhAsante satataM … sUryamayAH punaH) –в шактистских текстах содержатся утверждения, что существуют бесчисленные вселенные, в каждой из которых есть свои Брахма, Вишну и Шива (например, ДБхП III.4.14–20, 36;МБхП 3.3). В Нирвана-тантре сказано, что боги Брахма, Вишну и Шива возникают из богини Кали как пузыри воды из моря, бесконечно появляясь и исчезаяи оставляя свой источник неизменным. Сравнение этих богов с Кали, как утверждается в этом тексте, подобно сравнению лужицы воды, собравшейся в следе, оставленном коровой, с водами океана [Кинсли 2008: 102–103].[lii] 8.71(1). знаниеБрахмана (brahma-j~nAnam) – согласно Aптe, это «true or divine knowledge, knowledge of the identity of the universe with Brahma» [Apte 1988: 395].[liii] 8.72(1).Матерь (mAtA) – вшактистских текстах Богиня часто именуется эпитетами, указующими на ее материнскую природу: jaganmatR^i, jagadambikA, amba, parAmba и др.[liv] 8.72(3). флагами из многочисленныхмашин огромных (nAnA-yantrasya bR^ihataH patAkA) – согласно Aптe, одно из значений слова yantra это «any instrument in general» [Apte 1988: 455]. Возможно, речь идет о гигантских колесницах наподобие тех, которые используются во время ратхаятры в Пури (Орисса) [Индуизм 1996: 364].
Предзаказ
Предзаказ успешно отправлен!
Имя *
Телефон *
Добавить в корзину
Перейти в корзину