MAAP_conf_2017_banner

IZM – баннер

Shop.castalia баннер

Что такое Касталия?

     
«Касталия»
                – просветительский клуб и магазин книг. Мы переводим и издаём уникальные материалы в таких областях как: глубинная психология, юнгианство, оккультизм, таро, символизм в искусстве и культуре. Выпускаем видео лекции, проводим семинары. Подробнее...
Понедельник, 07 июня 2010 16:21

Карл Юнг Liber Novus, Liber Secundus Глава 15 Nox secunda

Карл Юнг

Liber Novus,

Liber Secundus

Глава 15

Nox secunda

Покинув библиотеку, я снова стою в вестибюле. На этот раз я смотрю на дверь слева. Я кладу маленькую книгу в карман и прохожу в дверь; она открыта и ведет на кухню с большим очагом над печью. Посреди комнаты стоят два длинных стола, окруженных скамьями. Бронзовые кувшины, медные сковородки и другие сосуды расставлены на полках вдоль стен. У печи стоит большая толстая женщина – по-видимому, повариха, одетая в клетчатый фартук. Я приветствую ее немного изумленно, она тоже выглядит смущенной. Я спрашиваю: «Могу я здесь немного посидеть? Снаружи холодно, а мне нужно кое-чего дождаться».

«Пожалуйста, присаживайтесь»

Она вытирает стол передо мной. Не зная, чем заняться, я достаю Фому и начинаю читать. Поварихе любопытно, она тайком на меня поглядывает. Она частенько проходит рядом со мной.

«Простите, а вы не священник?»

«Нет, почему вы так решили?»

«О, я так подумала, потому что вы читаете маленькую черную книжку. Моя мать, упокой Господь ее душу, оставила такую же»

«Понимаю, а что это была за книга?»

«Она называется «Подражание Христу». Это прекрасная книга. Я часто молюсь с ней вечерами»

«Вы верно угадали, я тоже читаю «Подражание Христу»

«Не подумала бы, что человек вроде вас будет читать такую книгу, не будучи пастором»

«А почему бы и нет? Чтение соответствующих книг и мне пойдет на благо»

«Моя мать, благослови ее Господь, держала ее с собой на смертном ложе, и отдала ее мне перед тем, как умерла»

Пока она говорит, я рассеянно листаю книгу. Мои глаза падают на отрывок из девятнадцатой главы: «Праведные основывают свои намерения на милости Божьей, которой они во всем предпринимаемом доверяют больше, чем собственной мудрости».

Мне приходит на ум, что Фома рекомендует интуитивный метод. Я поворачиваюсь к поварихе: «Ваша мать была умной женщиной, и она правильно поступила, отдав вам эту книгу».

«Да, действительно, на часто утешала меня в трудные часы и всегда предоставляла добрый совет»

Я вновь погружаюсь в свои мысли: я считаю, что каждый может действовать по своему разумению. Это тоже может быть интуитивный метод. Но то, каким прекрасный образом это делает Христос, в любом случае имеет особое значение. Я хотел бы подражать Христу – внутреннее беспокойство овладевает мной – что должно случиться? Я слышу странный шелест и жужжание – внезапно ревущий звук наполняет комнату как стая огромных птиц, бешено хлопающих крыльями – я вижу мечущиеся сумрачные человеческие формы и слышу бормотание множества голосов, повторяющих слова: «Дай нам молиться в храме!»

Я кричу: «Куда вы несетесь?» Бородатый мужчина с взъерошенными волосами и темными сверкающими глазами останавливается и поворачивается ко мне: «Мы странствуем в Иерусалим, чтобы помолиться в святейшей гробнице».

«Возьмите меня с собой»

«Ты не можешь присоединиться к нам, у тебя есть тело. А мы мертвы»

«Кто вы?»

«Я – Иезекииль, и я анабаптист»

«Кто эти люди, идущие с тобой?»

«Это мои братья по вере»

«Почему вы странствуете?»

«Мы не можем остановиться, мы должны совершить паломничество по всем святым местам»

«Что толкает вас на это?»

«Я не знаю. Но похоже, что мы не нашли покоя, хотя умерли в истинной вере»

«Почему же вам нет покоя, если вы умерли в истинной вере?»

«Мне всегда кажется, что мы, видимо, закончили жизнь не должным образом.»

«Интересно – почему так?»

«Мне кажется, что мы забыли нечто важное, что тоже было живым.»

«И что это было?»

«Ты хотел бы знать?»

С этими словами он приближается ко мне пугающе и страстно, глаза его сияют будто бы внутренним жаром.

«Освободись, демон, ты не прожил свое животное.»

Повариха стоит передо мной с напуганным лицом; она взяла меня за руку и крепко сжала ее. «Ради Бога», - кричит она. – «Что с тобой такое? Ты на дурном пути?»

Я изумленно смотрю на нее и пытаюсь понять, где же я на самом деле. Но тут вламываются странные люди – и среди них библиотекарь – поначалу бесконечно изумленный и пораженный, а затем, злорадно смеющийся: «О, мне следовало догадаться! Скорей, зовите полицию!»

Прежде, чем я успеваю сообразить, меня сквозь толпу людей заталкивают в грузовик. Я все еще сжимаю в руках томик Фомы и спрашиваю себя: «Что бы он сказал по поводу этой ситуации?» Я открываю книгу, и мой взгляд падает на тринадцатую главу, где говорится: «Пока мы живем на земле, нам не избежать искушения. Нет совершенных среди людей, и нет таких святых, кто не подвергался искусу. Да, едва ли мы можем быть без искушения».

Мудрый Фома, у тебя всегда наготове правильный ответ. Тот безумный анабаптист точно не владел таким знанием, иначе обрел бы покой в конце. Он также мог прочитать это у Цицерона: rerum omnium satietas vitae focit satietatem-satietas vitae tempus maturum mortis affert [пресыщение всем вызывает пресыщение жизнью – человек пресыщается жизнью, и подходит время смерти]. Это знание, очевидно, привело меня к конфликту с обществом. И справа, и слева от меня были полицейские. «Что ж», - сказал я им, - «теперь вы можете меня отпустить». «Да, это мы знаем», - сказал один, смеясь. «Сидите смирно», - сурово сказал другой. Так, мы, похоже, направляемся в сумасшедший дом. Это высокая цена. Но похоже, можно пройти и этим путем. Это не так уж странно, ведь тысячи наших ближних прошли этим путем.

Мы прибыли – большие ворота, холл – дружелюбно суетящийся управляющий – а еще два врача. Один из них невысокий толстый профессор.

Пр.: «Что за книгу вы взяли с собой?»

«Это Фома Кемпийский, «Подражание Христу»

Пр.: «Значит, форма религиозного безумия, совершенно ясная, религиозная паранойя. – Видите ли, дорогой мой, в наши дни подражание Христу ведет в сумасшедший дом».

«В этом нет сомнения, профессор.»

Пр.: «У человека есть ум – у него определенно маникальное обострение. Вы слышите голоса?»

«А то! Сегодня целая толпа анабаптистов кишела на кухне.»

Пр.: «Ну вот и оно. Голоса следуют за вами?»

«О нет, боже упаси, я призвал их.»

Пр.: «А, это немного иной случай, который ясно показывает, что галлюцинации напрямую вызывают голоса. Это в истории болезни. Вы не запишите это немедленно, доктор?»

«Со всем уважением, профессор, могу ли я сказать, что это ни в коем случае не является ненормальным, а скорее интуитивным методом.»

Пр.: «Прекрасно. Он еще и неологизмы использует. Что ж – я думаю, у нас есть достаточно ясный диагноз. В любом случае, желаю вам поскорее выздороветь, и уверен, что вы будете вести себя тихо.»

«Но профессор, я вовсе не болен, я чувствую себя вполне здоровым.»

Пр.: «Видите ли, дорогой мой, вы просто пока не осознаете своей болезни. Прогноз определенно плохой, в лучшем случае с ограниченным улучшением.»

Управляющий: «Профессор, может ли он оставить с собой книгу?»

Пр.: «Думаю, да, ведь это, кажется, безвредный молитвенник.»

Моя одежда инвентаризируется – затем ванна – наконец меня отводят в палату. Я вхожу в большую палату, где мне сказано лечь на кровать. Человек слева от меня лежит недвижно с пронзительным взглядом, а у человека справа, похоже, разум сильно уменьшился в охвате и весе. Я наслаждаюсь совершенной тишиной. Проблема безумия глубока. Во всяком случае, божественное безумие - высшая форма иррациональности жизни, текущей сквозь нас - никак не может быть интегрировано в современное общество - но как? Что, если общественная форма была интегрирована в безумие? Здесь начинается мрак, в котором не разглядеть конца.

Растение испускает направо росток, и когда он окончательно сформируется, естественное стремление к росту не продвинется дальше последней почки, по вернется обратно к стволу, к матери веточки, прокладывая неясный путь во тьме и по стволу, наконец найдя верное положение слева, где распустится новый росток. Но это новое направление роста полностью противоположно предыдущему. И тем не менее растение продолжает последовательно двигаться таким образом, без перенапряжения и не теряя равновесия.

Справа мое мышление, слева мое чувство. Я вхожу в пространство чувства, которое раньше мне было неизвестно, и с изумлением вижу разницу между двумя моими комнатами. Я не могу удержаться от смеха - смеха вместо слез. Я переступил с правой ноги на левую и вздрогнул от внутренней боли. Разница между горячим и холодным слишком велика. Я оставляю дух этого мира, который мыслил Христом до самого конца и вступаю в иной, радостно-пугающий мир, в котором смогу найти Христа снова.

«Подражание Христу» привело меня к самому учителю и его поразительному царству. Я не знаю, чего ищу здесь; я могу лишь следовать за учителем, который правит этим иным миром во мне. В этом мире верны не принципы мудрости, а иные законы. Здесь «милосердие Бога», на которое я никогда не полагался из практических соображений, является высшим законом действия. «Милосердие Бога» означает особое состояние души, в котором я вверяю себя ближним с трепетом и неуверенностью, но с великой надеждой, что все выйдет хорошо.

Я не могу больше сказать, что нужно достичь той или этой цели или что следует применить тот или этот довод, поскольку он хорош; вместо этого я иду наощупь во мраке и ночи. Не видно никаких путей, не появляется никакой закон; все глубоко и основательно случайно, в действительности даже пугающе случайно. Но одна вещь остается ужасающе ясной, а именно то, что это противоположно моему прежнему пути и всем его прозрениям и намерениям, а потому все ошибочно. Становится все яснее, что ничто более не направляет, как пыталась меня убедить надежда, на самом деле все сбивает с пути.

И до пронзающего ужаса становится ясно, что ты пал в безграничное, бездну, пустоту вечного хаоса. Он обрушивается перед тобой, будто подгоняемый ревущими крыльями урагана, сталкивающимися волнами моря.

У каждого есть тихое место в душе, где все самоочевидно и легко объяснимо, место, куда мы любим удаляться от сбивающих с толку возможностей жизни, потому что здесь все просто и ясно, обладает четким и ограниченным назначением. О чем еще в мире человек может сказать с такой убежденностью, как не об этом месте: «Ты ничто иное, как...» и он действительно говорит это.

Хотя это место лишь сглаженная поверхность, повседневная стена, не более, чем уютно укрепленная и регулярно полируемая оболочка над тайной хаоса. Если прорваться сквозь эту обыденнейшую из стен, ворвется переполняющий поток хаоса. Хаос не единичен, это нескончаемая множественность. Он не бесформен, иначе он мог бы быть единичен, он наполнен образами, которые приводят в смятение и сокрушают своей полнотой.

Эти образы - мертвецы, не только твои мертвецы, а вообще все образы форм, которые ты принимал в прошлом, которые течение жизни оставило позади, но также и скопление мертвецов человеческой истории, призрачная процессия прошлого, океан по сравнению с каплями твоего жизненного отрезка. Я вижу по ту сторону тебя, по ту сторону зеркала твоих глаз, прорыв опасных теней, мертвых, жадно глядящих сквозь твои пустые глазницы, стонущих и надеющихся собрать через тебя воедино все упущенное в веках, которые вздыхают в них. Твоя неосведомленность ничего не доказывает. Приложи ухо к этой стене и услышишь шелест их процессий.

Теперь ясно, почему ты разместил простейшие и легко объяснимые вопросы именно в этом месте, почему восхвалял это умиротворенное местечко как самое безопасное: чтобы никто, а менее всего ты сам, смог обнаружить там тайну. Ведь это место, где мучительно сливаются ночь и день. То, что ты исключил из своей жизни, что осудил и проклял, все что пошло и могло пойти не так, ожидает тебя по ту сторону стены, перед которой ты тихо сидишь.

Если ты прочитаешь книги по истории, то найдешь людей, которые искали странное и невероятное, кто попадался или был заточен другими в волчьем логове; людей, искавших высшее и низшее, которые не до конца были стерты судьбой из списков живых. Мало кто из живущих сегодня знает их, и эти немногие ничто в них не ценят, лишь качая головой над такими заблуждениями.

Если ты дразнишь их, перед тобой появляется один из них, задыхаясь от ярости и отчаяния, что ты в оцепенении не уделяешь ему внимания. Он осаждает тебя бессонными ночами, иногда заботится о тебе в болезни, иногда действует поперек твоих намерений. Он делает тебя властолюбивым и гордым, он мучает тебя жаждой всего, что не приносит тебе никакой пользы, он поглощает твой успех в раздорах. Он сопутствует тебе как злой дух, которому ты не можешь дать освобождение.

Слышал ли ты о тех темных, кто инкогнито странствуют неподалеку от тех, кто правит днем, исподтишка вызывая волнения? Кто выдумывает жуткие вещи и не побрезгует никаким преступлением, чтобы прославить их Бога?

Поставь среди них Христа, величайшего среди них. Ему мало было разрушить мир, так что он разрушил себя. И потому был величайшим среди всех, и власти этого мира не дотянулись до него. Но я говорю о мертвых, павших жертвой власти, разрушенных силой, а не ими самими. Их орды населяют земли души. Если ты примешь их, они наполнят тебя обманами и восстанием против того, что правит миром. Из глубочайшего и высочайшего они придумывают опаснейшие вещи. Они были не обычными, они как прекрасные клинки из прочнейшей стали. Они не имеют ничего общего с ничтожными жизнями людей. Они жили на своих высотах и достигли низшего. Они забыли только об одном: они не прожили свое животное.

Животное не восстает против своего вида. Подумай о животных: насколько они справедливы, как хорошо выдрессированы, как держатся освященного веками, как почтительны к земле, которая носит их, как держатся привычных маршрутов, как заботятся о младших, как вместе идут на пастбище и как тянут друг друга к весне. Среди них нет того, кто скрывает изобилие добычи и оставляет брата умирать от голода. Нет того, кто пытается распространить свою волю на весь свой вид. Нет того, кто делает из мухи слона. Животное живет, соответствуя жизни своих особей, ни превосходя, ни отставая от них.

Тот, кто не прожил свое животное, будет относится к своему брату как к животному. Смири себя, проживи свое животное, чтобы правильно относиться к своему брату. Так ты спасешь всех странствующих мертвецов, что жаждут насытиться живыми. И чтобы ты ни делал, не превращай это в закон, ведь это высокомерие власти.

Когда пришло время, и ты открыл дверь мертвым, ужасы твои заденут также и брата, ведь выражение твоего лица свидетельствует о катастрофе. Потому удались и выбери одиночество, ведь никто не сможет дать тебе совет, если ты схватился с мертвецами. Не кричи о помощи, если мертвые окружат тебя, ибо иначе живые убегут, а ведь они теперь твой единственный мост. Живи дневной жизнью и не говори о таинствах, но посвяти ночь принесению спасения мертвым.

Ведь кто бы с добрыми намерениями не избавил тебя от мертвецов, он оказал тебе худшую услугу, ведь он оторвал ветвь твоей жизни от дерева божественности. Он также грешит против восстановления того, что было создано, а позже порабощено и утрачено. «Ибо тварь с надеждою ожидает откровения сынов Божиих, - потому что тварь покорилась суете не добровольно, но по воле покорившего (ее), - в надежде, что и сама тварь освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих. Ибо знаем, что вся тварь совокупно стенает и мучится доныне».

Каждая ступенька вверх восстановит также ступеньку вниз, и так мертвые будут приведены к свободе. Сотворение нового бежит света дня, ведь суть его в тайне. Оно готовит разрушение именно этого дня в надежде привести его к новому творению. Нечто злое присоединилось к сотворению нового, что ты не можешь назвать вслух. Животное, ищущее новых охотничьих угодий, крадется, фыркая и принюхиваясь, по темным путям и не хочет неожиданностей.

Учтите, что страдание творения и есть то нечто злое в них, проказа души, отделяющая их от этой опасности. Они могут прославлять свою проказу как добродетель и действительно могут делать это крайне изобретательно. Ибо это то, что делал Христос, и это подражание ему. Ибо только один был Христом, и только один может нарушить законы, как он. На его пути невозможно совершить большего нарушения. Исполни то, что приходит к тебе. Сломай Христа в себе, чтобы добраться до самого себя и, наконец, до твоего животного, которое выдрессировано в своем стаде и не хочет нарушать законы. Да будет этой трансгрессии, как преступления, достаточно, ибо ты не подражаешь Христу, но делаешь шаг назад от христианства и по ту сторону его. Христос принес спасение тем,

что был сведущ, а тебя спасет непригодность.

Ты подсчитывал мертвецов, которых почитал учитель жертвоприношений? Спрашивал ли ты их, по чьей вине, как они считают, настигла их смерть? Познал ли ты красоту их мыслей и чистоту их намерений? «И будут выходить и увидят трупы людей, отступивших от Меня; ибо червь их не умрет, и огонь их не угаснет».

Так отдайся наказанию, пойми, что пало жертвой ради христианства, положи перед собой и заставь себя принять это. Ведь мертвым нужно спасение. Неискупленных мертвецов стало больше, чем живых христиан; так что пришло время нам принять мертвых.

Не бросайся на то, что стало, в ярости или в жажде разрушения. Что ты дашь взамен? Знаешь ли ты, что если уничтожишь то, что стало, ты обратишь волю к разрушению против самого себя? Каждый, сделавший разрушение своей целью, погибнет от саморазрушения. Лучше уважай то, что стало, ибо почтение - это благословение.

Затем обратись к мертвецам, прислушайся к их стенаниям и прими с любовью. Не будь их слепым представителем, есть пророки, которые в конце концов сами побили себя камнями. Но мы ищем спасения и потому должны почитать то, что стало и принимать мертвых, которые порхали в воздухе и жили как летучие мыши под нашими крышами с незапамятных времен. Новое будет построено на старом и смысл того, что стало, будет множественным. Твоя бедность в том, что стало тобой, приведет к богатству в будущем.

Что ведет тебя к отдалению от христианства и его святого правила любви, так это мертвецы, которые не могут найти покой в Господе, ведь незаконченные дела последовали за ними. Новое спасение - это всегда восстановление того, что было некогда утрачено. Разве не восстановил Христос кровавое человеческое жертвоприношение, обычай которого был исключен из священных практик с древних времен? Разве он не восстановил священную практику поедания человеческого жертвоприношения? В твоей священной практике то, что прежние законы осуждали, однажды будет включено в будущем снова.

Однако, как Христос вернул человеческое жертвоприношение и поедание жертвенного, все это случилось с ним, а не с его братом, ведь Христос поставил над этим высший закон любви, чтобы ни один брат не пострадал, но чтобы все смогли возрадоваться в восстановлении. Подобное случалось в древности, но теперь это случилось под законом любви. Так что если у тебя нет почтения к тому, что стало, ты уничтожишь закон любви. И что станет с тобой потом? Ты будешь принужден к восстановлению того, что было раньше, а именно жестоких деяний, убийства, греха и презрения к своему брату. И один станет чужим другому, и воцарится смятение.

Потому ты должен иметь почтение к тому, что стало, чтобы закон любви стал искупительным через восстановление низшего и прошлого, а не погибелью через безграничную власть мертвых. Но духи тех, кто умер до срока, будут жить ради нашего нынешнего несовершенства, темными стаями меж потолочных балок в наших домах, осаждая слух настойчивыми стенаниями, пока мы не дадим им искупления через восстановление того, что существовало с древних времен под законом любви.

То, что мы зовем искушением - это просьбы мертвых, ушедших несовершенными, преждевременно из-за вины добра и закона. Ведь нет добра столь совершенного, чтобы оно было не способно на несправедливость и порчу того, что не должно быть испорчено.

Мы ослепленная раса. Мы живем лишь на поверхности, только в настоящем, и думаем только о завтрашнем дне. Мы грубо обращаемся с прошлым, не принимая мертвецов. Мы хотим иметь дело только с видимым успехом. Больше всего мы хотим платы. Мы посчитаем безумным совершать скрытую работу, которая не служит людям явным образом. Без сомнения, необходимость жизни заставила нас предпочитать только те фрукты, которые мы можем попробовать. Но кто страдает больше от искушающего и сбивающего с пути влияния мертвых, чем те, кто полностью исчезли с поверхности земли?

Есть одна необходимая, но скрытая и странная работа - главная работа - которую должно исполнять в тайне, ради мертвых. Тот, кто не может достичь своего зримого поля и виноградника, держится впроголодь мертвыми, требующими от него работы по искуплению. И пока он ее не исполнит, ему не заняться внешней работой, ведь мертвые ему не позволят. Он должен будет искать свою душу и действовать недвижимо по их воле и совершить таинство, так что мертвые ему не позволят. Не засматривайся вперед, смотри назад и в себя, и тогда обязательно услышишь мертвых.

Таков путь Христа, взошедшего с немногими из живых, но со многими мертвыми. Его делом было спасение презренных и потерянных, ради которых он был распят меж двух преступников.

Я мучаюсь в агонии между двух безумцев. Я достигну истины, если спущусь. Приучи себя оставаться наедине с мертвыми. Это трудно, но только так ты сможешь открыть ценность своих живых спутников.

Что древние делали для своих мертвецов! Ты, кажется, считаешь, что можешь избежать заботы о мертвых и работы, которую они так настоятельно требуют, ведь то, что умерло, уже в прошлом. Ты оправдываешь себя неверием в бессмертие души. Ты думаешь, что мертвые не существуют, потому что ты придумал невозможность бессмертия? Ты веришь в своих идолов слов. Мертвые воздействуют, этого достаточно. Во внутреннем мире нет оправданий, так же ты не можешь оправдать море во внешнем мире. Ты должен наконец понять причину своих оправданий, а именно поиск защиты.

Я принял хаос, и на следующую ночь моя душа приблизилась ко мне.

Пер Sedric ред asgeth

Вторая ночь.

17 января 1914 г.

«Решения праведных зависят от милости Бога, а не от их мудрости; на него они полагаются, что бы ни предпринимали; ибо человек предполагает, а Господь располагает, и не человеку выбирать свою участь» («Подражание Христу», кн. I, гл. 19, стр. 54).

Вместо это предложения в «Черной Книге 4» стоит: «Что ж, Анри Бергсон, думаю, вот оно – воистину высший и верный интуитивный метод» (стр. 9). 20 марта 1914 г. Адольф Келлер прочитал речь о «Бергсоне и теории либидо» в Цюрихском Психоаналитическом Обществе. Во время обсуждения Юнг сказал: «О Бергсоне следовало говорить здесь гораздо раньше. Б. говорит все, что не сказали мы» («О психологическом понимании», «Collected Papers on Analytical Psychology», под ред. Констанс Лонг [London: Belliere, Tindall and Cox, 1917], стр. 399). Работой, которую читал Юнг, была «Творческая эволюция». Он пользовался немецким переводом 1912 г.

В рукописи Кери Бейнес стоит: «Бергсона».

В «Черновике» говорящий назван «Жутким».

Библейский Иезекииль был пророком в шестом веке до н.э. Юнг очень высоко оценивал историческое значение его видений, которые совмещали мандалу с четверичностью, представляя очеловечивание и дифференциацию Иеговы. Хотя видения Иезекииля часто считают патологическими, Юнг защищал их нормальность, утверждая, что видения – естественное явление, и не могут считаться патологическими только из-за того, что в них присутствует болезненный элемент («Ответ Иову», §§665, 667, 686). Анабаптизм был радикальным движением во время протестантской Реформации XVI в., пытавшимся восстановить дух ранней церкви. Движение зародилось в Цюрихе в 1520 г., где анабаптисты восстали против нежелания Цвингли и Лютера полностью реформировать церковь. Они отвергали практику крещения детей и продвигали крещение взрослых (первое произошло в Золликоне, недалеко от Кюснахта, где жил Юнг). Анабаптизм подчеркивал непосредственность человеческих отношений с Богом и критически относился к религиозным институциям. Движение было жестоко подавлено, и тысячи анабаптистов были убиты. См. Daniel Liechty, ed., «Early Anabaptist Spirituality: Selected Writings» (New York, Paulist Press, 1994).

В 1918 г. Юнг заявлял, что христианство подавило животный элемент («О бессознательном», §31). Он развивал эту тему на семинарах 1923 г. в Ползите, Корнуолл. В 1939 г. он утверждал, что «психологическим грехом». который совершил Христос, было то, что «он не прожил свою животную сторону» («Modern Psychology» 4, p. 230).

13 глава I книги «Подражания Христу» начинается так: «Пока мы в этом мире, нам придется сталкиваться с испытаниями и искушениями. Как сказано в Книге Иова – Что есть жизнь человека на земле, как не время искушения? Потому нам следует серьезно относиться к искушениям и стремиться бдительностью и молитвой удерживать дьявола, чтобы он не нашел лазейки. Помни, что дьявол никогда не спит, а рыщет в поисках добычи. Нет никого столь совершенно и святого, кто никогда не встречает искушения: мы не можем его полностью избежать» (стр. 46). Он продолжает, подчеркивая пользу искушения как средства, которым человек «смиряется, очищается и дисциплинируется».

Это цитата из «Cato Maior de Senectute» Цицерона («О старости»). Этот текст – хвалебная речь старости. Строки, цитированные Юнгом, в следующем отрывке выделены курсивом: «Omnino, ut mihi quidem videtur, rerum omnium satietas vitae facit satietatem. Sunt pueritiae studia certa; num igitur ea desiderant adulescentes? Sunt ineuntis adulescentiae: num ea cons tans iam requirit aetas quae media dicitur? Sunt etiam eius aetatis; ne ea quidem quaeruntur in senectute. Sunt extrema quaedam studia senectutis: ergo, ut superiorum aetatum studia occidunt, sic occidunt etiam senectutis; quod cum evenit, satietas vitae tempus maturum mortis affert». Перевод: «Несомненно, для меня, по крайней мере, что пресыщение всем вызывает пресыщение жизнью. Отрочество имеет свои стремления: жаждет ли их подросток? Подросток имеет свои стремления: нуждается ли в них взрослый или так называемый человек средних лет? Зрелость, в свою очередь, тоже имеет их, и в них не нуждается старость, и, наконец, есть те стремления, что подходят старости. Таким образом, как отступают наслаждения и стремления ранних периодов жизни, так и те, что свойственны старости; и когда это случается, человек пресыщается жизнью, и наступает время смерти».

В «Черной Книге 4» стоит: «параноидная форма Dementia praecox [шизофрении – прим. пер.]» (стр. 16).

В «Черновике» здесь появляется отрывок, парафраз которого таков: Поскольку я был мыслителем, мое чувство было низшим, древним и наименее развитым. Когда я посредством мышления столкнулся с немыслимым и тем, что было недоступно моим мыслительным силам, я мог лишь усиленно продолжать двигаться тем же путем. Но я перегрузил одну сторону, и другая сторона глубоко утонула. Перегрузка - это не рост, который нам нужен (стр. 376).

Отдельное примечание Юнга к каллиграфическому тому: «26.I.1919». Эта дата, похоже, указывает, когда эта часть была переписана в каллиграфический том.

В 1930 г. Юнг сказал на семинаре: «Мы предвзяты по отношению к животным. Люди не понимают, когда я говорю, что они должны познакомиться со своими животными или ассимилировать их. Они думают, что животное всегда прыгает по стенам и превращает весь город в ад. Хотя по натуре животное - это добропорядочный гражданин. Оно набожно, оно с великим постоянством следует по пути, оно не делает ничего из ряда вон выходящего. Только человек экстравагантен. Так что если вы ассимилируете характер животного, то станете необычно законопослушным гражданином, будете двигаться очень медленно и будете разумны в своих путях, насколько это возможно» («Visions I», p. 168).

В «Рукописном Черновике» на полях стоит: «Rom 8 19» (стр. 863). Далее следует цитата из Рим. 8:19-22.

Цитата из Ис. 66:24.

«Черновик» продолжает: «Нас вел пророк, чья близость к Богу свела его с ума. В своей проповеди он слепо восстал против христианства, но был защитником мертвых, сделавших его своим представителем и глашатаем. Он оглушительно кричал, чтобы многие услышали, и сила его речи опалила тех, кто сопротивлялся смерти. Он предрек борьбу против христианства. Это тоже было хорошо» (стр. 387). Здесь ссылка на Ницше.

«Черновик» продолжает: «...чьим защитником ты стал» (стр. 388).

«Черновик» продолжает: «как тот неистовый пророк, не знавший, на чьей стороне он выступает, убедив себя, что говорит сам за себя и думая, что он был волей к разрушению» (стр. 388). Здесь ссылка на Ницше.

«Черновик» продолжает: «Ни один из христианских законов не отменен, мы даже добавляем еще один: принятие стенаний мертвых» (стр. 390).

«Черновик» продолжает: «Это ничто иное, как обычное злое желание, ничто иное, как каждодневное искушение, пока ты не знаешь, что это то, чего требуют мертвые. Но пока ты знаешь о мертвых, ты будешь понимать свое искушение. Пока это не более, чем злое желание, что ты можешь знать об этом? Проклинай это, сожалей об этом, возрождайся, лишь чтобы снова спотыкаться, глумиться и ненавидеть себя, определенно презирая и жалея себя. Но если ты знаешь, чего требуют мертвые, искушение станет источником твоих лучших трудов, настоящим делом спасения. Когда Христос вознесся после исполнения своей работы, он повел за собой тех, кто умер преждевременно и несовершенным под законом тягот, отчуждения и грубого насилия. Стенания мертвых наполняли воздух в то время, и их несчастье стало столь громким, что даже живые были опечалены, и уставали и питали отвращение к жизни, и стремились умереть для этого мира уже в своих живых телах. И потому ты тоже поведешь мертвых к их завершению своей работой по спасению» (стр. 390-91).

«Черновик» продолжает: «Ты используешь старую словесную магия, чтобы защитить себя суеверием, ведь ты все еще бессильное дитя в древнем лесу. Но мы можем видеть по ту сторону твоей словесной магии, и она оказывается бессильной, и ничто не защитит тебя от хаоса, кроме принятия» (стр. 395).

JL VK Group

Социальные группы

FB

Youtube кнопка

Обучение Таро
Обучение Фрунцузкому Таро
Обучение Рунам
Лекции по юнгианству

Что такое оккультизм?

Что такое Оккультизм?

Вопрос выведенный в заглавие может показаться очень простым. В самом деле, все мы смотрели хоть одну серию "битвы экстрасенсов" и уж точно слышали такие фамилии как Блаватская, штайнер, Ошо или Папюс - книги которых мы традиционно находим в "оккультном" разделе книжного магазина. Однако при серьезном подходе становится ясно что каждый из перечисленных (и не перечисленных) предлагает свое оригинальное учение, отличающееся друг от друга не меньше чем скажем индуисткий эзотеризм адвайты отличается от какой нибудь новейшей школы биоэнергетики.

Подробнее...

Что такое алхимия?

Что такое алхимия?

Душа по своей природе алхимик. Заголовок который мы выбрали, для этого обзора - это та психологическая истина которая открывается если мы серьезно проанализируем наши собственные глубины, например внимательно рассмотрев сны и фантазии. Мой "алхимический" сон приснился мне когда мне было всего 11 и я точно не мог знать что это значит. В этом сне, я увидел себя в кинотеатре где происходило удивительное действие. В закрытом пространстве моему внутреннему взору предстал идеальный мир, замкнутый на себя.

Подробнее...

Малая традиция

Что есть Малая традиция?

В мифологии Грааля есть очень интересный момент. Грустный, отчаявшийся Парсифаль уходит в глубокий лес (т.е. бессознательное) и там встречает отшельника. Отшельник дает ему Евангелие и говорит: «Читай!» И в ответ на возражения (а ведь на тот момент Парсифаль в своем отчаянии отрекся и от мира, и от бога), уточняет: «Читай как если бы ты этого никогда не слышал».

Подробнее...

Наши партнеры Баннеры


Рекомендуем:
http://maap.ru/ – МААП – Московская Ассоциация Аналитической Психологии
http://www.olgakondratova.ru/ – Ольга Владимировна Кондратова – Юнгианский аналитик
http://thelema.ru/ – Учебный Колледж Телема-93
http://thelema.su/ – Телема в Калининграде
http://oto.ru/ – ОТО Ложа Убежище Пана
http://invertedtree.ucoz.ru/ – Inverted Tree – Эзотерическое сообщество
http://samopoznanie.ru/ – Самопознание.ру – Путеводитель по тренингам
http://magic-kniga.ru/ – Magic-Kniga – гипермаркет эзотерики
http://katab.asia/ – Katab.asia – Эзотерритория психоккультуры – интернет издание
https://www.mfmt.ru/ – Международный фестиваль мастеров Таро
классические баннеры...
   счётчики