Среда, 05 октября 2016 12:57

Линн Торондайк История магии и экспериментальной науки и их связь с христианской мыслью в первые тринадцать веков нашей эры. Глава 2 Конфликт науки и религии

Линн Торондайк

История магии и экспериментальной науки и их связь с христианской мыслью в первые тринадцать веков нашей эры.

Глава 2

Конфликт науки и религии

У Плиния мы также замечаем конфликт между наукой и религией. В единственной главе, посвященной Богу, он много пишет против язычества и политеизма; отцы церкви позже повторили его высказывания, приведя по этому поводу гораздо больше аргументов. Но его доводы вряд ли удовлетворили бы христианина. Плиний утверждает, что «именно божественное начало в человеке заставляет его помогать другим людям, и это путь к вечной славе», но Плиний использует это благородное чувство, чтобы оправдать обожествление императоров, которые так много сделали для человечества. Плиний сомневается, что Бога интересуют дела человеческие; если бы это было так, то Бог был бы вечно занят, стараясь наказать по заслугам всех преступников; кроме того, он указывает, что есть вещи, которые Бог сделать не в состоянии. Он не может, подобно человеку, совершить самоубийство, не может изменить события, которые уже произошли, или сделать так, чтобы дважды десять не было равно двадцати. Из этого Плиний делает такое заключение: «В этом определенно проявляется власть природы, и именно это мы и называем Богом». Во многих других отрывках он восхваляет доброту природы и ее способность предвидеть. Он верит в то, что душа не может существовать без тела, и что после смерти в теле не остается никаких чувств или души, как это и было до рождения. Надежду на личное бессмертие он с презрением называет «ребяческим бредом», порождаемым страхом смерти; еще меньше он верит в возможность возрождения тела. Он согласен признавать лишь законы природы, механические силы и факты, поддающиеся научному объяснению. Только это было способно удовлетворить его мощный интеллект. Тем не менее, позже мы увидим, что он испытывал огромные трудности, когда ему приходилось объяснять, чем наука отличается от магии, кроме того, он верил во многие вещи в науке, которые кажутся нам такими же суевериями, как и языческие верования в богов, которые он отвергал. Но, если кто-то из читателей склонен преуменьшать из-за этого интеллект Плиния, пусть он задумается о том, что Плиний высмеял бы многих современных ученых за их религиозные верования, спиритуализм и психологические теории.

Плиний не получил натуралистического образования

Необходимо, однако, оценить подготовку Плиния к научному труду, чтобы понять, насколько точной является его работа. Сам он, по-видимому, не получил необходимого обучения в области естественных наук и не имел в этом деле никакого опыта. Он пишет не как натуралист, который проводил тщательные и обширные наблюдения за явлениями природы, а как всеядный читатель, делавший многочисленные выписки из прочитанного. Таким образом, он обязан своими знаниями, в основном, книгам или слухам, хотя время от времени употребляет слова «Я знаю», вместо выражения «Говорят, что», или приводит результаты своих наблюдений и экспериментов. В целом, он не ученый, а всего лишь историк науки или природы; поэтому название его книги «Естественная история» очень точно отражает ее суть. Однако возникает вопрос – получил ли он необходимое научное образование, чтобы правильно оценить сделанное учеными прошлого? Читал ли он самых лучших авторов, отмечал ли он самые ценные отрывки из их произведений, понимал ли их значение? А, может, он приводил неверные теории и опускал более правильные объяснения некоторых александрийских ученых? На эти вопросы трудно дать ответ. К чести Плиния стоит сказать, что он редко обращался к малопонятным научным теориям и описывал, в основном, простые вещества и географические объекты, то есть то, в чем был совершенно уверен. Специалистов-ученых в ту пору было очень мало, и наука находилась на ранней стадии развития и не была еще столь разветвленной, так что одному человеку было вполне под силу охватить всю область ее исследований и отдать ей должное. Плиний-младший, вероятно, был пристрастным судьей, но он охарактеризовал «Естественную историю» как «работу, замечательную обширностью своих сведений и эрудицией и не менее разнообразную, чем сама природа».

Опора Плиния на авторитеты

Надо отдать должное Плинию как компилятору. Помимо своей потрясающей трудоспособности, неувядающего интереса и, очевидно, обширной помощи со стороны жрецов, он честно приводит полный список тех авторов, работы которых он использовал, хотя и отмечает, что многие авторы переписывали книги других слово в слово, не ссылаясь на источник. Тем не менее, он всячески демонстрирует свое восхищение многими авторами, не раз подчеркивая, как тщательно и старательно люди прошлого проводили свои исследования, не оставив ничего неизученного и неопробованного – от недоступных горных вершин до корней трав. Но это не мешает ему, порой, оспаривать их выводы. Например, Гиппократ говорит, что появление желтухи на седьмой день болезни, сопровождаемой сильным жаром, говорит о приближении смерти, «но нам известно несколько примеров, когда люди выздоравливали даже после этого», добавляет Плиний. Он также ругает Софокла за его выдумки о янтаре. Нам может показаться странным, что он ожидает точных научных данных от драматурга, но Плиний, как и многие средневековые писатели, по-видимому, считал писателей знатоками науки. В другом случае он соглашается с утверждением Софокла о том, что названное им растение ядовито, хотя другие авторы это отрицали. Плиний объясняет это тем, что «авторитет столь выдающегося человека не позволяет мне верить им». Он цитирует слова Менандра о рыбах и, как и большинство древних людей, считает Гомера непререкаемым авторитетом по всем вопросам. Плиний порой цитирует труды царя Юбы Нумидийского, хотя в древние времена не было большего лжеца, чем он[1].

Среди прочих вещей, в работе, написанной им для Юлия Цезаря, сына Августа, он утверждал, что кит длиной 600 футов (180 м) и шириной 360 футов (108 м) вошел в одну из рек Аравии. Но где же было Плинию найти правду? Стоик Хрисипп верил в волшебную силу амулетов; трактаты, которые приписывают великим философам Демокриту и Пифагору, были полны магии, а в трудах Цицерона он прочитал о человеке, который мог видеть на расстоянии 135 миль (216 км)! Варрон писал, что, стоя на Сицилийском полуострове, этот человек мог подсчитать количество судов, выходящих из гавани Карфагена!

Отсутствие у Плиния системы и классификации

«Естественную историю» критиковали за то, что материал в ней излагается бессистемно и без научной классификации, но такие же обвинения можно предъявить многим работам классического периода. Их изложение хаотично и перескакивает с одного вопроса на другой, никакой логики и системы там нет. Даже Аристотелеву «Историю животных» Льюис описывает как хаотичную и случайную в подборе материала. Я часто думаю о том, что века схоластической науки оказали человечеству одну очень важную услугу – схоластики научили лекторов и писателей как правильно организовывать излагаемый материал. Плиний даже опередил свое время, снабдив свои труды содержанием – чтобы занятому императору было удобнее ориентироваться. До него это сделал, пожалуй, один Валериус Соранус. Одним из свидетельств спешки и отсутствия умения сортировать свой материал и сопоставлять его, является тот факт, что Плиний иногда делает или вставляет в текст книги противоречащие друг другу заявления, взятые, вероятно, из разных источников. С другой стороны, он часто ссылается на предыдущие абзацы своей книги, а это говорит о том, что он хорошо владел материалом.

Скептицизм и легковерие Плиния

Плиний однажды сказал, что нет такой плохой книги, из которой нельзя было бы извлечь чего-нибудь полезного, но для современного читателя он кажется необыкновенно легковерным и неразборчивым в выборе материала; кроме того, у него нет критерия, который помог бы ему определить, что в его тексте истинно, а что – нет. При этом он часто проявляет скептицизм и жестоко критикует других за их доверчивость или преувеличения. «Очень странно, – пишет он о слухах, в которых утверждается, что некоторые люди на девять или десять лет превращаются в волков, – как далеко заводит греков их легковерие. Они верят в самую невероятную ерунду». В одном месте он выражает свое намерение включать в книгу только те факты, с которыми согласны все авторы использованных ими произведений.

Руководство по древней науке

В целом, несмотря на то, что сегодня «Естественная история» кажется беспорядочным и неразборчивым нагромождением фактов и выдумок, ее недостатки, вероятно, объясняются тем, что в те времена иных трудов просто не было, и Плиний позаимствовал у авторов, книги которых он использовал, и их ошибки. И, пусть в труде Плиния не нашли своего отражения величайшие достижения античной науки и идеи лучших ученых эпохи эллинизма – а надо сказать, что если бы не Плиний, то о многих из них мы бы вообще почти ничего не знали – его книга дает нам очень точное представление о науке и о природе того времени и предшествующих веков, а также об ошибках этой науки. В любом случае, это – самый лучший портрет этой науки, из тех, что до нас дошли. Книга Плиния помогает понять, что в эпоху эллинизма магию и науку часто путали друг с другом. На этом фоне он рассказывает нам о развитии обеих этих областей знания в Римской империи и в Средние века. Плиний приводит очень много примеров по каждому вопросу, и гораздо более полные характеристики этих проблем, чем это делали древние или средневековые научные трактаты, поэтому его книгу можно считать справочником, в котором можно найти справку по любому утверждению, связанному с наукой о природе, сделанному более поздними авторами. Это, конечно, вовсе не означает, что подобное утверждение принадлежит этим авторам, но это не говорит и о том, что они списали его у Плиния; они могли использовать одни и те же источники. Так обстоит дело с греческими авторами, жившими в более поздние времена в империи, которые, вероятно, не знали работ Плиния.

Влияние Плиния на средневековую науку

В Средние века «Естественная история» оказала на ученых самое непосредственное влияние. Было сделано много копий этого труда, хотя они, в значительной степени, испортили его, поскольку туда было внесено много исправлений и поправок, из-за которых текст стал еще более непонятным. Возможно, копиисты Средних веков нанесли трудам Плиния и другой ущерб. Во многих рукописях приводятся лишь несколько книг или фрагментов текста Плиния, так что, вполне возможно, что многие средневековые ученые знали Плиния лишь частично[2].

Впрочем, вряд ли это свидетельствует о том, что они не смогли включить больше информации из книги Плиния в свои труды; скорее всего, они знали ее так хорошо, что считали ее информацию как нечто всем хорошо известное и старались включить в свои книги другие материалы. Ниже мы рассмотрим трактат «Медицина Плиния», написанный на основе «Естественной истории». Фраза Плиния «rerum natura» встречается во многих средневековых энциклопедиях аналогичного содержания. И его имя было так хорошо известно в Средние века, что ему даже приписали работу о философском камне.

Первые печатные издания

О том, что «Естественная история» была хорошо известна, по крайней мере, в конце Средневековья, свидетельствуют ее многочисленные печатные издания, причем некоторые из них – очень роскошные. Их начали издавать в Италии сразу же после изобретения книгопечатания. В одной только Мальебехской библиотеке во Флоренции хранятся книги, изданные в 1469 и 1472 году в Венеции; в 1473 году – в Риме и в 1481 году в Парме; снова в Венеции – в 1487, 1491 и 1499 годах, не говоря уже об итальянских переводах, появившихся в Венеции в 1476 и 1489 годах. Эти издания сопровождались выходом книг, в которых некоторые высказывания Плиния подвергались критике. В 1492 году в Ферраре появился трактат «Об ошибках Плиния и других в медицине», написанный Николасом Леониченом из Виченцы с посвящением Полициану. Однако, через два года у Плиния появился защитник в лице Рэндольфа Колленика.

Влияние Плиния на последующих ученых будет описано ниже. Мы же займемся исследованием того, какие признаки экспериментальной науки у него имеются, выведенные из прошлого или добавленные им самим. Во-вторых, мы выясним, какие вещи он называл магией, и что он по этому поводу писал. И в-третьих, что из того, что он считал естественной наукой, мы должны рассматривать как магию.

II. Экспериментальные тенденции Плиния

Большое значение, которое Плиний придавал наблюдению и эксперименту

Наверное, это просто совпадение, что два средневековых манускрипта 14 века завершают «Естественную историю» серединой семьдесят шестой главы из ее последней книги словами: «Experimenta pluribus modis constantPrimum pondere»[3]. Но, хотя Плиний, по самой природе своего труда, использует многочисленные источники, он часто демонстрирует понимание того, (как и полагается человеку, изучающему природу), что для постижения истины необходимо наблюдать и изучать все на своем собственном опыте. Многие высокопоставленные римляне заявляли, что они доходили со своими армиями до самых Атласских гор, но Плиний неоднократно доказывал, опираясь на свой собственный опыт, что это ложь. Этот пример навел его на мысль, что люди легче всего верят в ложь, если фальшивые сведения сообщает уважаемый всеми автор. В других местах Плиний называет опыт лучшим учителем и сравнивает болтовню и школьные уроки с одиноким собиранием трав в нужное время года. То, что на Земле суша везде окружена водой, не требует аргументов, поскольку это было установлено опытным путем. И, если бы саламандра действительно помогала погасить огонь, то это было бы уже давно установлено в Риме. С другой стороны, в «Естественной истории» мы находим такие утверждения, которые Плиний мог сам бы проверить на опыте и установить, что они ложные, например, то, что яичную скорлупу нельзя разбить или раздавить, если не наклонить немного яйцо набок. Иногда он приводит факты из своего собственного опыта, а в других случаях ссылается на опыт других.

Использование слова «эксперимент»

Слово, которое Плиний использует для обозначения опыта – это эксперимент. Во многих случаях оно вовсе не означает целенаправленный, специально подготовленный научный эксперимент, как мы понимаем его в наши дни, а просто обычный опыт, полученный в ходе повседневной жизни. Нам также сообщается о том, что советуют experti (эксперты), то есть опытные люди. Тем не менее, в некоторых отрывках слово «эксперимент» используется в значении, близком к современному. Это происходит в тех случаях, когда он говорит о проверке какого-либо утверждения. Например, способ определения, протухло ли яйцо, во время которого его опускают в воду и смотрят – утонет оно или нет, называется у Плиния экспериментом. То, что лошади радостно ржут, увидев картину лошади, написанную Апеллесом, подтверждает то, что он выдающийся художник. Это – художественный эксперимент. Выражение «религиозный эксперимент» Плиний применяет к испытанию, которое доказало, что Клавдия – девственница. Этим словом Плиний называет и способы определения качества мазей, не прокисло ли вино, а также различные способы проверки подлинности лекарств, драгоценных камней, металлов и грунтов. Дважды оно используется при опускании зажженной лампы в огромную бочку с вином или в колодец для того, чтобы определить, нет ли там ядовитых газов. Если лампа гаснет, значит вино и вода из этого колодца опасны для жизни. Плиний также предлагает проводить специальные эксперименты, помогающие найти под землей воду или сделать прививку деревьям.

Эксперименты, проводимые из научного любопытства

Большая часть этих тестов и экспериментов представляла собой практические операции, применяемые в домашнем хозяйстве или промышленности. Но Плиний рассказывает об одном-двух экспериментах, которые, по-видимому, проводились исключительно из научного любопытства. Он называет словом «эксперимент» следующее: один человек залез в колодец, чтобы доказать, благодаря тому, что колодец полностью освещается, что в день летнего солнцестояния солнце в полдень не отбрасывает на луну никаких теней. Для того, чтобы определить продолжительность жизни дельфина, на его хвосте сделали отметку; он был пойман во второй раз через триста лет. Возможно, это был самый длительный эксперимент за всю историю. И третий опыт – в Риме поместили человека в яму со змеями, чтобы узнать, действительно ли на него не действует их яд.

Медицинские эксперименты

Слово «эксперимент» Плиний очень часто употребляет в значении «лекарство». Это значение было очень распространено в Средние века. Он называет определенные лекарства от зубной боли и воспаления глаз certa experimenta – проверенными средствами. Позже словом «эксперимент» стали обозначать почти все рецепты или лекарства. Плиний писал, что врачи учатся, рискуя нашими жизнями, и приобретают опыт, обрекая нас на смерть. В другом отрывке он утверждает, что врачи «не перестают экспериментировать с разными веществами, заставляя нас излечивать даже яды». Он также кратко упоминает о медицинской секте Эмпириков, о которых нам подробно рассказал Гален. Он говорит, что они назвают себя так потому, что исследуют все на своем опыте. Эта секта была создана в городе Агригентуме на Сицилии Акроном и Эмпедоклом.

Случайные эксперименты и божественное откровение

Плиний не хочет верить тому, что некоторые вещи, о которых он прочитал у «авторов, прославившихся своей мудростью», можно было познать на собственном опыте. Например, то, что морская звезда обладает такой страстной натурой, что сжигает в море все, что ее коснется и мгновенно переваривает свою пищу. Тот факт, что алмаз можно разбить только с помощью козлиной крови, он считал божественным откровением, ибо вряд ли это можно было обнаружить случайно, и он не может себе представить, чтобы кому-нибудь могло прийти в голову проверить прочность предмета огромной ценности, опустив его в кровь самого грязного из животных. В других отрывках он рассказывает о том, как случай, неприятность, сон или божественное откровение помогли обнаружить лечебные свойства тех или иных вещей. Например, недавно было установлено, что корень дикой розы способен излечивать водобоязнь. Матери одного преторианского гвардейца приснился сон, в котором ей было велено послать сыну корень этой розы. Этот корень вылечил не только его, но и многих других людей, которые его применяли. А один солдат во времена Помпея случайно обнаружил лекарство от слоновьей болезни, спрятав от стыда лицо в листьях дикой мяты. Другая трава, тоже случайно, помогла вылечить болезнь селезенки, когда на эту траву случайно упали внутренности животного, принесенного в жертву. Эта трава полностью поглотила его селезенку. Точно также, случайно, было обнаружено, что от укусов осы отлично помогает уксус. Человек, которого укусила оса, нес с собой кожаную бутыль с уксусом. Он заметил, что почувствовал боль от укуса только после того, как поставил бутыль на землю. Поэтому он решил попробовать, что будет, если выпить уксус. Он сделал это и был полностью вылечен[4]. Одни способы врачевания были познаны на личном опыте сельскими жителями или неграмотными людьми, а другие – путем наблюдения за животными, которые лечились с их помощью. По мнению Плиния, животные наткнулись на эти способы случайно.

Чудеса, доказанные на опыте

Плиний рассказывает нам о чудесах и невероятных для современного человека вещах, существование которых было доказано опытным путем. Например, многочисленные опыты, проведенные публично или наедине, показали, что можно предсказывать будущее с помощью грома. В двух абзацах из трех, о которых я говорил выше, упоминаются эксперты, опытные люди, которые рекомендовали проводить магическую по своему характеру процедуру. В другом отрывке «опыт многих» подтверждает наличие странного обряда срывания почек у растений. Четвертая магическая процедура называется «чудесной, но легко проверяемой». Это облегчает нам переход от экспериментальной науки в «Естественной истории» к нашей следующей теме, – представлениям Плиния о магии.

III. Как Плиний представлял себе магию

Восточное происхождение магии

Плиний кратко рассказывает о происхождении магии и ее распространении, но этот рассказ весьма путанный и недостоверный, поскольку он говорит о существовании двух Заратустр, отделенных друг от друга пятью или шестью тысячелетиями, и двух Осфанах, один из которых сопровождал Ксеркса, а другой – Александра Македонского в их походах. Он заявляет, что не ясно, существовал ли один Заратустра, или их было двое. В любом случае, многие века магия процветала на Земле, и была создана в Персии Заратустрой. Другие колдуны Мидии, Вавилонии и Ассирии для Плиния – просто имена; позже он упоминает и других – например, Аполлобека и Дарадана. И, хотя он утверждает, что магия появилась на востоке, он не делает никакого различия, как многие другие авторы, между магами Персии и обычными колдунами; не употребляет он и слово магия в двух смыслах. Тем не менее, Плиний говорит о том, что были и другие люди, которые относились к магии более доброжелательно, чем он.

Распространение магии среди греков

Далее Плиний рассказывает о том, как магия распространилась среди греков. Он удивляется, почему в «Илиаде» о ней не говорится ничего, а в «Одиссее» – очень много. Он сомневается, стоит ли считать Орфея колдуном, и говорит, что Фессалия была знаменита своими колдуньями, по крайней мере, уже во времена Менандра, который назвал одну из своих комедий в их честь. Но он считает, что именно Осфан, сопровождавший Ксеркса в его походах, познакомил с магией говорящий по-гречески мир, который тут же потерял от нее голову. Чтобы узнать о магии побольше, философы: Пифагор, Эмпедокл, Демокрит и Платон отправились в дальние скитания и по возвращении рассказали о том, что им удалось узнать. Плиний считает, что главную роль в распространении идей магии сыграли работы Демокрита. Это произошло примерно в то же самое время, когда, благодаря трудам Гиппократа, стала развиваться медицина. Некоторые считали книги по магии, приписываемые Демокриту, подложными, но Плиний настаивает, что они были написаны именно Демокритом[5].

Распространение магии за пределами греко-римского мира

За пределами регионов, говорящих по-гречески, откуда, конечно же, магия пришла в Рим, Плиний упоминает еврейскую магию, представленную такими людьми, как Моисей, Ианнес и Лотанес. Но он верил, что магия у евреев появилась лишь через много лет после Заратустры. Он говорит о кипрской магии, и магии друидов, которые в Галлии были колдунами, прорицателями и врачами до тех пор, пока император Тиберий не устроил на них гонения, и о магии далекой Британии. Эти народы, жившие далеко друг от друга, имели общее – преданность магии. Из того, что Плиний рассказывает нам в других своих книгах о скифах, мы можем сделать вывод, что кочевники, жившие в русских степях и в Туркестане, тоже занимались магией.

Неспособность понять истинное происхождение магии

Плиний считал магию собранием идей, сформулированных одним человеком, которого можно назвать создателем магии, иными словами, она появилась не в ходе постепенной социальной эволюции. Точно также греки и римляне приписывали создание своих законов и обычаев одному законодателю. Тем не менее, он вынужден был признать, что магия появилась в глубокой древности, хотя и не мог себе представить, чтобы обширное учение Заратустры и Дардана могло передаваться из уст в уста в течение длительного периода времени. Это замечание снова демонстрирует нам, что он вовсе не думал, что магия является сочетанием социальных обычаев и отношений, которые передаются из поколения в поколение с помощью устойчивых и универсальных практик. Тем не менее, то, что он говорит о распространении магии у народов, которые никак не были связаны друг с другом, это подтверждает.

Магия и прорицание

Плиний очень хорошо понимал, как обширны области применения магии, и в чем суть ее характеристик, по крайней мере, какой она была в его время. «Не следует удивляться, – говорит он, – что ее власть была очень большой, поскольку это было единственное из искусств, которое охватывало и объединяло в себе три других искусства, так сильно действующие на человеческий ум, а именно, медицину, религию и искусство прорицания, то есть астрологию». То, что, по его мнению, «математические искусства» имеют отношение к астрологии, видно из его дальнейших слов: «поскольку нет ни единого человека, который не хотел бы знать, что ждет его в будущем, и который не думает, что это наиболее точно демонстрируют небеса». Но магия «помогает прорицать будущее с помощью воды, сфер, воздуха, звезд, ламп, чаш, лезвий топоров и многими другими способами, помимо общения с тенями из потустороннего мира». Таким образом, нет никаких сомнений, что Плиний считал различные способы прорицания частью магии.

Магия и религия

Мы знаем, что Плиний был уверен, что магия и религия тесно связаны. Характер его «Естественной истории», которая посвящена природным, а не религиозным вопросам, не позволяет ему вдаваться в подробности по этому вопросу. Однако, время от времени, он упоминает о религиозных ритуалах и обычаях своей эпохи, и это подтверждает нашу информацию, полученную из других источников, что первоначально римская религия включала в себя веру в магические силы, правила и церемонии магии.

Магия и медицина

Почти половина всех книг «Естественной истории» посвящена, в целом или частично, лекарствам от разных болезней, а, следовательно, связи между магией и естествознанием, и в частности, между магией и медициной. Именно в этих областях Плиний и приводит самую подробную информацию. Он говорит, что «никто не сомневается» в том, что магия «первоначально возникла из медицины и прячась под маской укрепления здоровья, подкрадывалась как более высокая и священная медицина». Магия и медицина развивались вместе, и последняя сейчас находится под угрозой того, что разные причуды магии заставят человека сомневаться, обладают ли вообще растения лекарственными свойствами.

Магия и философия

Тем не менее, по мнению многих, знать магию необходимо и очень полезно. В древности, и, в этом случае, почти во все времена, литературное имя и славу приносила именно эта наука. Евдоксий считал, что это самая выдающаяся и нужная людям из всех философских школ. Магию изучали Эмпедокл и Платон, а Пифагор и Демокрит постоянно писали о ней в своих трудах.

Ложность магии

Однако, сам Плиний считал, что утверждения, содержащиеся в книгах по магии, фантастичны, преувеличены и ложны. Он постоянно называет магов или колдунов дураками и самозванцами, а их высказывания – абсурдной и бесстыдной ложью. Он постоянно клеймит верования магов словом «чепуха». По его мнению, часть их писаний была продиктована чувством презрения к людям и желанием посмеяться над ними. Нерон доказал, что искусство магии лживо, ибо, хотя он с огромным желанием изучал магию, и с его гигантским богатством и властью имел все возможности стать опытным магом, он так и не научился совершать чудеса и отказался от этих попыток. Плиний, поэтому, приходит к выводу, что магия «пустое и бессмысленное занятие, однако в ней есть [проблески] истины, хотя они появляются, скорее от ядов, чем от магии».

Преступления, связанные с магией

Это последнее замечание наводит нас на мысль об обвинениях, которые выдвигались против колдунов. Помимо ядов, они занимались изготовлением приворотного зелья и составов, вызывавших выкидыш у женщин; некоторые их действия действительно бесчеловечны, непристойны или отвратительны. Они включали в себя наведение порчи или передачу болезни от одного человека к другому. Осфан и даже Демокрит предлагали такие способы лечения, как питье человеческой крови или использование в магических смесях и церемониях частей тела тех людей, которые были жестоко убиты. Плиний полагает, что человечество очень обязано римскому правительству за то, что оно запретило приносить в жертву людей, когда убить человека считалось делом, угодным богам; более того, поедать человеческое мясо считалось очень полезным для здоровья.

Плиний критикует магию, главным образом, с интеллектуальной точки зрения

Тем не менее, считая магию преступным и недостойным занятием, Плиний гораздо сильнее критикует ее с интеллектуальной точки зрения, утверждая, что это ложное и противоречащее научному знанию учение. Но если говорить о медицинских советах самого Плиния, то надо признать, что они весьма далеки от приличных, хотя он везде приводит примеры колдунов, которые помогают людям уберечься от скверны. Более того, среди методов, применяемых магами, и результатов, которых они стремятся добиться, часто упоминаемых Плинием, совсем немного таких, которые отвергает мораль, хотя все они ложны. Но многие из рецептов колдунов направлены на исцеление болезни и другие достойные, или по крайней мере, приемлемые цели. Вероятно, Плиний критически изучил труды по магии и попытался убрать из них все секреты, которые могли бы привести к преступлению, но его «цензура». по-видимому, была больше интеллектуальной, чем моральной. Например, он приводит в одной главе отрывки из трактата Демокрита о свойствах хамелеонов и частей их тела. Демокрита он считал основным поставщиком магических книг. В начале этой главы Плиний «с большим удовольствием» заявляет, что ему представилась возможность выставить на всеобщее обозрение «греческую тщеславную ложь», а в конце ее он выражает желание, чтобы кто-нибудь дотронулся до Демокрита пальмовой ветвью, которая, по его мнению, исцеляет людей от неумеренной болтливости. После этого Плиний милосердно добавляет: «Нет сомнений в том, что этот человек, во всех других отношениях мудрый и наиболее полезный член общества, ошибался из слишком горячего желания помочь людям».

Слабость и скептицизм Плиния

Сам Плиний не всегда последователен в своем скептическом отношении к магии. Часто бывает трудно понять, как он сам относится к тому или иному вопросу. К тому же бывает невозможно понять, говорит ли он серьезно или слегка насмехается, а может даже впадает в сарказм, как в случае с только что приведенным высказыванием о Демокрите. Другое странное заявление Плиния гласит, что он собирается привести список некоторых утверждений колдунов, чтобы выставить их на посмешище. Но, обычно, просто излагает их методы, очевидно, надеясь, что присущая им от природы абсурдность сама по себе способна их развенчать. В тех же редких случаях, когда он решается объяснить, в чем же заключается эта абсурдность, его аргументы никак не назовешь научными или убедительными. Так, он утверждает, что «главным доказательством тщеславия колдунов служит тот факт, что изо всех животных они больше всего восхищаются кротами, которые прокляты самой природой, поразившей их вечной слепотой и [заставившей] их рыться в темноте, словно они были похоронены». А высмеивая веру магов в то, что яйцо совы способно вылечить болезни кожи головы, он задает вопрос: «Кому, спрашиваю я, удавалось увидеть яйцо совы, если увидеть саму эту птицу – просто чудо?». Более того, он порой цитирует высказывания колдунов безо всякой критики, извинений или выражения недоверия; есть много других отрывков, где практически невозможно определить, цитирует ли он колдуна или нет. Иногда он ссылается на магов, употребляя местоимения в тех главах, где совсем не упоминаются их имена. В других местах он неожиданно перестает ссылаться на магов, а через некоторое время вдруг снова возвращается к этому[6]. Кроме того, трудно бывает понять, в каких случаях, по мнению Плиния, авторы вроде Демокрита и Пифагора высказываются как представители магии, а когда – как мудрые философы.

Магия и наука неразделимы

Несмотря на храбрые попытки Плиния высмеять отдельные утверждения колдунов или отнестись к ним с недоверием, чувствуется, что в глубине души, они ему нравятся, и он, более чем наполовину, в них верит. В любом случае, он верит в аналогичные вещи. Кроме того, предыдущие работы, посвященные природе, изобилуют подобным материалом, а читатели его эпохи так сильно интересуются всем этим, что он не может не включать эти темы в свои книги. Однажды он заявляет, что некоторые утверждения магов нельзя принимать всерьез, но отмахнуться от них нельзя, поскольку они дошли до нас из глубокой древности. И снова он просит простить его за аналогичные примеры «греческого тщеславия», поскольку они тоже имеют свою ценность – мы должны знать, о каких чудесах рассказывают нам греки. Дело, вероятно, в том, что Плиний некоторые идеи магов отвергал, а другие – принимал; он позаимствовал скептическое или насмешливое отношение из одних источников, а безоговорочное одобрение – из других, то есть из трудов тех авторов, которым он доверял. Вполне вероятно, что в использованных им источниках часто было не вполне понятно (как это случается в «Естественной истории»), принадлежит ли то или иное утверждение магу или нет. Очень может быть, что Плиний, как и мы вслед за ним, сам не до конца понимал, о чем он пишет. Он не мог выбросить магию из своего творения точно так же, как бедный мистер Дилс – голову Карла I из своей книги. Тем не менее, ясно одно – магия играла важную роль в его энциклопедии и в жизни его эпохи.

IV. Наука магов

Колдуны – исследователи природы

Давайте теперь изучим картину магии Плиния, но не его описание или критику, а его собственные идеи, изложенные в весьма многочисленных цитатах из книг, которыми он пользовался, и возможно, из практики магов. Здесь я хочу четко ограничить мой обзор только теми утверждениями, которые Плиний, безо всякого сомнения, приписывал магам или магическому искусству. Самая удивительная вещь в его книге – это то, что он снова и снова цитирует магов, говоря о предполагаемых свойствах, достоинствах и влиянии разных объектов природы: трав, животных и камней. Эти свойства, и вправду, часто помогали получить удивительные результаты, но не менее часто их сочетали в некоторых фантастических ритуалах или суеверных церемониях, совершаемых специальным человеком. Впрочем, во многих случаях, не предлагается никаких особых ритуалов или простых лечебных процедур; иногда даже не упоминается о специальных операциях или результатах. Плиний ссылается на авторитет колдунов, рассказывая о великих, но не определенных достоинствах природных объектов. И в самом деле, маги предстают на страницах книги не как простые кудесники, чаровники или чудотворцы, а как люди, которые пошли дальше других и более подробно – по мнению Плиния, слишком далеко и слишком подробно – изучили природу и медицину. В одних случаях, их высказывания цитируются безо всякой критики, дополняя высказывания других авторов; а в других они являются для Плиния единственным источником информации по тому или иному вопросу.

Маги о травах

Плиний тесно связывает с магией возникновение ботаники, называя Медею и Цирцею самыми древними исследователями трав, а Орфея – одним из первых авторов, писавших о растениях. Более того, Пифагор и Демокрит позаимствовали из работ восточных магов описания их свойств. Впрочем, нет никакого смысла приводить здесь названия растений, о свойствах которых Плиний узнал из трудов магов, поскольку мы не знаем их современных названий. Достаточно сказать, что Плиний не возражал против использования этих растений. Не критиковал он и методы их применения, хотя для современного читателя они могут показаться весьма подозрительными. Из одних растений надо сплести венок, другие надо рвать только левой рукой, приговаривая, для чего их рвут, а в одном случае ни за что не надо оглядываться. Анемоны надо заготавливать, как только они появятся из земли, приговаривая при этом, для чего их рвут. После этого их надо завернуть в красную ткань и хранить в тени. Человеку, заболевшему малярией, привязывают их к телу. Гелиотроп вообще не надо срывать – на нем завязывают три или четыре узла, молясь при этом, чтобы больной выздоровел, развязывая их.

Магические свойства трав

Плиний не высказывает никаких сомнений в чудесных результатах, которых, по мнению магов, можно достичь с помощью трав, до самого конца своей 24-ой книги. Однако уже в 20 и 21-й книгах травам приписываются также свойства, как способность вызывать любовь, добиваться желаемого, а также славы и почестей. В конце 24-й книги он пишет, что Пифагор и Демокрит, вслед за магами, приписывают травам такие необычные свойства, как способность замораживать воду, вызывать духов, заставлять людей признаваться в своих проступках, пугая их привидениями, и даровать людям дар прорицания. В начале 25-й книги он заявляет, что маги и их ученики приписывают травам совершенно невероятные свойства, а в следующей книге утверждает, что маги очень сильно верят в магическую силу вербены и уверены, что если человек ею натрется, то все его желания будут исполнены, а сам он сможет избавиться от лихорадки и других болезней и сможет завести множество друзей. Эту траву надо собирать на восходе Сириуса (Собачей звезды), когда на небе нет ни Солнца, ни Луны. Для умиротворения земли ей сначала предлагают мед или медовые соты, после чего растение окапывают железным предметом, держа его в левой руке, и осторожно вытаскивают.

К тому времени, когда Плиний добирается до 26-й книги, он уже осмеливается вставить триаду против «магической ерунды, которая достигла такой степени, что может полностью уничтожить всякую веру в травы». В качестве примеров он приводит утверждение магов о том, что растения могут осушать реки и болота, одним прикосновением открывать запертые двери, обращать вражеские армии в бегство и обеспечивать послов персидских царей всем необходимым. Он удивляется, почему же тогда эти травы никогда не применялись в римской армии или для осушения болот на территории Италии. Таким образом, Плиний отрицает только сверхъестественные свойства, которые приписывали растениям маги. Он добавляет, если бы люди соблюдали во всем умеренность, то вера в подобные чудеса не была бы столь сильна. И еще – если бы о более современной медицинской науке, основанной Асклепием, не говорили бы, что она пошла еще дальше магов. Здесь мы снова встречаемся с нежеланием Плиния признавать магию примитивным социальным продуктом и результатом дегенерации древней науки. Наоборот, он считает ее сравнительно современным развитием этой науки. Но он вполне мог думать, что многие искусственные рецепты и ритуалы появились позднее и были придуманы чересчур учеными колдунами. Так он называет ложным утверждение современного ему грамматика Апиона о том, что трава кинокефалия имеет божественное происхождение и является противоядием, но убивает тех, кто вырывает ее с корнем.

Животные и части тела животных

В некоторых случаях Плиний выступает против использования магами животных или частей их тела, как уже в цитированном отрывке о том, что маги больше всех других зверей любят кротов. Но в этом утверждении он противоречит сам себе, поскольку ранее заявлял, что они сильнее всего восхищаются гиеной, на том основании, что она способна творить с людьми чудеса. Плиний критикует заявление магов о том, что тот, кто вотрет себе в кожу львиное сало, особенно скапливающиеся между бровей льва, будет пользоваться благосклонностью людей и царей, на том основании, что никакого сала между его бровей нет. Он также насмехается над магами за то, что они преувеличивают значение такого отвратительного животного, как клещ. Их привлекает в нем то, что он не имеет в своем теле отверстий и живет всего лишь семь дней, даже если ему нечего есть. Существует ли в данном случае какое-либо астрологическое значение в слове «семь», Плиний не сообщает. Он говорит нам о том, что сверчка используют в магии, потому что он передвигается задом наперед. Очень редким предметом, которым пользуются друиды и другие маги, является нечто-то похожее на яйцо, порождаемое шипением или пеной змеи. Кровь василиска он тоже считает очень редкой. Маги предпочитают всяких необычных животных, например, черную овцу, но аргументы, приводимые Плинием в доказательство, почему они это делают, не совсем понятны. В ряде других случаев, которые Плиний не подвергает критике, мы встречаемся с симпатической магией или принципом «подобное лечится подобным», например, когда селезенка теленка или овцы используется для лечения болезней человеческой селезенки.

Другие примеры

Впрочем, маги не гнушались и такими привычными и легкодоступными животными, как козлы, собаки и кошки. Они использовали мозги щенков, кровь и половые органы собак, а также желчный пузырь черного кобеля. Эти же органы, взятые у других животных, тоже были очень популярны. Колдуны часто пускали в ход и мельчайшие части тела животных, такие как пальцы ног совы, печень мыши в финике, зуб живого крота, камни из мускульного желудка молодой ласточки, глаза речного краба. Иногда использовался пепел сожженного органа – возможно, как напоминание о жертвоприношении. Так, для лечения зубной боли маги впрыскивали в ухо, поблизости от зуба, пепел сожженной головы бешеной собаки, смешанной с кипрским маслом, а при поражении сухожилий – пепел совиной головы, разведенный в вине с медом и корнем лилии. Плиний называет и других животных, которыми пользовались маги: саламандры, земляные черви, летучие мыши, скарабеи с отогнутыми рогами, ящерицы, черепахи, клопы, лягушки и морские ежи. Хвост дракона, обернутый шкурой газели и привязанный к телу сухожилием оленя, лечит эпилепсию, а смесь драконьего языка, глаз, желчного пузыря и других внутренностей, сваренная в масле и охлажденная на воздухе ночью и втираемая в кожу утром и вечером, избавляет от ночных кошмаров.

В одних случаях части животных надо привязывать к телу больного, в других – просто дотрагиваться ими до поврежденного участка тела. В одних случаях следовало обкурить весь дом лечебным веществом, в другом – опрыскать им стены, в третьих – зарыть его под порогом дома. Иногда проводились более сложные магические ритуалы, связанные с животными и частями их тела. Легче всего поймать гиену, если завязать семь узлов на уздечке и хлысте коня охотника; ее следует ловить, когда Луна находится в созвездии Близнецов, но при этом нельзя ронять ни единого волоска из шкуры гиены. Кота, чья засоленная печень вместе с вином используется для лечения малярии, следует убивать только при убывающей Луне. Чтобы избавиться от недержания мочи, надо выпить смешанный со сладким вином пепел гениталий дикого кабана, а потом помочиться в собачью будку, приговаривая при этом: «Чтобы я больше не писал, как собака в своей будке». Колдуны настаивали, что при лечении водянки женщинам надо давать жженый коровий помет в вине с медом, а мужчинам – жженый помет быков в том же вине с медом. Для лечения детских болезней надо мозги козы пропустить через золотое кольцо и капнуть ими в рот младенца до того, как приложить его к груди. После того, как к телу больного приложат свежую овечью селезенку со словами: «Я делаю это, чтобы вылечить селезенку», ее следует приклеить к стене спальни и запечатать своим кольцом, а потом еще двадцать семь раз повторить это заклинание. Для лечения седалищного нерва необходимо положить земляного червя в разбитое деревянное блюдо, скрепленное железным обручем, наполнить это блюдо водой, потом вытащить червя и зарыть его там, откуда он был взят, а воду дать выпить пациенту. Глаза речных крабов следует привязывать к больному до восхода солнца, а самих крабов после того снова бросать в воду. Обнеся три раза дом летучей мышью, ее нужно прибить гвоздями вниз головой за окном, и тогда она превратится в оберег. Для лечения эпилепсии следует накормить больного козлятиной, поджаренной на погребальном огне, а желчный пузырь не должен ни в коем случае касаться земли.

Чудеса, совершаемые частями тела животных

Плиний порой отзывается о своих цитатах из книг магов, где они рассказывают о лечебной силе частей животных, как о лживых, содержащих чепуху или «зловещих». Но он вовсе не критикует способы применения этих частей, а также ожидаемые результаты, как он критиковал методы лечения травами и их результаты. Как мы уже отмечали, части тела животных применяются, в основном, в лечебных целях. Однако, другие части использовались и в сельском хозяйстве, например, для того, что чтобы отучить козлов уходить из дома, или заставить свиней следовать за хозяином. А вот кровь василиска, по мнению магов, помогала добиться ответа на прошения, отправленные влиятельным людям и на молитвы, обращенные к богам. Она также служила оберегом от яда и колдовства. Тот, кто хочет стать непобедимым, должен надеть на себя голову или хвост дракона, или прикрепить волосы со лба льва, обмазаться львиным костным мозгом или пеной коня, победившего в скачках, привязать к телу собачью челюсть, завернутую в оленью шкуру, а также сначала мускулы оленя, а потом – газели. Если положить на правую грудь спящей женщины сердце совы, то она выдаст во сне свои секреты, а если съесть еще бьющееся сердце крота, то обретешь дар предсказания будущего.

Маги о камнях

В случае с камнями, как и с травами, древние названия нам ничего не скажут. Сопровождающий ритуал весьма прост – два или три подвешивания камня на шею или на любое другое место с помощью львиной гривы – но ни в коем случае не шерсти гиены! Не подходят и волосы кинокефала или перья ласточки. В нескольких случаях надо прочитать заклинания над камнем, к одному камню – приложить железо, а другой закопать под деревом, чтобы топор не тупился. Чтобы обрести дар прорицания надо в определенные дни и лунные часы, смочив рот медом, положить камень на язык. Результаты, судя по обещаниям, замечательные. Камни помогают ораторам произносить речи, простым людям – получать доступ к царским особам, противостоять обольщению и чарам, предотвращать град, удар молнии, грозы, появление саранчи. А также отгонять скорпионов; охлаждать кипящую воду, разрушать согласие в семье, делать атлетов непобедимыми, погашать гнев и жестокость, превращать человека в невидимку, вызывать богов и тени из загробного мира.

Другие магические рецепты

Мы еще не упоминали о группе магических рецептов и лекарств, которую Плиний собрал в отдельной главе, поскольку они не вписываются ни в какую другую категорию. Если положить под подушку человека, которого пытались отравить, но так, чтобы он этого не заметил, камень, с помощью которого затачивали железные инструменты, то он сообщит вам обо всех обстоятельствах этого отравления. Если перевернуть человека, в которого ударила молния, на пораженный бок, то он тут же заговорит. Чтобы избавиться от опухоли в паху, надо завязать семь или девять узелков на остатках ткацкой сети, упоминая при завязывании каждого узелка имя вдовы. Можно избавиться от боли, привязав к телу гвоздь, на который наступили ногой. Чтобы избавиться от бородавок, лягте на двадцатый день Луны на дорожку, и, глядя на Луну, поднимите руки над головой и потрите бородавки тем, что попадется под руку. Мозоль можно убрать в тот самый момент, когда на небе падает звезда. От головной боли помогает жидкая мазь, которую изготовляют, поливая уксусом дверные петли или обвязав виски пациента веревкой, полученной от палача. Чтобы вытащить из горла рыбную кость, опустите ноги в холодную воду; чтобы вытащить какую-нибудь другую кость, положите на голову кости; чтобы вытащить кусочек хлеба, натолкайте в уши хлебного мякиша. Из соседней главы можно добавить магический рецепт лечения лихорадки, хотя Плиний называет его «самым скромным из всех обещаний» магов. Перед восходом солнца прикрепите к двери какого-нибудь человека обрезки ногтей рук и ног, смешанные с воском – и болезнь перейдет от вашего пациента к этому человеку. Или положите эти обрезки около муравейника, поймайте первого же муравья, который попытается их туда затащить, и подвесьте этого муравья пациенту на шею.

Обобщение магических приемов

Такова картина, которую мы получаем, прочитав многочисленные отрывки из «Естественной истории» Плиния об искусстве магов, их материалах и ритуалах, о том, какого результата они хотели добиться, и об их общем отношении к природе. Помимо природных материалов, которые они используют ради чудесных результатов, мы должны отметить частое применение повязок, подвесок и амулетов, а также наблюдений за астрологическими условиями, в определенное время и в определенном количестве. Маги также соблюдают правила сбора трав и завязывания узлов, подчеркивают, какой рукой надо рвать растение – левой или правой, – иными словами, в каком положении или направлении. Они применяют также заклинания, принесения жертв и окуривания, и используют принципы симпатической магии – «подобное лечится подобным» – и другие виды магической логики.

V. Магическая наука Плиния

От магов к магии Плиния

Теперь обратимся к более многочисленным отрывкам из «Естественной истории», где автор уже не цитирует магов, и сравним свойства, которые он сам приписывает объектам природы, и методы, которые рекомендует использовать в медицине и сельском хозяйстве, с этими же темами у магов. Во многих местах мы обнаружим поразительное сходство и вскоре поймем, что в «Естественной истории» гораздо больше магии, которую рекомендует сам Плиний. Ему нет нужды говорить о том, что медицина была испорчена магией; об этом свидетельствует его собственная медицина. Практически вся эта книга посвящена описаниями чудесных свойств и фантастических церемоний, и в некоторых местах бывает трудно определить, когда он использует материал магов, а когда – нет. Проанализировав этот материал, мы попытаемся составить классификацию веществ, которые использует Плиний, которые он им приписывает, ритуалов и методов, с помощью которых они применяются, а также определенных суеверных доктрин и идей. И мы увидим, что наука Плиния и его описания приемов колдунов почти полностью строятся на одних и тех же факторах.

Обычаи животных

Начнем с животных. Но, прежде чем рассказать о том, как в магии используются их свойства, отметим еще одну, далекую от науки, суеверную черту, присущую одновременно авторам античности и Средневековья. Это – стремление очеловечить животных, приписывая им сознательные побуждения, привычки и правила, и даже нравственные стандарты и почитание богов. У нас будет случай упомянуть о тех же самых идеях, встречающихся у других авторов, пока же мы приведем лишь некоторые из многочисленных примеров, которыми насыщена «Естественная история». Плиний, в особенности, очеловечивал слонов, которых он по уровню развития интеллекта сравнивал с людьми, утверждая, что они поклоняются звездам, учатся разным сложным трюкам, обладают чувством справедливости, могут испытывать сочувствие и т.д. Аналогичным образом, лев обладает благородством и храбростью, а также чувством благодарности, в отличие от львицы, которая очень ловко маскирует свою страсть к леопарду. Несколько способов, к которым прибегают рыбы, чтобы не попасть на крючок или в сети, Плиний позаимствовал из книги «Халейтикон», сохранившейся только в отрывках. Крокодил открывает пасть, чтобы птички почистили ему зубы, но иногда во время этой операции ихневмон (фараонова мышь) «как дротик проскакивает в его пасть и съедает его кишечник». Плиний также восхищается чудесами изворотливости, которую проявляют драконы и слоны в своих битвах, но которые, тем не менее, практически всегда заканчиваются гибелью обоих. Слон изнемогает в объятиях драконовых колец и падая, давит дракона своим телом. Другие говорят, что в жаркие летние дни дракон нападает на слона, поскольку кровь слона очень холодна; во время схватки дракон выпивает у слона всю кровь, но тот все равно его сокрушает, захмелевшего от этой крови.

Лекарства, применяемые животными

То, что дракон знает, что кровь слона – очень холодна, наталкивает на мысль о лечебных веществах, которым лечатся животные; люди, заметив это, тоже стали использовать их как лекарства. Это поверье из Древнего мира перекочевало в Средневековье, и, конечно же, его придумал не Плиний. Он пишет: «Древние люди записывали средства, которыми лечились дикие животные, утверждая, что они помогают даже при отравлениях». Чтобы уберечься от аконита, смертельного яда, скорпион съедает чемерицу, а пантера – человеческие экскременты. Животные готовятся к сражению с ядовитыми змеями, поедая определенные виды трав: ласка ест руту, черепаха и олень – другие растения, а полевая мышь, ужаленная змеей, спасается кондрионом. Ястреб раздирает ястребинку клювом, обрызгивая свои глаза ее соком. Змея, сбрасывая старую шкуру, поедает фенхель. Больные медведи лечат себя муравьями. Ласточки помогают птенцам вернуть себе зрение хелидонией или ластовенем, а историк Касантус утверждал, что дракон возвращает своих мертвых детенышей к жизни травой под названием балис. Лечение кровопусканием впервые испробовал на себе бегемот, когда острый тростник, росший на берегу, разрезал ему вену на ноге. Бегемот тут же залепил рану грязью и остановил кровотечение. Плиний, впрочем, в одном абзаце пишет, что животные наталкиваются на эти способы лечения случайно, и должны каждый раз по-новому их отыскивать, поскольку, продолжает он, вполне в духе теории о способностях зверей, «мысли и опыт животные друг другу передавать не могут».

Ревность среди животных

В другом отрывке Плиний описывает недоброжелательность собак, которые, увидев, что человек за ними наблюдает, не рвут траву, способную излечиться от укуса змеи. Вероятно, в разных отрывках Плиний использует сведения из двух разных источников. Теофраст, ученик Аристотеля, написал работу под названием «Ревнивые животные». Более простительным, чем злонравие собаки, является отношение дракона, из мозга которого извлекают драгоценный камень драгонит, правда, только тогда, когда дракон спит. Убивать его при этом нельзя, ибо, почувствовав, что его смертельно ранили, он, чтобы отомстить человеку, испортит камень. Слоны знают, что человек охотится на них только ради бивней, и зарывают их в землю, когда они у них отваливаются.

Оккультные способности у животных

Животные обладают и другими чудесными способностями, помимо медицинских, которые использует человек. Например, одного взгляда на василиска достаточно, чтобы умереть, а его дыхание сжигает растения и раскалывает горные породы. Однако, медицинские свойства, которые Плиний приписывает животным и частям их тела – это еще не все. Многие ткани животных и их продуктов можно использовать и в других целях, о которых следует сказать. Это головы и кровь мух, мед, в котором погибла пчела, cinere genitseis asinia, цыплята, еще не вылупившие из яйца, а также три раза по семь стоножек, растворенных в аттическом меду – этот раствор, якобы, способен излечить астму, но его надо пить через тростинку, поскольку всякая посуда от него чернеет. Другой совет гласит: если вы хотите, чтобы у вас родился ребенок с черными глазами, съешьте крысу или землеройку. Всего этого достаточно, чтобы убедиться, что все рецепты, связанные с животными и их частями, которые применяли маги, не более тошнотворные и кошмарные, чем те, что описаны в «Естественной истории», и что излечиться от болезней с их помощью так же нереально. Чтобы продемонстрировать, однако, какая крошечная разница существует не только между свойствами частей тел одного и того же животного, но и между разными способами использования одной и той же части, скажем, что чешуйки, которые надо соскрести с верхушки панциря черепахи, и добавить в питье, подавляют сексуальное желание. Самое удивительное, отмечает Плиний, что если растереть в порошок весь панцирь, то этот порошок уже возбуждает желание! Впрочем, в магии, как и в романах, любовь быстро превращается в ненависть, и не надо удивляться, если у разных авторов одна и та же субстанция, но в слегка измененной форме, дает совершенно противоположный эффект.

Свойства трав

Сало свиньи, как сообщает Плиний, обладает особенно сильными свойствами, «поскольку это животное питается корнями трав». От свойств животных переходим к травам. Плиний на каждом шагу встречается с подтверждениями их замечательных качеств. Создатели Римской империи использовали священные травы сагмина и вербена в своих посольствах и дипломатических мессиях. Галлы с помощью вербены бросали жребий и предсказывали будущее. Более скептически Плиний отзывается о другом корне, который надо пить, чтобы вызвать вдохновение. Скифам было известно растение, которое подавляет голод и жажду, если подержать его во рту. Другая трава оказывает аналогичный эффект на коней, поэтому скифы могли обходиться без еды и питья 12 дней. Впрочем, это была преувеличенная оценка трудностей, которые приходилось терпеть азиатским кочевникам и их лошадям. Мусей и Гесиод писали о том, что человек, который натрется полионом, добьется славы и почестей.

Плиний, вероятно, не до конца доверял подобным заявлениям, хотя нам не известно, чтобы он где-нибудь подвергал их сомнению. Правда, он жаловался, что некоторые авторы приписывают травам свойства совершенно невероятные – например, способность возрождать к жизни драконов и людей или вырубать клинья из деревьев, но, тем не менее, он соглашается с мнением большинства, что нет ничего такого, чего нельзя было бы добиться с помощью трав. Герофил, знаток медицины, утверждал, что некоторые травы помогают даже в том случае, если на них просто наступить. По мнению Плиния, на это способны многие растения. Он заявляет, что если обвязать ветку финиковой пальмы вокруг шеи быка, то самые свирепые из них будут стоять смирно; другие растения помогают запрячь неспокойных животных в ярмо, а корову, съевшую buprestis, разрывает на части. Другая трава, contacto genitali, способна убить самку любого животного. Буквица считалась амулетом для лошадей, а рыбаки, жившие неподалеку от Плиния, смешивали растения с мелом и бросали в воду. «Рыба жадно набрасывается на эту смесь и тут же безжизненно поднимается на поверхность». На человека, несущего в руке perstireos, не будут лаять собаки. «Нечестивое растение» предохраняет любого человека, попробовавшего его, от ангины, а свинья, наоборот, заболеет, если съест его. Некоторые кладут это растение в птичьи гнезда, чтобы прожорливые птенцы не подавились. Горький миндаль порождает весьма странное сочетание событий. Если человек съест пять таких миндалин, то он может спокойно пить, не боясь захлебнуться, но если их съест лиса, то она, наоборот, умрет, если поблизости не будет воды и она не сможет напиться. Некоторые травы оказывают лечебное воздействие при одном лишь взгляде на них. Мужская и женская особь одного растения помогает обеспечить рождение ребенка нужного пола.

Как надо собирать травы

Мы находим в «Естественной истории» множество доказательств того, что сбор трав и выкапывание корней должны сопровождаться различными магическими ритуалами. Многие травы надо собирать еще до рассвета. В двух случаях Плиний предупреждает нас, что корень пиона надо выкапывать ночью, иначе дятел Марса попытается выклевать вам глаза. Следует также следить за фазами Луны, а в одном случае говорит, что определенную траву надо рвать перед тем, как прогремит гром. Растения, в целом, надо срывать левой рукой, а одну траву – большим пальцем левой руки. В одном случае надо просунуть правую руку в левый рукав и только после этого рвать растение. Иногда надо встать лицом на восток, иногда – на запад, в других случаях надо следить, чтобы ветер дул вам в спину. В ряде случаев ни в коем случае нельзя отворачиваться, в других – прежде, чем собирать траву, надо поголодать, или воздержаться от половых сношений. Одни травы надо собирать босиком, облачившись в белое; другие – сняв с себя всю одежду и даже кольца. В одних случаях запрещается пользоваться железными инструментами, в других – надо брать золотую лопату или лопату, сделанную из других материалов; одну траву надо выкапывать ногтем. Иногда надо кончиком меча нарисовать на земле несколько кругов вокруг растения. Очень часто запрещается дотрагиваться растением до земли, после того, как оно выкопано, вероятно, из опасения, что земля вытянет из него все его магические свойства. Плиний три раза, по крайней мере, ссылается на то, что сборщики трав перед продажей оставляют себе несколько растений, на тот случай, чтобы, если им не заплатят, сколько они запросят, посадить их на то же самое место, где они росли. Это делается для того, чтобы болезнь снова вернулась к пациенту, который пожадничал. Очень часто требуется сказать вслух, зачем человек рвет растение, или для кого оно предназначено. В одном случае сборщик произносит: «Это – трава Аргемона. Минерва обнаружила, что оно вылечивает свинью, которая его съест». В другом случае нужно поприветствовать растение, а потом молча выдавить из него сок – тогда его лечебная сила возрастет во много раз. В других случаях надо сначала умилостивить землю, в течение трех месяцев поливая почву вокруг нужного растения гидромелем (медовым напитком), или заполнить дыру, оставшуюся после выкапывания, разными видами зерна. Иногда, собираясь на сбор трав, надо заранее принести жертвы вином и хлебом, или попросить у богов разрешения сорвать то или иное растение. В нескольких местах Плиний рассказывает о том, как собирают травы друиды. Прежде чем сорвать священную омелу, они на шестой день Луны приносят жертвы и устраивают под деревом пир. Закалывают двух белых быков; жрец, облаченный в белое, срезает омелу золотым серпом и заворачивает ее в белое покрывало.

Сельскохозяйственная магия

К рассказу Плиния о травах можно добавить несколько примеров использования магических ритуалов в сельском хозяйстве, а также суеверий крестьян, которыми изобилует его книга. Чтобы уберечь пшеницу от заболеваний, зерно перед посадкой надо вымочить в вине, соке определенных трав, коровьей желчи, человеческой моче, или дотронуться до него плечами крота – животного, над любовью магов к которому Плиний насмехался. Сеять поле следует в определенную фазу Луны. Перед тем, как взрыхлить землю, нужно обнести вокруг поля лягушку, а потом закопать ее в центре этого поля в глиняном сосуде. Однако, перед сбором урожая этот сосуд надо непременно выкопать, иначе просо будет горьким. Птиц можно отпугнуть, посадив по углам поля траву, названия которой, к сожалению, Плиний не знал. Мышей отпугивают пеплом ласки; от ложно-мучнистой росы помогают лавровые листья, а гусениц отпугивают, укрепив череп самки какого-нибудь животного на палке и установив ее в саду. Чтобы плоды в садах и виноградниках не погибли от тумана или грозы, надо закопать в землю лягушку, как было указано выше, или сжечь среди деревьев живого краба, или освятить окрашенную виноградину. Чтобы сохранить в сарае зерно, к потолку подвешивают лягушку. Если надо отпугнуть волков, поймайте одного, сломайте ему лапы и привяжите его к плужному лемеху; обрызгав его кровью границы поля, заройте скелет волка в том месте, откуда вы начали. Или освятите на алтаре Лара лемех плуга перед тем, как проложить первую борозду. Лисы не тронут кур, которых накормили высушенной печенью лисы, или которым привязали на шею кусочек ее шкуры. Папоротник не прорастет на прежнем месте, если его срезать острыми краями тростника или выкорчевать лемехом плуга, который накрыт тростником. Об использовании заклинаний в сельском хозяйстве мы поговорим ниже.

Свойства камней

Вера Плиния в то, что камни обладают магическими свойствами, была гораздо слабее, чем вера в растения и части тела животных. Он называл утверждения Демокрита, Пифагора и магов о подобных свойствах камней «неописуемой чепухой» и «чудовищной ложью». Говоря о камнях, он воздерживается от прямых заявлений, предпочитая употреблять выражения «если верить этому» или «если они говорят правду». О поверье, будто в моче рыси образуются драгоценные, камни он писал: «Я думаю, что это ложь, и в наши дни никто не видел таких камней. То, что говорят об их лечебных свойствах, тоже ложь». Впрочем, он признавал, что если растереть некоторые камни в порошок и, размешав в воде, выпить, или носить их как амулеты, то они могут оказать лечебное воздействие. Другие свойства камней он описывал безо всяких доказательств или комментариев, например, то, что камень ампант помогает противостоять всякому колдовству, что алмаз изгоняет из ума пустые мысли, что сидерит порождает разлад и судебные тяжбы, а если положить на ночь под подушку камень эвмес, то приснится вещий сон. Говорят, что магниты бывают разного пола, а Теофраст и Лукиан верили в то, что определенные камни могут иметь потомство.

Другие минералы и металлы

В описаниях магических процедур у Плиния иногда фигурирует железо – когда его либо запрещается использовать, либо, наоборот, рекомендуется – при заготовке трав или при убийстве животных. В Аркадии не рекомендуется спать под тисом, поскольку это дерево способно отравить спящего под ним человека, но если вбить в него медный гвоздь, то оно становится безопасным. Плиний утверждает, что золото способно исцелить любые болезни, и рекомендует применять его для лечения раненых; детей же оно оберегает от порчи. Земля часто способна творить чудеса, но только в определенных местах – например, между колеями тележных колес, или земля, выброшенная на поверхность муравьями, жуками или кротами, или в том месте, где остался след правой ноги человека, услышавшего в первый раз голос кукушки. Правило, запрещающее дотрагиваться магическим предметом до земли, применяется и во многих других случаях, а не только в отношении трав. Плиний в двух местах говорит о том, что земля не допустит, чтобы змея, укусившая человека, вернулась в свою нору. Обсуждая свойства металлов, Плиний не говорит о трансмутации или алхимии, если только это не рассказ о различных способах обработки металла, или о том, как Калигула извлекал золото из аурипигмента. Однако, приведенное ниже описание приготовления сурьмы показывает, как тесно была связана с магией древняя металлургия. Сурьму надо покрыть лоскутом коровьей кожи и обжечь в печи, потом вымочить в женском молоке и истолочь в извести с добавлением дождевой воды.

Свойства частей человеческого тела

Различные части и выделения человеческого тела обладают, по мнению магов, волшебными свойствами, как видно из приведенного выше рецепта, где рекомендуется применять женское грудное молоко. В других местах Плиний советует использовать молоко женщины, только что родившей мальчика, но лучше всего – близнецов. Sed nihil facite reperiatur mulierum profiluvio magis monstrificum, как продолжает показывать Плиний на многочисленных примерах. Особыми лечебными свойствами обладает моча, в особенности, моча невинного мальчика. Другими примерами лекарств, производимых человеческим телом, служат ушная сера или растертый в порошок зуб – они помогают при укусах змей и скорпионов. Человеческий волос помогает при укусах собаки, а первые волосы с головы младенца мужского пола лечит подагру. Если положить в браслет первый зуб, выпавший у мальчика, и носить его постоянно, то это предохранит женщину от женских болезней. Только надо следить, чтобы этот зуб не коснулся земли. Чтобы избавиться от опухоли в паху, катаракты и болезней глаз, рекомендуется просто связать два пальца на руке и на ноге. Либо три раза дотронуться до больных глаз водой, в которой вымыли ноги. Заболевания горла и золотуху можно вылечить, прикоснувшись к руке человека, умершего преждевременной смертью; впрочем, некоторые не настаивают на этом обстоятельстве, достаточного того, чтобы покойник был одного с вами пола. Лечебный эффект оказывает также прикосновение к спине пациента задней частью ладони мертвеца.

Свойства человеческой слюны

Из всех жидкостей или выделений человеческого тела самой полезной считалась слюна. Ее чаще всего использовали в античной и средневековой медицине. Существовал обычай плевать два или три раза при лечении различных заболеваний или при проведении церемоний. Самым эффективным средством считался плевок постящегося человека. В главе, посвященной человеческой слюне, Плиний приводит список многих болезней и проблем, от которых она помогает. В этой связи он делает следующее абсурдное заявление, которое, как он говорит, очень легко проверить. «Если человек раскаивается в том, что он ударил кого-то издалека или своей собственной рукой, то пусть он плюнет на ладонь руки, которая нанесла удар, и человек, которого он оскорбил, тут же его простит. Это часто подтверждается примером вьючных животных, которых заставляют этим способом изменить скорость своего движения, в том случае, если не помогает удар бичом». Плиний, впрочем, добавляет, что некоторые люди считают, что если перед дракой поплевать на ладони, то сила их ударов возрастет. Против чар колдунов он предлагает плевать в мочу или в правый ботинок; то же самое надо делать, пересекая опасное место.

Влияние человеческого фактора

Важное значение человеческого фактора при совершении чудес, магических или медицинских, подтверждается тем, что, по словам Плиния, многие процедуры должны проводиться девственниками, а также людьми, которые воздерживаются от половых сношений или от пищи, а также в голом виде. Иногда во время совершения магического действия нельзя оглядываться, или разговаривать с кем-нибудь. Плиний также рассказывает нам о людях, которые обладали чудотворными способностями, например, о человеке по имени Пиррхус, прикосновение пальца ноги которого обладало даром исцеления. Плиний также говорит о людях, взгляд которых обладает особой силой, о целых племенах заклинателей и лекарей, лечащих ядом, и других людях, в присутствии которых яйца протухают прямо под курицами. Сила слов будет рассмотрена отдельно, в разделе, посвященном заклинаниям.

Недоверие Плиния к составным лекарствам

Плиний считал, что самым сильным лекарством являются простые вещества, поэтому он исключил из «Естественной истории» странные и сложные составные лекарства, которые были так популярны в его дни. Об одном простом веществе, которое называется лазер, он говорит так: потребовалось бы много места, чтобы перечислить все проблемы, от которых он избавляет в том случае, если включить его в состав сложного лекарства. Он был уверен, что простые лекарственные средства являются непосредственным продуктом природы, в то время как микстуры, таблетки, пластинки, пластыри и полоскания были изобретены аптекарями. В одном месте, описывая средство под названием «Гермезий», которое помогает зачинать красивых и добрых детей, он пишет, что этот рецепт, по-видимому, Демокрит позаимствован у магов. Более того, Плиний уверен, что здоровье можно сохранить или вернуть только простыми лекарственными средствами, производимыми самой природой. Сложные лекарственные средства – продукт человеческой хитрости, алчности и непорядочности. Такие составы обычно фальшивы, поскольку они не учитывают природные симпатии и антипатии своих многочисленных ингредиентов. Часто составы совершенно неизвестны. Плиний также не доверяет лекарствам, привозимым из Индии, Аравии и с берегов Красного моря. Зачем они нужны, если есть домашние средства, которые может использовать даже самый последний бедняк?

Симпатическая магия

Мы только что упомянули о симпатии и антипатии, которая существует между простыми природными средствами. Плиний часто объясняет чудесное влияние природных объектов друг на друга любовью или ненавистью, дружбой или неприязнью, согласием или разногласиями, которые между ними существуют. Греки называли это симпатией и антипатией; первым на это указал, вероятно, философ Гераклит. Некоторые современные специалисты по магии пытались найти объяснение магии в его теории, и Плиний утверждает, что медицина и лекарства были порождены именно этим.

Антипатия между животными

Животные испытывают друг к другу антипатию – например олени ненавидят змей. И эта ненависть так сильна, что самцы оленей преследуют гадов до самых нор и выгоняют их оттуда силой своего дыхания, как бы они ни сопротивлялись. И эта антипатия продолжается и после их смерти, ибо самым лучшим средством от укуса змеи служит сычужок олененка, убитого еще в утробе матери. Змеи уползают от человека, который носит при себе зуб оленя. Однако эта ненависть может обратиться в приязнь, ибо Плиний добавляет, что, в ряде случаев, определенные части тела оленя, обработанные особым способом, привлекают змей. Сильная антипатия может принимать очень странные формы. Клопы, какими бы противными они ни были, исцеляют от укусов змеи, в особенности, гадюк, а свинья может съесть ядовитую саламандру. Антипатия между козлами и змеями столь же сильна, как и между оленями и змеями, поскольку Плиний утверждает, что человек, которого укусила змея, поправится гораздо быстрее, если будет часто посещать загоны для коз или носить в качестве амулета желудок козы.

Любовь и ненависть у неодушевленных предметов

Существует также «ненависть и дружба между глухими и бесчувственными вещами». Например, магнит привлекает железо, а алмаз можно разбить, смочив его кровью козла. Эти два примера оккультного влияния и естественных чудес являлись классическими в эпоху античности и Средневековья. Плиний считает их самым ярким доказательством наличия симпатии и антипатии у предметов, поскольку веществом, которое не поддается железу и огню – двум самым сильным агентам, – является кровь самого отвратительного животного.

Симпатия между одушевленными и неодушевленными предметами

Более того, можно наблюдать симпатию и антипатию между одушевленными и неодушевленными предметами. Антипатия тамариска к селезенке (единственной из внутренних органов) столь сильна, что свиньи, которых поили из корыта, сделанного из этого дерева, не имеют селезенки (это выясняется после того, как их зарежут), поэтому людям, страдающим заболеванием этого органа, надо подавать пищу на посуде, сделанной из тамариска.

Свинья без селезенки, надо отметить, является еще одним общим местом древней и средневековой науки. Если обмазать улья пчел коровьим пометом, то все другие насекомые погибнут, а пчелы наоборот, приобретут новые силы, поскольку помет их и порождает, хотя Плиний нигде об этом не говорит. Тем не менее, существовала теория о том, что пчелы порождаются навозом. То, что дикая капуста враждебна по отношению к собакам, подтверждается словами Эпихарма о том, что ею можно излечить человека от укусов бешеной собаки. Если же вместе с мясом дать собаке дикую капусту, то она умрет. Змеи так сильно ненавидят ясень, что, если засыпать их листвой этого дерева с одной стороны, а на другой – разжечь огонь, то они предпочтут уползти к огню и погибнуть. Буковица им так ненавистна, что если вокруг них нарисовать круг ветвью этого растения, то они изобьют себя хвостами до смерти. Воздух Сицилии смертелен для скорпионов. Плиний утверждает, что если погрузить на телегу яблоки вместе с грушами, даже несколько штук, то эту телегу не смогут сдвинуть с места вьючные животные – возможно, в этом тоже виновата антипатия. Впрочем, это можно исправить, вызвав у животных симпатию к фруктам. Надо просто показать им, что их совсем немного или скормить им несколько яблок или груш. Симпатию можно привлечь к местам или религиозным обрядам. Плиний делает этот вывод на основе того факта, что жрица Аэгиры, перед тем как спуститься в пещеру для предсказания будущего, безо всякого вреда для себя выпивает бычью кровь, которая, по убеждению того времени, является для людей смертельным ядом.

Подобное лечится подобным

То, что подобное лечится подобным, или, парадоксальным образом, причина болезни исцеляет саму болезнь, еще одна идея, которую Плиний позаимствовал у магов. Так, укусы бешеной собаки надо лечить частями ее тела, а натертые во время верховой езды ноги надо смазывать пеной из лошадиного рта. След от укуса землеройки лучше всего излечивает наложение на эти места тела той самой землеройки, которая вас укусила, но можно использовать и другую землеройку; для этой цели их хранят в масле с землей. Укус фаланги излечивается одним взглядом на другую особь этого же вида, мертвую или живую.

От случаев, когда исцеление от болезни идентично его причине, совсем недалеко до лекарств, аналогичных или в определенном смысле связанных с этой причиной. Плиний не сомневается, что камень в мочевом пузыре можно разбить с помощью растения, на котором имеются наросты вроде жемчуга. «Ни одна другая трава не демонстрирует столь явно, для чего она предназначена; ее можно узнать с первого же взгляда, не имея книжного знания». Аналогичным образом, офит, мрамор с прожилками как у змеи, служит амулетом от змеиных укусов. Митридат обнаружил, что кровь понтийских уток следует подмешивать в противоядия, поскольку они живут в ядах. Семя гелиотропа похоже на скорпиона; если дотронуться до скорпиона веточкой гелиотропа, то он тут же умрет. Скорпионы никогда не заползут в круг, который обведен этим растением. Чтобы ускорить роды, надо, чтобы муж снял с себя пояс и обвязал им роженицу, а потом развязал его, приговаривая, что когда-то он связал ее, а теперь развяжет, после чего мужчина должен уйти. Эпилептик может избавиться от приступов, если вбить гвоздь в том месте, где находилась его голова, когда он начался.

Принцип ассоциации

Другим примером ассоциации является применение в качестве лекарства части тела животного, не страдающего от болезни, которой заболел ваш пациент, или отмеченного противоположным состоянием здоровья. Козлы и газели не знают глазных заболеваний, поэтому для лечения своих глаз люди должны прикладывать к ним разные части тела этих животных. Орлы могут спокойно смотреть на солнце – их желчь надо включать в глазные мази. Птица под названием оссифрейж имеет всего одну кишку, которая переваривает все, что угодно; конец этой кишки служит амулетом против колик, а систему пищеварения можно исцелить, просто подержав в одной руке кишку этой птицы. Однако, не следует держать ее слишком долго, иначе ваша плоть будет испорчена. Кобылий яд надо добавлять в воск для свечей – тогда в их свете будут видны лошадиные головы. Чернила сепии, добавленные в воск, позволяют увидеть в темноте эфиопов, когда зажигают сделанные из него свечи. Эти магические свечи Плиний позаимствовал из работ Анаксилая, и мы найдем их в средневековой коллекции экспериментов. Земля, взятая из колеи, оставленной колесами телеги, способна излечить укусы землеройки, поскольку это животное такое апатичное, что даже не способно пересечь эту колею. Плиний уверен, что из всех достоинств, приписываемых колдунами кротам, существует только одно – они служат противоядием от укусов землеройки, которая переползает колеи, а кроты свободно роют норы в земле. Плинию кажется невероятным заявление о том, что корабль будет двигаться медленнее, если на его борту окажется правая нога черепахи, хотя причина этого заявления совершенно очевидна.

Передача болезней с помощью магии

Плиний приводит несколько примеров того, что можно назвать магической передачей, целью которой является не полное излечение от болезней, а избавление от нее путем передачи ее какому-нибудь животному или предмету. Кишечные заболевания передадутся слепым щенкам, если прижать их к телу и влить им в рот молоко изо рта больного. Они умрут от болезни, причина и природа которой будут полностью установлены после вскрытия. Но, в конце концов, их надо закопать. Боль в животе можно успокоить, прижав к нему утку. Боль перейдет к ней. Для избавления от кашля надо плюнуть в рот лягушке; катаракту лечат, поцеловав мула. Правда, в этом случае нам не сообщается, переходит ли болезнь животному. Но, если человек, укушенный скорпионом, шепотом сообщает об этом ослу, то болезнь переходит к нему. От фурункула можно избавиться, натерев кожу вокруг него девятью зернышками ячменя; каждым зерном по три раза – левой рукой; после чего их надо бросить в огонь. Бородавки уйдут, если дотронуться до них зернышками нута, потом завязать все зернышки в тряпку и бросить через плечо. Если приложить к язве корень асфоделя, а потом подвесить его над дымом, то язва засохнет вместе с корнем. Чтобы вылечить золотушные язвы, к ним привязывают земляных червей – по числу язв – и дают им высохнуть. Зуб престанет болеть, если выкопать железным орудием траву эригерон; пациент должен три раза дотронуться до зуба поочередно ее корнем и побегами, после чего надо посадить траву на прежнее место, так чтобы она не засохла. Если этот случай относится к разряду магического переноса, то мы можем проследить похожие требования в некоторых из многочисленных примеров Плиния, где он говорит о том, что животные, после того, как у них взяли какие-то органы или части, или подвергли лечебным манипуляциям, должны остаться живыми.

Амулеты

Общей особенностью магической силы и оккультных свойств является то, что они способны действовать на расстоянии, без какого-либо физического контакта или непосредственного применения. Это выражается в практике ношения или привязывания амулетов или, что тоже самое, ношения различных подвесок, когда магический предмет надевают на шею, или накладывания перевязок, когда амулет прикрепляют к какой-нибудь части тела, чтобы уберечь ее от опасности извне или вылечить внутреннее заболевание. Примеров таких практик в «Естественной истории» великое множество. На шею на нитке подвешивают различные корни; в браслет кладут язык лисы; для избавления от ангины горло три раза обматывают ремнем из собачьей кожи, а от катара – вокруг пальцев. Зуб перестанет болеть, если из определенного колючего растения вытащить червей, положить их вместе с хлебом в коробочку для пилюль и привязать ее к руке с той стороны тела, где находится больной зуб. Два клопа, привязанные к левой руке шерстяной ниткой, украденной у пастуха, являются оберегом от ночного жара; от дневного жара их надо обернуть коричневой тканью. Сердце стервятника оберегает человека от змей, диких зверей, грабителей и королевского гнева. Путешественник, имеющий при себе траву артемисия (полынь), не чувствует усталости. Дурные люди не смогут перейти через порог дома и нанести его жильцам вред, если обмазать морскую звезду кровью лисы и прибить к ее порогу или дверному косяку медным гвоздем. Не только венок из трав, надеваемых от головной боли, но и ветка тополя, которую человек держит в руках, предохранит его кожу между ногами от натирания. Очень часто амулеты кладут под подушку, особенно, при бессоннице, однако, психологического эффекта можно добиться лишь в том случае, если больной об этом не знает. Плиний описывает, какого цвета или вида должны быть нитки, ткань, коробки, гвозди, кольца, браслеты и тому подобные вещи, в которые надо класть или которыми надо привязывать различные драгоценные камни, травы или части животных, служащие оберегами. Но когда речь заходит о лекарстве от головной боли, которое помогает всегда и состоит из маленькой кости улитки, найденной между колеями тележных колес, пропущенной через золото, серебро или слоновую кость, и привязанной к телу собачьей кожей, или об амулете из улитки, обезглавленной тростником во время ее утреннего кормления, особенно при полной Луне, который надо привязывать к голове льняной тканью, мы понимаем, что переходим от простых амулетов (лигатур) и подвесок к более сложным деталям магических процедур.

Положение или направление

Положение или направление действия в магии часто бывает очень важным. Чаще всего это указание налево или право. Больной зуб можно исцелить с помощью левого глазного зуба собаки. Паука, которого надо положить вместе с маслом в ухо, нужно ловить левой рукой, приступ эпилепсии можно снять, если до больного дотронется девственница большим пальцем своей правой руки. Для исцеления правого глаза надо надеть на больного подвеску с правым глазом лягушки, а левого – с ее левым глазом. Если страдаешь от люмбаго, оторви лапу орла от сустава; если у тебя болит справа, то используй правую лапу, а если слева – то левую. Мы уже встречались с примерами подобного рода, а также со случаями, когда надо использовать верхнюю или нижнюю часть, когда боль сосредоточена в верхней или нижней челюсти. Рисование кругов внутри объектов или снаружи, расположение лицом на север или на юг, запрет оглядываться назад, упор на то, что надо искать объект или убивать животных между колеями тележных колес, все это примеры учета положения и направления, о котором мы вскользь упоминали, обсуждая другие темы. Указание на то, что надо рвать растения, выросшие на голове статуи, или растения, укоренившиеся в решете, брошенном в изгородь, тоже свидетельствует о том, что надо принимать во внимание положение лечебного средства, так же, как и рекомендация брать траву, выросшую на берегу реки или на навозной куче.

Указание времени

Время имеет не меньшее значение. Операции стоит производить до рассвета, рано утром, ночью и так далее. Особенно важна фаза Луны. Нам сообщают, что больных малярией надо вымазать с ног до головы жиром черепахи. При этом подчеркивается, что черепахи обычно бывают самыми жирными на 15-ый день Луны, и что надо мазать на 16-ый. Однако здесь в дело вмешивается астрология и влияние планет; позже мы поговорим о том, как важно по Плинию производить нужные действия во время восхода Сириуса.

Соблюдение числа

Соблюдение нужного числа – еще одна особенность церемониала, описанного Плинием, о котором мы уже упоминали. Он также ссылается на труды Пифагора по этому вопросу и приписывает Демокриту работу, посвященную числу четыре. Плиний часто подчеркивает, что ту или иную операцию надо повторять трижды. Для лечения золотухи пеплом от сожженных гадюк, надо три раза по семь дней пить разведенный в воде слой пепла толщиной в три пальца. В другом случае надо принимать галльскую траву со старой колесной мазью, до которой не дотрагивалось железо. Перед этим пациент должен плюнуть три раза направо: лекарство станет еще более эффективным, если три человека разных национальностей смажут ему правый бок. Не следует пренебрегать и числом один. Очень важно, чтобы олень, например, был убит одним ударом. В ряде случаев в одной и той же операции объединяются числа три и один. Например, для помощи роженице надо бросить в дом камень или оружие, с помощью которого были убиты трое животных: человек, дикий вепрь и медведь, причем, каждый – одним ударом. Одну из примет, которая почти всегда сбывается, привел Пифагор. Если использовать нечетное число полотенец при наречении имени (given name) младенца, то в будущем этот человек будет страдать от хромоты, слепоты и болей в правом боку, а если четное число – то от болей в левом. В венке из смилакса, который прикрепляют для лечения головной боли, должно быть нечетное число листьев, а при диете, помогающей при болезнях желудка, надо поедать нечетное число улиток. Для мытья головы надо сварить десять зеленых ящериц в десяти секстариях масла, а для изготовления притирания, не позволяющего ресницам отрастать снова после их удаления, надо проткнуть пятнадцать лягушек пятнадцатью стеблями тростникового просо. Человек, который носил при себе определенный амулет, в течении пяти дней не должен появляться на глаза пациенту. И так далее.

Отношения между лекарем и пациентом

Эти отношения имеют очень важное значение для описанных Плинием процедур, особенно когда те или иные действия совершаются над пациентом и ради его излечения без его ведома. Но эти и любые другие бестелесные связи, существующие между лекарем и пациентом следует, вероятно, относить к разделу симпатий и антипатий.

Заклинания

С властью чисел тесно связана и власть слов. Плиний однажды сказал о заклинаниях, применяемых для предотвращения градобитий, что он не осмелится привести их слова, хотя Катон в своей работе, посвященной сельскому хозяйству, приводит аналогичные заклинания, состоящих из слов лишенных всякого значения, которыми, якобы, можно излечить повреждения конечностей. Тем не менее, Плиний не возражает против заклинаний или молитв, слова в которых имеют смысл. Он сообщает нам, что ocumum сажают с проклятьями и руганью, а когда семя бросают в почву, то молятся, чтобы оно не проросло. В другом случае сеятель должен работать голым и молиться за себя и своих соседей. В третьем случае, когда воспаленную опухоль лечат припарками, опытные врачи, по словам Плиния, считают необходимым, чтобы припарки делала обнаженная девственница. При этом она сама и ее пациент должны соблюдать пост. Дотронувшись до больного тыльной стороной ладони, она должна сказать: «Аполлон запрещает развиваться той болезни, которую лечит обнаженная девственница». Потом, убрав руку, она должна повторить это заклинание три раза и каждый раз вместе с больным плевать на пол. В другом отрывке Плиний пишет, что плевать три раза во время произнесения заклинания – это повсеместно распространенный обычай в медицине. Возможно, сила слов возрастает или обновляется, если прочищать горло. При сборе трав тоже иногда произносят заклинания. Стригущий лишай или экзему можно вылечить, плюнув на два камня, покрытых сухим белым мхом, и растерев этот плевок между ними, повторяя при этом греческое заклинание: «Летите Кантариды, вашей крови жаждет дикий волк». Абсцессы и воспаления лечат резедой, приговаривая при этом: «Резеда, сделай так, чтобы болезнь ушла. Разве ты не знаешь, разве ты не знаешь, что эти корни выкопал цыпленок? Пусть у них не будет ни головы, ни ног». В книге, которая следует за этим отрывком, Плиний обсуждает вопрос о силе слов при лечении болезней. Он приводит много примеров заклинаний, встречающихся в современных ему народных суевериях, в римской религии и в исторических хрониках. Он не сомневается, что римляне прошлых веков верили в силу слов, полагая, что если мы используем установившиеся тексты молитв и религиозных формул, то должны также признавать и силу заклинаний. Тем не менее, он добавляет, что самые умные люди не верят ни в то, ни в другое.

Отношение Плиния к любовным приворотам и контролю за рождением детей

Рецепты и советы Плиния, в основном, касаются медицины или сельского хозяйства, но он описывает, как мы уже видели, и магические процедуры, связанные с деторождением, обереги от яда и ядовитых гадов, а также приемы против колдовства. Много раз он заявляет, что любовные привороты (amatoria) его совсем не интересуют. В одном отрывке он объясняет это тем, что знаменитый военачальник Лукулл от такого приворота умер. Тем не менее, Плиний приводит в своей книге много рецептов, помогающих вызвать любовь. Это могут сделать некоторые органы, напоминающие по форме половые органы. Еще один пример ассоциации по сходству. Плиний выступает против средств, вызывающих выкидыши, но приводит взятый из «Комментариев» Цицилия рецепт, который применяют чересчур плодовитые женщины. Надо взять двух червяков, найденных в теле паука определенного вида, завернуть их в кусок оленьей шкуры и привязать к телу. Однако, по истечении года сила этого заклинания исчезает.

Плиний и астрология

Плиний посвящает лишь небольшую часть своих работ звездам и небесам, воздействующим на земные события, уделяя астрологии меньше времени, чем магии. Если бы он сильнее верил в астрологию, то, несомненно, посвятил бы больше места описанию звезд и их влиянию на земные дела. Тем не менее, он признает, что магия и астрология тесно связаны, и что «нет ни одного человека, который не хотел бы узнать, что ждет его в будущем, и который не думал бы, что это наиболее ярко демонстрируют небеса». Следует отметить, что все литературные произведения того времени подтверждают его заявления о широком распространении астрологии; поэты постоянно ссылаются на звезды, зная, что читатели хорошо разбираются в этом искусстве; те императоры, которые время от времени изгоняли из Рима астрологов, обращались после этого к другим ее адептам. В другом месте Плиний описывает человека, который «приписывает всякое событие отдельной звезде, согласно правилам рождения, и верит, что бог раз и навсегда установил ход событий и больше уже в них никогда не вмешивается». Так думали ученые люди и простые обыватели, и это породило оракулов, а также такие методы прорицания, как предсказания будущего по молнии, по внутренностям животных, и даже по таким пустякам, как чихание и наблюдение, с какой ноги человек встал. Более того, в списке людей, прославившихся своими достижениями в искусстве или науках, Плиний упоминает Бероса, которому афиняне поставили памятник за его умение предсказывать будущее по звездам. В другом месте, обсуждая «науку звезд» Плиний критикует теории Бероса, Нечепсо и Петозирия, гласящие, что продолжительность человеческой жизни определяют звезды, и яростно возражает против идеи гороскопов, утверждающей, что господа и рабы, короли и нищие рождаются одновременно. Он также весьма скептически относится к огромным числам – 720 тысяч и 490 тысяч лет, в течение которых, по мнению Эпигена, Бероса и Критодема, вавилоняне вели астрологические наблюдения, записывая их результаты. Из этих отрывков у нас складывается впечатление, что астрология была широко распространена и считалась наукой, но к гороскопам, по крайней мере, Плиний относился скептически. Тем не менее, мы не можем утверждать, что он отрицал влияние звезд на судьбу человека. В одной из глав он заявляет, что астронома Гиппарха нельзя перехвалить, поскольку тот сделал больше всех других, чтобы доказать связь человека со звездами и то, что наши души – это часть неба. Плиний высмеивает веру народа в то, что у каждого человека есть своя звезда, отличающаяся по яркости в соответствии с судьбой человека, что эта звезда восходит, когда он рождается, и гаснет или падает, когда он умирает. Здесь он даже не критикует идею гороскопов; он просто отрицает идею о том, что звезды зависят от судьбы человека – наоборот, это его жизнь определяется звездами.

Небесные предзнаменования

Плиний не сообщает нам, в каких отношениях находится человек со звездами; из его рассказа мы получаем так же противоречивые впечатления о различных небесных явлениях, которые предвещают будущее. В одном месте он говорит о том, что человечество в долгу у тех великих астрономов, которые освободили его от прежнего суеверного страха перед затмениями. Однако, он называет грозу небесным огнем, который изрыгает планета Венера и который «несет в себе предзнаменование будущего». Он также приводит примеры из римской истории о том, как кометы предвещали несчастье, и строит на этом свою теорию о том, что по ним можно предсказать будущее. О том, что сулят кометы, можно судить по направлению их движения, и по тому небесному телу, чью силу они получают, а более точно – по их форме и их положению по отношению к знакам зодиака. Плиний дает примеры полного затмения Солнца, хотя справедливо и то, что они продолжались необычайно долго. Он говорит, что простые люди до сих пор верят, что женщины могут породить затмения «с помощью колдовства и трав».

Звезды и мир природы

Помимо влияния, которое оказывает на судьбу человека расположение созвездий в момент его рождения, общие теории Плиния о влиянии звезд на земную природу довольно похожи на теории, выдвигавшиеся астрологами. Для него Вселенная – это Бог, «святой, вечный, всемогущий, вездесущий, словом, это наше все», а Солнце – это ум и душа всего мира и главный владыка природы. Холодная звезда заставляет звезду, приближающуюся к ней, бледнеть; а горячая – краснеть; ветреная планета придает расположенной с ней рядом хмурый вид. В определенных точках своей орбиты планеты отклоняются от обычного пути под влиянием солнечных лучей – а это невольно подтверждает гелиоцентрическую теорию. Плиний приписывает планетам обычные астрологические свойства. Сатурн – холодный и не твердый; Марс – пылающий огонь; Юпитер, расположенный между ними – умеренный и благоприятный для здоровья. Помимо влияния друг на друга, планеты воздействуют и на Землю. Венера, например, влияет на процессы роста во всех земных существах. Следуя, в некоторой степени, за «Георгиками» Вергилия, Плиний утверждает, что звезды указывают на недвусмысленные признаки смены погоды, и объясняет, как полезно для фермеров наблюдать за созвездиями. Он рассказывает, как Демокрит, благодаря своему знанию астрономии, сумел с выгодой для себя скупить урожай оливок и пристыдить делового человека, который насмехался над философией; и как, в другом случае, вовремя предупредил своего брата о приближающейся грозе. Однако Плиний принимал не все теории астрологов касательно управления звездами природой Земли. Он повторяет утверждение вавилонян, не разделяя их, однако, что три планеты вызывают землетрясения, а драгоценные камни сандастрос или грамантика, которые использовали в своих церемониях халдеи, тесно связаны со звездами. Он совершенно не верит в то, что существует камень шлоссопетра, имеющий форму человеческого языка, который, как утверждают астрологи, падает с неба во время землетрясений Луны, и незаменим для селеномантии.

Астрологическая медицина

Плиний рассказывает, как врач Кринас из Марселя сколотил себе состояние, составляя диету для больных и назначая часы их кормления в соответствии с движением звезд. Однако, сам Плиний не особо верил в астрологическую медицину, полностью отвергая сложную классификацию болезней и лекарств, которую к тому времени уже разработали астрологи с учетом прохождения Солнца и Луны через 12 знаков Зодиака. Тем не менее, в своих собственных рецептах он иногда принимает во внимание астрологические аспекты, говоря, например, о восходе Сириуса и фазах Луны. Плиний был убежден, что Собачья звезда (Сириус) оказывает на жителей Земли и процессы, происходящие на ней, большое влияние. Что касается Луны, то количество крови в человеческом теле увеличивается и уменьшается по мере того, как растет и убывает Луна, как увеличивается и уменьшаются моллюски и другие организмы в природе. А дотошные ученые выяснили, что даже внутренности у обыкновенной полевой мыши зависят от лунных дней, что муравей прекращает свою работу в период невидимой Луны, и что болезни глаз у некоторых вьючных животных также усиливаются и ослабляются в соответствии с ее фазами. Но в целом медицина и наука Плиния не столь сильно насыщена астрологией, как другие формы магии. Этот пробел в Средние века был заполнен идеями Птолемея, о вере которого в астрологию мы поговорим в следующей главе.

Заключение: магическое единство суеверий Плиния

Мы попытались проанализировать содержание «Естественной истории», чтобы выявить основные принципы и разделы магии, применявшиеся в сельском хозяйстве, и медицине, и описанные в «Естественной истории» Плиния. Это, однако, весьма искусственная и сложная задача, поскольку совсем не просто вычленить нужный нам материал из описания церемоний, или сведения о свойствах тех или иных объектов из отношений симпатии или антипатии между ними. Очень часто один случай служит примером для нескольких тем. Возьмем, к примеру, следующее предложение: «Фрасиллий утверждает, что нет никого более враждебного змеям, чем крабы; зато укушенные [змеями] свиньи ими лечатся, а когда Солнце находится в созвездии Рака, змеи корчатся от боли». Здесь мы встречаемся одновременно с антипатией, лекарственными средствами, которые используют животные, рассуждением, характерным для магии, построенным на ассоциации и сходстве, и вере в астрологию. И эта смесь, которую можно проиллюстрировать сотней других примеров из «Естественной истории», показывает нам, что все нити, за которые мы потянули, тесно между собой переплетены. Они все естественным образом соединяются в единое целое, принадлежат к одному и тому же длительному периоду развития мысли, представляют собой одну и ту же стадию умственного развития, они все являются частью магии.



[1] Тем не менее, К.У. Кинг в своей книге «Естественная история драгоценных камней» высказывает сожаление об утрате трактата Юбы. Он пишет: «учитывая его положение и возможности для получения точной информации, мы можем только сожалеть, что в своем каталоге он выдавал желаемое за действительное».

[2] Например, в труде Роберта Крикладенса из Оксфорда, приведены лишь отрывки со второй по девятую книгу Плиния. О труде «Космография мира», созданном Джоном Фри, который родился в Бристоле или в Лондоне, учился в колледже Баллиол в Оксфорде, позже стал профессором медицины в Падуе и доктором – в Риме, хорошо знавшим гражданское право и греческий язык, Кокс писал: «Эта книга – ничто иное, как собрание отрывков из «Естественной истории» Плиния, начиная со второй книги и заканчивая двадцатой». Интересно, использовал ли Джон Фри манускрипт, содержащий первые девятнадцать книг труда Плиния, который был создан в конце 12-го века в новом колледже Оксфорда, поскольку он часто называет вторую книгу «Естественной истории» первой?

[3] Лат. «Эксперименты во многих отношениях имеют первостепенную значимость» – прим. ред.

[4] Среди других свойств уксуса, помимо того, что он способен разбивать камни, Плиний упоминает следующий: если человек подержит уксус во рту, то ему не страшен перегрев в бане.

[5] Аулус Геллиус, X, 12, и Колумелла, VII, 5, не были согласны с этим. Тертелот (в «Происхождении алхимии») утверждает, что книги по алхимии, которые приписывают Демокриту, а также книги медицинских и магических рецептов, цитаты из которых приводятся в «Геопонике», были написаны членами Демокритовой школы, существовавшей в начале христианской эры.

[6] Например, в книге XXXVII, 14, он заявляет, что собирается опровергнуть «невообразимую чепуху колдунов», касающуюся драгоценных камней, но не приводит ни одной конкретной цитаты из их произведений до самой 37-й главы, посвященной яшме.

JL VK Group

Социальные группы

FB

Youtube кнопка

Обучение Таро
Обучение Фрунцузкому Таро
Обучение Рунам
Лекции по юнгианству

Наши партнеры Баннеры


Рекомендуем:
http://maap.ru/ – МААП – Московская Ассоциация Аналитической Психологии
http://www.olgakondratova.ru/ – Ольга Владимировна Кондратова – Юнгианский аналитик
http://thelema.ru/ – Учебный Колледж Телема-93
http://thelema.su/ – Телема в Калининграде
http://oto.ru/ – ОТО Ложа Убежище Пана
http://invertedtree.ucoz.ru/ – Inverted Tree – Эзотерическое сообщество
http://samopoznanie.ru/ – Самопознание.ру – Путеводитель по тренингам
http://magic-kniga.ru/ – Magic-Kniga – гипермаркет эзотерики
http://katab.asia/ – Katab.asia – Эзотерритория психоккультуры – интернет издание
https://www.mfmt.ru/ – Международный фестиваль мастеров Таро
http://www.radarain.ru/triumfitaro
http://www.agoraconf.ru - Междисциплинарная конференция "Агора"
классические баннеры...
   счётчики