Понедельник, 08 августа 2016 13:49

Карл Юнг- Эрих Нойман Переписка от 1935-1939.

Карл Юнг- Эрих Нойман

Переписка от 1935-1939.

15 J (27 апреля 1935 г.) с. 98

Кюснахт, Цюрих, Зеештрассе, 228.

27 апреля, 1935 г. (1)

Доктору Эриху Нойманну,

Сиркин Стрит, 37,

Тель-Авив

Дорогой мой Нойманн,

В первую очередь примите мои глубочайшие извинения за запоздалые ответы и тому подобное (2), я собрал всю Вашу корреспонденцию, чтобы ответить in globo и тогда, конечно, у меня не оказалось на это времени. В последнее время было слишком много разных событий. Однако Вы не должны думать, что обращаетесь ко мне с чрезмерным количеством запросов. Рано или поздно наступит момент, когда я смогу ответить. Я же обещал Вам это, в конце концов. Было бы желательно, чтобы Вы отмечали свои «частные» письма пометками «срочно» или как-то еще, тогда они будут рассматриваться в текущей переписке. Остальные письма, касающиеся еврейского вопроса, требуют ответа после некоторого осмысления и рассмотрения, и поэтому мне необходимо больше времени.

Теперь к Вашим общим вопросам:

Каждое фундаментальное изменение в психологической ситуации предполагает освобождение от одной психологической системы адаптации и требует новой. Вне сознательного рассмотрения этого процесса архетипы возникают на промежуточной арене, которая, как правило, остается бессознательной (3). Последующие события не лишены их влияния. Таким образом, сионизм содержит значительную часть еврейской истории, восстановление Израиля как нации, возможно, фантазии о национальной монархии и т.д. Архетипы становятся видимыми лишь косвенно, например, в воинственных аффектациях еврейских национал-социалистов (4) или в соответствующих фантазиях индивидуумов, или в возрождении иврита как повседневного языка. Важно: архетипы могут представлять опасность, поскольку они приводят к архаизации социальных и политических событий, или поскольку они вызывают феномены рационалистических и утопических реакций, которые предназначены как раз для подавления влияния архетипов. Архаизация проявляется в Европе в форме диктатур с ликторскими пучками (5), римскими приветствиями с одной стороны, свастиками, фюрером, героизмом, германской расой и т.д. с другой. Реактивная компенсация в марксизме, коммунизме et al. По существу, мы думаем одно и то же. Я только что кое-что сократил. Очевидное влияние родины и ее характеристик на психику – только одна половина материализма, для меня психика представляет собой нечто фундаментально существующее, при этом материальные условия могут оказывать влияние, но оно, со своей стороны, отдано на милость психических эффектов, и, в конечном счете, подвержено реальности идей. Опять таки, именно евреи предоставляют лучший пример этого!

Что касается России, американец, имя которого я забыл, замечает: «Если из всей революции, кроме пробуждения Мужика (6), ничего не вышло, то это само по себе уже достижение». Кстати, Мужик-то начинает спорить.

Без сомнения, Вы правы, оспаривая мое суждение о евреях, ведь я основываюсь при этом только на внешнем аспекте. Каждое суждение, когда оно выносится, сначала должно быть односторонним, чтобы позже пройти коррекцию более общим наблюдением. Поэтому Вы критикуете совершенно правильно. Я должен был бы почувствовать себя глубоко пораженным своей односторонностью, если бы не осознавал ее постоянно. Перед тем, как защитить себя, я хотел бы совершить еще несколько шагов по этому греховному пути и добавить, что даже марксистское открытие (и я ни в коей мере не любитель марксизма) о том, что религия - «опиум народа» (7), в определенном аспекте, к сожалению, попадает в самую точку. Каждая религия несет в себе опасность стать наркотиком, даже марксизм. Другими словами, гигантская летаргия и ленивое мышление человеческого существа может все и каждое использовать с этой целью – а с другой точки зрения, может и нет. С этой определенной точки зрения, противоположность всего – правда, тогда дух является порождающим, не смотря на социальные обстоятельства, тогда это вопрос не безопасности или опасности жизни, не коллективизма или индивидуализма. Такие заботы актуальны только до тех пор, пока человечество не испытает влияние духа. Этот дух проявляется и в царском дворце, и в лачуге нищего. Дух обращался ко мне лично, не как к представителю народа, расы или человечества. Я мог бы быть и животным, и растением. Но я только один единственный «сущий», самый необычный и императивный двойник Бога, для которого я столь же фундаментален, как он для меня. Этот диалог в безграничной вечности более велик, чем любые миллионы граней и градаций так называемой реальности, когда я там пребываю. Если я не там, то я «раб мирского», замаскированный в роковой роли человека в определенном времени, в определенном месте, неразрывно связанный корнями с историей, нацией, кровью, почвой, а также коллективными мнениями. Перед лицом этой связи нечто во мне взывает об искуплении.

Но этот голос означает неспособность забыть об изначальном мире досознательного существования, страстном желании повторного растворения всех структур во Всем, что является единственным истинным бытием. Индийское «neti-neti» (8) выражает это наиболее сильно. Но мне кажется характерным то, что Койген (9) пишет о семитах: не смотреть назад, но принять роль, которая меня ждет, и позволить себе быть названным Президентом Общества Психотерапии и назначенным профессором Швейцарского Федерального Совета. Если так должно быть, значит, так должно быть, потому что этот и многие другие несомненные факты меньше заслуживающие упоминания, учат меня быть непохожим на Бога. Ибо это воля Его, что я стал тем кто «есть», что я стал его двойником. Я обещал себе не позволять никакого прославления на земле вне этого, ибо я знаю, что само мое существование вырывает хлеб из рук другого. «Предельная реальность» - это, конечно же, моя цель, мое принятое в тяжелом труде решение, которое ведет меня прочь, на неопределенное расстояние от Бога. Мне не позволено оглядываться, даже на Бога, иначе я промахнусь мимо цели, которая, буквально, состоит в том, чтобы оказаться в наиболее исключительной, наиболее интенсивной «таковости», где со мной, наконец, заговорит Божественность. Все полезное и так сказать хорошее, что я могу сейчас сделать, это только безвредное, ибо так я никогда не забуду себя.

Дифференциации Койгена, являются, в целом, правильными. Внутренне определяемое, пророческое, преисполненное духа томление и внешне определяемая потребность, которая вызывает желание завладеть миром и дать ему новую форму, характерны для семитского религиозного чувства. Столь же характерно для «индогерманского» ощущение, которое живет в мире и его полноте, которое интуитивно постигает высшее существо в символизации становления и кончины. («Все, что должно исчезнуть, всего лишь притча». (10)) Хотя некто стремится сформулировать этот контраст, главное, что он существует, и он выражает специфически иной темперамент.

Если вы обнаружите, что вы стоите, неся в себе грозное и обнадеживающее предзнаменование, в середине антитезы, подразумевается, что вы находитесь на грани, и видите и одну, и другую стороны. Это, несомненно, имеет отношение к вашей психологической деятельности, приучившей вас видеть и думать в антитезах. Но тот, кто обнаружил, свой собственный внутренний контраст, потерян для исключительной искупительной единственной истины. Основной вопрос всякого познания не в том, что истинно или ложно, но в том, что есть истинная ложь или ложная истина. Нас более не поражает то, что «героизация» земли – это катастрофическая утопия, а символизация событий – прекрасный сон, и что оба эти понятия являются жизненно важными истинами, без которых сознательная жизнь была бы чистым безумием.

Этот факт, кажется, повторялся много раз в ходе истории: идея возникает, прежде всего, как бессознательное действие группы или народа, и только гораздо позже становится «сознательной» концепцией. Появление Бога в человеческом обличье из Царства Божьего древних империй через трансформацию, которая изображается как искушение Христа, - вот крайняя степень реализации такой концепции. Можно было бы сделать вывод о том, что всякое движение, которое захватывает народ в целом, является таким бессознательным действием, концепция которого становится предметом сознания только в гораздо более поздний момент. В настоящее время кажется, что это понимание пришло к евреям раньше, чем к другим расам, что, на мой взгляд, объясняется их чувством завета с Яхве и тем, и что они являются избранным народом. На самом деле, именно из Израиля появился Христос, провозвестник идеи. Хорошо известно, что ничто не связывает соотечественников сильнее, чем общее (духовное) движение. И ничто так не укрепляет веру в невидимое провидение больше, чем невидимость и неизвестность происхождения движения в бессознательном. Избранность народа и их связь с Яхве представляет собой социальную промежуточную ступень между фараоном и Богочеловеком, как и идея человеческой сущности Бога, реализованная на первоначально коллективном и до сих пор бессознательном уровне. Можно было бы описать этот уровень как «объектный уровень» христианской идеи. С Христом достигается «субъектный уровень» идеи, ибо Христос есть Единородный (Unigenitus) сын Божий, представляющий собой сумму того, что составляет избранность в древнем Израиле. С психологической точностью, он считает себя, тем, кто выполняет «закон и пророчества». Христианство как духовное движение, которое, в свою очередь, было инициировано появлением «Filius Unigenitus» (11) также может рассматриваться как объектный уровень новой, пока еще неосознанной идеи, а именно, индивидуации. В древнем Египте идея Осириса символически проходит через это развитие от древней империи до эпохи Птолемеев в предвосхищение, поскольку Бог Осирис постепенно эволюционировал от Осириса фараона в Осириса всех лучших людей. Поэтому следует ожидать, если все вокруг нас не обманывает, такие проявления в последующей психологической истории человечества, как, скажем, национал-социализм, который с его чрезмерной властью «фюрера», совокупной мощностью государства, почти религиозным почитанием символа свастики и некоторыми антихристианскими тенденциями, не говоря уже о восторженных массовых движениях, демонстрирует все характеристики промежуточной стадии в первоначальном процессе Христового становления человеком. То, что Гитлер многажды почитается как «спаситель» на самом деле, его портрет иногда даже украшает алтарь, и что свастика (12) не останавливается даже перед церковными дверями, доказывает расширение или спуск богочеловечности в регионы гуманизации или подъем нового понятия в германском духе, который он, так или иначе, испытывает ложно (или психологически правильно) в фатальной зависимости от приоритета еврейского (hinc illae lacrimae / вот откуда эти слезы) (13) как избранности белокурой и голубоглазой расы. Эпизод искушения и исповеди: «Царство Мое не от мира сего» (14) пока еще отсутствует. (В настоящее время, надежды социальных и политических движений, как и определенные надежды Ветхого Завета, что все язычники будут поклоняться в Иерусалиме или как древнехристианское ожидание parousia (Второго Пришествия) (15).

Ничто не может стать сознательным, что сначала не было принесено в жертву, отсюда символ жертвы Христа. Его позорная смерть на кресте доказывает, что идея Богочеловека возникла из бессознательного состояния всей расы. И отсюда дальше открыт путь к универсальности.

Я думаю, что вы несправедливы ко мне, когда предполагаете, что я рассматриваю Новый Завет как такой, который, по сути, является развитием Ветхого Завета. Ветхий Завет, за исключением нескольких поздних текстов, самостоятельный мир с таким сильным и специфическим характером, что он может только подвергнуться упадку или продолжить существовать. Новый Завет (включая Иова, Екклесиаст и Книгу Мудрости), мне кажется, в значительной степени, греческим, а не еврейским. Он, кажется, не имеет ни малейшей связи и с языком, которым написан Новый Завет. Он больше задуман не на еврейском, а на греческом языке. В этом смысле я также говорю о «племени» (если вам нравится, о 12 коленах / племенах). Совершенно независимо от того факта, что сам Ветхий Завет настаивает на «избранности народа» и их племенной структуры, единство Ветхого Завета говорит о замкнутости в значительной степени унитарного народа – небольшого народа, который может быть описан как «племя», по крайней мере, в психологическом плане. Я не рассуждаю здесь о понятии расы, потому что можно было бы легко представить себе, что первоначальные «евреи» были смешанной расой первого порядка.

Я ни в коей мере не игнорирую «намеренно» исторический «материал» Ветхого Завета. Я признаю его неоценимым и священным духовным наследием древнего народа, который, на мой взгляд, однако, можно рассматривать лишь косвенно, по сути дела, в качестве сравнительного материала. Я смотрю на это, как на Дао Де Дзин (16) и Упанишады (17). Я интересуюсь непосредственно только христианством, и самым непосредственным образом в большинстве современных проблематик, что указывает на пребывание за пределами всей исторической причинности. Должно ли быть в этом существенное отличие от евреев? Изменение и развитие в догмах католической церкви (например, появление непогрешимости Папы, (18) культ Святого Сердца, (19) и т.д.), представляется мне прочным ростом, как изгнание протестантизма и его стократный раскол на группы. Ошибаюсь ли я, если мне кажется, что, для евреев, речь идет либо об увековечении древнего завета с Богом или о разрыве до самых корней?

То, что Вы говорите о коллективности цели, которая исключает индивидуализацию личности относится не только к евреям, но и к церкви. Церковь является идеальной заменой для избранности народа, и, благодаря своей духовной природе, универсальной, в отличие от расовых связей евреев «в обрезании». Так как Вы считаете индивидуализацию «универсальной» метафизической задачей даже для евреев, Вы согласны с моей точкой зрения, но Вы ставите себя в противоречие с исторической определенностью. Я делаю то же самое, но, в соответствии со своими демонстрациями выше, с меньшим количеством исторических разногласий, поскольку я «только» привязан к признанию идеи, но не исторически к «народу внутри меня.» «Племенные» национальные связи с их уединенным характером, кажутся мне совершенно отдельными от их историко-психологического значения (19) - примитивным реликтом, по сравнению с постоянно развивающейся эволюцией в христианском мире идей, которые только производят впечатление совпадения с мировоззрением раннего христианства, и что, в любом случае, никогда не было национальной связью, но, с самого начала, в основном имело универсальный характер.

Современные события в Германии – в некотором смысле контрдвижение к всемирности немца, которым он, конечно, очень гордился – не совсем без причины – и, в то же время, это возврат к этим же примитивным пережитками, племенной связи, которая хочет втянуть религию еще раз в круг своего влияния. Но это происходит задом наперед: еврейская расовая связь была результатом завета с Богом, в то время как политическая расовая связь даже стремилась национализировать Бога. Духовная секуляризация немцев состояла в противоречии с их фактическими национальными и физическими связями; поэтому, рано или поздно что-то должно было случиться, чтобы показать народу, что к чему. Небесный Отец уже давно знал об этом, и именно поэтому совершенно излишне присоединять его к немецкой нации. Колесо истории нельзя повернуть назад.

Я полностью согласен с тем, что вы говорите об «обособленности» евреев. Что меня всегда поражало в евреях, так это их способность распознавать или интуитивно схватывать ценности или возможности и поощрять их. Предвестник всегда на один шаг впереди. Конечно, эта еврейская характеристика представляет опасность, но и дает неоценимое преимущество, которое вновь и вновь предоставляет Еврею его место в обществе. Обстоятельства не благоприятствуют предвестнику, если народ или даже человечество, должно попасть в спицы слишком быстро крутящегося колеса событий, потому что они могут оторваться от земли.

Никоим образом нельзя отрицать то, что еврейское культурное наследие присутствует повсюду. Пророческий характер еврейского духа расставляет точки над “i” во всем мире. Эллинизм, с его бесконечной полнотой мысли, не достиг бы своего пика без еврейского вклада. Он утонул бы в своих собственных водах, если бы не еврейская инициатива.

Еврея лучше понимать как закваску, действие которой не должно простираться слишком далеко. Если народам земли пришлось оказаться отрезанными от своей истории и связи с почвой благодаря действию еврейской закваски, как это случилось с немецким народом, то следствием этого становится реакция, когда весь народ делает то, что должен был сделать каждый отдельный человек. Это «должен» – тривиальный антропоморфизм, ибо «должен» несоизмерим с концепцией истории. Исторический ток событий представляет собой последовательность иррациональных фактов, для которых задним числом придумывается подходящая причинно-следственная связь, условно объясняющая, что все должно было произойти таким образом. Нам удается определить, что тенденция национальной «индивидуации» проходит через мир, и что антисемитские настроения возникают из нее не только в Германии. Конечно, здесь я ставлю индивидуацию в кавычки, поскольку «коллективная индивидуальность» является contradictio in adjecto (явным противоречием). Было бы лучше сказать «индивидуализация», которая находит свое яркое выражение в Италии и Германии через фигуру доминирующего фюрера, возвышающейся над [всем остальным].

Теперь относительно очень больших трудностей, с которыми Вы боретесь. Я попытаюсь вкратце изложить мои мысли об этом. Индивидуация - противоположность любой исторической или этнической обусловленности, поскольку приводит к коллективным связям, которые перевешивают решения Самости. Эта условность – всегда трагическая ситуация, в которую мы неисправимо погружаемся в первую очередь. Но «царство» не бывает «от мира сего». «Самость» есть и остается загадочной, не от мира сего, стремящейся стать видимой до определенной индивидуальной и судьбоносно разной степени, благодаря или вопреки условности ситуации. Эволюция Самости - тайная и абсолютная цель на трансперсональном уровне. Мы, люди, - объект этой эволюции (или, как очень хорошо сказано в средневековой мудрости: philosophus non est magister lapidis, sed potius minister (21)). Тем не менее, там, где мы являемся субъектами, мы не можем сделать ничего, кроме как использовать данные нам средства. Т.е., будучи только «эго», мы полностью связаны народом и историей. Вот почему «индивидуация» никогда не может быть реализована «эго» и его намерениями. Мое участие в ходе истории, как мне кажется, незначительно. Поскольку я считаю, что есть еще другие, способные к высшим достижениям сознания: осознания того, что события представляют собой иррациональный поток в котором, с помощью которого и против которого проявляется Самость в пространстве и времени. Если мы хотим возвести Царство Божье на земле или небесное царство после смерти, значимой мне кажется только человеческая порядочность, которую никто не может обойти не причинив вреда, ибо так объявляются благие намерения. Мы должны сделать что-то в конце концов, ибо только в нашем действии, исполненном силы, действительно появляются Самость.

Да, ленивым нельзя передать тайну. Как нельзя ее передать злонамеренным и благонамеренным идиотам. Один из старых мастеров очень мудро сказал: если Бог открывает вам тайну, Он также дает благодать надлежащей проницательности (22).

Надеюсь, мне удалось в какой-то степени изложить Вам свои взгляды. Тема настолько сложна, что у меня не возникает не малейшего сомнения в моей неспособности прояснить столь темную материю. Мы ходим вокруг значимого центра по дугах и спиралях, и не должны бояться заплывать в глубину.

Я, конечно, не ответил на все вопросы, слишком часто отвлекаясь в этом письме. Но я надеюсь, что в своем ответе Вы дадите мне знать об упущениях.

Всегда верный Вам,

К. Г. Юнг (23)

(1) Рукописная версия этого письма (A) датирована 17 февраля 1935 г.. Окончательная машинописная версия (B), содержащая некоторые рукописные правки и изменения, была отправлена Нойманну 27 апреля 1935 г. и публикуется здесь. Отличия между двумя версиями (за исключением правописания) и правки в версии В будут отмечены в примечаниях.

(2) Версии А и В содержат предложение «К настоящему прилагается сертификат». Но в версии В предложение вычеркнуто вручную.

(3) Версия A содержит следующее – то, что было вычеркнуто: «Что ведет к компенсации или к современному применению. Обе возможности могут иметь как благоприятный, так и неблагоприятный эффект, другими словами, сионизм».

(4) Юнг обращается к отрывку из письма Нойманна 8 N (A), где Нойманн предупреждает об архетипической опасности сионизма, который может сверх-компенсировать еврейскую эмансипацию новой ортодоксией, коммунистическим коллективизмом и ревизионистским национализмом. Двусмысленность использования Юнгом термина «еврейские национал-социалисты», кажется, относится к последнему. Ревизионистские силы были политически организованы в Ревизионистский Сионистский Альянс, основанный Зевом (Владимиром) Жаботинским в 1925. Уже в 1923 г. Жаботинский основал молодежное движение Бетар в Риге, в Латвии. Движение быстро стало главным защитником воинствующего сионизма и приобрело много последователей в еврейских общинах во всем мире. Изначально Бетар политически склонялось к фашизму Муссолини, восхищаясь его антикоммунизмом, и даже приняло фашистскую форму и ритуалы. Вопреки его правому националистическому крылу и милитаристской направленности Бетар твердо противостояло Национал-Социализму и сформировало основную силу в движении сопротивления в Нацистской Германии и на оккупированных территориях. Члены Бетар были задействованы в организации и реализации восстания в Варшавском Гетто.

(5) Ликторские пучки или фасции, лат. fasces lictorae: Связка деревянных прутьев, из середины которой торчит лезвие топорика. Символ власти магистрата в Древнем Риме. Фасции носили ликторы. Кроме того их использовали как символы множественных политических движений и правительств. Они больше ассоциируются с итальянским фашизмом, который получил свое имя от фасции.

(6) Мужик – русский крестьянин, обычно ассоциируется с имперской Россией.

(7) См. Neumann 8 N (A), № 4.

(8) neti-neti (образовано от na iti, “не так”): Высказывание происходит из Упанишад, в частности, из Авадхута Гиты, представляет собой ответ на попытку ученика достичь позитивного описания транцедентного «Я» или Брахмана, означает «не этот и не тот». Веданта Джаньяна-Йога использует neti-neti vichara (neti-neti исследование) чтобы достичь высшего состояния сознания через сознательную не-индентификацию в пространстве мира.

(9) См. Neumann 8 N (A), №. 5.

(10) Заключительные строки Второй части «Фауста» Гете. “Все быстротечное - / Символ, сравненье. /Цель бесконечная /Здесь - в достиженье. /Здесь – заповеданность / Истины всей. /Вечная женственность / Тянет нас к ней.” (Goethe, 1833; p. 288). Обсуждение Юнгом финальной расплаты Фауста «Фауст» часть 2. см. Bishop (2009, pp. 122-23).

(11) Filius unigenitus, лат. “сын единородный.”

(12) Свастика, от санскритского su, “хорошо”, и asti, ‘есть”, означает “удачливый” или “благоприятный”: Древний символ солнца, первые археологические находки могут восходить к цивилизации Долины Инда; ассоциируется главным образом с индийскими религиями: индуизмом, буддизмом, джайнизмом. В индуизме свастика означала пробуждение энергий Шакти. Ее использование как талисмана удачи широко распространено в Азии. Гитлер взял правостороннюю свастику как эмблему НСРПГ как символ утверждаемого превосходства арийской расы. Юнг говорит о символе свастики и ее адаптации НСРПГ на семинаре о «Заратустре» Ницше 13 февраля 1935 г: “А эти чрезвычайно компетентные национал-социалисты, с которыми я говорил в Германии, не знали, что их свастика поворачивается не ту сторону. Кто-то обратил их внимание на это очень неделикатно, и они вдруг ответили: «Доктор Юнг объяснил нам, почему свастика поворачивается не в ту сторону». Очень затруднительный вопрос! Конечно же, они надеялись поставить меня в затруднительное положение. Но видите, хотя она движется не в ту сторону, когда вы смотрите на нее, если вы поставите себя в центр национал-социалистской свастики, она будет двигаться в правильном направлении. Символ имеет далеко идущие последствия; она имеет определенный психологический смысл, каким бы он ни был. Так что я думаю, на самом деле, это важно, что свастика движется не в ту сторону» (Jung, 1934-39, pp. 372-73). Кроме того, в своем выступлении в 1935 г. в Медицинской Школе Цюриха, на тему «Принципы практической психотерапии» (“Grundsatzliches zur Psychotherapie”), где свастика используется как пример политической группы, ищущей пристанища в мифологическом символизме (Jung, 1935a, § 20), а так же в лекции Эраноса в 1934 г. Юнг отмечает: «Если тридцать лет назад кто-нибудь осмелился бы предсказать, что наше психологическое развитие будет направлено в сторону возрождения средневековых гонений на евреев, что Европа снова будет трепетать перед римскими фасциями и поступью легионов, что люди вновь будут салютовать римским приветствием, как две тысячи лет тому назад, и что вместо христианского креста архаическая свастика будет вести вперед миллионы воинов, готовых к смерти, такой человек был бы освистан как мистический дурак» (Jung, 1935, § 98). В письме к Мари Меллон от 24 сентября 1945 Юнг утверждает, что он «уже бросил вызов нацистам в 1934 г. на большом приеме во Франкфурте в доме барона Шницлера, директора концерна И. Г. Фарбена. Я сказал им, что их свастика, вращающаяся против часовой стрелки, подобна водовороту, затягивающему в пропасть бессознательного и зла». (JA). На лекции в Эраносе в 1933 г. он интерпретирует вращение левосторонней свастики как движение в бессознательное, в то время как правосторонняя свастика вращается в сторону сознания и освобождения от хаоса бессознательного. (Jung, 1934d, § 564). Перед своей аудиторией в Институте Медицинской Психологии (клинка Тависток, Лондон) 14 октября 1936 г, Юнг объяснял психологическое значение свастики как мандалы: “Мандалы часто имеют форму вращающихся фигур. Одной из таких фигур является свастика. Мы, таким образом, можем интерпретировать ее как проекцию бессознательной коллективной попытки формирования компенсаторной унифицированной личности» (Jung, 1936c, § 1332).

(13) Латинское «Вот откуда эти слезы». Идиома используется для обозначения, что истинная причина действия или события обнаружена. Впервые прозвучала в комедии Теренция «Девушка с Андроса» (Andria): “hinc illae lacrumae, haec illast misericordia” (“Вот откуда эти слезы, это сострадание”).

(14) Иоанна 18:36: “Иисус отвечал: Царство Мое не от мира сего; если бы от мира сего было Царство Мое, то служители Мои подвизались бы за Меня, чтобы Я не был предан Иудеям; но ныне Царство Мое не отсюда.” (Библия Короля Иакова).

(15) Parousia, по-гречески – второе пришествие; для христиан – возвращение Иисуса Христа, как последний суд и установление Тысячелетнего Царства.

(16) Дао Де Дзин, китайский текст, приписываемый (мистическому) автору Лао-Цзы. Изначально передавался как часть устной традиции, был записан примерно в 400 г. до н. э. Учение Лао-Цзы – главный краеугольный камень философских основ даосизма. Интерес Юнга к даосизму впервые возник благодаря его работе «Психологические типы» в период между 1915 – 1920 гг. В книге Юнг пишет про объединяющие символы китайской философии и широко цитирует Дао Де Дзин. (Jung, 1921, §§ 358-69). Он связывает Дао как средний путь между противоположностями со своей концепцией психологической целостности. В 1920-е годы контакт и дружба с Ричардом Вильгельмом (1873-1930), переводчиком Дао Де Дзин (Wilhelm, 1911), еще более усилила его интерес к даосизму. И-Цзин, переведенная Вильгельмом 1924 г.(Wilhelm, 1924), вдохновила Юнга на создание концепции синхронии (см. речь Юнга, посвященная Вильгельму [Jung, 1930]). Он просил Кэрри Ф. Бейнса дать ему английский перевод, который был опубликован в 1950, Юнг написал к нему предисловие (Jung, 1948/1950). Основным моментом сотрудничества Юнга и Вильгельма стал его психологический комментарий на книгу даосской йоги «Тайна золотого цветка» - также переведенной Вильгельмом. (Wilhelm and Jung, 1929; Jung, 1929). Как комментатор он указывал: даосское мышление послужило инструментом для разработки юнгианских концепций «Самости» и «Синхронии». (Coward, 1996). В библиотеке Юнга насчитывалось несколько изданий Дао Де Дзин: (1.) Lao-Tse: Le Tao Te King. Le Livre de la Voie et de la vertu. (Лао-Цзы: Дао Де Дзин. Книга пути и благодати, 1842); (2.) Lao-Tze’s Tao-Teh-King. Chinese-English (Дао Де Дзин Лао-Цзы. Китайский-Английский, 1898); (3.) Lao-Tzu: Tao Teh King (Лао-Цзы: Дао Де Дзин, 1922); и (4.) Tao Te Ching: A new translation by Ch’u Ta-Kao (Дао Де Дзин, новый перевод Чу Та-Као, 1937). Юнг также владел копией книги Вильгельма «Лао-Цзы и даосизм» (Lao-Тse und der Taoismus )(Wilhelm, 1925). Подробнее о Юнге и даосизме см. Khong и Thompson (1997).

(17) Упанишады, от санскритского sat “сидеть”, префиксов upa и ni, что означает «сидеть близко к (своему учителю)», коллекция более двухсот индийских текстов (хотя традиционные 108 упоминаются согласно счастливому числу в индуизме), самая ранняя датируется вторым тысячелетием до н. э. Они рассматривались как секретные учения, передаваемые изустно от учителя к ученику. Упанишады могут также рассматриваться как комментарии к усовершенствованию учений древних четырех Вед, таким образом, они относятся также к Веданте (завершение Вед). Первое письменное упоминание Юнгом Упанишад можно увидеть в «Психологии бессознательного» (Wandlungen und Symbole der Libido) (1912), где он предлагает психологическое прочтение отрывков из Упанищад в Ригведе. (Jung, 1912, §§ 243-45). О Юнге и индийском мышлении см. Coward (1985), Shamdasani (1996), и Sengupta (2013).

(18) Догмат о папской непогрешимости был принят на Первом Ватиканском Соборе в 1869-70 под руководством папы Пия IX.

(19) Поклонение Святому Сердцу Христову восходит к средневековью, но в первую очередь ассоциируется с видениями Святой Маргариты Алакокской (1647-1690). В центре этого культа лежит убеждение, что физическое сердце Иисуса Христа представляет свою божественную любовь к человечеству. В энциклике Annum Sacrum Папы Льва XIII был издан указ о посвящении всей человеческой расы Святому Сердцу Иисуса, 11 июня 1899 г.. Это посвящение затем осуществляется Папой Пием X в качестве ежегодной практики. Кульминацией поклонения Святому Сердцу стали энциклики Miserentissimus Redemptor (8 мая 1928), в которых Пий XI подтвердил истинность видения Христа святой Маргаритой Марией и постановил, что те, кто предан Сердцу Иисуса, будут наделены небесными милостями.

(20) Версия A: “достижения коллективной индивидуации”.

(21) “Et sic Philosophus non est Magister lapidis, sed potius minister” (“И так философ не хозяин камня (lapis), но слуга его”) (Rosarium philosophorum, p. 356). Юнг цитирует строчки из своей лекции в Эраносе, в 1935 г. «Символы сновидений и процесс индивидуации» (Jung, 1936a, German: p. 57; English: p. 136). Он переработал материал для «Психологии и алхимии» (Jung, 1944, § 142). Цитата вновь появляется в «Психологии переноса» (“Die Psychologie der Ubertragung”) (Jung, 1945, §531).

(22) Версия B снабжена рукописным добавлением: “gloria dei est celare verbum” (Притчи 25:2 [Vulgate]: “gloria Dei celare verbum”; “Слава Божия — облекать тайною дело, а слава царей — исследовать дело”. [KJB]).

(23) Версия B содержит рукописное добавление: «О Вашей чрезвычайно интересной работе я напишу позже»

16 N (27 июня 1935) с. 110

27. VI. [1935]

Дорогой профессор,

Я в огромном долгу перед Вами, ведь до сих пор не поблагодарил Вас за такое длинное и чрезвычайно важное письмо, а так же за то, что послали мне свою работу по архетипам (1). Мое письмо пересеклось по дороге с Вашим, и я надеялся, что смогу написать достойный ответ, но мои дела и сильная жара не давали мне взяться за письмо. Даже сегодня я посылаю всего лишь короткую записку, и ничего более. Я сейчас нахожусь на начальных этапах работы о хасидизме (2), в которую хочу углубиться, так что не так много остается «сил», к тому же, многое должно быть «проработано», прежде чем о нем можно будет говорить.

На это лето я свой курс закончил; моя «эффективность» ограничивается сильно растущей практикой и частной работой. Я буду продолжать постепенное развитие аналитической психологии. В настоящий момент я в любом случае должен хранить молчание, поскольку дело Кирша, к сожалению, создало большое сопротивление по отношению к аналитической психологии и усилило статус-кво. Тот факт, что фрейдисты наслаждаются моментом, не так плох, но смущает, что даже к квалифицированным людям возникает подозрительное отношение. Самое неприятное, что против них ничего и не скажешь. Я очень сожалею, что не смог тщательно обсудить с Вами вопрос анализа аналитиков, он вызывает у меня наибольший интерес, практически и теоретически. Многое можно сказать о методах фрейдистской школы, о ее принципах подготовки и супервизии анализов, хотя я знаю, что для аналитической психологии, с ее основным акцентом на сути бытия аналитиком, это сложнее. Пожалуйста, не поймите меня неправильно, каждый аналитик делает ошибки, и я каждый день замечаю, насколько сложнее, ответственнее, и важнее становится каждый анализ, особенно здесь, в Палестине. Теперь у меня есть определенное представление о работе Кирша, и я храню полное молчание. (Человек шесть из его пациентов теперь со мной - заканчивающие анализ и другие)

Нельзя ли ему оказать помощь путем анализа? Пожалуйста, будьте так добры, скажите мне, насколько это возможно для Вас, если мое впечатление ложно. Как мне кажется, он не достаточно научился пользоваться точкой зрения аналитической психологии. Тот факт, что он не понял типы, плох только в том, как он применяет их: например, уговаривает сторонящегося реальности интуитива, что он представляет собой чувствующий тип. (Я полностью осознаю недостоверность признаний пациентов. Меня убеждает только единодушие.) Самое худшее в нем, помимо инфляции и любопытства, кажется мне, отсутствие у него психологической чувствительности, что меня удивляет, ведь он, на самом деле, довольно теплый человек. Его персональное невежество относительно «религиозной проблемы» поражает меня больше всего. Возможно, он экстраверт и от этого отталкивается. Он постоянно «продолжает» обращаться к «религиозной проблеме» и убеждает людей, что у них она есть, и таким образом он отпугивает их от их центра. Именно для Палестины это катастрофа, потому что, для евреев центральной проблемой является религиозная. Он охвачен мощнейшим сопротивлением. К. действительно может отпугнуть от этого.

Если я сейчас не задаю некоторые вопросы, то это потому, что ответ на них совершенно ясен, благодаря Вам, но даже при этом я хотел бы получить подтверждение. Ведь Кирш, в конце концов, Ваш ученик, и Вы прислушиваетесь к нему и его жене, Вашей лучшей ученице.

Я отказываюсь навязывать религиозную проблему кому бы то ни было, но во многих случаях я вижу в ней основную цель анализа, вижу, что она становится очевидной, как центр, «сама собой», то есть, в пределах опыта анализа, что, как мне кажется, соответствует структуре бессознательного. Не стоит много говорить о религии перед людьми здесь, или вообще перед людьми нашего времени, но мы должны позволить им пережить этот опыт. Можно говорить только о так называемых богословских проблемах, то есть, Вы должны использовать мышление.

Я не интерпретирую сны, сваливая их все вместе, гуртом, используя это как возможность озвучить мои ассоциации. Напротив, я стараюсь делать так, как Вы говорили об этом на семинарах, (3) с помощью установления контекста, кропотливо используя восстановительный метод в случае личного бессознательного, то есть, скорее восстановительный метод в контексте конструктивной методологии. Там, где он заканчивается, я рискую, очень осторожно «сдабривая» материал своими собственными ассоциациями с постоянной готовностью к пересмотру. Если исчерпан личный материал, работа с коллективными сновидениями и символами сильно отличается от этого. Здесь я привожу коллективный материал и его значение. Доктор Адлер сказал мне однажды, что Вы все больше и больше отказываетесь от использования ассоциаций (так было и в моем собственном анализе). Но я думаю, правильно не делать общего вывода о методологии, а скорее придерживаться Вашей точки зрения, высказанной на семинарах.

Кирш когда-то говорил о «чтении снов». Не мне, кстати. Я не делаю этого, я работаю с ними, я могу только изредка читать коллективные сны. В своей работе с Вами (4) (и это был мой частный случай), это зависело, я считаю, не от личного бессознательного, но, как Вы и сказали, от прорыва перспективы к Самости и коллективному бессознательному, и это, следовательно, одновременно вытянуло меня из себя в мир. С госпожой Вульф личное бессознательное проявило себя в полную силу - как хорошие, так и плохие аспекты. Если Вы так работаете в каждом конкретном случае и, возможно, больше заинтересованы в этом (семинары), - благодаря центральной позиции, которую занимают открытия коллективного бессознательного в Вашей жизни и работе. Во-первых, потому, что другие могут сделать что-то новое, во-вторых, потому что эти проблемы приходят к Вам и должны прийти к Вам, я не буду превращать все это в методологию. Конечно, здесь присутствует научная проблема, которая отнюдь не всегда наблюдается в личном материале пациента *. [С примечанием: * насколько это для него поддается определению] Мне кажется неправильным «говорить» кому-то с сексуальной проблемой о религиозной проблеме, - ни религиозной проблеме, ни пациенту просто этого не нужно. (Такой прием не имеет смысла. Я часто пытался использовать его в моих ранних опытах.) Несмотря на это, религиозная проблема может быть структурно центральной, а сексуальная проблема вторичной, но для пациента это должно становиться очевидным постепенно, изнутри, в ходе анализа сновидений, а не потому, что он слышит подобное заявление из моих уст. Только Самость должна говорить на этом языке, я должен быть непритязательным.

Я надеюсь, дорогой профессор, Вам будет ясно, что дело Кирша важно для меня не из-за него лично, а:

1. Ради меня, поскольку здесь возникают противоречия в методах работы, а мы оба позиционируемся как ученики Юнга;

2. Ради аналитической психологии - другой способ сказать «для меня», так как это теперь среда моей жизни;

3. Ради евреев – то есть, вновь ради меня, ведь вы знаете, может быть, как никто другой, что они - среда моего обитания.

Ради этих трех больших «ради меня», я прошу ответа. К. в этом на втором месте. Дела у меня идут хорошо. У жены и сына тоже. Работы много.

С наилучшими пожеланиями,

Всегда Ваш,

Э. Нойманн

(1) Jung (1935).

(2) Neumann (1934-40), см. 14N, №. 7.

(3) Очевидно, Нойманн ссылается на английский семинар Юнга о «Заратустре» Ницше (Jung, 1934-39). См. 14 N, № 2.

(4) Детали пребывания Нойманна в Цюрихе и его терапевтической работы с Юнгом в 1933-34 гг., см. Введение СС. ХІІІ-ХІV

17 N (29 October 1935) с. 114

29. X. 1935

Дорогой профессор,

Если я посылаю Вам эту краткую записку после долгого перерыва, я делаю это со смешанными чувствами. Я чувствую потребность восстановить контакт с Вами с помощью этих нескольких строк, но меня все равно преследует некое чувство неловкости. Раз я не смог написать Вам по случаю Вашего 60-летия, это, конечно, не вследствие склонности интереса только к своим делам. Это скорее попытка скрыть пустые руки - мне было не с чем прийти к Вам. Чрезмерное, но, возможно, понятное стремление затрудняет для меня возможность всегда только брать, но теперь я готов сказать Вам, без горечи, что я должен ждать, и даже дата Вашего рождения не способна была ускорить мой внутренний процесс. Я бы с удовольствием положил перед Вами какой-то небольшой фрагмент работы как частное продолжение того, что предназначалось для тома «Комплексной психологии»(1) и что уже было достигнуто, но у меня не получилось. Моя изолированная работа делает медленный, но не бесконечный ритм моей жизни более слышимым для меня, так что, пожалуйста, не теряйте со мной терпения, я ведь не теряю. Практика и моя повседневная жизнь требуют своей доли, и я ее им плачу, но в отношении работы с еврейским материалом, медленной и трудной, дела обстоят иначе. Я нащупываю контуры вслепую, с трудом, потому что я сам только постепенно начинаю осознавать, где аналитическая психология не может полностью быть почвой, на которой я стою. Это не значит, что я не стою на почве аналитической психологии, более чем когда-либо, я полагаю, что я чувствую ее центральное значение для меня. Для меня становится самоочевидным: сама аналитическая психология имеет основание, которое отчасти так самоочевидно, что оно может только осознать себя частью. Швейцария-Германия, Запад, христианство. Это не открытие, и, тем не менее, это оно, в конечном итоге. Я должен научиться различать. Это трудно, когда на другой стороне чаши весов лежит так много. Это, безусловно, легче сделать, как «Ваши евреи» делают и ассимилируют, такие как Вестманн (2), Кирш. Но это означало бы только избежать собственной индивидуации, которая должна быть достигнута, несмотря ни на что, на коллективно-архетипически разных основаниях. Понятная (для меня) анти-еврейская направленность всего Запада, от Маркиона до Гарнака (3), от теологии до психологии, имеет влияние на отсутствие инстинктов у евреев (а многие евреи, как вы знаете ,лишены инстинктов,) - еврейского процесса самоотравления, который всегда был характерной склонностью евреев, стремящихся избежать горького пути индивидуации по пути бытия паразита. Аналитическая психология, еще не полностью реализована, а также таит угрозу того, что из-за предательства собственного основания в пользу «более хорошего», «более продвинутого» и «более современного». Такому невежеству оказало поддержку, как мне кажется, в определенном смысле, историко-природное бескорыстие аналитической психологии в личности, которая представляет, с христианской точки зрения, вытесненную примитивную стадию. Само собой разумеется, что можно было бы с максимальной быстротой перейти от этой примитивной стадии к «современной» точке зрения личности христианского Запада, к психологическому соответствию с крещением. Прославление Вестманном золотого тельца как противовес злу Яхве соответствует этой тенденции, регресс вместо индивидуации. Вы напрасно не проработали всего христианства, я до сих пор считаю, что иудаизма не хватает. Илия это доказывает: ни один еврей не вышел из коллективного бытия еврея без борьбы, никто не может выйти, никто не должен пройти. Последняя проблема в иудаизме не может быть затронута, как мне кажется, и не теоретизирована. Я, например, должен осознать это в еврейской реальности, как грязной и так красивой, как это есть и будет. Теоретическое занятие земли - действие еврейское, интеллектуальное при наличии доброй воли. Я начинаю понимать значение Ваших слов о том, что мне нужно войти в коллективное, начать понимать, что известно в моем «мифе» как долина погребенных, которая, возможно, соответствует зодиакальному уровню 10 (Я – 00), то есть: «Такая жизнь может быть тесно связана с жизнью людей, среди которых он живет и работает, так, что она на некоторое время теряется».

То, как Ваше бытие швейцарцем, христианином, и западным человеком самоочевидно, отличает главным образом Вас, и не только Вас, от того, что оно не самоочевидно, что евреи являются евреями. Неужели Вы, в самом деле, недооцениваете значение этого момента при анализе евреев? Вы действительно выразили мне однажды Ваше отвращение к этому явлению само-предательства, но я не заметил нигде, что Вы осязаемо утвердили это. Пожалуйста, не поймите меня неправильно, это не наглость; поскольку вопрос этот очень важен для меня. Я не знаю, знакомы ли вы с лекцией Вестманна (4), которая, кстати, во многом очень интересна, но она заставляет меня рыдать от жалости. Бестолковые в еврейском вопросе (Это ни в коей мере не является фундаментальной проблемой язычества-иудаизма, намек на которую очевиден) - но готовые с бесстыдной самоотреченностью принести в «жертву коллективную связь», которая, в конце концов, симптом индивидуации. Подобные ему в настоящее время выдвигаются вперед как еврейские представители, но это «преобразование» в простом смысле этого слова. Как стало для меня очевидным, тем не менее, индивидуация не принадлежит к категории исповеди, но к категории роста. Конечно, я знал это, и всем это «известно», но элементарный факт еврейской почвы, приравниваясь к еврейской действительности только начинает проявляться во мне. Он принадлежит к понятию «становления непохожим на Бога» из Вашего последнего письма. Каждая попытка уклониться от горькой действительности земельной спекуляции и арабских проблем, проблемы военной службы и индивидуации бесплодна. Даже Вы хотели бы «использовать» идеологию евреев как закваску для европейской культуры. Они действительно вполне подходят для такой роли, но евреи остаются защищенными в психологическом смысле, без фундамента, то есть, без возможности индивидуации. Отношение евреев к «земле» является в корне таким же, как для язычников и христиан на языческой основе, но эта проблема не может быть решена ни простым возвращением к почве (политический сионизм), ни только психическим возвратом к почве (галутный еврей из аналитической психологии). Оба они должны быть достигнуты в комплексе. Окружением еврея в Европе является коллективное бессознательное не-евреев, и с этим его индивидуация невозможна. Она возможна только среди евреев, ибо только там он столкнулся с его архетипическим фундаментом в мире, и только в столкновении с этим, он может – в лучшем случае – достичь индивидуации. Все эти проблемы продолжают занимать меня и не дают мне отойти от этой непрерывной работы. Так что, у меня все хорошо. Я только хочу написать Вам это еще раз. Был бы очень рад услышать что-то от Вас.

С наилучшими пожеланиями,

Ваш благодарный,

Э. Нойманн.

(1) «Культурное значение комплексной психологии» (Die kulturelle Bedeutung der komplexen Psychologie) - юбилейный выпуск Психологического Клуба Цюриха, приуроченный к шестидесятилетию Юнга (1935).

(2) Хайнц Вестманн (так же Вестман) (1902-1986): Юнгианский аналитик из Берлина. Уехал из Германии в Швейцарию в 1935 г. Вестманн участвовал во встречах Эраноса в 1936, выступал с докладом «Идея искупления в иудаизме» (Die Erlosungsidee im Judentum) (Westmann, 1936). По политическим причинам его доклад (в соавторстве с Паулем Тиллихом) не был включен в оригинальную публикацию. В 1937 г. Он приехал в Англию, где стал соучредителем Общества Аналитической Психологии. Вестманн переехал в Соединенные Штаты в 1955 г.. Его основные публикации: «Весна творчества» ( The Springs of Creativity, 1961) и «Структура библейского мифы: онтогенез психики» (The Structure of Biblical Myths: The Ontogenesis of the Psyche, 1984). О Вестманне см. Reis and Harrod (1987).

(3) Марикон Синопский (ca. 85-160), основатель христианского движения, которое привело к расколу в церкви в 144 г. Впоследствии, его учения были объявлены еретическими и Маркион был отлучен от церкви. В центре маркионизма стоит убеждение, что Бог Ветхого Завета, демиург, был создателем материального мира и его зла. По словам Маркиона, этот еврейский Бог не совпадает с христианским Богом Евангелия, который в своей любви и состраданию к человечеству, принес в жертву своего сына Иисуса, чтобы освободить человечество от его грехов. Учение Маркиона часто определяется как близкое к гностической системе убеждений. Карл Густав Гарнак (1851-1930): немецкий лютеранский теолог и церковный историк, известный историей догмата (Lehrbuch der Dogmengeschichte, 1886-90), опубликовал монографию о Маркионе в 1921 году под названием «Маркион: Евангелие от Чужого Бога» (Marcion: Das Evangelium vomfremden Gott), а затем «Новые исследования по Маркиону» (Neuen Studien zu Marcion) О Гарнаке и Мариконе см. Kinzig (2004) и Williams (1994).

(4) Не совсем понятно, на что ссылается Нойманн. Но в своей лекции в Эраносе в следующем году «Идея искупления в иудаизме» “Die Erlosungsidee im Judentum” (Westmann, 1936) Вестманн выступает с аргументацией не очень отличающейся от Нойманна.

18 J (22 декабря 1935) с. 118

22. XII. 1935

Кюснахт, Цюрих, Зеештрассе, 228.

Мой дорогой Нойманн,

Не позволяйте себе поседеть от того, что пропустили мой 60-ый (1) день рождения! Для меня абстрактные числа ничего не значат. Мне больше хочется узнать или услышать от Вас, как идут дела. Как поживают европейские евреи, я уже знаю, но мне крайне интересно, как живут евреи на своей архетипической земле. Аналитическая психология (или, как она теперь называется, комплексная психология) глубоко укоренена в Европе, в христианском средневековье, и, в конечном счете, в греческой философии. Связующая нить, которой мне так не хватало, теперь найдена, и это алхимия, как верно предполагал Зильберер.(2) К сожалению, он свернул шею на рационалистическом психологизме.

Я недавно видел Г. Адлера. Он собирается в Англию, которую рассматривает как промежуточную станцию на пути в Палестину.

«Культурные евреи» всегда на пути к тому, чтобы стать «не-евреями». Вы правы: путь ведет не от хорошего к лучшему, а сначала погружается в историческую действительность. Я постоянно обращаю внимание моих пациентов-евреев на то, что они, само собой разумеется, евреи. Я бы не делал так, если бы не сталкивался с евреями, которые считают себя кем-то еще. Для таких людей «быть евреем» - что-то вроде личного оскорбления.

Я слыхал об эссе Вестманна, но еще не читал его. Мне говорили, что оно очень хорошо. Ваша невысокая оценка для меня очень ценна, как и Ваше твердое убеждение в том, что земля Палестины имеет существенное значение для индивидуации евреев. Как это сочетается с тем фактом, что евреи в целом гораздо больше времени прожили в других странах, нежели в Палестине? Даже Моисей Маймонид (2) предпочитал Каир (Фустат), хотя мог жить в Иерусалиме.

Возможно, еврей настолько привык быть не-евреем, что ему нужна палестинская земля in concreto, чтобы вспомнить о своем еврействе? Я едва ли могу проникнуть в душу, которая выросла без связи с какой-либо землей.

С искренними пожеланиями продолжающегося благополучия,

Всегда верный Вам,

К.Г. Юнг

(1) Это письмо было- в сокращенном варианте – включено в издание писем Юнга Аниелы Яффе (Jung, 1973, vol. 1, pp. 265) (Перевод сокращенного варианта представлен на сайте Касталии, мы используем его с некоторыми изменениями – Е.К.)

(2) Герберт Зильберер (1882-1923): австрийский психотерапевт, член кружка Фрейда с 1907 и далее. Фрейд пишет Юнгу 19 июля 1909 года: «Зильберер неизвестный молодой человек, вероятно, вырождение из лучшего класса; его отец - хорошо известная фигура в Вене, член городского совета и «оператор» (Jung and Freud, 1974, стр. 242). Зильберер опубликовал свое главное исследование «Проблемы мистицизма и его символика» (Probleme der Mystik und ihre Symbolik), в 1914 г. Его психоаналитическая анагогическая категоризация снов была отвергнута Фрейдом, что привело к их взаимному отчуждению. Зильберер покончил с собой в январе 1923 г. Юнг, в отличие от Фрейда, подчеркнул важность книги в качестве первой психологической интерпретации алхимии: «Герберт Зильберер имеет преимущество, что первым обнаружил тайные нити, ведущие от алхимии к психологии бессознательного «(Jung, 1955-56, § 792). В своем тель-авивском семинаре по алхимии в 1941/42 Нойманн говорил о Зильберере: «Зильберер не только открыл алхимию, но и основные понятия психологических принципов, которые были разработаны в аналитической психологии – архетипы представляют собой бесконечное множество вещей. С одной стороны, он интерпретировал Параболу аналитически по старой аналитической школе, с другой стороны, анагогически, синтетически. Он решал проблему: как одно и то же можно интерпретировать психоаналитически и анагогически. Он интерпретировал всю Параболу психоаналитически (Эдип, Инцест, кастрация), но затем сумел интерпретировать каждый символ аналитически и анагогически». ­(Neumann, 1941-42, p. 66).

(3) Моисей Маймонид (также рабби Моше бен Маймон) (около 1135-1204): Значимый еврейский философ, теолог, ученый-юрист, и врач; родился в Кордове в составе Альморавидской империи. Маймониду пришлось покинуть Иберийский полуостров, когда династия Альмохадов взяла власть и оказала давление на евреев, заставляя их принять ислам. В конце концов, он поселился в Фустате (сегодня часть Каира). Он известен как составитель четырнадцати книг Мишне Тора («Повторение Торы»), с подзаголовком Sefer Yad HaHazaka («Книга сильной руки»), которые являются кодом еврейского религиозного закона (Галахи).

19 N (30 января 1936) с. 120

30 января 1936

Дражайший профессор Юнг,

Благодарю Вас от всей души за письмо, вновь показавшее мне, что Вы продолжаете относиться ко мне с терпением и снова подключились к моим проблемам, которые, я знаю, Вашими быть не могут.

Я не верю, что земля Палестины так важна для Еврея, но она станет таковой, ибо эта земля вбирает в себя столько людей, что этого достанет, чтобы она вновь стала землей предков. Конечно, евреи очень долго жили в других странах, не имея контакта с землей, он был недоступен для них из-за их укорененности в Торе. Сейчас, когда ломается основа этого закона, когда я вижу в хасидизме революцию этого надлома, мы должны прийти к новому началу через возвращение к земле. Только сейчас, когда двухтысячелетний закон в своей роли искусственной психо-духовной корневой почвы сломан, Палестина начинает становиться актуальной. А с этим процессом сливается история духовно продуктивного времени. И Маймонид, и Филон (1), на самом деле ассимилированные евреи, но они могут позволить себе быть такими, потому что корневая почва закона сделала их независимыми от простых природных национальных ограничений, к которым мы должны были вернуться после эмансипации, сознательно отрицая нашу единственную космополитическую наднациональную позицию.

Я не хочу больше писать об этих делах, так как они для меня приняли сильный и радикальный поворот, что заставило меня вернуться к своим собственным проблемам. Ничего не произошло во внешнем мире, моя позиция по Палестине и по еврейской проблеме осталась прежней, но пришлось отложить это в сторону, потому что в первую очередь мне необходимо было достичь некоторого прогресса самому. Моя аналитическая работа требует от меня очень многого, проблемы нарастают, я борюсь с ними, но пока безуспешно, и для меня все чаще становится очевидным то, что мне срочно нужно сделать намного больше работы с Вами и госпожой Вульф. Два года независимой ответственной работы, полностью самостоятельное установление практики, на самом деле, мое самое первое, очевидное преобразование, которое было приведено в движение здесь, все эти вещи вместе оправдывают меня в моем желании уехать в Цюрих, чтобы не было необходимости упрекать себя, что я вне связи с реальностью. Я бы очень хотел узнать, могли бы Вы уделить мне какое-то время, и когда это возможно. Я бы навел порядок в делах здесь в течение двух месяцев, возможно, май / июнь, или, если это абсолютно необходимо осенью - когда-либо в надежде на то, что Вы могли бы организовать нашу встречу, и я прошу Вас иметь в виду, что это обязательно должно быть, и будет, безусловно, столь же важно для меня как и было тогда. Моя поздняя решительность будет особенно приемлемой для Вас из-за моих интровертных колебаний, когда я признаюсь Вам, что, с практической точки зрения, я дисциплинировал себя, чтобы достичь этого. Эта поездка в Европу должна казаться довольно дерзкой, если не сумасшедшей. Экономическая ситуация здесь крайне неопределенна, моя семья и моя жена частично в разъездах. Несмотря на это, у меня есть ощущение, что я поступаю правильно. Моя жена хотела бы немедленно поработать с мисс Вульф, и я считаю, что это также будет чрезвычайно важно, после чего должно быть принято решение, будет ли она работать в этом направлении. Короче говоря, я считаю, что я представил Вам ситуацию, как она есть, и хотел бы оставить ее в настоящее время. Сможете ли Вы принять это во внимание. Я, к сожалению, не смогу выделить более 6 недель для моего визита, но думаю, что мог бы сделать значительное количество работы даже за это время. Когда я был с Вами тогда, Вы сказали мне: «Расширьте свои горизонты!» В какой-то степени я думаю, что это произошло. Я бы противоречил Вам сегодня, если бы Вы сказали мне, что для меня все это было связано с еврейской проблемой. Это уже связано со мной, еврейский аспект - очевидное место действия моей полемики. Европа, Азия, первобытные люди - в этом еврейская часть представляет собой малую точку, хотя и важную для меня, и, как я до сих пор верю, также является всеобще значимой, но: «В завершении рабби Сусия говорил: «В грядущем мире, я не должен отвечать за то, что я не был Моисеем; Я должен отвечать за то, что я не был Сусией». (2)

С благодарностью,

Ваш Э. Нойманн.

Буду очень благодарен Вам, дорогой профессор, если Вы сможете ответить мне побыстрее, поскольку я, естественно, должен заранее уладить здесь дела.

Даже если я еще колеблюсь, меня не оставляет чувство, что мне следует действовать таким образом. В частности, «действительно» рискованный момент, связанный с этим, кажется мне особенно важным. Кроме того – и в этом есть и другие риски – возможные аспекты, которые, вероятно, находятся в спящем состоянии в фоновом режиме.

(1) Филон Иудей, также известный как Филон Александрийский (15-10 г. до н.э.-40-45 н.э.): Эллинистический еврейский философ, родился в Александрии. Филон объединяет греческое философское мышление, такое как платонизм, аристотелизм, кинизм и стоицизм с еврейской экзегезой Библии. Он сочетает в себе религиозное откровение и философские основания он также рассматривается как предвестник христианского богословия.

(2) Нойманн цитирует Бубера «Хасидскую книгу» (Die chassidischen Bücher, Buber, 1927, p. 446). В «Рассказах о хасидах» (Die Erzählungen der Chassidim) Бубер рассказывает свою историю о рабби Сусии немного иначе: «В грядущем мире они не спросят меня: «Почему ты не был Моисеем?» они спросят: «Почему ты не был Сусией?» (Buber, 1949, p. 251). Нойманн также цитирует эту историю в своей неопубликованной работе о хасидизме. (Neumann, 1934-40, vol. 2, p.17).

20 N (10 марта 1936) c. 123

10. III. 36

Дорогой профессор,

Так как я не знаю, мое ли письмо к Вам или Ваше ко мне заблудилось по дороге, я хотел бы кратко спросить следующее. Я писал Вам некоторое время назад, что моя внутренняя ситуация заставляет меня снова работать с Вами, и я просил Вас дать мне знать, возможно ли это в настоящее время, то есть в мае / июне, или осенью. К сожалению, вот Вас все еще нет вестей, но необходимость ехать в Цюрих оказалась непоколебимой. Я хотел бы попросить Вас, пожалуйста, ответьте мне как можно скорее. Все экономические соображения, о которых я писал, все еще актуальны, но уходят на второй план, с учетом того, что я достиг точки в моем развитии, из которой я, как мне кажется, не могу самостоятельно совершить достойный шаг вперед.

Я очень благодарен Вам за посылку с Вашей работой с конференции Эраноса (1). Эта работа кажется мне уникальной по своему значению, доказательности и простоте.

Я очень неуверенно себя чувствую из-за отсутствия ответа на мое письмо, поэтому я прошу Вас не забывать меня.

Любопытно, вполне в духе Вашего исследования коллективной символики евреев: недавно у меня появился материал, который я бы отчаянно хотел обсудить с Вами, наряду с бесчисленным множеством других вещей. Хотя мои собственные трудности, по-прежнему актуальны, для меня на переднем плане стоит абсолютная необходимость сделать переход с пути «знания» на путь «бытия», для которого очень нужна Ваша помощь.

С благодарностью,

Ваш Э. Нойманн

(1) Ежегодник Эраноса 1935 г., который посвящен Westöstliche Seelenführung (Западное и восточное духовное рукодство). Доклад Юнга носил название «Символы снов в процессе индивидуации» (Traumsymbole des Individuationsprozesses: Ein Beitrag zur Kenntnis der in den Traumen sich kundgebenden Vorgangen des Unbewussten) (Young, 1936a); расширенная версия известна как «Символизм снов индивидуума в отношении к алхимии» позже опубликована как часть «Психологии и алхимии» (Jung, 1944).

21 J (21 марта 1936) с. 125

Кюснахт, Цюрих, Зеештрассе, 228

Пр. Др. Юнг

21 марта 1936 г.

Доктору Э. Нойманну

Гордон стрит

Тель-Авив
Палестина

Мой дорогой Нойманн,

Простите, что я не отвечал на Ваше письмо так долго. Мое время в мае и июне, к сожалению, - вопрос весьма неопределенный. Честно говоря, я занят полностью. Если Вы будете работать большей частью с госпожой Вульф, и сможете смириться с тем, что придется сжать объем работы со мной, Вы сможете приехать в мае. Я бы не рекомендовал осень, так как моя работа начнется с опозданием из-за предшествующих лекций в Америке и Англии (1). Я намерен в основном приостановить мою работу с пациентами в зимний период в любом случае, чтобы продвинуться с одной срочной работой, связанной с моими лекциями в ФВТШ (2). Время, которым я могу располагать, оказалось урезанным даже больше, и еще больше людей хотят приехать ко мне. Кроме того, я становлюсь не моложе, а старше.

Но я думаю, мне понятен убедительный характер Вашей проблемы и сделаю все от меня зависящее, чтобы не подвести Вас.

Между тем, с наилучшими пожеланиями, Ваш всегда преданный,

К. Г. Юнг

(1) Осенью 1936 года Юнг был приглашен в Гарвардский университет для чтения лекций по случаю торжественного празднования трехсотлетия университета. Там Юнг был удостоен почетной степени. Он покинул Цюрих вместе с Эммой в августе 1936 года и прибыл пароходом в Нью-Йорк в начале сентября. Гарвардские лекции Юнга назывались «Психологические факторы, определяющие человеческое поведение» (Jung, 1937a). Юнг из Гарварда поехал в Бейли-Айленд, штат Мэн, чтобы провести семинар по анализу сновидений. 3 октября он отправился на корабле в Англию, где читал лекции в больнице Святого Варфоломея в Лондоне 19 октября. Темой его выступления было «Концепция коллективного бессознательного». (Jung, 1936-37).

(2) С зимнего семестра 1933 года Юнг читал еженедельные постоянные лекции в ФВТШ (Швейцарском федеральном технологическом институте). Лекции продолжались до 1941 г., за исключением семестров 1936/37гг. и 1937/38 гг.. Темы варьировались от истории психологии, психологии сна, типологии, Восточного и Западного спиритуализма, до психологии алхимии. Во время своего первого пребывания в Цюрихе в 1933-34 гг. Нейман посетил лекции Юнга (см также 12 N, №. 1). (Лекции готовятся к изданию Эрнстом Фальцедером и Мартиной Ляйбшер в серии Филемона.)

22 N (20 января 1937) 127

Доктор Э. Нойманн,

Аналитический психолог,

Тель-Авив

20. I. 37

Дорогой профессор Юнг,

В отличие от моих чрезмерно длинных первых писем, я сейчас намерен быть по возможности мало разговорчивым, ведь я не хочу отвлекать Вас от Вашей столь ценной работы и возможности отдохнуть.

Сегодня я хотел бы только отправить Вам короткое приветствие, ради сохранения чувства, что я не потерял контакта с Вами. Время в Цюрихе было в высшей степени плодотворным, развитие инициировано, и, следовательно, продолжается, даже если оно было отодвинуто на задний план сильным (потому и радостно встреченным) профессиональным требованием. Такое развитие, вместе с работой для моего курса: «Проблемы души современного еврея» (1) для меня – в центре внимания, и работа над книгой, с которой я уже связал себя обещанием, данным Вам, на данный момент выглядит как временно приостановлена, именно потому, что внутренне она вступила в новую фазу, результаты которой я хотел бы увидеть.

Как Вы представляете, у меня была гора вопросов, но я не буду беспокоить Вас ими, а просто подожду, пока ответы не сформируются сами собой.

У нас все довольно хорошо. Ситуация, однако, совсем темная. Где сейчас свет? Как я слышал, Вы несколько отошли от дел ради более крупной работы, я был бы благодарен Вам, если Вы могли дали мне знать, та ли это работа над символами, которую Вы когда-то упоминали, или что-то другое. Вряд ли можно поверить, насколько важно для меня такое предвосхищение, так как я знаю, что каждая из Ваших работ пробуждает во мне нечто важное в одном или нескольких аспектах.

Желаю Вам, а также нам хорошего года и успехов во всех делах, всегда благодарный Вам,

Е. Нейман Тель-Авив,

Гордон стрит, 1,

Палестина 20. I.

(1) В 1937-38 гг. и 1938-39 гг Нойманн проводил в Тель-Авиве еженедельные семинары под названием «Душевные проблемы современного еврея: Анализ серии снов, образов и фантазий» («Seelenproblem des modernen Juden: Eine Reihenanalyse von Traumen, Bildern und Phantasien»), где он обсуждал ряд снов еврейской женщины в первой половине ее жизни. На вопрос 19 января 1939 года, почему еврейская тема не занимает более заметного места, Нойманн поделился размышлениями в серии семинаров: «К тому же, прояснилось не в полной мере мне известное: еврейская проблема настолько глубоко интегрирована в коллективную проблему, что лечить их отдельно нельзя. Два года назад мы начали с проблем евреев и теперь представили доказательства для них с индивидуальным материалом» (Neumann 1938-39, p. 152).



23 J (25 января 1937) с. 129

Кюснахт, Цюрих, Зеештрассе, 228

Пр. Др. Юнг

25 января 1937 г.

Доктору Э. Нойманну

Гордон стрит, 1,

Тель-Авив

Я рад слышать, что у Вас все хорошо и что Вы заняты.

Работа, от которой все мыслимые внешние требования стремятся удержать меня, связана с далеко идущим представлением процесса индивидуации (1). Это, по крайней мере, достаточно точное описание, хотя я до сих пор не определился с названием.

Я так же желаю Вам хорошего нового года и надеюсь, что Ваша деятельность будет еще более плодотворной, чем в старом.

С наилучшими пожеланиями,

Всегда верный Вам,

К. Г. Юнг


(1) Юнг, возможно, переделывал лекции Эраноса 1935 и 1936 гг, (см. 24 N, № 1), которые, в конечном итоге стали основой «Психологии и алхимии» (Jung, 1944).

24 N (июля 1937) с. 130

Доктор Э. Нойманн,

Аналитический психолог,

Тель-Авив, 23. VII. [1937]

Дорогой профессор,

Я не хочу упустить повод написать Вам, приурочив письмо к Вашему дню рождения, тем более, что так давно не давал о себе знать. Поэтому отправляю Вам краткую записку с моими добрыми пожеланиями, свидетельствующими о моей прочной и постоянно растущей связи с Вами.

(Я выбрал странный и незнакомый печатный текст по «социальным» причинам, хотя и с тяжелым сердцем, чтобы не мучить Вас моим почерком.)

Я особенно хотел бы поблагодарить Вас за то, что прислали свои работы. Лекции по алхимии (1) дали мне особенно много. Имейте в виду, они не кажутся мне легкими, даже после второго чтения, вероятно, потому, что фон из значений здесь даже больше, чем в других Ваших работах, и основной материал настолько незнаком, что время от времени приходится обходиться собственным малым опытом, вклиниваясь с ним в эти огромные контексты и расширять свой опыт благодаря стимулу, полученному от Вас.

Я очень сильно в долгу перед Вами, так как до сих пор не передал Вам начало хваленой работы по хасидизму (2). В этом письме я не хочу оправдываться, но попытаюсь дать широкий план всей моей ситуации, так что этому «провалу», как я видел его в течение длительного времени, предается должное значение. Моя практика быстро оживляется после моего возвращения из Цюриха, то есть, у меня постоянно чрезвычайно много дел, и это многое сообщает о местных стандартах. Поскольку я тоже вел два частных курса в зимний период, у меня было много работы, чтобы продвинуться с «Душевными проблемами современного еврея» (3) - совершенно независимо от личных и деловых вопросов, я пребывал в очень сильном напряжении и не имел возможности осуществлять еще какую-то одновременную работу.

Тем не менее, что-то еще в этом сыграло решающую роль. Возможно, Вы помните, что когда я был в Цюрихе, во мне случился «прорыв» архетипического материала, в виде образов и голосов. Такое развитие продолжалось и, наряду с моей профессиональной деятельностью, приняло приоритетное направление в прошлом году. Я не могу выразить словами, что такое развитие событий дало мне во всех отношениях, и продолжает делать это, но без внешней опорной точки, эта работа имеет свои опасности, несмотря на помощь моей жены. Большая трудность заключается в моем скептицизме по поводу явственных представлений из моего внутреннего мира, но неустанная критика в других случаях успокоила меня на этот счет. Кроме того, поток образов настолько совершенно удивительный, и изначально непонятный мне, что я теперь убежден в подлинности явлений. Я, очевидно, выражаю это в слишком сдержанной манере, поскольку я поражен проявившейся явственно и правдиво превосходной и однозначной траекторией образов, чьим объектом-субъектом я был до самой поездки Цюрих.

На данный момент я пребываю, кажется, в ожидании, но есть определенное чувство того, что движение начинается. Это подтверждается моей высокой внутренней невозмутимостью и уменьшающимся чувством опустошения. Я могу показаться слишком уверенным, но было бы неблагодарно с моей стороны не допускать более светлые цвета, появление чего-то прочного, нового. Опыт также присутствует во мне, так, что многое, что уже проявилось в картине, очень медленно актуализируется.

Все это создает изоляцию, которая в незначительной степени компенсирована работой. Кроме моей жены, которая переживает нечто подобное, по-своему, здесь никто ничего не понимает в этих вещах. Это - Палестина, поскольку она сталкивается с ежедневной угрозой, и волнения евреев, всколыхнувшие как внутреннее, так и внешнее. Это особенно резко контрастирует с моим внутренним миром, горизонт которого, для меня, уже не самоочевидно еврейский, каким он был когда-то. Я не поддаюсь опасности внутреннего синкретизма внешней определенности точки зрения, но мне кажется, что это все намного сложнее, так как чем больше проявляется внутренний мир, тем более самые частные вопросы оказываются связаны с общечеловеческой символикой. С другой стороны, я чувствую себя полностью вознагражденным этим зачастую всеохватывающим чувством связи. Контраст моей ситуации с конкретностью исторического и современного иудаизма – это гротеск. В большей степени гротеск, чем Вы можете себе представить, поскольку отсутствие корней и духовная мания еврейского народа переживает здесь опасный подъем в том, что для нас является в высшей степени значительным историческим моментом. Таким образом, непосредственно в том, что касается моей отдаленности я, кажется, нахожусь в нужном месте, и зачастую давящая теснота обычного мира уравновешивается его великой проницаемостью, большой значимостью индивида. Кроме этого, мы живем очень близко к морю, оно постоянно перед нами. И, наверное, даже Вам не понять до конца, что море и его пейзаж означает для меня, как еврея метрополии.

Проблема конечного духа, духа земли, стояла в центре того, что я испытал, в сердце моей духовной работы. Конечный дух Асмодея (4); дух земли, контрастный принцип, который возникает снизу. Трансформация Анимы, красная; земля дух с алмазом на груди; дух земли, возникающий, беременная, синяя, держащая свечу Анима в арке между деревьями и воздушным Ангелом, как существо, сходящее с мира горнего(5). Потом появился образ, похожий на алтарь, и я ничего не мог сделать, чтобы остановить его. Мария (?) на ложе, держащая Иисуса (?). В золотой чаше луны высоко вверх возносит алмаз. Слева, в красивом южном пейзаже является дух земли, похожий на сатира, но вполне человеческой формы, с гроздью винограда, справа некто, похожий на Иоанна Патмосского (6) с огненной чашей, испускающей молнии, апокалиптической. Это только аллюзия. Не знаю, является ли это знакомой символикой для Вас. Я пишу все это, потому что предполагаю, что так и есть. Как бы то ни было, я не понимаю, всего, но это исключительно богатый образ, и вместе с соответствующими разговорами дает существенный материал для размышлений.

Таким образом, хасидизм отступил, но я должен просто научиться большему терпению и способности подчинить свою волю и амбиции.

Наибольший вызов этой работы - то, что я нахожу очень трудной попытку совместить опыт и осознание того, что мысли приходят к людям, когда они готовы, с моей работой, которая должна стимулировать или ускорить этот процесс, который не зависит от меня. Иногда я чувствую себя слишком глупым. Конечно, успех и моя работа могут быть связаны определенным образом, но должно ли это быть так? Может быть, успех приходит к человеку в тех делах, где он готов, а в других его постигнет неудача? Ваши комментарии об этом очень нужны и важны для меня.

Сон от пациентки, имеющей помимо невротических проблем, нарушения менструального цикла, которое успешно лечится гормонами: «Она с помощью микроскопа рассматривает множество мелких червей. Врач говорит ей: это Ваша болезнь. Она видит, что черви раздуты, полны красной крови». Ничего не найдено органического, сон выделяется из всей серии, посвященной другой теме. На что нужно обратить внимание?

Надеюсь, дорогой профессор, Вы простите мне форму этого письма, повествующее только обо мне. Но Вы должны простить мою несдержанность, ведь я пишу не очень часто, дабы чрезмерно не обременять Вас. Я надеюсь, что зимние каникулы пошли Вам на пользу и освежили Вас. Надеюсь, что у Вас все в порядке. Продолжается ли Семинар по «Заратустре», или Вы использовали время для книги? Какова Ваша тема для конференции в Эраносе?

В этом году я желаю Вам только того, что Вы сможете вернуть себе как часть того, что Вы даете другим. И, поверьте, это не чрезмерно. Как когда-то говорил цадик: каждое произнесенное слово, если оно не поселилось среди людей, возвращается к говорящему, и он иногда чувствует мощную силу его возвращения.

Я желаю Вам всего самого наилучшего и уверенного восстановления сил.

С неизменной благодарностью,

Эрих Нойманн,

Тель-Авив,

1, Гордон-стрит,

Палестина.

(1) Лекции Юнга в Эраносе в 1935 и 1936 гг. были посвящены теме психологии и алхимии: «Символы сна в процессе индивидуации» (“Traumsymbole des Individuationsprozesses: Ein Beitrag zur Kenntnis der in den Traumen sich kundgebenden Vorgangen des Unbewussten”) (1936a); «Религиозные идеи алхимии: исторический обзор религиозных идей» ( “Die Erlosungsvorstellungen in der Alchemie”) (Jung, 1937).

(2) Сравните письмо Нойманна к Юнгу 27 июня [1935] (16 N). О работе Нойманна по хасидизму (Neumann, 1934-40), см. 14 N, №. 7 .

(3) См. 22 N №. 1.

(4) Асмодей, (иврит: Ashmedai), от авестийского * aesma-daeva, aesma - «гнев» и daeva «демон»: во второканонической Книге Товита – злой дух, который убил первых семь мужей Сары, «прежде чем они возлегли с ней» [Тов. 3,8]. В талмудической истории о Завете Соломона демона обманом заставили помогать в строительстве Иерусалимского храма (Завет Соломона, 21-25). По мнению некоторых каббалистических школ, он является суккубом, который в паре с царем Давидом родил сына камбиона (наполовину человека, наполовину демона). Асмодей, как правило, рассматривается как демон похоти и, согласно христианским верованиям, один из царей ада.

(5) Как ранее говорилось (см. 8 N, № 3) Нойманн посылал копии своих писем Юнгу Тони Вульф. Рассмотрев вышеприведенный отрывок, она ответила ему 30 декабря 1937 г.: «То, что Вы говорите про Асмодея, меня очень заинтересовало. Это очень хорошая точка зрения и помогает сделать выводы о высокой степени эсхатологичности отношения еврейского духа, из чего может следовать то, что «материализм» является в большей степени следствием, похожим на компенсацию» (Wolff and Neumann, 1934-52).

(6) Иоанн Патмосский, автор книги «Откровения», жил на греческом острове Патмос, где он был захвачен апокалиптическим видением, в котором сообщалась книга Откровения. Традиционно он отождествляется с апостолом Иоанном, автором Евангелия от Иоанна, а также первым, вторым и третьим посланиями Иоанна. Многие современные ученые не поддерживают эту теорию и считают Иоанна Патмосского отдельным автором. В книге Откровение 9:11 Аваддон (греч: Apollyon) ангел бездны является лидером армии саранчи, которая мучает тех, кто не имеет знака Бога на лбу. Некоторые комментаторы идентифицировали Абаддона с Асмодеем (см. 24 N, № 4).

25 MJS (27 сентября 1937) с. 135

Цюрих, 27 сентября 1937 г.

Доктору Э. Нойманну,

Гордон стрит,1

Тель-Авив.

Дорогой доктор,

До своего отъезда в Берлин (Копенгаген-Нью-Йорк) (1), профессор Юнг попросил меня поблагодарить Вас за Ваше письмо. Он просит Вас извинить его за то, что не ответил Вам, поскольку его «каникулы», были настолько обременены работой, что он не мог ответить на всю корреспонденцию.

С наилучшими пожеланиями,

С уважением,

[Мари-Жанна Шмидт] (2)

(1) Юнг был приглашен в Йельский университет в октябре 1937 года, чтобы прочитать пятнадцатую серию «Лекций о религии в свете науки и философии» под эгидой Фонда Терри Дуайта Харрингтона. Серия лекций была опубликована под названием «Психология и религия» (Jung, 1938a).

(2) Мари-Жанна Шмид (позже Боллер-Шмид) (1911-1984): секретарь Юнга с 1932 года до ее вступления в брак в 1952 году. Она была дочерью друга и коллеги Ханса Шмид-Гисана (1881-1932, см. Jung and Schmid-Guisan), который внезапно умер в 1932 году, оставив Мари-Жанну в поисках места, позволившего бы составить доход семьи. Мари-Жанна заняла эту должность после того, как несколько попыток Юнга найти подходящего личного секретаря потерпели неудачу.

26 J (4 апреля 1938) с. 136

228

Профессор доктор Юнг

Кюснахт, Цюрих, Зеештрассе, 228

Пр. Др. Юнг

4 апреля 1938 г.

Доктору Э. Нойманну

Гордон стрит, 1,

Тель-Авив

Дорогой коллега,

Посылая Вам благодарность за дружеское письмо в прошлом июле, я должен извиниться, что не отвечал до сих пор. Оно пришло прямо перед моим отъездом в Америку, где я читал лекции в Йельском университете (1). По возвращении я почти сразу вынужден был отправиться в Индию (2), куда меня пригласили на 25-летие Индийской ассоциации научного конгресса. Вернулся я совсем недавно.

Мне было интересно услышать о Вашем состоянии. Образы, которые Вы описываете, кажутся мне очень знакомыми. У меня возникло ощущение, что это никоим образом не вопрос синкретизма, но скорее сумма подлинного исторического развития, включающего в себя и современную проблему. Внутренняя и внешняя работа идут параллельно, и эта работа прекрасна. Поднимать вопрос о терапевтическом успехе я пока не хочу (по крайней мере, не напрямую).

Сон, о котором Вы говорите, о пациентке, смотрящей в микроскоп на множество червячков, вызвавших ее болезнь, означает вмешательство симпатической системы, ненормальную активность, в результате которой ее мелкие части (черви) получили патологическую автономию. Мой опыт подсказывает: это вопрос содержаний, которые на данном уровне бессознательны, но, по крайней мере, теоретически, способны на синтез благодаря своему творческому характеру. Дойдет ли до этого дело, зависит от судьбы пациентки и ее дарований, равно как и от профессионально направленного внутреннего развития. Я нахожу, что в таких случаях рисование и живопись приносят особенно хорошие результаты. В подобном сне проблема все еще в телесном, органическом состоянии, и не может быть от него отделена. Только если, например, черви соединятся в змею, появится перспектива осознания. Параллельными символами могут быть бактерии, мелкие насекомые и т.д.

Когда я сравниваю содержание Вашего письма с тем, что газеты пишут о Палестине, то легко могу вообразить, какое внутри Вас должно быть фантастическое напряжение противоположностей. Но такое напряжение крайне благотворно для Вашего внутреннего развития, так как с особенной ясностью порождает смысл.

Я слышал от доктора Брабанд, (3) которую Вы, должно быть, знаете, что предпринимались попытки собрать всех, кто интересуется аналитической психологией. Поддерживая эти попытки, я послал некоторые свои книги и сочинения в библиотеку Иерусалимского университета.

Я был очень рад слышать, что у Вас столько дел. Надеюсь, так будет и далее.

С наилучшими пожеланиями,

Всегда верный Вам,

К. Г. Юнг

(1) См 25 MJS, №2.

(2) Юнг был приглашен британским правительством принять участие в торжествах по случаю двадцать пятой годовщины со дня основания Ассоциации Индийского научного конгресса в университете Калькутты. Он выехал из Цюриха в начале декабря 1937 года с Гарольдом Фаулером Маккормиком (1872-1941) и путешествовал по Индии в течение трех месяцев. В связи с этим он получил почетного доктора университетов Хайдарабада, Аллахабада, Бенареса (20 декабря 1937) и Калькутты (7 января 1938). См. письма регистраторов университетов в 1967 году к Генри Ф. Элленбергеру (архивы Элленбергера, Больница Святой Анны, Париж); также Shamdasani (1996), стр. XXVII-XXVIII и Sengupta Сенгупта(2013)

(3) Ассоциация Индийский Научный Конгресс была основана в 1914 году для усиления научных исследований в Индии. Ассоциация проводит ежегодные встречи в январе. В честь ее серебряного юбилея в Калькутте в 1938 году впервые было введено участие зарубежных исследователей. Встреча была организована совместно с Британской Ассоциацией содействия развитию науки и проходила под председательством лорда Резерфорда Нельсона. После его преждевременной смерти президентское обращение «Исследования в Индии и Великобритании» было озвучено сэром Джеймсом Хопвудом Джинсом. Открытие сессии состоялось 3 января 1938 г.

(4) Маргарет Брабанд, позже Брабанд -Исаак (1892-1986): еврейский психиатр и психотерапевт, родившаяся в Германии. Ее интерес к аналитической психологии, в первую очередь, был вызван представлением Юнга в Университете Цюриха в 1928 году. Позже она участвовала в Берлинском семинаре Юнга в 1933 году, в котором также принимал участие Эрих Нойманн. Она снова встретила Юнга на съезде в Бад Наугейме в 1934 году, где он дал ей рекомендацию к Лилли фон Шницлер (1889-1981), меценатки из Франкфурта. Брабанд работала во Франкфурте до 1936 года, после этого уехала из Германии с двумя своими детьми. По пути в Палестину она встретила Юнга в Цюрихе в конце марта 1936 г. Она поселилась в Хайфе, где открыла клиническую практику. Прибыв в Палестину, она также установила контакт с Нойманном в Тель-Авиве. Как она пишет Юнгу: «Я часто чувствую себя здесь одиноко, в Хайфе очень трудно, и была бы рада суметь, наконец, вновь вернуться в Тель-Авив, чтобы иметь возможность обсуждать все виды профессиональных вопросов с доктором Нойманном хотя бы время от времени» (Braband to Jung, 4 May 1937 [JA]). Один из участников серии ее семинаров в Иерусалиме в 1938 году написал Элис Левинсон Кроули, прося о пожертвовании еврейских юнгианцев в Цюрихе, на приобретение книг Юнга для университетской библиотеки Иерусалима. Юнг пообещал помочь ей, отправив доступные копии своих книг: «Я пошлю некоторые тексты и книги из числа дублей в Иерусалимскую университетскую библиотеку» (Jung to Braband, 2 April 1938 [JA]). В 1939 году г-жа Кроули послала $ 100, которые были использованы для поддержки бедствующих пациентов Браданд. В 1938 Браданд вновь посетила Цюрих, встретила Юнга на конференции Эранос в Асконе, и провела определенную психотерапевтическую работу с Юнгом. После войны она переехала в Тель-Авив, где была в постоянном контакте с Нойманном и обсуждала свою работу с ним. В 1953 году Брабанд-Исаак, вновь вышла замуж, получила грант для проведения исследований со страдающими шизофренией в клинике Фрейдматт в Базеле. Она намеревалась продолжать свой проект в Бургхольцли с Манфредом Блейлером (1903-1994), для которого Юнг и написал рекомендацию. В 1956 году она работала приглашенным врачом во Франкфурте, Вашингтоне (Национальный институт здоровья в Бетезда) и Оксфорде. Ее исследование в основном касалось психотерапевтического лечения больных шизофренией, основанном на экспериментах с физическими упражнениями, музыкой и хиромантией. Она приехала в Швейцарию на постоянное место жительства, чтобы увидеть Юнга, присутствовать на конференции Эранос, и проводить семинары и лекции в Цюрихе и Базеле. В 1951 году она начала лечение психотического больного, который был передан ей Нойманном. Когда она была в Базеле в 1953 году, психическое состояние пациента ухудшилось. После ее возвращения пациент жил с ней и ее семьей, и она написала Юнгу ряд обширных писем об этом случае. У пациента было несколько снов о Нойманне, и Брабанд спросила у Нойманна его мнение. Несмотря на то, что они согласились с диагнозом пограничной шизофрении, у них возникли разногласия по поводу интерпретации Нойманном рисунков пациента и использования Брабанд музыки в процессе лечения: «Интересно, что д-р Нойманн сразу сказал, что церковь – выглядит как видение примитивных народов, и он вовсе не хотел вдаваться в тот факт, что пациент сам изобразил это как церковь. [...] Кроме того, д-р Нойманн считал, что лучше бы я рассказала ему грязную шутку в первом сне обо мне и моей матери - с кепи и помидором, что я могла бы вызвать инфляцию, работая с музыкой. Я объяснила ему, что сон пациента показал, несколько месяцев спустя, что, «Песнь Земли» помогла ему вернулся в детство, к запаху и к его завышенной самооценке, существовавшей уже тогда. Но мы никак не могли согласиться, и вскоре я замолчала, как всегда» (Braband-Isaac to Jung, 17 October 1953 [JA]). Пометки на письмах Брабанд – по-видимому, написанные не Юнгом – найденных в архиве ФВТШ, говорят о ее сопротивлении по отношению к Нойманну, опасности ее метода, и ее ложному предположению, о том, что она представитель юнгианской психологии. Тот же комментатор судит ее короткий неопубликованный текст «К. Г. Юнг и Израиль», который она написала в 1947 году и направила Юнг в 1953 году, в качестве доказательства ее инфляции. Брабанд сотрудничала с Джоном Лейардом (см. 73 N, № 3) и Уго Дебрюннером. В 1946 году она встретила Мартина Бубера в Тель-Авиве они дискутировали о Юнге и «Абраксасе». Статьи Брабанд-Исаак: «Психотерапия и гимнастика» («Psychotherapie und Gymnastik», 1949) и «Музыка в психотерапии» («Musik in der Psychotherapie «, 1952).

27 N (5 декабря 1938) с. 139

Доктор Эрих Нойманн,

Аналитический психолог

Тель-Авив, 5 декабря, 1938 г.

Дорогой профессор Юнг,

Так как я «писал» Вам столько ненаписанных писем, я решился (теперь это вдвойне трудно) наконец-то взяться за письма к Вам по-настоящему. Я не знаю, можете ли Вы себе представить, насколько трудно сегодня поддерживать внутренний контакт с кем-то, подобным Вам, кто оказался затронутым (в лучшем случае – однажды) событиями, касающимися нас, евреев. Для меня вполне очевидно и естественно знать, что Вы живете в пространстве, совершенно отличном от нашего. Да, я должен сказать, что мне почти радостно осознавать, что Ваш возраст, если так можно выразиться, оградил Вас в некоторой степени от этих ужасных событий, происходящих в мире.

С другой стороны, это, естественно, немного мешает мне, потому что я глубоко убежден, не стоит беспокоить Вас слишком много, ведь Вы, как я знаю, и ежедневный опыт подтверждает это, уже «полностью погружены», как Вы однажды выразились, в этот мир, благодаря Вашей практике. И все же, я испытываю необходимость написать Вам еще раз, только ради того, чтобы сберечь ощущение, что сохранился еще кусочек Европы, даже для еврея. Пожалуйста, не поймите меня неправильно. Хотя я, как и все мы, наиболее глубоко поражен событиями в Германии (1), которые дают мне постоянные основания радоваться, что хотя бы мой отец умер прежде, чем они произошли (2) - в глубине души я не могу освободиться от чувства симпатии или даже сострадания к этому «немецкому событию». Это, как представляется, является показателем моего недостаточно развитого чувства, но я даже не знаю, правильно ли это. Мой опыт работы с людьми слишком часто заставлял меня понять, что такие состояния замешательства необходимы для их развития, и у меня есть возможность просто передать суждение об этом, в том, что касается меня и моей расы.

Несмотря на все это, я в слишком большом долгу благодарности по отношению к этой нации, чтобы определять эти события просто как симптомы шизофренического эпизода. К этому следует добавить тот факт, что я считаю, что все эти события будут спасением для иудаизма. Хотя я осознаю, что не знаю, буду ли я сам среди тех, кто пережил этот переворот. Высочайшая экстраверсия иудаизма, которая привела его к краю могилы, будет устранена неумолимой и последовательной рукой нашей судьбы. А постигшее весь народ ужасное положение, которое продолжает усугубляться, неизбежно подтолкнет внутренний источник энергии к действию или риску. Мне ясно и то, что мы не будем уничтожены, так же как и то, что неизмеримое число нас должно погибнуть в этом процессе. И смотреть на это со стороны - страшная пытка. Репортажи, лавиной обрушивающиеся на нас каждый день и каждый час, и, к сожалению, отчеты очевидцев, позволяют испытать из первых рук ужасную склонность людей в подавляющем большинстве случаев отмежевываться от плохих чувств.

Наряду с этим, в отличие от этого, и в какой-то степени и ради этого, я пытаюсь писать работу, которую запланировал с Вами в 1933-34 гг., над которой и работал до сих пор. Это очень сложно, наряду с бурно развивающейся практикой, курсами и моей «личной жизнью».

Это, в некоторой степени, попытка продемонстрировать коллективную предопределенность части проблем современного еврея. Все сосредотачивается на проблеме внутреннего откровения (3).

В первом разделе я хочу представить, как применяется в еврейской древности принцип прямого откровения, и его продуктивный диалог с сильной реальностью связи земли и расы (4). Закон как секуляризация травматического опыта изгнания, посредством которого, при кажущемся принятии теократических пророков, принцип земли утвердился в ущерб прямому откровению.

Апокалипсис, эсхатологический мессианизм (раннее христианство), гностицизм как появление прямого внутреннего откровения, которое было вытеснено в боковую линию.

(Вот, чего я достиг в первых черновиках.)

После короткой главы о вытеснении прямого откровения в Талмуде и обратного действия в Каббале, следует, всеобъемлющая глава о хасидизме (5).

Религиозное возрождение иудаизма с индивидуумом как центральным явлением, но в коллективной связи через прочное принятие закона в качестве связующего звена прямого откровения.

(Курс по этому вопросу уже подготовлен в форме заметок). (6)

Ассимиляция и эмансипация в качестве необходимой деколлективизации еврейского сознания. Выкорчевывание и потеря памяти.

О проблеме современного еврея. Иллюстрация историко-коллективного контекста в материале снов и фантазии. Возрождение прямого откровения, но теперь в человеке, в прямой связи, во-первых, с индивидуацией и, во-вторых, с коллективной проблемой откровения в иудаизме. Возникновение земной стороны как места откровения сегодня – обратное положение этой проблемы в еврейской древности в напряженности между противоположностями с принципом «духа», который, кажется, мешает откровению. Т.е., если ранее принцип откровения противопоставлялся языческому принципу земли, теперь он оказывается в положительной форме, в сочетании с ближневосточным – гностическим – языческим символизмом и в поле сильной напряженности противоположностей с законом.

Я, по крайней мере, предварительно отредактировал эту часть материала в нескольких курсах (7), так что я надеюсь, что не буду более продвигаться ощупью в темноте. Весьма очевидным является присутствие религиозной проблемы в первой половине жизни, сильно тонированное коллективным проявлением, более или менее не связанное с личными проблемами индивидуума, в которых оно растет в ходе работы.

Вы можете себе представить, как интересна эта работа, с одной стороны, но как мне недостаточно инструментария для нее, с другой стороны. И все же, я принимаю точку зрения, могу собирать материалы для моей живой психологической работы даже как неспециалист, насколько они для меня доступны и полезны. Это вторжение в богословские, религиозные и исторические области, конечно, в определенном смысле, дилетантское. Но актуальность этих проблем для еврейской ситуации кажется настолько огромной, что мне позволен даже неизбежный произвол такой попытки, до тех пор, пока она осознается как предварительная и относительная.

Я углубился во все это, во-первых, рассматривая отношения Иакова и Исава в контексте общего коллективного (я возьму на себя смелость отправить Вам дополнения к работе об Иакове и Исаве в ближайшее время), во-вторых, в ходе взаимодействия с образами бессознательного, которые я рисую на более длинных и более коротких интервалах. Большая часть моих мыслей берет свое начало в попытке уловить эти образы концептуально.

На самом деле это содержание занимало меня беспрерывно в последние годы, только адская реальность чрезвычайно затрудняет формулировки, потому что для завершения работы мне нужно время, и когда мне выдается уделить ей какие-то полдня, этого совершенно не хватает. В будущем мне предстоит обеспечивать много родных и, сверх того, экономика приходит в упадок, равно как и моя практика. Так что вопросы времени будут еще более сложными. Но, с другой стороны, из-за этого всего растет концентрация. Такое отчаяние порождает радостную волю прийти к согласию с реальностью именно как интроверт и, более того, как интуитив.

Таким образом, полная неопределенность в отношении любого будущего и ощущение пребывания в нужном месте дает мне, по крайней мере, теперь и снова удивительно парадоксальную внутреннюю уверенность, из которой я считаю, может возникнуть новое, живое начало в индивидууме и в коллективе. И именно потому, что то, что было пережито индивидом имеет такую сильную связь с этим опытом коллективного, и неоднократно с тем, что было исторически эффективным, эта связь между самым индивидуальным и древним представляется как нечто сильное и почти радостное.

Уважаемый профессор, я прошу Вас простить длину этого письма, а также его плохую форму, но, в моем случае, плохо печатать все-таки лучше, чем хорошо писать от руки, а длина возникает из-за большого расстояния отсюда туда, которое, может быть преодолено только определенной комплексностью, если вообще это возможно. Поскольку поездка в Цюрих в нынешних условиях откладывается на более длительное время, чем когда-либо, прошу Вас смириться и вытерпеть это длинное письмо.

Благодарю Вас от всей души за работу о Зосиме(8). Я хотел бы воспользоваться этой возможностью, чтобы спросить, появилось ли что-нибудь еще подобное Вашей книге «Психология и религия»(9).

С наилучшими пожеланиями,

С искренней благодарностью,

Э. Нойманн

[рукописное дополнение]

P.S. Кстати, это правда, что сновидец в «Символах сновидений» (10) и «Психологии и религии» - еврей? Будете ли Вы публиковать что-либо специальное о еврейских особенностях этого развития или Вы не видите в этом ничего специфического. Например, «голос». А как насчет «еврейского» материала? Если Вы можете что-то сказать об этом, я был бы, конечно, очень благодарен.

(1) В ночь с 9 на 10 ноября 1938 года по всей нацистской Германии состоялись еврейские погромы. Зверства были организованы и проведены с помощью военизированной SA и гитлерюгенда. В ходе беспорядков, по меньшей мере, девяносто один еврей был убит, еще 30 000 были арестованы СС и гестапо и депортированы в концентрационные лагеря. Магазины и здания, принадлежащие евреям, были разрушены, еврейские дома, школы и больницы разграблены, осквернены еврейские кладбища, а также многочисленные синагоги были сожжены дотла. Все это происходило на глазах немецких властей, которым было сказано вмешиваться только в случае угрозы для жизни или имущества граждан нееврейского происхождения. Погром также известен как «Хрустальная ночь» («Kristallnacht») из-за разбитого стекла, засыпавшего улицы в результате разрушении. Атаки были представлены нацистами как акт возмездия за убийство немецкого дипломата Эрнста фон Рата Гершелем Гринцпаном, семнадцатилетним польским евреем, родившемся в Германии. Хрустальная ночь повсеместно рассматривается историками как поворотный момент антисемитской политики нацистов, от политического подавления и антиеврейской агитации к вынужденной эмиграции, депортации и организованным массовым убийствам европейских евреев. О Хрустальной ночи, см. Gilbert (2006), Pehle (1991), и Read (1989).

(2) Отец Эриха, Эдуард Нойманн, умер в 1937 г. в Берлине из-за кровоизлияния в мозг, полученного в результате длительных диких избиений нацистами. См. Lori (2005).

(3)Ursprungsgeschichte des judischen Bewusstseins (О происхождении и истории еврейского сознания) (Neumann, 1934-40). См. 14 N, 7 .

(4)Beitrage zur Tiefenpsychologie des judischen Menschen und der Offenbarung (Вклад в глубинную психологию еврея и к проблеме откровения), the first volume of Ursprungsgeschichte des judischen Bewusstseins (О происхождении и истории еврейского сознания) (Neumann, 1934-40). См. 14 N, 7.

(5)Der Chassidismus und seine psychologische Bedeutung fur das Judentum (О хасидизме и психологической уместности еврейства) became the second volume of Ursprungsgeschichte des judischen Bewusstseins (О происхождении и истории еврейского сознания) (Neumann, 1934-40). См См. 14 N, 7..

(6) C 9 ноября 1939 до 30 мая 1940 Нойманн проводил серию семинаров по “Analytische Psychologie und Judentum: Der Chassidismus” (“Аналитическая психология и еврейство: хасидизм. ”) (Neumann, 1939-40).

(7) В1937/38 и 1938/39 Нойманн вел курсы по “Seelenprobleme des modernen Juden: Eine Reihenanalyse von Traumen, Bildern und Phantasien” (“Проблемы души современного еврея: анализ серии снов, образов и фантазий”) (Neumann, 1938-39).

(8) Лекция Юнга в 1937 на конференции в Эраносе была на тему: «Некоторые замечания о видении Зосимы» “Einige Bemerkungen zu den Visionen des Zosimos” (Zurich, 1938).

(9) Лекции Юнга в Йельском университете осенью 1937 г. (см. 25 MJS, n. 1) были опубликованы Фундацией Терри в издательстве Yale University Press (and by Oxford University Press, London) в 1938 (Jung, 1938a).

(10) Лекция Юнга в Эраносе в 1935, “Traumsymbole des Individuationsprozesses: Ein Beitrag zur Kenntnis der in den Traumen sich kundgebenden Vorgange des Unbewussten” (“Символы сновидений в процессе индивидуации”) (Jung, 1936a); расширенная версия была опубликована во второй части «Психологии и алхимии» (Jung, 1944).

28 J (19 декабря 1938) с. 145

Кюснахт, Цюрих, Зеештрассе, 228

Пр. Др. Юнг

19 декабря 1938.

Доктору Э. Нойманну

Гордон стрит, 1,

Тель-Авив

Дорогой коллега,

Пожалуйста, не беспокойтесь из-за того, что написали мне такое длинное письмо. Меня давно интересовало, чем Вы на самом деле занимаетесь. Не следует представлять меня воцарившимся на троне среди покрытых снегом пиков высоко над всеми мировыми событиями. Я в самой гуще событий и каждый день слежу за палестинским вопросом в газетах и часто думаю о своих тамошних друзьях, которые вынуждены жить в этом хаосе. Когда я был в Палестине в 1933(1), к сожалению, я слишком ясно видел, все то, что приближается. Я также предвидел несчастья в Германии, в действительности, совершенно ужасные события, но теперь, когда они случились, они кажутся немыслимыми. Все здесь глубоко потрясены происходящим в Германии. Я очень связан с немецкими эмигрантами и постоянно занят переправкой своих еврейских знакомых в безопасные места в Англии и Америке. Таким образом, я пребываю в непрерывном контакте с современными событиями.

То, что Вы пишете о своих рабочих планах, чрезвычайно меня интересует. Ваши переживания в точности параллельны тому, с чем я сталкивался в Европе многие годы. Я думаю, Вы должны быть крайне осторожны в суждениях относительно своих специфически еврейских переживаний. Хотя в этом процессе есть исключительно еврейские черты, он, в то же время является общим, происходя и среди христиан. Это вопрос общей и идентичной революции умов. Специфические христианские и еврейские черты имеют второстепенное значение. Так, пациент, о котором Вы хотите знать, чистокровный еврей с католическим воспитанием, но его символизм, по крайней мере, в том виде, в каком я его представил, я не могу с абсолютной уверенностью охарактеризовать как еврейский, хотя определенные нюансы время от времени на это указывают. Когда я сравниваю его материал со своим или с материалом других академически подготовленных пациентов, меня поражают удивительное сходство, тогда как отличия не имеют большого значения. Разница между типично протестантской и еврейской психологией особенно мала, когда берется во внимание современная проблема. Вся проблема имеет такое огромное значение для человечества, что индивидуальные и расовые различия играют малую роль. В то же время, я хорошо могу представить себе, что для евреев, живущих в Палестине, прямое влияние окружения может пробудить хтонический и древний еврейский элемент в гораздо более содержательной форме. Мне кажется, специфически еврейское или специфически христианское может быть легче всего обнаружено в том способе, которым бессознательные материалы ассимилируются субъектом. По моему опыту, сопротивление еврея более настойчивое, и в результате попытка защиты более упорная. Это, конечно, не более чем субъективное впечатление.

Эссе о Зосиме – последнее, что еще осталось опубликовать. Ожидают публикации статья об Индии (написана на английском для американского журнала),(1) две лекции о комплексе матери (2), которые появятся в Ежегоднике Эраноса в 1938, и длинный комментарий о дзен-буддизме(3), и, наконец, введение в процесс индивидуации для американского издания моих лекций в Эраносе (4).

Доктор Штерн(5) известил меня об обширной переписке с Вами. Очевидно, что между Вами пробежала черная кошка (6). Когда такое замечаешь, говорить больше ничего нельзя, нужно держать свое мнение при себе.

Рад слышать, что Вы полностью заняты, хотя было бы лучше, если бы у Вас было время реализовать свою великую задумку. С надеждой, что Вы в добром здравии и с дружескими пожеланиями,

Остаюсь всегда верным вам,

[К.Г. Юнг ]

(1)См.7 J, 5. Это письмо было опубликовано в издании писем Юнга (Jung, 1973, pp. 317-18), но в издании 1973 год визита Юнга в Палестину был ошибочно описан как 1923 (с. 317). (Перевод упомянутого варианта размещен на сайте Касталии, его фрагменты использованы в данной публикации – примечание переводчика)

(2) “Мир снов Индии” и “Чему Индия учит нас” (Jung, 1939a, 1939b). “Психологические аспекты архетипа Матери” (Jung, 1939). Выступающих на конференции просили прочитать по две лекции.

(3) “Foreword to Suzuki’s Introduction to Zen Buddhism” (Jung, 1939c).

(4) Текст был изначально написан на английском языке и опубликован как «Значение индивидуации» в «Интеграции личности» (Jung, 1939/40), английском сборнике лекций Юнга в Эраносе; редакторы «Собрания сочинений» решили включить пересмотренную немецкую версию «Bewusstes, Unbewusstes und Individuation» в переводе «Сознательное, бессознательное и индивидуация» (1939d).

(5) Макс М. Штерн (1895-1982): еврейский психоаналитик, родившийся в Германи; тяжелый недуг, следствие Первой мировой войны привел к частичной потере трудоспособности и годам госпитализации. После восстановления, он изучал медицину и стал интересоваться аналитической психологией. Он принял участие в IV Общем медицинском конгрессе по психотерапии в Бад-Наухейме (11-14 апреля 1929). В 1935 году он уехал из Франкфурта сначала в Париж, где он учился в частности, у Элизабет де Сури, а позже в том же году в Тель-Авив. В Палестине он продолжил свое обучение с Эрихом Нойманном до 1937 г. По рекомендации Нойманна он начал работать независимо в 1936 г. Из-за плохого состояния здоровья Штерн уехал из Палестины в Америку, где стал уважаемым членом психоаналитического сообщества. С 1950-х годов он был обучающим аналитиком и супервизором в Психоаналитическом институте Медицинского центра Нью-Йоркского университета (бывший Психоаналитический институт Даунстейта). Его основная работа, опубликованная посмертно, называется «Повторение и травма: К теории телеономического психоанализа» (1988). О Штерне см. Abrams (1983).

(6) Макс Штерн писал Юнгу 6 ноября 1938 года (JA). В своем письме он сослался на спор с Нойманном, возникший после выступления в октябре 1937 года. Во время спора Нойманн объявил себя единственным представителем аналитической психологии в Палестине и запретил Штерну любое право публично представлять психологию Юнга. Последовала переписка между Нойманном и Штерном, которую Штерн послал Юнгу вместе с текстом своего доклада. Штерн обвинил Нойманна, который в то время был его тренинг-аналитиком, в нарушении аналитической конфиденциальности, игнорировании фундаментальных аналитических концепций, таких как сопротивление и аффект, и отклонении от психологической теории Юнга. Юнг ответил Штерну 19 декабря 1938 года (JA), подтверждая, что его выступление соответствовало психологическому пониманию юнгианства и что замечание Нойманна о бессознательном характере аффектов было неоднозначным. Он закончил свое письмо заявлением о беспристрастности: «Поэтому: когда возникает спор, мудрый человек молчит» (Darum: wo sich Streit erhebt, schweigt der Verstandige). Ответ Нойманна см. 29 N.

29 N (15 ноября 1939) с. 148

Доктор Эрих Нойманн,

Аналитический психолог

Тель-Авив, 15 ноября, 1939.

Дорогой профессор Юнг,

Тот факт, что я настолько отсутствовал, и что я не писал Вам так долго, вопреки своим собственным лучшим намерениям, боюсь, имеет, знакомое внутреннее объяснение. В какой-то степени, я также отсутствовал для себя самого и не возвратился к себе в полной мере до сих пор. Конечно, со стороны это так не выглядит, то есть, я работаю, но я более или менее поглощен работой с отдельными людьми и частной работой над еврейским вопросом. В то же время, ни то, ни другое больше не кажется, таким же важным, как это было, скажем, год назад. Я делаю все, что могу и все, что не могу, потому что должен, но у меня всегда есть ощущение, что я играю роль, как еврей, помнящий о богах, и при этом испытываю довольно ироничное чувство – битва при Фермопилах (1) – откликается в моей памяти.

Во мне борются два явления, которые нелегко согласовать, первое - сознание принадлежности к умирающему народу, а второе - знание того, что формируется что-то новое - не Палестина - то есть достаточно вторичное, и что я тоже несу ответственность за это. То, что это новое должно быть применено к невозможному объекту, - к евреям - мне кажется парадоксальным. Меня поражает, насколько оно подобно Яхве, и в той же мере насколько оно еврейское. Пожалуйста, не поймите меня неправильно, я не имею в виду избранность или пророков. На самом деле, мне кажется, что то, с чем мы сталкиваемся сегодня, и что так трудно для меня, является именно жертвой этих принципов. Действительно, характерно, что я пытался изобразить опасность интуитивного типа как часть первого, отдельного раздела моей работы по проблеме откровения в еврейской древности. В целом, я не совсем потерял сопровождающее и супервизорское сознание, но я вижу себя снова и снова заключенным в тюрьму коллективного, в непримитивном смысле, что я болен самоограничением и знаю, что я должен страдать от него.

Жертвоприношение интуиции - моя собственная проблема, но я думаю, что это также центральная еврейская проблема, которая наиболее тесно связана с неукорененностью еврейской структуры и именно эта связь между коллективным и индивидуальным, мне кажется, также еврейская.

В то же время, я также признал, что еврейская символика, по крайней мере, западных евреев -согласуется с европейскими народами, что здесь имеет место нечто светское. Конечно, я знал об этом раньше, но проблема сингулярности евреев была бы проще, если бы можно было продемонстрировать конкретную символику. Я отказался от этого и стою, лишенный предубеждений, перед чем-то непонятным для меня. В ходе истории индивидуализация является следствием еврейского развития; хотя кажется отменой еврейского. Мой лозунг: это уже не об иудаизме, но речь идет о еврейском народе, о личности как центре откровения и центре реализации Самости. Но мне кажется, наряду с роспуском старого иудаизма, это требует и означает что-то вроде нового еврейского начала, и как я должен верить в него, почему я должен верить в него?

Видите ли, дорогой профессор Юнг, если я могу высказать здесь очень личное признание, я не верю в это, все говорит против того. Я так устал от евреев и еврейского - и каждую свободную минуту и каждая мысль принадлежит этому предмету, и я должен защитить себя от полного поглощения этой работой. Я все-таки не «профан» и идентификация Моисея, пророческая идентификация и т.д. не являются для меня неизвестными фактами. Но, Вы видите, моя позиция по отношению к иудаизму чрезвычайно революционна и даже моя попытка создать преемственность современного еврейского человека от открытости к раскрытию древности через внутреннюю хасидскую революцию, является, как я, конечно, сам осознаю, новой интерпретацией. Как я могу помочь себе в этом парадоксе?

Мне вспоминается вот этот сон в связи с этой проблемой: июнь '39

Я, вероятно, был идентичен личности старого пилигрима. (?)

Во-первых, как будто в пабе или чем-то подобном, с нацистами (?). Еще не в ловушке, но под угрозой. С помощью небольших картинок, которые он показывал им, что он сделал что-то революционное, показывал их другим осторожно; но это было как среди людей, наполовину близких. Когда пришло время отправляться (Путешествие?), какие-то отец и сын стояли рядом с ним (хозяин паба? Отец), и он порвал все эти картинки, которые были ничем не примечательны, на которые хозяин смотрел, но ничего не сказал. Сын был благожелательно настроен, отец стал старым князем. Сцена в большом замке. Князь подошел к пилигриму и сказал: «Иди». Этому предшествовала сцена суда, в которой сын напрасно протестовал. (?) Он-я поднялся, взял шляпу с широкими полями и посох, ничего больше. Была деревянная шляпа (чаша для пожертвований?), которую мне не разрешили взять, и ее я бросил сердито к потолку замка так, чтобы она разбилась, и звук раздавался эхом по всему большому замку, вниз по массивной лестнице. Я спросил: мне не позволено даже попрощаться с сыном? Он покачал головой с насмешливой улыбкой.

Затем пилигрим ушел, его должен был забрать корабль. У подножия замка князь спросил (что-то вроде) : Значит, ты думаешь, я позволил неправильно обрабатывать пардес(2)? Он, пилигрим, сказал смиренно, как будто извиняясь: Нет, только я научился делать это по-другому, Вы должны выполоть сорняки.

Тогда это было похоже на конец драмы. Корабль не причалил, но проплыл мимо, на котором князь с презрением зарезал пилигрима (Кинжал из золота с прозрачным стеклянным зеленым каменным лезвием). Пилигрим предрекает кончину князя. Он тайно заранее покрыл весь корабль надписями, сделанными иглой, выкалывая известия о несправедливом князе. Судно в настоящее время плывет в открытом море в Милан или Boulogna (Болонью?) [так в оригинале] (или еще куда-то в подобное место), где Верховный суд выносит решение и, с огромной армией на пути, осаждает город князя, убивает его, разрушает его правление и устанавливает новое.

Конец, как читаемый вслух диалог в драме, последние страницы рукописи. Умирающий пилигрим поднимается над князем в диалоге, он в кривой возрастания, князь в нисходящей и опускающейся кривой.

Гностические мотивы ясны, как мистический мотив пардеса. В целом я бы мог сказать много об этом сне. Пилигрим-Вотан-Интуиция, князь-хозяин паба – ощущение. Новый порядок, сын, внутренняя работа, которая вызывает новое: записи иглой и т.д. Несмотря на это, связь между личным и коллективным вновь неясна. В частности, «сакральное» убийство моей паломнической души князем весьма зловеще, подобно тому, как паломничество все во всем довольно удивительно. Я просил бы Вас, если возможно, сказать что-то об этом. Мое сцепление с реальностью становилось постепенно настолько сильным, что я больше не мог иметь дело с широкополой шляпой Вотана. Если я правильно понимаю сон, революционная часть одерживает триумф только и именно потому, что убита ее противоположность. Это кажется наиболее трагическим, в целом в этом есть нечто мифопоэтическое, что трогает меня до глубины души, но я не могу правильно понять. Это что-то связанное с переменой эпохи. Я продолжаю рисовать эти образы и пытаться их понять, но их связь со мной смущает меня.

Я хотел бы воспользоваться этой возможностью, чтобы спросить кое-что еще. Моя последняя картина изображает огромного гермафродита такого карикатурного размера, что голова кружится. В глаза бросается его разделение на мужскую верхнюю половину и нижнюю женскую в то время как все пространство с его звездным небом находится в бессознательной части воды, [рукописная вставка: Повсюду - воздушное пространство, но сбоку цветет водяная лилия на высоте пупка, так что нижнее пространство является «водным пространством» в конечном итоге] которая, в женской форме достигает почти пупка. Из пупа как точки подключения растет ботанический объединяющий символ. Но вся эта фигура стоит в мировом пространстве, как мы стоим в нашем. Естественно, я знаю, что Вы можете сказать что-то об этом мне, только когда это существо является тем, чем ему предназначено быть, архетипом. Теперь моя еврейская работа сосредоточена вокруг оппозиции Яхве и земли, положительная напряженность между этими полюсами, их сжатие, разрушение и реконстелляция. Я понимаю, этот образ, среди всего прочего, как аспект единства противоположности и развития, которое вытекает из него, но у него такой странный и призрачный характер, что всего этого для меня далеко не достаточно. Я даже понимаю, женское, как Божество мира и жизнь Яхве в его существе, который вмешивается сверху. По крайней мере, как аспект единства, то есть, больше не в напряжении противоположностей, это вопрос для моего рассмотрения. Я хотел бы только знать, есть ли за этим еще одна, совсем другая коллективная проблема, и что может быть выражено.

Из-за войны я не могу послать Вам мою только что законченную немецкую рукопись (часть первая) (3) в качестве компенсации, за еще не написанный из-за его продолжительности раздел о хасидизме. Все здесь очень серьезно и трудно. Мои «волнения» Вам скажут достаточно о моей ситуации: когда в окружении много работы и много «хороших» людей, естественно, чувствуешь себя очень изолированным.

У нас все хорошо; моя семья, хотя и в стесненных обстоятельствах, находится в Англии(4), поэтому мы не должны жаловаться. Цюрих был бы очень важен для меня, но он еще более недостижим, чем когда-либо, но если давление слишком усилится, пути будут найдены.

Я прошу вас, дорогой профессор, не принимать это письмо и его запросы как претензию на Ваше время. Если Вы все-таки найдете время, чтобы сказать мне что-то, я буду очень рад, но Вы знаете лучше, чем я, что эти вещи занимают много времени, так или иначе, и многое становится яснее, постепенно в процессе развития, так что нет никакой спешки. Отсутствие формы в этом письме соответствует определенной блокировке во мне и моему долгому молчанию. Факт, единственного «развития» себя наряду с работой, а также тем, что я до сих пор не могу представить либо Вам либо себе какого-либо «достижения», заставляет меня молчать больше, чем, это могло бы быть полезным.

Очень большое спасибо за последнюю работу Эраноса, которая многое для меня высветила. Еще одно замечание о д-ре Штерне (4). Без сомнения, нас черт попутал. Это дело научило меня многому, и позволило понять кое-что и о себе в том числе. Во всяком случае, тот факт, что он стал страстным фрейдистом со всеми прилагающимися подробностями, в то же время убеждает меня: его анализ со мной был неудачным. Но он также продемонстрировал мой скептицизм по отношению к нему, подозрения, что он не «пережил» и не понял содержания, не был совершенно безосновательным. Я понимаю, что не всегда можно прийти к Юнгу от Фрейда, но регресс от Юнга к Фрейду, мне кажется моральным дефектом. Возможно, я не прав, или лучше сказать, соответствую еврейско-деструктивному характеру. Так или иначе, мой комплекс – склонность чувствовать чрезмерную ответственность – по-прежнему существует, по крайней мере, частично.

Я желаю Вам и всем Вашим близким, чтобы эти столь важные времена миновали Вас насколько это возможно, не оставляя преград и потерь на Вашем в пути. Я же

остаюсь в постоянной благодарности,

Ваш Э. Нойманн

[Рукописное добавление] P.S. Я не так полностью поглощен, как может показаться при прочтении этого какого-то бесчеловечного безличного письма, которое поражает меня в это время. Пожалуйста, поверьте мне в том, что я пишу о личных делах. Вредно для здоровья жить только для того, чтобы соответствовать делам насущным. Так что, это письмо немного слишком напоминает «аналитическую сессию».

(1) Битва при Фермопилах («Горячие врата»), 480 г. до н.э., бой между союзом греческих городов-государств и армиями Персидской империи Ксеркса I. Несмотря на превосходящие силы противника, греческие войска во главе с царем Спарты Леонидасом смогли удерживать узкий проход в течение трех дней, пока их не предал местный житель. Большинство греков были убиты в последнем бою, и персидская армия продвинулась в сторону Афин. Имя является синонимом отваги и героизма в защите родины, даже когда все против тебя.

(2) Пардес, фруктовый сад; от персидского корня, ср английское слово «paradise / рай» или немецкое слово “Paradies.” Согласно Талмуду толковании двух библейских текстов не допускается «ma'ase bereschit»« ( «Книга творения») и «ma’ase merkava» («книга колесницы трона») [Иез 1 и 10]. Объяснение этого закона сопровождается талмудической историей (Вавилонский Талмуд, Хагига 14b) об опасностях, с которыми сталкиваются четыре мудреца, пытаясь «войти в Пардес»: один умирает, другой теряет свой ум, третий становится еретиком, и только четвертый – Раби Акива бен Иосиф – входит и выходит в сад мирно. Три понятия «ma'ase bereschit», «ma'ase merkava» и «Пардес» впоследствии стали ключевыми аспектами многих еврейских мистических интерпретаций и текстов. См. Dan (2007, р. 14). Пардес также используется как акроним для четырех методов интерпретации Торы: Пешат, Ремеза, Дераш, Сод (простое или контекстное, аллегорическое, метафорическое и эзотерическое значение).

(3) Beitrage zur Tiefenpsychologie des judischen Menschen und der Offenbarung (Вклад в глубинную психологию Еврея и к проблеме откровения), первый том Ursprungsgeschichte des judischen Bewusstseins (О происхождении и истории еврейского сознания) (Neumann, 1934-40). См. 14 N, 7..

(4) Большая часть семьи Джули Нойманн бежала в Лондон после 1933г. Брат Эриха, Франц, также эмигрировал в Англию. Их мать Зельма Нойманн была в Лондоне на пути в Тель-Авив, когда началась война, и осталась с Францем и его семьей. Она присоединилась к Эриху и Джули в Тель-Авиве в 1947 году младшая сестра Джули Рут Голдстоун (урожденная Блюменфельд) описала судьбу ее семьи: «Мартин и его семья эмигрировали в Австралию, Джули и Эрих отправились в Палестину, я отправилась в Англию, где я вышла замуж за моего кузена Сало. В конце концов, мне удалось найти работу для сестры Лотты, и родители вскоре смогли приехать после нее. Я смогла получить транзитную визу в Аргентину для брата Пауля. Поскольку началась война вскоре после того, он уже не мог использовать визу. Таким образом, он остался здесь, в Лондоне со своей женой. [...] Джулия посетила нас несколько раз в Лондоне и установила хороший контакт с моими детьми. В конце концов, она посетила меня в Лондоне с мужем, чтобы увидеть нашу мать, которой тогда было больше 90 лет. Эрих был уже очень болен во время этого визита и хотел навестить своего брата Франца, который работал врачом. Очень скоро, по возвращении домой, он умер от рака» (письмо от Ruth Goldstone to Angelica Lowe, 3 June 2007; Lowe, 2008, p. 42).

(5) См. J28, №. 6 , 7

Наши партнеры Баннеры


Рекомендуем:
http://maap.ru/ – МААП – Московская Ассоциация Аналитической Психологии
http://www.olgakondratova.ru/ – Ольга Владимировна Кондратова – Юнгианский аналитик
http://thelema.ru/ – Учебный Колледж Телема-93
http://thelema.su/ – Телема в Калининграде
http://oto.ru/ – ОТО Ложа Убежище Пана
http://invertedtree.ucoz.ru/ – Inverted Tree – Эзотерическое сообщество
http://samopoznanie.ru/ – Самопознание.ру – Путеводитель по тренингам
http://magic-kniga.ru/ – Magic-Kniga – гипермаркет эзотерики
http://katab.asia/ – Katab.asia – Эзотерритория психоккультуры – интернет издание
https://www.mfmt.ru/ – Международный фестиваль мастеров Таро
http://www.radarain.ru/triumfitaro
http://www.agoraconf.ru - Междисциплинарная конференция "Агора"
классические баннеры...
   счётчики