Версия для печати
Воскресенье, 07 апреля 2019 21:01

Карл Густав Юнг Аналитическая психология Летний семестр 1935 года Лекция 1-5

Карл Густав Юнг

Аналитическая психология

Летний семестр 1935 года

 Лекция 1-5

Л Е К Ц И Я   I

3 мая 1935 года

 

            Я дам вам краткое резюме тем, рассмотренных в прошлогодних лекциях. Главным образом мы говорили о методах и, в первую очередь, об ассоциативных тестах, предназначенных для обнаружения чувственно окрашенных комплексов в бессознательном. Комплексы автономны, их автономия проявляется в том, как они влияют и изменяют сознательные устремления. Они вызывают:

  1. Забывчивость. Мы забываем слово, обычно это имя. Оно удерживается своим бессознательным отношением с комплексом. Я не говорю об общей забывчивости, которая является совсем другой темой, но о ненормальной забывчивости.
  2. Lapsus linguae. Использование неверного слова в неверном месте. Комплекс часто играет роль маленького дьявола в этом отношении.
  3. Неправильное понимание. Если мы говорим о чем-либо «в окрестностях» комплекса, мы должны быть очень внимательными, чтобы нас не поняли неправильно, потому что комплекс будет использовать свой язык, а не наш, если будет такая возможность.
  4. Непроизвольные выражения лица. Большинство людей не могут контролировать выражения своих лиц, это может сделать лишь опытный актер. Если был затронут комплекс, то наше лицо или, возможно, руки предадут и выдадут нас.
  5. Эмоции. Когда затрагивается чувственно окрашенный комплекс, люди эмоционально расстраиваются. Когда мы не понимаем свою эмоцию, мы чувствуем себя достаточно невиновными по этому поводу, но ее причина обычно связана с комплексом. Такие реакции могут происходить без нашего сознательного знания, или, возможно, мы распознаем эмоцию в самом начале, но затем незаметно произойдет еще одна длинная волна аффекта, проявляющаяся в телесных реакциях, таких как потоотделение.

 

Эти эксперименты позволяют нам получить некоторое представление о бессознательных аффектах и комплексах. Пациенты приходят на анализ, ничего об этом не зная; невозможно применить такой подход напрямую, но если я, например, спрашиваю у них, как они считают, о чем думаю я, то они, как правило, становятся очень красноречивыми! Комплексы также можно назвать фрагментарными душами. 

            Во-вторых, мы говорили о снах, и в ходе этого стало очевидным, что сны обладают чем-то вроде качества автономных комплексов. Комплекс часто появляется во сне совершенно неприкрыто, чего не случается на уровне сознания, но всегда выражается любопытным и непрямым языком. Мы увидели, что должны отыскать ассоциации, чтобы расширить поле сновидения и увидеть, где оно соединяется с сознанием. Также необходимо обратить внимание на психическую атмосферу образов в сновидении. Так мы можем постичь его значение.

            Все сны происходят из бессознательного, хотя порой сон может быть вызван внушением или гипнозом. Сны могут возникать из-за физических или психических причин, сон может быть спровоцирован голодом, лихорадкой, холодом и так далее, но даже тогда сны сами по себе созданы из психического материала. Многие сны происходят из «осколков» психического содержания: если я пытаюсь отделить себя от чего-то, то я, скорее всего, увижу это во сне. Людям с узким сознанием нередко снятся осмысленные сны, особенно тем, кто испытывает значительные трудности с определением того, кто они и где находятся, чему принадлежат; многие люди проживают всю жизнь, будучи не в состоянии узнать это. Порой случается так, что эти люди отождествляют себя с содержанием сновидения, принадлежащим судьбе, простирающейся намного дальше их способности жить, и это может вызвать серьезное расщепление или даже психоз. Некоторые сны проистекают из контакта с основным архетипическим содержанием бессознательного, содержанием, которое никогда не находилось рядом с сознанием.

            Приведу вам несколько диаграмм, чтобы прояснить все это.

 

 

Диаграмма I

 

            Диаграмма I. а) – это круг сознания, b) – нежелательное содержание, ставшее табу, англичане называют это «скелет в шкафу». Оно было вытеснено и стало авнотомным.

            Диаграмма II. Здесь имел место обратный процесс. b) – это комплекс, он остался неподвижным, а а) – сознание, оно отошло от него.

 

 

Диаграмма II

 

            Это вопрос двух разных типов. Тип, представленный на первой диаграмме, более истеричен, а второй кажется более нормальным, поскольку он держит ненормальные вещи на расстоянии от своей повседневной жизни, однако непреднамеренно он всегда находится под их влиянием.

 

 

Диаграмма III

 

            Диаграмма III. У всех есть комплексы, и здесь нечего стыдиться. На самом деле, было бы крайне подозрительно, если бы мы нашли кого-то, у кого нет комплексов, ведь именно они – искорки психики. Эта диаграмма показывает нормального человека, знающего положительные и отрицательные аспекты своего сознания – а), но не учитывающего тот факт, что его сознание содержится в гораздо большем бессознательном, имеющем свои собственные комплексы – b). Люди, отрицающие свои комплексы, отделяются тем самым от своей энергии, потому что нет энергии без комплексов. Если весь конфликт – в архетипах, то энергия сосредоточена в бессознательном, и такое положение вещей сохраняется до тех пор, пока жизнь не создаст ситуацию, констеллирующую архетип внутри нас. Когда это происходит, комплекс начинает бурно расти. Конечно, важно осознавать происходящее, тем самым мы можем обрести более высокую степень сознания; если мы не достигаем этой степени сознания, энергия теряется и снова исчезает в бессознательном. Чудеса – это символы возвышенного понимания жизни. Полет без крыльев, телепатия, практики йоги и так далее – все это психологически относится к такому возвышенному сознанию.

            Я не очень подробно рассказывал о механизме сновидений, и сейчас я дам вам несколько основных моментов по этому вопросу.

  1. Контаминация[1]. Это центральная точка, связывающая бесчисленные вещи друг с другом. Она состоит из неограниченного контакта со всеми возможными образами, взятыми из тысяч различных вещей, о которых мы никогда бы не подумали, что они могут быть связаны. Я приведу вам пример в форме задания. Выберите какую-то простую вещь, скажем, стол. Первыми нам на ум приходят такие вещи как древесина, из которой он сделан, его размеры и тому подобные факты, но весь мир так или иначе связан с этим столом. Скатерть, например, имеет к столу прямое отношение, но Юлий Цезарь кажется слишком далеким от него. Однако, последовательность, если мы ее узнаем, быстро приведет нас туда. Знаменитое немецкое слово «Zug», на которое жалуется Марк Твен[2], связывает удивительно длинный и разнообразный список вещей. Понимание неактивно в то время, когда мы спим. Если мы возьмем кусочек ткани контаминации, любая из бесчисленных вещей, связанных с ним, может выплыть наружу. В сознании мы концентрируемся на значении слова и ограждаем себя от придания ему слишком широкого значения. В бессознательном же все работает наоборот, то есть возникает не просто одно слово, но и все слова в окрестностях этого слова. Вы можете очень ясно увидеть это в психотических состояниях. Приведу вам несколько примеров. Как-то раз в психиатрической больнице у меня была пациентка, называвшая себя Лорелеей. Я поинтересовался у нее, почему так. Она ответила, что находилась в клинике уже длительное время и каждый раз, когда говорила доктору, что ее необходимо отпустить, потому что она – царь, великий магнат или кто-то наподобие этих людей, тот всегда отвечал «Что б значило это, не знаю»[3], поэтому она, конечно, должна быть Лорелеей! Она также называла себя серебряным островом и видела в сновидении остров, целиком состоящий из серебряной горы. Она объясняла это так: «Тишина – это золото, а речь – серебро», а она разговаривала много, и поэтому она была серебряной. Вы действительно можете что-то сказать, когда начинаете думать таким образом. Другой пациент заявил, что он – представитель Сократа, потому что он тоже много лет страдал в заключении – в клинике. Порой нам снятся сны, в которых мы не можем сформировать содержание, и то, что происходит с нами во сне, случается с безумными во время бодрствования.
  2. Конденсация[4]. Это более сильная форма контаминации, она не только соединяет, но и конденсирует бесчисленные вещи. Монстр-крабоящерица, о котором мы говорили в прошлом году – именно такой образ.
  3. Дублирование или мультипликация – противоположность конденсации. Определенные люди или переживания проявляются удвоенными или размноженными.
  4. Конкретизация. Это как если бессознательное не может мыслить логически и ему приходится выражать себя небольшими историями. Например, оно часто выражает комплексы через людей, которые могут быть как реальными, так и воображаемыми. В нашей сознательной жизни мы часто выбираем друга или врага в качестве нашего bête noire: он обладает качествами, которые мы не хотим видеть в себе, и мы очень сильно привязываемся к нему.
  5. Драматизация[5]. Это механизм, драматизирующий все, что происходит.
  6. Архаические механизмы. Это перевод вещей в архаические формы, в животных, появляющихся в сказках, и тому подобное.

 

 

Л Е К Ц И Я   I I

10 мая 1935 года

 

            В прошлый раз мы сделали краткий обзор бессознательной структуры снов. Сегодня мы поговорим о функции сна. Есть две классификации: дополнительная (1) и компенсаторная (2).

  • Дополнительная классификация. Элементы, которых не было в повседневном сознании, автоматически выводятся вперед. Например, днем случилась определенная ситуация, мы заметили лишь один ее аспект, и не увидели всего вокруг него. Следовательно, остальные аспекты и содержание были намеренно или непреднамеренно упущены, и они автоматически возникают во сне.
  • Компенсаторная классификация. Здесь, с другой стороны, мы видим, что психический материал, входящий в сновидения, принадлежит идее цельности личности. Это как если бы было прямое намерение дать весь материал, необходимый для завершения сознательной ситуации.

 

Во втором случае мы должны говорить о тенденции, намерении отдавать эти вещи сознанию. Но, используя термины «тенденция» и «намерение», мы переносим сознательную точку зрения в бессознательное и не знаем, допустимо ли это. Цельность психики состоит из сознательного и бессознательного, и, возможно, это дает нам такое право, но мы должны признать, что лишь некоторые сны могут подтвердить это. Сны, безусловно, ударяют в жизненно важные точки с великой точностью. Античная культура всегда рассматривала сновидения как послания, и мы не можем позволить себе игнорировать древние мнения, потому что психология древних была гораздо шире нашей, ведь они видели намного более простой мир, чем мы. Мы не способны услышать свои собственные голоса сквозь шелест газет, а у них было время слушать свои внутренние переживания. Таким образом, древние концепции указывают скорее на компенсаторную классификацию, нежели на дополнительную. Как будто трансцендентный субъект существует за пределами обычного эмпирического субъекта, и как будто этот трансцендентный субъект пролил свет на сознательную точку зрения.

Тогда возникает вопрос: почему, если трансцендентный субъект существует, он не выражается разумным языком? Можно сказать, что подобное намерение может использовать доступный ему материал, а этот материал состоит из содержания бессознательного, а на содержание бессознательного полностью влияет контаминация, о которой мы говорили в прошлый раз, и этот материал требует совершенно иного языка, в отличие от языка нашего сознательного мира. Сознание, чтобы выражаться разумно, вынуждено исключать многие аспекты и содержание ситуации, но исключать – это не функция и не цель трансцендентного субъекта, который по самой своей природе вынужден использовать более широкую и более объемлющую форму речи. Он не работает с сознательным материалом, поэтому остается только контаминированный материал, напоминающий речь первобытного человека, а примитив не рассматривает вещи как дифференцированные. Он – в участии, которое мы сейчас называем контаминацией. Для нас невозможно понять, как примитив отождествляет себя с крокодилом, но это – результат его контаминированного психического состояния. В некотором смысле он крокодил, потому что может быть таким же опасным, он орел, когда также бесстрашен, он – брат обоих по роду. Примитив может даже войти в воду, будучи убежденным, что крокодил не съест его, ведь контаминация для него настолько естественна, что он доверяется своей жизнью. Мы видим во снах составные фигуры с лицом настоящего отца, фигурой дяди и с жестами любимого учителя. Эта фигура составлена из всех людей, которые по профессиональному или семейному признаку были связаны с нами в отеческом аспекте, все они контаминированы и превращены бессознательным в единую фигуру. Как будто трансцендентная функция должна выражать себя через мутный, невразумительный материал. Это очень хорошо видно на примере сумасшедшего.

Если вы спросите меня о моей интерпретации функции сна, то я должен ответить, что дал оба этих аспекта, потому что, хоть я и знал множество снов, которые могли бы быть неплохо объяснены дополнительной классификацией, я также знал множество, которые не могли. Этот второй вид материала заставляет меня думать, что тенденция и намерение действительно существуют, и что человеческая личность состоит из двух важных частей, одна из которых часто обладает более глубокими и зрелыми знаниями, чем сознательный субъект. Сновидения порой затрагивают вещи за десяток лет до того, как сознание получит какое-либо представление об их существовании, и это заставляет нас верить в предупреждающее качество снов.

Использование сновидений. Я могу лиши кратко затронуть этот аспект. Основное назначение снов – пролить свет на темную ситуацию, подсветить то, через что мы не можем видеть. В практическом анализе в них часто обнаруживаются вещи, которые мы никогда не смогли бы найти, задавая вопросы пациенту, поэтому мы обращаемся к сновидениям, чтобы они подсказали нам существующие тенденции и возможности, что можно привнести в повседневную жизнь. Сознание может ставить великие цели, которых оно совершенно неспособно достичь, а сны часто показывают нам дверь, ведущую к той возможности, что мы никогда не увидели бы сознательно. Контаминация сама по себе показывает нам эти неугаданные связи; в пустых комнатах нашего сознания мы запираем дверь лишь на то содержание, что могло бы помочь нам, однако оно, кажется, не относится к делу. Часто простые пути лежат под рукой, хотя они и невидимы для нашего сознания. Особая цель этого процесса состоит в том, что это содержание не должно рассматриваться как просто интересное, а должно находить применение в повседневной жизни. Только когда оно интегрировано, оно действительно выполняет свои функции.

Мы говорили о методах, позволяющих увидеть темные процессы бессознательного, и узнали, что длинные последовательности постоянно вращаются, а наши сны – части этого процесса. Тот факт, что это содержание ввязывается во все ситуации, становится помехой, заставляя нас забывать слова, говорить неправильные вещи и так далее, доказывает, что эти процессы никогда не прекращаются и никогда не спят. Таким образом, бессознательное – это движущийся психический слой, который мы видим лишь тогда, когда происходят нарушения. Было бы проще, если бы можно было просто убрать сознание и посмотреть, но это невозможно, потому что ничего не осталось бы для наблюдения. То есть задача состоит в том, чтобы найти способ устранить препятствие в сознании и при этом оставить возможность видеть то, что проявляется на темном фоне психики. Здесь мы вплотную подходим к восточным методам. Есть путь, но он очень темный для западного сознания, не имеющего представления об этих вещах, оно просто оказывается сбитым с толку. Я постараюсь выразить это так, чтобы вы не чувствовали себя слишком озадаченными.

Когда мы пытаемся напрямую увидеть что-то из бессознательного, то мы уже грешим против западных идеалов. Когда мы опустошаемся, чтобы пригласить это содержание проявить себя, мы тем самым подводим себя под подозрения. И все же восток говорит, что в этом – самое начало мудрости, они уже многому учат маленьких детей, поэтому, когда мы опустошаемся, то открываем новую территорию – йогу. Латинское слово «Jugum» – упряжь – показывает ее цель, состоящую в том, чтобы запрячь лошадей бессознательного. Эти дикие лошади водятся в нашем бессознательном; причем они изводят не только нервных, но и нормальных. Все мы знаем о вещах, мешающих нам, мы хотим подавить их всей силой воли, а она – слабый, тупой инструмент в этих вопросах, в лучшем случае с временным эффектом. На востоке все эти факты известны тысячелетиями, и лишь западу они неведомы, ведь здесь мы смотрим куда угодно, кроме как в самих себя. Просто опустошить свое сознание – звучит легко, но в реальности это весьма сложная задача. Многие люди применяют восточные способы, чтобы достичь этого, но на деле получается обезьяноподобная имитация. Я упомянул восток лишь в качестве аналогии, и хотел бы использовать эту возможность, чтобы публично предостеречь вас от «восточных» имитаций.  Наша задача – найти способы разобраться с этими вещами по-своему. Восточные пути совершенно не подходят для западной формы сознания.

Главное – знать, как это можно сделать, и я приведу вам проясняющий пример. Молодой человек 32 лет, художник, живописец, испытывал особые трудности в поиске способа освобождения создания. Это было для него очень важно, поскольку наблюдались симптомы особо плодовитого и угрожающего бессознательного: у него было слишком много сновидений и их угрожающие качества не давали ему спать. В таких случаях необходимо применять решительные меры. Имеется как бы большой нарыв. Вы не можете достичь содержания внешними методами, но должны его оперировать. Этот метод фантазии во время бодрствования не только полезен во время болезни, но имеет универсальную применимость. Поэтому я предложил этому молодому человеку, чтобы он попытался фантазировать, но он был совершенно не в состоянии сделать это и мог лишь повторять себе вновь и вновь: «Мне нужно пустое сознание». Наконец, спустя три или четыре недели попыток он сидел на станции Штадельхофен, ожидая поезд, на котором он собирался приехать ко мне. Его внимание привлекло полотно Мюррена, на котором был изображен холмистый пейзаж и коровы на его фоне. Он подумал: «А почему бы мне не подняться на холм к тем коровам?». Так он и сделал, это дало ему возможность посмотреть вниз по другую сторону холма в сторону Альп, и там, на переднем плане, он увидел ворота с тропой за ними, ведущей вниз. Он вошел в ворота и пошел по тропинке вниз, дошел по ней до угла, за которым находилась часовня. Он вошел в часовню и обнаружил в ней картину религиозного содержания; что-то с острыми ушами вдруг спряталось за эту картину. В этот момент он подумал: «Это все ерунда, я все сам это выдумал». Но в поезде он подумал: «Ну, в конце концов, попробую еще разок, а если выйдет то же самое, значит, я ничего не выдумал». Он взобрался на холм во второй раз, и все было точно также, даже существо с заостренными ушами осталось на месте. Он, ликуя, влетел в мой кабинет со словами: «Теперь я все понял!». Это было его ограниченное мироощущение, которое до сих пор мешало проявлению фантазии. Отношение востока к этим вопросам совершенно иное: они дают возможность вещам выразить себя совершенно естественно, аналогично тому, как ребенок мастерит куклу из куска дерева, которая как будто оживает в его руках.

 

  

Л Е К Ц И Я   I I I

17 мая 1935 года

 

            В прошлый раз мы говорили о методе активного фантазирования, сегодня мы продолжаем эту тему. Я приводил вам пример молодого художника. Возможно, вас удивляет, что обычному художнику пришлось пройти через эту трудность, потому что кажется, что подобное должно легко преодолеваться представителями его профессии, но это не так. Особенно сложно сделать игру из своей профессии. Химику было бы сложно заставить себя поиграть с методами, которые использовались на востоке и в средние века в попытках получить золото. Врач испытает подобное сопротивление, если попытается играть с мыслью об исцелении. Если кто-то хорошо разбирается в предмете, то у него есть особенно ярко выраженные идеи относительно того, что это такое, и ему особенно трудно дать свободу действий вещам, которые кажутся не принадлежащими, поэтому этот метод, связанный с картинами, особенно сложен для художника. Из этого примера мы видим, что речь идет о том, чтобы позволить фантазии свободно играть, но это лишь начало. Этот метод активного фантазирования дает много возможностей, его можно использовать для обнаружения комплексов и содержания бессознательного, а особенно он полезен для установления связи с тенденциями и возможностями, которые уже существуют или еще появятся. У нас всегда есть предрассудки, и нам кажется, что мы знаем, какие это тенденции, но в действительности мы ничего о них не знаем; ведь эти вещи всегда появляются и вызывают самое сильное удивление нашего сознания.

            Там, где есть комплексы, всегда есть и фантазии, потому что комплексы постоянно пытаются отыскать решение. Эти фантазии непроизвольны и спонтанны, мы не любим их и имеем против них те же предубеждения, что и против снов. Это не удивительно, поскольку они – еще пенистая субстанция, а для того, чтобы увидеть скрытую часть психики, мы должны обратиться к фантазиям. Это необходимо с медицинской точки зрения. Мы обеспокоены сейчас, правда, не медицинской стороной, а фактически позволением этим вещам выйти «в свет», ведь это – способ познания себя и расширения горизонтов сознания. Фантазии и сны сами по себе не увеличивают сознание, их нужно понимать, и здесь начинается великая сложность.

            Применение метода, описываемого мною, связано с йогой: в целом они похожи, но есть большие отличия. Поскольку йога – это метод расширения личности, мы можем упоминать его в той же связи. Метод изображений – лишь один из множества в йоге. В Индии не разрешен свободный полет фантазии, фантазирование здесь основывается на догматических картинках, называемых янтрами, картинками для созерцания, мандалами, цель которых – привлечь внимание и выступить проводником для фантазии. Наш метод нацелен на то, чтобы позволить комплексу выразить себя и раскрыть свою структуру, а йога стремится заковать его в догму. Такое положение вещей почти всегда имеет место в индийской йоге. Объектами созерцания обычно выступают картины, отражающие реальную природу глубин коллективного бессознательного. Поскольку мы мало знаем об этих регионах, нашему западному сознанию все это кажется странным, а для прояснения нам нужно обратиться к малоизвестным в Европе текстам. К счастью, сэр Джон Вудрофф[6] сам прошел посвящения в эти практики и опубликовал множество материалов по ним. Я не принес вам никаких картинок и ничего вам не покажу, потому что на этом этапе это лишь еще больше собьет вас с толку.

            Подобные вещи мы встречаем в Китае, главным образом – в даосизме, который, как вы знаете, основывается на учении Лао Цзы. Даосизм выродился до ужасающей степени, но в последнее время пережил возрождение, сейчас вырождается конфуцианство. В даосизме также содержится вид йоги, но он менее известен по сравнению с индийской йогой. Китайская йога в гораздо меньшей степени основана на догмах, а йогину приходится самому отыскивать выход из переживаемых трудностей.

            Я процитирую вам несколько отрывков из «Золотого цветка»[7]:

            «Пустота приходит как первая из трех стадий созерцания. Все явления рассматриваются как пустые. Затем приходит иллюзия.»

            Иллюзия относится к таким фантазийным картинам. Каждая фрагментарная мысль обретает форму и цвет, потому что вы даете ей право проезда, тогда как раньше она дремала в сумерках. Это явление характеризуется следующим алхимическим высказыванием о ляписе: «Предоставь мне добровольно мое право, и я помогу тебе». Это и есть символ ляписа, философского камня. Эти кармические следы проявляются под влиянием творческой энергии.

            В Книге успешной медитации (Ying Kuan Ching) сказано:

            «Солнце садится в Великие Воды и возникают волшебные картины рядов деревьев. Закат Солнца означает, что в хаосе (мире до развития явлений, т.е. до развития умопостигаемого мира) закладывается основа: это состояние без противоположности (ву-чи)».

            «Есть три подтверждающих опыта, которые можно испытать. Первый — когда вы погрузились в состояние медитации, боги (20) - в долине. Становятся слышны голоса разговаривающих людей, как будто они находятся на расстоянии в несколько сот шагов, каждый голос отчетливо слышен. Но все звуки похожи на эхо в долине. Их можно всегда слышать, но никогда — себя. Это называется присутствием богов в долине.»

            Здесь кармические мысли представлены в богах, по соседству с сознанием человека. Это очень похоже на шизофрению, когда каждый кусочек имеет свой голос. Йогин в йога-нидре (или йога-сне) пребывает в гипнотическом состоянии, свободном от сознания. Он неподвижно сидит или лежит на земле. Может показаться, что он спит, но это не так, потому что если вы уснете, то вся польза от упражнения[8] сойдет на нет.

            «Иногда можно испытать следующее: как только вы войдете в состояние покоя, свет очей начинает вспыхивать так, что все перед вами становится совершенно ярким, как если бы вы были в облаке. Если вы открываете глаза и хотите увидеть тело — его нельзя больше найти. Это называется: “В пустой обители усиливается свет”. Внутри и снаружи — везде одинаково светло. Это очень благоприятный знак. Или когда вы сидите в медитации, тело плоти становится сверкающим, как шелк или нефрит. Кажется трудным продолжать сидеть, вы чувствуете, что вас как будто тянет вверх. Это называется: “Дух возвращается и прикасается к небесам”. В какое-то время вы сможете испытать это таким образом, что вы действительно всплываете вверх».

            Мы не привыкли думать, что свет исходит как изнутри, так и снаружи, это как если бы око имело собственный внутренний свет: например, если мы получаем удар по голове, то видим звезды. Такой двойной свет нормален в сознании йогов, их внимание направлено на внутренние возможности. Световые явления играют значительную роль там, где сознание пусто. В такой глубокой медитации человек ощущает себя полностью вытянутым из тела. Левитация святого Франциска – типичный пример. Вы можете обозреть себя с высоты одного фута, с потолка или с земли. Сам йогин левитирует, ведь он настолько отождествлен со своим созерцанием, что теряет вес собственного тела. Старый мастер продолжает речь о пустоте и иллюзии:

            «Хотя известно, что эти явления пусты, они не разрушены, и вы занимаетесь своим делом в середине пустоты. Однако хотя вы не разрушаете явления, вы не обращаете на них внимания; это есть созерцание центра. В процессе созерцания пустоты вы знаете также, что вы не в состоянии разрушить десять тысяч образов и вы все же не замечаете их. Таким образом три созерцания сливаются вместе. Но в конце концов сила в том, чтобы представлять пустоту. Следовательно, если вы занимаетесь созерцанием пустоты, пустота определенно пуста, но иллюзия тоже пуста и середина пуста. Нужны большие усилия, чтобы созерцать иллюзию; тогда иллюзия - действительно иллюзия, но пустота - тоже иллюзия и центр - иллюзия тоже. Приближаясь к центру, вы создаете также образы пустоты; они не названы пустыми, но названы центральными. Вы также занимаетесь созерцанием иллюзий, но не называете их иллюзорными, а называете их центральными. Что касается того, что надо делать с центром, то нет нужды что-то добавлять к сказанному».

            «Что касается того, что надо делать с центром, то нет нужды что-то добавлять к сказанному». Это истинно китайское. Йогин концентрируется на центре, а не на самой вещи. Китайцы не говорят, что нет содержания, вместо этого «Мы не будем об этом говорить», и они настолько мудры, что на самом деле этого не делают, а мы насколько инфантильны, что пишем об этом толстенные книги! Нирвана, например – это позитивное небытие, нечто, о чем вы ничего не можете сказать. То же самое и в современной психологии: на фоне бессознательного мы сталкиваемся с вещами, о которых невозможно разговаривать.

            Двадцать богов не имеют особого значения на востоке, восточному человеку не нравится идея родиться богом, ведь боги должны стать людьми, а это, по мнению восточных людей, лишь замедлит и растянет процесс.

            У нас есть западная аналогия в лице Игнатия де Лойолы[9]. Его практика состояла из нескольких недель медитации, каждая медитация длилась по одному часу. Его медитации были чисто христианскими, там есть такое же ограничение на фантазирование, что и в индийской йоге, и оно строго соответствует христианскому образцу. Это противоположность нашему методу. Мы поощряем активное фантазирование о тех вещах, что «выбрасывают» эти люди: это доверие к природе, а если мы следуем природе, то не ошибаемся. Возможно, это очень по-медицински, но все доктора знают, что если природа не помогает, то и они бессильны. Такие фантазии – это чистая природа, но если мы находимся в трудной ситуации, то лишь творческая фантазия может показать нам лаз, через который мы можем проползти. В таких случаях следует поощрять как можно большее количество фантазий.

 

Л Е К Ц И Я   I V

24 мая 1935 года

 

            В прошлый раз я говорил о фантазировании в связке с различными методами йоги на востоке и западе. Сегодня мы продолжим эту тему, особенно в ее психологическом аспекте активного фантазирования. Такие фантазии встречаются обычно у пожилых и зрелых людей; у молодых людей также есть фантазии, но другого рода. Метод фактического фантазирования редко рекомендуется для молодых людей, так как он имеет тенденцию мешать им в реализации их задачи включения в настоящую жизнь, а молодежи важен именно реальный опыт. Существуют исключения, но вы можете применять этот метод к молодым людям только в невротических и патологических случаях. Очень не советую применять эти вещи, я предостерегаю от этого каждого. Этот метод предназначен для более возрастных людей, хотя его и сложнее применять к ним.

Я приведу вам практический пример нормальной женщины, не невротичной, без патологии. Она была американкой 55 лет, с высшим образованием в области естественных наук и руководителем крупного американского колледжа. Она пришла ко мне после войны, сказав, что навестила меня не потому, что я врач, а потому, что я – психолог. Она не была больна или дезориентирована. Естественным образом ее профессия свела ее с молодым поколением, и она никак не могла понять послевоенные явления, моду на сексуальную свободу. Внезапное освобождение от сексуального табу поставило ее в тупик. Более старшие люди не могли предвидеть этого, что сильно дезориентировало многих из них, особенно хорошо воспитанную пуританскую часть американского общества. Она и сама получила образование в настолько респектабельном колледже, что девушки-студентки ни разу не видели мужской труп, все их исследования проводились на трупах женщин! Обладая таким невинным мировоззрением, она внезапно столкнулась с положением вещей, от описания которого я вас уберегу, почитайте книгу Линдсей, если вам важно узнать об этом. Все зашло, разумеется, достаточно далеко. Эти случаи внезапного разрушения табу имеют параллели среди первобытных людей: солнечное или лунное затмение вызывает панику, разлагающую табу, что приводит к дикой распущенности. То же самое произошло во время паники, вызванной землетрясением в Мессине. В одиннадцатом часу жизненный инстинкт заявляет о себе и призывает к размножению, чтобы человеческая жизнь не была уничтожена. Послевоенная психология была следствием военной паники с результатами, подобными результатам землетрясения в Мессине. Эта дама по своей профессии сталкивалась со множеством подобных случаев, и в итоге настолько растерялась, что в какой-то момент отбросила все это и приплыла в Европу, чтобы расспросить меня обо всем этом. Она заметила, причем не сознательно, а где-то на уровне смутной идеи, что эти вещи – словно зараза, и что она сама не смогла полностью этого избежать. Но в случае женщины ее возраста и воспитания немыслимо, чтобы она сделала с этим что-нибудь на практике, а ее страх заставил ее реагировать негативно на все это в целом, а заодно и на молодежь, принесшую ей такие проблемы. Результатом стало растущее состояние неполноценности и чувство, что она не подходит для этой работы. Каждый в ее положении и с таким воспитанием отреагировал бы примерно так же. То, что она увидела, было приходом неполноценного человека: взрыв преступности, детективные истории, гангстеры, популярность криминальных фильмов – все это части одного целого. Она не понимала, что ее ситуацию можно обнаружить и в случае примитивных людей, она считала, что белый человек находится на много миль выше над ними.

            Случай был бы проще, будь пациентка моложе, потому что тогда она не была бы столь подогнанной под свою жизнь. Имея дело с возрастными пациентами, труднее заставить их увидеть, что то, что они так ненавидят, происходит также внутри них самих, потому что это как раз то, чего они боятся. В их возрасте такие вещи не имеют смысла, они не могут жить ими, поэтому впадают в необузданную панику. Это ни в коем случае не означает, что ситуацию можно воспринимать легкомысленно. Если вы сами окажетесь в подобной ситуации, то поймете, насколько она трагична. Мы часто строим себе иллюзии насчет возраста тела, но подобный обман не помогает психике. Вы не сможете вернуться к психологии сорокалетней давности. В возрасте примерно 45 лет дает знать о себе чувство, выражаемое французским bon mot[10]: «Combien je regrette ma jambe bien faite, et le temps perdu!»[11]. Эта женщина не была замужем по множеству прекрасных причин.

            Ее самые первые сны показали большое количество фантазий, но она не могла их достичь, потому что препятствием выступал страх движения назад. Задача состояла не в том, чтобы сдвинуть ее назад в инстинктивную психологию, это задача для молодых; а людям, прожившим большую часть своей жизни и адаптировавшимся к ней, вообще нет смысла отправляться в такие путешествия на уровне тел, которые не подходят им. Задача в таких случаях состоит в том, чтобы искать смысл, поскольку смысл есть и в любви, и в сексе, и в каждом инстинктивном устремлении. Назначение большинства инстинктов очевидно: секс, голод и так далее, но цель не в значении, а в чем-то совершенно другом. Мотылек юкки достигает зрелости, как только открывается бутон юкки. Родители мотылька погибают задолго до того, как он вылупится из яйца, но при этом он точно знает, что делать. Он собирает пыльцу, скатывает ее в клубок, помещает его к себе на грудь и бросает: так оплодотворяется плод растения юкка. Следом он откладывает 50 яиц. Если бы их было больше, растение бы погибло, и тогда бы было уничтожено средство существования мотылька. Вот и подумайте, кто сказал мотыльку, сколько яиц откладывать? Мотылек рождается с картинками, заложенными в его системе; солнце садится, и насекомое понимает, что сейчас самое время сделать то или это. Инстинкт обладает двумя аспектами: первый – динамичный, подталкивающий к действию, но если бы речь шла лишь о действии, то яйца могли быть отложены в любое растение, однако это должна быть именно юкка, поэтому у мотылька внутри есть ее образ, и таким образом он знает, что должен делать. Эти образы одинаковы по важности для самого действия.

            Эта система образом также зарождается в людях, это архетипы, потенциальная сила человека, но она всплывает на поверхность лишь когда наступает момент, и тогда архетип функционирует как побуждение, как инстинкт. В коллективном бессознательном архетипы и инстинкты означают одно и то же. Британский биолог Риверс называет это «реакцией «все или ничего», она либо бьет наверняка, либо вообще не возникает. У молодых людей архетипическая или образная сторона редко всплывает на поверхность, они принимают инстинкт как должное и никогда не задумываются о том, что он означает, он просто функционирует естественным образом. Но когда по отношению к инстинкту начинают возникать вопросы, а это всегда происходит по мере взросления, вы начинаете задумываться о том, что все это значит; появляется расщепление и высвобождаются образы. Активная сторона инстинкта становится менее требовательной, поэтому начинает доминировать сторона образов, как будто мотылек останавливается и задается вопросом: «Зачем я это делаю?», словно желая освободиться от слепого следования своему инстинкту и вместо этого посмотреть на картинки. Это приводит к философским вопросам, которые кажутся совершенно абсурдными людям, активно проживающим свои инстинкты. Сомнение приходит лишь тогда, когда инстинкт начинает ослабевать. Тот же самый инстинкт, побуждавший вас в пятнадцать лет, может снова начать вас двигать в гораздо более зрелом возрасте, но при этом есть нечто, показывающее, что весь процесс в бессознательном стал другим, образы освобождаются от активного инстинкта. Когда этот процесс интенсивен, но остается в бессознательном, тогда эти идеи прочно закрепляются в бессознательном, которое динамически влияет на сознание, а это приводит к конфликту с невротическими осложнениями. К примеру, сексуальные извращения часто возникают из этого источника, и это объясняет внезапные аномалии, появляющиеся у вполне нормальных людей. Они, как правило, не доходят до реальных действий, но приводят к извращению фантазии. Как часто мы слышим о респектабельных пожилых людях, у которых внезапно возникают склонности к кухаркам. В подобных случаях нужно найти расщепление в инстинкте и сделать его осознанным, как будто заставить мотылька юкки понять, что он сделал, и мы должны помнить, что возможное объяснение состоит в том, что мотылек действует не по биологическим, а по мифологическим причинам. Опыт первобытных людей учит нас этому.

            Великий Дух явился к сорокалетнему индийскому вождю во сне и сказал: «Теперь ты будешь женщиной, будешь есть с женщинами, сидеть с женщинами и одеваться как женщина». На следующий день он это сделал, и, конечно же, он стал табу, сверхъестественной силой, считаться волшебником и так далее. Образ отделился от его естественного инстинкта, развернул его в обратном направлении, но обычно он не работает столь пластично и столь быстро. Туземцы, видевшие большие сны, утратили страсть к борьбе, теперь их интерес к образам, а не к самой жизни.

            Приведу вам пример. Человек пятидесяти лет оказался в неприятной ситуации, вынуждавшей его быть доном Жуаном. Он должен был бегать за женщинами, которые, в свою очередь, бегали за ним, и он должен был завидовать каждой молодой паре на улице, думая, что у них было то, что он искал. Я спросил его, ради чего он все это делает, и он ответил: «У них есть секрет, и я должен его разузнать». Оказалось, что у него – негативный материнский комплекс. Она была замечательной женщиной, слишком сильной для его отца, и поэтому, само собой, у нее были мечты о других мужчинах, которые она подавляла, и из-за этих подавлений интерес естественным образом перешел на ее единственного сына. Она постоянно говорила ему, что он должен чувствовать, относилась к нему так, как будто его чувства были ее собственными. Мужчины, чьи матери поступали с ними так, начинают проживать сентиментальные идеи, они никогда не думают, что мужчина движим просто сексуальным инстинктом, они считают, что мужчиной движет благородный мотив, девушка может быть голодна или проживать какую-то скрытую печаль. Он сделал нескольких девушек глубоко несчастными, и тогда им действительно стало печально, потому что именно его садизм сделал их такими, но он продолжал верить в свои благие намерения. Он постоянно искал что-то и стал похож на персонажа «Человека и сверхчеловека» Бернарда Шоу. Его мать отравила его чувства своей критикой и постоянным руководством.

 

 

Л Е К Ц И Я   V

31 мая 1935 года

 

            В прошлый раз мы остановились посередь очень сложной проблемы. Я начал рассказывать вам о пятидесятипятилетней американке, которую невозможно вернуть к инстинктивным тропам юности, но которая должна научиться понимать значение инстинктов. Я говорил о мотыльке юкки и остановился на середине рассказа о пятидесятилетнем мужчине, неспособным поверить в то, что он не несет ответственности за счастье следующего поколения.

 

 

            Если вы пойдете вторым путем, путем картинок, то придете к смыслам. Этот мужчина из-за недостатка понимания пытался двигаться по первому пути. Исследование его случая выявило материнский комплекс, мы об этом уже говорили, и этот комплекс через предрасположенность привел пациента к тому состоянию, в котором он находился. Он сказал, что его привлекал именно секрет: ему казалось, что каждая женщина знает его. Я бы мог пойти с ним «холодным» путем предположений, но это было бы без толку, поэтому я выбрал путь следования его сновидениям, которые явно вели в сторону матери. Это были весьма плохие сновидения, мать проявлялась в них очень отрицательно, словно кровожадный демон, наполовину мужчина и наполовину женщина, ему пришлось биться с ней и даже один раз отсечь ей руки. Он был умным человеком, поэтому вскоре увидел, что все это не относится к его настоящей матери, в образе этой матери было нечто совершенно иное, нечто нечеловеческое и неприменимое к настоящей женщине. Кроме того, его собственная мать давно умерла. Я объяснил ему, что содержание, относящееся ко второму пути, вторгалось в первый, что мифологическая картина кровожадной богини, независимого существа, смешивалась со старой ситуацией в реальности. Его жизнь сильно страдала из-за существования этого образа, это и был тот самый искомый секрет, и он был полностью очарован этим. Не стоит удивляться такому очарованию: достаточно понять, что в иные века люди в таких образах встречали своих богов.

Когда мысль об образе стала ему ясна, это привело также и к практическому эффекту. Однажды он пришел ко мне, светясь, и сказал: «Пара влюбленных прошла мимо меня на улице, и вместо того, чтобы позавидовать им, я подумал: «Слава Богу, у них это есть, пусть они присмотрят за этим, а не я». И он нашел другое занятие: изучение картин, которые приведут к реализации его анимы.

У молодых людей, особенно с художественными наклонностями, такие картины обычно выступают в качестве предлога перед расставанием с реальными женщинами. Ни одна женщина не будет хорошей в достаточной степени, всегда есть какие-то подводные камни. Это может продолжаться до 30 или 35 лет, базис старого холостяка закладывается достаточно глубоко. Или, если мужчина все-таки женится, то вскоре придет к убеждению, что женился не на той, потому что она недостаточно похожа на богиню из образов. Но если люди во второй половине жизни не осознают этих картин и оказываются неспособными свободно двигаться по первому пути, подавление инстинкта может привести в всевозможным сексуальным извращениям. С другой стороны, второй путь ведет к инициации. Как говорит Гете в «Фаусте»:

«Когда б зари вечерней свет

Грозил погаснуть в океане,

Я б налегал дружнее вслед

И нагонял его сиянье»[12].

 

Именно порыв инстинкта делает жизнь достойной проживания, без него жизнь просто мгновенна и фрагментарна, именно этот порыв придает жизни форму и смысл. Но, если мы не понимаем их глубоко, духовные инстинкты просто беспокоят нас, мы пытаемся неверно истолковать их и не видим в них пользы. Важно иметь некоторую степень понимания, чтобы ощущать себя в гармонии с жизнью, и это причина, по которой были установлены ритуалы посвящения. Когда прекращаются сомнительные молитвы, а сомнительные проповедники перестают проводить церемонии инициации в племени, то оно распадается. Когда вы принимаете подобные ритуалы у людей, они теряют чувство жизни, и затем просто ходят от одной сигарете к другой, от одного стакана к другому. Постепенно все племя разбивается на осколки, люди начинают пить, заболевают, а заодно их просят приодеться, чтобы вдруг у проповедника не возникло непристойных фантазий! На одном острове здравомыслящие англичане – а у них больше здравого смысла, чем у других народов – бьют туземцев, когда те носят одежду. Так и должно быть, лишь белые мужчины непристойны в обнаженном виде. Второй путь идет символической тропой инициаций, поскольку естественный порыв не может контролироваться волей. Человечество обнаружило, что инициация дает защиту, и поэтому казалось разумным предоставлять эту защиту раньше, поэтому по мере развития цивилизации эти церемонии проводились во все более раннем возрасте. В нашей церкви с младенцами практикуют крещение, что не имеет никакого смысла, потому что невозможен никакой опыт. Магическая часть этой церемонии исчезла, хотя существует множество тайных сообществ, где все еще можно найти живые останки магии.

Сейчас давайте вернемся к нашему случаю о пятидесятипятилетней американке, потому что я хотел бы показать вам линию, по которой все развивалось. Она смутно разглядела молодость своего чувства и совсем не обрадовалась открытию, фактически оно ее ужасало, ведь эти инстинкты молодости не подходили к ее возрасту. Во второй половине жизни женское начало у женщины в определенном смысле израсходовано, и вперед выходит мужская сторона. Первоначальная сперма, из которой мы все сформировались – мужская и женская; часть, находящаяся в большинстве, выигрывает, но другая часть не погибает, она остается жить в меньшинстве, примерно так же, как сосуществуют в политике правительство и оппозиция. Мужчина получает тенденцию к развитию чувственности, а женщина – к становлению мужественной и агрессивной. Мы вполне искренне говорим об опасном возрасте, и воистину, следовало бы организовать «Лигу в защиту Молодого Человека»! Если бы пожилая женщина попыталась пойти по первому, инстинктивному пути, она оставила бы свою женственность позади и развивала бы агрессивное мужское мироощущение. Это, само собой, вызывает у нее стремление все это подавить. Если в этом случае возникает ситуация наподобие послевоенной Америки, женщина слабеет и становится бессильной, отчаянно придерживаясь своих разбитых идеалов. На самом деле, как я говорил в прошлый раз, она была совершенно дезориентирована.

Ранние сны показывали целый набор фантазий в бессознательном, и я предложил ей попытаться добраться до них, потому что из-за количества снов, которые она видела, пациента была сбита с толку. Она ощущала массу важного материала, а на него у нас не было времени. Поэтому я посоветовал ей попробовать фантазировать. Ей это показалось слишком сложным, и сначала она «приносила» лишь самые простые фрагменты. Сначала она увидела картинку льва, отвела взгляд, затем увидела поезд, и подумала: «Что за чепуху я придумала». Тогда это все ушло. Она подумала: «Либо это метод глупый, либо я глупа». Она была очень умной женщиной, но верила лишь в конкретные вещи, как будто все конкретные вещи не были когда-то просто чьей-то фантазией. Наконец она добилась успеха: она увидела Цюрихское озеро. В эту секунду в ней проснулась критика, она решила, что все это выдумала, но потом вспомнила мое наставление: «Не думай об этом, просто смотри как ученый. Ты не выдумала это, ты это нашла». Идея о том, что она сама все это создала, выглядит так, как если бы она нашла книгу в библиотеке, прочла, а потом решила, что это она сама ее написала. В этот раз она приложила огромные усилия, чтобы побыть рядом со своей фантазией, и с отвращением обнаружила, что на берегу рядом с ней лежала змея. Она снова отвела взгляд, вновь ей пришлось заставить себя быть объективной по отношению к своей собственной психике; это объективно самая сложная задача, с которой нужно справиться. После того, как она заставила себя посмотреть на змею, пациентка вспомнила мои слова про то, что ей необходимо самой быть внутри этих фантазий, что бесполезно быть просто зрителем. Пациенты будут со спокойным интересом наблюдать за тем, как убивают их отцов или матерей. Один молодой человек наблюдал, как его невеста каталась на коньках, но лед провалился, и она утонула, а он просто стоял и наблюдал за ней. Я спросил его: «А в реальности ты бы тоже так поступил?», и эта идея привела его в ужас.

Теперь вы видите, каково мое адское намерение: активно вовлекать людей в их собственную психику, на второй путь, чтобы они сами смогли измениться, ведь в противном случае они не более чем просто посмотрели захватывающий приключенческий фильм. Я узнал об этом из церемоний инициации примитивов. Если они действительно участвуют в этих церемониях и проходят через страдания, то они в конечном итоге достигают просветления. Это та самая причина, по которой примитивам приходится испытывать настоящую боль во время инициации. Туземцев в Западной Африке при достижении ими половой зрелости в хижину призывает голос духа, такой звук получается постоянным кручением эллиптического куска древесины на длинном шнуре – возникает гудящий шум. Когда этот звук слышен, все женщины знают, что пора прятаться в свои жилища, иначе их убьют. Все это должно дать людям понять, что дело серьезное, решается вопрос жизни и смерти.

Второй путь – путь фантазий, его, однако, следует выбрать, когда мы не можем больше следовать по первому пути. Пациентка поняла это, вошла в фантазию со змеей, и, чтобы сделать ее реальностью, огляделась вокруг и заметила, что озеро замерзло. Она сообщила следующее: «Я пошла к озеру в компании змеи». Вот тут и началось приключение.

«Змея очертила круг, скрутилась в спираль и подняла голову. Я встала рядом с ней, все мое внимание было обращено на нее. Затем лед треснул, и мы со змеей обнаружили, что плывем на глыбе льда. Чуть погодя глыба начала вращаться вокруг своей оси и погружаться все глубже и глубже в озеро спиралевидными движениями. Глыба тонула быстро, пока мы не увидели дно озера, скалистое и устланное лугами водорослей. Я плавала вокруг словно тюлень, змея сопровождала меня, я отыскивала что-то интересное. Найти мне ничего не удалось, я обхватила змею за шею, и они привела меня к глубокой черной дыре на дне озера. Некоторое время я смотрела вглубь нее, но не видела ничего, кроме непроходимой черноты. Я даже попыталась немного спуститься вниз, но это не было хорошей идеей, поэтому я осталась наверху, ожидая и глядя внутрь дыры».

Черная дыра, как правило – предвестник важного события, лишь бы у людей хватило терпения ждать, чтобы увидеть, что произойдет. Именно это здесь и имело место. Она продолжила:

«Вдруг, лишь на короткое мгновение, я увидела вдалеке солнце, но затем все снова потемнело. Наконец я собрала все свое мужество и прыгнула в пучину. При спуске исчезло ощущение воды, я снова была окружена воздухом. Вертикальная шахта стала горизонтальной, она медленно и извилисто поднялась на поверхность. Спустя долгое время проход открылся, и я обнаружила, что стою в церковной аркаде».

 

 

[1] Контаминация — это связывание друг с другом очевидно не связанных предметов, событий, идей цепью ассоциаций, действующих в режиме ослабления сознательных ограничителей. http://www.syntone-spb.ru/library/article_syntone/content/2523.html?current_book_page=9 – Прим. пер.

[2] Марк Твен. «Об ужасающей трудности немецкого языка». Цитата: «Например, слово Schlag и слово Zug. В словаре «Шлягу» отведено три четверти колонки, а «Цугу» - все полторы <...> Его прямое значение - тяга, сквозняк, движение, шествие, колонна, вереница, стадо, стая, упряжка, обоз, поезд, караван, черта, линия, штрих, шахматный ход, закидывание сети, дыхание, предсмертная судорога, агония, орудийная нарезка, шнурок. Когда к слову «Цуг» присоединены его законные довески, оно может значить решительно все на свете, - значения, которое ему несвойственно, учёным ещё не удалось открыть» - Прим. пер.

[3] Речь идет о том, что эти слова – первая строка одноименного стихотворения Г. Гейне «Ich weiß nicht, was soll es bedeuten», более известного как «Лорелея». – Прим. пер.

[4] Конденсация — более строгая форма контаминации; она не только связывает, но комбинирует в разных отношениях несвязанные идеи, события и объекты. Женщина, знакомая сновидцу лишь постольку, поскольку он каждый день видит ее проходящей мимо его дома, может появиться во сне, одетой в платье, принадлежащее сестре сновидца. Источник тот же. – Прим. пер.

[5] Драматизация — выражение содержания в форме драматического повествования. Многие сновидения имеют классическую структуру драмы. В них присутствует экспозиция (место, время и персонажи), которые демонстрируют изначальную ситуацию сновидца. Далее – развитие фабулы, сюжета. На третьей фазе возникает кульминация (происходит решающее событие). Заключительный этап — лизис — происходит как результат или разрешение случившегося действия. Источник тот же. – Прим. пер.

[6] британский востоковед, чьи работы пробудили на Западе широкий интерес к индийской религиозной философии и практикам тантризма и шактизма. Википедия: свободная энциклопедия. – Прим. пер.

[7] «Тайна Золотого Цветка» - китайский алхимический и йогический трактат, который в 20-е годы прошлого столетия был переведен на немецкий блестящим синологом и своего рода первопроходцем Рихардом Вильгельмом. Вильгельм, как известно, был близким другом К.Г. Юнга, и эта дружба дала науке многое. С одной стороны, энтузиазм Юнга сыграл большую роль в распространении китайских текстов, впервые переведенных Вильгельмом (помимо «Тайны...», это ещё и «И Цзин» и «Дао Дэ Цзин»), после смерти переводчика; с другой, китайские тексты (в особенности это касается «Тайны...», в меньшей мере – «И Цзин») помогли самому Юнгу сформировать положения аналитической психологии - особенно в отношении коллективного бессознательного. Юнгом был написан довольно объемный комментарий к «Тайне Золотого Цветка», который является одним из ключевых произведений швейцарского мыслителя. По материалам Влада Андерсена https://mustangostang.livejournal.com/56434.html - Прим. пер.

[8] Йога-нидра — психотехника, разработанная Свами Сатьянанда Сарасвати. Связана с последовательной проработкой частей нашего тела в мотокортексе и сенсорной области мозга, что вызывает глубокое медитативное состояние. Эту практику называют йогой сна, или йогическим сном. Википедия: свободная энциклопедия. – Прим. пер.

[9] Католический святой, основатель ордена иезуитов – Прим. пер.

[10] Острое словечко, острота (фр.) – Прим. пер.

[11] Как я тоскую по своим стройным ножкам и по потерянному времени! (фр.) – Прим. пер.

[12] Перевод: Борис Пастернак. – Прим. пер.