Суббота, 06 сентября 2014 22:00

Алиен Данилу Шива и Дионис Глава 8 Человек в мире

Алиен Данилу

Шива и Дионис

Глава 8

ЧЕЛОВЕК В МИРЕ

Тропы знания

Все цивилизации и культуры являются плодом накопления знаний и опыта человека, передающихся из поколения в поколение. Шиваизм, начало которого уходит в далекие времена, представляет собой огромную сумму опыта. Описание тонких структур человека, являющееся базой техник йоги, показывает такой уровень знаний, по сравнению с которым современные знания кажутся примитивными.

Ни одна из концепций, относящихся к природе мира, ни один из методов реализации человеческого существа, описываемый в шиваизме, изначально не принадлежал к варварскому миру ариев. Арийцы постепенно ассимилировали некоторые аспекты знания завоеванных ими народов как индийского, так и элленического миров. Помимо старых частей Вед, все поздние индуистские тексты несут печать философских идей и ритуальных техник древнего шиваизма, более-менее адаптированных к интеграции их в теоретический мир Вед. Греческая мысль имеет такое же отношение к минойскому или пелагскому наследию.

В Пуранах философское и моральное учение шиваизма связывают со Скандой. Значит Сканду можно идентифицировать с тем, кого греки называли Вторым Дионисом - не потому, что это учение менее древнее, но из-за периода, когда оно было принято греческим или индийским миром.

Согласно эволюции циклов, гордость человека восстает против его инстинктов, создавая искусственные ментальные конструкции, вступающие в противоречие с восприятием тонкого мира. Впоследствии катастрофическое ощущение величия человеческого вида развивается на материальном уровне, пока Шива — Первопричина и источник жизни — не появляется и не учит человека трем путям знания и реализации. Это Санкхья (космология), Йога (овладение тонкими энергиями), и Тантра (посвящение и магические ритуалы и практики). Санкхья объясняет строение мира и его создание, параллельность и взаимосвязанность различных аспектов материи, жизни и видов, а также фундаментальное единство макрокосма и микрокосма во вселенной и в живом существе. Древняя Санкхья — это шиваистская Санкхья, являющаяся намного более великой системой, чем то, что называется тем же именем в классической индуистской философии. Йога — это метод, подразумевающий интроспекцию, человек учится тому, как познать себя. Он способен заставить замолчать свои мысли, пройти через границу своих чувств и вернуться к глубинному источнику жизни. Происходит контакт с невидимыми силами, спрятанными внутри человека, как и в любом другом существе. Тело, в том числе умственные и интеллектуальные способности — это только одежда. Тантра — это связь между Санкхья и Йогой. Она обучает магическим методам, благодаря которым человек может вступить в прямой контакт с таинственной природой невидимого и мистического мира богов и духов. Из этих методов опьянение, эротизм, музыка и экстатические танцы являются самым простым средством стряхивания ментального или рационального контроля. Освобождение и выхождение за рамки сознания позволяет напрямую воспринимать тонкие силы, окружающие нас.

Учение о любовной игре и поклонении принципам жизни позволяет человеку постичь истинную природу наслаждения и обнаружить в живом существе состояние напряженности, которое и является самим принципом творения и природы божественного существа. Акт любви таким образом используется как средство достижения совершенства и тонкого знания, возвращения к началу и прямому контакту с Богом.

Физическое опьянение, спровоцированное вином или другими интоксикантами, может в равной степени ускорить и подготовить человека к мистическому экстазу, моментально освобождая его от материальных проблем, привязанностей, запретов.

Дионисийский оргазм соответствует тантре. Через силу посвящения, человек способен достичь самосознания и осознать реальность того, что он воспринимает во время оргазма. Именно это является просветлением. Во время оргазма человек сперва чувствует реальность определенных сил внутри и вне себя. Только тогда он может понять существующие принципы и познать природу мира и божественного.

Природа мира

В шиваистской космологии рассматриваются 24 базовых элемента или «автономные принципы» (таттвы), которые делают возможным видение и развитие мира. Есть пять состояний, определяющих возможности творения: 1) первопричина, Шива. Здесь слово Шива происходит от корня shi, что означает сон. Шива - «тот, в ком покоится все», сон — это образ латентной стадии созидания; 2) энергия или сила манифестации, проявления, зовущаяся Шакти; 3) возможность локализации или расширения, принцип времени и пространства; 4) абсолютная высшая власть, что означает не-существование чего-либо еще; 5) сознание, или способность задумывать и узнавать. Из этих пяти принципов исходят первые составляющие проявления: 1) Майя, внешнее проявление или восприятие; 2) Кала, «измерение» или единица измерения, определяющая время и пространство; 3) причинность, или связь, по которой действие (karma) приводит к результату; 4) разделенность (kala), необходимый элемент для воспроизводства и репродуцирования; 5) память, или аккумулирование опыта или знаний (видья), 6) влечение (raga), 7) план (avyakta), что является еще не-проявленным состоянием проявления, и 8-9-10) три тенденции (гуны), центростремительная, центробежная и вращающаяся (tamas, sattva, rajas), которые определяют структуру материи, а также все импульсы тонких или живых существ. Эти три тенденции, символизируемые тремя цветами, представляют три аспекта божественного проявления в мире. Шива, центробежная или созидательная сила, черный; Вишну, центростремительная или консервативная сила, белый; Брахма, вращающаяся или активная сила, красный. Эти три силы вместе формируют Природу (Пракрити), описываемую как трех-цветная коза (Аджа, нерожденная). «Красная, черная и белая козы дают рождения множеству других, похожих на них.» (Taittiriya Upanishad. 10, 10, 1.)

Минойский оракул

Минойский оракул говорит о теленке, который меняет цвет каждые четыре часа, сперва белый, затем красный и черный. Это также четыре цвета Ио, как коровы, и священных быков Эгея. Вот явный пример символизма этих цветов, который используется в разных ситуациях и особенно в ритуальных рисунках. В традиционном обществе значение этих цветов является очевидным для всех.

Затем идут составляющие живых существ, космических существ (макрокосм), а также человеческих существ (микрокосм), и это: 11 ) manas, или “мысль", которая обсуждает; 12) buddhi, или интеллект, который выбирает; 13) chit, или «сознательность», которая записывает; и 14) ahamkara, или идея индивидуальности, чувство эго, ощущение себя автономным центром. Вместе эти четыре способности формируют внутреннее или перемещающееся существо (antahkarana), к которому добавляются: пять элементов (эфир, воздух, огонь, земля и вода), являющихся сферами восприятия пяти органов чувств; и 20-24) сами чувства (слух, осязание, зрение, вкус, запах), пять органов чувств и соответствующие им органы действий.

С точки зрения принципа созидания, мир можно увидеть как иллюзорный, как вид энергетической эктоплазмы, которая может быть поглощена своим источником. «Подобно тому, как паук выделяет и вбирает в себя свою нить, как земля взращивает растения, как у человека растут волосы на голове и теле, так из Неизменного эманирует вселенная, в которой мы живем. Из него исходят все виды существ, которые затем возвращаются в него и теряются в нем.» (Mundaka Upanishad, I, 1, 7 и II, 1, 1.)

В этом смысле вселенная зовется Майя, что означает иллюзии или внешнее. Однако «с точки зрения ограниченного сознания, а значит - человека, мир — это бесспорная реальность, которой он не может пренебрегать. Человек — это часть творения, вне его он не может существовать ни физически, ни ментально, ни психически.» (J. Evola, Le Yoga trantrique, с. 36.)

С точки зрения человека Майя, материал из которого создана вселенная, видится реальной и вечной. Она эфемерна только с точки зрения Шивы. Подобная двойственность существует во всех аспектах сотворенного мира. На вопросы, которые человек задает себе об этом мире, невозможно ответить. В шиваизме предлагается опыт, а не интеллектуальные спекуляции.

В Shiva Purana, мудрец Сута спрашивает у Сканды: «Является ли Первопричина Вселенной мужчиной, женщиной или существом среднего рода или чем-то еще? Есть ли у души, у атмана (atman) форма? Относится ли она к телу, к чувствам, к уму и интеллекту или эго?» Сканда отвечает: «Спекуляции философов, начиная с историй о результате действий, т.е. карме и принципов существования, привели к бесконечным спорам. Мудрые люди рассуждают о таких вопросах с осторожностью. Вот начало мудрости. Часть тела приходит от отца, часть — от матери. Таким же образом в каждом существе есть элемент Шивы и элемент Шакти.» (Shiva Purana, Kailasa Samhita, гл. 16, 8 -33.)

Излагая принципы шиваистской космологии и обрядов посвящения, Сканда объясняет правила поведения, ведущие к мудрости.

Пять аспектов Шивы

Число «5» - символ Шивы, поскольку оно играет существенную роль во всех проявлениях жизни (см. комментарий к Shiva Purana, Vidyeshvara Samhita, гл. I).

У Шивы пять лиц, относящихся к пяти основным аспектам воспринимаемого мира, из которого исходят пять элементов. Все в мире создано из пяти состояний материи. У живого существа есть пять чувств для восприятия этих структур, являющихся выражением природы самого Творца. Число «5» играет базовую роль в генетическом коде всех живых существ. Поэтому у нас есть 5 пальцев и 5 чувств, а у листьев деревьев — пять прожилок.

Первый аспект зовется Ишана (Господь). Он относится к «эфиру», элементу, который создает пространство и через который проявляются вибрационные принципы. Эфир относится к сфере слуха. Соответствующее состояние бытия — тонкое знание (Кшетряна).

Второй аспект - Тат-пуруша (Идентифицируемая Сущность). Он относится к «воздушному» элементу, сфере тактильных ощущений. Соответствующее состояние бытия — природа (пракрити), первое состояние вещества.

Третий аспект зовется Агхора (Не-Ужасающий), или Агни (огонь). Он относится к мужскому элементу, огню. Огонь — это принцип организации материи. Он принадлежит к сфере зрения. Соответствующее состояние бытия - интеллект (буддхи).

Четвертый аспект зовется Вамадева (Бог Левой стороны). Он относится к женскому элементу, «воде», сфере вкуса. Ему соответствует состояние «идеи себя» (ахамкара).

От единения огня (вертикаль) и воды (горизонталь), символически представленном в кресте или треугольнике «печати Соломона», рождается пятый аспект, зовущийся Садйиоджата (Спонтанно рожденный). Он относится к элементу «земля», твердому элементу, из которого сформированы звезды и тела живых существ. Его сфера — запах. Соответствующее состояние бытия — ум (манас), или думающий орган. Беспокойство ума поэтому рассматривается как своего рода химическая реакция материального порядка и является препятствием на пути к истинному знанию, непосредственному и интуитивному. Первая цель техник йоги — успокоить вибрации ума, чтобы открыться высшим аспектам бытия.

Число «5» можно найти во всех аспектах мира и жизни, которые сами по себе являются материальными структурами. Пятиугольник — символ Шивы. Это число было священным как в Египте, так и в более поздних сообществах посвященных. Мы видим важность пентатоники в музыке или «золотого сечения» в архитектуре, оба базируются на свойствах пятиугольника и позволяют создать «живые» пропорции. Полумесяц, как он представлен в Исламе, это пятидневный месяц, который Шива носит на своем лбу и который представляет собой вместилище сомы, эликсира жизни.

В ритуалах, поклонении и практике шиваизма очень важны различные аспекты бога. Когда изображают бога, в его короне проявляется Ишани (эфир), в лице — Татпуруша (воздух), Агхора (огонь) в сердце, Вамадева (воздух) — в сексуальном органе, Садиоджата (земля) — в его стопах. Этот символизм важен, так как помогает понять ритуалы и мифы, на которые оказал влияние шиваизм. Как пример, можно привести связь короны с властью; то, что ангелы изображаются парящими в воздухе; дух мужчины связывается с огнем; нимфы ассоциируются с водой и т.д.

Шиве поклоняются на пятый день лунного месяца (Шива — панчами). Это день молитвы и радости. Но поскольку Шива является разрушающим принципом, это не подходящий день для развлечений. Нельзя начинать работу на пятый день лунного месяца. «Избегай работы на пятый день месяца. Этот день труден и губителен.» (Hesiod, Works and Days, 807.)

Господь Йоги

Методы йоги пришли к нам из доисторического шиваизма. Шива — Господь йоги. Методы йоги включали в себя непревзойденные знания о структуре человека, о связях между физическим и ментальным, о скрытых силах человека и техниках их открытия и развития для получения знаний о физическом и сверхъестественном мирах. Благодаря йоге ученые древней Индии научились заглядывать за границу чувств, чтобы преодолевать пространство и постигать структуры как бесконечно малые, так и бесконечно большие. Йога описывала отдаленные объекты и континенты, помогала установить контакт с невидимыми мирами, развить способности человека, контролировать его жизненные силы и использовать их для достижения материальных и духовных благ, преодолевать препятствия, чтобы приблизиться к божественному. «Основа Йоги — связь макрокосма и микрокосма. Все силы, проявленные и действующие в мире, проявлены и действуют в теле.» (J. Evola, Le Yoga tantrique, с. 215.) «Дальше далекого, ближе ближнего. Для просветленных оно здесь, в глубине сердца.» (Mundaka Upanishad, III, 1,7.)

С помощью интроспекции йогины открыли в собственном теле существование определенных центров, связанных с тонкими функциями. Эти центры назвали «колёса» (чакры) или Лотосы (падма). От этих центров отходят тонкие каналы (нади), связывающие их с центрами восприятия, мыслями и сознанием, находящимся в мозге.

Все нади исходят из центра Муладхара (корня). Этот центр соотносится с материальным аспектом творения, «землей» или женским принципом, являющимся конечным шагом и материализацией божественного проявления. Поэтому это первый шаг на пути к истоку. Отсюда появляется идея, о которой говорится в месопотамской и минойской формах шиваизма, что Земля - это Богиня, мать богов.

Следовательно йогический опыт начинается с наиболее материального уровня в человеческом существе и постепенно поднимается к более тонким уровням, пока не достигнет источника всего. Йога — всегда восходящий процесс. Если это не соблюдается, опыту не хватает фундамента и йогин остановится на пути и откатится назад. Весь йогический путь должен начинаться с осознания базового центра, Муладхары. Здесь расположена спящая энергия, свернутая в форме змеи. Если ее пробудить и суметь ею управлять, то она станет инструментом достижения всего. Поэтому змея — символ потенциала реализации.

Суть метода йоги состоит в успокоении умственных вибраций, которые отвлекают человека от физической реальности и использовании жизненных инстинктивных сил для связи со всем сущим. Только эти методы, освобождающие инстинктивные силы человека, могут помочь установить контакт с миром растений, животных и сверхъестественных сил.

Чакры

Энергетические центры в теле человека рассматриваются йогинами как четкие структуры в точно определенных районах тела.

«Между анусом и мужским половым органом находится базовый центр, Муладхара, похожий на матрицу или йони (женский орган). Он открывается по направлению к западу (назад). Здесь находится фундаментальная энергия Кундалини, свернутая три с половиной раза. Как змея, она обвивает начальную точку трех основных каналов, а хвост свой держит во рту, как раз там, где начинается центральный канал (сушумна).» (Shiva Samhita, гл. 5, 75-76.)

Муладхара — желтого цвета. В середине ее находится квадрат, символ элемента земли, сферы запаха. Муладхара связана с органом действия — анусом и органом восприятия — носом. Этот центр контролирует энергию выделения (апана). Здесь можно обнаружить первичный саморожденый фаллос, Svayambhu linga, являющийся источником порождающей силы и представленный слогом ЛАМ, в то время как творческий импульс представлен слогом КЛИМ, мантрой желания. Тенденции, склонности, связанные с этим центром — жажда обладания и сон.

Второй центр — Свадхистхана ( Svadhishthana) (само-поддерживающий). Он находится в предстательной железе, находящейся в корне половых органов. Он белого цвета и в его центре — полумесяц, являющийся чашей нектара или спермы, символ элемента воды. Свадхистхана относится к сфере вкуса, язык является органом восприятия, а пенис — органом действия. Этот центр управляет жизненной силой, силой продолжения рода. Здесь находится сила концетрации, сохранения, зовущаяся Вишну, представленная слогом ВАМ. Тенденции, связанные с этим центром — желание, усталость, отвращение и жажда.

Третий центр зовется Манипура ( «город из драгоценных камней»). Он расположен около пупка, в солнечном сплетении. Его цвет — красный, в его центре — треугольник-свастика, образ лабиринта. Лабиринт — символ элемента огня, соотносится он со зрительной сферой, орган восприятия — глаз, орган действия — нога. Этот центр управляет функциями ассимиляции и областью ягодиц. Сила ассимиляции представлена огненной мантрой РАМ. Стремления этого центра - злость, страх, удивление, насилие, гордость и голод.

Четвертый центр — Анахата (спонтанный звук), относится к сердечному сплетению, находится на уровне сердце. Его цвет — серый, в центре — звездный шестиугольник (печать Соломона), символ воздушного элемента, сфера восприятия — прикосновение, орган восприятия — кожа, орган действия — рука. Этот центр управляет кровеносной системой. Здесь находится принцип движения, представленный мантрой YAM.

Пятый центр - Вишуддха (очищенный), относится к горловому центру, находится на спине в области горла. Цвет — ярко-белый, в середине — круг, символ элемента эфира, характеристика которого — пространство. Сфера восприятия — слух, орган восприятия — ухо, орган действия — рот. В мантре ХАМ представлена идея пространства. Здесь живет Гермафродит (Ardhanarishvara), чьим транспортным средством является полу-лев, полу-бык. Склонности, относящиеся к этому центру - привязанность, печаль, уважение, преданность, удовольствие и сожаление.

Шестой центр — Аджна чакра (контроль), соотносящаяся с кавернозным сплетением и третьим глазом. Огненного цвета, в его центре женский треугольник (перевернутый вниз) и фаллос, символ высшего (itara-linga). Здесь интеллектуальные и ментальные способности (antahkarana) объединяются. Этот центр управляет мозжечком и продолговатым мозгом.Экстрасенсорные восприятия являются его сферой действия. Мантра АУМ символизирует силу грома, при помощи которой Шива разрушает мир. На макушке находятся врата, тысячелепестковый лотос, высший путь, по которому реализованный йогин покидает этот мир.

Физическое тело представляет из себя треугольник огня (перевернутый), где рот уничтожает (пожирает), анус освобождает и половой орган - создает.

Во всех традициях признается важность Муладхары, базового центра, который часто идентифицируют с копчиком. На арамейском языке копчик — это luz. В De occulta philosophia, Aгриппа заявляет, что есть «тонкая кость, которую евреи называют Luz, она не разлагается, не может быть уничтожена огнем и всегда остается неповреждённой, из нее, как они говорят, наше человеческое тело растет, как растение из семечка. Ее ценность познается не рассуждением, но опытом.»

«Причина, по которой принципы тантризма, Тантрашастра, не понимаются — это то, что их можно постичь только путем опыта, Sadhara... Чтобы действительно поклоняться божественному, человек должен «стать» этим божественным.» (См. Woodroffe, Shakti and Shakta, 2 изд. сс. 14 и 19.)

Тантризм или оргиазм

Тантризм — это практические методы, ритуалы и техники, которые позволяют связать йогический опыт с универсальными принципами, выраженными в космологии Санкхья. Это реалистичные техники, основанные на опыте. В тантризме используются физические, тонкие и духовные возможности человеческого существа, и учитывается взаимосвязь всех аспектов живых существ и их соотношения с различными аспектами космических существ. Тело — это базис, или инструмент всех реализаций. Жизнь, мысль или духовность, не может существовать независимо от живущего тела. Таким же образом мы можем воспринимать космическую мысль или космическое существование, так как вселенная — это божественное тело. Нет божественной «личности», независимой от материальной вселенной, нет человека, в котором не отображена божественная природа.

Цель тантрического метода для человека — пробудить, использовать и контролировать энергию, свернутую в базовом центре — потенциальные энергии, связанные со всеми телесными функциями. Эти пищеварительные, выделительные и репродуктивные функции — основа жизни. Однако эти потенциальные энергии связаны с дремлющими силами, тонким восприятием, не обусловленным временем и пространством, а также с магическими, сверхъестественными и духовными силами, которые не могут напрямую управляться мыслью или волей.

Методы Тантры воспроизводят в человеке всю историю эволюции. Чтобы развить высшие функции — интеллектуальные, ментальные и духовные, а также управлять ими, необходимо начать с самой основы. Все предпринимаемые попытки — иллюзорны, если не берется во внимание вечная природа живого существа. Особенно верно это в конце эволюционного цикла, в Кали Югу, когда видимое развитие некоторых умственных способностей приводит к ухудшению интуитивного восприятия и понижению жизненных сил. На самом деле происходит упадок, ведущий к вымиранию.

Божественное можно найти за пределами видимых границ живого существа, на двух гранях сотворенного мира. Чтобы пройти сквозь барьеры, закабаляющие нас и освободиться, а также стать ближе к божественному, мы можем пойти по одному или по другому пути. Шиваистский путь — тантрический путь, тамасический (нисходящий), в котором за начальную точку отправления берутся физические функции и негативные, деструктивные, чувственные аспекты человека-животного. Инструментами саттвического пути (восходящего) является аскетизм, добродетельность и интеллект. В Кали Югу саттвический путь считается неэффективным. В любом случае, поскольку он связан с принципом концетрации, то есть с аспектом Вишну или Аполлона, он может вести только к реализации божественности воплощенного в мире. Единственный путь к освобождению всегда шиваистский, что видно на всех высших ступенях посвящения. Это имеет важные последствия в том, что можно назвать моральными аспектами добродетельности, действий и обрядов.

«Ваджрана (путь грома в шиваистском тантризме) подчеркивает относительность моральных ценностей и справедливо заявляет, что страсти теряют свой нечистый характер (klishta) когда они становятся абсолютными через постижение силы элементов огня, воды, земли, ветра и т.д. Они «очищаются огнем» и поэтому ведут к просветлению вне обусловленного сознания.» (J. Evola, Le Yoga tantrique, с. 99.)

Первый эффект использования техник Тантры, перед тем, как столкнуться с освобождением от рамок этого мира - это понимание свободы. Она дает «герою», или сверхчеловеку, силу и неуязвимость, чтобы он мог управлять элементами. Например, превращение ядов в лекарства, воды в вино или перемещение с места на место.

Тантризм противоположен Веданте, так как в нем отвергается концепция мира как иллюзии или Майи с точки зрения человека. Напротив, в нем признается реальность мира как формы энергии, Шакти.

«При рассмотрении этики Левостороннего пути и учений, направленных на разрушение

привязанностей или pashas, мы находим такое глубокое падение нравов, они настолько «вне добра и зла», что западные люди, которые пропагандировали теорию сверхчеловека, кажутся дилетантами. В тантризме предвиделись фундаментальные проблемы, с которыми мы сталкиваемся и в наши дни. В нем предсказывалась Кали Юга, период времени, называемый эрой раздоров и несомненно узнаваемый во время многочисленных событий современного времени. В нем рассматриваются новые формы и новые способы, которые, даже в «темный век», были бы эффективными для достижения идеалов прошлого, чтобы человек мог пробудиться для восприятия трансцендентного.» (J. Evola, Le Yoga tantrique, сс. 287-288.)

В дионисизме можно обнаружить тантрические концепции и практики. Эти концепции и практики часто не понимались в мире, идущем по пути строго отрицающей морали теории христианства. Как сказал Марсель Детеннье, «Проходя за пределы жертвоприношения, которое орфики и пифагорейцы практиковали «сверху», в дионисизме существовала практика «снизу». Последователи Диониса вели себя как кровожадные существа и впадали в безумие. Дионисизм предлагает выход из человеческого состояния путем впадания в животное состояние, а орфизм предлагает такой же выход, но в сторону богов.» (Dionysos mis a mort, сс. 149 и 198.)

В дионисийском мире, оргиазм обращен к практикам, похожим на тантризм. Это основные виды церемоний, во время которых происходят кровавые жертвоприношения, экстатические танцы и совершаются эротические ритуалы. Как Шива в Индии, так и Дионис в Греции представлен в двойном аспекте — как бог Природы и бог оргиастических практик, совершавшихся среди бхакт - вакхов и вакханок— которых греки звали mania.

Дионис-Бахус — вдохновитель mania и сам принимает участие в оргиазме, поскольку по существу он вакх, бхакта, или участник. Шиву называли чувственным и сумасшедшим, так и для Гомера Дионис mainomenos, безумец, отвергаемый благополучными гражданами города. Позже в кельтских балладах Мерлин говорил: “Они зовут меня Мерлин или Безумец и забрасывают меня камнями, чтобы прогнать".

В дионисизме бросаются в искреннее безумие, чтобы достичь и вступить в контакт со сверхъестественным. Платон придает значительную важность оргиастичному безумию, или мании, считающейся источником божественного вдохновения и выражением божественного присутствия в мире людей. Фило говорил: "Охваченные дионисийским и корибантическим безумием, участники во время своего экстаза достигают желанного объекта”. (De vita contemplativa, 12.) В Phaedrus, Платон развивает теорию знания, основанного на таком участии (bhakti) и любовной mania как на источнике этого знания. Он рассматривает четыре типа mania, которые он помещает в символические отношения с Афродитой (и Эросом), Музами (и танцующими), Аполлоном (Вишну) и Дионисом. Он отличает эротическую манию, связанную с любовью от той, что связана с опьянением и экстатическими танцами (относящуюся к Дионису). Подобные различия между экстатическими практиками под эгидой Шивы, Сканды, или Ганеши (Гермеса) и относящиеся к богине, или Кришне, или, другими словами, Вишну-Аполлону, существуют и в Индии.

Коллективные танцы, ведущие к mania, в Индии называются kirtana (песня славы) и дифирамбами в Греции. Этнологи и историки религии часто пытались придать коллективным оргиастичным церемониям аграрные, сезонные или другие смыслы. На самом деле это один из аспектов необусловленности человеческого существа, которое таким образом может вернуть себе свою наиболее глубинную и подавленную природу, являющуюся истинной природой, близкой к божественному. Такое возвращение человеку базовых жизненных инстинктов является существенной частью тантрических практик.

«Подавленное желание порождает мор», пишет Ананда Кумарасвани в The Dance of Shiva. Распущенность, мгновенное исчезновение всех ограничений и разнузданная реактивация первобытного хаоса, вот предпочтительные формы экстаза. Человек должен вернуться к источнику жизни, к творческому принципу, к божественному.

«Сакрализация и ритуализация жизни в целом являлась характеристикой индуистской цивилизации, а также и других традиционных цивилизаций. Христианство было в состоянии сказать: «Ешьте и пейте во славу Господа», так как на до-христианском западе также было известно, что еда священна и даже римские апулеи понимали ее религиозный и символический элемент. Только когда кроме пищи такое признание получили женщины и интоксицирующие напитки, возникли сложности — но только с точки зрения религии, превалирующей на Западе, в которой доминирует сексофобический комплекс, рассматривающий сексуальный акт как нечистый и поэтому неподходящий для того, чтобы считаться священным. Однако это отношение можно тоже назвать ненормальным, поскольку сакрализация секса, идея сексуального sacrum, была признана многими традиционными цивилизациями.» (J. Evola, Le Yoga tantrique, с. 179.)

Пиры-оргии были широко распространены в богатых греческих и римских обществах. Праздничная еда предлагалась на великих олимпийских пирах в Дафне. “На эти мужские пиры приглашались все, кто не моложе двадцати лет. Мужчины и подростки возлежали на одном ложе, тот, кто моложе — впереди, рядом со столом. Взрослый мужчина подливал ему вина, ласкал его и тот становился, если можно так сказать, его любовницей.» (A. J. Festugiere, Etudes de religion grecque et hellenisiique, с. 246.) В Риме во время ночных оргий, когда инициировались подростки, можно было встретить все виды наслаждения.

Одна из характеристик сообществ оргиастического типа — это пренебрежение социальными барьерами. Этот принцип есть во всех шиваистских ритуалах. Организации, в которых происходят танцы и ритуалы оргиастической природы, открыты для всех и очень популярны, особенно среди людей высших каст в поисках опыта, разрушающего социальные ограничения и моральные табу. Как говорил Ливи, среди вакхов считалось выражением особой преданности ничто не принимать как незаконное. В греческом мире тиасы являлись организациями, целью которых было сделать регулярными дионисийские оргии. Они часто состояли из неблагополучных элементов, женщин и бедняков. Буржуазное пуританское общество с огромным недоверием глядело на эти ассоциации и обвиняло их в различных преступлениях.

Культ Осириса в Египте был похож на культ Диониса в Греции. «Кадмос в своем отечестве познал мистерии божественного знания, египетскую мудрость. Он показал мистерии египетского Диониса, Осириса-бродяги, чей ночной культ и обряды инициации он узнал; и втайне он создал магический гимн, сделав акцент на священное безумие.» (Nonnos, Dionysia, IV. 270-273.)

Шиваистские оргии широко практиковались в тибетском буддизме и в более древние времена в культах Среднего Востока, широко распространенных среди хананитов, вавилонян и евреев. Некоторые части Ветхого Завета говорят о людях, событиях и концептах, известных как Пураны; упоминается также традиция бхакт. «Из-за противоречивости и иррациональности некоторых своих действий Яхве не может считаться идеальным с точки зрения человека. В этом он напоминает некоторых индуисских божеств, например, Шиву или Кали-Дургу, но с существенной разницей. Эти индийские божества вне морали и поскольку их способ существования принят за идеальный, их последователи без сомнений им подражают.

В седьмом столетии до рождества Христова израильтяне начали практику холокоста (’Olah), которую они рассматривали как жертвоприношение, предлагаемое Яхве. Они также начали использовать хананитские практики, относящиеся к сельскому хозяйству и даже некоторые оргиастические обряды. В дальнейшем при монархическом режиме процесс ассимиляции интенсифицировался, тогда же стала идти речь о священной проституции обоих полов.» (M. Eliade, Histoire des croyances et des idees religieuses, сс. 194 и 197.)

Как говорил G. Hoelscher’s в своем исследовании библейской традиции (Die Propheten),

«Традиции, относящиеся к Nebitrn (пророкам) представляют этих людей и компании «сыновей пророков», которые они формировали, как группы фанатиков, занятых определенными видами религиозной гимнастики, направленной на достижение коллективного экстаза и странных проявлений, сопровождаемых трансом... У евреев есть слово, означающее «делать nabi», пророчествовать, соотносящееся с греческим, переводимым как «быть вакхом» (H. Jeanmaire, Dionysos, с. 102.)

«Самуил отправил своего младшего сына Саула узнать о судьбе ослиц. “После того, как ты прийдешь на гору Господа.. и встретишь группу пророков, спускающуюся с высоты с тимпаном, трубой и гуслями... они начнут пророчествовать. И божий дух спустится на тебя и ты будешь пророчествовать с ними и превратишься в другого человека... И когда они подошли ближе к горе, они встретили группу пророков и божий дух снизошел на него и он стал пророчествовать среди них.” (I Кн. Ц. 10, 5.)

Самуил стал шейхом Nebiim и руководителем их духовных занятий. Давид укрылся в домах в Раме, недалеко от Самуила. И отправил Саул посланников схватить Давида. “И увидели они толпу пророчествующих пророков под предводительством Самуила, и сошел на посланников Саула дух божий, и они тоже стали пророчествовать. И сообщили об этом Саулу, и отправил он других посланников и они тоже стали пророчествовать; и опять отправил Саул новых посланников, и они тоже стали пророчествовать. И отправился он в Найот в Раме и на него тоже сошел дух божий. И сорвал и он одежды свои и пророчествовал и он перед Самуилом, и упал и пролежал обнаженным весь тот день и всю ночь, и поэтому говорят: «Неужели и Саул стал пророком?» (1Кн.Ц. 19:20-22) (цит. Jeanmaire, Dionysos, с. 103.)

Выражение «пророчествовать» четко обозначает идею охваченности духом. Когда Саул желает убить Давида в приступе ярости: “Злой дух Господа снизошел на Саула, и он стал пророчествовать" (1 Кн. Ц. 18, 10.)

Некоторые аспекты экстатического культа Шивы-Диониса в более-менее тайной форме сохранились в поздних религиях. «В исламском мире, в экстатических танцах, одержимый человек и дух, который охватывает человека, могут быть одного или разных полов. Духи зовутся Bori на суданском языке или Zar (Sar) в Египте и Абиссинии.» (H. Jeanmaire, Dionysos, сс. 120-121) Еще до недавнего времени в Египте можно было увидеть церемонии Bori с кровавым жертвоприношением барана.

В The Ankle Bracelet, древней тамильской поэме третьего столетия, описывается сцена одержимости, нечто похожее можно встретить и поныне. «Деванади погрузилась в транс — цветы из ее волос опали на землю; ее четко очерченные брови начали трепетать; ее зубы оскалились. Голос ее изменился и красивое лицо покрылось каплями пота. Ее большие глаза покраснели. Руки она изогнула в угрожающем жесте. Внезапно ее ноги задвигались, и она вскочила. Никто не мог узнать ее. Казалось, что она впала в ступор. Ее пересохший язык произносил слова: «Я Шайтан, маг, говорю через тело женщины-брахмин». (The Ankle Bracelet, пер. A. Danielou, с. 198.)

Дионис — Бахус: Бог опьянения и вина

Во всех религиях, в которых мистицизм и контакт со сверхъестественным играет важную роль, придается священный характер интоксикантам. Во всех древних цивилизациях есть традиции ритуальных возлияний. Вино еще сегодня является частью христианских ритуалов. Дионис умел превращать воду в вино. Платон говорил, что эта чудесная сила стала обычной практикой в ритуальных занятиях вакхан и менад в состоянии транса. Эта сила также приписывалась Иисусу, как и много других чудес Диониса.

Опьянение, индуцированное вином и галлюциногенными напитками, является частью техник достижения экстаза. Они помогают человеку освободиться от материальных забот и подготовиться к восприятию высшей реальности. «Напиваться и снова напиваться, падать и вставать, чтобы выпить. Вот так можно достичь освобождения.» (Kularnava Tantra, VII, 99.) Согласно Tantra Raja (VIII), «Тот, кто познал высшее освобождение и тот, кто стал адептом или пытается им стать, всегда использует вино». В Mahanirvana Tantra (XI, 105-108) объясняется, что опьяняющие напитки созданы для освобождения, и тот, кто их использует для управления своими умственными способностями и следования закону Шивы, достигает земного бессмертия.

Изобретение вина и его распространение среди людей является важной составляющей легенды о Дионисе. Оказывается виноградная лоза — растение индийского происхождения и была принесена в средиземноморскую область вместе с культом Бахуса еще до арийского нашествия. Мегастен упоминает важность индийских виноделен. Вино стало священным напитком среди людей Средиземноморья и критские садовники стали выращивать виноградную лозу.

«Виноградная лоза культивировалась в эгейском районе с минойских времен. Она появилась в Египте очень раннего периода. Уже в 4 столетии до н.э. Упомянуты известные вина, которые финикийские купцы покупали у африканских берегов, особенно в Ливии и Тунисе». (H. Jeanmaire, Dionysos, сс. 23, 351.)

Аполлодорус считает, что именно Дионис создал виноградную лозу. Как бог экстаза и освобождения, он также - бог Вина и его культ связан с виноградной лозой. В этом аспекте он зовется Бахус. «Либера, латинского Диониса, во время большинства винодельческих операций призывают как покровителя.» (G. Dumezil, Fetes romaines d ’ete et d ’automne, с. 107.) Согласно сицилийскому Диодорусу, легенда о разорванном на клочки и сваренном титанами Дионисе — это символ виноделия. Виноделы мнут и давят виноград, чтобы вино «закипело». Виноградная лоза, как и Дионис, возрождается каждый год.

Медовый ликер (медовуха) - тоже интоксикант и играет важную роль в ритуалах индусов, минойцев и греков. Но в Индии священный напиток сома часто делался не только из виноградной лозы. Некоторые современные авторы предполагают, что использовались определенные типы грибов. Этот древний священный напиток, по-видимому, аналогичен современному бхангу, сделанному из листьев индийской конопли. Каждый шиваит должен принимать бханг хотя бы раз в год. Этот напиток, усиливающий восприимчивость, порождает видения и кроме всего прочего ведет к отличной концетрации ума. Его принимают многие йогины. Описание способа, которым готовится сома, ее использование без ферментации, может относиться только к бхангу и похоже на то, как его добывают сегодня.

Кроме бханга, рекомендуемого для парапсихологического опыта, пальмовое вино и ликер из инжира играют значительную роль в жизни индийских людей и в шиваистских обрядах. Сам Дионис-Бахус является персонификацией бытового пьянства.

Дух шиваистской и дионисийской жизни не только ритуален. Здесь все направлено на поиск радости и удовольствия и самореализации индивида. Вино и другие интоксиканты — часть этой радости жизни, что является одной из первичных целей всего существования, так как счастье (ананда) — это природа самого божественного состояния. Все, что несет радость и наслаждение, продвигает нас к Богу. Все дионисийские или шиваистские праздники — это экзальтация счастья. Физическое опьянение, как и эротизм - это отображение и часто подготовка к мистическому опьянению. «Жизнь удалась, если со мной рядом красивая девушка, а на моих губах вино. Все Вестники Мудрости заняты тем, что пьют в цветочных садах в компании своих возлюбленных.» (Harsha, Le Bonheur du Serpent, Действие III.) То же справедливо и для праздников Бахуса.

«Существуют ритуальные системы, связанные с приношением сомы, как, например, Махаврата (Великий Ритуал), который включает в себя музыку, танцы, драматические жесты, непристойные диалоги и сцены (священник, балансирующий на качелях, сексуальные акты и т.д.). Идея о наполненном и блаженном существовании в общении с богами продолжает жить в индийских духовных поисках еще долгое время после исчезновения оригинального напитка. Поэтому к достижению этого стремятся всяческими способами: с помощью аскез, оргиастических практик, медитаций, техник йоги и мистической преданности.» (M. Eliade, Histoire des croyances et des idees religieuses, сс. 225-230.)

«Имеющий опыт священных оргий, принимавший в них участие — изменил свою судьбу и она более не будет прежней.» (Гимны Гомера, Гимны Деметре, 480-483.)

«В Тантризме вино называется «вода - причина причин» (Karanavari), или «эликсир мудрости» (Jnanamrita). В Kularnava Tantra описано, что в теле заключена форма Брахмана и может быть открыта при помощи вина, вот почему его используют йогины. В дионисийзме у вина похожее значение, так что выражение «священная оргия» часто можно встретить в древней литературе, описывающей мистерии; похожая идея есть в персидском мистицизме, где вину и опьянению придается ритуальное и символическое значение. Изучая эту тему далее, можно дойти до традиции тамплиеров. Французское выражение ‘пьяный как тамплиер’ может иметь тайное значение, сильно отличное от общепризнанного.» (J. Evola, Le Yoga tantrique, с. 184.)

Эротизм

Эротизм: священность сексуального акта

«Божественная любовь достигается через плотскую любовь» (Святой Бернард). Шива — принцип эротического удовольствия, не плодовитости. Блуждая в лесах, он мастурбирует и разбрасывает семя, сеет желания и эротическое безумие. Его сын, Сканда, рожден без вмешательства женского элемента. Вся красота и вся радость мира проявляется через эротический импульс. Ветер разносит цветочную пыльцу. Оплодотворение — это только случайность, основное же - это проявление эротической радости. Эрос не понимает разницы между полом или объектом. Внутренний импульс направлен к красоте и гармонии. Творение мира — эротический акт, акт любви, и все сущее поддерживает это послание. У всех живых существ все организовано в соответствии с этим выражением удовольствия, радости, красоты и счастья, что является божественной природой и тайной всего сущего.

Эротизм — это притяжение, объединяющее два противоположных и дополняющих друг друга полюса. Низший эрос ориентирован на воспроизводство, рождение детей и создание материальных благ. Свободный или чистый эротизм, ориентированный на универсальную красоту во всех своих проявлениях - это отражение божественного, и это путь, ведущий к Богу. Это высший, сублимированный эрос. Только любовь «женщины, которая не принадлежит тебе» (parakiya) - это истинная любовь. Отношения с «той, что принадлежит тебе» (svakiya) — это часть социальных обязанностей мужчины, и не обладает ритуальной ценностью. В тантрических обрядах правило, позволяющее мужчине использовать свою собственную жену, действует только в низших, подготовительных ступенях, для vira или «героя» это не применяется. «Метафизически физический, животный акт порождения — это только слабая замена духовного порождения. Продолжение рода обеспечивается за счет использования секса в качестве порождающей силы, представляет собой своего рода эфемерную земную вечность, факсимиле непрерывности.» (J. Evola, Le Yoga tantrique, с. 222.)

«Переживание абсолютного света, достигаемого посредством maithuna, или сексуального единения, способно проникнуть прямо в сердце органической жизни, и обнаружить там в самой ее сущности семена изначального сияния, создавшего мир. Свет, переживаемый в maithuna - это Ясный Свет Гнозиса и сознания Нирваны.» (M. Eliade, Mephistopheles et I’Androgyne, сс. 46-49.)

«Сексуальный акт может являться процессом мистической идентификации так же как и другие экстатические методы. Поэтому его использование вполне нормально с того момента, как социальная группа пожелала войти в союз с естественными силами, представленными священными героями. Вот в чем смысл священного брака (Иерогамия), публично исполняемого во время языческих церемоний.» (Andre Varagnac, Civilisation traditionelle, с. 241.)

В некоторых тантрических ритуалах имеет место сексуальное соитие монаха с проституткой, а также приношение спермы, которая ассоциировалась человеком-рыбой; или анальное проникновение, связанное с человеком-птицей. Совокупления мужчин или женщины и животного имели символическое и ритуальное значение, что можно увидеть в многочисленных изображениях в индуистских храмах. Соитие Пасифаи и быка, давшее рождение Минотавру, а также изображения получеловека-полуживотного, найденные в Египте, Индии и месопотамском мире — все отображают ту же концепцию.

«В гимнах Гомера половой инстинкт идентифицируют с элементом, объединяющим три способа существования: животный, человеческий и божественный. Это религиозное оправдание сексуальности. Провоцируемое Афродитой, даже сексуальное пресыщение и безумство должно быть признано имеющим божественное происхождение.» (M. Eliade, Histoire des croyances et des idees religieuses, с. 296.)

«Дыхательные техники и сексуальность являются единственными путями, все еще открытыми для человека в Кали Югу. На них базируется sadhana (метод). В йоге наиболее важной является пранаяма, дыхание. Использование женщин, секса и сексуальных магических игр играет значительную роль в другом направлении тантризма, в который перенесены практики древнего доиндоевропейского населения, затем трансформированы, завершены и доведены до инициатического уровня. В Siddhdntachara (поведение в соответствии с эзотерическими принципами) и Kaulachara (правила поведения «спутников»), являющимися существенной частью пути Левой Руки, акцент смещается и переходит на освобождение - стать богочеловеком, тем, кто преодолел человеческое и встал вне всякого закона.» (J. Evola, Le Yoga tantrique, с. 21.)

Samarasa (идентификация через ощущения) — это идентификация с божественной сущностью через наслаждение, достигаемое во время сексуального ритуала. Каждый половой акт может стать священным и называться vaira-padma-samskara, «тайна грома и лотоса». В секретном языке Тантры, Vajra (удар грома) и padma (лотос) описывают мужской орган и место-приемник (arghya), женский орган. Так же bindu, точка между не-существованием и существованием, представляет собой сперму и mudra (печать), женскую секрецию.

«В ритуале мужчина идентифицируется с первым принципом, женщина — с другим, и их союз воспроизводит божественную пару. Эти два принципа — Шивы и мужчины с одной стороны и Шакти и женщины с другой стороны. В видимом и обусловленном мире они проявляются отдельно в дуальности, выражением которой являются мужские и женские половые органы, соединяющиеся в единое целое во время оргазма, таким образом порождая «андрогинного Шиву», Ардханаришвару и единство Начала. Эта интерпретация сексуального единения приостанавливает закон двойственности и индуцирует экстатическое раскрытие. Закон дуальности останавливается во время наслаждения, оргазма и экстаза, соединяющего два существа … вызванное этим состояние единства предвосхищает абсолютное... безусловное... просветление... В Kularnava Tantra даже говорится, что высшее единение может быть достигнуто только при помощи сексуального соединения.» (J. Evola, Le Yoga tantrique, сс. 191-192.)

В тантрических ритуалах почитаются половые органы молоденьких девушек. В Mabamudratilaka говорится : «У молодых женщин после двадцати лет больше нет оккультной силы». Чтобы испытать внутреннее просветление через ритуальное сексуальное соединение с молодой девушкой, персонифицирующей Шакти, должна быть имитирована божественная любовная игра, в которой кульминацией не является семяизвержение. У женщины двойная личность. Дева и Мать — разные существа, у каждой особая роль, как символически, так и в ритуалах.

В Йоге Правой Руки развитие сексуальной силы играет существенную роль, но в этом случае она в основном используется, чтобы пробудить дремлющую энергию и поднять ее через различные центры к голове, что делается путем избегания эякуляции. «Извержение бинду (здесь обозначает сперму) приносит смерть; сохранить бинду — сохранить жизнь». (Hatha Yoga Pradipika, III, 85, 90.). Адепт, находящийся «близко к божеству» (divya), в котором доминирует восходящая сила (sattva), более не практикует сексуальные обряды вира или «героя», которые объединяют его с шакти (энергией реализации) в лице женщины. Вместо этого он старается пробудить в своем собственном теле Шакти, с которой он должен объединиться, чтобы достичь своей цели. Реализованный человек (divya) может сказать, «Какая нужда мне во внешней женщине? У меня есть женщина внутри (Кундалини).»

Какую бы форму они ни принимали, ритуалы сексуальной природы зовутся «бракосочетание Шивы», так как господь берет под свою защиту всех, кто отличается от общепринятых норм. Описано огромное количество эротических вариаций, и процедуры йогического типа созданы для того, чтобы интенсифицировать и разнообразить чувственное удовольствие. В специальных обрядах важную роль играет оргазм, связанный с анальным проникновением. Это связано с поклонением Ганеше, сыну богини и охраннику врат, центр которого, согласно йоге, находится в области простаты.

«Между Кундалини и половым органом есть определенные отношения... В тайные сексуальные практики, возможно, включено мгновенное пробуждение этой силы. Можно сказать, что в тантрическом символизме Шакти в человеке представлена на уровне «земли» в Муладхаре в форме змеи, свернутой вокруг фаллоса Шивы, закрывающей отверстие, что имеет глубокое значение.» (J. Evola, Le Yoga tantrique, с. 222.)

Нам известны только несколько ссылок на эротические обряды, практикуемые дионисийскими группами и посвященными обществами Запада. Однако этих упоминаний достаточно для того, чтобы понять, что они практически точно соответствуют как в теории, так и на практике, описываемым в деталях в Пуранах и Тантрах.

Рождение Эроса (Камы)

Следующее описание — хорошая иллюстрация к тому, как космологическая абстракция— рождение мира - описывается понятными образами. Это относится к вторичным проявлениям все того же принципа созидания и характерно для всей мифологии. «Во времена творения, когда господь Брахма [представляющий творческую силу, рожденный от союза Шивы и Шакти] заставил этот мир появиться, он создал Аврору (Сандхья), проявившуюся в образе молодой девушки удивительной красоты.»

«Брахма сказал: ‘От ее вида у меня произошла непроизвольная эрекция. В моем сердце появились противоборствующие желания. Все мои сыновья впали в такое же состояние. Чудесное существо по имени Эрос (Кама) было рождено от моих мыслей. С желтым цветом тела, напоминающим золотую пыль, с широкой грудью, с красивым носом; с чудно округленными бедрами и ягодицами, с черными волосами, обвивающими шею. Играющий парой сросшихся бровей, с лицом, подобным полной Луне. Его широкая грудь, покрытая густыми волосами, была подобна дверной доске. Его руки были полными и округлыми и напоминали хобот белого слона. И они, а также очи, лицо и ноги имели красноватый цвет. Он был строен и обнажал в улыбке красивые зубы, а шея напоминала шею слона, находящегося в периоде течки. Очи его были похожи на лепестки цветущего лотоса, волосы источали аромат. А шея имела форму раковины. На знамени его была изображена рыба. Вооруженный пятью цветочными стрелами и луком, пылкий красавец, он бросал нежные взоры, вращая очами.

Увидев его, мои сыновья наполнились великим изумлением. Они заволновались, их умы смутились. Обеспокоенные ароматом любви, они потеряли силу разума.” (Shiva Purana, Rudra Samhita, гл. I, 20-32.)

«Затем Брахма сказал Каме ‘Этим очаровательным обликом и пятью цветочными стрелами, сбивая с толку мужчин и женщин, порождая в них желание, ты будешь производить вечное творение.» (Shiva Purana, там же., гл. II, 37.)

«Каждая из пяти стрел Камы несет определенное действие. Они зовутся Мучительная, Жгучая, Чарующая, Пьянительная и Всесокрушающая.» Мудрецы сказали: «Очаровав нас всех, Эрос продолжил насмехаться над нами, пока мы не потеряли контроль над своими чувствами. Поэтому мы стали смотреть на Аврору похотливым взглядом.» Все мудрецы были охвачены эротическим возбуждением. Тогда Шива, вдохновляемый Добродетелью (Дхармой), начал смеяться и стыдить их. Он сказал им: «Брахма, как мог ты позволить себе дойти до того, что ты испытываешь такие чувства к собственной дочери? Как возможно то, что твои сыновья охвачены вожделением к одной и той же девушке, более того, к их собственной сестре? Этот Эрос должно быть глупец, у которого не хватает хороших манер, раз он атакует с такой жестокостью.» (Shiva Purana, там же, гл. Ill, 2-44.)

«Боги, побежденные Титанами, умоляли Каму одолжить свое оружие, чтобы отвлечь Шиву от медитации и он смог бы помочь им победить врагов. Кама сказал Брахме: «Я могу посеять беспокойство в сердце самого Шивы, только применив единственное оружие - очаровательную девушку.» На это Брахма ответил глубоким вздохом, из которого родился Васанта (Весна), украшенный множеством цветов. Подобный красному лотосу, с очами, подобными цветущему лотосу. С лицом, напоминающим восходящую Луну вечером, с красивым носом. С черными вьющимися волосами, с ушами, изогнутыми как раковины, украшенными парой серег, подобных Солнцу вечером. С походкой как у слона в период течки, с широкой грудью. С полными, сильными и длинными руками от плеча до кисти, с мощными руками, с округлыми бедрами и ягодицами, с шеей как раковина, с высокими плечами, чьи ключицы не были видны (были сокрыты) , с мощной грудью. Его необычная красота способна очаровать любое существо и возбудить в нем любовь.

«Когда Васанта явился в полной мере, подул благоуханный ветер и зацвели деревья. Сотни кукушек сладкозвучно закуковали и зацвели лотосы. Брахма затем сказал Каме: «Теперь у тебя есть верный спутник. Он похож на тебя и будет тебе верным слугой.» (Shiva Purana, Rudra Samhita, Sati Khanda, гл. 8, 34—41.)

«Мудрец Брихаспати убедил Каму и его спутника Васанту пойти к Шиве, погруженному в йогическую медитацию, и убедить его вступить в союз с Леди Гор (Парвати). Господь посмотрел на него с насмешкой и презрением и вспышкой молнии из третьего глаза испепелил Каму. Растроганный слезами жены Эроса, Рати, Господь сказал ей, «Твой муж потерял видимое тело, но в моменты наслаждения он сделает то, что необходимо.» (Linga Purana, 101, 39-46.)

«Если богиня горы, самая прекрасная из всех живых существ, полюбит меня, Эрос вновь возродится. Все боги, мудрецы и аскеты без стыда отдадутся чувственным удовольствиям и отвергнут путь аскез и йоги. Неудовлетворенное желание ведет с гневу, гнев к ошибке, а ошибки уничтожают плоды аскез.» (Shiva Purana, Rudreshvara Samhita, Parvati Khanda, гл. 24, I8-28)

Однако мир, лишенный очарования Эроса, не мог бы существовать. «Шива, бог, держащий трезубец, с состраданием посмотрел на дочерей небес, умоляющих его. Одним своим взглядом, более действенным, чем амброзия, он возродил очаровательное тело Камы из пепла». (Shiva Purana, там же., гл. 51, 1314.)

В орфической космологии у Эроса, как и у Камы, не было матери, так как он появился раньше, чем возник сексуальный союз. Он представляет из себя изначальное единство, к которому стремятся все «разделенные» существа. Наш мир — результат разделения на два противоположных принципа, существующих только для друг друга, благодаря друг другу и стремящихся найти друг друга. Эрос - это одновременно принцип бытия и небытия (смерти). Ничто не существует без него; через него всё стремится к воплощению. Он представляет собой саму природу Шивы, принцип жизни и смерти.

На Крите, и позже в дорийском обществе в Спарте важную роль в организации общественной жизни играло эротическое желание. В основном оно выражалось в форме гомосексуальной любви, выражении чистого желания без мотива воспроизводства. Эта форма эроса была источником гражданской добродетели. Именно через эротическую привязанность старший мог вести младшего по пути мудрости, смелости и добродетели. «Преступности несовершеннолетних» нет в местах, где законом является педерастическая любовь. Греки прекрасно понимали социальную и образовательную роль этого аспекта эроса. Фивы одержали свои великие победы благодаря тому, что «священные батальоны» были сформированы из пар любовников.

«Любовные романы молодых критцев... включали в себя фиктивные браки, когда старшие похищали молоденьких мальчиков... Друзья мальчика... хватали его и вели к похитителю. Мальчика забирали из города и через два месяца охоты и пиров возвращали обратно. Затем молодой новообращенный приносил тельца в жертву Зевсу... Считалось позором не иметь такого любовника... Похищенные мальчики... занимали почетные места на танцах и скачках и им было разрешено одеваться в лучшую одежду. . . которую им давали их любовники». (R. F. Willetts, Cretan Cults and Festivals, с. 116.)

После «свадьбы» молодежь включалась в группу воинов. Старшие предлагали младшим три ритуальных подарка: оружие воина, чашу для питья и быка для жертвоприношения. Согласно Платону, миф о Ганимеде берет основание при дворе Миноса и поэтому Минос, а не Зевс, являлся похитителем. В дальнейшей литературе Эрос становится enfant terrible, ответственным за организацию любовных интрижек.

Возможно, что между легендами о Каме и Васанте и о Гиацинте есть связь. Аполлон, любивший Гиацинта, случайно убил того диском. Минойское происхождение Гиацинта подтверждается формой его имени, которое также обозначает «дикий гиацинт» или ирис. Поэтому Гиацинт являлся ежегодно умирающим и возрождающимся богом растительного мира, сродни не только Адонису, Аттису и Осирису, но и его критскому коллеге, Зевсу Кретагену. Как и критский Зевс, Гиацинт не был вскормлен своей матерью. Его кормилицей была покровительница животных, до-греческая Артемида.» (R. F. Willetts, Cretan Cults and Festivals, с. 222.)

Гомосексуальность была распространена, и это продолжается по сей день, но в Индии ее ритуальной роли придавалось большее значение, чем чувственной или социальной роли. Осуждение гомосексуальных практик британским правительством в Индии так или иначе нанесло ущерб гармонии жизни.

Жертвоприношение: сакрализация пищеварительной функции

Жертвоприношение

Создатель — жестокий бог, сотворивший мир, в котором никто не может жить, не уничтожая других живых существ. Поэтому ни одно существо не может выживать, не пожирая другие формы жизни, будь это растение или животное, и это один из фундаментальных аспектов творения. Живя в этом мире, как животном, так и человеческом, мы постоянно уничтожаем. Существовать - значит пожирать и быть съеденным. Человек - это то, что он ест. Всё живое, поедающее других существ и самих себя, становится пищей для других существ в экологическом цикле. Вот почему Создатель сам себя определяет как поглощающий и поглощаемый. «Я пища, пища, пища и я поедатель, поедатель, поедатель... из пищи рождены все живые существа. Любой, живущий на Земле, существует только благодаря пище и сам в конце становится пищей.» (Taittiriya Upanishad, III, 2 и 10, 6.)

«Вся Вселенная — это только пища и поедание.» (Brihat Aranyaka Upanishad, 14, 6.) «Живые существа пожирают других существ (Jiva jivasya bhakshaka)», как написано в Пуранах. В Anushasana Parva Mахабхараты (гл. 213), Шива объясняет своим спутникам «В этом мире нет никого, кто бы не убивал других. Идущий убивает своими стопами бесчисленное количество насекомых. Даже во время сна он уничтожает жизни других. Все существа убивают друг друга. Невозможно выживать без убийства. Умирает только тот, кто должен умереть. Живое существо убивает Судьба; только после этого приходит смерть. Никто не избежит Судьбы».

Основной принцип шиваизма — принять мир таким, каков он есть, а не таким, каким мы хотели бы, чтобы он был. Только когда мы принимаем реальность этого мира, мы можем попытаться понять его природу, что подведет нас ближе к Творцу и к нашему месту в гармонии творения. Так как ничто не может существовать без пожирания других существ, мы сами должны взять на себя ответственность перед богами, устроившими жизнь именно так. Чтобы включить богов в наши действия, нам надо преодолеть инстинктивную стадию и ритуализировать акт убийства, так же, как и акт любви. Чтобы разделить с богами ответственность за братоубийственное действие, которым мы вынуждены поддерживать свою жизнь, мы должны им предложить жертвы как подношения. Богам нужно принести первые плоды урожая, первые глотки напитков и кусочки пищи, и перед ними мы должны убивать животное, которое хотим съесть.

Только когда мы полностью осознаем ценность наших действий, мы сознательно исполняем волю бога, устроившего жизнь так, что она может существовать лишь благодаря смерти и убийствам, и тогда мы можем ограничить влияние этого на нас, сыграв роль, предназначенную нам в гармонии этого мира. Только так мы можем избежать отступления от нашей роли и избежать последствий, появляющихся, когда человек пытается проигнорировать свою собственную природу и природу божественного.

Сегодня в некоторых популярных шиваистких сектах человек ест плоть только тех животных, которые были ритуально принесены в жертву перед богами, как свидетелями жестокости мира, где невозможно существовать, не уничтожая другие жизни. Делая так, он честно играет свою роль в мировой гармонии, без сентиментализма или лицемерия. Человек не должен поедать плоть живых существ, которых он не убил сам, то есть он должен принять сознательное участие в их умерщвлении и сделать богов частью этого, так как мир, который они создали и поддерживают — это постоянное жертвоприношение. В этом и состоит значение ритуального жертвоприношения. Говоря, что боги жаждут крови жертв, мы идентифицируем их с миром, являющимся выражением их собственной природы, и приближаемся к ним, освящая акт убийства. Каждая религия основывается на идее жертвоприношения и священной жертве. Будь жертва животным, растением или человеком, наши тела — это только кладбище. Все наше тело — как физическое, так и психическое — будет служить пищей других живых существ.

Жертвоприношение не имеет ничего общего с убийством домашнего скота в городах. Принесение жертвы должно быть публичным, с полным осознанием его жестокости и его ценности. Охотиться и зарезать животное для еды - один из базовых человеческих инстинктов и предназначен для выживания, ведущего к экзальтации или некоторому трансу. Это также является одним из мистических путей идентификации с деструктивным аспектом бога. Неистовая охота менад и ярость, с которой они разрывают на куски и пожирают свои жертвы — это форма мистического экстаза.

Эта экзальтация и сегодня видна в крупных шиваистских ритуалах, во время которых приносятся в жертву тысячи козлов или буйволов; вся земля и участники пропитываются кровью, царит атмосфера религиозной экзальтации. Убийство — священный акт, так же, как и рождение. Бессмысленное убийство разрушает равновесие природы, защитником которой является Шива. «Всегда и везде нужно избегать насилия. Насильник не атакует человека, свободного от насилия в мыслях, словах и поступках. Они нападают на тех, кто сам нападает на других. Тот, кто заботится о благополучии живых существ в мыслях, словах и делах и кто благосклонен ко всем существам, достигает рая Рудры. Однако насилие должно быть совершено по отношению к цветам, чтобы поднести их Шиве и насилие применяется к жертвенным животным.» (Linga Purana, I, гл. 78, 8-16.)

Согласно наиболее древним источникам, жертвоприношения предлагаются Сканде, юному богу-воину, а не самому Шиве, являющемуся защитником животных.

Шридаянанда (Balidana Pujaka pradhana anka, Kalyana, Shakti anka, с. 161) говорил, «есть четыре вида жертвоприношения: первый — жертвоприношение тела, жизни. Оно достигает бога и приносимый в жертву соединяется с тем, кому он предназначен в жертву. Второе — это жертвоприношение страстей. Желание соответствует ребенку, злость — быку и иллюзия — буйволу. Третье — это подношение богам первых плодов всего, что составляет нашу пищу: зерна, сладких фруктов, кореньев, вина и т.д. Четвертое — это приношение живых существ.»

Агни, бог Огня

«Огонь существует только уничтожая топливо, потребляя жертву, благодаря которой он живет. Вся вселенная, как разумная, так и неодушевленная — ничто иное, как огонь и жертвоприношение. (Mahabharata, Shanti Parva, 338, 52.) Солнце светит только благодаря уничтожению самого себя. Огонь — символ универсального жертвоприношения, образ уничтожения в чистом виде. Он представляет из себя некую границу между двумя состояниями бытия, между проявленным миром и миром богов. Боги — вне огня и питаются дымом подношений. Все подношения богам бросаются в рот Агни, бога Огня. Именно Агни принял сперму Шивы, из которой получил рождение Сканда, так как бог принес в жертву свою собственную субстанцию.

Кислота, разлагающая и переваривающая пищу в желудке, тоже считается огнем, и в этой форме Агни представлен в теле человека. Поедание плоти жертвы равнозначно ритуалу огненного приношения, пока тот, кто ест, осознает присутствие богов в себе и пока акт еды является ритуалом. Омофагия, или пожирание сырой плоти жертвы, имеет ценность жертвоприношения только если совершается в состоянии транса, что означает, что поедатель охвачен богом.

Природа огня различается в зависимости от того, что является топливом. Жертвенный огонь должен разжигаться кремнем, «камнем-громом» или от растирания двух кусочков священной древесины, являющейся необходимой для огня в кельтских странах. В Индии для всех яджн (жертвоприношений) костер должен быть сделан именно таким образом. В индийской традиции хранится память о Рибхус, мудрецах, которые первые приручили огонь и создали «очаг», символ оседлой цивилизации. Поддержание огня во время всего периода замужества — важная часть ритуалов домашней жизни. Если огонь гаснет, стабильность покидает дом. Если гаснет жертвенный огонь, это означает, что боги отвергли жертвоприношение. Ясно, что разжигание огня в древнем мире было проблематичным. Даже сегодня кочевники с огромной осторожностью переносят огонь из кочевья в кочевье.

Жертва

Богам может быть предложено только лучшее. Самое благородное животное, близкое к богу, - это то, которое должно быть пожертвовано. Часто это образ самого бога и его умерщвление вызывает божественную жертву. Все животные и растения, которые предлагаются в жертву — идентифицируются с богом, в честь которого совершается жертвоприношение. В своей скрытой форме жертвуется сам бог. «Дух растения во время сбора урожая воплощается в теле животного, которое становится его обителью. В дионисийских ритуалах жертвенное животное — это сам бог.»" (см: Sir James Frazer, The Golden Bough, сс. 160-168.)

Животные, обычно жертвуемые, - это бык (средство передвижения Шивы-Диониса) или буйвол (на нем передвигается бог смерти), козел или баран (средства передвижения Бога Огня), и иногда петух (священное животное Сканды). Во время буфонии в жертву Дионису приносился бык, а в других церемониях — козел. В Индии обычными жертвенными животными являются буйвол и козел, а жертвоприношение быка — редко в наши дни. В Grihya-sutras упоминается жертвоприношение shula-gava, во время которого «чтобы успокоить Рудру, приносится в жертву бык.» (Ashvalayana Grihya-sutra, IV, 9).

В ритуалах, наблюдаемых Павсанием, жертвой был бык, убиваемый людьми, чьи тела покрыты жиром и маслом. Это было что-то типа корриды, охотничий обряд, предшествовавший жертвоприношению и совершенно однозначно пришедший из минойских «игр». Традиция корриды существует и сегодня, хотя ее ритуальное значение больше не наблюдается.

Принесение в жертву быка путем перерезания его горла представлено на глиняном гробу, найденном в Хаджи Триада. Бык лежит на столе, связан красной веревкой, и кровь, текущая из его перерезанной шеи, собирается в вазу. Бык являлся кельтским священным животным и его убийство являлось символом конца света. Этруски тоже совершали жертвоприношения быка, а также гадали на его внутренностях.

Царский обряд жертвоприношения лошади (ashvamedha), практиковавшийся арийскими кочевниками, в Индии играл важную роль, но он не шиваитского происхождения. Пережитки этого обряда связаны с дионисийскими ритуалами и могут быть найдены в разных частях света. Греки практиковали жертвоприношение коня, но не потребляли плоть жертвы. Дионисийское влияние на арийский мир можно даже обнаружить среди кумандинцев, сибирского народа, где принесение в жертву коня сопровождалось танцами людей, в масках, с огромным деревянным фаллосом. Видна ясная аналогия и связь между ирландскими обрядами коронования (включающими в себя сексуальное соитие с кобылой, которая затем приносилась в жертву) и древним жертвоприношением коня индийских ариев.

Человеческие жертвоприношения

Человеческие жертвоприношения - высшая форма, и практиковались они во всех частях света. Сканда, бог Войны, требует человеческих жертв; Дионис предал Пентея ярости менад. Боги пожелали, чтобы человек был охотником и воином, и когда мы совершаем человеческое жертвоприношение, нет необходимости в гекатомбах, к которым подстрекают боги, так мы ограничиваем посягательство человека на другие виды.

Человеческие жертвоприношения (purushamedha) упоминаются в обрядовых текстах, дополняющих Веды, таких как Shatapatha Brahmana (13,6, 1-2) и многочисленных других. На печати из Хараппы можно увидеть человека с кривым ножом, приближающегося к сидящей с распущенными волосами и поднятыми руками жертве.

В казбекских сокровищах, найденных на Кавказе, обнаружено изображение двух обнаженных итифаллических мужчин, один из которых собирается обезглавить другого, в то время как тот играет на лире.

Минотавр, хозяин Лабиринта, тоже требовал человеческих жертв. Афиняне должны были посылать ему ежегодно семь мальчиков и семь девочек. От этого вклада они были освобождены только когда Тесей победил Минотавра. Этруски тоже практиковали человеческие жертвы. У финикийцев богиня Анат отвечала за воскрешение богов путем жертвования человеческой крови. В Греции, на Хиосе, Тенедосе и Лесбосе Дионис был жаден до человеческой плоти; жертва, разрываемая на куски в его честь — была человеком. Жертвоприношение животных - это только замена человеческим жертвам. «Когда в древних мифах говорится о жертвоприношении ребенка, относящийся к этому обряд — это умерщвление молодого быка. Символически это принесение в жертву бога, манифестацией которого является бык, в то время как в человеческом жертвоприношении ребенок представляет bambino, или дитя-Диониса». (H. Jeanmaire, Dionysos, с. 386.)

Богам может быть предложено только лучшее, лучший человек. Жертва должна быть невинна и без изъянов, иначе жертвоприношение не будет действенно. Поэтому жертва не могла быть врагом или преступником.

Убийство ради мести остается злым действием. Жертвоприношение не является наказанием или местью и не должно никому приносить радости, что он избавился от врага. Чтобы иметь эффект, оно должно потрясать. Смертная казнь, появившаяся в социальных законах городах для защиты материальных благ, - это не жертвоприношение, и боги отворачиваются от тех, кто ее совершает.

«Никогда нельзя убивать йогина или женщину, даже наиболее виновных, также грязных или бедно одетых, прекрасных или уродливых. В жертвоприношении запрещается самосожжение женщин: жертвой должен быть мужчина. В человеческих жертвоприношениях жертвой всегда является мальчик.» (Linga Purana, I. гл. 78, 8 -19.)

Жертвоприношение, как в мифе об Ифигении, полностью противоположно дионисийской традиции. Однако Shiva Toshini (комментарии к Linga Purana, I, 78, 15) считает, что запрет на жертвоприношение женщин не относится к самкам животных. В Индии человеческое жертвоприношение запрещено современным законом и в наши дни совершается крайне редко, в большой тайне. В Бенаресе, священном городе Шивы, во время проживания автора их было совершено два или три. Они все еще практикуются в Керале, Бенгалии и некоторых районах Гималаев.

Омофагия, поедание сырой плоти

Участники должны употребить плоть жертвенного животного. В древних шиваитских или дионисийских ритуалах не разрешено готовить плоть животного, оно должно быть поймано, разорвано на куски и съедено сырым. Преследование и пожирание живой жертвы — существенное условие для возникновения экстатического безумства, которое делает жертвоприношение мистическим опытом, а не просто обрядом. Это подтверждает фрагмент из Критяне Еврипида, процитированный Порфирием:

«Сын могущественного Зана

И Европы, Финикиец,

Ты царствовал над ста городами Крита..

Я веду чистую, безгрешную жизнь

С тех пор как был посвящен Зевсу Горы Ида

И с тех пор как, освященный, стал зваться вакхом,

Спутником Загрея, бродящего в ночи,

Я принимал участие в пирах поедания сырой плоти

И размахивал факелами на Матери Горе.

Факелами куретов.»

Согласно римскому автор Фирмикусу, это было написано в честь смерти и страданий сына короля, который был предательски убит, после чего критяне разорвали живого быка на куски (зубами) в память о титанах, разрывающих детскую плоть.

Древние боги, асуры и ракшасы, поедали сырую плоть. Они принадлежат к естественному миру, в котором животные, люди и боги взаимозаменяемы, где человек — это и животное, и в то же время бог. В дионисийских обрядах его последователи погружаются в примитивную стадию, являющуюся антитезисом культам городов, в которых жертву нужно приготовить (на огне) перед поеданием. Здесь можно обнаружить очень древний контраст между двумя концепциями, относящимися к пище и связанными с ней обрядами. Когда Дионис сам является жертвой титанов, которые умертвили его, сварили и изжарили, то приготовление его плоти означает, что Дионис, как бог Природы, - жертва богов городов.

Каннибализм (антропофагия)

Жертвоприношение тесно связано с сакрализацией пищевой функции и фактом, что жизнь питается жизнью другого. Неважно, является ли жертва растительной, животной, человеческой или божественной, она должна быть съедена. Именно в этом ее идентификация с божественным. Священные трапезы были известны на дохристианском Западе, а также в Индии, и именно во время них происходило поедание животной, человеческой или божественной жертвы. Жертвоприношение связывает человека с другими видами, живыми существами и богами.

В конечном счете именно бог пожирает сам себя, так как одна из его проявленных форм пожирает другую. В шиваизме человеческое жертвоприношение, являющееся кульминацией жертвоприношения животных, практиковалась как в обрядах в честь Сканды, так и Богини. Сегодня это редкость.

Оно неизбежно связано с поеданием фрагментов плоти жертв. В дионисийском мире, мания или экзальтация менад заканчивается после дикой погони пожиранием животного или человека. «Пентей с причитаниями и стонами повалился на землю. Сперва его мать, жрица, начала кровавое дело и набросилась на него... изо рта у нее шла пена и глаза дико вращались, она была лишена ума; бог овладел ею... [Агаве] вырвала его плечо из сустава, не потому что сама по себе была сильна, но бог придал ее рукам силу; и Ино приступила к работе с другой стороны, раздирая плоть вместе с Аутоноей и другими вакханками; слышался общий вой... Добычей одной была рука, другой — нога... своими ногтями они отрывали ребра от плоти...»

(Еврипид, The Bacchantes, 1100 — 1136.)

Пережитки дионисийских жертвоприношений обнаруживаются во всех позднейших религиях, часто в символической форме. Некоторые животные считаются особенным проявлением бога, такие как ягненок, баран или бык, и могут заменить его в качестве жертвы. В христианской Евхаристии растительные элементы (хлеб и вино) заменяют человеческую и божественную жертву. «Тот, кто ест мою плоть и пьет мою кровь, живет во мне, а я — в нем.» (Иоанн 6, 57.) Этот пир символически воспроизводят христиане во время мессы.

Идея о том, что человек становится тем, что он ест, является базой для различных диет, которые в Индии различаются в зависимости от профессии. Люди, поедающие живых существ, ассимилируют их качества, отсюда проистекает концепция людоедства, широко распространенная ранее во разных частях древнего мира и поныне в некоторых африканских странах. Съесть выбирают того человека, качества которого желают заполучить себе.

Геродот писал (IV, 64), что скифы обезглавливали своих врагов и пили кровь первых людей, которых они убивали. Массагеты, скифское племя к северу от Персии, ели своих умерших родственников. «Стать объектом поедания считалось удачей среди тех, кто должен был умереть, и даже наилучшей судьбой.»

«Каннибализм был широко распространен в тропических районах земли, в Индии, а также в Персии. Геродот (I, 216; IV, 26; IV, 34), Плиний (Naturalis Historia, VII, II, 1), и Страбо (IV, 5, 4, и IV, 1, 5) упоминают каннибализм массагетов, исседонов, дербенцев, кавказцев и каспийцев, персов, а также падеев и калати в Индии. Более поздняя информация относит эти практики к Бурме и Тибету. Во всех этих странах человек предпочитал быть похороненным в живом существе, чем в темной земле. Судьба быть съеденным своими лучшими друзьями и новым поколением была, без сомнения, наиболее желанной.» (Giulio Cogni, in Indologica taurinensia, тома I—IV, с. 156.)

Альтернативой человеческому жертвоприношению является приношение семени. В некоторых тантрических обрядах пьют напиток, содержащий сперму учителя. Сперма — это генетическое наследие, передаваемое из поколения в поколение. «Неолитические народы связывали энергию жидкости с силой предков... Среди других народов (например, в Тибете) ученики (новообращенные) пьют напитки с семенем пожилых людей.» (P. Rawson, Primitive Erotic Art, с. 48.) «Гностики вводят semen virile в свое таинство.» (Payne Knight, Culte de Priape, с. 162.) В греческом обряде panspermia, разные виды семени - овощей, животных или человека помещаются в каменных впадинах вокруг алтаря.

Божественная жертва

В шиваизме мир во всей своей бесконечности воспринимается как выражение божественной природы, и, в некотором роде, телом бога. Факт, что жизнь существует только благодаря смерти подразумевает, что бог пожирает сам себя, что он умирает и снова возрождается из пепла. Он одновременно и жертва и принимающий жертву.

Этот аспект природы мира по-разному представлен в мифах о божественной жертве и воскрешении. Он проявляется в «притворной» смерти, через которую должны пройти посвященные. Они проходят через ритуальную смерть, сопровождаемую пробуждением к дальнейшей жизни. Это мистический союз новообращенного с божеством, проявлением которого является жертвенное животное.

Орфический миф о смерти Диониса не является напрямую частью шиваитской или дионисийской традиции. Он аналогичен легенде об Осирисе, и, возможно, она является его основой. Он представляет одну из поздних легенд, иллюстрирующих идею божественной жертвы.

Миф о смерти и воскрешении Диониса переняли христиане как основу для своего собственного мифа, а также как предвестие его. «Юстиниан в середине второго столетия дважды говорил о Дионисе, который был разорван на куски перед тем, как достичь небес. В этой истории, а также в использовании вина в дионисийских ритуалах, Юстиниан видел происки дьяволов, желающих обмануть мир касательно пророческого провозглашения христианства... Христианские авторы воздерживаются от рассказов о том, что смерть младенца Диониса не была окончательной и он воскрес.» (H. Jeanmaire, Dionysos, с. 381.)

Охота

Шива — бог охоты; Дионис-Загрей - «Великий Охотник». Охота — незаменима для выживания первобытного человека и является частью его натуры, так же как все другие действия являются необходимыми для жизни. Как элемент универсальной гармонии, она может быть ритуализирована и становится способом достижения божественного порядка. В большинстве доисторических изображений мы видим ритуалы и символы, связанные с охотой.

Территория охоты, как для животных, так и для людей — это первая манифестация собственности, и собственность — это один из основных элементов общества.

Обряды охоты и сексуальные обряды тесно связаны. «Недоступная для девочек и мальчиков, не достигших возраста воина и статуса взрослого человека, территория охоты — это не только отрицание сельскохозяйственной земли и замкнутого пространства дома, но также символ земли вне брачных отношений, приветствующей девиантные (или просто необычные) формы сексуальности. Из-за своей ненависти к женщинам, молодой человек уходит преследовать зайцев в горах и не возвращаться более; чтобы избежать женитьбы, ждущую ее, молодая девушка решает уйти и охотиться на вершинах гор. В мужских любовных романах дарами является дичь. Во время сезона охоты подросток воспитывался в соответствии с обычаями, которые разделял его любовник, прежде чем интегрироваться в воинское сообщество.» (Marcel Detienne, Dionysos mis a mort, с. 76.)

Военные жертвоприношения и геноцид

Человек не только охотник, но и воин. Как социальное животное, организованное в «стадо» или группы, как у других животных, он обороняет свое жизненное пространство от других групп, племен и народов. В мифологии сами боги — в основном боги-воины, и находятся в постоянной битве с титанами за небесные миры. Воинский аспект — часть человеческой природы и поэтому является частью плана творения. Сражение и убийство иногда является неизбежной обязанностью, священным актом, как это описывал герой-бог Кришна в Бхагават Гите, когда Арджуна колебался, сражаться ли и убивать ли своих братьев-кузенов.

Человек — убийца людей, и Шива представлен носящим ожерелье из скальпов, держащим в руке отрезанные головы. Ему возносятся молитвы для уничтожения врагов. Мифы о Шиве и Дионисе наполнены воинскими эпизодами, в которых боги уничтожают орды титанов и руководят битвами против сил зла или врагов своих последователей. Герои обожествляются, в честь них возводят памятники и храмы. У них появляется право на свой культ, будь это Ахилл, Александр, Наполеон или Неизвестный Солдат. Мирным правителям не посвящают храмы. В Риг Веде Рудра-Шива появляется, вооруженный молнией и громом. (Rig Veda, II, 3, 3.) «Его голос звучит как барабанный бой в гуще сражения.» (Rig Veda, II, 33, 11.) Он держит лук и стрелы. (Rig Veda, II, 10, 14, 42). Ему молятся, чтобы защитить себя и свой скот и отвести все несчастья. Военный топор — один из символов Шивы, в то время как лабиринт — это дворец двуручного топора, эмблема Минойцев. Сканда — бог Войны, полководец армии богов. Первые плоды войны, процесса, когда один человек убивает другого, должны быть предложены богу. Это одно из фундаментальных человеческих жертвоприношений. Мы передаем Богу ответственность за акт убийства и не вводим себя в заблуждение относительно наших действий.

Отрезанные головы — знак завоевателя. Отрезая голову врага, завоеватель в то же время забирает его физическую и сексуальную силу. В племенах «охотников за головами» в восточной Индии — потомков древних доисторических людей — невозможно жениться, пока воин не заполучит несколько отрезанных голов. Таким же образом, мы знаем, что отрезанные человеческие головы, которым поклонялись кельты, являлись символами божественности, знания и плодородия. Кельты охотились за головами; головы выставлялись на шестах вокруг их домов и крепостей или ставились на колонны в священных рощах и храмах.

Военный инстинкт находит свое выражение в отношениях между народами и нациями и среди различных групп общества.

Поскольку жестокость — это одна из базовых составляющих мира, она также является природой всех живых существ и ее можно обнаружить — более или менее явно — во всех людях. Кроме необходимого добывания пищи, она проявляется в форме защиты жизненной территории, как среди животных, так и среди людей. Она также используется, чтобы доказать свое превосходство и «чистоту» вида, расы, религии или культуры и это одна из причин геноцида.

Каждая человеческая группа инстинктивно определяет себя за счет других, будь это «иностранцы» или элементы, считающиеся «другими» или теми, кого дискриминируют. Любая группа может стать объектом этого коллективного инстинкта жестокости. Это могут быть люди соседней страны или чужая раса, социальный класс или религиозное или политическое объединение (не-мусульмане против арабов, протестанты во времена Святого Варфоломея, цыгане, евреи, коммунисты, буржуазия, аристократы и т.д). Вкус к насилию и убийству латентен во всех обществах. Это инстинкт, который нельзя игнорировать. Евреи подвергались дискриминации, так же как Маккарти подвергал дискриминации коммунистов и гомосексуалов. Многие люди, протестующие против анти-семитизма, более чем толерантны к группам «добродетельных преступников», охотящимся на гомосексуалов, бьющих и убивающих их. Даже судьи удивительно снисходительны к таким преступникам. Мы являемся свидетелями преследования, пыток и убийств аристократов и имущих классов в так называемых социалистических странах или социалистов в странах с авторитарным режимом. Партизаны, проводящие эти «чистки», часто являются законными представителями правящего режима. Как говорится в пословице «Дайте собаке плохую кличку и за это повесьте ее.»

Невозможно одновременно эффективно бороться против этого инстинкта, жажды жестокости, и принимать другие инстинкты. Слабая сторона сражения против анти-семитизма, являющаяся только фиксацией этого инстинкта в определенном месте и времени, содержит в себе эту форму амбивалентности.

Одна из целей кровавых жертвоприношений — канализировать этот инстинкт, посмотреть ему в лицо и взять богов в свидетели их собственной и нашей жестокости, таким образом иммунизируя себя от более пагубных ее форм.

Жертвоприношение, удовлетворяющее нашу бессознательную потребность быть жестокими, вкупе с социальной системой, в которой существуют все расы, вероисповедания, общественные порядки и отклонения, позволяет избежать доминирования или преследования одной группы другими. Возможно это единственный путь установить равновесие и развить справедливое и гуманное общество.

Вегетарианство

В древнем шиваизме не было места вегетарианству, так как это противоречит естественному порядку и так как насилие, совершаемое по отношению к растительном миру, не сильно отличается от насилия по отношению к животному миру. Уничтожение видов растений и лесов может иметь гораздо более серьезные последствия для жизни на земле, чем уничтожение животных видов. Однако вегетарианство практикуют в некоторых современных шиваитских сектах.

Вегетарианство пришло из джайнизма и позже вошло в ведизм и шиваизм, следуя будиийской реформе, нашедшей вдохновение в джайнизме, но будучи противоположной обрядам жертвоприношения. Буддизм не выжил в Индии, но стал причиной некоторого синкретизма современного индуизма, практикуемого правящими классами. Однако это не повлияло на традиционный джайнизм или шиваизм в их наиболее популярных формах или на практикуемых их последователями.

Некоторые индийские мудрецы, обосновавшиеся в Греции или Египте, были индуистами. Однако, много других были джайнами, которые следовали правилам своих сект — жили обнаженными или одевали белые одежды. Влияние джайнизма можно проследить в развитии орфизма. Не будучи вегетарианцами, пифагорейцы, как некоторые индуисты, отказывались прикасаться к говядине или баранине.

В индуизме вегетарианство необходимо соблюдать небольшим меньшинствам, таким как брахманы или класс торговцев. Но оно противоречит правилам жизни воинов, правящих каст и рабочего класса. В пирах, в которых принимают участие разные касты, нанимаются брахманы-повара и еда всегда вегетарианская.

Выживание и реинкарнация

Боги умирают и снова рождаются, но в древнем шиваизме верят только в относительную и временную индивидуальную жизнь, и не в переселение душ. Концепция человеческого прогресса путем проживания множества жизней идет из джайнизма.

«Метафизически в доктрине реинкарнации нет наполненности. Это просто способ показать необходимость привилегированности и естественных качеств.» (J. Evola, Le Yoga tantrique, с. 110.) Это попытка объяснить базовую несправедливость — почему некоторые рождаются сильными, красивыми, умными и богатыми, а другие — больными, глупыми и бедными. В доктрине джайнизма эти качества относят к действиям, которые человек совершил в прошлых жизнях. В шиваизме индивидуальности не придают такой же важности и верят только в ее временное и коллективное выживание. Человеческая индивидуальность, как у всех видов существ, сформирована вокруг узла или точки, в которой связываются разные элементы, взятые из универсальной материи, сознания и интеллекта, и окружает фрагмент универсальной, неделимой души. Это можно сравнить с пространством, заключенным в вазе. Во время смерти ваза разбивается, узлы развязываются и каждый элемент, составляющий человеческое существо, возвращается в общий котел, чтобы снова быть использованным другими существами. «Пятнадцать составляющих человеческого тела возвращаются к своему источнику и все божества чувств к почитаемым ими богам. Действия человека и его душа, сформированная из интеллекта, становится единой с Верховным Бессмертным. Как реки, текущие вниз и поглощаемые морем, теряют даже свое имя и форму, так просветленная душа, освобожденная от имени и формы, растворяется в универсальном существе, сотканном из света, которое является высшим из высших.» (Mundaka Upanishad, III, 2, 7-8.) Узел может развязываться медленно. В этом случае мы получаем временную жизнь, крайне неблагоприятную, в форме призрака. Возможная временная жизнь индивида после смерти объясняет, почему в гробницах, построенных для мертвых, находится все необходимое на короткий или более длинный период. Некоторые обряды помогают продлить это срединное состояние, чтобы живые могли получить больше пользы от оккультного присутствия и влияния мертвой личности. Однако это может быть жестоко по отношению к самому умершему.

Рай Шивы населен не тенями, а небесными духами. Стремление учения тантры — сделать адепта суперменом, vira (героем) или siddha (реализованным существом) в этой жизни, а не просто еще одной тенью в переполненном рае. Никто и не мечтает о бессмертии каждого цветка, но желают продолжения существования каждого вида цветка, которые от этого становятся все более и более совершенными. Также и с человечеством. Индивид — это конечный продукт линии предков и он продолжается в своих потомках. По этой причине обязанность каждого человека - иметь сына, кроме тех случаев, когда практикуя тантризм, он ищет освобождения от земных узлов. «Мудрецы, избавившиеся от желаний, обожают это существование и не должны более быть связаны с человеческим семенем.» (Mundaka Upanishad, III, 2, 1.) Каждая раса, каждое животное или человеческий вид функционируют как общность, прогрессирующая во времени, а их качества и особенности развиваются и аккумулируются. Смешение рас и дегенерация, являющаяся результатом этого, - всегда регресс, рассеивание наследия предков и риск для их потомков. Это то, что ответственный человек не имеет права совершать.

Возможность попасть в рай Шивы относится к индивидам, которые полностью научились управлять узлами естественного мира, разрушили все барьеры и как результат уничтожили в себе человеческое, став духами или богами, управляющими силами природы и влияющими на движение звезд. Небеса могут быть завоеваны только при помощи силы, не при помощи добродетели. Избраны немногие.

Однако небесные миры — даже несмотря на то, что по сравнению с земной жизнью их существование кажется бесконечным — тоже смертны. Райские миры и боги прекратят существование, когда будет уничтожена вселенная, когда материя, время и пространство сократятся до ничто. Идея течения времени весьма относительна и определяется нашими собственными ритмами жизни. Оно прекращается с жизнью и более не может быть измерено. Оно растворяется в безвременной бесконечности, в которой не имеет смысла говорить о выживании. Когда время более невозможно измерить, пропадает разница между течением жизни и вселенной. Именно во время нашей текущей жизни мы должны реализовать нашу вечность. Нет причины постулировать скуку бесконечного выживания, в котором невозможен прогресс.

JL VK Group

Социальные группы

FB

Youtube кнопка

Обучение Таро
Обучение Фрунцузкому Таро
Обучение Рунам
Лекции по юнгианству

Наши партнеры Баннеры


Рекомендуем:
http://maap.ru/ – МААП – Московская Ассоциация Аналитической Психологии
http://www.olgakondratova.ru/ – Ольга Владимировна Кондратова – Юнгианский аналитик
http://thelema.ru/ – Учебный Колледж Телема-93
http://thelema.su/ – Телема в Калининграде
http://oto.ru/ – ОТО Ложа Убежище Пана
http://invertedtree.ucoz.ru/ – Inverted Tree – Эзотерическое сообщество
http://samopoznanie.ru/ – Самопознание.ру – Путеводитель по тренингам
http://magic-kniga.ru/ – Magic-Kniga – гипермаркет эзотерики
http://katab.asia/ – Katab.asia – Эзотерритория психоккультуры – интернет издание
https://www.mfmt.ru/ – Международный фестиваль мастеров Таро
классические баннеры...
   счётчики