Четверг, 08 августа 2019 16:26

Роберт Антон Уилсон Исторические Хроники Иллюминатов Том 3 Обратители законов Глава 5 Свет поет вечно

Роберт Антон Уилсон

Исторические Хроники Иллюминатов

Том 3 Обратители законов

Глава 5

Свет поет вечно

Брендивайн, 1777 г.

 

Однажды все мы были звездами

 

- Рядовой Мун из роты, сэр. У меня для вас депеша, сэр.

Генерал Вашингтон рассеянно поднял голову, словно математик, прерванный на середине квадратного уравнения.

- А? - сказал он. - Еще одна плохая новость, я полагаю.

Он, кажется, совсем не узнал Джеймса, хотя сам завербовал его в Континентальную армию.

- Ничего хорошего, сэр, - осторожно сказал Джеймс. Он предпочел бы покинуть палатку до того, как Вашингтон прочтет о последней победе Гессена.

- Ну, это война, - весело сказал генерал. Вид у него был столь же озабоченный, как у запертого сейфа. – Иногда ты выигрываешь, иногда - проигрываешь.

Он сиял, философски кивая головой.

И когда же ты станешь «иногда выигрывать», подумал Джеймс. Было бы не мудро сказать это вслух.

- Вы принимаете депешу, сэр?

Генерал затянулся из своей трубки, глубоко и задумчиво. У Джеймса уже кружилась голова от дыма, заполонившего тесную палатку.

- О, я принимаю депешу, рядовой. Генерал вдруг как будто сосредоточился и узнал Джеймса Муна. - Я принимаю неизбежное, Джеймс. Такова стезя философии, не так ли?

Джеймс был ошеломлен. Генералы никогда не вели себя неформально с рядовыми, и генерал Вашингтон, в частности, был человеком строгой приверженности военной иерархии.

- Вы очень хорошо выразились, сэр, - сказал он. Это, по крайней мере, было безопасно.

- Ты когда-нибудь замечал, - спросил генерал, - что при правильном освещении одна капля росы на кончике травинки содержит в себе все цвета радуги? Это просто поразительно, и мы можем только удивляться величию Творца.

Последовала долгая пауза. Джеймс не мог уйти, пока генерал не отпустил его, но генерал, казалось, забыл, что он здесь.

Дым становился все гуще, и Джеймс почувствовал себя немного пьяным и в странно приподнятом настроении. Боже правый, что за лютый табак в последнее время индейцы продавали генералу? Только в январе он настоял на том, чтобы все войска были уколоты иглами – это делалось в руки, и это было чертовски больно — потому что какой-то шарлатан-врач из Франции утверждал, что это предотвратит дальнейшее распространение оспы. Иногда генерал ведет себя странно, с беспокойством подумал Джеймс.

- И не странно ли, - продолжал генерал, рассуждая и философствуя, - что мы условно полагаем, что радуга имеет семь цветов, тогда как при внимательном рассмотрении спектра в капле росы, о которой я упоминал, обнаруживается бесконечное множество тонких и самых великолепных градаций оттенков? Я много думал об этом в последнее время и поражен, что обычно мы так мало замечаем в великолепном одеянии природы.

- Эм, да, сэр.

Этот мягкий рассеянный человек был не тем Вашингтоном, которого Джеймс узнал за год службы под его началом. Вашингтон, которого знал Джеймс, был замкнутым, да, но никогда не расслабляющимся и не задумывающимся. Также он был самым сквернословящим человеком среди всех, кого Джеймс встречал с тех пор, как покинул графство Дублин, и мог ругаться в течение двух часов, не повторяясь, коли младший офицер разочаровывал его. Только вчера Джеймс слышал типичную форму исправления лейтенанта, который допустил ошибку: «клянусь верхушками топоров, рукоятками молотков и воющими блудницами ада, вы самый некомпетентный идиот, которого я когда-либо встречал, сэр! Вы ниже, чем пизда змеи, сэр! Если бы у моего пса была такая же морда, как у вас, сэр, его бы повесили, если бы я не побрил ему задницу и не научил ходить задом наперед!». Вот этого Джорджа Вашингтона знал Джеймс. Это был человек, который сохранял дисциплину в течение целого года поражений и отчаянных отступлений.

- Эм, эээ, сэр?

- Ты мистик, Джеймс?

- Что ж, сэр, говорят, что все ирландцы - мистики. Однажды я видел, как с неба упал камень.

- Камень упал с неба? - Генерал отложил трубку и вздрогнул. - Я видел странные вещи, но никогда не видел падающих с неба камней. Ты был трезв в тот момент?

- Бог свидетель, сэр.

- Только невежественные крестьяне говорят, что камни падают с неба, Джеймс. Ученые люди говорят, что это невозможно.

- Да, сэр, но я видел его, сэр.

- Ты клянешься, что видел это, когда я говорю, что ученые люди утверждают о невозможности этого?

- Я видел то, что видел, сэр.

Генерал загадочно улыбнулся.

- Ты свободен, рядовой.

На следующий день Джеймс обнаружил, что его повысили до полковника, умер, попал на небеса, но был изгнан, потому что его было двое.

 

О битве при Брэндивайне мало что помнят в Америке, но во Франции о ней знают все, потому что там был ранен маркиз де Лафайет. В графстве Клэр, Ирландия - особенно в Буррене - они знают об этом все, потому что полковник Шеймус Муаден увидел там Бога, вроде как, и обнаружил, что Бог был ирландцем.

Шеймус рассказывал эту историю много раз после того, как вернулся в Ирландию и жил в Буррене. Он рассказал, как встретил генерала Вашингтона в пабе в Филадельфии и ухватился за возможность сразиться с британцами. Он никогда не упоминал, что Вашингтон напоил его в стельку до того, как он принял это патриотическое решение, и что, будучи трезвым, он был твердо убежден, что не хочет участвовать ни в какой войне нигде, никогда и ни по какой причине.

Он также не говорил людям Буррена о своем знании, что скоро он будет сражаться в другой войне, на этот раз за Ирландию.

В Брэндивайне в 1777 году полковник Муаден — или полковник Мун, как он тогда себя называл -был застрелен гессенской пулей прямо на лошади. Падая, он думал только об одном: черт тя дери, моя карьера в качестве офицера была чертовски короткой. Он был совершенно уверен, что умирает — человек, пораженный пулей, которая сбивает его с лошади, не успевает задуматься, куда его ранили. Он просто предполагает, что дело очень серьезное.

Он так и не ударился о землю. Вместо этого он сделал резкий поворот в воздухе, быстро поднялся и обнаружил, что смотрит вниз на поле боя.

О, Господи Иисусе, я уже на пути в рай, подумал он.

Тут к нему быстро приблизился поющий свет, окутал его сиянием золотой любви, омыл материнской добротой. Это было лучше, чем сексуальный оргазм: он чувствовал себя буквально растрескивающимся, как разбитое стекло, и в то же время медленно расцветающим, словно цветок.

Он распался на две звезды.

- Ах ты, проклятый болван, посмотри, во что ты себя втянул, - сказал Шеймус Муаден.

- Ты не настоящий, - ответил Джеймс Мун. - Должно быть, у меня лихорадка. Я раненый человек, и ты не должен мучить меня. Я думаю, меня поразили в ногу, и врачи, должно быть, отпилили ее мне.

- Это не лихорадка, и ты не Джеймс Мун. Ты - это я, а я - это ты.

- Имя - это только имя. На самом деле нас не двое, просто у меня два имени. Это все галлюцинации. Меня подстрелили, и это лихорадка.

- Тогда почему ты мне отвечаешь?

Джеймс посмотрел вниз. Люди с носилками несли его тело обратно в полевой госпиталь. Он видел, как кровь хлещет из его, или тела, правой ноги.

 

- О, да будь оно проклято, нас трое. Ты, я и тело там, на земле. Эта война уже год как превратилась в сущую содомию, а теперь окончательно свела меня с ума.

- Не думай об этом. Пришло время нам с тобой понять друг друга. Ты слишком долго держал меня в подземной тюрьме своего разума.

- И что это за разговоры такие? В тюрьме, да? Ты - только имя, а не личность.

- Я такой же человек, как и ты, Джеймс. Больше, чем ты, ей-богу. Я - истинный человек, а ты - только маска. Тень этого человека.

- Не говори глупостей, мужик. Ты говоришь так, будто напился белка.

- У каждого ирландца есть два «я», Джеймс. Его истинное я и маска, которую он учится носить при общении с завоевателями, sasanach. Ты стал маской и потерял истинное я. Однажды все мы были звездами, а сделали из себя марионеток Панча и Джуди.

- И я был бы большим дураком, если бы поверил в такое безумие. Ты пропустил несколько стаканов, клянусь. Это я - настоящий человек, а ты - марионетка моих галлюцинаций.

- Это великая ложь завоевателей. Конечно, они стали лжецами после того, как в нашей же Ирландии жестоко приложили к нашим душам кровавые ножницы и вырезали из нас все ирландское. Они хотят, чтобы мы подражали англичанам. А что такое Джеймс Мун, если не имитация англичанина?

- Я больше не стану слушать таких речей от такого, как ты, фантом. Я умираю в войне против Англии, а ты всего лишь симптом моей лихорадки, говорю я по-прежнему. И говорю это тебе прямо в лицо.

- Петр трижды отрекался от Христа. Сколько еще раз ты будешь отрекаться от меня?

- Сейчас же прекрати сравнивать себя с Богом. Это слишком богохульно даже для такого гоблина, как ты.

- Но я Бог, Джеймс - сам Бог от Бога. Истинное «Я» всякого живого существа - это единый Бог. И вы, великие глупцы, Понтии Пилаты и Петры, всегда становитесь лишь масками и тенями людей, когда отрицаете звездного Христа внутри.

- Ой. Аккуратнее тут. Это больно как адские муки.

- Успокойтесь, сэр. Мы вытаскиваем пулю. Вы будете жить.

И Шеймус Муаден ушел, а на Джеймса сверху вниз смотрел врач, потому что Джеймс внезапно опять вернулся в свое тело, и теперь чувствовал сразу всю боль.

Но, по крайней мере, он был жив.

Но он ли? После операции казалось, что Джеймс Мун мертв. Им не пришлось отпиливать ему ногу — пуля вылетела быстро, не оставив токсинов в крови, — но кто-то отпилил его личность.

Полковник Шеймус Муаден — теперь он настаивал, чтобы его называли так, — медленно поправлялся в госпитале близ Брэндивайна. Человек на соседней койке, генерал-майор де Лафайет, был французским маркизом, и им с Шеймусом было о чем поговорить, потому что каждый из них был убежден, что он немного не в себе.

Шеймус полагал, что у него крыша поехала, потому что не был уверен, насколько можно верить в его путешествие на полпути к небесам или в то, как Джеймс Мун умер и оставил себя жить, вспомнив, что когда-то он был звездой. Маркиз думал, что у него чердак не в порядке, потому что персонал больницы говорил не так, как обычные американцы или даже как обычные англичане.

Весь персонал больницы говорил как персонажи Шекспира.

Поначалу маркиза это очень беспокоило. Он боялся, что на самом деле находится в английском госпитале, и все там говорят так, чтобы свести его с ума или заставить думать, что он сумасшедший, чтобы наказать его за добровольную борьбу за повстанцев. Он беспокоился, что такая экстравагантная теория указывает на то, что он действительно сумасшедший. Он беспокоился, что они вообще не разговаривают в такой манере, а это у него все время галлюцинации.

- И как тебе сегодня? - сказала сиделка, подходя к его постели.

- Мне гораздо лучше, - сказал маркиз, сдерживая волнение. - И каково, ах, эм, тебе?

- Добрый Господь Бог был добр к этой смиренной слуге. Но не нужно ли тебе что-нибудь читать? Возможно, больше одеял? Мы хотим, чтобы тебе здесь было удобно.

Так было каждый раз, когда он разговаривал с кем-то из них. Наконец маркиз набрался смелости обсудить это с полковником Муаденом, ирландским офицером, который бредил тем, что у него было две души, когда его привезли сюда.

- Психологический эффект от раны может быть более длительным, чем физический, - осторожно сказал генерал-майор Лафайет.

- О, агась. Меня больше не лихорадит, но я все еще немного задаюсь вопросом об этих двух душах.

- Думаю, со временем это пройдет, иначе все старые солдаты были бы сумасшедшими.

- Забавно смотреть на это с такой стороны.

- Если быть откровенным, у меня имелись свои проблемы.

- В этом я был уверен. У вас время от времени было весьма отсутствующее и опечаленное выражение лица.

- По правде говоря, - продолжил маркиз, - все здесь звучат, ну, странно.

Он перевел дыхание.

- Они звучат как Шекспир без поэзии.

Шеймус рассмеялся, а потом посмотрел на него с сочувствием.

- О боже, это Шекспир? Я полагаю, вы никогда не читали Библию короля Якова?

- Что вы пытаетесь мне сказать? - Генерал-майор подтянул весь свой английский на шестимесячном ускоренном курсе после того, как решил присоединиться к американской революции. Молодой и неуверенный в себе король Людовик XVI – «толстяк», как называл его Лафайет, - запретил этот сумасбродный проект, так что формально маркиз находился в колониях незаконно и подлежал аресту, если вернется во Францию.

- Не Шекспиру они подражают, - объяснил полковник Муаден. - А английской Библии. Это часть их религии - говорить и действовать так же, как наш Господь, и они воображают, что он говорил, как прописано в их Библии. У меня не хватает духу сказать им, что он, вероятно, говорил на иврите.

После этого маркиз пошел на поправку гораздо быстрее, но большую часть времени он проводил в разговорах с больничным персоналом и узнавал все, что мог, о них и их странной религии. Почему они думали, что Бог не одобряет яркие, радостно выглядящие цвета в одежде и хочет, чтобы они все время носили черное? Потому что Бог хотел, чтобы люди совершали свое спасение через страх и трепет, отвечали они. Почему они думали, что Бог не одобряет рабство? Потому что он создал все души по собственному образу Своему. Если они не снимали шляп перед королем и ухаживали за ранеными солдатами, сражающимися против короля, то почему они все еще считали борьбу с королем грехом? Потому что он сказал, Не убий. Будут ли они бороться, если головорез попытается отнять их добро или убить их семьи? Нет, потому что Христос на кресте сказал: Отче, прости им.

Маркиз де Лафайет нашел квакеров Брэндивайна почти такими же поразительными и замечательными, как рассказ Вольтера о госте с Сириуса, который ходит по земле и никогда не замечает, что человеческая раса ползает у него под ногами. Он никогда раньше не встречал христиан, которые не ненавидели бы друг друга, и находил это необычным.

Он лишь однажды слегка разочаровался, когда услышал, как один из санитаров в споре, чья очередь опорожнять подкладное судно, сказал другому: «О, иди нахуй».

 

Генерал Вашингтон нашел время посетить квакерский госпиталь, несмотря на то, что его отвлек контроль над очередным отступлением. Он сидел у постели генерал-майора Лафайета и серьезно, с большой искренностью говорил о долге Америки перед маркизом, пролившим свою кровь за чужую нацию, и он сказал, что Соединенные Штаты никогда не забудут, чем они обязаны французской семье де Лафайет.

Шеймус обнаружил, что Вашингтон, казалось, как и он сам, состоит из трех человек. Человек, который говорил о национальной благодарности Лафайету, не был тем ревущим и сквернословящим дисциплинированным человеком, которого Шеймус видел чаще всего, и не был тем рассеянным философом, что сидел двенадцать дней назад в палатке. Он был государственным деятелем и знал, как использовать свои функции. Позже, когда Шеймус гулял в саду — он вышел, чтобы дать Вашингтону и Лафайету немного времени на уединение - гигантская тень упала между ним и солнцем. В жизни Шеймуса был только один человек, который мог отбросить такую огромную тень.

- Добрый день, генерал.

- Добрый день, полковник.

Они прошли несколько шагов. Сегодня у Вашингтона, казалось, не было той своеобразной кренящейся походки, которая мучила его в последние месяцы. Американский дрозд кружил над их головами, затем приземлился на дерево и громко объявил, что даже с привязанным к спине крылом может дать соснуть любой птице в саду.

- Вы видели, как с неба упал камень, - сказал Вашингтон. - И вы поверили собственным глазам, а не общепринятому мнению.

- Именно так, генерал.- Шеймус не собирался изливать свое сердце о другой душе, той, что была звездой. Дело с падающими камнями было и без того достаточно чудным.

Дрозд пронзительно объявил, что он наполовину лошадь, наполовину аллигатор, ест Соколов на завтрак и будет удерживать эту территорию, пока сороки не научатся танцевать павану и ад не замерзнет. Европейские дрозды, подумал Шеймус, более тактичны. На другом конце сада иронически засмеялась ворона и пробормотала несколько порицаний о выскочках-хвастунах в одолженных перьях.

- Ну, тогда иди срать в твою шляпу, - крикнул санитар на кухне. - И нахлобучи ее на твою голову ради кудряшек.

- Однажды я видел нечто более странное, чем падающий с неба камень, - сказал Вашингтон. - Я работал землемером в колониальном правительстве. Я был один в лесу в течение многих месяцев. Иногда ты становишься немного... э-э... причудливым, когда слишком долго остаешься один. И все же я видел нечто более удивительное, чем твой падающий камень, и поверил в это.

- Я понимаю, генерал. Вы решили довериться себе, а не популярным представлениям о том, что реально, а что нереально.

Мимо пропорхала бабочка. Здравствуйте, я ваша тетя, подумал Шеймус, ожидая ответа.

- Да, - сказал Вашингтон.

Дрозд объявил, что переезжает в более целебный климат, и улетел. Ворона хрипло попросила его не торопиться с возвращением.

- Вы не хотите поговорить об этом, генерал? - Тихо спросил Шеймус.

- Вы, наверное, думаете, что я сошел с ума. Но именно из-за этого события вы сейчас полковник.

- Потому что я доверял себе, а не популярным мнениям. Вы это имеете в виду, генерал?

- Именно это я и имею в виду, полковник. Продолжайте доверять себе. Мы должны встретиться и поговорить о других случаях из жизни.

Генерал Вашингтон отошел в сторону, огромный, снова загадочный. Пока Полифем не сбежит из «Одиссеи» и не постучится в мою дверь, подумал Шеймус, этот человек останется самым отчаянным персонажем, которого я когда-либо встречал.

Только три года спустя генерал Вашингтон, наконец, рассказал полковнику Муадену о звезде, которая спустилась с неба в ту давнюю ночь в лесу, и об итальянском арабе или арабском итальянце, который вышел из звезды, заговорил с ним и предсказал его будущее в точных деталях.

Итальянец или араб, который прибыл в звезде, сказал по итогу: «никогда не бойся, никогда не сомневайся, никогда не отчаивайся. Мы вознесем вас выше королей Европы».

Затем араб или итальянец формально повторил: «мы встретились на площади, мы расстались на уровне» - и снова забрался в звезду. Он произвел кое-какие механические манипуляции, высунулся из окна и крикнул: «запомни, теперь - ни жены, ни лошади, ни усов!» - и взлетел прямо в воздух, поднявшись выше деревьев под углом в тридцать три градуса, как кусок дерьма с лопаты.

Наши партнеры Баннеры


Рекомендуем:
http://maap.ru/ – МААП – Московская Ассоциация Аналитической Психологии
http://www.olgakondratova.ru/ – Ольга Владимировна Кондратова – Юнгианский аналитик
http://thelema.ru/ – Учебный Колледж Телема-93
http://thelema.su/ – Телема в Калининграде
http://oto.ru/ – ОТО Ложа Убежище Пана
http://invertedtree.ucoz.ru/ – Inverted Tree – Эзотерическое сообщество
http://samopoznanie.ru/ – Самопознание.ру – Путеводитель по тренингам
http://magic-kniga.ru/ – Magic-Kniga – гипермаркет эзотерики
http://katab.asia/ – Katab.asia – Эзотерритория психоккультуры – интернет издание
https://www.mfmt.ru/ – Международный фестиваль мастеров Таро
http://www.radarain.ru/triumfitaro
http://www.agoraconf.ru - Междисциплинарная конференция "Агора"
классические баннеры...
   счётчики