Воскресенье, 06 октября 2013 23:42

Ллойд Кентон Кин Пути цельности: Юнгианские и постъюнгианские диалоги с западным эзотерическим Древом Жизни Глава 6 Начало и конец: Истоки, резюме и выводы

Ллойд Кентон Кин

Пути цельности: Юнгианские и постъюнгианские диалоги с западным эзотерическим Древом Жизни

Глава 6

Начало и конец: Истоки, резюме и выводы

Кетер — высшая, чисто духовная сефира Древа Жизни. Она — источник всех остальных сефирот и одновременно высшая точка всех психодуховных процессов в западной эзотерической традиции. Однако даже Кетер, с точки зрения эзотериков, не выражает всю полноту божественного. Сейчас мы обратимся к описанию Покровов негативного бытия, основываясь на различных эзотерических источниках, и попытаемся установить, как эти Покровы связаны с теориями аналитической психологии.

Хотя может показаться, что основание Древа Жизни — это его нижние уровни, на самом деле корни Древа располагаются наверху, и даже высшая сефира Кетер не первична, а сама обладает ещё более глубоким истоком. Западные эзотерики вслед за каббалистами назвали три уровня этого первоисточника Айн Соф Аур, Айн Соф и Айн[1]. Эти три «Покрова негативного бытия» ещё более абстрактны, чем сефирот Небесной Триады. Однако, чтобы составить более полное представление о Древе Жизни, мы рассмотрим некоторые основные моменты, связанные с Древом Жизни западной эзотерической традиции.

Айн Соф Аур, Айн Соф и Айн или настоящее коллективное бессознательное

Несмотря на эпитет «негативные» и крайне абстрактную природу Покровов, не следует полагать, будто они не обладают ценностью и не несут никакой функции. Однако эзотерики не слишком-то усердствуют в попытках описать Покровы. Их абстрактная сущность достижима лишь с помощью «той области сознания, которая выходит за рамки мышления», и хотя мистики многих традиций позднее попытаются описать эти высшие области сознания, каббалисты, как пишет Форчун, «довольствуются заключением, что Абсолют в том состоянии сознания, которое нормально для человеческого существа, непознаваем»[2]. Эзотерики же, как мы видели, полагают, что все сефирот, включая Кетер, духовно или психологически достижимы. То есть каким-то образом мы можем преобразовать себя, чтобы приблизиться к Богу, Единству или Целостности. Однако же Покровы находятся полностью за пределами нашего понимания.

Хотя эзотерики не выводят сложной системы метафор и соответствий для Абсолюта, в отличие от сефирот, они признают необходимость как минимум поверхностного символического описания. Дион Форчун замечает: «нужно чётко понимать, что в этих глубоко абстрактных сферах наш разум может использовать исключительно символы; но эти символы могут дать осознание тому, кто знает, как ими пользоваться; эти символы — семена мысли, из которой прорастает понимание, даже если мы не можем воплотить сам символ»[3]. Мы можем не иметь сознательного понимания покровов, но, как указывает Форчун, следует пытаться взаимодействовать с символами и метафорами, представляющими Покровы, пускай и крайне абстрактно.

В другом отрывке Форчун рассматривает проблему Неизвестного/Непознаваемого, которую мы уже обсуждали в предыдущей главе. В соответствии с горячим структурированным подходом, она верит, что при наличии достаточного времени и упорной работе эти Покровы могут стать более доступными для человеческого сознания:

«Постепенно, подобно приливу, осознание конкретизирует Абстрактное, ассимилируя и выражая в собственных терминах вещи, принадлежащие иной области; и мы совершим большую ошибку, если вместе с Гербертом Спенсером попытаемся доказать, что, если вещь не может быть познана с теми возможностями разума, которыми мы обладаем в настоящее время, она непознаваема в принципе. Не только наши знания растут со временем, но и наши возможности расширяются в процессе эволюции; инициация, стимулируя эволюцию, вызывая к жизни новые способности, позволяет сознанию адепта достичь горизонтов более широкого понимания, которые пока ещё находятся за пределами возможностей человеческого разума»[4].

По Дион Форчун, практики, посвящения и символы западной эзотерической традиции, западная йога[5], потенциально может внести свой вклад в развитие человеческого сознания. Как бы то ни было, мы не будем пытаться подтвердить или опровергнуть это заявление. Покровы негативного бытия — это символы обширных и абсолютно недуалистичных понятий. Форчун вспоминает слова каббалистов: «Кетер — это Малкут Непроявленного»[6], из которых следует, что существует ещё по крайней мере один уровень трансперсонального опыта или сознания за Кетер, хотя, по-видимому, для нас на сегодняшней стадии развития этот уровень недостижим.

Способность понять символ Покровов, видимо, довольно субъективна. Форчун пишет:

«То, как далеко назад мы можем вернуться, зависит от нашего разума: для одних Покров поднимется в одной точке, для других — в другой. Невежественный человек не идет дальше представления о Боге как о старике с длинной белой бородой, который сидит на золотом троне и дает указания о сотворении мира. Ученый проникает несколько дальше, прежде чем вынужден будет снять Покров, названный Эфиром, а философ возвратится еще дальше, прежде чем снимет Покров, названный Абсолютом. Посвященный же пойдет дальше всех, поскольку он научен мыслить символами, а символы для разума являются тем же, чем инструмент для руки, — средствами расширения его возможностей»[7].

Конечная цель посвящённого — жизнь в мире символов и свободное их использование. Символы же передают наилучшим возможным образом то, что посвящённому представляется глубоко абстрактным.

Позиция Гарета Найта в целом совпадает со взглядом Форчун, он вносит лишь несколько дополнений. Найт, через своё особенное космически-христологическое прочтение западной эзотерической традиции, рассматривает Покровы как связь с силами вне нашего «Солнечного Логоса»[8]. Также Найт усиливает описание Покровов негативного бытия, предложенное Форчун. Последняя цитирует слова некоего адепта «Бог — это давление»[9], Найт же предлагает идею для медитации: Покровы как «вакуум давления»[10]. В каббале эта идея созвучна с понятием цимцум Исаака Лурии. Шолем сообщает, что «цимцум означает не концентрацию Бога в точке, а освобождением им пространства в этой точке. Что это означает? Коротко говоря, то, что существование Вселенной стало возможно благодаря сжатию Бога»[11]. Покровы негативного бытия как бы вытесняют сефирот Древа Жизни или накладываются на них, подобно тому, как архетипы коллективного бессознательного могут накладываться на сознание.

Регарди приравнивает Айн к Парабрахману, к египетской богине Нуит в толковании Кроули, Абсолюту или Непознаваемому в концепции Герберта Спенсера[12],, трижды великой Тьмой египетской жреческой касты, Дао, принципу «нуля» и определением Бога или Субстанции, данным Барухом Спинозой [13]. Кроули, как и Найт, нам здесь не помощник: он попросту приравнивает Покровы к Абсолютному Нулю, Нулю как неопределимому и Нулю как «основе возможной вибрации»[14].

Интерпретация Древа Жизни с позиции аналитической психологии соотносит нижние сефиры с личным восприятием трансперсонального опыта, а Небесную Триаду — с опытом потенциальной недуалистичной трансперсональной психической энергии. Нижние сефиры принимают участие в процессе развития личности.Процесс индивидуации включает взаимодействие Малкут (эго-комплекса) с различными архетипическими образами, встречающимися на Пути Змеи (например, с образами сефир, составляющих мандалу самости). На этом уровне трансперсональный опыт, по крайней мере, если верить метафорическим описаниям эзотериков, напоминает теистический диалог или горячую структурированную форму мистицизма. Небесная Триада же представляет трансперсональные области сознания, в которых не существует границ между личностью и остальным миром. Это ближе к холодным структурированным традициям. Разумеется, большая часть эзотериков описала бы процессы Древа совсем иначе; это толкование ближе к эзотерикам вроде Кроули, испытавших влияние холодных структурированных восточныъ традиций.

Существование Покровов напоминает нам, что как бы далеко мы ни продвинулись в психологическом или духовном плане, всегда есть нечто большее. И как бы детализирована и практична, как бы «истинна» и «эмпирична» ни была модель или теория, настаёт момент, когда она блекнет в сиянии Айн Соф Аур, умаляется перед Айн Соф и, наконец, поглощается отрицанием Айн. Западная эзотерическая традиция и аналитическая психология — это две разных и независимых системы или модели психодуховного развития. Первая — духовная и/или мистическая традиция, сфокусированная на инициатическом прогрессе человека с помощью разнообразного психодуховного опыта, вторая же — известная и признанная форма глубинной психологии с собственной историей и особыми требованиями и положениями. Однако, как бы эти традиции ни отличались, обе в конечном счёте заняты систематическим исследованием метафорических сфер психе во всей их сложности и нуминозности.

Пути целостности: резюме

Западная эзотрическая традиция выдвигает определённые положения, и многие из них отражены в сефирот Древа Жизни. Одно из таких заявлений — что реальность в конечном счёте находится за пределами «нормального» человеческого восприятия и сознания. Несмотря на это, эзотерики верят, что возможно расширить и углубить то, что называется сознанием. Этой высокой цели, по их утверждению, можно достичь с помощью медитаций, визуализаций, ритуалов и, как предполагается в данной диссертации, с помощью средства, соединяющего в себе все перечисленные — метафоры. Расширяясь, сознание выходит за границы индивидуальности и проникает в трансперсональные владения недуалистичной абстракции. Сефирот и Древо Жизни — символы, помогающие определить, наделить свойствами то, что иначе не может быть осознано адептом.

Аналитическая психология также избегает чёткого определения сознания. В то время, как основной задачей аналитической психологии является развитие и дифференциация эго-комплекса и источника индивидуальности, есть и другая цель — формирование целостности, в которой сознательное «я» может вести диалог с личным и коллективным бессознательным на языке символа и метафоры. Для того, чтобы такой диалог стал возможным, эго-комплексу придётся осознать, что он не является центром психе. Да, эго-комплекс — центр сознания, но если принять во внимание символическое влияние бессознательного, не говоря уже о «едином мире» и теории синхронистичности, становится ясно, что он имеет не такое уж огромное значение.

Как западная эзотерическая традиция, так и аналитическая психология занимаются развитием человеческого сознания, не пытаясь свести его к примитивному набору клеток и молекул[15]. Обе традиции признают достоинства нематериальных символов и души. Связывая две эти схожие, но при этом абсолютно различные традиции, мы можем ожидать осмысленного и взаимно информативного диалога.

Мы можем выделить две основные области или темы, в которых можно сравнивать западную эзотерическую традицию и аналитическую психологию через посредство Древа Жизни. Для простоты их можно назвать теоретической и прикладной. Обе темы обладают серьёзным потенциалом для дальнейшего изучения.

Теория

Если рассматривать Древо как символ или метафору психе, мы увидим, что каждая из сефир уникальна и индивидуальна, и в то же время все они вместе составляют общее целое. В этом случае психе удобнее воспринимать одновременно и как политеистичную (то есть каждый архетип существует независимо), по Джеймсу Хиллману, и как монотеистичную (самость как организующий архетип), по Юнгу. При использовании политеистичного подхода каждую из сефир можно рассматривать через традиционно соответствующие ей ассоциации и символы. Например: Меркурий-Ход, Венера-Нецах, Марс-Гебура, Сатурн-Бина; сефирот в этом случае представляют архетипические и мифологические паттерны и символы (надо признать, в основном принадлежащие западной культуре), тысячелетиями живущие в психе, о чём свидетельствуют религия, искусство и психология. Как отметил Юнг, контакт с архетипическим источником мифа «означает усиление, улучшение жизни»[16]. Печально было бы считать всё живительное разнообразие этих архетипов подчинённым всеобъемлющему единству психе; однако и это единство несёт с собой важные, необходимые предположения.

В четвёртой главе мы цитировали Дэвида Тэйси, который отметил страх перед единством, цельностью, равновесием в нашей культуре[17]. С одной стороны, если символы цельности — это естественный и необходимый компонент нашей психе, ничего хорошего не выйдет, если пытаться их избегать или подавлять. С другой стороны, если стремиться к единству чересчур ревностно, можно разрушить всю сложность и многообразие бытия. Единство и различие, баланс и неравенство, порядок и хаос — всё это важные составляющие Древа Жизни и наших психе. Подтверждение тому можно найти в «Книге Закона» Кроули. Богиня Нуит, «бесконечный простор и бесконечность звёзд»[18], говорит: «Ибо я разделилась ради любви, дабы стал возможен союз»[19]. Другими словами, нам не обрести единство, а значит, и целостность, без разделения. Возможно, наилучший вариант — рассматривать нашу психическую космологию как населённую всевозможными равноценными силами или качествами, при этом качество единства и равновесия — лишь одно из них, но жизненно важное для процесса индивидуации.

«Политеистический» подход к психе также стимулирует изучение связей между различными архетипическими образами. В четвёртой главе мы рассматривали связь между Гебурой и Хесед[20]. Каждая сефира представляет уникальное качество или вид силы. Символы Марса и Юпитера, короля-воителя и просвещённого диктатора, влияют друг на друга, и хотя полезно знать атрибуты каждой сефиры в отдельности, нюансы проявляются только в их сравнении. Такой подход можно применить, например, к аниме и анимусу. Вместо того, чтобы просто признать их отдельными гендерно противоположными конструкциями, мы можем заставить их вступить в диалог. Что проявят Ход и Нецах на контрасте друг с другом? Разумно ли разделять эмоциональные и интеллектуальные способности или подчёркивать их для одного биологического пола в ущерб другому? Ещё один из возможных вопросов: как связана центральная сефира Тиферет (самость) с трансперсональной Небесной Триадой или с загадочной псевдосефирой Даат? Сейчас мы не будем пытаться ответить на эти вопросы, заметим лишь, что они всплывают сразу же при начале взаимодействия с Древом и его внутренними связями. В основе процессов Древа Жизни лежит логика психе - «ни/ни».

Сефирот — абстрактные качества (миддот) ещё более абстрактного источника. Было бы нелегко доказать объективное существование сефирот. Однако, если признать важность или хотя бы потенциальную значимость опыта психических символов или фигур (Юнг и Филемон), можно доказать и полезность символической природы Древа Жизни. Это касается всевозможных персонажей, с которыми можно встретиться на пути по Древу — подробнее они описаны в Приложении.

Чтобы пообщаться с метафорическими обитателями Древа и раскрыть сложную структуру человеческого сознания, необходимо овладеть языком «ни/ни». Он служит сразу двум целям. Во-первых, Древо требует от нас воспитания психологической веры. Признав за этими сущностями независимую позицию в нашей психологической реальности, мы одновременно признаём за собой способность призвать энергию, которой они обладают. Однако, как хорошо известно Юнгу, эго-комплекс может легко присвоить эту ману. Но, несмотря на риск, анализанту Юнга удалось держаться пути саморазвития. Вторая полезная теория, возникающая из языка «ни/ни», касается как раз психологической веры. Хотя аналитическая психология — прежде всего форма клинической глубинной психологии, её можно считать, как предлагает Шламм, формой детрадиционализированного мистицизма.

Поскольку аналитическая психология пытается придерживаться научных стандартов, чтобы оставаться легитимной как раздел клинической психологии, она, естественно, рискует потерять упор на опыт и развитие областей психе, лежащих вне эго-комплекса. Если выражаться каббалистическим языком, есть опасность того, что Ход получит превосходство над Нецах. Конечно, есть и обратный риск, как можно заметить, изучая современную нью-эйдж или эзотерическую литературу, в которой Юнг порой представлен довольно странным образом. Но хотя от практикующих аналитических психологов не требуется рассматривать юнгианскую модель психе и индивидуации как форму мистицизма, (а они, чаще всего, и не желают этого делать) тем не менее, их интерпретация работ Юнга, безусловно, не является единственно возможной.

Религия и в особенности мистицизм сильно интересовали Юнга, и хотя он позиционировал себя как эмпирика, в основе его эмпирической позиции лежал интерес к таким областям человеческого опыта, к которым прочие эмпирики и не приблизились бы. Возможно, стоит рассматривать Юнга как двух разных людей. Первого интересовали дифференциация и развитие эго-комплекса, клинические практики, помогающие достичь этой цели. Второй Юнг с головой ушёл в каббалу, алхимию, гностицизм, христианский мистицизм, буддизм, индуизм, И Цзин и шаманские практики. Это один и тот же человек с двумя личностями, одна из которых, «тёмная половина», в итоге превратилась в «призрачного гуру»[21]. В таксономии Роулинсона аналитическая психология относится к горячим структурированным традициям. В то время, как работы «второго» Юнга находятся под эгидой горячего структурированного мистицизма, работы «первого» относятся скорее к научному эмпиризму, а вместе они составляют символическую интерпретацию Магики, поскольку отражают одновременно науку и искусство. Эти «два лица» Юнга сводят вместе науку и искусство, «голову и сердце» в соответствии с волей к индивидуации, посредством бессознательного, то есть через символ и метафору.

Практика

Вышеизложенные теории представляют благодатную почву для дальнейшего исследования, но хотя они полезны для обдумывания и изменения своей точки зрения, нелишним будет также перечислить несколько вариантов практического использования эзотерического Древа Жизни.

Аналитическая психология могла бы многое выиграть от внимательного изучения метафор и практик западной эзотерической традиции. Эта наука по природе своей открыта процессам и продуктам бессознательного. Символы каббалы, в том числе и Древо Жизни, во многом резонируют с юнгианской моделью психе. Поскольку в аналитической психологии отсутствует собственная догма, она может критично рассматривать являющихся мистических существ[22]. Западная эзотерическая традиция менее либеральна в этом плане: в общем и целом сущности, встречающиеся в практиках традиции, считаются объективными, реальными[23]. Если бы эзотерики заняли позицию посредине, признав ценность и необходимость психе, как сделали Кроули, Форчун, Регарди, Найт и Дюкетт, изучение аналитической психологии помогло бы открыть психологические богатства архетипических символов традиции.

Самая очевидная практика, в которой аналитическая психология может применить эзотерическое Древо Жизни - это работа с путями. Посмотрим, как эту практику можно поместить в позицию аналитической психологии[24].

Практика работы с путями в западной эзотерической традиции в основном применяется в контексте полного курса интеллектуальных и ритуальных практик и обучения. В процессе обучения практик узнаёт значения символов, участвующих в работе с путями, а ритуальная практика позволяет расположить и конкретизировать их. Нижеследующее описание взято из комментария супругов Цицеро к «Гранатовому саду» Регарди[25]. В этом примере охватывается весь Срединный Столп, но основной фокус приходится на высший путь Тиферет-Кетер.

На практике перед работой с путями выполняется МРП или другой изгоняющий ритуал (Большой Ритуал Пентаграммы или Ритуал Изгоняющей Гексаграммы)[26]. Он символически очищает пространство вокруг мага и позволяет ему чувствовать себя в безопасности. Дыхательные техники, используемые в этих ритуалах, способствуют расслаблению, влияя на химию мозга и крови. После завершения подготовки практик начинает визуализацию. Чтобы задать её направление, можно использовать заранее подготовленную запись или же положиться исключительно на память.

Краткое описание этой практики звучит так: «В процессе этой работы с путями ученик следует от Малкут через Йесод к Тиферет и затем дальше по пути Гимел (буква, соответствующая этому пути), где переживает ещё одну ”Тёмную ночь души”»[27]. Сначала практик мысленно формулирует свой храм Малкут (этот «храм» формируется в процессе предварительной тренировки).

Попав в храм Малкут, адепт обращается к местному архангелу — Сандалфону. После обмена паролями и символами архангел ведёт адета к Йесод (храм Йесод тоже должен быть подготовлен заранее). Затем практик достигает шестиугольного храма Тиферет, «украшенного жёлтыми драпировками, окружённого шестью огромными подсвечниками, с изображением гексаграммы на полу и на потолке»[28]. После произнесения соответствующих божественных имёр появляется архангел Рафаил. Опять же, сообщив пароль и символ, Рафаил препровождает практика в восточную часть храма

«и отдёргивает край жёлтой драпировки, открывая голубую арку с белой буквой Гимел, изображённой на её замковом камне. Арку закрывает завеса с изображением Верховной Жрицы Таро. Архангел рисует в воздухе знак Луны - и завеса исчезает. На её месте — дверь из лунного камня»[29].

Практик проходит через дверь из лунного камня и ступает на Тринадцатый путь. Архангел в этот момент возвещает: «Написано: не от человека к человеку передаются великие дары, ибо человек может передать другому лишь то, чем обладает сам. Потому после единства и братства каждый из нас вновь остаётся один. Знай, что Всё есть Один»[30].

Пройдя через цветущую долину, адепт попадает в бескрайнюю пустыню. В конце концов, обессиленный и измученный жаждой, он падает на песок. Но появляется верблюд «под седлом голубой и серебряной кожи, богато украшенным лунным камнем и жемчугом»[31] и везёт адепта на себе через пустыню. Солнце клонится к закату; верблюд привозит адепта к огромной пропасти. Верблюд прыгает через бездну, и в этот момент время словно останавливается, и адепт видит лишь спину животного. Затем верблюд достигает противоположного края пропасти и продолжает путь. В ночном небе над всадником и горой восходит яркая полная луна. Постепенно пустыня сменяется лесами и холмами. Перед практиком ручей, из которого он пьёт. Затем он вновь садится в седло и едет против течения ручья к его истоку[32].

У истока ручья стоит храм в греческом стиле, целиком сделанный из лунного камня. Всадник спешивается и поднимается по ступеням храма. Храм освещён лунным светом, падающим через окно в потолке. В нём две колонны — из лунного камня и обсидиана, а перед ними квадратный бассейн с чистой водой, в котором и берёт начало ручей. На восточной стене храма выгравирована стилизованная звезда. Практик садится рядом с бассейном и смотрит в воду. Его охватывает сомнение и отчаяние:

«И к этому ты стремился? Проделать весь этот путь, чтобы прийти к храму, бассейну, освещённому лунным светом, и изображению звезды? И это всё? Где же боги и богини, рыцари и пророки, легенды и истории других путей? Пути Древа, которыми ты проходил до того, никогда не приносили такого духовного опустошения. Ты полон сомнений: а стоило ли вообще пробовать взобраться на Древо Жизни? Ты начинаешь сомневаться в своих мотивах, достижениях и даже тех духовных постулатах, в которые прежде свято верил. Никогда прежде ты не чувствовал себя таким одиноким и опустошённым. Поглощённый скорбью, ты прячешь лицо в ладонях, и слёзы текут по щекам, и твоё тело сотрясается от рыданий»[33].

Слёзы падают в бассейн и превращаются в жемчужины. Адепт продолжает рыдать, пока «не истощаются печаль и отчаяние»[34]. Когда к адепту возвращается спокойствие, он смотрит на дно бассейна и видит, что оно усыпано жемчугом. Восточная стена храма стала прозрачной и открывает звёздное небо, а там, где прежде было изображение звезды, теперь целое звёздное скопление, медленно вращающаяся галактика. Голос Луны, Селены, слышится с ночного неба, её лицо закрыто вуалью. Завершая наш путь Гимел, приведём слова Селены, обращённые к практику:

«Могут ли твои слёзы превзойти морской прилив? - спрашивает она. «Что такое твоя сила против бурных волн в шторм? Что такое твоя любовь против всех печалей мира? Путь Гимел лежит через Даат, высшую дугу Йесод. Написано: в Даат разверзаются глубины и облака выпадают росой».

Это посвящение, которого не может дать ни одно смертное существо. Это очищение, которого не даст земная вода. Оно зовётся Тёмной ночью души. Может ли быть чем-то меньшим путь, ведущий к окончательному единству с Богом? Может ли что-либо нечистое пережить такое восхождение? Нужно отпустить всё. Нужно освободиться от всего...»[35].

Селена заканчивает свой монолог, и её образ тает, остаётся лишь Луна. Затем восточная стена храма вновь становится непрозрачной. И хотя практику известно, что он, возможно, не понимает всего открытого ему, он чувствует, что в какой-то степени духовная ясность достигнута. Практик вновь взбирается на верблюда и едет к храму Тиферет, где его встречает архангел Рафаил. По пути Самех он возвращается к Йесод, а затем к Малкут и архангелу Сандалфону. На этом ритуал заканчивается.

Очевидно, что эта практика — детализированный вариант медитации и визуализации. Разумеется, любое заявление о получение духовного просветления в результате работы с путями субъективно. Однако мы можем отметить, что этот вид практики собирает вместе учения западной эзотерической традиции, особенно соответствующие сефирам Древа, и организует их так, чтобы можно было взаимодействовать с ними на образном и метафизическом уровне. Символы, прежде бывшие лишь двухмерными представлениями писходуховных процессов, заряжаются энергией и оживают.

С точки зрения аналитической психологии, такую практику можно применять к различным архетипическим образам, встречающимся в литературе по аналитической психологии. Например, понимание Тиферет может быть полезно при работе с путями с использованием «Легенды о Граале» Эммы Юнг и Марии-Луизы фон Франц[36]. Так теории и предположения аналитической психологии проявляются в психе. Вместо того, чтобы пассивно ждать, пока бессознательное «пошлёт» символы сознанию, можно внести символический язык бессознательного в лиминальную часть сознания, созданную такими действиями, как изгоняющие ритуалы западной эзотерической традиции.

С другой стороны, соединив уже существующую символическую систему западной эзотерической традиции с психологическим толкованием мифа о Граале и превратив это в практическую деятельность, например, работу с путями — мы получим практику, в которой больше наложенной структуры, чем активного воображения, а значит, в каком-то смысле, меньше истины о психе и бессознательном. С другой стороны, работа с путями — это основательное и систематическое занятие, которое способствует длительной дисциплинированной работе с архетипическими образами, и в конце концов она окажется неразрывно связана с личностью. Те же упражнения можно применить к толкованию алхимии по Юнгу или Эдингеру, или даже можно строить работу с путями на психологической интерпретациии Splendor Solis из «Трансформации психе» Хендерсона и Шервуда[37]. Подходя к западной эзотерической традиции так же, как Юнг подходил к алхимии и гностицизму, мы сможем оценить, как глубоко архетипические образы проникли в её учения, ритуалы и мифы. Хотя аналитику или тому, кто интересуется академическим приложением аналитической психологии, не обязательно понимать Древо Жизни, оно может оказаться полезным для опыта и анализа нуминозности и миддот архетипических образов. Мы привели лишь один пример того, как Древо Жизни может оказаться полезным для аналитической психологии. Теперь посмотрим, какую пользу может извлечь западная эзотерическая традиция из честного диалога с аналитической психологией.

Израэль Регарди предложил всем заинтересованным в изучении западной эзотерической традиции сначала пройти курс какой-либо терапии; можно предложить два очевидных и, возможно, не взаимоисключающих толкования этого предложения. Первое: Регарди иронично намекает, что всем эзотерикам не помешало бы проверить мозги. Второе: будучи опытным практиком традиции, Регарди хорошо знал ловушки на тернистом пути эзотерика и советовал подготовиться к ним. Возможно, на самом деле именли место оба значения, но для наших текущих целей важнее последнее.

Чтобы понять и разделить беспокойство Регарди о возможных психологических трудностях, достаточно изучить всевозможные интернет-форумы, посвящённые оккультным и эзотерическим темам: вы обнаружите множество случаев инфляции, дефляции, проекций, нарциссизма и прочих психологических «проблем»[38]. Поскольку данная диссертация не является клинической работой, мы не будем пытаться поставить удалённый диагноз подобным персонажам. Однако заметим, что толкование Древа Жизни с позиции аналитической психологии может пригодиться практикам западной эзотерической традиции. Используя знакомые символы — сефирот — и применяя к ним толкования на основе теорий аналитической психологии, мы можем предложить альтернативные прочтения различных случае эзотерического опыта. Например, заявления об одержимости демонами могут быть подтверждены с помощью понимания констелляции архетипа. Трансформативное общение с иными («сефиротическими») сущностями, которые почему-либо предпочли «избранного» адепта остальным, можно толковать как естественный, хотя и, безусловно, волнующий контакт с психологическими и метафорическими представителями «высшего разума». Кроме того, интерпретация Древа Жизни с позиции аналитической психологии подчёркивает важность связи с миром и нашего средства взаимодействия с окружающей Вселенной — эго-комплекса.

В литературе западной эзотерической традиции обычно не рассматривается вопрос о применении психодуховного опыта в повседневной сознательной жизни. Однако кое-какие намёки обнаружить можно. Кроули практически во всех работах подчёркивает, что, по Закону Телемы, каждого мужчину и каждую женщину следует уважать как уникального, пусть и не обязательно равного, индивида. Форчун указывает на необходимость вернуть в мир женственное и хтоническое, а также сообщает, что адепт имеет определённые обязанности, но даёт по этому поводу очень мало детальной информации[39]. Однако несмотря на подобные подсказки, существует опасность того, что адепт затеряется в собственном метафорическом мире, не имея якоря, чтобы держать связь с твёрдой землёй.

Видя, как Кроули указывает на отрицательную сущность эго-сознания, а многие эзотерики рассуждают о духовных мирах и астральных сущностях, неопытный практик может начать избегать житейских, мирских невзгод и испытаний — то есть решить, что этот мир куда менее важен, нежели астральный или метафорический. Это может привести к отделению от общества, подавлению вместо принятия бессознательных метафорических существ и общения с ними и соответствующими трансперсональными мирами. Эго-комплекс не обязательно будет тормозом психодуховного прогресса, если лишить его безраздельной власти над психе. Цель в том, чтобы создать некое срединное пространство, в котором возможны переговоры между эго-комплексом и бессознательным. Однако нельзя забывать об ответственности при любом подобном диалоге.

В пространном письме о. Виктору Уайту Юнг рассуждает о психотерапевтическом применении психоделических наркотиков. Любопытно описание результатов архетипических опытов, полученных с помощью этих веществ:

«Я знаю лишь, что желание узнать коллективное бессознательное ближе, чем позволяют нам сны и интуиция, бессмысленно. Чем больше вы узнаёте о нём, тем больше и тяжелее становится ваше моральное бремя, поскольку, попав в ваше сознание, бессознательное содержание превращается в ваши личные заботы и обязанности. Хотите ли вы усилить своё одиночество и непонимание? Нужны ли вам растущие трудности и обязанности?»[40]

Хотя Юнг пишет о психологических трудностях, сопряжённых с наркотическим опытом, то же можно сказать и об опыте, к получению которого стремятся эзотерики. Опыт бессознательного способен сильно усложнить или даже заместить реальную жизнь. Бессознательное может потребовать от нас изменить, преобразовать себя. А это подразумевает и изменение нашего взгляда на себя и других, что требует определённой смелости. Эзотерики демонстрируют бесстрашие перед глубинами бессознательного, но готовы ли они соединить его опыт с миром эго-комплекса так, чтобы оба мира сохранили свою ценность?

Эзотерики понимают риск, с которым сопряжён их духовный путь, но чувствуют, что игра стоит свеч. Не меньшее мужество проявляет и Юнг. Хотя он и предупреждает, что опасно без необходимости распахивать двери в бессознательное, его собственные действия порой явно не продиктованы стремлением к максимальной безопасности. Некоторых так и тянет превратить оккультное в сознательное. На семинаре по анализу снов Юнг комментирует: «Если мы не осознаём сконстеллированное, мы идентифицируемся с ним, и оно управляет нами, как марионетками. Избежать этого можно, лишь осознав это содержание и воплотив его, отделив его от себя, вытащив его из бессознательного»[41]. Ни Юнг, ни эзотерики не желают, чтобы люди стали игрушками бессознательного. Каждая из сторон подарила миру свою версию клинка, способного разрубить путы, связывающие психе. У каждой есть свои преимущества, но насколько больше пут можно было бы разрубить, если они, наконец, встретились бы для конструктивного диалога?

Итоги

В начале этой диссертации мы определили, как используется метафора в аналитической и архетипической психологии. Метафора в этом контексте эквивалентна юнгианскому пониманию архетипа и представляет область «ни/ни». Именно в этой области находятся сефирот западной эзотерической традиции. В различных духовных традициях сефирот толковались по-разному. В данной работе мы анализировали интерпретации иудаизма, христианства, гностицизма и западной эзотерической (оккультной) традиции. И все интерпретации сефирот и Древа Жизни, будучи такими же уникальными, как сами традиции, так или иначе описывают сефирот как миддот, то есть качества, чего-то непознанного или непознаваемого. Можно сказать, что каждая традиция использовала различные символы и метафоры, стремясь понять то, что Юнг назвал коллективным бессознательным. Мы видели, что Юнг активно интересовался алхимической традицией, на которую, как отмечает Дроб и другие учёные, оказали сильное влияние каббалистические концепции[42].

Интерес Юнга к каббале заметен в большинстве его работ, но больше всего, конечно, в книгах по алхимии, а в особенности о Кнорре фон Розенроте. Юнг сосредотачивает внимание на различных персонификациях сефирот, и постепенно мы обнаруживаем, что они отражают юнгианскую моодель психе. Юнг обнаружил, что алхимическое понятие coniunctio, соединение противоположностей, прекрасно отражает его понимание психологического созревания или индивидуации.

Западная эзотерическая традиция активно использует каббалистические понятия, а также, поскольку она развивалась бок о бок с психологией, психологические теории. По этой причине западная эзотерическая традиция сама по себе представляет подходящий предмет для сравнения с аналитической психологией. В третьей главе мы дали новое, переработанное определение Магики и представили традицию как имеющую психодуховное направление и нацеленную на изучение человеческого сознания посредством понимания и применения символов и метафор. В четвёртой главе мы инициировали диалог между западной эзотерической традицией через сефирот Древа Жизни, в котором сефирот символизируют миддот архетипа инициации, или, в терминологии Юнга, индивидуации.

Нижняя часть Древа Жизни символизирует процесс индивидуации, то есть, в понимании Юнга, постепенного превращения в психологически целостную личность. Однако традиционное Древо Жизни, особенно используемое в оккультной традиции (и описанное в пятой главе), предполагает, что обретение целостности включает нечто большее, чем индивидуальная перспектива. Небесная бездна представляет границу между личным двойственным и трансперсональным недвойственным мирами. В связи с этим Леон Шламм отмечает[43], что аналитическую психологию можно считать светской или детрадиционализированной формой мистицизма. При таком подходе можно сравнивать аналитическую психологию и западную эзотерическую традицию как горячие структурированные традиции, и хотя во многом они разнятся, цели и средства их достижения в основном совпадают.

В шестой главе мы попытались увидеть, откуда растут корни Древа Жизни. Покровы негативного бытия подтверждают заключение Юнга о том, что в конечном счёте источник психе неопределим и непознаваем. Однако, по мнению эзотериков, в отдалённом будущем эволюции часть этого непознаваемого может быть освещена светом сознания. В конце шестой главы мы кратко рассмотрели, как усердное изучение метафор Древа Жизни может принести пользу обеим традициям на уровне теории и на практике. В первом случае Древо можно использовать как инструмент для активного воображения и развития символов и метафор. Во втором случае мы увидели, что изучение аналитической психологии предлагает альтернативные, иногда более полные толкование разного эзотерического опыта.

Древо Жизни, по сути, сводит вместе противоположности, буквально и символически ослабляя их напряжение. Оно представляет одновременно саму психе, населённую могущественными архетипическими энергиями, и её центр как всю полноту самости. Древо подчёркивает необходимость соединения науки и духовности, то есть, в терминологии Мэнсфилда, головы и сердца. Но нельзя забывать и о важной роли эго в поддержании здоровья психе; пункт, который эзотерики нередко пропускают. Наверное, важнее всего то, что Древо Жизни иллюстрирует процесс индивидуации как долгий и трудный путь, полный ярких, нуминозных и даже пугающиз метафорических существ и требующий неспешного и внимательного изучения. Хотя не всем дано пройти этим путём, а многие и не хотят пытаться, всегда были и будут те, кого влекут вперёд четыре силы Сфинкса: Знать, Сметь, Желать и Хранить молчание. Для тех, кто чувствует этот зов, интерпретация Древа Жизни с позиции аналитической психологии — это ещё одна карта, помогающая изучить ландшафт метафоры и её связь с коллективным бессознательным и вызывающая дальнейшее обсуждение и обдумывание, которое всегда вызывает Древо Жизни, в какой бы традиции оно ни пустило корни.



[1] Написание этих имён, как и всех прочих названий в западной эзотерической традиции, заимствованных из иврита, может отличаться от выбранного нами.

[2] Dion Fortune, The Mystical Qabalah (Boston, MA: Weiser Books, 2000), 27.

[3] Fortune, The Mystical Qabalah, 32.

[4] Fortune, The Mystical Qabalah, 32.

[5] По утверждению Юнга, на Западе в конце концов разовьётся собственный вариант йоги, и «её основы будут заложены христианством». Jung, “Yoga and the West”, CW 11, par. 537.

[6] Fortune, The Mystical Qabalah, 29.

[7] Fortune, The Mystical Qabalah, 28.

[8] Gareth Knight, A Practical Guide to Qabalistic Symbolism (York Beach, ME: Samuel Weiser, Inc., 1993), v. I, 64.

[9] Fortune, The Mystical Qabalah, 31.

[10] Knight, A Practical Guide, v. I, 64.

[11] Gershom Scholem, Major Trends in Jewish Mysticism (New York: Shocken Books, 1973), 260.

[12] Форчун и Регарди расходятся в отношении связи между Айн и теориями Спенсера.

[13] Israel Regardie, A Garden of Pomegranates (St. Paul, MINN: Llewellyn Publications, 2002), 36-37.

[14] Aleister Crowley, Magick/Liber Aba (York Beach, ME: Samuel Weiser, Inc., 1997), 564.

[15] Нельзя не признавать важность материалистического подхода к сознанию. Понимание работы мозга с биологической и биохимической точек зрения, безусловно, крайне важно для медицины и дальнейшей эволюции. Однако в то время, как аналитическая психология признаёт значение материалистической модели, и в то же время не отказывается от понятия психе и символов, со стороны материалистической модели ответной любезности пока не дождались.

[16] Jung, Letters, vol. 2, 19.

[17] David Tacey, “Twisting and Turning with James Hillman” in Ann Casement, ed. Post-Jungians Today: Key Papers in Contemporary Analytical Psychology (New York, NY: Routledge, 1998), 232

[18] Crowley, Magick/Liber Aba, 306.

[19] Crowley, Magick/Liber Aba, 306.

[20] Стр. 233.

[21] Jung, MDR, 184.

[22] Это отнюдь не означает, что в аналитической психологии не идут споры о том, как рассматривать психе. Эндрю Самуэлс в «Юнге и постъюнгианцах» демонстрирует некоторые разногласия, сравнивая классическую школу, архетипическую школу и школу развития, а также аналитиков Цюрихской школы и североамериканской медицинской. Однако в целом аналитическая психология однозначно принимает, что бессознательное рождает образы, и эти образы, обладающие смыслом и значением, могут восприниматься эго-комплексом как автономные.

[23] Эзотерики, работы которых мы цитировали в данной диссертации, являются представителями довольно сложной позиции. Они пытаются совместить духовный и психологический подход. Однако, как заметно и по многим иным духовным традициям, позиция элиты далеко не всегда совпадает с позицией рядовых практиков.

[24] Нижеследующий пример — лишь гипотеза, его не следует считать применимым в клинической практике, хоят интересно было бы предпринять систематические клинические исследования.

[25] Regardie, A Garden of Pomegranates, 412-418.

[26] См. Kraig, Modern Magick, 168-177, Donald Michael Kraig, Modern Magick (St. Paul, MINN: Llewellyn Publications, 1988), 205-213.

[27] Regardie, A Garden of Pomegranates, 413.

[28] Regardie, A Garden of Pomegranates, 413.

[29] Regardie, A Garden of Pomegranates, 413.

[30] Regardie, A Garden of Pomegranates, 413.

[31] Regardie, A Garden of Pomegranates, 414.

[32] Regardie, A Garden of Pomegranates, 414-415.

[33] Regardie, A Garden of Pomegranates, 416.

[34] Regardie, A Garden of Pomegranates, 417.

[35] Regardie, A Garden of Pomegranates, 417.

[36] Emma Jung and Marie-Louise von Franz. The Grail Legend (Princeton, NJ: Princeton University Press, 1998).

[37] Joseph L. Henderson and Dyane N. Sherwood. Transformation of the Psyche (New York, NY: Brunner-Routledge, 2003).

[38] Пример — форум www.occultforums.com, на момент написания диссертации имеющий общую аудиторию порядка 6000 участников. Мы приводим этот ресурс в качестве примера лишь как крупный и популярный форум, а не из-за ненормально большого количества дефективных участников.

[39] Ничего другого и не следует ожидать от человека, являющегося частью «оккультной» традиции. Подход Форчун к западной эзотерической традиции отображён как в её технических руководствах, так и в романах. См. Fortune, The Sea Priestess (York Beach, ME: Samuel Weiser Inc., 1978) и Moon Magic (York Beach, ME: Samuel Weiser, Inc., 1978).

[40] Jung, Letters, v.2, 172.

[41] Jung, Dream Analysis: Notes of the Seminar Given in 1928-1930 by C.G. Jung, William McGuire, ed. (Princeton, NJ: Princeton University Press, 1984), 217.

[42] Sanford Drob, Kabbalistic Metaphors (New Jersey: Jason Aronson Inc., 2000), 289-343.

[43] Leon Schlamm, “C.G. Jung’s Visionary Mysticism” in Harvest: International Journal for Jungian Studies, vol. 52, n. 1., 2006.

Перевод Александра Кау-Тен-Чжи

Наши партнеры Баннеры


Рекомендуем:
http://maap.ru/ – МААП – Московская Ассоциация Аналитической Психологии
http://www.olgakondratova.ru/ – Ольга Владимировна Кондратова – Юнгианский аналитик
http://thelema.ru/ – Учебный Колледж Телема-93
http://thelema.su/ – Телема в Калининграде
http://oto.ru/ – ОТО Ложа Убежище Пана
http://invertedtree.ucoz.ru/ – Inverted Tree – Эзотерическое сообщество
http://samopoznanie.ru/ – Самопознание.ру – Путеводитель по тренингам
http://magic-kniga.ru/ – Magic-Kniga – гипермаркет эзотерики
http://katab.asia/ – Katab.asia – Эзотерритория психоккультуры – интернет издание
https://www.mfmt.ru/ – Международный фестиваль мастеров Таро
http://www.radarain.ru/triumfitaro
http://www.agoraconf.ru - Междисциплинарная конференция "Агора"
классические баннеры...
   счётчики