Вторник, 07 марта 2017 21:37

Марко Пази. Алистер Кроули и искушение политикой Глава 4 Тень мага.

Марко Пази.

Алистер Кроули и искушение политикой

Глава 4

Тень мага.

Во время своего пребывания в Португалии Кроули общался не только с Пессоа. Как оказалось, там присутствовали еще два персонажа- оба его близкие друзья- которые имели особенный интерес к английскому визитеру. Одним из них был Августо Феррейра Гомес, о котором мы уже знаем; другим- Рауль Лил, один из авторов, чьи работы Пессоа намеревался опубликовать через издательский дом в начале 1920х.

Феррейра Гомес родился в Лиссабоне в 1892, был писателем и журналистом, как мы знаем и имел также талант графика. Он был, возможно, самым близким другом Пессоа в последние годы жизни поэта. В 1934, за год до смерти Пессоа, у Феррейра Гомеса вышла “Пятая Империя”, сборник поэм, написанных под впечатлением легенды о Себастиане. Пессоа написал предисловие к книге и Феррейра Гомес посвятил ее поэту, сопроводив странной сентенцией, относительно года рождения.⁹⁸ Феррейра Гомес, как и Пессоа интересовался эзотерикой: Гаспар Симойш описывал его как “приятеля оккультиста” Пессоа и, соответственно, Антонио Гуардоса, он был “поэт, сильно увлеченный астрологией, Каббалой и предсказаниями”. ⁹⁹ В 1938, через три года после смерти Пессоа и добрых восемь лет спустя после “Тайны из Врат Ада”, Гомес написал поэму, посвященную Алистеру Кроули в лиссабонском литературном обзоре “Сообщение”. ¹ºº Тот факт, что один из участников ложного самоубийства опубликовал что-то, имеющее отношение к Кроули через столько лет, наводит на мысль, что действия последнего произвели настолько сильное впечатление на культурную элиту, окружавшую Пессоа- в особенности на тех, кого привлекала эзотерика и оккультизм. Это становится еще более очевидным, если мы познакомимся поближе с Раулем Лилом.

Лил родился в Лиссабоне в 1886 году был аристократического происхождения и, имея профессию адвоката, посвящал себя полностью литературной деятельности. ¹º¹ Определенный период жизни он провел в изгнании в Испании из-за своих монархических взглядов. Он, несомненно, обладал эксцентричным характером: подобно Кроули у него была своя персональная религия, Параклетианизм и он называл свою систему мышления Трансцендентальным Вертигинизмом; в ней, влияние Декадентства конца девятнадцатого века, казалось, абсолютно очевидным, практически, полностью от Джозефин Пеладан (1858-1918). В 1923 Лил оказался в центре скандала, вызванного его памфлетом “Поклонение Содому”, в котором он представил свою теорию, касающуюся эзотерического и духовного гомосексуализма. Ассоциация студентов Католического университета опубликовала манифест, призывая цензуру отреагировать на аморальные издания, цитируя памфлет Лила, как пример; последний был изъят из продаж. Во время этого столкновения Лил обратился к друзьям за помощью, которые выпустили “Уведомление Морального характера”, в котором высмеивали ханжескую позицию студентов и активно защищали Лила от их возмутительных инсинуаций. ¹º² В последующие годы Лил поддерживал отношения с Пессоа, в знак искренней признательности за моральную поддержку.

Что касается отношений между Кроули и Лилом, то в Варбургском институте есть копия письма от 22 декабря 1929. ¹º³ В нем Кроули благодарит Лила за присланную ему книгу. Как же они познакомились? Через Пессоа, конечно. Как мы уже узнали ранее, из письма Пессоа к Кроули, датированного 6 января 1930, Пессоа перевел несколько страниц из первого тома “Откровений” Лилу, который не знал английского. ¹º⁴ Лил был настолько потрясен, что попросил адрес издателя Кроули в Англии, чтобы наладить с ним контакт. Впоследствии, он послал письмо и книгу поэм на французском: “Антихрист и Слава Святого Духа”. Мы также знаем из письма Пессоа, что после получения ответа, Лил намеревался написать Кроули письмо на “оккультные темы”. И 15 января 1930 он написал подробное письмо Кроули, в котором попытался- довольно сумбурно-представить главные моменты своей мистической и эзотерической системы.¹º⁵ Также он выражал свое восхищение Кроули и его идеями, о которых узнал, благодаря Пессоа:

…Я понял, что вы уникальная личность с земной и астральной точки зрения, чьи доктрины очень близки моим, несмотря на убеждение, что вы продвинулись далеко в Империи Зверя (Антихрист:666). Поэтому я отношусь с высоким почтением к вашему мнению, и с нетерпением ожидаю вашего мнения о моей поэме. ¹º⁶

Среди основных элементов в представлении Лила была убежденность в существовании воплощения Еноха, пророка (которого он также сравнивал с Гермесом Трисмегистом), который, согласно, его параклетианской концепции, был предвестником конца существующей эры и начала “Третьего Божественного Царства”, а именно, Царства Святого Духа. В этом Лил, очевидно, опирался на древнюю Западную традицию, чьи источники были найдены в апокалиптической литературе первых веков христианской эры; данная традиция была возрождена в средние века под влиянием Йоахима Фиора (1130-1202) и стала вновь популярной как в литературной, так и в эзотерической среде в 19 веке. ¹º⁷

Вполне вероятно, что, уверенность Лила в существовании пророка новой эры не была особенно близка Кроули, имеющем подобное убеждение в отношении себя самого. И, похоже, что ни один из них не был готов принять идею, что новая эра может иметь больше одного пророка. Эта основная несовместимость между их, в принципе, похожими доктринами, о которой Лил был не очень осведомлен, когда писал свое письмо, возможно подействовала на отношение Кроули к Лилу и на мнение о нем, которое, как мы увидим далее, было не очень высокое. Но с другой стороны в них было сходство, на которое Лил безошибочно указал. Наряду с мессианским и вековым элементом, Лил подчеркивает “сумасшедшую страсть”, как наивысшее и абсолютное состояние бытия. Оно может быть достигнуто только через возрастающую интенсивность чувственной жизни, которая должна стать максимально глубокой и животной. ¹º⁸ Эта “чувственная жизнь” есть что-то, что мы будем исключительно обожествлять, что можно сравнить с созидательной яростью Бога, навязчивой, сумасшедшей головокружительной яростью. Этот “Дионисийский элемент”, определенно присутствует в некоторых аспектах в работах Кроули и несомненно, особенно поразил Лила, который верил, что нашел родственную душу в своих духовных поисках. Позже, в письме, Лил также упоминает полемику вокруг “Поклонения Содому” и делает несколько интересных замечаний по поводу Тамплиеров, которых он считал “дерзкими предшественниками параклитов”. ¹¹º

Но наиболее интересный аспект письма Лила это его окончание. Лил признается, что “он был инициирован в Оккультный Мир через Бога и самого себя”. ¹¹¹ Лил рассказывает о своем опыте пребывания в Бразильской эзотерической группе, находящейся в Сан-Паоло. Он был исключен из нее до инициации, потому что остальные участники почувствовали, что он обладает экстраординарной духовной силой и стали бояться его. Сам Лил был в таком состоянии, что не смог бы принять воздействие от мастера. Далее он излагает свою просьбу:

Я надеюсь, что наши отношения станут близкими и братскими: настолько, что в один день у вас появится желание выполнить мою инициацию, которая до сегодняшнего дня могла бы считаться условной, я буду в точности следовать вашим эзотерическим указаниям. Таким образом Вы станете Мастером Высшей Инициации святого Пророка Бога и Смерти.¹¹³

Лил, в высшей степени интересном письме к Жоау Гаспару Симойншу от 23-24 июля 1950, раскрывает некоторые моменты своих отношений с Кроули.¹¹⁴ К этому времени биография Пессоа уже была издана, и Лил написал это письмо Симойншу с целью указать на некоторые неточности в отношении себя, которые он обнаружил в книге. Из письма мы узнаем, что Кроули ответил на подробное письмо Лила в весьма курьезной форме и выразил желание встретиться лично, как только представится возможность.¹¹⁵ Когда Кроули приехал в Лиссабон, он попросил Пессоа организовать встречу со своим другом; она состоялась в квартире Лила. Во время встречи- пишет Лил – “я много говорил о магии и оккультизме с Мастером Тиреоном (666) (на французском, разумеется), и в определенный момент он сказал, что мне следовало бы покинуть Португалию, потому что она слишком, чересчур, мала для меня”. ¹¹⁶

Дневник Кроули подтверждает, что у него состоялась встреча с Лилом 9 сентября. Запись очень интригующая: “В Лиссабоне: ланч 4000 скудо. С Лилом: не нравится. Что-то с ним определенно не то. Ночи инициации”.¹¹⁷ Становится понятно, что, несмотря на старания Пессоа, Лил не произвел должного впечатления на Кроули. Но еще более важным является упоминание об инициации, которая состоялась в тот вечер. Судя по контексту, Лил принял посвящение от Кроули. Это не кажется удивительным, так как Лил просил его об этом в письме. Также остается неясным один момент, который при этом является чуть ли не самым главным в этой истории: присутствовал ли Пессоа при этой встрече? Кроули не пишет об этом. Но Лил в письме к Симойншу подтверждает это. Лил утверждает, что Пессоа лично представил его Кроули. Находился ли он там все оставшееся время? Присутствовал ли при инициации Кроули? Принял ли сам посвящение? Сохранившиеся документы не дают об этом достоверной информации, но я считаю, что все указывает на то, что Пессоа был также инициирован в тот же вечер или, по крайней мере был привлечен для некоторых ритуалов. Есть доказательства этой гипотезы. Мы видели, что в документах более позднего периода, Пессоа заявлял недвусмысленно, хотя и загадочно, что был посвящен в Нео-Тамплиерский орден. Также и Кроули упоминал однажды, что целью его поездки в Лиссабон является расширение его Ордена (ОТО или АΔАΔ) в Португалии с помощью Пессоа. Существует также запись, сделанная последним, которая дает объяснение этому событию. Это частная запись, которая была опубликована совсем недавно. В ней говорится:

“Почувствовать внутренний протест- первоначальный импульс к победе. Это было дано мне Мастером Терионом с разрешения свыше. Создание противоречия между собой и окружением: вот первый шаг и начало пробуждения.

Неудовлетворенность: это начальная точка. Почтение к Мастеру, который дал мне, через иронию происходящего, истину, которая существует, чтобы ни случилось.

Таким образом, я-то, что есть и должна быть отдельно. Высший урок в высмеивании других стать хозяином своего звездного будущего.”¹¹⁸

Текст достаточно загадочный, потому что написан поэтическим метафоричным языком. Но совершенно ясно, что Пессоа утверждает, что получил некоторый эзотерический инсайд непосредственно от Мастера Тиреона, т.е. от Кроули. Включало ли это также инициацию? Об этом не говорится явно, но можно догадываться по тому факту, что Пессоа не обращался к интеллектуальным знаниям или обучению, но к внутренней трансформации, которая дала ему возможность почувствовать “внутренний протест” (что бы это не означало). Более того, Пессоа повторяет снова и снова слово “Мастер” в тексте, который указывает, что он использует его не только как псевдоним Кроули, а потому что действительно относится к нему как к духовному учителю. Интересен тот факт, что Пессоа заявляет, что Кроули даже имел странную власть свыше. Если мы сравним этот документ с другой статьей Пессоа, написанной в конце жизни, где он заявляет, что был посвящен через непосредственное общение мастера с Учеником в три наименьшие степени ОТП (Орден Тамплиеров Португалии) ¹¹⁹, то многое приобретает смысл. Казалось, что нет другой личности в жизни Пессоа, которого он назвал бы “Мастером” в эзотерическом смысле. И обращение “Мастер” относиться к самому Кроули. Если это так, то значит, что Кроули инициировал Пессоа во время поездки в Португалию и каджется логичным, что случилось это ночью 9 сентября в квартире Рауля Лила.

Интригует то, что в письме к Гаспару Симойншу, Лил обходит молчанием, получил ли он посвящение той ночью. Он говорит только, что через некоторое время он приходил в отель к Кроули, чтобы отдать ему одну из своих книг и не нашел его там.

К этому времени Кроули был уже вовлечен в события, связанные с его мнимым суицидом: “в этом случае, поистине магическое событие во Вратах Ада уже произошло, и я никогда больше его не видел, только позднее узнал от Фернандо (Пессоа), что он в конце концов написал ему из Германии.¹²º В этом письме Лил также предлагает некоторые эзотерические размышления о магической системе Кроули по отношению к его собственной, напоминающей, хотя и с небольшими неточностями, мысли, высказанные в письме к Кроули двадцатилетней давности. В целом, письмо Лила к Гаспару Симойншу подтверждает, что он придавал особую важность своей встрече с Кроули.¹²¹

Кроули, однако, был не единственной интересной личностью, кто побывал в Португалии в 1930. По странному стечению обстоятельств, в том же году случился визит еще одного представителя сиятельного андеграунда: Германа Кейзерлинга (1880-1947). Происходивший из семьи балтийских аристократов и родственник Безумного барона Романа Унгерна фон Стернберга (1885-19210), который собрал монгольскую армию для борьбы с Красной Армией во время русской гражданской войны, Кейзерлинга описывали как самого влиятельного гуру центральной Европы между 1918 и 1933. ¹²² В Вене, в начале двадцатого века, он познакомился с Хьюстоном Стюартом Чемберленом (1855-1927), автором “Основы 19 века”, книга по расистской теории, которая сильно повлияла на идеи нацизма. Кейзерлинг, по-видимому, не разделял расистские убеждения Чемберлена, но оставался в хороших отношениях с ним до смерти последнего в 1927. В 1920 Кейзерлинг основал “Школу мудрости” в Дармштадте, где преподавал собственное учение, основанное на синтезе эзотерики и метафизики. Школа существовала недолго; она прекратила свою деятельность в 1927, из-за различных внутренних разногласий. Отношение Кейзерлинга к нацизму представляла собой нечто двусмысленное. Джеймс Вебб пишет, что “в 1934 он объявил себя одним из пророков Третьего Рейха, но позднее, был строго осужден нацистами”, из-за чего был “подвергнут преследованию, но продлившемуся недолго” ¹²³.

15 апреля 1930, Кейзерлинг прибыл в Лиссабон. Он намеревался дать серию лекций в Португалии.¹²⁴ Все национальные газеты освещали это событие. Наиболее вероятно, что Пессоа лично посетил это мероприятие 16 апреля, названное “Душа нации”. Одним из намерений Кейзерлинга было завоевать “внутренний дух тех стран, которые он посещал”, и первоначальным результатом стал выход книги в 1919, имевший заметный успех: “Дневник странствующего философа”. В тот раз, видимо, пришло время завоевать душу Португалии.

В собрании бумаг Пессоа, Педро Тейксейра да Мота обнаружил письмо Пессоа, написанное на французском, адресованное Кейзерлингу.¹²⁶ Очевидно, что Пессоа был не в восторге от того факта, что иностранец намеревался интерпретировать “внутренний дух” его родины. Следовательно, это письмо, в котором Пессоа постарался представить свое собственное мнение, основанное на идее тройственности национальной души, также присутствующей в мифе о Себастиане.

Мы не знаем, дошло он письмо до Кейзерлинга, но это удивительный документ во всех отношениях, также, как и обстоятельства, приведшие к визиту в Португалию двух крупных представителей сиятельного андеграунда, Кроули и Кейзерлинга, с разницей в несколько месяцев, получившие внимание другого просветителя: Фернандо Пессоа.

5. Контринициация и конспирация.

“Оккультная тактика приводит к единственному завершению, крайне острым международным конфликтам; Еврейский финансовый секретный вооруженный милитаризм; в то время как с другой стороны у евреев-масонская идеология либерализма и демократия готовят подходящие боевые массы”.

(Джулиус Эвола, в его вступлении к итальянскому изданию 1938 года Протоколов Сионских старейшин)

“В то время как подозрение растет.

Этот малый, Юпитером клянусь, кто знает?

Возможно, для него есть также сюжет.

Я люблю шотландский виски, а он нет.

Он предпочитает Вторую Книгу Царств.

Мы не согласны во многом друг с другом.”

(Алистер Кроули, “Подозрительный Граф “ Konx Om Pax)

В этой главе я займусь вопросом, который до сих пор был полностью игнорирован исследователями деятельности Кроули: в частности, интересом, который питали к нему теоретики заговоров и традиционные круги. Я использую термин “теория заговора”, чтобы указать на те слухи, которые распространились в Европе, особенно в период конца 18 середины 19 веков, основным постулатом которых провозглашалось наличие международного заговора, организованного неизвестной загадочной элитой, целью которой было установление власти над целым миром.¹ Как указывал Госселин Годвин, “теория заговора- это историческое проклятие, но необходимое для истории оккультизма”.

Это, несомненно, правда, приведенные здесь теории очень часто зарождаются и развиваются в эзотерических и оккультных кругах. Что касается традиционализма, то я обращаюсь к эзотерическому течению, в котором прослеживается Рене Генон (1886-1951) и видно Джулиуса Эволу (1898-1974) и Ананда К. Кумарасвами (1877-1947) как двух наиболее видных представителя.³ Конечно, теория заговора и традиционализм не нужно путать друг с другом; это два принципиально разных культурных феномена. Но нельзя отрицать, что между ними существует, своего рода, “серая зона”, в которой есть схожие черты. Основная идея теории заговора- в том, что история и реальность не совсем видны, поэтому, то, что не может увидено прямо имеет фундаментальную важность. К этому добавляется другой элемент: в этом измерении, в котором невозможно непосредственное наблюдение, действуют темные силы и их цель в том, чтобы извратить и свергнуть нормальный порядок вещей. Это возможно почувствовать, как отголоски неких негативных действий, но не наблюдать во всей сложности их образования и развития, потому что они протекают скрытно и имеют тенденцию принимать другие формы. Вера в существование этих разрушительных сил может в определенных ситуациях приобрести форму паранойи. Классическим примером этого является случай с Нестером Вебстером, с которым мы уже сталкивались как со знакомым Джеральда Гамильтона, и который был, наверное, самым влиятельным автором теории заговоров в период между двумя войнами. Вебстер, казалось, имел склонность видеть агентов международного заговора повсюду, “таким образом, ей было достаточно просто открыть дверь с заряженным револьвером в руке”.⁴ Вера в разрушительные действия тайных сил, казалось, имела много общего с идеей “контр-инициации”, разработанной Геноном и в дальнейшем видоизмененной другими представителями традиционалистских течений. Это объясняет почему образ Кроули, созданный теоретиками заговоров так замечательно схож с тем, что мы находим в записях Рене Генона.

МИССИОНЕР ГНОСТИЦИЗМА

В большинстве Европейских стран, в первой половине двадцатого века процветало развитие особого письменного жанра, посвященного теории международных заговоров и вовлеченных в них Евреев, Франкмасонов и, после 1917 также большевиков. Суть заключалась в существовании таинственной международной организации, проникнувшей или пытающейся внедриться во все ключевые позиции власти: крупный бизнес, правительство и средства массовой информации. Раковая опухоль распространялась во всех направлениях.

Было бы ошибочным предполагать, что подобные идеи получили распространение только в Германии и в межвоенный период. По факту, данный феномен впервые возник во времена Французской революции и распространился по всей Европе, хотя нашел плодородную почву в Германии, особенно, во время Первой мировой войны. Согласно аббату Огюстэну Баррелю (1741-1820) и его “Воспоминаниям об истории якобинства” (1797-8). ⁵ Коэн замечает, что в глазах Барреля, “французская революция представляет собой кульминацию вековой конспирации самой секретной из всех секретных организаций”.⁶ Эта “самая секретная организация”, предположительно, внедрилась в масонство и привела его к власти. Франкмасоны были, следовательно, несли тайную ответственность за подрыв традиционного общественного порядка.

Может показаться, что существует крепкая связь между теориями заговора и Западной эзотерикой. Наиболее легко это заметно эмпирически, как историческую связь, которая возникает при понимании, что очень часто те, кто верил в теории заговоров, также ассоциировались с оккультными кругами и наоборот. Но в более тщательном анализе нуждается исследование идеологических элементов, разделяемых теоретиками заговоров и оккультизма. Упомянув один пример, трудно не увидеть аналогии между секретными Учителями и Махатмой, описанными Е.П. Блаватской и другими Теософами, и обществом заговорщиков, являющимися неизбежным атрибутом любой теории заговоров. В обоих случаях небольшая группа индивидуалистов, часто наделенная экстраординарной властью, тайно руководит или планирует управлять миром. Разница заключается в одной маленькой, но существенной детали: для Теософов их воздействие на мир всегда положительно, в то время как для сторонников теории заговоров, обычно, негативно.

В окружении Кроули было несколько персонажей, с которыми мы уже сталкивались, имевшие интерес как к теории заговора, так и к экзотерическим традициям. Самые яркие примеры среди них- это генерал Фуллер и Фернандо Пессоа. Кроули, несмотря на то, что часто посещал в молодости легитимистские круги и в них прослеживалась явная склонность к принятию теории заговоров, не верил в еврейско-масонский заговор⁷. Однако он абсолютно доверял довольно простым вещам: например, существованию Тайных Вождей. Эта вера была достаточно популярна среди эзотериков в то время, брала начало в теософских учениях, и распространилась при посредничестве Золотой Зари. Начавшись в определенное время-примерно ко времени посвящения в ступень Мага, Кроули объявил, и сам в это верил, что является одним из Вождей с 1916.

Саму по себе теорию заговора можно интерпретировать как значительное событие с точки зрения конспиративных интриг и комбинаций (все, что происходит, если это уместно, должно поддерживать теорию заговора в целом), так Кроули объяснял войны, революции и другие широкомасштабные события, как доказательство деятельности Тайных Вождей, чьей целью было разрушить текущий порядок вещей и создать новый в соответствии с Эоном Гора.

Кроули мог не верить в еврейско-масонский заговор, но это не мешало авторам теорий заговоров верить в то, что он вовлечен в это и, более того, является одной из ключевых фигур. Не трудно понять их мотивы. Еврейско-масонские идеи проникали довольно часто в консервативные христианские круги, особенно в католические (во Франции и Англии) и ортодоксальные (в России). Кроули, с его анти-буржуазным протестом, антихристианским убеждением, его чрезмерной чувствительностью и мечтой об окончании традиционных социальных и моральных устоев, вряд ли бы остался незамеченным. Кроме того, некоторые связи, которые он имел, как мы знаем, могли только усиливать подозрение в отношении него.

В целом- и это, как правило, неизменно во всех странах, где подобные убеждения были широко распространены в период между двумя мировыми войнами-всемирные теории заговора культивировались в ультраправых кругах. Нам не стоит недооценивать политическое значение среды, в которой процветали теории заговора. В третьей главе, я упоминал дело Тейлора Кента в отношении Максвелла Найта. В то время, Кент часто посещал радикальные ультраправые объединения в Англии. В тех кругах конспирологические идеи были особенно популярны, и попытка Кента опубликовать корреспонденцию Черчилля-Рузвельта могла бы нанести серьезные удар по союзникам, так как были бы представлены безоговорочные доказательства о явно существующем заговоре на самом высшем уровне с далеко идущими историческими намерениями. С возникновением нацистского режима в Германии, теории заговора приобрели статус государственной доктрины, а “Протоколы Сионских Старейшин” стали одной из самых продаваемых книг, уступив только “Майн Кампф” Гитлера. По этим причинам, мне кажется, стоит исследовать роль, которую авторы теории заговора приписывали Кроули.

Различные европейские печатные издания, которые распространяли Еврейско-масонский заговор, проявляли интерес к Кроули и ОТО в период между войнами. Среди них английский “Патриот”, немецкий “Judenkenner” и французский “Международный обзор тайных сообществ” (МОТС)⁸.

Здесь хочу подробнее остановиться на статьях, которые появлялись в последнем журнале в первой половине 1930х.

МОТС был основан в 1912 монсеньором Эрнестом Жуэном (1844-1932), викарием церкви Святого Августина в Париже.¹º Жуэн, который уже был вовлечен в анти-масонское дело несколько лет назад, основал издание после приобретения внушительной коллекции масонских и оккультных работ. В 1913 он также основал Лигу Франко-Католиков, сохранив за собой пост пожизненного президента. Его целью было изучение подрывных общественных влияний в действии. Жуэн четко сформулировал тройственную природу подрывной деятельности: “Израиль- это король, Масон-камергер, Большевик-осел”. ¹¹

Также Жуэн был среди тех, кто в период между двумя войнами, установил веру в искренность, если не в достоверность “Протокола Сионских Старейшин”. Он опубликовал первоначальный перевод Протоколов в МОТС и позже, в 1920 переиздал их как первый том собрания, озаглавленный “Жидо-масонская опасность”. В этом собрании, в последующие годы были изданы целые серии и “документы”, с целью предоставить доказательства сатанинской активности Жидов и Масонов. Исследования Жуэна были, естественно, оценены очень высоко Папским престолом, присвоившим ему различные награды. Папа Бенедикт ΧV назначил Жуэна прелатом, а Папа Пий Χl в 1924 номинировал как апостольского протонотария. Он умер “с папским благословением и одобрением работ”. ¹² Как заметил Кон “эти признания несомненно, добавили престижа его публикациям”. ¹³

В МОТС было два раздела, которые продавались раздельно, и различались цветом обложек: серый раздел выходил еженедельно и был посвящен “Жидо-Масонству”; розовый ежемесячный отводился под оккультизм. Фактически, содержание обоих разделов часто совпадало, но серый раздел обычно освещал материальные, либеральные и модернистские веяния в обществе, дополняемые специально, так называемым “жидо-масонством”, в то время как розовый отдел был посвящен различным формам неоспиритуализма, которые декларировали, помимо прочего, все об оккультизме, теософии, спиритуализме и восточных религиях, за которыми можно было увидеть прямое распространение зла. ¹⁴

Одной из приоритетных журнальных тем было возрождение анти-масонских “откровений” Лео Таксиля. ¹⁵ Эти откровения были основаны на мнимых мемуарах раскаивающейся “люциферианской” женщины по имени Диана Воган, но позже Таксиль, как гром среди ясного неба, шокировал признанием, что персонаж, как и мемуары были выдуманы. Его отречение лишило откровения всей их известности. Несмотря на это, некоторые наиболее горячие энтузиасты анти-масонского дела начали немедленно отрицать отказ, предполагая, что Воган была реальным персонажем, но не могла появиться на публике, так как была убита Люциферианскими масонами, при участии самого Таксиля.

Все это происходило в последнее десятилетие девятнадцатого века.

К этому времени, МОТС снова взялся за дело, в конце 1920х разоблачения Таксиля считались дискредитирующими даже в антимасонских группировках. Жуэн вынес эти разоблачения на передовую при помощи некоторых “новых” доказательств, а также дал максимально полное освещение свежему “делу”, которое потрясло антимасонский мир: историю “Клотильд Берсон”. Она была, якобы, раскаивающейся адепткой Сатанинских Франкмасонов (преобразовавшихся из “Люциферианских” Франкмасонов), о ее похождениях было рассказано в романе “Избранный дракон”. ¹⁶ Как это имело место для Протоколов, если документы вызывали сомнение в их подлинности, что не мешало редакторам МОТС не замечать этого и использовать их как убедительное доказательство для своих целей.¹⁷

В феврале 1929 в обзоре Монсеньора Жуэна начали появляться упоминания об ОТО и АΔАΔ.¹⁸ Первая статья, в которой были упомянуты ордена Кроули, не имела ничего общего с ним самим; это была полемика против Эквестрианского Ордена Гроба Господня.¹⁹ В статье видна стандартная “теорема” МОТС в отношении Франкмасонов:

Настало время прекратить утаивание определенных фактов, которые не могут кому-то показаться откровением. Это время, чтобы напомнить людям, что за политическим Масонством Великого Востока и символическим Масонством Великой Ложи, а также за так называемыми официальными Ложами Англии и Америки, фактически скрываются теневые Ложи или Высшие Секты, мало известные, а, следовательно, наиболее грозные: истинная Синагога Сатаны, подчиняющаяся Верховной Оккультной Власти.²º

В этом отрывке содержится ключевой момент для понимания интереса, который МОТС проявлял по отношения к Кроули и теоретикам заговоров в принципе. Они заявляли, что за обыкновенными масонами скрываются Высшие Секты и Высшие Ложи, которые, в свою очередь, возглавляют все обыкновенные международные масонские организации и координируют их движения.

Однако, для того, чтобы эта теория была правдивой, необходимы два условия. Первое- собственно, существование подобных секретных лож. Второе- их реальная власть внутри неоднородного масонского мира. МОТС предпочитал не спешить с предоставлением доказательств относительно последнего условия, так как, второе являлось следствием первого. Но где можно было обнаружить Высшие Ложи? Автор приводимой статьи не имел сомнений по этому поводу: “Одним из механизмов масонского подпольного влияния является АΔАΔ, чью идентичность мы будем исследовать позже, и ОТО”.²¹ Даже если бы имя Кроули не было упомянуто, явно, целью статьи были ордена, которые он возглавлял в то время. Через некоторое время он сам попал на линию огня.

В марте в журнале появилась еще одна статья, которая называлась “Ссора в высших кругах”, написанная Роже Дуге. Часть ее была посвящена “сатанисту” Алистеру Кроули. Дуге рассуждал о “законных” масонах, которые вынуждены держать оборону против анти-масонских кампаний, заявляя, что, несомненно, существуют масонские органы, попавшие под влияние оккультизма, эти органы являются “незаконными” и, следовательно, не имеют власти над истинными масонами.

Аргументировал Дюге тем, что только “закономерность” он мог бы признать, так как благой католицизм — это духовная власть Папы. Не “регулярное” признание, духовно выражаясь, может прийти из других источников, нежели чем понтификат, чья власть берет начало из инвеституры Святого Петра Христом. Следовательно, все франкмасоны были вне закона, в любом случае, и это давало право принять без доказательств влияние над масонами такой личности как Кроули: “Если коротко, нравится это или нет, но Алистер Кроули существует; он-Масон и глава масонской ветви, на том же основании, что Кальвинизм- это Протестантство без Лютеранства” ²³. Было бы бессмысленно настаивать на этих бессмысленных причинах, которые имели дело с феноменом Масонства, используя католическую теологию, которая была этому всецело чужда. Предпосылка, а именно то, что не существовало законности за пределами Церкви-фактически, равно заключению, и это говорит много о тех аргументах, которые могут быть найдены в литературе. Возможно, большинство читателей МОТС не нуждалось в разубеждении относительно опасной природы масонства, потому что они были изначально убеждены в этом. Но некоторых было убедить не так-то легко, и это касалось Рене Генона.

После выхода этой статьи были опубликованы еще две: “Атлантида и друзья Атлантиды”, также вышедшая в марте и “Еще Атлантида” в мае. ²⁴ В этих статьях не ссылались напрямую на Кроули, скорее на директора журнала Атлантида, французского эзотерика Пауля Ле Кура (1871-1954). Основной темой журнала, среди других, было изучение следов знаменитого затерянного континента. В первой из двух статей была попытка обратить внимание на возможную связь между журналом “Атлантида” и АΔАΔ. Фактически, согласно автору, буквы в Ордене Кроули символизировали Адепты Атлантиды. Эта интерпретация не была изобретена МОТС ²⁵, но, тем не менее, была полностью фантастической; название АΔАΔ не имело ничего общего с Атлантидой.²⁶ В результате редактор журнала Поль Ле Кур решительно выступал против МОТС, утверждая, что последний должен отказаться от своих голословных утверждений. Эти события имели другой интересный аспект: Генон, который имел большой интерес к обзору “Атлантида”, хотя, и по другим причинам. Так, к своему великому разочарованию, он обнаружил, что был упомянут- в довольно специфической манере, как часто было МОТС- в первой из двух статей, вместе со своим другом Луи Шарбонно- Лассэ (1871-1946), прославленным исследователем христианского символизма. ²⁷

В этот период, как мы знаем, в жизни Кроули произошло значительное событие: выдворение из Франции. Он вынужден был покинуть Париж 17 апреля 1929 и вернуться в Англию. Это событие вызвало резонансное эхо в европейской прессе, и МОТС, естественно не остался в стороне. В мае в журнале появилась статья, полностью посвященная Кроули.²⁸ Подобные статьи до сих пор выходили в Масонском разделе; эта была напечатана в оккультном разделе.

Ее автор А. Таранне, представлял Кроули в качестве преемника Теодора Ресса, сатаниста жидомасона, предположительно была связана Клотильда Берсон. В статье повторялись различные скандальные слухи о Кроули, которые можно было найти в прессе, включая обвинение в сожжении женщины живьем и в употреблении детской крови. Следуя общему антисемитскому тону журнала, Таранне также не упустил возможности подчеркнуть тот факт, что секретарь и учение кроули Исраэль Регарди был “жидо-американцем” (американским евреем). ²⁹

Но, наверное, самым интересным аспектом статьи был тот факт, что автор сравнивал Кроули с Джулиусом Эволой. В феврале 1929, Таранне опубликовал большую статью об итальянском традиционалистском мыслителе, в который последний бал определен как “Сатанист”. Особенно возмущали Таранне идеи, которые Эвола высказывал в своем “Языческом империализме”. ³¹ Сейчас Таранне комментировал выдворение Кроули из Италии в 1923, и вспоминал как нетерпимы были в Италии к его злобным выходкам, “потому что как мы видели в случае с Эволой, режим Муссолини, в принципе, допускает некоторую определенную толерантность к сатанизму, учитывая, что оккультизм, сам по себе отмечен печатью фашизма”. ³²

В июне, МОТС опубликовал статью о Кроули, которая ранее появилась в английском обзоре “Патриот”.³³ Статья заканчивалась так: “Согласно мнению Кроули, Христианство более не имеет власти, наступает Новая Эра, очевидно Эра культа Змея (Дьявола), культ секса, спасителя человечества!- Власть Иллюминатства и Жидо-Масонское доминирование”.³⁴ Из этого следует, что сторонники МОТС, по крайней мере, были осведомлены о сильном сексуальном и Анти-христианском компоненте новой религии Кроули и имели, следовательно, свои цели на перспективу, чтобы делать его мишенью для своих статей.

Следующая статья Таранне появилась в июле, в ней Кроули опять был обвинен в связях с Берсонским Сатанинским масонством, за ней последовала анонимная статья в декабре, после чего интерес МОТС к Кроули, казалось на время уменьшился. Фактически, его имя не появлялось в печати вплоть до мая 1931, когда вышло специальное издание, также в английской и немецкой версии. Называлось оно “Миссионеры Гностицизма”, автором была Лесли Фрай, довольно известная личность во французских кругах сторонников теории заговоров.³⁵ Фрай впоследствии использовала эту статью в качестве приложения к своей книге “Лео Таксиль и масонство”. ³⁶

“Миссионеры Гностицизма” являются доказательством того, что, при случае, сотрудники МОТС умели тщательно работать с документами. Предметом статьи был ОТО. Опираясь на неизданные документы Фрай детально описывает некоторые моменто псевдо-масонской карьеры Ресса, который был интернациональным руководителем Ордена до Кроули (и который к моменту выхода статьи был уже восемь лет как умер). Довольно интересно, что она также публикует некоторые рукописи Ресса, в которых он высказывает свои идеи относительно новой эры, которая положит конец христианству и будет ознаменована освобождением от концепции греха. Статья заканчивалась словами Монсеньора Жуэна:

Не надо заблуждаться по поводу России, в это самое время она превращается в опустошенный гангренозный уголок земли, и эта раковая опухоль захватывает мир.

Почему? Потому что секретные сообщества, чьи члены, являются учениками Ресса или Кроули, представляют собой многочисленные отбросы, которые носят названия большевики или жидомасоны.³⁷

Очевидно, что Жуэн, вместе со своими соратниками в МОТС и другими теоретиками заговоров, приписывали очень специфическую роль таким личностям как Кроули. Это была определенно “политическая” роль, с тех пор как Кроули стал считаться одним из вдохновителей мирового заговора, чьей целью было свержение традиционного социального порядка и разрушение христианских ценностей.

Позже, имя Кроули появлялось в МОТС в трех других статьях между июнем 1931 и октябрем 1932. На самом деле было бы неправильно называть их так: все три состояли из отрывков работ Кроули, переведенных на французский язык.³⁸ Казалось, что источники, используемые МОТС ограничивались Равноденствиями, том 3 n.1, опубликованными в 1919 и “Магией в теории и на практике”, изданной в 1930. Это не представляло никакой ценности, так как французский перевод текста не содержал никаких комментариев. Возможно, редактора МОТС полагали, что содержания вполне достаточно. В любом случае, как мы скоро узнаем, это было одной из причин, почему Генон считал эти публикации в первую очередь подозрительными.

 

Наши партнеры Баннеры


Рекомендуем:
http://maap.ru/ – МААП – Московская Ассоциация Аналитической Психологии
http://www.olgakondratova.ru/ – Ольга Владимировна Кондратова – Юнгианский аналитик
http://thelema.ru/ – Учебный Колледж Телема-93
http://thelema.su/ – Телема в Калининграде
http://oto.ru/ – ОТО Ложа Убежище Пана
http://invertedtree.ucoz.ru/ – Inverted Tree – Эзотерическое сообщество
http://samopoznanie.ru/ – Самопознание.ру – Путеводитель по тренингам
http://magic-kniga.ru/ – Magic-Kniga – гипермаркет эзотерики
http://katab.asia/ – Katab.asia – Эзотерритория психоккультуры – интернет издание
https://www.mfmt.ru/ – Международный фестиваль мастеров Таро
http://www.radarain.ru/triumfitaro
http://www.agoraconf.ru - Междисциплинарная конференция "Агора"
классические баннеры...
   счётчики