Вторник, 07 апреля 2015 11:36

Эстер Хардинг Женские Мистерии Глава 1 Миф и современный мир

Эстер Хардинг

Женские Мистерии

Глава 1

Миф и современный мир

Некоторое время назад название этой главы вызвало бы улыбку, так как до тех пор, пока мифы изучают как часть чуждого примитивного мира, они не могут занять места в разуме современных людей. Во время 19 столетия и начала 20, когда наиболее продвинуты умы занимались исследованием внешнего мира, и внимание было направлено практически только на объективную реальность, все субъективные факторы рассматривались только как помеха в поиске истины. Ученые, за некоторым исключением, обращали внимание на внутреннюю психическую реальность только когда им была нужна уверенность, что они исключили ее из своих наблюдений. Они отделили науку от воображения и объективные наблюдения от субъективных предположений. Так химия отделилась от алхимии, астрономия от астрологии, и география от смутных изображений карт, составляющих что-то типа про-географии. Геологи с их точными инструментами заменили лозоходцев, доктора, использующие лабораторные тесты, заменили не только медиков, но и старых семейных докторов, чьи способности базировались больше на шестом чувстве, чем на точных знаниях.

Однако постепенно искатель объективной истины был вынужден признать, что предположения ранних столетий очень близко подходили к правде. Когда это случалось, он обычно описывал происходящее как совпадение, не подозревая, что субъективные догадки могут иметь значение в иной реальности, отличающейся от той, что рассматривает он сам.

Сегодня, однако, мы начали понимать, что на эти вещи надо смотреть немного по-другому. Это как если бы впечатления о мире, теснящиеся в человеческом сознании, были матрицей, рудой, из которой человек постепенно извлекает свое организованное знание. Объективная наука — это такое извлечение. Все те факторы, что не относятся напрямую к объективному знанию и исключененные поздним научным отношением, образуют остаток, отброшенный в прошлое, считающийся мусором. Но новый вид ученых, интерес которых лежит не только в материальном мире, спровоцировал другой процесс — дистилляцию. В «мусоре», выброшенном во время последних столетий, эти люди ищут сокровища иного характера. Их поиск - это поиск истины, но в их определение истины входит субъективное, нематериальное.

Странные идеи алхимиков или астрологов, колдовство ведьм или магия, все, что преследует наиболее точных наблюдателей— все это нуждается в объяснении. Психологи спрашивают, откуда берутся суеверия. Едва ли можно согласиться с их внезапным появлением, ученые же физики признают, что суеверия не являются частью объективного материала. Астрологические мифы, например, не имеют ничего общего с солнцем, луной и звездами как физическими объектами. И все же эти мифы были универсальны среди примитивных народов и древних людей. Они даже сохранились среди нас, но сейчас они больше не выражаются как прямые суеверия или мифы, а скорее как внутренние состояния ума, которые можно наблюдать в необъяснимых сменах чувств и настроения, не связанных с внешней ситуацией, но несмотря на это рассматриваемых как относящиеся к погодным условиям или другим внешним событиям, как если бы это было связано напрямую. Хотя если мы повернемся к основанию сознания, мы обнаружим, что идеи, а не мифы, как у примитивных людей, лежат под чувствами и настроениями современного человека. На наши размышления и мечты, поэзию и фантазии эти древние мысли-чувства оказывают безусловное влияние. Кто когда-нибудь не был поражен видом полной луны, поднимающейся над морем? - поражен так, что это невозможно объяснить просто эстетикой. Даже несмотря на то, что такие эмоции могут возникнуть просто благодаря эстетической комбинации света и тени, вопрос остается. Потому что в таком опыте есть нечто большее, чем просто объективный материальный факт, здесь есть также субъективный опыт, который для жизни человека возможно более важен и более мощен, чем научное знание о природе лунного света. Так можно прикоснуться к человеку чувствующему, имеющему тысячелетний опыт эволюции. На поверхность всплывают смутные воспоминания древних ночей, пробуждая его, делая его способным действовать на основе эмоций, меняющих его малое, повседневное Я, или, быть может, дающих ему возможность создать стихотворение, которое не могло бы родиться при ярком свете дня или, возможно, дающих ему смелость поддасться зову любви, меняющему всю его жизнь.

Внутренний, или субъективный аспект опыта, - не чепуха и не только суеверие. Материальная наука, правда, пренебрегает им, но он остается скрытым фактором в жизни человека. На самом деле этот отбрасываемый элемент содержит субъективный или психический фактор, составляющий дух. Ученые девятнадцатого столетия, скептики или агностики, отрицали существование духа. Этому вряд ли следует удивляться, ибо, как мы видели, он устранил, как незначащие, все свидетельства своего присутствия. Но люди более наивных культур не делали подобных различий между объективным «фактом» и субъективным «суеверием». Субъективные, или психические факторы, представлялись им как если бы они были частью объекта. Не было понимания, что эти дополнительные факторы являются частью наблюдателя, так как не было различения между объективным и субъективным. Качества, которыми обладал объект как таковой и те, что добавлялись наблюдателем, не дифференцировались. Субъективный элемент проецировался внутрь объекта.

Пример пояснит это различие. Если человек является дальтоником и путает красную ткань с зеленой, мы не говорим, что это чепуха, а вместо этого делаем заключение о его способностях восприятия, то есть приходим к выводу, что он страдает от дальтонизма. Люди с нормальным зрением понимают - то, что человек видит во внешнем мире, дает информацию о нем самом, и это является истинным, даже несмотря на то, что наблюдение объекта неверно. Но мы должны также понимать, что это наблюдение дает информацию и про тех людей, что видят красный и зеленый цвета как различные. Если бы людей-дальтоников было большинство, таблицы проверки зрения бы изменили, и способность различать красный и зеленый цвета считалась бы ненормальной, что в свою очередь могли бы использовать для тестирования субъекта, а не объекта. Это наше бессознательное заставляет нас говорить «но ткань и есть красная», что, в определенным смысле, является нашим суеверием.

Герберт Уэллс поднял эту проблему в «Стране Слепых», в которой описывается страна, где общее ограничение (в данном случае - слепота) принято как основа морали. Видеть — великое преступление. Зрячесть являлась строгим и наиболее ужасным табу. Знать то, что не знали другие, являлось нечестивым, наигрубейшим преступлением. Данная история находится в начале книги неслучайно, это попытка прорвать завесу бессознательного окружения, которым был защищен субъект до недавнего времени.

При исследовании любых суеверий всегда можно обнаружить два похожих фактора: один в объекте (в примере выше - это красный фактор, связанный со способностью объекта отражать определенные световые волны); и другой - в субъекте (в данном случае в способности сетчатки реагировать определенным образом на волны определенной длины и не реагировать так же на волны другой длины). Наивный наблюдатель, естественно, не в курсе этих двух факторов. Он принимает себя и свои субъективные способности как само собой разумеющееся и вместо осознания их награждает объект качествами, которые только частично объективны, таким образом создавая суеверие по поводу этого объекта, возникшее из путаницы субъективного и объективного. Всякий раз, когда субъективный фактор не осознают, неизбежным результатом является проецирование его на объект и восприятие его наблюдателем как нечто внешнее.

Например, астрологи и алхимики проводили очень тщательные наблюдения за внешним миром, но интерпретировали свои находки не дифференцируя субъективный фактор, идущий из бессознательного и содержащий только ту часть психики человека, которую он не осознает.

Во многом таким же образом и мы не учитываем наших психологических особенностей и характеристик. Обычно мы абсолютно ничего о них не знаем, мы даже не подозреваем об их существовании. Или если появляется смутное осознание наших психологических недостатков, мы отворачиваемся от полного знания. Потому что так же, как в «Стране слепых» Герберта Уэллса это табу - видеть больше, чем другие люди. Однако же эти субъективные факторы являются потенциальными психическими сущностями, они принадлежат тотальности нашего существа, они не могут быть уничтожены. Мы можем игнорировать их, подавлять их, но они продолжат существовать. Пока они являются непризнанными изгоями нашей сознательной жизни, они будут вставать между нами и наблюдаемым объектом, и весь наш мир будет либо искажен, либо освещен добавляемым субъективным фактором. Таким образом объект меняется и мы никогда не сможем воспринять его как реальный, а воспринимаем только наше представление о нем. Научный метод разбирается с этой дилеммой, уничтожая субъективный и психологические факторы, насколько это возможно и затем изучая оставшиеся объективные или относительно объективные данные.

Этот процесс исключает человеческий фактор, в результате чего появляется механическая концепция жизни. Именно она привела к веку машин, когда ценность измеряется в количестве доступной физической энергии. Странно вспоминать, как довольны были наши предки этим механистичным взглядом на жизнь, ведь современное поколение постепенно разочаровывается в нем. Люди девятнадцатого столетия обладали религиозным по своей интенсивности энтузиазмом к науке, к объективной или фактической истине. В них не было ничего механического, несмотря на их собственные теории. Их увлеченность научной истиной была как новая вера. Чтобы объяснить это, вспомним факт, что во время фазы механистичного расширения их жизненный дух был занят разработкой все более и более гениальных методов завоевания все более широких областей, к которым можно применить их научную изобретательность. Другими словами, то, в чем они на самом деле были заинтересованы, это рост своих собственных сил и увеличение сознательного контроля над объективным миром. Их цель была психологической, хотя они этого не осознавали. Они на самом деле были связаны с субъективным фактором, не понимая этого. Ведь именно то, что они, по их мнению, так тщательно устранили, вышло из зоны их наблюдений и снова стало мотивировать их энтузиазм.

В последнее время наше недовольство проблемами мира приобретало все больший акцент и все более очевидным становится то, что в массовой продукции и открытии новых источников энергии нельзя обнаружить полноту жизни. Эта неудовлетворенность проявляется не только в общей тревоге, но также в неврозах и несчастье, чувстве фрустрации, нехватки настоящего энтузиазма. В частности, мы расстроены характером и качеством наших человеческих взаимоотношений. Наши отцы или строили более удовлетворяющие их отношения, чем мы, или были менее чувствительны к дисгармонии и скуке. Какова бы ни была причина, нет сомнений, что множество людей страдает от неврозов и чувствуют себя несчастным, в основе чего лежат неудовлетворяющие человеческие взаимоотношения. Сегодняшняя жизнь пуста и стерильна и мы ищем обновления, хотим того или нет, в том источнике духовного возрождения, который в ней заключен. Ведь наша наука показала себя бессильной перед лицом угрожающего срыва нашей культуры.

Чтобы приобрести точку зрения, на основании которой можно построить новую мировую философию, необходим обновленный контакт с глубинным уровнями человеческой природы, в результате чего установятся действительно жизнеспособные отношения с законами или принципами, активизирующими гуманность. Только через этот обновляющий опыт мы можем надеяться построить мост через пропасть, разверзнувшуюся перед западной цивилизацией. В прошлые времена, когда цивилизации сталкивались с крахом морали, экономики и мировой философии, казалось, что ничего невозможно сделать, кроме укрепления идеалов, материальных или духовных, на которых построена культура. Но в большинстве случаев выздоровление было нереальным, идеалы уводили цивилизацию настолько далеко, насколько возможно, выход за эти рамки был немыслим, и культура рассыпалась. Появлялись варвары. Темные века длились до тех пор, пока не развивалась новая культура, не из останков прошлого, а спонтанно выросшая из новой почвы, от людей, завоевавших и уничтоживших своих цивилизованных и культурных предков.

Некоторые верят, что такая же судьба постигнет и нашу западную цивилизацию: то, что построили мы и наши предки - будет уничтожено, наши ценности отомрут, замененные другими, теми, что не являются для нас ценностями, а представляют из себя силы и импульсы, которые мы усиленно подавляем и отрицаем.

Возможно такая судьба ожидает нас. Но может быть есть и другое решение проблемы. Высокоразвитое всегда заменяется неразвитым, цивилизация разрушается варварами. Это необратимый ход истории. Сегодня, однако, на сцену вышел новый фактор. Благодаря изучению бессознательного мы нашли путь примирения с варварством внутри себя. Мировая драма и в самом деле может нередко разыгрываться в человеке. Силы высоко развитых частей психики можно применить к менее развитым частям, чтобы обучить их, поднять с позиции варварства и деградации. С помощью этого процесса индивид имеет возможность перейти от чисто интеллектуального и рационального отношения к другому, где силы, скрытые в бессознательном, получили должное признание и больше не являются оппозицией сознанию. Если такая мирная революция внутри себя произойдет со значительным числом людей, разве это не будет обновлением жизни без необходимости проживания фазы деструкции и варварства даже в целой западной цивилизации? Потому что революция произойдет внутри, в индивидах, это будет психологическое событие и оно отменит необходимость переворота нашей односторонней цивилизации, совершаемого людьми, которые представляют исключаемые, непризнанные стороны жизни.

По этой причине абсолютно необходимо изучать бессознательное, чтобы реконструировать наши отношения в соответствии с отвергаемыми силами, находящимися там. На первым месте среди этих забытых ценностей — субъективный фактор, который умышленно был устранен в попытках определить объект как вещь в себе.

Пренебрежение внутренним, или субъективным аспектом жизни, привело, особенно женщин, к определенной фальсификации их жизненных ценностей. Например, в прошлом судили о женщине по простому факту – являлась ли она женой и матерью. Если она была замужем — то была успешна, если нет - то скорее всего считалась неудачницей. Успех или поражение целой ее жизни измерялись только по этому внешнему или объективному стандарту. И, разумеется, если она была замужем, то об успехе или поражении ее брака судили тоже согласно внешним стандартам. Когда появлялись любые трудности в ее отношениях с мужем, то ее стремлением, как это и сейчас происходит, был поиск внешнего средства исцеления. Не так редко можно услышать, например, что женщина пробовала исцелить эмоциональный разрыв со своим мужем, отправляясь в путешествие или делая ремонт в доме. Субъективная сторона проблемы в этих случаях не принималась во внимание и могла проявиться только в настроениях или плохом характере, либо в некоторых невротических нарушениях.

В домах, где культивируются внешние стандартные правила и игнорируется субъективная сторона жизни, эти невротические проявления не берутся в расчет. По большей части они отклоняются, как излишняя эмоциональность, нервозность или слабость характера. Сейчас женщины, столкнувшиеся с домашними проблемами такого рода, например, с плохо приспосабливающимися детьми, изучают что-либо из современной психологии обращения с детьми и стараются применить изученное объективно, используя внешние приемы, которые бы были более естественны, если бы она знала, как использовать свои собственные фемининные чувства и реакции в этой ситуации. Но пока она пренебрегает своей собственной субъективной жизнью, этот естественный эффект ее сущности аннулируется, и ее единственным ресурсом остаются механические приемы, в лучшем случае являющиеся скудной заменой живой реальности.

Сегодня об успехе или провале жизни женщины судят не только по единственному критерию замужества. Ее адаптация к жизни сейчас происходит различными способами, каждый из которых предлагает возможности решить проблемы работы, социальных отношений и ее эмоциональных нужд. Однако если с целью дисциплинировать и развить все стороны своей личности она ищет не одностороннюю реализацию, а такую же многообразную, как ее собственная природа, то ее задача является наиболее сложной. Потому что в то время как внутренние побуждения, требующие приложения активности во внешнем объективном мире, принимаются ею и другими как имеющие право на жизнь, другие стремления, также имеющие глубокие корни внутри ее существа и ищущие духовной и субъективной реализации, не признаются всецело. Проявление этих потребностей часто рассматривается как настроения, эмоциональность, капризы, суеверность и тому подобное.

Так что подавление этих субъективных проблем привело к тому, что психологический фактор, который старые ученые отбросили, в настоящее время настойчиво ищут и анализируют. Снова камень, отвергнутый строителями, становится краеугольным. Потому что у каждого человеческого существа есть не только импульсы и инстинкты проживания в коллективе и социальной группе для собственного удовольствия, но и другие инстинкты и импульсы, призывающие его к поиску себя как уникальной личности. В природе каждого заложен поиск любви и отношений, но также вложена и необходимость стремления к имперсональной истине. Эти противоположные тенденции — выражение двойственности природы человека, которая является одновременно объективной и субъективной. В каждом человеке действует эта оппозиция и постоянно приводит к конфликтам. В сегодняшнем западном мире этот конфликт наиболее тяжел для женщин, потому что западная цивилизация делает особый акцент на внешнем, и это более подходит природе мужчины, нежели женщины. Фемининный дух более субъективен, более озабочен чувствами и отношениями, чем законами и принципами внешнего мира. Вот и получается, что конфликт между внешним и внутренним обычно более разрушителен для женщин, чем для мужчин.

Есть еще одна причина, по которой для женщин эта проблема сегодня наиболее остра. Это связано с развитием маскулинной стороны женской природы, примечательным для последних лет. Такое маскулинное развитие определенно связано с ее жизнью в мире вещей; в большинстве случаев оно даже являлось необходимым условием для выживания в мире и осуществления профессиональной деятельности. Изменение характера, сопровождающее эту эволюцию, не останавливается только на профессиональной части жизни женщины, но влияет на всю ее личность и является причиной значительных перемен в ее отношении к себе и другим.

Пока маскулинная сторона женской натуры оставалась, как в прошлом, неразвитой и бессознательной, она либо дремала в скрытом виде, либо функционировала чисто инстинктивным образом. Недавнее пробуждение женщины от ее долгой апатии вывело на первый план скрытые силы, которые она, естественно, жаждет развивать и применять в жизни, как для своего собственного удовлетворения, так и для увеличения своего вклада в жизнь группы. Этот шаг сознательного развития не проходит без трудностей и спадов. Женщина отдалилась от старого, хорошо признанного женского пути реализации и психологической адаптации и оказалась перед лицом проблем, которые не предвидели ни она сама, ни первопроходцы женского движения эмансипации. Эти перемены породили неизбежный конфликт в женщине между стремлением выразить себя через работу, как это делают мужчины, и внутренней необходимостью жить в соответствии со своей собственной древней фемининной природой. Кажется, что этот конфликт определяет весь жизненный опыт тех современных женщин, кто полностью осознает себя как сознательную личность. Для них односторонняя жизнь – неэффективна; им нужно посмотреть в лицо конфликту между противостоящими силами маскулинности и фемининности. Они не могут старым инстинктивным и бессознательным путем вернуться к фемининным ценностям. Из-за приобретения новой степени осознанности они отошли от легкого природного пути. Если они вступят в контакт с их потерянной фемининной стороной, то это будет трудная дорога сознательной адаптации.

Проблемы адаптации, появившиеся из недавно приобретенного женского осознания дуальности, нужно непременно рассматривать в их современном аспекте. Хотя потребность в примирении этих двух частей женской природы – проблема вековая, современная нота появляется только при необходимости применения их к практической жизни. Чтобы обнаружить ту же проблему на более глубинном уровне, мы должны посмотреть за фасад современной жизни. И это не вопрос, касающийся того, как женщина может приспособиться к миру работы и любовных отношений таким образом, чтобы обе стороны ее натуры уравновесились, скорее это вопрос о том, как она может адаптироваться к мужскому и женскому принципам внутри ее существа. Она должна повернуться к скрытому субъективному материалу, который по мнению объективных ученых девятнадцатого столетия является лишь предрассудками или капризами.

Так что проблема не относится только к двадцатому веку. Она касалась и женщин наиболее древних времен. Я не имею в виду, что женщины в прошлом сознательно занимались этим вопросом на интеллектуальном уровне; психологическая осознанность такого рода – это феномен, относящийся, возможно, только к сегодняшнему дню. Для тех, кто был или до сих пор является менее продвинутым в психологической эволюции, такие вопросы никогда не были важными. Задавать такого рода вопросы и искать понимание стало необходимостью жизни только для более развитых современников. И тем не менее, несмотря на это, в течение веков проблема находилась во внутренней сфере и мыслях мужчин и женщин, поэтому мы видим множество мифов и легенд, относящихся к нашей теме. Опыт жизни, который принесли столетия примитивному и древнему человеку, был сведен к обычаям и традициям, сформировавшим и все еще формирующим основу внешнего поведения. Другой вид мудрости, возникший в результате того же опыта, был воплощен как интуитивное понимание в мифах и религиях, особенно в религиозных мистериях и ритуалах, которые не формулируют сознательное интеллектуальное знание или мнение, но оперируют на основе бессознательного чувства «как оно есть».

Мифы и ритуалы древних религий представляют собой наивные проекции психологической реальности. Они не искажаются рационализацией, так как когда разговор шел о том, что связано с духовной реальностью, а в данном случае, психологической реальностью, примитивные люди и люди античности не думали; они воспринимали внутренним или интуитивным чутьем, так же как мы все еще делаем и сегодня. Следовательно, эти продукты бессознательного содержат психологический материал, не подвергшийся цензуре, из которого можно почерпнуть багаж знаний, лежащий под видимой жизнью группы, в противном случае он был бы недоступен нам.

Юнг показал, что мифы и ритуалы представляют собой фантазии групп, и что этот материал может быть интерпретирован психологически при помощи метода, похожего на применяемый при изучении содержания бессознательного отдельных людей, и тогда они дадут информацию, относящуюся к скрытым психологическим реалиям, на которых основана жизнь группы. Ведь с помощью анализа сновидений и фантазий индивида мы можем обнаружить, что за психологические отношения действительно лежат за сознательным фасадом, каковы его скрытые мотивы, что является истинной природой отношений. Эта реальность может и вовсе не соответствовать его собственной идее о своем внутреннем мире. Его сознательное Эго может искажать факты и самообманываться касательно своих желаний и инстинктов ради самосохранения, поддержания чувства собственного достоинства и тому подобного. Но в бессознательном истина не может быть так искажена. Бессознательное может только отразить действительные факты и поэтому не может лгать. По этой причине сновидение или фантазия может рассказать специалисту об истинном характере человека больше, чем он сам может о себе сказать. Его сновидения и фантазии без прикрас показывают его отношение к своим личным проблемам. Иногда они даже показывают намного больше, поскольку человек – это дитя своего времени и культуры, его «личные проблемы» могут быть просто индивидуальной версией общих или коллективных проблем. В той степени, как это есть, его бессознательный материал покажет отношения психологических сил и тенденций в общем виде, и это можно применить ко многим людям, находящимся в таком же положении. Но когда мы имеем дело со сновидениями и фантазиями, мы всегда должны держать в уме, что изучаем отдельного индивида, чьи личные обстоятельства окрасят представление, которое могло бы быть коллективной или общей проблемой, следовательно мы не можем без сомнений сказать, что сновидения или фантазии индивида показывают как вещи обстоят в общем, а только то, как это происходит в его случае.

Мифы и ритуалы представляют собой бессознательные процессы целых народов или рас. Они адаптировались к общим нуждам бесчисленных поколений путем конвенционализации, устранившей личные элементы. Остались основные темы, общие для всех индивидов в группе. Факт поразительной схожести, даже в деталях, эквивалентных мифов и ритуалов в культурах людей, разделенных пространством, указывает на то, что они освещают основные психологические темы, истинные для человечества, вне зависимости от места проживания. И точно также сны и фантазии современных людей иногда носят аналогичный обобщающий характер, напоминающий древние или примитивные мифы. Такое сходство между сновидением и некоторыми древними мифами может проявляться даже тогда, когда у человека нет никакого знания о существовании подобного мифа, поэтому сон невозможно объяснить как “заимствованный”. Это спонтанное творение бессознательного. Юнг впервые развил эту теорию в своей Психологии бессознательного и затем многое добавил к своей первой попытке понять личную проблему индивида с помощью расшифровки коллективных образов в его сновидениях. Но он сделал и больше, показав, каким образом эти коллективные образы появляются в людях, чьи личные проблемы зависят от нерешенной коллективной адаптации.

Практический опыт изучения бессознательного многих людей самого разного калибра показывает, что сновидения и фантазии обладают генерализированным, или мифоподобным, характером у двух типов индивидов. Во-первых, это люди, чья личная жизнь еще не окончательно проявилась из своего бессознательного начала или была завалена коллективным материалом, поднимающимся из глубин бессознательного; и, во-вторых, мифоподобный характер появляется в сновидениях другого типа людей - тех, чьи личные проблемы уже в значительной степени подверглись осмыслению через жизненный опыт или анализ. Поэтому такой обобщающий характер сновидений можно обнаружить у людей противоположных стадий развития: тех, кто еще не достиг уровня индивидуальной жизни, выйдя из коллективного потока внутренних образов, и тех, кто активно ассимилировал свои личные проблемы и через них пробил свой путь к другой, более широкой точке зрения.

В случае людей, еще не достигших удовлетворительной жизни эго, а все еще «витающих в облаках», сперва в анализе должно прорабатываться то, чего им не хватает, а именно личное отношение к миру. Эту ситуацию и проблему я ниже рассматривать не буду, но обращусь к тем случаям, когда адекватная жизнь личности уже выстроена и все же коллективный материал пробивается сквозь сновидения, а также есть серьезная неудовлетворенность жизнью. В таких случаях индивидуальные проблемы невозможно понять, если рассматривать их только с персональной точки зрения. Потому что ни одна человеческая жизнь не состоит только из личного. Зарабатывать на жизнь, жениться и зачинать детей и занимать место в социальной группе — недостаточно. Помимо этого каждый мужчина и каждая женщина должны приобрести более широкое понимание жизни, если только они не погрязнут в по-детски личном. Как цивилизованным существам нам необходимо, и Юнг на это указывал, найти для себя Weltanschauung[1] или мировоззрение, предполагающее более фундаментальную адаптацию к миру как во внешнем, так и во внутреннем аспектах, вместо обычной необходимости вести маленькую или провинциальную жизнь, почти полностью бессознательную и функционирующую на уровне инстинктов. Это правда, что множество людей живут и умирают в этой плоскости, вряд ли более осознающие побуждения духа, чем животные или крестьяне. Но те люди, в чьих сновидениях преобладают коллективные образы, сталкиваются лицом к лицу с необходимостью найти для себя лучшее мировоззрение и задаются этими общими вопросами, неважно, рождаются ли таковые из внешних проблем - социальных, экономических, международных отношений или из необходимости иметь внутренние философские или религиозные концепции. Если материал сновидения во время анализа редуцируется до личной жизни и интерпретируется как имеющий отношение только к удовлетворению личной стороны инстинктов, человек будет страдать от серьезных увечий, нанесенных его психике.

С другой стороны, когда личные факторы перестают удерживать главенствующее место, ситуация начинает представляться как один из случаев универсальных общечеловеческих проблем, и индивид может быть освобожден от уз персонального, чтобы найти новый взгляд на вещи. Через понимание универсального и архетипического значения сновидений и фантазий часто можно достигнуть решения проблем человека как на личном уровне, так и на имеющем большее значение, относящемся к современной культуре и цивилизации. Так как даже если человек адекватно играет свою роль на мировой сцене, он только наполовину развивается. Его жизненная задача – реализовать свои персональные обязательства и нужды и также нести свою долю культурного бремени человечества. Эта вторая задача означает, что он должен найти себя благодаря тем имперсональным силам, которые определяют расовые и национальные движения, как в реальности внешних достижений, так и во внутреннем мире, где объектами являются принципы и философские и религиозные идеи.

Возможно наиболее важными из этих внутренних законов, которые нуждаются сегодня в свежем изучении, являются принципы маскулинности и фемининности. Эти термины нелегко донести как какую-то определенную идею до среднего читателя. Под «принципом» я имею в виду сущность, или внутренний закон, то есть не тот закон, что внедряется властью, но скорее используемый в научном смысле, как когда мы говорим о законе гравитации, законах математики или законе эволюции. Эти законы, или принципы, присущи природе вещей и действуют неизбежно и безошибочно.

Эти законы работают даже когда человек восстает против богов, выступает против естественных законов. Но используя свою богоподобную способность обуздать природу, он упускает из виду эти принципы или законы. Он знает, что в физической реальности можно преодолеть природу, только подчиняясь ее законам, но внутри самого себя он часто становится настолько очарованным своей силой, что забывает законы природы. В западном мире именно так поступают в отношении принципов маскулинности и фемининности. Нередко мы слышим, как провозглашается, что нет существенной разницы между мужчиной и женщиной, а есть только биологические отличия. Многие женщины приняли эту точку зрения и сами многое сделали, чтобы способствовать ей. Они довольствуются тем, что стали мужчинами в юбках и потеряли связь с фемининным принципом в себе. Возможно, это главная причина сегодняшних несчастий и эмоциональной нестабильности. Потому что если женщина не в контакте со своим фемининным принципом, который диктуют законы родства, она не может управлять тем, что является фемининной реальностью, а именно – человеческими отношениями. Пока она так делает, нет надежды на порядок в этой сфере жизни.

Из-за того, что недооценивается фемининный принцип, многие женщины серьезно страдают в личной жизни. Они могут быть не в состоянии построить удовлетворяющие их отношения или даже впасть в невроз и заболеть из-за неадекватности своего развития в этом наиболее существенном направлении их жизни. По этой причине для женщины отношение к фемининному принципу внутри себя несомненно обладает огромной личной важностью, хотя это не только личная проблема, но также общая, даже универсальная, проблема всех женщин. Это проблема всего женского рода, а за ней стоит проблема всего человечества.

В книге была сделана попытка прояснить путь нового понимания этого женского принципа. Так как если это не осмыслить заново, невозможно предпринять никаких дальнейших шагов в психологическом развитии женщины, а также в понимании природы отношений между мужчиной и женщиной. На самом деле мы можем пойти и дальше, так как мужчинам тоже нужно установить отношения с фемининным принципом, не только для того, чтобы лучше понимать женщин, но также потому, что их контакт со своим внутренним или духовным миром управляется не маскулинными, а фемининными законами, на что указывал Юнг в своем Два Эссе по Аналитической психологии и в других произведениях. Так что сегодня абсолютно необходимо новое отношение к этому женскому принципу, чтобы противодействовать одностороннести превалирующего в западной цивилизации маскулинного принципа.

Но важно и то, что фемининный принцип, или сущность, не может быть понят при помощи интеллектуального или академического изучения. Фемининный принцип не поддастся такой атаке, реальный смысл фемининности всегда уклоняется от прямого его выслеживания. Это одна из причин, почему женщины для мужчин являются такими загадочными, - для тех мужчин, кто настаивает на том, чтобы понять женщину интеллектуально.

Возьмем, например, ситуацию мужчины, задающего прямые вопросы и выясняющего все, что может, относительно причин определенных действий своей жены и обнаружившего, что все еще остается что-то нематариальное, за что она цепляется как за имеющее огромное для нее значение. Он не может угадать природу или ценность этого, оно всегда ускользает от него. Естественно, он чувствует себя в тупике. Когда во время спора между ними появляется это необъяснимое что-то, мужчина, скорее всего, потеряет терпение и отбросит его в сторону, удерживая свою точку зрения при помощи своей личности. Но таким образом совершенно игнорируется женщина в чрезвычайно важных для нее вопросах и “убежденная против своей воли, она все равно остается при своем мнении”. Мужчина в таких ситуациях чувствует ее как ненадежную и неуловимую, так как с его точки зрения дискуссия закончилась совершенно убедительным образом, а она все еще упорно действует так, как будто ее ни в чем не убедили.

В подобных ситуациях мужчина не понимает, что эти отброшенные ценности составляют саму суть женского подхода к жизни, являясь частью женского принципа или Эроса. Потому что для него это просто настроения или нытье, неосязаемое ничто, которое лучше рассматривать с толерантным пренебрежением.

Женщина была не в состоянии выразить ценности, важные для нее, потому что сама их не понимала. Просто она осознавала, что неудовлетворена итогами споров, так как ее бессознательным и компульсивным образом провели при помощи непонятных ей соображений. Такая ситуация не уникальна, а вполне типична. В общем и целом женщина находит себя, когда обсуждает любую жизненно важную проблему с мужчиной, приводя факторы, которые редко может объяснить. Отношение женщины к своему собственному фемининному принципу - это нечто, контролирующее ее из глубин ее собственной натуры, но часто она в высшей степени не подозревает о том, что же держит ее. У нее нет сознательного понимания себя, и по этой причине она совершенно не может объяснить что-то о себе мужчине, и даже если бы она могла облечь свои чувства в слова, он бы понял, о чем она говорит только в том случае, если у него самого был опыт глубокого функционирования человеческого бытия, позволяющий ему понять ее.

Чтобы познать природу таких реакций, нам надо перестать относиться к ним с интеллектуальным превосходством, замечающим лишь ошибки и неудачи, и попытаться понять эти ценности как они есть. Потому что они так неосязаемы, что интеллектуальный и рациональный анализ не может их объяснить. Даже сами женщины теряются, когда надо определить или объяснить их, ведь они сами почти абсолютно отъединены от принципа, управляющего ими изнутри, он им совершенно незнаком.

Когда таким образом нам отказывает интеллектуальная хватка, то, чтобы получить понимание, нам следует обратиться к бессознательным продуктам и увидеть, может ли изучение символов и инстинктивных путей действия пролить свет на неизвестность. Бессознательные факторы сперва ощущаются не в виде понятий, а представленными во внешнем мире, спроецированными на неживую природу. Поэтому когда мы видим, что человеческие качества и характеристики принадлежат неживым объектам, это не просто произвольное воображение, но отражение наших собственных бессознательных качеств. Когда человек воспринимает природные явления наивно, персонифицируя их в виде мифов и сказок или при помощи поэтического языка искусства, он интерпретирует Природу в соответствии со своей собственной природой. Его бессознательное проецируется во внешний мир.

В древних полузабытых сказках и мифах людей мы находим следы архаичных, примитивных способов мышления, которые в западном мире в современные времена были повсеместно заменены более развитой культурой. Но они не вымерли и не стали бессмысленными, так как мы видим, что они появляются снова и снова сегодня, из бессознательного, в форме сновидений и фантазий. Через их изучение можно узнать что-то о тех непознанных законах, что управляют бессознательным – местом, куда не могут проникнуть наши современные рациональные и научные пути мышления.

И рассмотрение вопроса о женских взаимоотношениях с фемининным принципом, являющимся ее движущей силой, будет состоять не из попыток обсудить их с чисто интеллектуальной точки зрения, а представлено так, как переживается современными женщинами и переживалось их более примитивными и менее рационально развитыми сестрами. Материал, представленный для рассмотрения и психологической интерпретации, почерпнут из древних и первобытных источников и из сновидений и фантазий современных людей, и тема раскрывается при помощи параллелей и аллегорий, а не рациональным, интеллектуальным образом. В процессе изучения этих материалов могут проявиться некоторые характеристики женского начала, а также законы, управляющие внутренней реальностью женщины. Эти принципы и законы, как правило, действующи. Их понимание проливает свет на различие маскулинного и фемининного – различие, которое, безусловно, нуждается в перепросмотре сегодня, когда столь многие мужчины женоподобны, а женщины – мужеподобны.

Символ, на протяжении веков стоявший над всеми остальными для женщины, показывающий не ее сходство с мужчиной, как один из аспектов homo sapiens, но ее отличие от мужчины, женственность по контрасту с маскулинностью - это Луна. В поэзии, как современной, так и классической, и с незапамятных времен в мифах и легендах луна представляла собой женское божество, фемининный принцип, так же как солнце, со своим героизмом, символизировало маскулинный принцип. Для первобытных людей и поэтов и сновидцев сегодняшних дней Солнце – маскулинно и Луна – фемининна.

Луна, сперва как влияющая на плодородие, и позже как божество, многие века воспринималась как имеющая особое отношение к женщине. Это источник их власти рожать детей, богиня, наблюдающая за женщинами и относящаяся ко всему, что касается женщин. Эти верования широко распространены. Их можно найти по всему миру с древних времен до нынешних. Они существуют у индейцов Северной и Южной Америки, среди негров Африки, примитивных племен Австралии и Полинезии, аборигенов Азии и населения Гренландии. У крестьян Европы есть похожие легенды, проникшие в народные сказки, а народы Индии, Китая и Монголии, Аравии и Сирии, древней Греции и Рима, и кельты Северной и Восточной Европы сделали эти верования самым центром их религиозной структуры.

Поэтому изучение лунного символизма может дать нам некоторое понимание природы этого женского принципа, попавшего под пренебрежительное влияние нашего современного времени. И так мы опять вернемся к древнему разделению мужского и женского, возникшему из глубин бессознательного в форме символов, чья вечная реальность все еще является примером для нас в нашем повседневном переживании Великого Света, управляющего днем, с его причинно-следственными связями и интеллектом, и Малого Света, управляющего ночью – временем инстинктов и темных представлений внутреннего интуитивного мира.



[1] Юнг, Contributions to Analytical Psychology в Собрании Сочинений, Том 8

Наши партнеры Баннеры


Рекомендуем:
http://maap.ru/ – МААП – Московская Ассоциация Аналитической Психологии
http://www.olgakondratova.ru/ – Ольга Владимировна Кондратова – Юнгианский аналитик
http://thelema.ru/ – Учебный Колледж Телема-93
http://thelema.su/ – Телема в Калининграде
http://oto.ru/ – ОТО Ложа Убежище Пана
http://invertedtree.ucoz.ru/ – Inverted Tree – Эзотерическое сообщество
http://samopoznanie.ru/ – Самопознание.ру – Путеводитель по тренингам
http://magic-kniga.ru/ – Magic-Kniga – гипермаркет эзотерики
http://katab.asia/ – Katab.asia – Эзотерритория психоккультуры – интернет издание
https://www.mfmt.ru/ – Международный фестиваль мастеров Таро
http://www.radarain.ru/triumfitaro
http://www.agoraconf.ru - Междисциплинарная конференция "Агора"
классические баннеры...
   счётчики