Четверг, 07 января 2016 14:40

Эстер Хардинг Я и не я Глава 3 Мистическое соучастие, отождествление с семьей

Эстер Хардинг

Я и не я

Мистическое соучастие, отождествление с семьей

Глава III «Причастность к тайне, отождествление с семьей»

В последней главе мы обсудили теорию «Умвельта», «личного мира», которым окружена каждая человеческая жизнь в виде стеклянной стены. Нам следует вернуться в своих поисках к состоянию развития психики, когда ощущение «Я» еще не появилось у индивида. Работа Икскюля была сделана на одинарном или одиночном живом существе как клещ. Человек, однако, животное социальное, похожи социальные насекомые, такие как муравьи и пчелы в некоторых своих психологических реакциях .Эти создания живут не как индивидуальности, а как группа: в социальном плане нет индивидуального насекомого. Примитивные люди живут в достаточно похожем состоянии. Он не может выжить абсолютно один долго, его сила в группе, семействе, клане. Но это правда и для современного человека. Мы не можем выживать долго одни психологически, так же мы не можем в одиночку развиваться психологически, для психологического развития необходим как внешний, так и внутренний мир. Я говорю это сознательно, не смотря на достижения отшельников и святых людей, посвятивших себя полностью внутренней жизни. В этой точке Юнг часто обращал внимание на то, что психологически нам необходимо отношение лицом к лицу, Я-ТЫ как во внешнем, так и во внутреннем мире.

Но когда мы исследуем природу внешнего и внутреннего миров, «не-Я» оказывается ближе, мы снова открываем что это два совершенно разделенных «государства» человеческого опыта. Для субъективных элементов навязывает себя, между нами, наше воспринимающее «Я» и внешний объект, так как объект не видится так, как он есть на самом деле, но в более- менее кривом виде, сочетающимся с нашим психологическим состоянием. И в гораздо более темном «государстве» нашего внутреннего «НЕ-Я » искажение несомненно больше. Тем не менее, пока мы убеждены что то, что мы видим как внешний объект, как мы видим его и не иначе- таково наше убеждение о непогрешимости нашего внутреннего взгляда.

Мы не боремся с человеком, поддерживающим факт, но только принуждаем его принять наше верование, наше убеждение в правоте. Ничья жизнь не окажется под угрозой от того, что он не примет факт что два плюс два равно четыре, такова правда, не требующая доказательств. Нет, это только для наших верований, для недоказуемых вещей мы готовы убить или быть убиты. Фанатизм покоится не на факте, но на психологической проекции. Это коррелирует с сомнением, а не с уверенностью. Эта иллюзия чрезвычайно явна в религиозной сфере, где каждый человек убежден, что Бог именно такой, как он его видит, и никак иначе, убеждение настолько сильно, настолько непобедимо, что некоторые готовы погибнуть за них, как многие и делали. Что до убеждений о гонителях, то оно так же сильно как и убеждение о мученике, и он чувствует себя обязанным или переубедить инаковерца, или устранить его.

В прошлом люди преследовались за непопулярные убеждения, даже относительно объективных фактов. Галилей может послужить примером. Сегодня мы более широких взглядов в этом отношении, мы гордимся своими научными перспективами. Во многих случаях мы готовы подвергнуть наше наблюдение испытанием экспериментом, поэтому убеждение в том, что мы видим вещи в их истинном виде сильно окрепло за девятнадцатый и двадцатый века с ростом научного знания. Это общеизвестный факт, однако, первобытные люди были не всегда уверены в том, что мы считаем рациональным и фактическое отношение к человеку и объекту внешнего мира. Для них объекты могут казаться одаренными атрибутами и силами, которые с нашей точки зрения могут казаться фантастическими. Дерево или животное может иметь магическую силу, и по этой причине попадает под строгое табу. Естественно, такие верования ведут первобытных людей к такому поведению, которое может показаться нам достаточно иррациональным. Антрополог Леви Брюль 1 был первым, кто описал психологическое состояние, которое лежит за таким отношением со стороны первобытного человека. Он назвал это причастность к тайне . Юнг использовал тот же самый термин для объяснения психологического состояния, которое все еще достигается в некоторых случаях и среди цивилизованных людей. 2

Леви Брюль указывает на то, что для первобытных людей некоторые люди и объекты кажутся обладающими особой силой и ценностью. Он ведет себя по отношению к этим объектам так, как если бы они содержат часть его самого, часть, которой он сам не владеет. Это может быть его мышление, или возможно, часть его души, иногда даже его жизнь. Он кажется психологически бесконечно постоянно собействующим с объектом этого сорта, как если бы часть его самого действительно содержалась в этом, и в следствие этот объект имеет особое очарование для него. Он заполнен сверхъестественной силой, невидимой секретной силой, которая наводит на человека священный ужас, притягивает, пугает и поэтому оказывает безусловное влияние на человека. Для него этот объект нумнозен , этот термин введен Рудольфом Отто.3

Так причастность к тайне – мистический взаимообмен или непрерывность между отдельными жизнями потому что они психологически отождествляются друг с другом. Для первобытного человека, как и для маленького ребенка, нет ясных границ души, все происходит как и в нем, так и в объекте; он чувствует вместе с животными, деревьями и так далее. Это состояние современный человек переживает когда он соскальзывает в бессознательное. Оно названо «океаническое чувство», и для многих людей это блаженный опыт, когда вся ответственность аннулируется. Верования первобытных людей в то, что танец медведя непременно принесет медведя на охоте зависит от бессознательной идентификации, человек чувствует себя связанным с медведем. Cледует признать что иногда медведь чувствует то же, внушающие доверия наблюдения говорят, что медведь якобы приходит.

Первобытная идентификация с деревом может быть настолько сильной, что если дерево было срублено, человек может умереть. Он может чувствовать, что его дерево или змея или другой предмет, содержащий сверхъестественную силу, имеющий высшую мудрость и может рассказать ему что делать в момент сомнения. То есть его способность думать не развилась до сознательной функции, а осталась потенциальной в бессознательном и переживается только в проекции на дерево или змею, в зависимости от обстоятельств. В некоторых племенах австралийских аборигенов у каждого индивида есть священный предмет, кусочек дерева или камня, который так же похож на фетиш или амулет. Этот объект свят для конкретного человека, который им обладает, и у него с этим предметом особые отношения. Он держит амулет в секретном месте и никому не говорит о нем. Для него этот амулет содержит сверхъестественную силу, хорошую силу, и если он болен или испытывает страдание любого рода, он тайно идет к своему секретному месту, достает предмет, и сидит, потирая его длительное время. Постепенно хорошая сверхъестественная сила амулета переходит в человека, в то время как амулет абсорбирует болезнь человека. Затем человек возвращает амулет на место и уходит. Между тем хорошая сила амулета наращивается снова из земли, таким образом когда человеку снова понадобится сверхъестественная сила амулета, она не будет уменьшина. В этой практике есть что-то очень правильное. Через взаимодействие с Матерью Землей природа внутри нас может быть восстановлена. Мы снова соприкасаемся с нами природными и состояние как психического, так и физического здоровья восстановлено. Многие люди переживали улучшение здоровья от растягивания на земле в роще или на берегу моря когда они уставшие или в депрессии. Это как если бы таким путем наша связь с источником жизни была восстановлена и мы вернулись к правильным отношениям с природой.

На западе эго, интеллект и желание считаются важнее всех других факторов. Мы не представляем себе, что мы не свободны от причастности к тайне и многое в нашей обычной жизни зависит от этого и от состояния нашего Умвельта. В самом деле у большинства людей Умвельт или окружающий мир психологически очень ограничен. Мы как правило не осознаем ясно реальность людей или ситуаций, окружающих нас, и вместо того, чтобы сделать необходимое огромное усилие, если бы мы действительно были бы близки внешнему миру, мы идем легким путем и функционируем, в большей степени, с бессознательной позиции и априорном предположении. Мы плывем с группой, которой принадлежим и принимаем на себя окрас всех остальных в ней. Мы говорим для себя, если не в слух: «Таким образом вещи всегда делались, и таким образом они и должны делаться». Для нас эти вещи имеют категорию «безусловности». Но было бы неплохо остерегаться слов «должно» и «конечно». Они растут из бессознательного предположения. Степень, до которой мы мотивируемся и контролируемся бессознательными установками невероятна. Мы не осознаем когда мы принимаем коллективную позицию, думая что она личная. Индивид, который уезжает жить за границу может получит некоторое представление о своей несвободе. Он может открыть что коллективное положение входит внутрь в мельчайших деталях ежедневной жизни и влияет на каждую его реакцию. Его ожидания и психологическое отношение неполноценны в каждой точке, от манеры есть до политических взглядов. Он осознает, что его позиция редко покоится на его собственном суждении о ситуации, но он находится под влиянием разного рода намеков на мнение, которое может быть не одобрено его хозяином.

Этот вид коллективной идентичности создается для получения солидарности в обществе. Совесть, или как Фрейд назвал это, суперэго составляет огромное пространство в допущениях такого рода. Без сомнения, психологически они имеют огромную силу. Они не только ограничивают природные инстинкты и страсти индивида, но и так же являются основой для рабочей адаптации «не-я» из общества, то есть «не-я» из внешнего мира, а так же внутренний мир морального одобрения.

В любой группе, типа подполья, где принятие на себя хорошей формы и мнения поддерживаются сообща, это часто достаточно бессознательный фактор поведения, делающий ежедневные контакты и взаимообмен возможным. Члены группы обычно понимают что индивид имеет в виду по его манере говорить и действовать. Но эти слова и действия могут быть чудовищно непонятными если человек находится в неизвестной группе, чьи основные положения отличаются от его собственных.

Некоторые из наших предположений имеют среднюю обоснованность для сообщества в целом, показывая, как мы должны вести себя и так же дают критерий для суждения о действиях и словах других людей. Без них мы будем недоумевать, не зная что ожидать или что же имелось в виду. Многие путешественники оказывались в такой ситуации, в отдаленных и неисследованных регионах где на каждом углу они оказывались в опасности нарушить непреднамеренно какой-либо священный закон.

Некоторые наши предположения обычно действуют для сообщества в целом и применяются в равной степени для всего, когда другое не имеет общезначимости, например то, что возникает из нашей собственной семьи может быть неприменимо к другим людям. Каждый ребенок принимает обычаи и нравы своей семьи как всеобщие, пока он находится внутри домашней атмосферы. Но весьма вероятно, что им будет брошен вызов когда ребенок пойдет в школу и позднее в колледж. «Старый школьный галстук» может затем занят место дома как критерия ценности. Это может работать в его родной стране, но стоит ему уехать за границу и найти себя в социальной группе, отличной от его собственной, то он весьма вероятно встретится с некоторыми сюрпризами. Когда человек с бессознательными предположениями женится, многие из его «само собой разумеющихся» положений окажутся под вопросом. Это одна из причин почему школа- интернат, жизнь в колледже и экзогамный брак имеют эффект расширения для человека.

Причастность к тайне затем, это проекция бессознательного содержимого на внешний мир, на людей, вещи или ситуации, где они встречаются как если бы они были собственностью объекта и не узнавались как имеющие что-то общее с душой человека, не говоря о реальной принадлежности к тому, чему следует быть его собственным содержимым. Изумительно открыть что могут нести части человеческой души! Это как если «стоит» -часть души, напоминающая бессознательное, не узнается как часть личности, но найдена , открыта в некоторых объектах внешнего мира. Я вспоминаю свой собственный опыт. Посетитель однажды предложил прополоть сад для меня. Я скорее небрежно приняла предложение, допуская что он отличает сорняки от сеянцев, но мое предположение оказалось ошибочным, когда я вышла посмотреть, он смел чисто все травинки и сделал милую, чистую делянке земли для меня. Я была опустошена. Я сказала что-то вежливое и убежала в свою комнату чтобы разобраться с абсолютно неподходящей горечью и яростью, охватившими меня. Я не предполагала, что эти крошечные саженцы представляли для меня что-то большее чем растения. Но они явно символизировали что-то гораздо более драгоценное и важное. Нуминозная ценность из бессознательного была перенесена в саженцы, и их разрушение казалось поставило под угрозу и разрушение психическую ценность, которую они воплощали. Мне было довольно туго, пока я не смогла поднять ценности, содержащиеся в бессознательном и освободить себя от несоразмерных эмоций, вызванных неудачным действием гостя. Но при дальнейшем рассмотрении, было ли это настолько неудачным? Если бы он не допустил промах такого рода, не осталась ли я в бессознательном состоянии относительно этого погребения, и бессознательная ценность, которую это действие заставило меня перенести в сознание из земляного палисадника? Как кто-то однажды заметил: «внешняя реальность всегда найдет способ в конце концов быть не такой уж и внешней». Что до содержимого бессознательного, как личное, так и коллективное бессознательное сталкиваются во внешнем мире.

В этих спроецированных элементах, что из основы суеверий и примитивных религий, с идеей сверхъестественных сил, и которые принято называть «анимизм». Они так же причина священной ценности, которой обладают некоторые объекты. Этот психологический механизм не ограничен только первобытными, он так же может действовать и в нас, как четко показывает инцидент с сеянцами. Например, к некоторым объектам у нас особые отношения, чувство собственности цепляется к ним: моя трубка, мой стул – не просто объекты, в них есть что-то от меня. И писатель может писать только при помощи его ручки. Пока эти чувства к объекту обычно являются только у хозяина, они так же могут быть пережиты и другими. Например, у объекта есть своего рода добродетель , меч убитого героя несет что-то от его силы тому, кто обладает этим мечем в жизни. Что-то напоминает историю Илии, чей плащ упал на Елисея 4, неся подтекст, что миссия старшего мужчины падает на его преемника. Значения, помещенные на мощи святых- другой пример пути, которым вера в сверхъестественное прилипает к объектам; после смерти хозяина силы, кажется что она все еще содержится каким-то странным образом в его собственности. С первобытным человеком идентификация бессознательных ценностей с объектом может идти еще дальше, как упомянула выше, если особое дерево срубить, человек сам может умереть. Это верование- психологический фон многих первобытных погребальных правил и церемоний, где личные вещи покойного хоронятся вместе с ним. Больше никто не может использовать или даже трогать их, потому что они содержат что-то из личности их предыдущего обладателя.

Даже сегодня некоторые люди испытывают подобные чувства. Потеря специальной собственности, например, считается несчастьем. И, однако мы много убеждаем себя не быть суеверными, мы можем быть захваченными чувством надвигающейся опасности. Когда подобная психологическая проекция воздействует на много людей одновременно, мы слышим о предзнаменовании. Обсуждение Юнгом « летающих тарелок»5 дает ясный отчет от таком феномене. Из-за бессознательной идентификации происходящего в коллективном бессознательном, оно совпадает с внешними происшествиями, и этот феномен тесно связан с синхронистичностью 6, этот термин Юнг использовал чтобы показать очень странный феномен, а именно, когда внешние события совпадают по смыслу с внутренним психологическим состоянием. Важное слово здесь- по смыслу. Мой коллега, доктор Бертин рассказывала историю того, как подобное случилось в ее кабинете. У нее была очень живая маленькая собачка, которая не терпела одну ее пациентку, очень рациональную и интеллектуальную женщину. Затем, каждый раз, когда пациентка приезжала, собачка пыталась укусить ее за лодыжку. Обычно собачку убирали из кабинета перед тем, как приезжала та самая пациентка. В тот самый день, когда приехала пациентка, зашла, она сказала что ей снилось, что маленькое животное (она не была уверена кошка это или собака) попросило ее (используя реальные слова) : «пожалуйста, не могли бы вы позаботиться о моем ребенке?» она наклонилась, подняла маленькое животное на колени и сказала: «да, я позабочусь о твоем ребенке». В тот момент в дверь стали царапаться, и доктор Бертин, не осознавая, что она делала, встала и открыла дверь. В спешке энергичная маленькая собачка запрыгнула на колени к пациентку и стала лизать ее лицо.

Когда что-то подобное случается с человеком, то он чувствует, что это в какой-то степени сверхъестественно. Например, феномен дежа вю продуцирует похожий эффект. Две женщины в поездке провели вместе ночь в отеле. Одной из них приснилось, что они ехали по дороге, вдруг там произошла авария. На следующий день они приехали на место, которое оказалось ей знакомым, вдруг она вспомнила свой сон, о котором совсем забыла до того момента. Она повернулась и сказала своему другу : « Едь медленней, приближается поворот». Друг сказал: « О чем ты говоришь?» , но к счастью она остановилась, машина, обогнавшая их врезалась лоб в лоб со встречной машиной.

Некоторые люди имели опыт предугадывания событий, и когда их предсказания сбывались, они могли чувствовать личную вовлеченность в происшествие, возможно с чувством, что что-то происходит мистически, и они ответственны за то, что случилось, и следовательно испытывают чувство силы или вины. Ни одна из этих реакций не является соответствующей, ведь они только предвидели, не участвовали в происшедшем. Это общая реакция для душевнобольных, но это случается и с обычными людьми, которые в близком соприкосновении с бессознательным. Данн дает много примеров в его Экспериментах со временем.

Предсказание апокалиптических видений, астрологических прогнозов, и подобное объяснены с психологической точки зрения, как проекции, зависящие от содержания коллективного бессознательного. Видения такого рода имеют обычную природу и повествуют о грядущем, они ясно связаны с движениями, имеющими место в отдаленных пластах коллективного бессознательного, которое будет изображено в историческом развитии Духа Времени. Для бактерий человеческое духовное развитие остается незамеченным и неузнанным в коллективном бессознательном, они продолжат расти до того как им придет время их расцвета. Эти вещи скрыты от наших глаз, но возможно , провидец может увидеть их мельком, если только в темное стекло, так что форма, в которой они записывают свои переживания тоже темна.

Это- основные предметы идентификации с бессознательным. Сейчас мы должны рассмотреть более личные эффекты идентификации с личным. Когда большая часть души спроецирована, личность едва отделима вообще от окружающего мира. Все события происходят как в нем, так и снаружи, и у него очень слабое чувство личной идентичности и не ясные границы «Я» и «НЕ-Я» и во внутреннем мире коллективного бессознательного, и во внешнем мире, представленном другими людьми.

Чувство бытия личностью затем станет неподходящим и зависит от представлений других. И тоже, когда кто-то сомневается на счет себя , всегда нужна поддержка и одобрение других, и будучи чрезмерно подавленным их критикой, это значит что у него нет сильного критерия для своих внутренних ценностей. Если он вне одобрения, он чувствует себя раздавленным, если на него не обращают внимания, он прекращает существовать, если его похвалили, он на седьмом небе от счастья. У него слабое чувство личной значимости, хотя он может создавать впечатление чрезвычайного эгоиста, поскольку он всегда «охотится» за похвалой. Он мурлычит и гордится собой, а когда это получает, буквально греется в атмосфере одобрения, в то время, как обычно ходит сам по себе, чтобы скрыть свою боль если желаемое внимание не предвидится. Его центр тяжести находится не в нем, но снаружи, в других людях. Сейчас, конечно, я не имею в виду, что мы должны не принимать во внимание решения наших коллег, но я имею в виду, что если у нас нет твердого суждения о наших собственных действиях, нам стоит наводить справки о том, нет ли у нас недостатка истинного себя, не способны различать что есть «Я», а что есть «НЕ-Я».

В случаях подобного рода семья, клан, племя – есть целое, когда личность, как пчела в улье, в большинстве своем безымянна. Он едва существует как отдельная жизнь. Для первобытного сородича личная жизнь значит мало; как для него самого, так и для группы, значение бытия принадлежит только группе. Оно- личность, квалифицированное и действенное бытые, чья жизнь имеет первостепенное значение. Отдельные люди объединяются в группы. Он не делает никаких важных заключений для себя. Совет старших решает все: когда сеять, когда идти на охоту, как интерпретировать большие или важные сны, которые часто считаются подходящими для общины в целом. Следовательно у человека едва ли найдется какая-нибудь личная ответственность, его сознание практически идентично с сознанием группы. Каждый человек сам по себе ничто, просто целое число, но он так же или чувствует себя носителем племенного сознания и важности, и это дает ему чувство достоинства. Эта ситуация проиллюстрирована в древне-еврейской идее отношений человека и Бога. Ибо Иегова был в первую очередь заинтересован в племени, не в личности. На это избранный народ не обратил внимания. В то время отдельный человек значил очень мало.

Даже среди нас, гораздо более сознательных чем первобытные люди, чувство «Я» может быть очень неустойчивым, может быть потеряно при определенных обстоятельствах. В любой группе, где групповое чувство сильно, как в некоторых тайных обществах, студенческих организациях или политических конвенциях, чувство важности как члена группы может резко контрастировать от личного чувства, когда он один. Особенно в случае с подростками, которые вырвалис из дома, но еще не приобрели личную психику, поддержка группы в самом деле очень важна. Такие группы могут иметь позитивное значение, могут вызывать и проявлять маскулинность, сотрудничество, игру по правилам и т. д; но, к несчастью, с того, как механизм зависит от проекции бессознательных частей души, негативное действие нежели положительное может быть доминирующим, как в банде, которая сегодня играет важную роль в жизни бедных парней и девушек в наших больших городах.

Решение проблемы бандитства находится не в репрессиях или наказания, ни, я думаю, кроме случаев с подростками, это можно найти в условиях групповой деятельности положительного вида. Пока деструктивная энергия не трансформируется внутри индивида, группа, как бы оптимистичны не были организаторы, снова низвергнется до деструктивных целей. Как Юнг 7 неоднократно указывал, какждый человек должен пойти на сделку с негативной частью своей личности, иначе это неминуемо проецируется на группу. Группа всегда показывает чего общего у ее членов, чего общего в человеке, и никогда то, что индивидуальное. По этой причине толпа, составленная из приличных граждан может стать бандой, которая способна линчевать человека по подозрении в том, что он виновен в преступлении, за которое ищется месть.

Подобный механизм можно увидеть и в социальных делах, где имело место большое количество алкоголя. Люди могут там принимать участие в нелепых выходках, скандалах и даже оргиях, с чем они никогда бы не помыслили смириться когда были одни или абсолютно трезвы. В групповой идентификации частей личности, которые являются общими для всех членов группы: те элементы, которые появляются когда контроль сознания расслабляется, и обычно они негативные. Части, которые были подавлены из-за моральных и социальных требований окружающего мира, неприспособленные и негативные факторы, которых приютили все люди на задворках своей души.

В групповом случае, когда контроль сознания снижен алкоголем или эмоциональным возбуждением, может случиться так, что в настоящее время обычные коллективные нравы заменяются одобрением группы, таким образом люди проживают свои инстинктивные импульсы, не сдерживаемые моральным и социальными ограничениями.

Выход из состояния идентификации с группой является результатом постепенного развития личности, когда центр сознания появляется внутри него и он развивает чувство личной идентичности, которую мы называем «Я» или «Меня». Это и есть аутос, и он постепенно вытесняется эго. Тем временем, те элементы, которые не отвечают запросам внешнего мира, вытесняются в личное бессознательное- ту часть бессознательного, которую Фрейд рассматривал практически как исключительную. Это- элементы, которые проецируются на групповую ситуацию, даже если группа намереваться создать позитивное сообщество любого рода, поднимаются негативные качества, что видно в большинстве заседаний комитетов. Люди становятся более упрямыми, неразумными, требовательными, эгоистичными, эти вещи они обычно тщательно держат под крышкой в любом обсуждении, где есть другое мнение.

Проблема не может быть решена дальнейшим вытеснением и фразой: «Тебе не стоить так себя вести». Это не поможет. Решение проблемы групповой идентификации не может быть найдена в моралистских или карательных наступлениях, но, возможно, оно может быть найдено через воплощение или через активное воображение полезного, жизнетворительного архетипа коллективного бессознательного, это может привести либидо в нужное русло.

После этих обычных замечаний о феномене причастности к тайне, мы должны по очереди рассмотреть более подробно его роль в развитии сознания человека. До того, как «Я», аутос, закрепился как центр осознания у индивида, у ребенка нет личного сознания, но существует в состоянии идентификации с его окружением. Такое положение дел хорошо видно в отношении младенца к матери. Он живет в полном соучастии с ней, и она относится к нему подобным образом, хотя и в меньшей степени. Сначала ребенок на самом деле часть ее собственного тела. Даже после того, как он покидает ее утробу, младенец полностью зависит от нее и таким образом принимает участие в ее психическом и физическом состоянии. После того, как ребенок перестает зависеть от матери физически, его идентичность с матерью остается как психологическая реальность. В бессознательном души матери и ребенка не имеют четкой границы. Он психологически находится внутри её всеобъемлющей проекции до того, как он завоюет свободу и психологическую независимость.

Рассматривая развитие индивидуальности, важно узнать чрезвычайно близкую связь, существующую между матерью и ребенком, состояние ее души и особенно ее бессознательного имеет сильное влияние на него. Если она побеспокоена или потревожена, особенно если она находится в конфликте, это будет влиять неблагоприятно на ребенка. Например, если родители не счастливы вместе, так что недопонимание и взаимное недоверие или гнев и враждебность возникают между ними, то ребенок может просыпаться ночью в холодном поту или у него могут появиться эмоциональные расстройства; более старший ребенок может потерпеть неудачи в школе или или показать любой другой нервоз или эмоциональное беспокойство. Он мог не знать о ситуации, но бессознательно он чувствует что что-то не так. Он дышит атмосферой и отравляется неправильными взаимоотношениями между родителями. Недостаток гармонии между родителями особенно вероятно произведет невротичный симптом в ребенке если конфликт был подавлен, потому что тогда сложность в родительском бессознательном отравляет и бессознательное ребенка. Здесь определенно нет разграничения между ребенком и родителем на бессознательном уровне, психологическая атмосфера непрерывна, как и физическая. Если родитель не принимает во внимание трудности женитьбы, возможно даже избегание их любого сознательного признания, ребенок, вероятно, будет поражен потому что бессознательно он причастен к тайне между ним и родителями. Но если родители вытащат проблему в сознание и покажут прямо и серьезно, вероятно ребенок будет освобожден от бремени, и симптомы невроза прекратятся. Однако, если проблема между родителями настолько серьезна, что семья находится в опасности распадения, и для ребенка тоже это, конечно причина серьезных проблем. Но они так же не нуждаются в том, чтобы быть нагруженными родительскими проблемами. Как ответственным взрослым, родителям стоит делать все возможное чтобы нести это самим осознанно, чтобы защитить своих детей как только это возможно.

Не только в отношении к родителям эта причастность к тайне играет важную роль, и в психологической жизни человека тоже. Как мы сказали выше, человек- социальное животное, и первая группа, членом которой он является - семья. В самом деле, неоднократно было сказано, что семья- единица, на которой основывается нация или государство. Те самые, близкие отношения, которые существуют между огромным количеством членов семей частично основывается на общем опыте и товарищеских отношениях, но в гораздо более сильной степени бессознательной идентификации это- причастность к тайне.

Идентификация с семьей в целом, и с различными членами семьи отдельно, естественно оказывает очень важное влияние на каждого из семьи. Психологическое развитие детей и особенностей их характера зависит в значительной степени от факторов внутри семейной группы, которые являются результатом судьбы, или если вы предпочитаете это так называть, от шанса. Когда приходит время нам рассмотреть воздействие различных членов семьи друг на друга, то мы столкнемся со множеством трудностей. На первый взгляд может показаться что отношения индивида с его семьей будут относительно простым предметом для обсуждений. Взаимоотношения семейной группы зависят в значительной мере от архетипических форм- форм, которые были темами мифов, сказок и легенд на протяжении всех веков; и их психологический эффект на характер и судьбу человека стал предметом многих романов и драм, и так же тревожил психологов разных школ. Отныне стало ясно, что отношения с семейной группой не могут быть простыми, с того момента, как они постоянно содержат как позитивные, так и негативные элементы, и являются причиной как любого рода соперничеств, так и преданности.

Позитивные элементы помогают созданию совместной семьи, единству семейной группы, любви среди ее членов, в то время как, говоря в общих чертах, негативные элементы имеют обратный эффект, ведя к несогласию, ссорам и тенденции членам семьи разделяться, поэтому семья разваливается. Но такой результат появляется только на поверхности, то есть сознательно, все компенсируется из бессознательного через свои противоположности. В чересчур любящей семье зависть, соперничество и дисгармония могут лежать прям под поверхностью, или могут появляться в периодических вспышках гнева более-менее жестокой сущности. Соответственно, где имеются негативные отношения в сознании, порождая разногласия и пререкания между членами, с чувством осознанного сопротивления, или даже ненависти друг к другу, ни в коем случае не редкость найти детей достаточно неспособными покинуть дом даже если они достигли возраста, когда можно ожидать, что они могут уйти самостоятельно. Это случай необходимости цепляться за «моего любимейшего врага».

Когда мы приближаемся к проблеме семейных отношений, первая сложность, которую мы встречаем, зависит от того, что инстинктивные эмоции имеют двойной характер: одна сторона повернута к сознанию и внешнему миру, другая- к бессознательному и обычно скрыта внутри бессознательной части души, откуда она влияет на целые отношения, но привычка вероятно прорвется и дальше в неподходящей и неожиданной манере, если в какой-либо ситуации контроль сознания на мгновение снижается. Эта двоякость отсылает к «инстинктивным эмоциям»: любовь-ненависть, садизм- мазохизм, напористость- покорность, и т.д. Это не применимо к сознательно отработанным отношениям, где развита истинная любовь объекта.

Не стоит думать, что эти суждения касаются только детского психолога. Все психологические наклонности взрослых под сильным влиянием детского опыта, и, как показали исследования глубинной психологии, характер взрослого, его личные проблемы, его невротичные проблемы могут, и обычно имеют корни хотя бы частично в семейной ситуации, где рос пациент. И это следует исследовать и отработать до того, как человек начнет развитие своей настоящей индивидуальности.

Второе препятствие, которое нас ожидает, имеет дело с внутрисемейными отношениями, зависящими от факта, что влияют обе группы, попавшие в кадр: не только на сознательном уровне, но и из бессознательного. Например: отношения родитель-ребенок должна быть показаны, и стоит их показать с точки зрения родительского отношения к ребенку, как и с точки зрения ребенка на родителя.

Третье препятствие возникает из половых различий отдельных членов семьи. Отношение матери к сыну другое, чем ее отношение к дочери. И отношение сына к ней не такое, как отношение дочери. Соответственные различия затрагивают отношение к отцу.

Четвертая проблема зависит от размера семьи. Отношение родителей к единственному ребенку сильно отличается от него к одному члену большой семьи. Отношение к старшему и младшему привносит особый элемент. В западных странах в течение многих веков старший был наследником, но в некоторых африканских племенах такую позицию занимает младший. Сказки часто упоминают об особой роли младшего: младший сын становится героем, младшая дочь самая белокурая. Но когда мы говорим что первый и последний занимают особое место, мы подразумеваем, что промежуточный ребенок или дети тоже имеют особое место, а именно что не будучи ни первым, ни последним, то есть они не особенные. Эта позиция тоже ведет к своеобразной психологии: ожидание быть посредственным, быть под присмотром, чувство более низкого положения и зависть с одной стороны, или чувство необыкновенной свободы быть самими собой с другой. Потому что они не имеют такого значения для родителей, их действия не находятся под таким пристальным вниманием. Несмотря на старание родителей чтобы быть скурпулезно-беспристрастными, эти дети свободнее от бессознательного принуждения. Опять, среди братьев и сестер вопрос большой значимости много их, или мало. Место, которое каждый занимает, так же играет определенную роль. Быть единственным мальчиком в семье с большим количеством девочек, или одной девочкой среди многих мальчиков- это естественно создает особую ситуацию, как для того, кто один, так и для группы. И стоит одному ребенку умереть, возможно в младенчестве, психика тех кто старше весьма вероятно будет глубоко затронута.

Все эти разные семейные ситуации имеют архетипическую основу, и не стоит воспринимать ее как зависящую только от характера, связанного с конкретным человеком. Это значит, что в стремлении в поиске своей свободы и в целом процессе становления настоящей личностью, молодой человек будет освобождать себя не только от членов своей нестоящей семьи, но и от бессознательных уз на себе, возникших из проекции архетипического содержимого на личную ситуацию. И только после того, как это будет закончено, что любые настоящие психологические отношения могут быть установлены между членами семьи или любая настоящая любовь может быть достигнута.

С точки зрения ребенка, конечное решение проблемы зависит от причастности к семье и может быть достигнута только через сепарацию от всеобъемлющего сознания матери. Первый шаг в этом процессе - открытие себя как независимого «Я», аутос, происшествие, имеющее место обычно около трех лет. Когда ребенок начинает называть себя «Я», переживать свою идентичность первый раз как отдельное от людей и объектов вокруг него, он видит себя, так сказать, изнутри, вместо того, как одного объекта среди многих. Это рождение самосознания, и через когда сделан первый шаг в пожизненном задании открытия в психологической плоскости что есть «Я», и что есть «НЕ-Я».

На первый взгляд может показаться не трудным разделение «Я» и «НЕ-Я». Мы все убеждены мы не только знаем, где наши физические границы лежат, но что у нас есть подобное внутри, наши психологические границы. Например, если в ситуации имеется гнев, мы обычно уверены, чей это гнев: наш, или не наш, или, если имеет место обман, недостаток честности, мы в неопределенности, кто виноват. Но наши наблюдения больше заслуживают доверия в этой психологической сфере, чем в отношении деталей происшествия? Может ли быть так, что мы страдаем от определенной степени психологического дальтонизма? Это- отрезвляющие мысли, и когда мы начинаем рассматривать наши реакции, беря во внимание что они представляют бессознательное, то весьма вероятно, что нам предстоят неприятные сюрпризы. Что до проблемы различия «Я» и «НЕ-Я» в психологическом плане- гораздо более сложное для решения, чем на первый взгляд может показаться. Это будет закончено только когда личность преуспеет в цельности, когда все то, что действительно принадлежит ей, будет найдено внутри и принять, как свое собственное, и что ей законно не принадлежит будет приведено в порядок и будет направлено в правильное место, как и во внешнем мире, физический мир, включая других людей, или внутренний, метафизический мир, определенный «коллективным бессознательным». Это - задача всей жизни.

Когда мы подвергаемся психоанализу, то постоянно удивляемся и часто разочаровываемся, открывая, как много из того, что мы считали своим: идеи, отношение к жизни, предположения, на которых они покоятся, и особенно убеждения и вера - не совсем наши, и как многое стоит узнать как наше собственное, или увиденное в других, во внешнем мире, отраженное как есть в других людях. Это открытие возможно доставит больше всего беспокойства рано, во время психоанализа, когда мы впервые сталкиваемся с бессознательным, и оно чрезвычайно тревожно. Многое из того, что мы считали о себе своим, и чему мы давали сознательное разрешение, оказывается призрачным. В то время как с одной стороны мы можем найти то, что мы любим или ненавидим в другом человеке – есть наше собственное свойство, отраженное в нем, он, конечно, тоже может иметь эту часть их.

Когда мы принимает задание сортировать «Я» от «НЕ-Я» на этом более глубоком уровне, мы начинаем осознавать, ка слепы мы были, как удивительно неосознанны, насколько наивны и насколько примитивны! Мы жили с колоссальными ошибками. Как древнее коптское Евангелие Истины8 говорит, что мы были обмануты Планом(Ошибкой) и были соблазнены иллюзорными формами, ею созданными, мы оставили Отца, создавшего нас в нашей завершенности, и отправились жить не полной жизнью- одной из ошибок, вместе с Планом, создателем иллюзий. Но когда пришло знание (гносиз), понимание, ошибка- причина зависти и размолвки убрана, и мы вернулись к нашей цельности, которая осталась с отцом. Другими словами мы стали тем, чем предполагались стать сначала. В психологических терминах мы скажем, что «цельность» существует в латентной и скрытой форме в глубинных слоях бессознательного, ожидая пока мы не проникнем в тьму ошибки или иллюзии сознательным пониманием, так что оно может быть явлено нам.

Какие шаги мы можем сделать чтобы освободить себя от этого состояния бессознательного, или как в Евангелие Истины, от ошибки и иллюзии? Если мы наблюдем за собой и нашими реакциями в ежедневной жизни, мы начинаем открывать то место, где части нашей собственной души проецируются на на других людей. Например, когда мы находим себя жертвой эмоциональной реакции, которая выходит за рамкиситуации, или у нас такая реакция имеет отношение к некоторым ситуациям, которые на самом деле не внутри сферы нашего интереса, но это строго чужое дело, нам следует подозревать что мы реагируем на что-то собственное, что мы не осознаем как наше, что-то что попадает в кадр только во внешней ситуации. Некоторая ситуация, освещенная в газете, или некоторое придуманное действие в пьесе или романе мотивирует личную эмоцию, как если бы мы были лично вовлечены, или мы находим себя подчиненными говорить о провале другого, или его добродетели кстати и некстати, или мы радуемся чужому несчастью: «так ему и надо», или нашим делом становится обесценивание коллеги, которому упала крошка удачи: «почему это досталось ему? Он не заслужил этого», не осознавая что зависть скрывается под враждебным суждением. Естественно, мы не любим себя за совершение этих дел, или чувствуем подобное, но когда это-причина проекции бессознательного, мы не можем этому помочь, мы в иллюзии. И для того чтобы побороть иллюзии или попытку так сделать через « молитву и пост» или подавить их через акт воли только затолкнет их дальше в бессознательное. Эти ошибки сотворены Планом, создателем иллюзии. «Евангелие Истины» говорит прямо о зависти и раздоре как результате ошибки, порожденной Планом. Все еще как бы мы не ругали себя за недостаток милосердия и как бы мы не могли восполнить наше чувство обиды образом доброты, уродливые мысли все еще ползут обратно когда мы одни и застигнуты врасплох, или сталкиваемся с тем, что кажется основанием для наших подозрений. В таких случаях есть очень хорошее правило подозревать что мы являемся жертвами психологической и бессознательной проекции. Возле дома в Англии, где я провела детство находится надгробный камень, который увещевает прохожих: «Ошибки, которые вы видите в других, стараетесь избегать. Если вы только взглянете на семью, там достаточно дел».

Чтобы осознать наши собственные бессознательные позывы, бросается вызов нашей идентификации с родительским бессознательным и создается конфликт, не отличный от того, который ребенок показывает, когда приближается время отделиться от его реальной матери. Термин «материнское бессознательное» используется чтобы указать неизвестную матрицу, из которой возникает жизнь и в которой мы все состоим до тех пор, пока мы не достигнем сепарации как личности во всех своих правах. Для многих детей, особенно для тех, кого мать держит сознательно и бессознательно, это время суровых конфликтов. Одина моя пациентка попросила меня посмотреть своего ребенка, которому снились кошмары. Это был тощий, нервный ребенок девяти лет, он рассказал мне, что ему снятся одинаковые пугающие сны снова и снова. Ему снилось, что он спит в кровати и вдруг он просыпается найдя темную, жуткую фигуру, стоящую у изголовья его кровати. Иногда фигура просто стояла там, но иногда эта фигура пыталась вытащить мальчика из кровати, и он просыпался, крича в ужасе. Сейчас ребенку девять, он почти подросток, и был крепко связан с матерью. Так я спросила его, чем бы он хотел заниматься, когда вырастет, и мы говорили о том, как ему будет необходимо научиться куче вещей, чтобы быть (я забыла конкретно кем) инженером, как мне кажется. Я указала, что возможно этот человек из сна был не такой уж и опасный, фигура может быть образом его самого, так сказать выросшего, человека, которым ему суждено стать, который пришел позвать его сделать первые шаги по направлению к цели. Сейчас, конечно, я не говорила с ним в этих словах, и действительно, он сделал многое из сказанного: идея появилась из нашего диалога. Интересно, что мальчик стал проявлять больше интереса к его школьным занятиям и стал показывать гораздо большую независимость дома. Сказать коротко: он начал долгий путь, в котором он станет мужчиной. Кошмары прекратились, он принял свою ответственность, и толчки из бессознательного больше не были нужны.

Для ребенка «человек, которым он станет» кажется пугающим из-за необходимости развития, которое значит конец детства. Подобная тревога может возникнуть у взрослого от предчувствия изменения, которое неизбежно потребует отказа от близких и желанных привычек. Это общая причина неврозов взрослых, и так же это одна из причин страха смерти от болезни или от старости. Но когда мы понимаем, что пугающая фигура, что нависла над нами, сверхъестественная и зловеще-грозная растворяется, и своими собственными открытыми глазами мы можем обнажить столкновение: радикальные изменения неизбежно приходят следом и могут вызвать некоторые желания, некоторые внутренние мотивы встретить и принять судьбу, без разницы какую. В романе Казандзакиса «Последнее искушение Христа», Иисус описывается как постоянно преследуемым призрачным соседом, который представляет его судьбу и причина его великих несчастий и тревог, пока не приходит время увидеть его судьбу перед собой ясно; затем он учится принимать эту фигуру и следовать ей, вместо того, чтобы быть под ее преследованием. Та же самая тема раскрыта в пьесе Т. С. Элиота «Воссоединение семьи», где герой Гарри преследуется Эриннией, пока он не разрешает себе осознать свою собственную тень, после чего роли кардинально меняются. Он следует за Судьбой и больше не испытывает травли с ее стороны.

Подобным способом, если мы разрешим себе осознать вещи, которые реально наши собственные, но до настоящего момента обнаруживали их только в проекциях, мы тоже будем освобождены от чувства принуждения, травли со стороны чего-то , чем мы не можем владеть, чего-то, что может действительно казаться призраком. Во снах и кошмарах такой бессознательный фактор часто появляется как приведение, изображая нематериальную реальность.

До настоящего момента мы говорили об элементах реальности, принадлежащих «Я» встречающихся и в «НЕ- я». Но когда “Я” ясно не отделяется от «НЕ-Я», в ход вступает другой источник ошибки: факторы, не принадлежащие к «Я» называются своими, и появляется необходимость разделить что свое, а что чужое. Например ребенок, открывший себя как «Я» , требует владеть всеми игрушками под рукой, невзирая на права других детей. Ребенка не ругают за это, но немного более взрослый ребенок учится различать и узнает что у других тоже есть права. Более тонким способом взрослые требуют того же самого, как сознательно, так еще больше бессознательно, из-за идентификаций, которые незаконно увеличивают личность. Это может принять значительное развитие в сознании до того как мы сделаем эффективное различие между «Я» и «НЕ-Я», междумоим и твоим.

Например большинство людей отождествляют себя со своей семьей. «Моя семья лучше всех; ее члены профессионально успешны, и т.д., поэтому Я - лучший человек.» «Мы приехали на Мэйфлауэр». Или, возможно, семья живет на неподходящей стороне железной дороги и дети принадлежат к более низкому слою общества чем их товарищи по школе или были членами меньшинства. В любом из этих случаев дети отправляются в жизнь с предубеждением о превосходстве или неполноценности, он ожидает как быть принятым, восхищенных взглядов и восторга или обратного опыта. Реакция ребенка может быть одним из принятий ситуации, или сопротивлением ей. Например, ребенок из богатой семьи может чувствовать себя ниже, потому что никогда не сможет сделать что-либо так же хорошо, как купленное за деньги, или он может стать маленьким снобом, чувствуя себя выше всех других детей, которые с его точки зрения «простые смертные», в то время как ребенок из группы дискриминированных может иметь отношение типа: « Я покажу им что я так же хорош, как и они», следовательно становясь таким жестоким и дерзким, что его не стоит трогать в любом случае, или он может стать похожим на лицемера, взращивая вкрадчивые манеры, рассчитанные на предупреждение ожидаемого насилия или незаслуженной жестокости.

Не говоря о тех детях, кто отправился в жизнь со своими комплексами, собираются судить пристрастно о людях и ситуациях, встреченных в жизни. Юноша, который ожидает что начальник будет ему отцом или снисходительным, или деспотичным, будет встречать много сложностей, которых он мог бы избежать, будь он более осознающим себя. Если ему посчастливится работать у начальника, который воображает себя отцом, такой мальчик будет иметь привилегии , а другие работники естественно будут негодовать. Или если юноша отличается, чувствуя уверенность, что он будет игнорироваться или обесцениваться, возможно он будет вести себя так, чтобы принят на себя ту самую позицию, которой он боится. Эти вещи взаимны. Один-съеживается, прося пинки, другой - обидчик, который атакует слабого, тот, кто действительно добр, обычно встречается с дружелюбностью. Поэтому мы несем нашу судьбу на себе, при помощи бессознательных отношений. В известной степени мы, можно сказать, создаем нашу собственную судьбу. Если, как я часто указывала, наша внешняя судьба эквивалентна состоянию нашего внутреннего бытия. Поэтому не хорошо пинаться против судьбы- единственный способ изменить ее- изменить себя, через большее осознание себя, увеличивая границы своего «Я», включая части личного бессознательного, отделяя себя от «НЕ-Я» как из внешнего, так и из внутреннего мира коллективного бессознательного. Таким образом человек проясняет запутанность бессознательных комплексов и делает возможным жизнь в окружающем мире, который «прям», не встревожен или искажен отражениями и преломлениями стеклянной стены слишком ограниченного Умвельта.

Первый шаг на пути развития большего и более удовлетворяющего Умвельта нуждается в понимании отношения индивида к его матери и отцу, и других членов семьи. В семье закладываются основы развития отношений во взрослой жизни. Однако идентификация больше может быть негативной, чем позитивной, в этом случае внутрисемейные отношения могут посеять семена ревности, соперничества и враждебности, которые будут зависеть от ситуаций новой жизни, но семейный комплекс, который основывал личностные реакции на других людей. Здесь тоже закладываются образцы для женитьбы и организации дома. Не даром говорится, что грехи отцов спускаются на сыновей. Но к счастью достижения отцов в достижении настоящей зрелости тоже падают на детей, это наследие большой ценности.

Характеризуя отношения, возникшие внутри семьи, то они перенесены по ту сторону семьи, как комментарий к древне-китайской « Книге перемен», И Цзин указывает: «семья- общество в зародыше, родная земля, на которой исполнение нравственного долга легко осуществляется через естественные привязанности, так что внутри малого круга создается основа моральной практики, и позже расширяется, чтобы включить человеческие отношения в общем».9

К несчастью не каждая семья как полезный и хорошо организованный идеал семьи, изображенный в И Цзин, и плохое влияние встречается в дефективных семьях, переносится в последующие жизненные ситуации неизбежно, как и хорошие, описанные в китайском тексте. И когда ребенок идет в школу или позже в круг вне семьи, модели поведения, пережитые в семье будут влиять на отношения, которые он будет формировать взрослым, не только сознательное отношение, но так же и бессознательное. Если семейные отношения строились на взаимном доверии, на привязанности и уважении, он создаст соответственно хорошие отношения в свой черед. Но если в его доме эгоизм, самомнение, враждебность и неуправляемые страсти – норма, то сын или дочь воспроизведут эти плохие вещи при создании своего собственного дома. Когда сын или дочь не освободили себя от семьи, каждый, кого он встретит, будет напоминать мать, отца, брата или сестру, или, на конец, он будет реагировать на таким же образом. С другой стороны люди могу негодовать, быть напуганными или игнорированными из-за того, что они не соответствуют этим образцам. Реакции такого рода могут быть частично сознательными, или они могут быть основаны на абсолютно бессознательной базе, что имеет глубокое влияние на выбор друзей и особенно партнера по браку. Мужчина, который еще достаточно не осознает себя, может искать кого-нибудь похожего на мать, женщина будет выбирать мужчину по его отеческому поведению, либо родитель был любим, либо ненавидим. Если у родителей отношения любви, брак кажется удовлетворяющем, наконец пока человек начинает расти, в который раз это станет слишком узким и давящим. Но если отношения к родителям были плохие, в браке возможно будут развиты все те плохие черты дома снова.

Для человека, который не осознал себя как отдельную личность, но все еще включен в отцово-материнский мир, не имеет возможности увидеть других такими, какие они есть на самом деле. Его Умвельт включает только отцов, матерей, родных братьев и сестер. В таком случае мужчина будет видеть всех женщин как удобные колени, на которых можно посидеть, или как воспитательницу, которую он страшится и избегает, когда женщина может видеть всех мужчин только как потенциальных отцов. И когда объект, женщина в первом случае и мужчина во втором, явно не выполняют назначенную роль, или отказываются играть ту роль, затем он или она так же возмущаются, или просто отходят от картины так далеко, пока человек, замкнутый вУмвельт заинтересован, оставляя неудовлетворенный голод и возможную обиду или злость в невольном провале, причиной которому послужила реальность другого человека.

Это- некоторые эффекты пребывания бессознательным- живя психологически внутри отечески-материнского мира, который Юнг 10 сравнивал с кругом внутри мирового змея, кусающего свой собственный хвост – уробороса. Этот змей в самом деле представляет коллективное бессознательное, бездну или хаос, в которой начинается вся жизнь. Это мир, где все сменяется всем остальным, в котором ребенок заключен внутрь семейного круга из поплавков. Это, некоторым образом, расширение идеи Умвельта. Смотря с нашей собственной точки зрения, кажется как если бы мы были только «Я», хозяевами нашего собственного мини- мира, центром этого мира; но смотря с другой точки зрения, мы- только песчинки, плавающие в воде бесконечного океана бессознательного, еще не рожденные на землю сознательной реальности.

Но когда в пубертатный период инстинктивно ищется независимость и спаривание начинает волновать, молодые люди начинают добиваться цели двигаться дальше ограничения волшебного круга, который больше не удовлетворяет их как раньше. Это-тема всех легенд, которые повествуют о героическом задании, которое предстоит молодому человеку. Немного в другом виде девочка тоже должна выполнить задание ее жизни. Мужчина должен сражаться- убить дракона, найти трудно достигаемое сокровище или спасти страдающую девицу (которая есть анима). Формы разные, но смысл один во всех случаях. Молодой человек должен победить свои побуждения и найти свое собственное сокровище, девушка должна подчинится своей феминной роли матери и ростителя приходящего поколения.

Выполнение героического подвига, к котором дракон в конце поборен и убитый готовится к периоду борьбы, в которой многие меньшие бои совершались до того, как юноша становится готовым участвовать в окончательной борьбе. Они борются за свободу, захват преимуществ свободы, но они теряют качество настоящего героизма, что способно списать все под необходимые трудности. Слишко часто они хотят лучшее из двух миров и не желают обязываться перед другими. Это те, кого аналитический психолог Эрих Нойманн назвал « борцы»11. Это люди, которые постоянно восстают против всех ограничений, моральных или эмоциональных, и против старого порядка тоже. Но они ни достаточно сильны, ни достаточно дисциплинированны чтобы совершить конструктивные изменения. Они ожидают, что отцы, которых они открыто попирают, могут, и им стоит изменить порядок в мире, чтобы удовлетворить детей. Или они продолжают испытывать потребность в материнской любви и заботе, но негодовать от формы, в которой это предлагается, и отказываются от ответа на требование. Они- оппозиционеры, правонарушители, те, кто требует чтобы общество отдало им то, что они хотят.

Другой общий эффект этой психологической ситуации показывается сексуальной регулировке, которую делают молодые люди. В этой борьбе за независимость дружба, или на худой конец альянсы делаются с людьми того же пола. Эти товарищества очень полезны, поскольку они укрепляют маскулинный принцип юношей и, соответственно феминный принцип у девушек. Такие отношения часто принимают гендерную форму, что может иметь очень положительный эффект, если реальное товарищество, реальная дружба были установлены. Половой элемент опережает в росте, когда его цель была выполнена, оставляя дружеские отношения и понимая, что это может длиться вечно. От того, что я видела в этих гомосексуальных отношениях, я склонна думать, что это весьма более вероятный результат у девочек, чем у мальчиков. Более распространено среди мальчиков упорство на гомосексуальной стадии, как только оно устанавливается на физической основе, чем это для девочек. Это может быть из-за того, что в отношениях со своими друзьями мальчик находит опыт эроса: любви и отношений, что принадлежат к феминным принципам, которым его маскулинность не даетдоступа. Девушка, наоборот, может развить отношение к этой стороне жизни прямо, через ее неотъемлемую феминность, чтобы когда блок для ее эмоционального развития был преодолен через ее любовь к друзьям, она могла пройти дальше, к гетеросексуальной дружбе. Но когда юноша остается незрелым в эмоциональном плане и так же не справился с развитием своей собственной маскулинности, он может потакать его растущим сексуальным импульсам в случайных и разнородных контактах, которые не имеют значения для развития родства- настоящего эроса. Это просто «обезьянья игра», что разгоняет природное инстинктивное либидо, чья цель – снабжать движущей силой огромное предприятие убийства дракона и облегчить юноше успех в бегстве из отцово-материнского мира, окружающего мира уробророса, который притупляет все инициативы и срывает развитие сознания. Вещи такого рода менее характерны для девочек, где беспорядочные гомосексуальные отношения относительно редки по двум причинам: во-первых по тому, что сексуальность без воспроизведения гораздо менее удовлетворяет ее биологию, чем мужчин, и во-вторых, потому что беспорядочность неминуемо мешает личным отношениям, компонент, который очень важен для нее, потому что это часть ее феминного принципа.

Причастность к тайне важная часть семейных отношений и в психологическом развитии взрослого. Это чрезвычайно бессознательное состояние, в котором «Я» отождествляется с «НЕ-Я» внутренним и внешним, и пока это типично для первобытных людей, младенцев и молодежи среди нас, это нисколько не опережено в росте огромным количеством людей, даже если они достигли взрослых лет и ведут упорядоченный образ жизни в мире. Цена приобретения сознания, в том смысле, в котором оно было представлено здесь, велика, и не многие люди способны заплатить эту цену. В следующей главе мы рассмотрим проблемы, с которыми приходится сталкиваться и шаги, которые надо предпринять, если человек перерос его ограниченный Умвельти стал действительно обладающим самосознание индивидом.

1 How Natives Think стр. 129

2 См. Диаграмму II

3 The ideas of the Holy стр 7

4 4 Цар. 2: 12-14

5 Jung, “ Flying Saucers: A Modern Myth of Things Seen in the Skies.”

6 “ Synchronicity: An Acausal Connecting Principle.”

7 “The Undiscovered Self,” главы. VI-VII

8 The Gospel of Truth: A Valentinian Meditation on the Gospel, tr. from the Coptic with commentary by Kendrick Grobel, 17:20ff. (pp. 46 ff.); 21:10-20 (pp. 70-72); 24:25 ff. (pp. 96-98); 25:2-3 (p. 98 ).

9 •’ I Ching (Wilhelm and Baynes edn.), No. 37, p. 144.

10 Aion, p. 259; Mysterium Coniunctionis, p. 504 и passim. См. также Neumann, The Great Mother, p. 18.

11 The Origins and History of Consciousness, pp. 88, 96; и The Great Mother, p. 66.

Наши партнеры Баннеры


Рекомендуем:
http://maap.ru/ – МААП – Московская Ассоциация Аналитической Психологии
http://www.olgakondratova.ru/ – Ольга Владимировна Кондратова – Юнгианский аналитик
http://thelema.ru/ – Учебный Колледж Телема-93
http://thelema.su/ – Телема в Калининграде
http://oto.ru/ – ОТО Ложа Убежище Пана
http://invertedtree.ucoz.ru/ – Inverted Tree – Эзотерическое сообщество
http://samopoznanie.ru/ – Самопознание.ру – Путеводитель по тренингам
http://magic-kniga.ru/ – Magic-Kniga – гипермаркет эзотерики
http://katab.asia/ – Katab.asia – Эзотерритория психоккультуры – интернет издание
https://www.mfmt.ru/ – Международный фестиваль мастеров Таро
http://www.radarain.ru/triumfitaro
http://www.agoraconf.ru - Междисциплинарная конференция "Агора"
классические баннеры...
   счётчики