Воскресенье, 08 апреля 2018 09:24

Томас Мур Планеты внутри Глава 6 Зодиакальные образы

Томас Мур

Планеты внутри

Глава 6

Зодиакальные образы

Несмотря на то, что мой интерес к астрологическим выводам Фичино обусловлен в основном стремлением вернуть более адекватную психологию, нежели редуцированную научную от влияния которой мы сегодня страдаем, все же, меня также беспокоят нападки ученых на формы образов, которые пролегают за пределами парадигмы науки. Слишком часто эти нападки являются прямым вмешательством в само воображение.

С другой стороны, разумеется существует риск распространения народной астрологии, просто потому что в провинции существует тенденция к суевериям. Многие удовлетворяют страсть к тайне, загадке с поверхностными заклинаниями замысловатыми ритуалами и интригующими толкованиями астрологии; или удовлетворяют потребность быть свободными от выбора и ответственности – поддаться влиянию планет; или, наконец, тешат свое эго, ставя во главу космические события и простраивая новые фантазии относительно личной судьбы.

Перед тем как отказаться от астрологии, все же с заведомо предусмотренным отрицанием эго, возможно, будет полезно рассмотреть какова психологическая польза в популярном увлечении астрологией. Или, если "польза" слишком сильное слово, мы, по крайней мере, смогли бы поисследовать фантазии, стоящие за этим повсеместным очарованием звездами.

Солнечные знаки: Теология благодати

Обсуждая один из знаков солнечной системы на коктейльной вечеринке, я обнаружил знаки Рака и Льва на стаканах, полотенцах, браслетных шармах и нижнем белье, что сделало слегка «уплощенными» тайны этих древних символов. Но даже причудливые узоры из фантазии, какими бы плоскими они ни были, и сама фантазия, стоящая за солнечными знаками и планетами намекает на иного рода оставшуюся без ответа нужду.

Были времена, когда многие из нас жили в фантазии о теологии благодати. Мы верили, что во вселенной были «колесики в движении», которые угрожали нам катастрофой, но и в то же самое время сулили редкий дар с небес. Веруя в благодать, мы возлагали на себя позицию восприимчивости, взаимодействия, благодарности и зависимости. Описания религии в девятнадцатом веке у Шляйермахера в первую очередь с точки зрения ощущения зависимости до сих пор трогают за душу, и кажется, попадают в самое сердце религии. Но в современном мире, где наука и технологии не просто изготавливают чудесные инструменты и электронные устройства, но также создают воображаемые миры смыслового содержания, это чувство зависимости и благодати исчезло. На ее месте появилось узкое открытое окно статистической вероятности. Мы должны быть одними из тысячи, чтобы прожить здоровую жизнь или наслаждаться счастливым браком. Но мы более не можем с уверенностью молиться о такой благодати или чувствовать, что у нас есть какая-то опора помимо той, что мы строим и поддерживаем. Даже в философии экзистенциальный реализм, предупреждающий нас о том, что мы сами создаем свой рай и ад, разъедает это ощущение благодатного бытия.

Но если мой знак Овен, я представляю, что волею судьбы за пределами моей собственной власти, у меня будет желание и силы, чтобы добиться успеха в жизни. Я не знаю этого наверняка, и на самом деле даже знаю, что это не правда, но, даже принимая астрологию всерьез лишь наполовину, я могу фантазировать и впоследствии чувствовать, что нечто во вселенной работает на меня. Астрология становится слабым остатком ранее глубоко переживаемого полагания на благодать. Возможно, Бог уже исчез с небосвода, но этот полог бесконечного пространства, раскрывшийся и ставший более просторным благодаря науке, по-прежнему захватывает меня и несет часть моей судьбы.

И хотя, чувство, стоящее за причудой определения созвездия и управляющей планеты часто является распространенным и мешает жить жизнь в более широком контексте, популярная астрология, та которую печатают в газетах и которой занимаются профессиональные астрологи, очень далека от удовлетворения этого желания. Сама по себе астрология является лишь индикатором фантазии и в лучших руках частично инструментом для выуживания на поверхность глубинного желания и чаяния. Тем не менее, как я уже сказал, мой интерес заключается в использовании астрологии эпохи Ренессанса как источника для углубления современной психологии, я все же считаю, что ритуал астрологии как таковой, вообще-то, ни в коей мере, не являющийся ни необходимым или даже важным, может сослужить полезную службу для исследования фантазий и жизненных сценариев.

Кроме того, создавая в индивидууме чувство связи с большим миром, миров, который скорее внутри, чем извне, астрологические образы также важным образом создают индивидуальное уникальное творческое сознание. Натальная карта, например, определяет идентичность образами, которые простираются далеко за пределы эго, но это также подчеркивает уникальность пространства и времени чьего-то рождения. Ранее мы видели, что Фичино рекомендовал начинать исследование психики через прочувствование собственного даймона и судьбы. Этот даймон может обнаружиться в планете из гороскопа, но карта также полностью включает образ уникальной индивидуальности. Единство – это не просто созвездие космических факторов, единство – это человек, на земле, с культуральными особенностями, определенными временем и местом. Учитываются и непреходящие, и временные условия человеческого опыта; более того, в настоящем астрологическом сознании, человек одновременно осознает свою уникальность и его общее наследие.

Как я уже ранее упоминал, проходя процесс сбора информации для гороскопа, составляя карту, запоминая положения и аспекты, и разрабатывая ее, толкование может стать искусством запоминания, работой воображения. Конкретный процесс порождает значимые фантазии: исторические и семейные условия на момент рождения, родители и родственники, город и дом рождения, и ранние годы. Качества всех этих факторов усиливаются, если смотреть через призму планетарных конфигураций, домов и знаков. В некоторые моменты жизни это может стать довольно-таки полезным опытом для проживания этого ритуала, чтобы получить еще один психологический портрет себя. Это определенно будет иметь большую истинность и больший творческий потенциал, чем психологический, статистический инвентарь.

Серьезной психологической опасностью в астрологии, опасностью обнаруживаемой во всех религиозных и оккультных системах, является искушение потерять душу в духовном буквализме. Вместо использования астрологии в качестве мнемоники, люди начинают «верить» в астрологию, и такая вера выносит это искусство фантазирования из царства метафоры. «Верующие» тогда должны принимать жизненные решения – от покупки одежды до женитьбы - в соответствии с планетами, вовсе не для того, чтобы не давать угаснуть творческому потенциалу, что являлось бы психологическим движением, но для того, чтобы быть успешным в физической жизни. Дух и тело служат друг другу, но души между ними нет.

Когда мы читаем у Американских индейцев или в Кастанедовском «Дон Хуане» о благодарении земли перед тем, как вынуть из нее овощ или цветок, эта практика может поразить настроем, который она создает. Целостная фантазия связанности с природой порождается этим простым ритуалом. Но если целью этой небольшой молитвоподобной подачи является получение лучшей еды, мы обнаруживаем дух, обслуживающий живот. Это же истинно и для астрологии. Она может быть очень эффективным орудием среди множества и для некоторых людей для подпитки воображения некоторыми способами присущими для нее; но если фокусом не является душа, тогда мы зря теряем время с чрезвычайно модным фундаментализмом и еще дальше удаляемся от психологического, обогащающего душу опыта.

Планеты души

Называя астрологию скоропроходящим увлечением, аппаратом воображения, и фундаменталисткой духовной практикой, позвольте нам сейчас отказаться от конкретного ритуала и сконцентрироваться на метафорической ценности астрологических образов. Обращаясь к образам астрологии, но не пропагандируя практику, нам возможно удастся раскрыть при других обстоятельствах не дифференцируемые грани психологических процессов. Давайте поисследуем фантазии, стоящие за Фичинианской астропсихологией, не высмеивая его причудливый образ жизни.

Фичиновская позиция относительно астрологии была амбивалентна: он не раз письменно высказывался против астрологов, но его труды пестрят аллюзиями на астрологию, а Планеты и подавно являются фундаментально астрологическим трактатом.2 В письме Бембу в 1477 году Фичино использует игру слов, чтобы поставить астрологов на свое место: «С тем же старанием, с которым астрономы измеряют небо [metiuntur], астрологи выдумывают пустую ложь [mentiuntur] о человеческом бытие».3 Но, как мы уже заметили, Фичино обращается за советом к небесам, когда строит объекты, когда врачует и когда создает образы. Он также видел общую тяжесть его собственной жизни, отмеченной влиянием Сатурна в его гороскопе.

С одной стороны Фичино теоритически разрешает очевидное противоречие в его позиции касательно астрологии, и это дает нам возможность самим сформировать подходящую точку зрения. По словам Кристеллера, основной принцип Фичино заключается в том, чтобы высшие существа имели власть над стоящими ниже. В Фичиновской иерархии вселенной, планеты и звезды выше, чем человеческое тело, но не выше разума. И тогда, они могут оказывать влияние на тело, но не властны над высшими способностями. И на самом деле, Планеты – это книга в которой говорится, прежде всего, о телесной заботе, хотя душа никоим образом не игнорируется.

Подобным же образом, когда мы представляем планеты внутри образами глубинных паттернов и основных аспектов психологической жизни, мы не рассматриваем их как метафизические структуры или как определяющие факторы человеческой жизни, согласно традиционным взглядам о неизбежном влиянии небесных планет. Наконец-то чувствуются движения психики. Очевидно, что не эго инициировало их или контролирует, но нет нужды оборачивать эти субъективные переживания в самодостаточные структуры. В этом случае психология становится интернализованной теологией, еще одна двухярусная вселенная вывернута наизнанку.4 Юнгианцы предпочитают обращаться к архетипу Самости,5 например, в качестве метафизической оси, удерживающей психику в балансе, но планеты и архетипические фантазии личности являются, если в какой-то мере толковать Фичино, образы, которые двигают душу без обмана разума. Мы можем познать эти образы без разрушения их силы, которая психологически движет нами.

Адаптация и упорядочивание

Во второй главе Планет Фичино описывает мир как нечто живое, как животное, и в этом полном жизни теле нижние части извлекают пользу из верхних членов. «Чем мощнее источник,» - пишет он, - «тем быстрее он действует, и более склонен отдавать. Таким образом, если мы сделаем мизерные дополнительные приготовления, этого будет достаточно для получения небесных привилегий. И если адаптироваться [seaccommodet]к этому [наивысшему миру], то ему он особенно подчинится.»6 Адаптироваться означает, как раньше мы уже отмечали, подвергать себя материальным вещам, богатым на тот дух, который нам требуется. Фичино выражает этот целый процесс следующим образом. Планеты – это источник различных видов духа, необходимого для подпитки души. От планет идут лучи, достигающие земли и поглощаемые объектами, либо естественным образом, либо посредством человеческого вмешательства – создаются образы, например, наглядно соответствующие определенному духу. Если жить с мыслями о душе, мы бы занимались нашими ежедневными делами с особыми стараниями, чтобы раскрыть себя – адаптироваться к подходящим объектам.

Первым делом разовьем эту мысль, обратив внимание на личное Фичиновское описание планетного сияния:

Лучи запечатлевают чудесные оккультные силы в образах, также как и в других вещах. Но они не безжизненные как лучи лампы; скорее, они живые и ощущаемые как глаза, сияющие в живых организмах. Они приносят чудесные дары с собой из небесных образов и интеллекта, равно как силу и власть из форм и быстрых движений этих тел. Они населяют дух, действенно и обстоятельно, - воспроизведение небесных лучей.7

Если представить планеты внутри как образы глубинных паттернов и движений психики, тогда , следуя этим творческим идеям Фичино, нам нужно бы понять, что некоторые объекты в нашем материальном мире будут соответствовать определенным планетам, и не просто соответствовать, они будут излучать сияние и доносить до нас дух определенной планеты. Материальный мир, и естественный и созданный человеком, есть источник различных видов духа, необходимого для психологического движения. В Фичиновской психотерапевтической системе, если бы мы занялись сортировкой объектов в соответствии с их «планетарной» (архетипической) характеристикой, мы смогли бы лучше заботиться о душе в нашей обыденной жизни.

Представление о том, что материальный мир обладает унаследованным духовным измерением, существует повсеместно в религиозных и оккультных традициях. Например, это очень хорошо описано алхимиком Базилем Валентайном:

По этой причине сила роста о которой я говорю не идет от земли, а от животворящего духа, который в ней есть. Если земля покинута духом, она мертва, и больше неспособна питать что-либо.8

На самом деле, в нашем современном мире, без воображения земля мертва, мы относимся к нашему миру и нашим собственным жизням как к безжизненным ошмёткам материи, которую нужно содержать и ублажать. А с воображением, меж тем, дух, унаследованный в материальных вещах, становится очевидным и действенным. Роджер Бейкон высказал соображения мифологически, добавив примечание, которое приводит нас от алхимии к астрологии:

Под Прозерпиной древние понимали эфемерный дух, насильственно отделенный от верхнего мира, заключенный и запертый под землей (чья земля представлена Плутоном) также как сказано в этих строках: Пока земля свежа, и из глубин недавно отделенных от небес, некие семена остались, некие искры и движения сопредельного неба.9

Бейкон, как и Фичино, представляет образ материального мира, содержащий внутри него некие «семена» его родственника, неба. Другими словами, материальный мир удерживает фантазии наших внутренних глубин души, либо в сотворенной человеком форме, либо согласно Хиллману, в фантазиях, которые у нас об этом есть.

Тогда «адаптация» есть иной психологический процесс, который мы можем добавить к констелляции и взращиванию. Мы приспосабливаемся к фундаментальным и разнообразным движениям души через нашу нацеленность на материальный мир. Астрологическое сознание тем самым становится самоосознаванием более глубоких, архетипически важных из самых обыденных мирских вещей. В прочих условиях недифференцированная, линейная и буквальная последовательность событий становится упорядоченной, но не просто в результате интеллектуальной деятельности, но и через творческую фантазию в шаблонах, значение которых интересует скорее душу, нежели разум. Вместо того, чтобы приложить все силы и полностью отдаться материнскому материализму, мы отдаем должное дочери Персефоне/Прозерпине.10

Большая часть Планет состоит из рекомендаций касающихся адаптации себя к различным планетарным центрам. Все планеты описаны условно, но перечислены материальные вещи, ассоциируемые с каждой из них, и нам рекомендуется использовать соответствующие материальные объекты. Некоторые из перечисленных объектов обладают очевидными физическими свойствами, относящимися к определенной планете, например, золотые вещицы связаны с солнцем. У других есть некая история, связывающая их с божеством планеты.

Толкуя этот процесс адаптации, нам следует понимать тонкости метафорически. Существует семь планет в классической системе, но существует гораздо больше архетипических возможностей, которые только можно представить для души. Мы сможем начать понимать процесс адаптации, изучая планеты, вместе с Фичино, как архетипические образы, но нам не стоит этим ограничиваться. Образная система символов помогает, и можно очень много символов и образов обнаружить в мировых религиях, и даже в искусстве и психологии, но иногда нам нужна только идиосинкратическая метафора, через призму которой можно рассматривать реальные ситуации и краешком глаза увидеть фантазии, застывшие в ней. Подойдет сон, новелла или наука, или прогулка в лесу. Все является метафорой и пищей для души. Все в материальном мире содержит искры сопредельного неба, вспышки психологического света.

Если адаптация – это поставить себя по отношению к миру таким образом, чтобы психологическое измерение открылось и активировалось, тогда то, что происходит с психикой, называется «упорядочиванием». Вспомним название книги Фичино: DeVitaCoelitusComparanda. Я перевожу слово comparandaкак «упорядочивание», хотя оно также могло означать «расставлять» или «подготовить». Название книги относится, таким образом, к организации жизни с точки зрения планетного духа, но также мы можем рассматривать упорядочивание как созвездие (констелляцию) самой психики, все части которой бодрствуют и на месте. Когда чья-то жизнь отражает небо, ее планеты находятся в движении. Она не застряла под доминирующим воздействием фокуса на какую-то одну планету. Мы поисследуем этот полицентрический образ психики в последней главе; на настоящий момент нам нужно понять контекст нашего исследования каждой отдельной планеты. Основной целью является узнавание разнообразия движений души, чтобы это разнообразие могло стать частью психологической жизни. Движение само по себе является необходимым для души, так как без движения нет чувствования, признания ценности и жизни как таковой.

Совершенно очевидно, что Фичиновская астропсихология предлагает рисунок психики, охватывающий многие противоположности переживания без принесения в жертву какого-либо из них, или, даже хуже, их затирания через гармонизацию или примирение противоположностей. Фичино постоянно подтверждает обе стороны парадокса, всегда сберегая лик Януса. Он подтверждает роль цикличных, трансперсональных факторов (планет) в человеческой жизни, хотя в тоже самое время делает акцент на важности задачи обнаружения собственной уникальности и индивидуальности. Среди планет он различает те, которые особенно болезненны для души, такие как Марс и Сатурн, но он не предлагает убежать от их влияния – они являются частью жизни. Оставаясь верным своему преобладающему Платонизму, он настойчиво пропагандирует умирание материалистического подхода, хотя его теория предает удивительно огромное значение обычному, бренному и суетному.

Стоить поставить жирную точку во всем, что касается толкования планет и их качеств. Я предлагаю читать всю это астрологию через призму неба внутри. Планеты соответствуют тогда глубоко переживаемым движениям души и ни одной из эго установок, будь то осознанные ценности и позиции, или свойства персоны. Последнее следует толковать в Юнгианском смысле: социальные, гендерные и эго роли, которые мы исполняем. Марс не просто поверхностная тенденция к гневу, также как и Венера не просто ловушки восприятия собственного тела. Эти планетные центры находятся глубоко в психике, формируя множество комплексов, фантазий и принципов поведения. Небо внутри кажется по-настоящему таким же безграничным как и небо снаружи, а планеты такими же грандиозными, загадочными и неземными.

Наши партнеры Баннеры


Рекомендуем:
http://maap.ru/ – МААП – Московская Ассоциация Аналитической Психологии
http://www.olgakondratova.ru/ – Ольга Владимировна Кондратова – Юнгианский аналитик
http://thelema.ru/ – Учебный Колледж Телема-93
http://thelema.su/ – Телема в Калининграде
http://oto.ru/ – ОТО Ложа Убежище Пана
http://invertedtree.ucoz.ru/ – Inverted Tree – Эзотерическое сообщество
http://samopoznanie.ru/ – Самопознание.ру – Путеводитель по тренингам
http://magic-kniga.ru/ – Magic-Kniga – гипермаркет эзотерики
http://katab.asia/ – Katab.asia – Эзотерритория психоккультуры – интернет издание
https://www.mfmt.ru/ – Международный фестиваль мастеров Таро
http://www.radarain.ru/triumfitaro
http://www.agoraconf.ru - Междисциплинарная конференция "Агора"
классические баннеры...
   счётчики