IZM – баннер

Shop.castalia баннер

Что такое Касталия?

     
«Касталия»
                – просветительский клуб и магазин книг. Мы переводим и издаём уникальные материалы в таких областях как: глубинная психология, юнгианство, оккультизм, таро, символизм в искусстве и культуре. Выпускаем видео лекции, проводим семинары. Подробнее...
Четверг, 02 сентября 2010 17:41

Эмма Юнг Легенда о Граале ГЛАВА 13 Приключения Гавейна

Эмма Юнг

Легенда о Граале

 

ГЛАВА XIII

Приключения Гавейна.

 

Теперь история возвращается к Гавейну, пришедшему в ходе своих приключений к замку, перед которым сидит девушка под деревом, любуясь на себя в зеркало. Она умоляет его привести ее коня из соседнего сада и предупреждает, что некий рыцарь постарается помешать ему сделать это. Это не беспокоит Гавейна. Он приводит коня, чья голова белая с одной стороны и черная с другой. Красавица ведет себя высокомерно, как амазонка, однако она согласна отправиться с Гавейном. После нескольких неприятных, опасных приключений и сражений, в которых молодая женщина принимала участие, они приходят к реке, на противоположном берегу которой можно увидеть великолепный замок с 500 окнами. В каждом окне видна женщина или девушка в красивых, ярких, цветных одеждах.

Пока Гавейн сражается с рыцарем, который преследует его, молодая женщина, которая на этот раз проявила себя вредоносным образом, внезапно исчезает. Лодка пересекает ров от замка, и перевозчик говорит Гавейну, что молодая женщина злее, чем сам Сатана, и что в ней причина смерти многих рыцарей. Воздух несколько жуток на берегу реки, потому что это "une terre sauvage" ("дикая земля"), "tote plainne de granz mervoilles" ("полная великих чудес"). Поэтому Гавейну и перевозчику не следует там медлить, а нужно спешить к укрытию. Они пересекают реку, и Гавейн получает радушный приём в доме этого человека.

На следующее утро Гавейн узнает от хозяина дома, что тот, хотя и выполняет обязанность перевозчика, не знает наверняка, кому принадлежит замок. Он тщательно охраняется 500 самострельными луками, всегда находящимися наготове и стреляющими, как только кто-нибудь подходит к замку с враждебными намерениями. Далее он рассказывает, что замок был построен богатой и мудрой королевой из высочайшего рода; она привезла с собой огромное количество золота и серебра, когда переехала сюда жить. Ее дочь, также королева, у которой тоже есть дочь, сопровождают её. Дворец охраняется магическими силами; учёный астроном, привезённый королевой, изобрёл удивительное явление, благодаря которому ни один рыцарь, проявляющий трусость, зависть, жадность или любую другую слабость, не сможет находиться там. Кроме этого, есть около 500 сквайров всех возрастов и из разных стран; все они стремятся заслужить свои шпоры. Старые вдовы, изгнанные со своих владений, также живут в замке, а ещё девы-сироты, нашедшие убежище во владениях королевы. Все они живут в глупом убеждении, что однажды появится рыцарь, который будет сражаться за них и вернёт владения старым дамам, поможет найти мужей для дев и сделает сквайров рыцарями. Похоже, что это ситуация, ответствен за которую Парсифаль - одно из последствий того, что он не спросил о Граале. Будучи его двоюродной сестрой, Мерзкая Дева говорит ему:

«Dames en perdront lews maris, Terres en sont essilliSes et pucelles desconseilliees qui orfelines remandront Et maint chevalier en morront.»

«Дамы потеряют своих мужей,

земли будут опустошены,

безутешные девы останутся сиротами,

и многие рыцари погибнут».

Но легче найти море изо льда, чем героя, который сможет остаться в этом Замке Дев. Если бы умный и благородный рыцарь, красивый, искренний, смелый, верный, безо лжи и зависти прибыл бы, он смог бы стать хозяином замка и снять магические заклинания. Гавейн решает рискнуть, несмотря на предостережения хозяина дома, который провёл его до лестницы, ведущей к замку. На нижней ступеньке на гладиолусах сидит мужчина с деревянной ногой, которого мы уже обсуждали.

Гавейн и перевозчик входят во дворец, где петли и болты на воротах сделаны из золота. Одна из дверей из резной слоновой кости, другая из черного дерева, и обе они богато украшены золотом и камнями магической силы. Пол помещения, куда они вошли, вымощен разноцветными камнями, искусно обработанными и ярко начищенными. Посередине комнаты стоит кровать, её опоры из золота, оплётки занавеса из серебра, и там, где пересекаются шторы, повсюду висят колокольчики. Шикарное покрывало лежит на кровати, а на каждой из четырёх опор помещён карбункул, дающий больше света, чем свечи. Резные гномы с гротескными лицами образуют ножки кровати, а ножки стоят на роликах для того, чтобы кровать двигалась при малейшей вибрации. Стены комнаты из мрамора, завешаны дорогими тканями и снабжены бесчисленным множеством окон, через которые можно наблюдать всех прибывающих и покидающих замок.

Гавейн все подробно рассматривает, а затем говорит перевозчику, что он не видит ничего, что могло бы оправдать предостережения последнего касательно замка. Несмотря на уверенность перевозчика в том, что лечь на кровать будет верной смертью, Гавейн полон решимости сделать это. Он также отказывается покинуть замок, не повидав его жителей. Поскольку его мольбы ничего не меняют, перевозчик покидает комнату. Гавейн во всем вооружении садится на магическую кровать, после чего раздается крик из-за занавески, колокольчики, висящие на них, начинают звонить, оконные рессоры открываются. Арбалетные и лучные стрелы летят через окна в Гавейна, который не в состоянии понять, откуда они появляются и кто ими стреляет. Затем окна сами собой закрываются. Пока Гавейн занимается вытаскиванием стрел из своего щита, некоторые из них ранят его, и он начинает истекать кровью, а в это время открывается дверь и гигантский лев бросается на него, пронзая когтями его щит и опуская Гавейна на колени. Однако, ему удается встать на ноги. Выхватив меч, он отрезает голову льва и обе лапы, которые по-прежнему прочно впиваются в его щит. Измученный он снова садится на магическую кровать. Тогда входит перевозчик с радостным выражением лица и сообщает, что он навсегда освободил замок от магического заклинания, и что его жители, старые и молодые, готовы служить ему.

Смысл этого отрывка из приключений Гавейна отчасти был раскрыт в описании человека с деревянной ногой и астронома, который также был строителем чудесного замка. Если мы рассмотрим последнего в качестве Сатурианского демона сексуальности и как Вотана - владыку инстинктивной восторженной Minne (любви), это объяснит символ дьявольской постели, изготовленной им, на которой герой был ранен невидимыми стрелами (tela passionis алхимического Меркурия), а также льва, как символ вспышки животной жадности и всепоглощающей страсти.

Однако, до тех пор пока бессознательное атакует индивида в такой свирепой, животной форме, мы по-прежнему имеем дело с односторонним христианским пониманием "рыцаря". По этой причине алхимики советуют отрезать львиные лапы; по одной из версий это материнские руки, которые должны быть «ампутированы». В алхимии лев, который должен быть повержен, связан с материнским имаго. Бабушка Королева и огромное количество женщин, а также не прошедшие испытания мужчины (сквайры, которые еще не стали рыцарями) - все живут в этом волшебном замке, что свидетельствует о чисто матриархально структурированной области души, которая компенсируется односторонней солнечной маскулинностью Гавейна. Другими словами, должна быть продолжена цивилизаторская задача преодоления более элементарных форм инстинктивности. И даже если в истории о Парсифале бессознательное ставит новые задачи по развитию бессознательного, задачи, которые выполняются в будущем, эти приключения Гавейна демонстрируют, что христианская миссия преодоления хтонической языческой природы продолжается и должна продолжаться. Как алхимия, так и легенда о Граале не является антихристианским символическим рассказом, но изображает дальнейшее развитие и завершение христианской задачи, в которой ценность первой половины эона рыб соединяется со второй, «как волы бок о бок на пашне".

Процесс, в котором христианский символ погрузился в материнские глубины, иллюстрируется в образе Парсифаля, на которого возлагается задача спросить о Граале. Одновременно на внешнем уровне продолжается достижение цивилизации, состоящее в подавлении грубой инстинктивности и эмоциональности, к слову сказать. Это уровень достижений Гавейна. Исторически это согласуется с такой внешней миссионерской деятельностью, как крестовые походы, и особенно в борьбе с исламом. Заколдованный замок Гавейна мог фактически быть связан целым рядом путей с мавританским миром. Он обладает любопытно амбивалентным характером. Одна из его дверей из слоновой кости, другая из черного дерева - белое и черное - напоминает описание Гомером страны мечты, где также есть ворота, одна половина которых их рога, другая из слоновой кости, за которыми следуют истинные и ложные мечты. Молодая женщина, которая приводит его в замок, указывает на ту же амбивалентность. Ее конь черно-белый, наполовину темный и наполовину светлый, и до сих пор она доводила всех рыцарей до гибели. Тем не менее, в долгосрочной перспективе она не является злом, лишь неудачей и сама желает быть искупленной. Мотив противоположности черного и белого повторяется ещё раз в символе шахматной доски. Так как замок был построен астрономом (который в те времена так же означал астролога), это область находится под влиянием идей, указывающих на исламский мир. Вольфрам действительно утверждал, что получил материал от языческого астронома. Во время крестовых походов христианские рыцари – крестоносцы вступали в тесный контакт с таинственными традициями Востока, и решение проблемы Minne (Любви), найденное в примитивном гареме, должно быть, произвело глубочайшее впечатление на них, так как в Minnedienst (Рыцарстве) они тоже искали решение проблемы анимы, которая должна была преодолеть христианские условности. Гарем, удобный во многих отношениях, тем не менее являлся слишком примитивным решением. Конечно, сексуальность не подавляется, но исчезают индивидуальные психологические отношения между мужчиной и женщиной, поэтому принятие концепции гарема рыцарями в условиях Minnedienst означало бы регрессию.

Лев, напавший на Гавейна, а также магические стрелы страсти, ранящие его, можно вопринимать, как символ искушения отступить в примитивную ситуацию, в которой эротические проблемы, как правило, решаются на сексуальном уровне через полигамию, но ценой принесения в жертву возможности душевной связи.

После того как он преодолел этот образ инстинктивности и, таким образом освободил кровать - место соединения в любви, от этого воздействия, то сразу же появляется отряд сквайров, бросившихся на колени перед Гавейном и предложивших ему свои услуги. А потом входит красивая девушка с золотой лентой в волосах в сопровождении других дев и от имени королевы приветствует его, как своего господина и величайшего рыцаря. Хозяйка замка даёт ему знать, что он может подняться на башню, дабы оглядеться во всех направлениях. Гавейн делает это, но узнает от своего провожатого паромщика, что он не сможет охотиться в близлежайших окрестностях, и что, возможно, он никогда больше не покинет замок. Крайне неудовлетворенный этим известием, Гавейн идёт обратно в комнату и, будучи глубоко подавленным, садится на магическую кровать. Об этом сообщается Королеве, которая со своей дочерью и многочисленной свитой, приходит к нему с целью вернуть ему хорошее настроение. После обмена приветствиями она спрашивает, принадлежит ли он к Круглому Столу Артура. Когда он отвечает утвердительно, королева спрашивает, знает ли он короля Лота (отца Гавейна), сколько сыновей у Лота и как их зовут. Наконец, она спрашивает его о Короле Артуре. “Король здоровее, живее и сильнее, чем когда-либо!” – таков ответ Гавейна. Она думает о том, возможно ли это. Прошло уже 100 лет с момента, когда Артур был ребенком! Затем она спрашивает про Королеву Гвиневру, о которой Гавейн, будучи одним из рыцарей королевы, отзывается в самой высокопарной манере. (Отрывок приводится здесь, поскольку он имеет значение в отношении роли и влияния женщин в те времена.)

Tot ausi con li sages mestre Les petiz anfanz andoctrine

Ausi ma dame la reine Tot le monde ansaigne et aprant. Que de li toz li biens desgant Et de li vient et de li muet. De ma dame partir ne puet Nus qui desconseilliez s'an aut; Qu'ele set bien que chascuns vaut' Et que an doit a chascunfeire Por ce qu'ele li doie pleire. Nus hon bein ne enor nefet A cui ma dame apris ne I'et, Neja nus n'iert si desheitiez Qui de ma dame parte iriez.

 

“Как мудрый учитель учит маленьких детей, так моя Госпожа Королева обучает и направляет всех. Все хорошее приходит и исходит от нее. Никто не чувствует себя некомфортно в присутствии моей Госпожи. Она очень ценит каждого и знает, что нужно сделать для каждого, дабы угодить ему.

Ни один человек не сделает добро и не окажет честь тому, кому моя Госпожа не благоволит, и никто не может быть более несчастным, чем тот, кого моя Госпожа в гневе отлучит от себя.”

 

Королева говорит Гавейну, что она должна быть такой же и для него, и он тотчас чувствует, как вернулось его радостное настроение. В тот самый момент принесли еду, и Гавейн со своим спутником были великолепно обслужены девушками и сквайрами. Как говорится, трапеза длилась, как день на Рождество. После этого были танцы и другие развлечения, а затем все разошлись на ночь. Гавейн спит в волшебной кровати, которая является в настоящее время достаточно безобидной.

На следующее утро он снова взбирается на башню, откуда видит коварную молодую женщину и ее рыцаря. Обе королевы пришли пожелать ему доброго утра:

Cist jors de vos soit liez etjoieus Ce doint icil glorieus pere Qui de sa fille fit sa mere!»

“Пусть этот день для Вас будет полон радости той, что дает Отец наш великий, кто из своей дочери сделал свою мать!”

Он спрашивает, знают ли они даму и этого рыцаря. "Да сожжет её адский огонь!” - восклицает Королева. "Она привезла тебя сюда вчера вечером, но забудь о ней. Она слишком зла и коварна". Королева советует, что ему также забыть о сопровождающем её рыцаря, поскольку сражение с ним дело нелегкое. Он уже убил многих рыцарей здесь, на переправе, прямо на их глазах. Гавейн просит отпустить его, так как он хотел бы поговорить с коварной девицой. Королева старается удержать его. Она говорит, что ему действительно не стоит покидать ее замок из-за такого ничтожного человека, и вообще, он никогда не должен уходить, ибо тем самым он причинит им всем вред. Спровоцированый Гавейн отвечает, что в этом случае он плохо вознагражден, если ему не будет разрешено покидать замок, который он освободил. Он не желает быть плеником в нём. Перевозчик вступает в разговор, и убеждает королеву отпустить Гавейна, “так как в противном случае он может умереть от гнева”. Однако он должен пообещать вернуться вечером, если останется жив. Ещё Гавейн просит не называть его по имени в течение восьми дней, на что королева соглашается.

Ситуация с Королевой, из плена которой Гавейн с трудом освобождается, напоминает приключения Одиссея с Калипсо и Цирцеей, каждая из них хотела, чтобы он навсегда остался с ней. Образ матери желает ограничить одностороне мужественного героя, и наши предположения об определённой связи побежденного льва с матриархальным миром и проблемой инстинктов, следовательно, не относится к делу.

Если бы перевозчик не заступился за него, Гавейн вряд ли бы освободился. Этот перевозчик сыграл столь важную роль в приключениях Гавейна, так что стоит рассмотреть его фигуру более внимательно. Перевозчик является хорошо известным героем мифов и сказок. Как правило, он перевозит людей на другой берег, будь то земля мертвых (Харон), либо ад (например в сказке о Черте с тремя золотистыми волосками). Как человек, который "проводит через" он связан с Меркурием, который также играет роль психопомпа из одного мира в другой. "In habentibus symbolum facilis est transitus" ("Для тех, у кого есть символ, проход легок") - говорится в алхимических текстах. Поэтому перевозчик олицетворяет трансцендентную функцию, которая стремится к синтезу психических противоположностей.

Присутствие перевозчика защищает Гавейна от злобы человека с деревянной ногой, находящегося у входа в замок, так как он является положительным аспектом того же человека с деревянной ногой, той части темного духа природы, которая не противопоставлена односторонне сознанию, но способная объединить противоположности и содействовать в дальнейшем развитии сознания. Кроме того, именно благодаря ему королева позволяет Гавейну выйти на свободу. Это подчеркивает еще яснее его предполагаемую функцию указывать в будущее.

Затем Гавейн выходит к реке, где он сражается с рыцарем, охраняющим форд, другом коварной молодой женщины. Он побеждает рыцаря и передаёт его в руки перевозчика. Затем он приглашает зловещую девушку (которая, по всей видимости, является параллелью отвратительного посланника Святого Грааля) пойти с ним. Она отказывается, а вместо этого просит, чтобы он принес ей цветы с того берега реки, как это имел обыкновение делать ее рыцарь. Женщины из замка с ужасом смотрели, как он ускакал вместе с ней. Смелым прыжком Гавейн перепрыгнул через реку и на лугу на противоположной стороне встретил рыцаря с соколами и охотничьими собаками. Это был красавец Гуиромеланц, бывший друг коварной дамы, от которого Гавейн узнает, что пока еще никто не посмел пересечь опасный брод, и что злая девица послала его сюда в надежде, что он погибнет, выполняя её просьбу. Ее зовут l'Orguelleuse de Logres, Гордая из Англии, оттуда она родом. Гуиромеланц, представившись, не мог поверить, что Гавейн был в замке Чудес и спал на магической постели, и поэтому принял его за шарлатана. Но когда он услышал о сражении со львом, и увидел, что львинные лапы до сих пор свисают с щита Гавейна, он упал на колени, прося прощения за свои сомнения. Он спрашивает Гавейна, видел ли он старую королеву и спросил ли он ее, кто она и откуда она пришла. Гавейн не задал этих вопросов и лишь сейчас узнал о том, что королева - мать короля Артура, Игрэйна. Он не верит в это, так как королева Игрэйна умерла и Артур был без матери вот уже 60 лет. Гуиромеланц поддерживает его утверждение, однако рассказывает Гавейну, что после смерти Утера Пендрагона королева Игрэйна переехала сюда со всем своим имуществом, и для нее был построен замок. Другая королева - ее дочь, супруга короля Лота и мать Гавейна. Гавейн, не упоминая своего имени, говорит, что хорошо знаком с этим Гавейном, и знает, что у того нет матери вот уже около 20 лет. Гуиромеланц настаивает на том, что он лучше информирован: мать Гавейна пришла сюда много лет назад, и родила дочь, ставшую высокой и красивой девушкой, живя в этом замке. Она является другом Гуиромеланца и сестрой брата “Да покорает его Господь!”

Далее рыцарь заявляет, что если бы Гавейн стоял здесь перед ним, то он отрезал бы ему голову и вырвал сердце из его тела. Его отец был убит отцом Гавейна, и сам Гавейн убил одного из его двоюродных братьев, вот почему Гуиромеланц так сильно ненавидит его, и должен отомстить. Он дает Гавейну кольцо для его сестры, прекрасной Клариссаны, и называет ему имя Замка Чудес: La Roche de Champguin (или Sanguin во многих рукописях; у Вольфрама - Rosche Sabbins). В зеленый, красный и алые цвета окрашиваются там ткани и используют для торговли.

Наконец, Гуиромеланц захотел услышать имя своего ви-за-ви и с удивлением узнает, что он есть никто иной, как горько ненавистный ему Гавейн. Он сожалеет, что под рукой у него нет оружия, но они договариваются о сражении на неделе. Гавейн должен пригласить короля Артура и весь двор, а Гуиромеланц пошлёт за своими людьми, ведь поединок между двумя выдающимися рыцарями будет таким зрелищем, что будет жаль, если на нём не будет присутствовать максимальное количество рыцарей и дам. Слава победителя будет в тысячу раз больше, чем при отсутсвии свидетелей боевых действий.

Гавейн соглашается с этим и возвращается через опасный брод. Коварная девица, увидев его, падает на колени и умоляет о прощении. Она объясняет, что из-за горя по поводу смерти любимого от руки Гуиромеланца, она стала такой злой и вероломный, и что она живет в надежде, что однажды ей удастся настолько разгневать рыцаря, что он убьет ее. Он, Гавейн, должен прямо сейчас сделать это. Но он этого не делает, а предлагает ей вместо этого идти с ним в замок. Перевозчик помогает им перебраться, и их приветствуют в замке с большой радостью. Гавейн дарит сестре кольцо от Гуиромеланца и передаёт его слова любви, на которые она отвечает взаимностью, хотя они никогда не видели друг друга, будучи разделёнными рекой. Гавейн, однако, пока не раскрывает свою личность и до сих пор остается неузнанным своей матерью. Он посылает оруженосца к Артуру, находящемуся по соседству, с сообщением что Артуру нужно прибыть в Roche Champguin в пятидневный срок для того, чтобы присутствовать на поединке между ним и Гуиромеланцем. Кроме того, он также отдаёт приказание, чтобы королеве Гвинерве передали особое приглашение. Оруженосец перебирается через реку и едет прямо к Артуру в Орканию. Большая радость воцарилась в расколдованном Замке Девушек. Королева приказала натопить баню и приготовить 500 ванн, в которых все сквайры должны искупаться перед тем, как одеть свежую, золото-тканную, подбитую горностаем одежду. Они проводят ночь, бодрствуя, в церкви, а на следующее утро Гавейн в одиночку пристёгивает шпоры к правой ноге каждого из них, опоясывает их мечами и называет их рыцарями.

А в это время Артур собирает свой двор в Оркании, где возникла тревога в связи с длительным отсутствием Гавейна. Король, увидев, что все его рыцари собрались, а Гавейна среди них нет, падает в обморок. Толпа спешит к нему, и в зале вспыхивает волнение. Леди Лора замечает это из беседки и, испугавшись, спешит к королеве, которая спрашивает, что случилось. . . .

На этом моменте поэма Кретьена обрывается. Первый продолжатель, ранее отнесенный к Псевдо-Вошье (Гатьер), снова берётся за историю и продолжает её с того же места, вероятно, довольно скоро после смерти Кретьена (между 1190 и 1212 гг.):

… Пока рыцари обеспокоены потерей сознания у Артура, прибывает курьер Гавейна и всё разрешается в радости и веселье. Тут же были сделаны все необходимые приготовления к немедленному отъезду в ответ на приглашение Гавейна на его поединок с Гуиромеланцем. Тем временем в Замке Девиц королева Игрэйна сама представилась Гавейну, как мать Артура. К приходу Артура и его окружения с большой помпой была организована встреча между соперниками равного ранга. Битва продолжалась, пока Артур, будучи тронутым отчаянием Клариссаны, ни привёл противников к примирению. Гуиромеланц получил в жены Клариссану и был наделен Артуром землями. В версии Вольфрама Оргелуза, будучи обязанной Гавану, отказывается от своей ненависти к Гуиромеланцу, а он в свою очередь отказывается от своих разногласий с Гаваном.

Невозможно вдаваться во все подробности приключений Гавейна, поскольку это привело бы нас слишком далеко, но два мотива всё же следует подчеркнуть, потому что они также появляются и в приключениях Парсифаля и тесно связаны с проблемой Грааля. Один из моментов - это неотомщенное или требуемое мести убийство двоюродного брата или родного брата, а другой – потеря сознаия Артура перед началом турнира враждующих рыцарей.

Это не первое появление мотива неотомщенного убийства родственника. Повторяется это в той или иной форме почти со всеми из основных фигур в легенде о Граале. Как мы уже упоминали, во многих версиях Король Грааля сам участвовал в подобном убийстве. В одном случае, он ранен копьем языческого противника, сражаясь за фигуру анимы, за которой Грааль запретил ему следовать. Здесь языческий противник четко определяется, как тень фигуры короля. Психологически это означает, что вместе с освобождением сознания, которое стало возможным благодаря христианской религии, также была тайно генерирована Orgueil (гордость), и затем она со своей стороны сформировала негативный языческий демонизм, приведший к деструктивному отчуждению от инстинкта и природы. Все другие версии легенды иллюстрируют с различными нюансами ту же проблему, в то время, как мы увидим позже, Парсифаль также терпит полное поражение во время своего визита в водный замок русалки от руки невидимого противника, который, очевидно, был сформирован против него анимой. Этот противник также соответствует невидимому существу, убившему рыцаря, сопровождающего Гавейна, или тому, кто злостно убил брата Короля Грааля, что привело к болезни Короля Грааля и бедствиям, разорившим земли. Король явно не преуспел в своем противостоянии с тенью. Как уже отмечалось, он обладал односторонним характером и невидимый, то есть нереализованный, "другой", ставший причиной раны, частично отвечает за его невозможность исцелиться, пока Парсифаль не выполнит задание. Здесь, как и с Гавейном, это случай возмездия за совершенные неверные действия.

Идея о том, что преступление должно быть отомщено, является частью основного отношения человечества, так сказать. Это согласуется с одним из примитивных и самых сокровенных чувств человека, которое может быть описано, как архетипическое "осуждение". Оно рождает обязанность мести или возмещения, которой придается большое значение на определенных уровнях культуры. (Кельтские легенды полны этого мотива). Было бы неправильно объяснять это лишь как инстинкт мести. Скорее, за этим прячется идея о том, что из-за преступлений, совершенных или пережитых, мир приходит в расстройство, и что нарушается в некоторой степени Дао, космический порядок. Из-за непредсказуемых возможных последствий крайне важно загладить вину за совершенное преступление. В настоящее время, мы, конечно, не согласимся с тем, что это должно быть разрешено в форме кровавого отомщения и назовём такую месть "примитивной”. Наш так называемый прогресс состоит в том, что мы на самом деле запрещаем месть. В то же время, однако, мы больше не признаём основополагающей справедливости и смысл этого основного чувства, посредством которого мы освобождаем себя от ответственности. Тем не менее, что-то очень значительное скрывается за этим, а именно, глубоко религиозное чувство общей ответственности за события в мире и попытки расположить человека в космосе в качестве необходимой и важной функционирующей части великой работы создания. Таким образом, месть достигает своего значения в качестве освобожденного импульса реституции, восстановления.

 

 

 

В Продолжении легенды о Парсифале проблема несправедливости несколько сложнее, ибо Король Грааля ранил себя частью меча, которым был предательски убит его брат. Этот брат опять же представляет тот аспект короля, мужчины-христианина, который по-прежнему находится в бессознательном состоянии. Он часть тени Короля, и именно он, а не Король, владеет мечом предателя. Он символизирует возможность опасного бессознательного поведения. В общем, как режущее оружие, меч относится к высшим, дискриминационным функциям сознания, и именно такая функция, в соответствии с мифологическими показаниями бессознательного, освободила человека-христианина от его тени. Это должно, безусловно, подразумевать отсечение природного, первобытного человека, к чему пришли христианские мыслители в своем учении о privatio boni. Ампутация природного человека, внутреннего брата, имеет прямое отражение на самом Короле Грааля. Он получил травму словно рикошетом, так как злоупотребление тем видом мышления, которое в Средневековье использовалось для борьбы с вопросами зла, окончательно подорвало целостность доминирующего христианского сознания.

То, как Король Грааль был ранен, ссылаясь на "Merlin" и вышесказанное, также подтверждает эту версию. Не убитый человек, а убийца Гарлан является невидимым странствующим братом короля. Балэйн уничтожает убийцу при дворе короля Пеллехана, но король преследует Балэйна до комнаты, где лежит в постели раненый Иосиф Аримафейский. (Напоминаем, что последний был ранен черным ангелом). Там Балэйн ранит Короля Пеллехана, считавшегося наиболее добродетельным человеком того времени. Развитие этой ситуации мы проследим позднее по ходу нашего исследования. На данный момент уже ясно, что снова и снова мы наталкиваемся на мотив брата или родственника Короля Грааля, которого иногда убивают, иногда он сам выступает в роли убийцы, чья судьба прямо или косвенно впутывает царя в его проблемы. А теперь тот же мотив появляется в связи с Гавейном, встретившим рыцаря, желающим отомстить Гавейну за убийство его отца двоюродным братом. Парсифаль окажется в аналогичной ситуации, когда он позднее обнаружит, что Красный Рыцарь, которого он убил в начале своих приключений и чьи доспехи он присвоил, является его родственником.

Всякий раз, когда один и тот же мотив так часто встречается в различных повторениях или модификациях, это означает, говоря психологическим языком, что он не принимается сознанием, и что он, таким образом, будет возникать в новых и новых формах в попытке привлечь к себе внимание. Мотив теневого брата, несомненно, связан с противоречивым характером христианского эона и раздирающих друг друга противоположностей того времени. Юнг показал в “Aion” , что эта проблема находит отражение в образах Христа и Антихриста или в двух Сынах Бога, Сатанаэле и Христе, или в оригинальных гностических размышлениях о двойной природе Христа, что указывает на раскол противоположностей в символе Самости. Эта религиозная проблема, а вместе с ней личная проблема пребывающей тени, вырисовывается в человеке-христианине, Короле Грааля и Парсифале, его назначенном приемнике, и здесь Гавейн тоже в конце концов вынужден противостоять ему.

Пока противники готовятся к поединку, т. е. для сознательного противостояния христианского рыцаря (который представлен Гавейном) с его теневым противником, Король Артур падает в обморок от страха, потому что Гавейн до сих пор не прибыл. Последний, как мы уже отмечали, отражает тот, все еще наивный мир христианского сознания, который без концепции внутренних противоположностей поставил перед собой цивилизационную задачу и прицелился на противника в лице язычников, которых еще только предстоит преодолеть. Артур, следовательно, не может наблюдать конфронтацию эго и тени, или разбираться в их таинственных отношениях. Осознание этого факта было бы слишком невыносимым. Его обморок, таким образом, является весьма значимым.

То, что Кретьен де Труа должен был умереть именно в этот момент своего творчества, тоже весьма примечательно. Похоже, что он тоже был не в состоянии понять суть проблемы и был, таким образом, убит невидимыми стрелами темного бога. Его Последователь хорошо начал. Он примиряет противников при посредстве фигуры анимы, и Артур приходит в сознание. Но проблема не решена таким образом и, следовательно, появляется в другой форме, в Продолжении. Начинаются различные приключения Артура и Гавейна, которые не стоит детально рассматривать, так как они не относятся к легенде о Граале. Мы снова находим связь с историей о Граале, когда Артур и его последователи отправляются к Chastel Orguelleus для того, чтобы спасти заключенного Жифле Фи До (Giflet Fis Do), пожелавшего добыть для себя немного рыцарской славы, обещанной Мерзкой Деве.

После захвата Chastel Orguelleus обратный путь привел рыцарей к крепости Брандалиса де Ли, у сестры которого был сын от Гавейна. Ребенок исчезает по непонятным причинам, и рыцари вместе с королем решили отправиться на его поиски. Однако его отец, Гавейн, предпочёл отправиться ко двору со своей подругой, с тем чтобы представить ее королеве. "Я бы действительно был глуп", говорит он, "если бы захотел искать ребенка, я оставляю это на двух его дядей" (Артур является дядей Гавейна, а Брандалис - брат девушки) – подобное отношение явно свидетельствует о матриархальных или, другими словами, архаичных условиях, когда дядя является более важной фигурой, чем отец. Артур просит Гавейна сказать королеве, что через месяц она придет к определенному перекрестку, где он встретится с ней. В назначенный день она отправляется вместе со своими рыцарями и дамами, ожидая короля. Палатки разбиты и, время коротается всевозможными развлечениями. К вечеру неизвестный рыцарь приближается по дороге, но спешно удаляется без какого-либо приветствия. Королева, раздраженная подобным отсутствием цивилизованности, посылает Кеу вслед за ним, дабы вернуть рыцаря, поскольку она хотела бы узнать его имя. Рыцарь, однако, отказывается возвращаться, сбрасывает с седла угрожающего ему Кеу, и едет дальше. Недовольная Гвинерва отправляет Гавейна за незнакомцем. Гавейн настойчиво просит его вернуться к королеве. Рыцарь уверяет Гавейна, что он охотно бы возвратился, но у него есть очень важное и срочное дело, которое он не может отложить. Однако, в конце концов, Гавейну удается уговорить его вернуться обратно в лагерь королевы. Но лишь достигнув лагеря, незнакомец вдруг падает с коня смертельно раненый. Всё же он успевает попросить Гавейна дать ему обещание выполнить его задание. Для этой цели Гавейн должен надеть доспехи незнакомца и оседлать его коня, который привезёт его в назначенное место. Как и в первый раз, Гавейн замечает, что незнакомец был пронзен копьем, и он плачет от горя и стыда, что это должно было произойти именно с рыцарем, которого он сопровождал. И нет никаких следов совершившего преступление.

Мертвого человека кладут перед королевой, раздевают, и он оказывается очень красивым, и все присутствующие сожалеют о случившемся. Не обращая внимания на стремительное наступление ночи, Гавейн снова вооружается. Он намеревается выполнить свое обещание и довести до конца дело неизвестного человека, о котором он совершенно ничего не знает. Но он вверяет себя лошади незнакомца и не намерен возвращаться, пока не отомстит за погибщего. Итак, Гавейн решается и скачет туда, куда конь несет его. Ночь очень темна. В часовне на распутье горит свет. Гавейн входит в часовню, поскольку начался ураган и дождь, и время от времени сверкают вспышки молний. Вдруг он видит черную руку преграждающую ему путь сквозь отверстие под алтарем и гасящую свет алтаря. Он слышит плачущий голос, и его лошадь напугана.

Mais la mervelle qu4l trova Dont maintesfois s'espoventa Me doit nul center ne dire Cil ki le dist en a grant ire, Car c'est le singnes del Graal S'en puet avoir et paine et mal Cil ki s'entremet del center Fors ensi com il doit aler.

Но о чуде, которое он нашел,

И которого он по-прежнему боится,

Ни один человек не может ни говорить, ни рассказывать.

Тот, кто заговорит о нем, бед не оберётся,

Ибо это знамение Грааля.

Боль и беда могут прийти к тому,

Кто всё же расскажет об этом,

Об этом нужно говорить в иносказательной форме.

 

Обеспокоенный и полный страха Гавейн скачет без остановки до самого утра, пока, к его удивлению, он не осознает, что пересек всю Бретань и Нормандию. Не останавливаясь, он скачет дальше через огромный лес, и когда, ближе к вечеру, он приближается к морю, он чувствует себя таким уставшим и голодным, что едва может удержаться в седле. Но лошадь продолжает скакать, не давая ему отдохнуть. Он подъезжает к дороге, над которой деревья склонились, образуя подобие крыши, так что под ними темно и жутко. В конце пути, на дальнем расстоянии Гавейн видит зарево, как от костра. Когда он пытается направить свою лошадь в сторону от дороги, она встаёт на дыбы, как обезумевшая, и, наконец, Гавейн сдаётся. К полуночи он всё еще не достиг источника света. Конь несет его все дальше и дальше, пока, в конце концов, он не оказывается в большом зале, где находится огромное количество людей. Они приветствуют его с радостью, как человека, чьё прибытие было столь желанным. Его ведут к огромному костру, освободив от оружия, и одев ему на плечи зеленый плащ. Посидев немного у костра, он замечает, что собравшиеся смотрят на него с тревогой, говоря друг другу: «Боже мой, кто это? Это не он!» После чего, один за другим, они покидают зал. Огромный зал, ещё недавно наполненный людьми, пустеет. Оставшись один, Гавейн видит гроб, стоящий в середине комнаты. На нём лежит покрывало с крестом, вышитым золотом, и на кресте лежит меч, сломанный пополам. Четыре свечи горят у изголовья и в ногах покойника, а на четырёх золотых и серебряных столбах висят четыре кадильницы, которые заполняют комнату густым дымом. Встревоженный, сэр Гавейн крестится. Все это кажется ему чрезвычайно странным. Затем он видит дорогой серебряный крест, украшенный драгоценными камнями, который несёт ему навстречу священник, сопровождаемый процессией святых людей в великолепных одеждах. Они начинают служить заупокойную Мессу. Кадильницы качаются над одром, и зал снова наполняется людьми, которые окружают гроб, громко причитая. Когда служба закончилась, и кадильницы снова повесили, "бог исчез, остался труп", так гласит текст ("Li dious s'en vait, li cors remaint"). Ошеломленный от невероятной сцены, свидетелем которой он только что стал, Гавейн перекрестился несколько раз и прочитал страстную молитву. Затем сел, - он слишком долго стоял, - и закрыл лицо руками.

Здесь мы вновь сталкиваемся с мотивом поражения рыцаря невидимым врагом. Это мертвый человек по имени Гун дю Десер (Goon du Desert) был братом Короля-Рыбака. Он был убит племянником соперника, которого он сам убил; меч убитого сломался под предательским ударом, и сам Король Грааля был ранен осколком оружия, когда пытался удалить его из раны. По тому, как люди приняли Гавейна, ясно, что они перепутали его с ожидаемым Искупителем Грааля. Они обнаружили, к своему разочарованию, что он таковым не является, и что, следовательно, он не в состоянии отомстить за преступление против мертвого рыцаря.

Психологически символ мертвого человека можно рассматривать как часть психической жизни, которая не учитывается в христианском коллективном отношении к сознанию, и в следствии этого была ослаблена, и подвергается нападению "предателя". То, как лежит мёртвый рыцарь - между четырьмя золотыми и серебряными колоннами, рядом четыре кадильницы – говорит о том, что он представляет один из аспектов Самости. А когда текст странным образом повествует, что после Мессы Мертвых или после выноса тела Христова, "бог исчез, тело осталось”, это, несомненно, означает, что наличие Христа в пресуществленной Гостии не в состоянии включать в себя этот аспект Самости, т. е. этот аспект не активируется путём Воплощения Христа и его увековечением в Мессе. Мертвый рыцарь представляет собой то, о что сломался меч традиционного мышления. Таким образом, он является парадоксальным Антропосом, которого одностороннее христианское мышление, дающее право жизни только светлому аспекту Самоти в Христе, не может понять. Предатель же - это тот человек, который из-за неполного аспекта христианского символа целостности, готов уничтожить это парадоксальное олицетворение целостности; он - хтонический брат христианского мировоззрения, так же, как и сегодня материалисты и апостолы просвещения отвергают целостность души человека и его жизненную возможность развития вместе с символом Христа. С другой стороны, в интересах самого Короля Грааля, представляющего собой христианское сознание, было бы неплохо сделать себя ответственным за расширение символа Христа, поскольку это не идёт в разрез с образом Христа, но дополняет его, подобно брату.

Призрачно черная рука, гасящая свечи на алтаре, считается "знаком Грааля " Здесь речь идет об уже упомянутом ранее опасном аспекте Грааля, который, однако, проявляется только по отношению к посторонним лицам, не имеющих понимания.

Пока Гавейн, “ошеломленный, в изумлении”, размышляет над тем, что с ним произошло (при этом, естественно, не будучи в состоянии что-то понять), некий шум заставляет его осмотреться. Люди, находящиеся в зале в момент его прибытия, вернулись. Прислуга принесла скатерть, столовые приборы и приступила к сервировке стола. В этот момент красивый рыцарь в золотой короне вышел из соседней комнаты, взял Гавейна за руку и провёл его к столу с огромной честью.

Lors vit parmi la sale aler Le rice Greail ki servoit.

Затем он увидел, богатую процессию Грааля, идущую через комнату.

Сначала перед рыцарями пложили хлеб и налили вино в золотые кубки. Затем подали около 10 блюд на огромных серебрянных таралках, и всё это в атмосфере самого искреннего гостеприимства. Гавейн был особенно удивлён тем фактом, что прислуги поблизости не было видно, и что Грааль сам обслуживал обедающих, в чём проявил себя довольно проворным, и был то тут, то там. После того, как различные явства приносились и убирались, и всё это делал Грааль, всё вдруг исчезло, как только Король приказал очистить стол. Гавейн снова оказался один в зале с гробом. Затем он видит держатель для копья, а в нём копьё обильно кровоточащее. С железного наконечника кровь стекала во все стороны прямо на держатель, а оттуда в серебряный сосуд, из которого по золотой трубке в другой такой же сосуд. Пока Гавейн смотрел удивленно на это чудо, вошёл король, держа меч, принадлежавший рыцарю, который был убит перед палаткой Королевы. Он велит Гавейну встать, и подходит вместе с ним к гробу, причитая:

"Какое несчастье, что он лежит здесь; тот, к кому весь мир стремился. Дай Бог, и он будет отомщён, и тем самым земля будет искуплена".

Эта реплика подтверждает предположение о том, что убитый человек представляет собой полноценного Антропоса, Спасителя, пришествие которого в конце времен также предсказывалось в Апокалипсисе Иоанна. Иными словами, он является законченным символом Самости, как философский камень в алхимии.

Этот "брат Христа" был убит разрушительной тенью христианского сознания, то есть материалистическим рационализмом, порождённым этим сознанием и его ложно направленным мышлением. Заколдованная земля - это царство души, страдающей из-за этого и с нетерпением ждущей освобождения.

Дуальность сосудов, соединенных золотыми трубками, является любопытным явлением. Само по себе удвоение символа, как уже упоминалось, как правило указывает на его концентрацию где-то на пороге сознания, но он еще не реализован в своей сущности. Парсифаль видит один сосуд. Гавейн же увидел два.

Cловно мироощущение христианского рыцаря в лице Гавейна послужило причиной раскола ядра психического существа, или же продолжает сохранять его в состоянии постоянного распада. Золотая трубка, соединяющая два сосуда, свидетельствует о том, что раскол не является тотальным, но снова и снова искупается кровью Христа, как на самом деле это описывается в христианской доктрине искупления. Внутреннее единство души, однако, находится под угрозой.

Напомним, что Гавейн должен был найти кровоточащее копье, задача же Парсифаля заключалась в том, чтобы найти Грааль. Здесь в зале Гавейн видит и то, и другое. Жители Королевства Грааля сначала приняли его за долгожданного героя Грааля, и поэтому одели на него зеленый плащ, который, соответственно, оказался одеждой героя. Это соответствует той же тенденции у Вольфрама, где Грааль - это камень, который выносят на зеленой шелковой ткани. Зеленый цвет, benedicta viriditas в алхимии, считается цветом Святого Духа и предполагает рост и жизнь растительности, духа самой природы. В отличие от алого цвета мирских Царей, этот зеленый плащ можно рассматривать как знак того, что Хранитель Грааля является Королём по природе, или правителем мира природной души.

Гавейн, тип христианского рыцаря, не назначается на это царство. Король извлекает меч, и Гавейн видит, что он сломан на две части. Недостающая часть лежит в ногах покойного. Король отдаёт обе части Гавейну со словами: "Если Богу будет угодно, то меч будет соединен тобой. Давай посмотрим, какой приговор он вынес". Гавейн попытался, но не смог соединить расколотые части.

Затем король берет его за руку и ведет в комнату, где присутствуют много людей, рыцарей и другие. Они сидят вместе на диване, Король же просит Гавейна не беспокоиться из-за того, что он не может выполнить задачу, ради которой пришел. Его слава как воина еще недостаточна. Возможно, если он однажды придет снова, то сможет добиться успеха. Никто не сможет справиться с заданием, прежде чем меч не будет снова соединён, и только выдающийся в мире рыцарь способен достичь этой цели.

"Тот, кто должен сделать это, остался в вашей стране," продолжает Король: "Я не знаю, что держит его там. Мы так сильно ждали его! Твой приезд сюда – это проявление большой отваги; если желаешь чего-нибудь, это будет с удовольствием вручено тебе, и если захочешь задать вопрос о каком-либо из чудес, увиденном здесь, мы также охотно расскажем всё, что нам известно ".

Сэр Гавейн, проскакавший верхом две ночи подряд, хотел спать, но он подавил усталость, чтобы послушать о чудесах, свидетелем которых он стал. Он спрашивает о кровоточащем копье, о мече и одре.

"Никто еще не осмеливался спросить о них, - отвечает Король, - но от тебя секретов нет. Я расскажу тебе всю правду. Во-первых, копье. Именно оно пронзило Сына Божьего. С тех пор оно всегда кровоточит, и так будет продолжаться до Судного Дня. Многие, как евреи, так и грешники, видевшие Господа, истекающего кровью в эти дни, будут пребывать в большом страхе. Но для нас это достижение, так как мы были искуплены кровью. Остриём этого копья мы столько выиграли, что невозможно передать, но из-за другого удара, нанесенного этим злосчастным мечом, мы все потеряли. Никогда ещё меч не наносил такого вредоносного удара как этот, принесший несчастье Королям, принцам, баронам, благородным женщинам и девицам. Вы, конечно же, слышали о разорении земли Логрес, из-за которого мы пришли сюда? Сломленный меч стал тому причиной. Я расскажу тебе, кто нашел свой конец таким образом и от чьих рук". Король начинает плакать; весь в слезах он продолжает свою историю и замечает, что Гавейн заснул. Не желая будить его, он прерывает свой рассказ. Гавейн спит до утра и, проснувшись оказывается под кустом на берегу моря, рядом его оружие и конь. Замка же и след простыл. Ему стыдно, что он заснул, и пропустил дальнейшия объяснения чудес, увиденных им, и что он забыл спросить, каким образом земля будет снова заселена, а ведь Король был готов дать ответы на эти вопросы.

Гавейн в конечном итоге утешает себя мыслью, что, когда он достигнет еще большей славы, как воин, он будет искать замок снова и все узнает. В то же время он решает не возвращаться в Британию до будущего дня. Продолжая свой путь, он замечает, что земля, которая ещё вчера была опустошённой, теперь зеленая, бегут ручьи с водой. Это бывшее разорённое королевство. В полночь, в момент, когда он спросил о копье, Бог разрешил водам вновь занять свои русла, так что все снова стало зелёным. Земля также могла бы снова стать заселенной, но этого не произошло, поскольку Гавейн не задал дополнительных вопросов. Люди, которых он встречает, благословляют его, и прославляют, как своего избавителя. Они должны поблагодарить его за то, что он сделал, и они это делают, но в то же время они ненавидят его, потому что он не захотел послушать о том, какой цели служит Грааль. Гавейн, не желая больше медлить, предпочитает искать новые приключения в целях получения еще большей известности, и так он проводит довольно долгое время вдали от своей земли.

История Гавейна, похоже, подошла к концу. Его односторонний подход, как христианского рыцаря, позволил ему проспать возможность узнать тайну Святого Грааля, то есть это остается вне его понимания. Он только спросил о копье, которое, действительно, оживило природу на земле Грааля, но не искупило её народ, как следовало ожидать от двойственности сосуда Грааля, увиденного им. Последующие скитания Гавейна говорят о бесцельном психическом беспокойстве, ибо он ничем не "наполнился", ибо не понял тайну сосуда. Его шатания отражают бессмысленное беспокойство, которое в конце этого эона становится все более характерным для христианина и превращает его в беспокойного, ищущего приключений странника.

 

Пер. SilverArina

 

JL VK Group

Социальные группы

FB

Youtube кнопка

Обучение Таро
Обучение Фрунцузкому Таро
Обучение Рунам
Лекции по юнгианству

Что такое оккультизм?

Что такое Оккультизм?

Вопрос выведенный в заглавие может показаться очень простым. В самом деле, все мы смотрели хоть одну серию "битвы экстрасенсов" и уж точно слышали такие фамилии как Блаватская, штайнер, Ошо или Папюс - книги которых мы традиционно находим в "оккультном" разделе книжного магазина. Однако при серьезном подходе становится ясно что каждый из перечисленных (и не перечисленных) предлагает свое оригинальное учение, отличающееся друг от друга не меньше чем скажем индуисткий эзотеризм адвайты отличается от какой нибудь новейшей школы биоэнергетики.

Подробнее...

Что такое алхимия?

Что такое алхимия?

Душа по своей природе алхимик. Заголовок который мы выбрали, для этого обзора - это та психологическая истина которая открывается если мы серьезно проанализируем наши собственные глубины, например внимательно рассмотрев сны и фантазии. Мой "алхимический" сон приснился мне когда мне было всего 11 и я точно не мог знать что это значит. В этом сне, я увидел себя в кинотеатре где происходило удивительное действие. В закрытом пространстве моему внутреннему взору предстал идеальный мир, замкнутый на себя.

Подробнее...

Малая традиция

Что есть Малая традиция?

В мифологии Грааля есть очень интересный момент. Грустный, отчаявшийся Парсифаль уходит в глубокий лес (т.е. бессознательное) и там встречает отшельника. Отшельник дает ему Евангелие и говорит: «Читай!» И в ответ на возражения (а ведь на тот момент Парсифаль в своем отчаянии отрекся и от мира, и от бога), уточняет: «Читай как если бы ты этого никогда не слышал».

Подробнее...

Наши партнеры Баннеры


Рекомендуем:
http://maap.ru/ – МААП – Московская Ассоциация Аналитической Психологии
http://www.olgakondratova.ru/ – Ольга Владимировна Кондратова – Юнгианский аналитик
http://thelema.ru/ – Учебный Колледж Телема-93
http://thelema.su/ – Телема в Калининграде
http://oto.ru/ – ОТО Ложа Убежище Пана
http://invertedtree.ucoz.ru/ – Inverted Tree – Эзотерическое сообщество
http://samopoznanie.ru/ – Самопознание.ру – Путеводитель по тренингам
http://magic-kniga.ru/ – Magic-Kniga – гипермаркет эзотерики
http://katab.asia/ – Katab.asia – Эзотерритория психоккультуры – интернет издание
https://www.mfmt.ru/ – Международный фестиваль мастеров Таро
http://www.radarain.ru/triumfitaro
http://www.agoraconf.ru - Междисциплинарная конференция "Агора"
классические баннеры...
   счётчики