IZM – баннер

Shop.castalia баннер

Что такое Касталия?

     
«Касталия»
                – просветительский клуб и магазин книг. Мы переводим и издаём уникальные материалы в таких областях как: глубинная психология, юнгианство, оккультизм, таро, символизм в искусстве и культуре. Выпускаем видео лекции, проводим семинары. Подробнее...
Вторник, 07 декабря 2010 23:49

Эрих Нойманн Великая Мать Глава 10 Позитивный элементарный тип

Эрих Нойманн

 

Великая Мать

 

Глава десятая

Позитивный элементарный тип

 

В центре женского элементарного типа, в котором женщина вмещает и защищает, питает и порождает, стоит сосуд,1 (Илл. 2) который одновременно является атрибутом и символом женской природы. «Глиняный сосуд, а позже и сосуд в целом, является весьма характерным атрибутом женщины; в этом случае он заменяет ее, а также дан ей. Это одно из основных рабочих приспособлений мужского собирания воды, фруктов, приготовления еды, а потому символ женского божества».2

(Рис. 16-17) Мы начнем с двух глиняных урн, примитивных образов Богини, из Хиссарлика, на месте Трои. Об этих сосудах было написано: «Начиная со второго города, сосуде в целом стал демонической фигурой, под защиту которой поставлено содержимое сосуда и благоденствие его обладателя. И кем иным могла быть эта демоническая фигура, как не правителем города, самой горной богиней?»3 К этому контексту также принадлежат два продукта иного времени и иной страны, «урна с лицом» и культовая фигура, держащая кувшин, оба из восточной Европы.4 (Илл. 31а, b)

Кувшины, которые выглядят как их предшественники из многочисленных до-микенских урн с лицами из Трои, были найдены в неолитических поселениях в Фессалии и Сербии,5 но, как доказывают соответствующие кувшины из Позена и Бранденбурга, в Восточной Пруссии и других частях мира, эта форма изображения архетипична и не определяется традицией и культурой.6 Для наших целей не имеет значения то, что в троянских фигурах подчеркивание лица и пола более типично, тогда как в восточноевропейских работах, акцент находится на поясе и ожерелье.7 (Илл. 20)

 

 

neuman_desyt_01

 

 

Рис. 16. Урна с лицом

Красная глина, Троя, четвертый слой

Характер сосуда в Женском часто подчеркивается удвоением кувшина: женщина изображается как кувшин, держащий второй кувшин. Потому характерные головные украшения богинь и жриц, вероятно, является развитием кувшина, который в ритуале часто носили на голове. Сосуд, который несли на голове, перед телом или сбоку от него, обычно можно считать сакральным сосудом, который играет значимую роль в ритуале женского божества.8 (Илл. 33а)

 

 

neuman_desyt_02

 

 

 

Рис. 17 Урна с лицом

Глина, Троя, третий слой

 

Этот характер сосуда иногда изображается как «кувшин без других символов (черт лица, грудей и т.д.) и с едва намеченным маленьким кувшином рядом в качестве атрибута».9

Значимая символическая особенность некоторых примитивных «женщин-сосудов» - это отсутствие рта, что уже было типично для Изначальной Богини. Рот как разрывающий, пожирающий символ агрессии характерен для опасного негативного элементарного типа Женского. Следовательно, мы должны задаться вопросом, какой смысл несет его частое отсутствие у элементарного типа. Характер отсутствия - одно из позитивных переживаний человека, часть его восприятия Женского как сосуда, который дает пропитание. По этой причине подчеркиваются груди, тогда как нуминозный характер выражается доминирующим глазами, которые наряду с дугой бровей и носом придают этим фигурам сильное сходство с птицами.10

Материальный характер сосуда в нижней части тела возмещается духовным характером глаза в верхней.11 Но орган речи, рот, сообщающий психическое выражение, отсутствует. Для подобного ребенку человека Архетипическое Женское - это все еще немое существование. Рот как орган «принятия внутрь» не нужен в Женском, которое в изобилии обладает всем в своем сосуде, ведь Женское - в той мере, в какой оно «хорошо» - не поглощает, а дарует блага.

Ярчайшее выражение этого «выдавания наружу» содержится в грудях, которые обозначают женщину как дарующую пропитание. Согласно греческой традиции, первая patera, или чаша, была изготовлена по образцу груди Елены.12 Связь между таинством гончарного дела и женским таинством чудесного превращения крови в молоко показывается примером из мира первобытных людей: «Женщины Зуни с древности делают свои кувшины в форме женской груди. Сосок оставляется открытым до конца, и его запечатывание производится с торжественностью религиозного обряда и отведенными глазами. Если этот ритуал будут наблюдать, женщины будут бесплодны или их дети умрут в младенчестве».13 Это отведение глаз от завершения творческой женской работы, в которой не человеческое существо, но сам творящий нумен оставляет за собой «последнее слово», являет связь между женским и сущностью творческого процесса, в котором завешивание и безмолвие имеют особое таинственное значение.14

Архетипическое восприятие Женского как все-питающего очевидно в умножении мотива груди. Это умножение, возможно, лучше всего подчеркнуто в перувианском кувшине (Илл. 34), покрытом со всех сторон грудями,15 но и древняя европейская округлая керамика тоже являет архетипический мотив груди.16

Хёрнес (Hoernes) описывает техническое развитие этих сосудов следующим образом: «В результате влияния техники металлобработки на гончарное дело, плоские округлые фигуры стали пластичными, и на них стали появляться соско-образные выступы. Переходная форма - это сосуд с округлыми выпуклостями, на которых были нарисованы спиральные изображения».17 Он подчеркивает сходство выпуклого кувшина из Трансильвании с другим подобным сосудом с Крита.18 Округлая фигура, спираль, выступ, выпуклость со спиралью, выпуклость - эта последовательность для нас не только означает историческое развитие, но и показывает в целом, какие формы мотив груди может принимать на сосуде. Это не означает, что этот мотив присутствует везде, где на кувшине появляется круг или спираль, но указывает на связь между полусферой груди и мотивом спирали жизни и позволяет предположить, что двойная спираль и двойной круг часто символизируют груди.19

Мотив груди включает в себя символизм молока и коровы. Богиня как корова, правящая над дающим пропитание стадом - это один из самых ранних исторических объектов поклонения, распространенный среди населения Месопотамии после аль-убайдинского периода.

Священное стадо, вроде того, что, как известно, давало «священное молоко Нинхурсаг» на храмовой молочной ферме в Лагаше, возвращается с пастбища, а их встречают малые телята, рожденные ими, как описывает Гомер: «Как запертые в закутах телята, увидя идущих с паствы коров, напитавшихся сочной травой луговою, все им навстречу бегут, из заград вырываяся тесных».20 Религиозный тон сцены станет яснее, если вспомнить, что во все исторические периоды цари и жрецы питались этим молоком; даже ассирийскйи текст говорит о нем такими словами:

Мал ты был, Ашшурбанипал, когда я доставил тебя

к Царице Ниневии,

Слаб ты был... когда сидел на ее коленях,

Четыре груди были в твоем рту...21

 

Таким образом, богиня пастбищ сама была коровой, и в действительности таковой и обозначалась в заговорах для помощи рожающей женщине.22

Мотив груди появляется везде, где в культе выражен архетип матери, питающей своего ребенка. Но культ - это только точка фокуса, где архетипический образ Женского проник в бессознательное людей и начал сознательно влиять на их жизнь и культуру.23

Необходимость в более четком различении подобных контекстов становится очевидной, когда мы смотрим на критский идол Айя Триаду, (Илл. 18)который, бесспорно, принадлежит к одному из аспектов Великой Богини-Матери, описанной подобным образом: «Нижняя часть одного идола выступает вперед и вся покрыта выступами»!24 Нет сомнений, что мы имеем дело с символом «питающей» Богини Земли. Обычно такой сходный с Геей тип Великой Матери наполовину закопан в землю, над которой возвышается только бюст. Пример такого рода Матери-Земли - критская урна Маллии.25 (Илл. 28b) К той же группе принадлежат троянские идолы, (Илл. 27а) второй из которых сочетает явно подчеркнутые груди с поднятыми руками. В третьем примере груди лишь намечены искривленной линией. (Рис. 17) То же сокращение повторяется на странном до-этрусском могильном камне возле Болоньи. (Рис 19) «Сверху две розетки (здесь - орнамент, напоминающий розу - прим. перев.)вроде глаз на лице, под ними прямая линия, а ниже, на месте рта, фигура животного. Другая розетка отмечает середину тела (пупок); пространство выше занято двумя наклонными двойными завитками посередине, а по сторонам две фигуры животных, повернутых к центру».26

 

 

neuman_desyt_03

 

 

Рис. 18 Женский идол

Глина, Айя Триада, Крит, поздний III минойский период

 

Эта погребальная стела изображает фигуру, чей живот, «центр жизни», выступает из земли; над ним две пары грудей, питающих животных слева и справа. Это, безусловно, изображение Великой Многогрудой Матери как правительницы и кормилицы животного мира. Она находит свою классическую форму в Диане Эфесской (Илл. 35), но в Мексике тоже есть изображение этой Великой Богини, Майяуель, богини Агавы, которую еще называют «женщиной с четырьмя сотнями грудей».27 Мексиканская богиня изначально была богиней небес,28 и похожим образом верхняя «глазная часть» богини из Болоньи показывает, что она «Царица Небесная», вне зависимости от того, как мы истолкуем два космических символа, образующих ее глаза. Один идентичен символу жизни матки-пупка-центра и может быть истолкован как планета Венера. Небесное «тело», солнце и луна, как глаза небесной богини, известно нам, в частности, из египетской мифологии.

 

neuman_desyt_04

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рис. 19 Могильный камень в женской форме

Окрестность Болоньи, доисторическая Умбрия

 

Символ всезнающего, всевидящего, многоглазого бога принадлежит к архетипическому образу, в котором здезды на ночном небе считаются глазами божества.29 Связь между верхней и нижней областью характерна для различных фаз правления Великой Матери. Как богиня могилы, она правит над миром мертвых, но в то же время она управляет небесным миром, светила которого являются ее глазами. Похожим образом Великая Богиня как божественный кувшин с водой является хозяйкой верхних вод, дождя (Илл. 33b); и нижних вод, ручьев и потоков, которые проистекают из недр земли. Как показал Дж. Э. Смит, эта точка зрения, в частности, очевидно присутствовала в Египте.30 В иероглифическом письме кувшин с водой, символ небесной богини Нут, также является символом женственности, «женских гениталий», «женщины» и женского принципа.31

Небесная корова, Великая Богиня питает землю своим молочным дождем, а как матка она сосуд, который «разбивается» при родах, (Илл. 36)изливая воды, как земля, порождающая воду богиня глубин. По этой причине девственницас - это заключенный колодец, «запечатанный источник».32

Только принятие «мифологического восприятия» раннего человека, который переживает символически все, что затрагивает его эмоции, может позволить нам понять вполне значение этих символических тождеств: дарение молока = утоление жажды = дарение дождя = кувшин с водой; корова = женщина = земля = источник = порождение потока; и женщина = небеса = порождение дождя. Во всех этих тождествах земная вода принадлежит области живота-матки нижнего Женского, а небесная дождевая вода - области груди верхнего Женского.

Великая Богиня в целом есть символ творческой жизни, и части ее тела - это не физические органы, а нуминозные символические центры целых сфер жизни. По этой причине «само-репрезентация» Великой Богини, ее выставление своих грудей, живота, всего обнаженного тела - это форма божественной эпифании.

Так что в критской культурной сфере обнажение грудей - это сакральное действие, относящееся к культу. Богиня и жрицы, отождествленные с ней, показывают свои полные груди, символы питающего потока жизни.33 Широко распространенный «тип Астарты» Великой Богини, выдавливающей или показывающей свои груди, имеет то же значение. Там, где бьют в грудь в знак траура, напр., по Адонису, это означает, что они виноваты в том, что жизненный принцип не смог победить смерть. (Илл. 33а) В изображениях Великой Матери с Кипра, датированных периодом в несколько столетий, тождество сосуда-рожающей женщины и женщины с кувшином, показывающей свои груди, очевидно.

(Илл. 37) Обнаженная хеттская богиня, обращенная лицом вперед, стоящая на льве, питающая грудью своего ребенка, обладает нуминозной силой церемониального само-явления, тогда как приблизительно современная ей группа Исиды с Гором (отдельно от головного украшения Хатхот) производит человеческое и личное впечатление. (Илл. 38)Без сомнений, это впечатление усилено нефронтальной перспективой изображения, но выражение лица Исиды и нежность, с которой она держит головку ребенка, производит совершенно обратное впечатление по сравнению с безразличной эпифанией хеттской богини.

Архетипическая ситуация отношений матери-ребенка наиболее очевидна в изображениях примитивных народов. Перуанский кувшин матери с ребенком поражает нас как одно из самых потрясающих изображений этого архетипа. Здесь аспект бесчеловечности почти перевешивает величие. Стеатопигический компонент несомненен, и снова женщина представлена сосудом, но также как несущая сосуд и держащая свои груди. Где-то сбоку от этой гороподобной массы, в которой впечатление слияния с землей усилено одеянием, опадающим с головы, висит человеческое существо, которое можно описать как нечто среднее между младенцем, стариком и обезьяном. Но эта гигантская женщина, от которой малыш «за-висит» в буквальном смысле слова, смотрит прямо вперед, величественная и бесчувственная, монументально воплощая безразличие природы к живым существам, зависящим от нее.

Другой перуанский сосуд, (Илл. 41) возможно, еще более ясно показывает всю ничтожность человечка, цепляющегося за мать. Оба кувшина производят нуминозный эффект, вне зависимости от того, было ли их применение сакральным или мирским.

(Илл. 39) В нашем первом примере африканской скульптуры ребенок снова мал и зависим; здесь также сосуд стоит рядом с женщиной как сопутствующий символ, но впечатление от женщины совершенно иное. Это триумф дикого материнства, чье гордое, переполняющее наслаждение со всем его самоудовлетворением тесно связано с ребенком. Здесь мы не находим нежного и заботливого ухода Исиды за сыном, а скорее царские отношения мощной царицы с тем, что было от нее рождено, с тем, что от нее зависит и ею питается; здесь Женское переживает себя - и переживается - как мать, природа, земля и дарительница жизни.

Немного иным, но не менее величественным изображением является скульптура питающей Женщины народа йоруба. (Илл. 43) Эта женщина, будто на троне сидящая в неумолимом спокойствии среди детей, играющих вокруг нее, обладает отчетливо фаллическими грудями. Висящие груди, чего в Африке добиваются искусственно, здесь преувеличены, чтобы добиться фаллической формы, из которой творческая сила жизни изливается напрямую к приемлющему ребенку. Здесь архетипический символизм принимающего рта в связи с порождающей грудью в частности очевиден в своей аутентичной и подлинной форме.

(Илл. 43) На другом предмете скульптуры йоруба выражение кормящей женщины становится человечным и личным, несмотря на сакральный аспект работы, а именно, посох священника. Тем не менее, эта стройная, изысканная женщина - особенно спереди - не испытывает недостатка в величии. Нависающие, тугие груди дают впечатление плодородия; здесь женщина подобна неподвижному растению, которое приносит плод со всех сторон: спереди - похожие на дыни груди, сзади - ребенка. Выражение и поза сына смелые, словно завоевывающие мир; оседлав женщину и вцепившись в нее, он полностью содержится в защитном овале, который поднимается с колен матери к грудям, профилю, головному украшению, а оттуда спускается к ногам.

«Примитивные» африканские изображения Великой Матери несут сходство даже с фигурой Исиды-Хатхор с царем как Гором (Илл. 44) - что не свойственно для элементарного типа Женского. Египетская фигура воплощает символическое богатство народа, в чье сознание через миф, ритуал и через историческую концепцию царства вошло Архетипическое Женское. Царь, Великий Индивид, бог среди людей и посредник между верхном и низом - он тоже остается ребенком великой Богини-Матери, матери всех богов, которая родила его, которая его переродит, и благодаря ей одной он является царем. Рога Хатхор, кормящей коровы небес, возвышаются над головой, которая украшена материнскими символами змеи и грифа. Она трон, сидя на котором он владеет Египтом, а с нем и землей с ее центром плодородия. Действительно, все эти символы раскрывают обогащение, усложнение и уточнение оформляющего архетипа, но фундаментальная ситуация осталась той же в личностной статуе, являющей ребенка Гора, и в африканских скульптурах, как и в до-римских сардинских статуях Богини-Матери (Илл. 16, 17) , держащей своего живущего и умирающего сына, одновременно ребенка и мужчину.

Таким образом, Женское, дающее пропитание, везде становится почитаемым принципом природы, от которого человек зависит в удовольствии и боли. (Илл. 45) Именно через этот вечный опыт человека, который в своей зависимости от природы беспомощен, как дитя, как и дитя зависит от своей матери, фигура матери-ребенка будет вечно вдохновлять вновь.

 

neuman_desyt_05

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рис. 20 Урна с лицом и пупком

Глина, Троя, пятый слой

 

Фигура матери-ребенка, таким образом, не означает регрессии к инфантилизму, в котором «взрослый» становится ребенком или движим ностальгией по любви матери к своему ребенку; скорее, человек в своем высшем отождествлении с ребенком переживает Великую Мать как символ жизни, от которого он сам, «выросший», зависит.

(Илл. 4) С «царским рельефом» в Абидосе мы оказываемся в ином контексте. Здесь появляется нечто новое, к чему мы можем прикоснуться только во время ухода. В фигурах, стоящих лицом к лицу, глаз к глазу, отношения матери-ребенка загадочным образом преображаются. Чарующее лицо юной матери обращено к мужчине, который, действительно, все еще является ребенком у нее в ладонях, но нежность Богини, держащей его лицо в ладонях, направлена к любимому сыну, а больше не к ребенку.

Женское состоит не только из кормящей груди, но в большей степени из живота-сосуда, порождающего все вещи. (Илл. 48) Потому кувшины в настоящих изображениях во всех отношениях «пузаты». У некоторых в центре круг, символизирующий и пупок, и женские гениталии. (Рис. 20) Здесь, как и в изображениях Изначальной Богини, этот «порождающий центр» несет на себе символ жизни.

Пупок как центр мира тоже архетипичен. Характерно, что многие святилища рассматривались как пупы мира, как, например, Храм34 в Иерусалиме, святилище в Дельфах и так далее. Для нас значимо, что этот символизм бессознательно «включал» в себя женский символизм земли. Земля в смысле лона реальности рассматривается как женская, как пупок и центр, из которого питается вселенная.35 Ср. сияющую парфянскую богиню светящей луны, (Илл. 49) у которой были не только сверкающие глаза, но и пупок, испускающий свет.

Сосуд с жизнью-пупком и ручками-руками, располагающийся в группе богинь с поднятыми руками, (Илл. 27а)является только одним примером распространенного по всему миру отождествления богини с «горшком», символом живота par excellence.

(Илл. 68) Великая Богиня, например, Иштар, с ветками или колосами злаков, растущими из ее спины,36 находит соответствие в изображении на монете из Финикии, отлитой в эпоху римского императора Гордиана III (Рис. 21), большого сосуда, пифоса, который с двух сторон подпирают сфинксы, а из-за «плечей» растут ветви или колосы, т.е. из-за пространства между «телом» и «горлышком» сосуда. На Кипре горшки, называемые kernophorai37 тоже почитались как богини, но отождествление Богини-Матери с горшком не ограничено древней средиземноморской культурой. Дж. Э. Смит верно сказал: «Мать-Горшок - это действительно фундаментальная концепция во всех религиях, она распространена практически по всему миру. Отождествление горшка с Великой Матерью глубоко укоренено в древних верованиях на большей части мира».38 Бриффо39 также продемонстрировал присутствие Богини-Матери как горшка в южной Индии, где, например, группа из семи богинь почиталась в форме семи горшков,40 так же, как и в Северном Борнео и на Филиппинах.

 

 

neuman_desyt_06

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рис. 21 Пифос, дающий побеги

Монета, Финикия, III в. н.э.

 

Священные сосуды находились на особом попечении жриц не только в Элевсине, но и среди весталок в Риме, в Перу, в Дагомее.41 Это установление укоренено в фундаментальном символическом и социологическом значении горшка. Это один из первоначальных символов женщин, ведь изготовление и украшение гончарных изделий находятся среди изначальных обязанностей женщин.

В этой связи Бриффо пишет: «Гончарное мастерство - это женское изобретение; первым гончаром была женщина. Среди всех примитивных народов керамическое искусство оказывается в руках женщин, и только под влиянием продвинутой культуры оно становится мужским занятием. В каждом уголке мира, где среди аборигенов существует производство гончарных изделий, мужчины в нем в не участвуют; как в британской центральной Африке, где для мужчины считается неуместным заняться изготовлением горшков. Это искусство находится исключительно в руках женщин в Северной Америке, Центральной и Южной Америке, и в тех местах Малайского архипелага и полуострова, Меланезии и Новой Гвинеи, где это искусство практикуется как местное производство. На Никобарских островах гончарным делом занимаются только женщины, а на Андаманских островах им занимаются только женщины на северном острове, тогда как как на южном и мужчины тоже делают горшки. На высокогорье Памир в Центральной Азии женщины производят все гончарные изделия, и их посуда ценится за их художественный вкус. Среди народа кота в горах Нилгири гончарным делом занимаются только женщины; то же самое и среди диких племен в Бирме. Общепризнанно, что на большей части Африки гончарные изделия производятся только женщинами. Зулусская традиция приписывает изготовление первого горшка первой женщине. Среди некоторых хамитских народов Уганды это производство под азиатским влиянием взяли в руки мужчины, как и в некоторых частях Конго. Это, однако, исключительные случаи. Из семидесяти восьми племен, открытых этнологами, приписанных к Бельгийскому Музею Конго, мужчины не прикасаются к изготовлению гончарных изделий в шестидесяти семи; остальные - это исключения, возникшие в особых обстоятельствах, которые почти в каждом случае легко можно отследить».42

Бриффо далее приводит примеры и доказательства из Конго, Уганды, Новой Гвинеи, Тенерифе, Алжира, Туниса, Нубии, Пиринеев, Гибридов, Мексики и Бразилии; среди пигмеев, бушменов и других. Доисторическая культура изготовления гончарных изделий также находилась в ведении женщин, ведь это сакральное, творческое действо, одна из «изначальных мистерий Женского».43

Сакральное отношение женщины к горшку происходит от символического значения формы, которое мы уже обсудили, а также от символического значения материала, из которого сделан горшок, а именно, глины, ведь глина принадлежит земле, которая находится в отношении соучастия с Женским. Как один пример из многих, мы процитируем индейцев Эквадора, о которых написано: «Так, например, индейская женщина должна производить глиняные сосуды и заниматься этой утварью, ведь глина, из которой они сделаны, как и сама земля, женская - то есть, обладает душой женщины».44

Из этих символических оснований возникает сакрально подчеркнутое разделение труда между полами, которое всегда покоится на символическом и мифологическом, и никогда на «практическом» основани. По этой причине область, принадлежащая изначальным мистериям Женского, является табу и опасна для мужчин. «В Восточной Африке, среди нанди, ни один мужчина не может приближаться к хижине, где женщины занимаются изготовлением горшков, или же наблюдать за их изготовлением. Если мужчина возьмет женский горшок и поместит его на огонь, он непременно умрет».45

Дальнейшие патриархальные религии и мифологии приучили нас рассматривать мужского бога как создателя, который, как Хмун в Египте или YHWH в Ветхом Завете, создал человека из глины. Созданный из земли (adamah), первый человек был назван Адамом, и параллели этому мифу можно найти в Греции, Индии и Китае.46 Но изначальный, лежащий в основе слой знает о женском созданном существе. Около 2000 г. до н.э. средиземноморский регион переживал возрождение Богини-Матери, которая, по-видимому, была доминирующим божеством двумя тысячами лет раньше.47 Вавилонский фрагмент содержит заклинание по рождении ребенка, в котором упоминания об Аруру-Иштар как о горшечнице48 и создательнице сохранились с гораздо более раннего периода. В его ассирийской версии мы читаем:

[...они целов]али ее ноги,

[говоря: «Создательницей человечества] зовем мы тебя;

[Госпо]жой всех богов да будешь ты прозываться!»

[Они вышли] к Дому Судьбы,

[Нин]игику-Эа [и] мудрая Мама.49

[Четырнадцать материнских] лон слились,

Чтобы топтать перед ней глину.

[...] Эа говорит, читая перед ней заклинание.

Сидя перед ней, Эа заставил ее читать заклинание.

[Мама чит]ала заклинание; когда она закончила

заклинание,

[...] она приблизилась к глине.

[Четырнадцать кус]ков она отщипнула; семь кусков она

положила справа,

[Семь кус]ков она положила слева; между ними она поместила

кирпич.

[Эа] стоял на коленях на циновке; он открыл свой пупок;

[...он п]озвал мудрых жен.

Из [семи] и семи материнских лон семь породили мужчин,

[Семь] породили женщин.

Материнское Лоно,50 создательница судьбы,

Парами она сочетала их,

Парами она сочетала их перед собой.

Формы людей образовала Мами.

В доме рожающей женщины в родах,

Семь дней должен лежать кирпич.

... из дома Ма, мудрой Мами.

Раздосадованный утешится в доме рожающей.

Пока Рождающая рожает,

Путь мать ребенка родит [сам]а.51

 

Создание горшка - это такая же часть творческой активности Женского, как и создание ребенка, т.е. человека, который, как горшок, часто мифологически создавался из земли.

Там, где нечто загадочное, нечто непостижимое для человеческого сознания движет всего человека к его глубинам, всегда присутствует мистерия. В этом смысле творение - это нуминозная мистерия, и от этой мистерии человек «отвращается», что часто неправильно понимают как «стыд».

В изготовлении горшков женщина переживает эту изначальную творческую силу; Женское переживает себя как Создателя жизни. Такие переживания поражают сильнее всего, когда образуется нуминозная фигура, культовый сосуд, например, и мы знаем, какую огромную роль сакральный сосуд играл в изначальной эре, в частности, как носитель магического действия.52 В этом магическом приложении сущностные особенности женского трансформируюшего типа связаны с сосудом как символом трансформации. Именно это имелось в виду, когда о тех, кто переродился в ритуале инициации, говорилось: «И теперь, когда белый цыпленок выбирается из яйца, мы как свеже-обожженные горшки».53

Женское, дающее укрытие и защиту, объемлет жизнь семьи и группы в символе дома. Этот аспект появляется в так называемых домовых урнах, сосудах, созданных в форме домов.54 И до наших дней женский тип сосуда, поначалу пещеры, позднее дома (смысл в том, чтобы быть внутри или находиться в укрытии, под защитой, согретым в доме), несет с собой связь с изначальной вмещенностью в матку.

 

neuman_desyt_07

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Рис. 22. Женский торс

Рельеф в святилище, Истрия (Югославия), ок. 700-300 вв. до н.э.

 

В своей функции зачатия и рождения Женское, конечно, по большей части не подходит для пластического изображения. Мирские изображения родов не принадлежат к настоящему контексту, за исключением уникального истрийского рельефа, на котором Женское показано питающим, защищающим и рождающим одновременно.55 (Рис. 22)

(Илл. 50) Безусловно сакральна статуя рожающей мексиканской богини; однако, на ее позитивный элементарный тип наложен и ее ужасный аспект - ведь ясно, что она носит кожу жертвы.

(Илл. 48) В фигурах Баубо из Приены живот женщины как тип представлен не сосудом; скорее, живот богини представляет нуминозный символ плодородия. Поскольку фронтальная позиция богини во всех ее женских особенностях проникнута нуминозным, исходящим от нее как очарование добром и злом, эта ограниченность зоной живота или матки выражает нечеловеческий ужасающий аспект, радикальную автономию живота против всех «высших центров» сердца, груди и головы, придавая ему священный статус. Здесь снова акцент делается на нуминозную силу порождающего принципа, а не на сексуальную привлекательность.

 

neuman_desyt_08

 

Рис. 23 Цилиндрические печати

Ур, Вавилония

 

Воцарившиеся обнаженные женские фигуры микенских культов,56 из которых фигура из Дельф57 (Илл. 55а) представляет собой позднее ответвление, находятся в группе, простирающейся от Ура58 и Лагаша59 в Вавилонии; от Крита60 и Египта до Индии,61 имея точные соответствия в Центральной Америке со всем ее совершенно независимым развитием.

Хотя у нас нет точной информации о фигуре из Икстлана де Рио, она, безусловно, изображает богиню.62 (Илл. 53) Само-выставление рожающей женщины или богини, раздвигание ног, чтобы показать генитальную область, представляет собой ритуальный акт, что доказано в широко известной сцене, когда Баубо раздевается перед горюющей Деметрой, а также ритуальным раздеванием Хатхор.63

Маленькая фигурка Исиды с раздвинутыми ногами, сидящей на свинье64 и держащей мистическую лестницу в руках, (Рис. 25) характерен для настоящего контекста. Свинья - это символ Архетипического Женского, и она появляется везде как жертвенное животное Богини Земли; она приносилась в жертву Деметре в Тесмофории,65 и с той же целью использовалась в Риме. Пикард группирует нашу эллинистическую терракоту с другими, на которых обнаженная Исида сидит в той же позе на перевернутой корзине, «корзине мистерий», а Деметра сидит на урне Лователли (в Александрии) или сакркофаге из Торре-Нове.66

 

neuman_desyt_09

 

Рис. 24 Цилиндрическая печать

Лагаш, Вавилония

 

Изображение щенящейся суки на древней греческой печати в форме скарабея (Илл. 51) было истолковано ее владельцем как «териоформическое изображение Гекаты-Артемиды».67 Он показал, что позу, в которой выставлены гениталии, принимают многие животные, такие как собака, кошка или лошадь, рожая своих детенышей, и что это характерное нуминозное изображение, которое иначе было бы невозможно понять. Но «с точки зрения наиболее очевидной особенности, общей для всех этих изображений», - наконец заключает он, - «выставление генитальной области, истолкованное как символизация плодородия, наиболее вероятно, чем любое другое». Здесь, как и в большинстве работ, охарактеризованных как «изображения родов», беременное лоно бросается в глаза своим отсутствием; таким образом, выставление генитальной области и преувеличенные соски определенно ведут к их наиболее общей интерпретации как животной богини, символизируюзей плодородие.

 

neuman_desyt_10

 

Рис. 25 Исида, сидящая на свинье

Терракота

 

(Илл. 54) В случае обнаженной богини на сирийских цилиндрических печатях, которая наследует обнаженным богиням евфратской культуры,68 обнажение генитальной области имеет безусловное сакральное значение. Тогда как на двух из этих цилиндров (Илл. 54d, g) богиня поднимает низ одеяния, демонстрируя свою обнаженность, на третьем (Илл. 54e) она отбрасывает назад свое одеяние, чтобы обнажить себя. На четвертом (Илл. 54b) она так не делает, «но мантия, опадающая на одну ногу, совершенно не прикрывая наготу, служит только для того, чтобы ее подчеркнуть».69

Особую важность, однако, имеет печать, (Илл. 54g) показывающая верующего между обнаженной богиней и сидящей божественной фигурой, держащей в руке сосуд. То, что мужской бог с сосудом - это бог луны, предполагается и приношением зайца, который является архетипическим лунным символом,70 и знаком полумесяца и сферы, соответствующей ему. Тогда как круг с полумесяцем обычно считается указывающим на связь между солнцем и неполной луной, скорее, он указывает на полную луну, т.е. лунный символ полноты. Звезда, с другой стороны, принадлежит обнаженной богине, рядом с которой находится рыба, символ богини плодородия,71 богини воды и морей. (Мы несколько раз упомянули архетипический характер лунного оплодотворяющего значения для Женского.72)

Сосуд, который на печати держит божественная фигура, соответствует микенскому золотому сосуду;73 и сосуд, и поза держащего его соответствуют держащему сосуд мужскому богу на кабирском фрагменте из Фив, появившемся на тысячу лет позже. (Илл. 159c)

Сцена на цилиндрической печати, вероятно, изображает оплодотворение Великой Богини мужским лунным богом, понятое как соединение луны и Венеры; это событие происходит в области Архетипического Женского, материнского божества грифов, правящего здесь. Это подтверждает интерпретацию мистерий Кабиров, начатую Кереньи;74 таким образом, эти мистерии оказываются продолжением гораздо более древних матриархальных мистерий Великой Матери, истолкованных в патриархальных терминах.

 

neuman_desyt_11

 

Рис. 26 Дочь на голове матери

Мраморная статуэтка, Эгейские острова, ок. XVI в. до н.э.

 

Интересно отметить, что обнаженную богиню сопровождают две одетые девочки,75 тогда как в другом случае маленькая обнаженная дочь-богиня стоит перед одетой богиней-матерью. (Илл. 54f) Оба примера указывают на преемственность религиозных отношений, связь между матерью и дочерью-богинями. Такая связь очевидна здесь и на Крите (Илл. 146a,b), где многие печати изображают «служанок» или, скорее, дочерей, стоящих перед Богиней. Эти отношения приобрели свою самую значимую форму в мистериях Деметры-Коры в Элевсине.76 Эгейская фигура,77 (Рис. 26) показывающая генеалогию матери-дочери как женское семейное древо с дочерью, стоящей на голове матери, также принадлежит к этому контексту.

Как мы уже можем понять, зачинающая женщина часто появляется как приемлющий сосуд; изображения женщины со змеями почти всегда указывают на эти отношения женщины с производящим потомство мужчиной.78 Лучше всего известны изображения женщины со змеями, найденные на Крите. (Рис. 27) Здесь Женское может принять форму сосуда или соответствующего женского символа - гробницы, чаши и так далее - или же может появиться в человеческой форме как богиня или жрица, неся змею в руках или дважды обвитой вокруг тела. В любом случае, змея общается с Женским со знанием дела.79

 

neuman_desyt_12

 

Рис. 27 Сосуд со змеей

Глина, Крит, поздний минойский II период

 

Связь между сосудом и змеей играет важную роль в Элевсинских мистериях; (Рис. 28) это также иллюстрируется спартанской монетой и поздним изображением алхимической реторты, (Илл. 57) чей характер женского сосуда очевиден, обвитой стеклянной змеей. Связь между богиней и змеей появляется в греческих и римских изображениях, а также на египтианизированных изображениях Атаргатис и на монете, изображающей Исиду. (Илл. 58-61; Рис. 29)

 

neuman_desyt_13

 

Рис. 28 Амфоры, обвитые змеями

Монета, Спарта

 

neuman_desyt_14

 

Рис. 29 Исида со змеями

Монета, Египет, I в. до н.э.

 

Змея столь универсальна и поливалентна как символ, что в этой работе мы не не сможем углубиться во все области ее значений.80 Наряду со своей уроборической природой, символ змеи может оказываться и женским. Поскольку женский сосуд творит, матка - это священная территория, подлинно нуминозная особенность символизма тела, и как все нуминозное, она амбивалентна и двусмысленна. Змея связана с ней в подчиненной роли. Как мужской и фаллической роли, она появляется как часть Женского или один из ее спутников. Потому змея на Крите и в Индии - атрибут женского божества, и в то же время ее мужской фаллический спутник.

Сексуальный характер змеи становится отчетливым только после преодоления уроборической фазы и кристаллизации принципа противоположностей, например, змеи и сосуда.

Для наших целей достаточно указать на связь между мужским оплодотворяющим символизмом и сосудом; связь, которую можно проследить через многие символические сферы. Как низшая земная змея плодородия, змея является частью Богини-Земли, и как подземная вода она оплодотворяет ее лоно; или же она может представлять верхние или небесные воды, змею духа-nous, который входит в женскую душу и наставляет ее (например, как Святой Дух) или же оплодотворяет через соблазнение.

Двусмысленное, то есть дарующее жизнь и приносящее смерть очарование матки Великой Богини было еще живо тысячью лет спустя на картине, где обнаженная Венера в мандорле, символизирующей женские гениталии, появляется в группе мужчин различных времен, которые были известны как ее великие любовники. (Илл. 62)

Смена времен очевидна на картине Венеры эпохи Возрождения. С развитием патриархата Великая Богиня стала Богиней Любви, и сила Женского была сведена к силе сексуальности. Ибо мужчины очарованы блестящим лоном Богини, божественное сияние которого видимо, бесплодно.81

Амбивалентность целого, которое символически означает Женское, которое стало амбивалентным, очевидно в странных гениях, сопровождающих Богиню. Эти крылатые создания, поздние формы душ, изображенных в форме птиц, над которыми правит Богиня - это Купидоны, но у них уродливые птичьи когти. Эти лапы, которые раньше были естественной частью птичьего тела, теперь производят впечатление архаичного остатка, означающего зло. Угрожающие когти птиц - среди разрывающих атрибутов Архетипического Женского, как у сирен и гарпий;82 здесь, как это часто бывает, они были перенесены на мужские фигуры-спутники.

Птичий характер женщины в первую очередь указывает на ее связь с небесами. Но этот архетипический символ обладает позитивным дарующим жизнь и негативным приносящим смерть аспектами. Египетская Богиня-Мать как гриф дает защиту и укрытие, но она в то же время является приносящей смерть, пожирающей трупы богиней смерти. Подобным же образом гарпии имеют и позитивные, негативные значения. На картине эпохи Возрождения, однако, гении держат оружие, а птичьи когти символизируют ненасытные импульсы, вращающиеся вокруг Золотой Афродиты, околдовывающей и сокрущающей людей, порабощенных ее земным раем.

(Рис. 126) Среднее звено между месопотамской богиней и Венерой Возрождения, чьи негативные компоненты уже дифференцировались, можно найти на эллинистическом рельефе, (Илл. 63) изображающем сирену с крыльями и птичьими когтями. Это обнаженное женское создание появляется как инкуб, восседающий на столь же обнаженном и очевидно спящем мужчине; она, как показывают дионисийские символы на рельефе, к области мистерий. Она - очаровывающая, соблазняющая, оргиастическая и кошмарная форма Женского,83 чей амбивалентный характер по отношению к мужскому эго начинает тогда, когда избыточная сила и притяжение нуминозного становится дезинтегратором сознания, и потому воспринимается как негативная и разрушительная.

(Илл. 64) На первый взгляд, изображение богини плодородия из Бали с подчеркнуто беременным животом и упругими фаллическими грудями, кажется, принадлежит к группе богинь, представляющих позитивную сторону Женского. Но выражение лица и, в частности, рта, несомненно, имеет в себе нечто демонически негативное, нечто похотливо жестокое. (Илл. 50) Как и мексиканская богиня деторождения и Горгона, (Илл. 70) она является Ужасной Матерью, проявляющей негативный элементарный тип Женского.

 

Иллюстрации

 

neuman_desyt_15

 

Илл. 31а Женская культовая статуэтка

Глина, Пруссия, IX-VII вв. до н.э.

 

neuman_desyt_16

 

Илл 31b Сосуд с изображением

Глина, Пруссия, VIII-IV вв. до н.э.

 

neuman_desyt_17

 

Илл. 32 Мать и ребенок

Терракота, Кипр, XX-XVIII вв. до н.э.

 

neuman_desyt_18

 

Илл. 33а Сосуды с изображениями: женщины-вазы

Терракота, Кипр, XII-VI вв. до н.э.

 

neuman_desyt_19

 

Илл. 33b Богиня дождя с богом погоды в колеснице

Цилиндрическая печать, Месопотамия, аккадский период

 

neuman_desyt_20

 

Илл. 34 Сосуд с четырьмя грудями

Терракота, Перу, до-колумбова эпоха

 

neuman_desyt_21

 

Илл. 35 Диана Эфесская

Алебастр и бронза, Рим, II в. н.э.

 

neuman_desyt_22

 

Илл. 36 Богиня Нут

Потолочный рельеф, храм Хатхор, Дендера, Египет, римский период

 

_neuman_desyt_23

 

Илл. 37 Богиня, держащая ребенка, на льве

Бронза, хетты, ок. 1300 г. до н.э.

 

neuman_desyt_24

 

Илл. 38 Исида с Гором

Медь, Египет, ок. 2040-1700 г. до н.э.

 

neuman_desyt_25

 

Илл. 39 Мать и ребенок

Дерево, Бельгийское Конго

 

neuman_desyt_26

 

Илл. 40 Мать и ребенок

Разрисованный сосуд, Перу, до-колумбова эпоха

 

neuman_desyt_27

 

Илл. 41 Мать и ребенок

Разрисованный сосуд, Перу, до-колумбова эпоха

 

neuman_desyt_28

 

Илл. 42 Мать и ребенок

Дерево, йоруба, Нигерия

 

neuman_desyt_29

 

Илл. 43 Мать и ребенок

Дерево, йоруба, Нигерия

 

neuman_desyt_30

 

Илл. 44 Исида-Хатхор, кормящая Гора

Бронза, Египет, VIII-VI вв. до н.э.

 

neuman_desyt_31

 

Илл. 45 Кельтская Богиня-Мать

Камень, II в. н.э.

 

 

 

Илл. 46 Богиня с юным богом

Бронза, Сардиния, доисторический период

 

neuman_desyt_32

 

Илл. 47 Богиня с мертвым юным богом

Бронза, Сардиния, доисторический период

 

neuman_desyt_33

Илл. 48 Статуэтки Баубо

Терракота, Приена, Малая Азия, V в. до н.э.

 

neuman_desyt_34

 

Илл. 49 Богиня

Парфия, ок. I-II вв. до н.э.

 

neuman_desyt_35

 

Илл. 50 Богиня Земли Тлацольтеотль

Из Ацтекского Кодекса

 

neuman_desyt_36

 

Илл. 51 Геката-Артемида как щенящаяся сука

Печать в форме скарабея, архаический ионийский стиль

 

neuman_desyt_38

 

Илл. 52 Крылатая богиня

Терракота, Мексика, до-колумбова эпоха

 

neuman_desyt_39

 

Илл. 53 Женская статуэтка

Глина, Мексика, до-колумбова эпоха

 

neuman_desyt_40

 

Илл. 54 Обнаженная богиня

Цилиндрическая печать, Вавилон, I династия, и Сирия, XV в. до н.э.

 

neuman_desyt_41

 

Илл. 55а Обнаженная фигура на престоле

Терракота, святилище в Дельфах

 

neuman_desyt_42

 

Илл. 55b Сосуд: женская фигура и змея

Терракота, Крит, ранний минойский II период

 

neuman_desyt_43

 

Илл. 56 Змеиная богиня

Фаянс, Крит, средний минойский III период

 

neuman_desyt_44

 

Илл. 57 Алхимический сосуд

Из Флорентийского Кодекса, XIII в.

 

neuman_desyt_45

 

Илл. 58 Змеиная Богиня

Терракота, Греция, VI в. до н.э.

 

neuman_desyt_46

 

Илл. 59 Атаргатис, или Dea Syria

Бронза, Рим

 

neuman_desyt_47

 

Илл. 60 Церера

Терракотовый рельеф, эллинистический период

 

neuman_desyt_48

 

Илл. 61 Церемония в честь Цереры

Фреска, Помпея

 

neuman_desyt49

 

Илл. 62 Триумф Венеры

Изображение на подносе, Школа в Вероне, начало XV в.

 

neuman_desyt_50

 

Илл. 63 Сирена как инкуб

Эллинистический рельеф

 

 

Примечания

 

 

1Часть I, гл. 4

2Hoernes, «Urgeschichte der bildenden Kunst in Europa», p. 362.

3Ibid., 362.

4Ibid., p. 531; Sydow, «Die Kunst der Naturwolker und der Vorzeit».

5Hoernes, p. 350.

6Согласно Hoernes, p. 804, прим. 8, Carl Schuchhardt (в обзоре «Urgesckichte») считает, что эта ваза «может быть неканонической».

7Hoernes, p. 530.

8См. иллюстрации из Трои, Австрии, Германии, Кипра, Италии, Испании, Румынии, России и т.д. в Hoernes, pp. 198, 361, 451, 497, 507, etc.

9Hoernes, p. 362.

10Основание архетипической основы этой особенности в том, что дети, как показывает эксперимент, позитивно реагируют на гладкий лоб и брови, тогда как тип и выражение рта эффекта на них не оказывает. См. указания Портманна в «Mythisches in der Naturforschung».

11Ниже мы больше скажем об этом «верхнем» характере, который с древних времен отчетливо акцентируется в голове и ее увеличениях, напр., с помощью орнамента. (Илл. 56, 87)

12Briffault, «The Mothers», Vol.I, p. 473.

13Cushing, «A study of Pueblo Pottery», pp. 512ff.

14Мое «Uber den Mond und das matriarchale Bewusstsein».

15Похожий кувшин см. в Lehmann, «Mexikanische Kunst», fig. 3.

16Sydow, p. 495, ниже о лужицком гончарном деле; а также о венгерском, австрийском и т.д.

17Hoernes, p. 415, fig 2.

18Ibid., p. 414.

19Сербский идол Богини-Матери, чей рот и груди геометризированы и изображены в виде звездообразного или солнцеподобного символа (Илл. 20), показывает, как просто то, что первоначально было женщиной-кувшином, может «дегенерировать» до орнамента, так что нам остается только украшенный орнаментом кувшин, тогда как женскую фигуру, которую он изначально символизировал, уже не различить. Сосуды мондзейского типа (см. Hoernes, p. 331, из северной, средней и южной Европы; p. 358, из северной Италии; p. 341, figs. 1 и 6, с Кипра; p. 307, figs. 4-8, из Трансильвании) с орнаментами в виде «глаз» и «солнца» в этом контексте тоже могут считаться сосудами женщины. Но поскольку орнаментация этих сосудов могла развиваться любым количеством путей, определенное решение принять не так просто. О проблеме вырождения см. выше.

20«Одиссея», X, 410-414.

21Hall and Wootley, «UrExcavations», p. 142.

22Levy, «The Gate of Horn», p. 97.

23Даже когда в сознании и культуре людей доминируют иного рода детерминанты, архетип все равно может заявить о себе. Например, так называемая округлая керамика необязательно была связана с материнским культом, но - по причинам, нам неизвестным - она являет символизм груди-сосуда со всеми его бессознательными эмоциональными последствиями.

24Nilsson, «Geschickte der grieschichen Religion», Vol. I, p. 265, n.2.

25По этому поводу см. Picard, «Die Grosse Muter von Kreta bis Eleusis».

26Hoernes, «Urgeschichte», p. 462.

27См. Spence, «The Religion of Ancient Mexico», p. 116.

28См. ниже, стр. 301.

29Относительно этого небесного свечения как проекции свечения бессознательного, ср. Jung, «On the nature of psyche», p. 190ff.

30G. E. Smith, «The Evolution of the Dragon».

31F. L. Griffith, «A Collection if Hieroplyphs».

32Песн. 4:12.

33Подобное свойство амазонок следует считать сакральным в том же смысле; см. Pleard, «Die Ephesia von Anatolien», p. 62.

34Patai, «Man and Temple», pp. 85, 132.

35Детское представление о пупочном рождении происходит из этого архетипического символизма тождественности пупка с маткой как женским центром жизни.

36Cf. Jeremias, «Handbuch der altorientadischen Geisteskultur», p. 113, fig. 89.

37Briffault, «The Mothers», Vol. I, p. 474.

38G.E. Smith, pp. 182, 199.

39Briffault, Vol. I, pp. 474 ff.

40Whitehead, «The Village Gods of South India», p. 36.

41Briffault, Vol. I, p. 475.

42Briffault, Vol. I, pp. 466-70.

43См. ниже, стр. 281ff.

44Karsten, «Blood Revenge, War and Victory Feasts among the Jibaro Indians of Eastern Equador», p. 12.

45Sir Claud Hollis, «The Nandi», pp. 35f.

46Jeremias, «Handbuch», pp. 182f.

47Cf. Mode, «Indische Fruhkulturen», esp. p. 60.

48Jeremias, p. 253.

49Эа: бог земли и воды. Мама или Мами: Богиня-Мать.

50Это и (8 стр. ниже) «Порождающая» - ссылки на Богиню-Мать.

51Tr. Speiser in Pritchard, «Ancient Near Eastern Texts» pp. 99f.

52 Childe, «New Light on the Most Ancient Near East», pp. 74ff.

53 Thurnwald, «Primitive Initiations- und Wiedergeburtsriten».

54 Hoernes, p. 525; figs., pp. 527, 529.

55Ibid., p. 474.

56Picard, «Die Grosse Mutter», p. 105.

57Nilsson, Pl. 16, 3.

58 Mode, fig. 174.

59Ibid., fig. 168b.

60Ibid., fig. 169.

61Ibid., fig. 171.

62Метки на плечах связывают эту фигуру с нашей «крылатой богиней» (Илл. 52). Burlanel, «Ancient Mexico», p. 82, Pl. 42.

63Cf. Herodotus, «History», Book. II.

64Seligmann, «Der bose Blick und Verwandtes», Vil. II, p. 293.

65Picard., p. 105.

66Ibid., p. 106.

67Reitler, «A Theriomorphic Representation of Hecate-Artemis». Я очень обязан д-ру Рейтлеру также за фотографию.

68Porada and Buchanan, «Corpus of Ancient Near Eastern Seals», Vol. I, figs. (Syrian) 944, 940, 946, 937; (Babylonian) 504, 503, 505.

69Ibid., text, p. 124. Эти цилиндрические печати открывают архетипические символы, которые мы будем встречать снова и снова. Бык, на котором стоит богиня - это символ маскулинности; он - оплодотворяющий мужской бог-спутник, чье изображение в виде животного в некотором смысле ставит его ниже богини (cf. мое «Origins», pp. 39ff.). Грифы - это широко известные символы Богини-Матери, в частности, в Египте (см. ниже, стр. 164). Рыба и заяц (cf. мифологический раздел в Layard, «The Lady of the Hare») - это символы плодородия, как и птица, которую, скорее всего, следует считать голубем в виду соответствующей связи голубя с великой Богиней Любви в Малой Азии, Индии, Крите и Греции.

Звезда, полумесяц и звезда в полумесяце - это звездные символы, указывающие на Великую Богиню как царицу неба (Илл. 54d) и, в частности, ночного неба, с которым архетипически связаны планета Венера и луна, как в Европе, так и в Америке. Эта связь между обнаженной богиней и полумесяцем очевидна в печати, принадлежащей к этой группе, (Илл. 54g) где этот символ появляется на другом конце поднятой мантии богини (Porada and Buchanan, fig. 988).

70Cf. Layard, «The Lady of the Hare».

71Cf. Atargatis, Decreto, the water sprite, etc. («Origins», p. 71). (Илл. 54g)

72Briffault, «The Mothers», Vol. II, pp. 582-92; мое «Uber den Mond».

73Porada and Buchanen, text, p. 124.

74«The Mysteries of the Kabeiroi».

75Porada and Buchanan, fig. 937.

76См. ниже, стр. 305.

77Hoernes, p. 60.

78Змея как мужчина принадлежит к типу Архетипического Мужского и потому не может быть изучена в данной работе; но стоит отметить, что роль полузмеиной мужской божественной фигуры как оплодотворяющей низшей хтонической силы не ограничена греческими гигантами или полиформом Нереем или Питоном. Возможно, древнейшее изображение можно найти на цилиндрических печатях аккадского периода (Porada and Buchanan, figs. 216-19), где она появляется с богиней растительности под полумесяцем, а также в других символических группировках. Также ср. ниже, стр. 170, 180, 259.

79Связь Богини со змеей простирается от Крита через Элевсины и Деметру к Афине, чье происхождение от до-эллинистического критского пантеона подтверждается змеей, которая ее сопровождала.

80Cf. Jung, «Symbols of Transformations», index, s.v. «snake».

81Ср. нашу последнюю главу.

82Эта особенность также не нова; самое раннее из известных изображений, вероятно, можно найти у крылатой богини периода Исиды-Ларсы в Месопотамии.

83Hoernes, p. 60. Месопотамская богиня Лилит имеет тот же негативный характер.

JL VK Group

Социальные группы

FB

Youtube кнопка

Обучение Таро
Обучение Фрунцузкому Таро
Обучение Рунам
Лекции по юнгианству

Что такое оккультизм?

Что такое Оккультизм?

Вопрос выведенный в заглавие может показаться очень простым. В самом деле, все мы смотрели хоть одну серию "битвы экстрасенсов" и уж точно слышали такие фамилии как Блаватская, штайнер, Ошо или Папюс - книги которых мы традиционно находим в "оккультном" разделе книжного магазина. Однако при серьезном подходе становится ясно что каждый из перечисленных (и не перечисленных) предлагает свое оригинальное учение, отличающееся друг от друга не меньше чем скажем индуисткий эзотеризм адвайты отличается от какой нибудь новейшей школы биоэнергетики.

Подробнее...

Что такое алхимия?

Что такое алхимия?

Душа по своей природе алхимик. Заголовок который мы выбрали, для этого обзора - это та психологическая истина которая открывается если мы серьезно проанализируем наши собственные глубины, например внимательно рассмотрев сны и фантазии. Мой "алхимический" сон приснился мне когда мне было всего 11 и я точно не мог знать что это значит. В этом сне, я увидел себя в кинотеатре где происходило удивительное действие. В закрытом пространстве моему внутреннему взору предстал идеальный мир, замкнутый на себя.

Подробнее...

Малая традиция

Что есть Малая традиция?

В мифологии Грааля есть очень интересный момент. Грустный, отчаявшийся Парсифаль уходит в глубокий лес (т.е. бессознательное) и там встречает отшельника. Отшельник дает ему Евангелие и говорит: «Читай!» И в ответ на возражения (а ведь на тот момент Парсифаль в своем отчаянии отрекся и от мира, и от бога), уточняет: «Читай как если бы ты этого никогда не слышал».

Подробнее...

Наши партнеры Баннеры


Рекомендуем:
http://maap.ru/ – МААП – Московская Ассоциация Аналитической Психологии
http://www.olgakondratova.ru/ – Ольга Владимировна Кондратова – Юнгианский аналитик
http://thelema.ru/ – Учебный Колледж Телема-93
http://thelema.su/ – Телема в Калининграде
http://oto.ru/ – ОТО Ложа Убежище Пана
http://invertedtree.ucoz.ru/ – Inverted Tree – Эзотерическое сообщество
http://samopoznanie.ru/ – Самопознание.ру – Путеводитель по тренингам
http://magic-kniga.ru/ – Magic-Kniga – гипермаркет эзотерики
http://katab.asia/ – Katab.asia – Эзотерритория психоккультуры – интернет издание
https://www.mfmt.ru/ – Международный фестиваль мастеров Таро
классические баннеры...
   счётчики