Перевод

Глава 2. Случай одержимости и экзорцизма, произошедшие в шестнадцатом веке

Анимус

Барбара Ханна

Анимус

Глава 2

Случай одержимости и экзорцизма, произошедшие в шестнадцатом веке

Для того, чтобы получить реальное представление о практической стороне анимуса, мы должны рассмотреть, как он проявляется в жизни человека. Для этого я взяла материал из очень впечатляющего документального источника, относящегося ко второй половине шестнадцатого века. В нём описан случай монахини по имени Жанна Фери, которая впала в одержимость в очень раннем возрасте и освободилась от неё когда ей было двадцать с чем-то лет посредством экзорцизма, который занял достаточно длительный период времени. Часть этого документа является автобиографическим материалом, в котором женщина сама описала свой опыт одержимости. В другой части рассказывается о завершающей фазе этого случая, включая длительный и утомительный процесс самого экзорцизма. Документ подписан юристом в присутствии архиепископа Камбрэ вместе с духовниками, врачами, свидетелями, включая сестёр женского монастыря, где Жанна была монахиней.

Возможно, читатель будет удивлён таким странным материалом, представленным в работе, которая претендует на описание нашего повседневного взаимодействия с анимусом. [37] Но в средние века у людей было ещё наивное отношение к этому явлению, и поэтому они могли описывать свой опыт гораздо более наглядно и просто, по сравнению с тем, что могут нам позволить наши собственные рациональные предрассудки. Этот материал по своему содержанию действительно экстремален, как и произошедший случай. Кроме этого, он описан с абсолютно другой точки зрения, отличной от современной психологии. Но прецедент действительно бесценен, так как основные явления, относящиеся к демонической природе фигур Жанны Фери, в существенных деталях схожи с проявлениями анимуса, которые мы наблюдаем сегодня с позиций юнгианской психологии.

Очевидно, что в то время этот случай приобрёл широкую известность. В 1586 году в Париже были напечатаны две версии этой истории, а в 1589 они были переведены и изданы на немецком в Мюнхене. К сожалению, мне ещё не удалось достать копию оригинального документа, но в «Христианском мистицизме» Йозефа Горреса есть статья об этом случае. [38] Отсутствие оригинала, конечно, является большим минусом, но мы сверили большое количество материалов, представленных Горресом с оригиналом из «Деяний святых», и, хотя информация в них тоже может не быть абсолютно достоверной во всём, мы сочли их достаточно надёжными. [39] Горрес значительно углубляется в подробности, я здесь привожу только основную линию повествования об этом случае, а далее кратко описываю схожесть духов Жанны с нашим современным представлением об анимусе.

Жанна Фери родилась примерно в 1559 году в городе Сор на реке Самбра, впоследствии она стала монахиней в монастыре Чёрных Сестёр в Монсе Эно в епархии Камбрэ. [40] Рассказ Жанны начинается с того, что она утверждает, что знала о том, что это было проклятие её отца, который отдал её дьяволу. (Очевидно, что у них были очень плохие отношения, сегодня мы бы назвали это выраженным негативным отцовским комплексом). Далее она рассказывает, что дьявол явился к ней, когда ей было четыре года в образе приятного молодого человека, предложив стать её отцом. [41] Так как он дал ей белый хлеб и яблоки, она приняла его приглашение и стала относиться к нему, как к реальному отцу. Пока она была ребёнком у неё были две отцовские фигуры, и второй отец защищал её от ощущения боли при ударах во время побоев. Это продолжалось до её двенадцатилетнего возраста, пока она, устав от жизни в монастыре, не вернулась к своей матери. Однако вскоре её мать отправила её снова в Монсе, отдав в ученицы к швее. По-видимому, здесь она оказалась полностью предоставленной самой себе. В этот момент к ней снова явился тот молодой человек и сказал ей, что раз она приняла его как отца, то теперь, повзрослев, она должна отречься от баптизма и всех обрядов христианской церкви в подтверждение принятого ранее соглашения и обещать жить далее согласно его воле. Он сказал, что так живут все, хотя сами и не рассказывают об этом. Он пригрозил ей страшным наказанием в случае её отказа и обещал, что в случае согласия она получит золото, серебро и любую изысканную еду, которую только пожелает. [42] После некоторого сопротивления она согласилась на всё, в то же мгновение пред ней предстало множество духов, которые заставили её подписать договор своей кровью. (Она была просто шокирована, потому что до этого никогда не видела больше двух подобных фигур одновременно или, в крайнем случае, трёх). Затем они положили договор в гранат и заставили её съесть его. Он был изумительно сладок...до тех пор, пока дело не дошло до последнего кусочка, который оказался таким горьким, что она едва смогла вынести его вкус.

С этого момента её захватила сильная неприязнь к церкви. Иногда её ноги становились настолько тяжёлыми, что она еле-еле могла дойти до двери. Однако она не могла разорвать эти отношения. Хотя духи и не настаивали на этом, но ей пришлось дать им возможность говорить через неё, чтобы они могли контролировать её исповеди. Естественно эти исповеди были полностью искажёнными, но достаточно занимательными, ей, по-видимому, приходилось признаваться во всём одному из своих духов, в особенности в том, что касалось любых праведных действий или молитв, а затем на должна была сурово наказывать себя. Она также была обязана во время мессы доставать изо рта хлеб и прятать его в свой платок, а после, несмотря не её желание сохранить его в чистом месте, он исчезал оттуда. [43] Духи учили её презирать всё, что связано с христианством и глумиться над богом, который не смог спасти себя от креста. Она безоговорочно верила им, верила, что Христос ни чем не лучше воров, вместе с которыми его распяли, и не могла больше соглашаться с тем, что люди могут уважать такого бога. Они убедили её в том, что она самая счастливая и особенная среди всех смертных.

После того, как она приехала в монастырь, она должна была подписать новый контракт с духами, обещав им навеки своё тело и душу, клятву надо было повторить снова вечером, когда она давала последние монашеские обеты. Она также должна была отречься от римского папы и «злого архиепископа», которому она давала свои христианские обеты. Дух, овладевший её речью, сделал её речь очень выразительной и остроумной и, чтобы не лишиться этого дара, она отдала одному духу свою память, другому свой рассудок, а третьему свою волю. По её словам, таким образом они вошли в неё и нашли себе пристанище каждый в своём собственном месте. [44] Они также завладели её телом, ещё раз представ для этой цели целым легионом демонов. Так называемый «дух крови», которого иногда называют дьяволом или даже господом крови, играет огромную роль в церемониях. (Это проясняется в отчёте об экзорцизме: казалось, что каждой частью её тела завладел отдельный дьявол, и поэтому архиепископу нужно было изгонять каждого по-отдельности). В дни покаяния они заставляли её принимать участие в пародийных причастиях, которые проводились в их честь и давали ей «изумительную пищу», а во время церковных празднеств заставляли её поститься. Один из духов, который нравился ей больше всех, по-видимому, постоянно находился с ней. Но некоторые из них были очень жестоки. В результате чего она постепенно становилась всё менее искренней в их почитании. Она даже пришла к такой мысли, что, если она была удостоена таинств, то это снизошло из божественного источника, следовательно ей нужно молиться Христу также, как и другим её богам. Это невероятно разозлило духов. Они заставили её взять кусочек хлеба для причастия и проткнуть его ножом. Жанна пишет, что когда она пронзила хлеб подобным образом, кровь потекла из неё, и вся комната наполнилась ярким сиянием. Она была очень напугана, когда все духи сбежали с ужасными воплями, а она осталась лежать измождённой одна на полу.

В этот момент она первый раз поняла, что её обманули. Когда она стала размышлять о тех знамениях, которые посещали её, она впала в отчаяние. Тем временем духи вернулись и поменяли свою манеру общения, начав упрекать её за подобное обращение с истинным богом, который, как они теперь утверждали, был и их богом тоже. Они ей сказали, что грехи её никогда не будут прощены, поэтому ей лучше последовать примеру Иуды Искариота и повеситься на своём кожаном поясе. Жанна дала его им в руки и сказала им, чтоб они повесили её, если они так хотят. Но, хотя они и пытались убить её любым способом, который только могли придумать, все их попытки проваливались. Ей тоже не удалось сделать это, несмотря на толпы духов, которые пытались помочь ей совершить самоубийство.

После этого жизнь Жанны превратилась в череду невыносимых страданий. Духи не давали ей исповедоваться священнику. И впервые власти начали замечать, что она ведёт себя не так, как подобает христианке и монахине. Делом занялся Луи де Берлимон, который в то время был архиепископом и герцогом Камбрэ. Он принял самое активное участие в изгнании демонов. И именно благодаря ему она в итоге освободилась, хотя сначала духи мешали этому. У Жанны было желание принять прибежище у него, но ей казалось, что он жесток и ужасен. Она говорила, что, несмотря на то, что духи терзали её самыми невыносимыми видениями ада и тому подобным, Мария Магдалина являлась как защитница и никогда не отступала от неё. Жанна уверяла, что всё это происходит в реальности, а не было просто выдумкой или игрой воображения.

Есть ещё некоторые факты в других документах, которые мы рассмотрим. Мы узнали, что весь процесс освобождения занял два года, хотя сам экзорцизм был произведён за один раз. Это потребовало самых серьёзных усилий со стороны экзорцистов, в особенности, от самого архиепископа и нескольких сестёр, которые помогали ему в этой работе. В действительности архиепископу пришлось проделать просто невероятно сложную работу. В один момент Мария Магдалина заставила его взять в свой дом монахиню, где она оставалась в течение года вопреки самым злобным сплетням, распространявшимся по всей епархии. Отношение самой Жанны менялось. Видение Марии Магдалины, которая впервые явилась, когда монахиня бросилась в ноги архиепископу, укрепило её желание обрести свободу. Однако, духи обладали над ней ещё огромной властью, и по большей части она оказывала сильное сопротивление и противодействие. Духи заставляли её совершить самоубийство или, как говорила Жанна Фери, жестоко швыряли её по всей комнате и даже через окно. Она постоянно ходила вся в синяках, её здоровье было в таком тяжёлом состоянии, что однажды её врач вместе с несколькими другими коллегами всерьёз поставили под сомнение возможность её выздоровления. В другие моменты рассудок покидал её, и она практически сходила с ума. Её окружали всеми святыми мощами, которые только могли достать, купали в святой воде и постоянно пытались изгнать из неё духов. Постепенно злые духи пресытились подобным обращением у покинули её, за исключением одного, который изначально олицетворял фигуру отца. Он сказал ей, что не собирается бросать её. Он сделал для неё всё: дал ей остроумие, интеллект и так далее, а если он её покинет, то она регрессирует до состояния четырёхлетнего ребёнка, до того возраста, когда она впервые стала одержимой. Она тоже не хотела, чтоб её разделяли с ним и упала к ногам экзорцистов, умоляя их оставить её всего лишь на один момент. Получив отказ, она закричала: «О, какое же это горькое расставание!» Она была в полнейшем отчаянии. Жанна уступила только тогда, когда главный экзорцист пообещал, что станет её отцом, а архиепископ будет её дедушкой.

После того, как последний дух покинул её, она лежала совершенно без сил, как обыкновенный, нормальный ребёнок, который только и может произносить: «папа», «дом», «хорошая Мэри». Архиепископу пришлось неоднократно повторять молитвы, чтобы к ней вернулась речь и освободились другие части тела, но даже после этого ей всё равно пришлось учиться всему заново, как ребёнку. На неё было наложено покаяние сроком на год, в течение которого духи постоянно возвращались, пытаясь снова обрести власть над ней. Мария Магдалина появлялась снова несколько раз, помогая ей обрести силу. Тем не менее, с Жанной периодически случались рецидивы, а однажды архиепископ подвергся настолько жестокой атаке духов, что ему едва удалось защитить себя и избежать смерти. [45]

Финальная сцена, которой я бы хотела завершить этот рассказ, является с нашей точки зрения особенно интересной. Жанна попросила всех священников и сестёр, которые ей помогали, встать вокруг неё, а затем в присутствии своей защитницы Марии Магдалины она начала окончательное сражение со своими духами. Жанна самостоятельно вела с ними длительные переговоры. (Это единственный случай, из всех, которые мне до сих пор встречались, когда пострадавшая сама ведёт разговор. Подобные переговоры часто встречаются в книгах, но ведут их обычно те, кто занимается изгнанием духов). Во время этого разговора, который к сожалению не был детально записан, Жанна несколько раз страдальчески кричала, что духи подвергали её невыносимым пыткам. Она также молила о помощи всех, кто присутствовал. Они неустанно молились за неё и, наконец, несмотря на то, что она была совершенно измученной, она с вышла из боя исцелившейся и победившей с высокой долей вероятности. Спустя короткое время пред ней снова появилась Мария Магдалина, которая заверила её, что они больше не вернутся. Наконец-то Жанна была в состоянии вернуться к нормальной жизни с другими монахинями прихода с тем условием, что архиепископ до конца её дней будет её исповедником и духовным наставником.

Так как многие из приведённых здесь подробностей могут показаться фактами, существующими на грани того, что можно называть сверхъестественным, я хотела бы процитировать небольшой фрагмент из «Психологии и религии». Юнг приводит краткое изложение точки зрения его психологии на подобный материал. Он пишет:

Это исключительно феноменологично в том, что касается явлений, событий, экспериментов, другими словами, фактов. Истинность этого является фактом, а не суждением. Когда психология, к примеру, рассуждает о мотиве непорочного зачатия, речь идёт лишь о существовании подобной идеи. Здесь не обсуждается вопрос, является ли это представление истинным или ложным в любом другом смысле. Подобная идея является психологической истиной ввиду факта своего существования. Психологическое существование субъективно, поскольку какая-либо идея возникает только у одного индивида. Но она будет объективной, если она распространена в обществе и является согласованным мнением. [46]

Нет сомнений, что этот документ был порождён общественным мнением, ввиду количества свидетелей в присутствии которых он был подписан. Более того, это один из сотен, а может даже из тысяч подобных отчётов. Таким образом, мы имеем дело с фактом, что общественное мнение было убеждено в реальности этого явления, а не занято обсуждением вопроса, присутствовали ли в действительности в этом случае сверхъестественные силы или нет.

По моему мнению, опыт Жанны с её духами - это пример, который невероятно ясно показывает, как анимус может завладеть сознанием женщины, отгородить от мира, завернув её в некое подобие кокона фантазий и представлений. Но, так как анимус символизирует её бессознательный ум, он в то же самое время может сделать её настолько интеллектуальной и даже остроумной, что она будет производить сильное впечатление на своё окружение, но вместе с тем у неё не будет возможности устанавливать с людьми взаимоотношения. Никто не замечал, что с Жанной происходит что-то неладное, пока она не оказалась в эпицентре жесточайшего конфликта. Именно тогда люди впервые поняли, что что-то не так. Для нас очень сложно осознать, до какой же степени одержимо человечество, и проблемы такой девушки как Жанна, могли бы с лёгкостью остаться незамеченными, потому что людям не казалось бы, что она так уж сильно отличается от многих других молодых девушке и женщин.

Конечно же, когда одержимость оказывает влияние на окружающий мир, достигая определённой силы воздействия, как это было в случае с Гитлером, к примеру, это становится очевидным для всех, кто находится за пределами заколдованного круга. Вот что пишет Юнг в своём эссе «Вотан» в 1936 году:

Что особенно впечатляет в случае явления, произошедшего в Германии, так это то, что один человек, бывший совершенно очевидно «одержимым», до такой степени заразил целую нацию, что всё пришло в движение и покатилось в сторону гибели. [47]

Эти слова были написаны в 1936 году и были подтверждены сполна последовавшими событиями. Но тот факт, что это стало возможным «в цивилизованной стране, которая, как предполагалось, давно уже переросла среднике века», является отражением нашего современного состояния сознания, и мы не можем позволить себе игнорировать это. [48] И возлагать вину на своего соседа будет совершенно бесполезно, потому что, делая это, мы позволяем проблеме укорениться в виде проекции и лишаемся любых возможностей что- то с этим сделать в нас самих. [49]

Многие женщины смогут обнаружить определённую схожесть с детским опытом взаимодействия Жанны с духами, если они глубоко задумаются над своим собственным детством. До сих пор некоторые дети убегают в воображаемый мир, населённый образами, которые не сильно отличаются от духов Жанны, когда внешний мир кажется холодным, чёрствым или невыносимым. Зачастую это выглядит достаточно безвредно и может принести свои замечательные плоды позднее в жизни, если с этим внутренним миром будет проведена сложная творческая работа, как это было в случае с сёстрами Бронте. Но если слишком долго потакать этому или использовать как средство убежать от ударов и разочарований внешней жизни, то это отдаляет ребёнка от отношений с окружающим миром и привлекает негативного анимуса, похожего на духов Жанны, и нам с нашим рациональным способом мышления он покажется таким же странным, как и этот средневековый язык. Возможно мы сможем приблизиться к пониманию, вспомнив, что анимус — это наш бессознательный ум, и многими его проявлениями являются наши мысли и убеждения. Мстительные побуждения, ощущение, что тебя неправильно понимают или недооценивают, ревность, «ждать своего шанса, когда я им всем покажу» - все подобные проявления являются выражением негативных аспектов нашего бессознательного ума, которые до поры до времени сокрыты в нас, как это было и во времена Жанны Фери. Во время обсуждения на конференции Эранос в Асконе Юнг однажды подчеркнул, что сам по себе анимус не является хорошим или плохим, это абсолютно двойственная фигура. [50] Он обретает дьявольские аспекты, когда цепляется за эгоистические потребности в человеческом существе.

Надо признать очевидным, что у Жанны было необычайно мало связей с внешним миром. И вряд ли её негативный отцовский комплекс был скомпенсирован матерью, так как она вскоре отправила Жанну подальше от себя на значительное расстояние. Более того, мать не сильно волновал вопрос, присматривал ли кто-то за девочкой, так как по словам Жанны, в период проживания у портнихи она была полностью предоставлена самой себе.

Её детские отклонения не привели бы её к такой ситуации, если бы они не были бы усугублены в более взрослом возрасте. Как я пыталась подчеркнуть в моём докладе «Проблема женских сценариев в Злом винограднике»: всегда возникают повторяющиеся моменты, когда нам выпадает возможность, изменить ход событий и увидеть, что делает анимус. [51] Подтверждение этому имело место в определённый момент: очевидно, что Жанна уже тогда знала, что поступает неправильно, как мы знаем, некоторое время она оказывала сопротивление. Интересно, что прямо за этим сопротивлением последовало явление целого «легиона» духов. Другими словами, она подтвердила своё согласие, санкционировав таким образом продолжение проявления дьявольских аспектов своего анимуса.

Мы можем наблюдать подобный процесс меньшего масштаба в нас самих каждый раз, когда мы позволяем проявиться мнению анимуса, после чего немедленно следует череда других суждений. Вернёмся на мгновение к нашему предыдущему примеру про потраченный впустую час у аналитика, когда мы оказались захваченными идеями анимуса. До тех пор, пока мы не соберёмся и не увидим, что мы сделали, нас автоматически будет захватывать череда сопротивлений, убеждений и аргументов. И как мы видели, мы вмиг идентифицируемся с нашей животной тенью, которая является совершенно бессознательной и захвачена анимусом также как это было в случае с Жанной.

Итак, чтоб сохранить свою остроумие, ей пришлось предоставить свою память, разум и волю в распоряжение трём разным духам. Любой читатель, у которого есть практический опыт в сфере анализа, несомненно распознает этот механизм. В некоторых случаях действительно кажется, что то, что было сказано, исказилось ещё до того, как достигло сознания пациента. Работа этого механизма становится в особенности очевидна, когда речь идёт о памяти. Часто возникает такое ощущение, что какой-то маленький демон постоянно трудится с целью стереть важные вещи и заменить их неуместными; умными, но при этом бессмысленными убеждениями. На мой взгляд в языке того времени эта тенденция присутствовала в особенности.

Достаточно интересно, что низвержение духов Жанны и первый шаг в направлении её выздоровления произошёл, когда она решила, что Христос тоже является её богом наряду с другими, и попросила о знамении. Однако в результате того, что подтверждение пришло с противоположной стороны, её швырнуло в невыносимый конфликт, во всё то, чего она так пыталась избежать. А духи начали вести себя так, как это наиболее всего присуще анимусу: они отказались от всего, что говорили раньше и начали упрекать её в том, что она отвергла истинного бога. И здесь мы видим как виртуозно анимус может перевернуть всё наоборот, когда это становится ему нужно и низвергнуть женщину в безнадёжное состояние неполноценности. Подобная преходящая двойственность, в результате которой вне зависимости от того, что случилось, вина оказывается возложенной на женщину, является ярким отличительным признаком анимуса в его негативном проявлении, в особенности, если это его собственные происки.

Наиболее светлым и несомненно вселившим надежду во всё происходившее, является, на мой взгляд, момент вмешательства Марии Магдалины, великой грешницы и любовницы. Жанне пришлось дойти до полного отчаяния, увидеть саму себя подобной Иуде Искариоту и попытаться понять логическую последовательность событий, произошедших до появления этого образа. Другими словами, она должна была дойти до самой бездны отчаяния. На психологическом языке Мария Магдалина стала проявлением её высшего Я. В материале мы не видим теневой фигуры. Можно сказать, что Жанна сама живёт на уровне тени, следовательно, это в любом случае будут её лучшие качества, которые были подавлены. Кроме того, на ранних этапах анализа, к примеру, образы тени и высшего Я зачастую появляются как единое целое.

Есть ещё два важных момента, которые упустил Горрес. Первое, это момент, когда Жанна бросилась в ноги архиепископу, и впервые в видении явилась Мария Магдалина. Это действие напоминает, как сама Мария Магдалина омыла своими слезами ноги Христа, умащивая их драгоценным миром. Мы видим, как это движение Жанны в сторону архиепископа стало началом высвобождения положительных, исцеляющих сил в её собственной психике. Горрес также не отметил тот факт, что автобиография, которая была записана, как было сказано, под диктовку Марии Магдалины, была написана Жанной в один присест, что может являться примером автоматического письма.

Марии Магдалине отводится роль избавительницы и совершенства. Во-первых, она представляет собой ту, которая была проституткой, грешной и раскаявшейся, что на психологическом языке означает взять ответственность за свою тёмную сторону. Таким образом, её вмешательство указывает на то, что Жанна не ищет лёгкого пути. Она должна увидеть, что она совершила и принять последствия этого. Второе, Мария Магдалина, как великая возлюбленная, представляет лучшую женскую защиту против одержимости анимусом. Женщина выбирает сердце в качестве основного проводника и прислушивается к своим истинным чувствам, вместо того, чтобы иметь мнение о том, как она должна себя чувствовать. (В действительности, здесь определённую роль играют психологические типы, но у нас нет времени углубляться в эту тему).

После вмешательства Марии Магдалины Жанна больше не может жить в подобной двойственности, находясь между католицизмом и миром одержимости демонами. Приближение любого образа высшего Я всегда срывает завесу лицемерия и иллюзий и сталкивает нас с тем, кем мы являемся на самом деле. Положение католической монахини, жившей почти четыреста лет назад, в действительности сильно отличалось от нашего. В результате экзорцизма одна противоположность изгоняется из психики для того, чтобы человек полностью отождествился с другой, естественно выбор подобного решения сегодня поражает нас своей неудовлетворительностью. Но в те времена это было единственно возможный выход, и даже в наши дни иногда встречаются случаи, когда кажется, что человек одержим «чужеродными духами» из коллективного бессознательного, что приводит к тому, что для таких людей становятся невозможными какие-либо отношения. Я слышала, как Юнг говорил несколько раз, что единственное, что можно сделать, так это помочь пациенту держать определённые аспекты анимуса под замком.

Практика экзорцизма несомненно не является такой уж редкостью в церковных кругах, как некоторые склонны полагать. Работу монахов капуцинов в этом направлении, к примеру, хорошо знают и глубоко уважают, по крайней мере, в Швейцарии. Признаюсь, однако, что я была приятно удивлена, когда узнала из Ньюджета Хикса, епископа Линькольна и бывшего викария Брайтона, что он сам не один раз занимался экзорцизмом. Он несомненно серьёзно относился к вопросу существования одержимости демонами и следовал советам специалистов относительно того, что нужно делать с духами, после того, как их изгнали. [52]

Совершенно очевидно, что решающую роль в исцелении сыграло обращение Жанны к архиепископу. Интересно, что позитивный аспект анимуса проявился только как проекция. У Горреса не упоминается ни Христос, ни какой-либо другой святой мужского рода. Архиепископ оказался в положении более или менее схожем с ролью современного психоаналитика, но он, конечно, работал с проблемой в контексте церкви, и это сильно отличается от того, с чем мы имеем дело сегодня. Интересно, что духи напали на него с такой силой, что ему едва удалось защитить самого себя (что всегда становилось самым ужасным моментом в экзорцизме).

Тот факт, что сама Жанна сыграла такую активную роль в финальной сцене своего освобождения, согласуется с современным опытом. Невозможно что-либо сделать, если у человека нет желания исцелиться, и пациентка сама не займёт активную позицию. Более того, тот факт, что Жанна на тот момент уже была в таких отношениях с людьми, окружавшими её, что могла попросить их о помощи, показывает, как далеко она уже отошла от остроумной, интеллектуальной, но одинокой девушки, которая, по её собственным словам, видимо, очень хотела произвести впечатление на своё окружение. Теперь у неё были прекрасные отношения с окружающими, и она могла показать свою слабость, она обладала достаточным смирением чтобы понять, что люди, которых ей так хотелось затмить, в реальности хотят ей помочь.

Появление «самой» Марии Магдалины, которая сообщила Жанне, что она окончательно свободна, согласуется с нашим собственным опытом, согласно которому, только с помощью высшего Я мы можем освободиться от одержимости анимусом. Как это хорошо известно, высшее Я представляет собой уникальный человеческий опыт, но в то же время, в нём есть и коллективный аспект, и он выходит далеко за пределы понимания или опыта любого индивида. [53] Также анимус может быть принципом индивидуации, обычно он транслирует чисто коллективную точку зрения. Юнг часто подчёркивал, что анимус думает как 11000 девственниц, то есть, его мнение - это статистика и цифры. [54] Мы можем увидеть это, когда он говорит Жанне во время того, как она первый раз подписала свой контракт с ним, что «все так живут, хотя, они, конечно, не рассказывают об этом».

Как и все исторические источники, история Жанны ценна тем, что даёт нам возможность сравнивать. Мы видим, как в ту эпоху относились к определённым психологическим явлениям и наблюдаемым психическим фактам, которые проявляются снова и снова из поколение в поколение, приобретая новые формы. Возможно, наиболее яркое отличие — это отношение к противоположностям. Наверно юнгианский психолог увидел бы ценность в этом последнем духе, осознав его двойственную природу и понимая, как помочь девушке преобразить его в функцию взаимосвязи сознания и бессознательного, понять, где правильное место в психике для анимуса и анимы, как часто говорит Юнг. [55] Но в те времена относительность добра и зла не была ещё полностью распознана.

Примечание

37. [Драматичные и эксцентричные симптомы, похожие на те, которые проявились у Жанны Фери, сегодня можно увидеть в материалах по психиатрии, описывающих тяжёлые и жестокие случаи насилия. Сегодня в 21 веке принято считать, что причиной подобных симптомов является насилие, которое повторялось неоднократно или длилось продолжительный период. К тому моменту, когда Барбара Ханна работала над этим материалом, в распоряжении психиатрии было менее 50 распознанных подобных случаев. Спустя какие-то сорок-пятьдесят лет, то есть уже в двадцать первом веке, Всемирная организация здравоохранения в своей Международной классификации болезней и Американская психиатрическая ассоциация в Диагностическом и статистическом руководстве по психическим расстройствам идентифицировали около четырёхсот случаев подобных отклонений. Психиатрические диссоциативные расстройства личности, более широко известные как расщепление личности, впервые получили профессиональное признание в конце предыдущего века, и были гораздо менее известны в психиатрических кругах в прежние времена. Таким образом, соотношение подобных симптомов с возможным психологическим или сексуальным насилием получило впервые широкое признание в психологической литературе спустя несколько десятилетий после того, как был написан этот документ. Тем не менее развитие не оказало отрицательного влияния на содержание работы, написанной Барбарой Ханной о Жанне Фери. Во втором томе данной книги представлены объёмные эссе и анализ материала самой Жанной Фери: смотрите обсуждение диссоциативного личностного расстройства в примечании под номером 41 и во втором томе данной работы. Ред.]

38. Joseph Gorres, Die Christliche Mystik,Band V (Regensburg: Verlagsanstalt GJ Manz, 1836-42), pp. 176Ff [Согласно Католической энциклопедии Йозеф Горрес (1776-1848) профессор Гейдельбергского университета, позже университета в Мюнхене, был одним из самых влиятельных католических и политических писателей первой половины девятнадцатого века. Die Christliche Mystik имело сильное влияние на христианскую веру и нанесло решающий удар по поверхностному рационализму, который превалировал во многих религиозных вопросах того времени в Германии. Ред.]

39. [Барбара Ханна пишет: «Незадолго до издания этой рукописи была прислана фотокопия оригинального французского издания из Парижской национальной библиотеки ("Histore Admirable et Veritable des Choses advenuse a l’endroict d’une Religieuse professe du convent des Soeurs noires . . . . ” A Pasi, chez Gilles Blaise, Libraire au mont S. Hilaire, a l’image Sainte Catherine. M.D. LXXXVI). У меня осталось время только на то, чтобы очень быстро сверить текст, но в результате моё мнение о том, что Горрес является надёжным источником, подтвердилось. Однако, оригинал значительно больше по объёму, в результате некоторые интересные и тонкие моменты оказались упущены. Эту книгу в более полном варианте стоит изучать и дальше». В продолжении эссе о Жанне Фери, которое появилось во втором томе, представлено обсуждение информации из оригинального источника. Ред.]

40. [Епархия расположена в северо-восточной части Франции и западной Бельгии. Ред.]

41. [Как уже упоминалось выше, в наши дни симптомы болезни Жанны Фери вероятнее всего были бы отнесены к диссоциативному расстройству личности, множественному личностному расстройству, симптомы которого могут возникнуть в результате неоднократных, тяжёлых и длительных случаев насилия в детстве. Случаи подобных злоупотреблений, то есть проявление жестокости и сексуальные надругательства, были достаточно распространены в прежние века, согласно данным французской судебно-медицинской экспертизы. Ред.]

42. [Это возможное описание интроекции значимых других, которое является ассимиляцией обличений, угроз и реальной меры наказания преступника, что является типичным для жертв насилия. Ред.]

43. [Это пример помрачения сознания и расщепления частей личности, что типично для диссоциативного расстройства. Ред.]

44. [Это дополнительные диагностированные симптомы диссоциативного расстройства, более широко известные как множественное расстройство личности. Ред.]

45. Не важно, как будут интерпретировать эти достоверно зафиксированные в документах события, очевидность этих психологических образов, даже если местонахождение их ограничено исключительно психикой Жанны, служат свидетельством явной силы и реальности психически независимого воплощения любой личной или исторической обстановки. В наше время можно видеть, как подобное психическое состояние драматичным образом влияет на непосредственное окружение, например, наблюдая, как симптомы личностных расстройств, диссоциативные личностные расстройства или острые психозы кого-то из членов семьи пагубно влияют и искажают восприятие и поведение других родственников. Ред.]

46. К. Г. Юнг «Психология и религия» (1940)

47. К. Г. Юнг «Вотан»

48. Там же

49. [На другой стороне реки. Ред.]

50. Возможно здесь Барбара Ханна ссылается на лекцию Юнга «Феноменология духа в сказках», которую он читал в 1945 году на Эраносе в Асконе в Швейцарии. Позже эссе было напечатано в Собрании сочинений, том 9, там же, где он утверждал, что «никогда нельзя быть уверенными на 100 процентов, являются ли добродетельными образы духов, появляющиеся в фантазиях. Зачастую они обладают двойственными качествами, а могут быть и откровенно злыми». Далее он упоминает более положительные образы анимуса: мудрый старец, наставник, волшебник, священник, учитель, дедушка, добрый гном или животные-помощники и так далее. Он также отмечает их роль в энантиодромии между добром и злом. См. К. Г. Юнг «Феноменология духа в сказках».

51. Барбара Ханна «Проблемы женских сценариев в Злом винограднике» Гильдия пастырской психологии, лекция 51.

женская индивидуация

Похожие переводы

  class="castalia castalia-beige"