Перевод

Глава 4. Олимпийские Боги

Вечная Драма: внутренний смысл греческой мифологии

Эдвард Эдингер

Вечная Драма: внутренний смысл греческой мифологии
Глава 4

Олимпийские Боги 

 

    1. Зевс, Посейдон, Аид

Давайте начнем с Зевса. Он был наивысшим авторитетом и принадлежал к троице, олицетворявшей отцовски принцип, которая включала Зевса, Посейдона и Аида. Эту Олимпийскую триаду можно рассматривать в качестве разных проявлений одного и того же базового принципа. Но Зевс – верховное божество, и именно он из всего пантеона близок к наиболее полному воплощению Самости, даже учитывая то, что он представляет только ее маскулинный аспект. Зевс был богом неба, ассоциируемым с ветром, дождем, громом и молниями, он был повелителем духовных явлений, так как небо и проявления погоды обозначались как духовная сфера. Зевс был носителем справедливости и правосудия, воплощением законности и карателем нарушителей, на которых он обрушивал молнии. Он был олицетворением творческой энергии, которая постоянно выплескивалась в неустанном стремлении насыщать, обогащать, оплодотворять, что объясняет его постоянные любовные похождения.

Это была энергия, постоянно стремящаяся воплотить в реальность новые грани сознания и свои плоды. Не многие из длинного списка любовниц Зевса могут похвастаться счастливой судьбой. Гера, феминное воплощение Самости, яростно боролась с подобными развлечениями своего мужа, карая любовниц Зевса. Например, после любовной истории с прекрасной Ио Зевс превратил ее в белую корову, дабы она могла спастись от мести Геры. Эта хитрость не возымела желаемого результата, и Гера послала оводов, которые жаля, преследовали Ио по всей земле. Такое поведение типично для ревнивой Геры. При помощи этих образов мы познаем, что божественная творческая энергия течет в мире людей, определенные типы реагирования исходят от богов, и даже ревность также исходит от них. Ревность проявляется так как любой прирост Эго должен быть оплачен наказанием за присвоение божественной энергии. Этот психологический факт многократно проиллюстрирован романами Зевса с земными женщинами. Эти связи и приступы ревности Геры часто представляются комическими в сагах про богов. Однако мы должны помнить, что эта архетипическая динамика находит свое воплощение в судьбах людей, и поэтому ее стоить воспринимать скорее как трагическую.

Образ Зевса и его любовниц является ранней формой того архетипического феномена, который позже проявляется в христианском Благовещении: объединении божественного и человеческого. Благовещение, встреча Марии и Святого Духа, является более легким вариантом встречи, но дальнейшая судьба Христа, плода их союза, далеко не так легка.

В этом мифе мы сталкиваемся со странным феноменом противоположности целей деятельности Зевса и Геры. Зевс жаждет создавать, производить все больше и больше потомства от разных матерей, роль Геры – негодовать и пытаться воспрепятствовать этому или карать женщин, уступивших желаниям Зевса. Это немного похоже на то, что мы встречаем в книге Иова: Господь разделился внутри себя, второй его частью явился Сатана. Здесь мы видим некую амбивалентность мира архетипов, который не обязательно заинтересован в комфорте и благополучии человеческого Эго; они могут быть больше заинтересованы в чем-то, лежащем за пределами того, что Эго способно понять и оценить.

Глубже понять образ Зевса нам поможет обращение к первой гексаграмме И Цзин, которая называется Творчество. И Цзин, древняя китайская книга для предсказаний, говорит об этой гексаграмме: «Шесть сплошных линий. Эти сплошные линии говорят о первичной силе, силе светоносной, активной, мощной и о духе … Ее суть – мощь и энергия. Это образ рая.»iИтак, здесь мы имеем дело с архетипическим образом, который может проявить себя и воплотиться в разнообразии форм в разных культурах, но его внутренняя суть останется неизменной.

Как этот фактор проявляется в психологии? Не трудно выделить то, что мы могли бы назвать Зевсовым темпераментом. Зевсов темперамент формирует определенный тип мужчин – мы рассматриваем маскулинный феномен – они деятельны, результативны, самоуверенны, являются воплощением нравственного авторитета и способны обрушивать молнии на нарушителей закона. Также мы можем сказать, что такие мужчины обладают темпераментом Яхве, так как Яхве и Зевс практически идентичны по своим базовым характеристикам. Этот принцип также может переживаться внутренне. Если индивид впадет в бессознательную идентификацию с ним, то вскоре он обнаружит что действует и реагирует так, как будто бы он сам - Закон, Верховный Властитель. Вступая во взаимодействие с этим образом объективно, не впадая в идентификацию с ним, мы можем обрести способность к объективному суждению и оценке.

Вот пример того, как феномен Зевса проявился в снах молодого мужчины, который раздумывал над возможностью оставить жену с детьми ради увлечения молодой состоятельной особой. Богатство этой молодой особы прельщало его так же сильно, как и ее красота. В период раздумий ему приснился сон:

«Я стою посреди улицы и смотрю на серое, неспокойное небо. Сквозь грозу проскальзывают сиюминутные солнечные проблески ясной погоды. Видимо, я обдумываю отправится в какую-то поездку, и погода является немаловажным фактором в принятии решения. Справа от меня собралась группа старейшин, которые разговаривают между собой. Я спрашиваю их: «Как вы думаете, мне стоит отправляться в путь? Мне кажется, что небо проясняется». Старейшины все как один качают головами. Я отказываюсь прислушиваться к их совету и начинаю двигаться прямо по направлению к грозовым облакам. Я делал буквально два шага и небеса разверзлись, из них появилась огромная, коричневая рука, она подхватила меня и направила в противоположную сторону.»

В приведенном примере мы встречаем необычную комбинацию факторов: погода и небо в сочетании с трансперсональным властителем. Это точное олицетворение первоначального бога неба. Он проявляет себя в погоде, и это верно и по сей день, хотя сейчас мы думаем о нем как о «внутренней погоде».

Зевс – персонификация закона и справедливости, того «что может быть/существовать» и чего «не может быть/существовать». Это не произвольно определяемые факты, но имеющие объективное основание в психике. Эго может ошибочно полагать (подобно антагонисту в Платоновском «Государстве»ii), что они не существуют вне воли сильнейшего. Эти мифологические образы морального авторитета, задающие многие человеческие принципы законности и справедливости, напротив, возникают из глубины психики.

Посейдон, брат Зевса, обладает подобным авторитетом, но он олицетворяет власть «идущую снизу» в противовес власти «спускающейся сверху». Он повелитель морей, но земля также ему подвластна, ибо он может сотрясать ее, порождая землетрясения и приливные волны. Посейдон – «земная версия» Зевса или Бога, проявляющегося из глубин психики или из внешних обстоятельств. Он может ощущаться во влиянии конкретных жизненных событий-обстоятельств, неподвластных нашему влиянию.

В И Цзин 51 гексаграмма, именуемая Пробуждение (Шок, Потрясение), может выступить аналогией к принципу Посейдона: «Линия янь развивается ниже двух линий инь и с силой прорывается наверх. Это движение настолько мощно, что вызывает ужас. Эго символизирует гром, исходящий из-под земли, удары которого повергают в ужас и трепет». Мы полагаем, что гром исходит от небес, но в категориях психологии, китайская концепция громо, исходящего снизу, абсолютно точна. Когда человек переживает «внутреннее землетрясение» это очень похоже на «гром земли» («дрожь земли»). Далее в И Цзин говорится:

«Сотрясение, возникающее в результате проявления Бога внутри земли, повергает человека в ужас. Но этот страх Божий полезен – за ним могут последовать радость и счастье… Благородный муж всегда преисполнен благоговения перед проявлениями Божьими, он направляет свою жизнь на поиски своего сердца, чтобы в нем не было никаких скрытых противоречий Божьей волеiii».

Посейдон – это Зевс, появляющийся снизу. Сны о приливных волнах и землетрясениях указывают на активацию принципа Посейдона – определенные события сотрясают основы индивида. Тип личности Посейдона очень похож на тип личности Зевса, но его авторитет и эффективность более склонны проявляться в конкретной области власти – политической и экономической – в отличии от более обширных интеллектуальной или духовной силы Зевса.

И напоследок остановимся на Аиде, последнем из троицы. Единственный миф, где он активно задействован – история Деметры-Персефоны – в котором он изображен в качестве похитителя и заточителя в царстве мертвых.

Так что Аид в некоторой степени разделяет с Гермесом позицию властителя бессознательного, Подземного мира. Более поздний его образ фактически становится персонификацией смерти, призывающей своих жертв. Другое позднее имя – Плутон – связывает его с богатством и таким образом Аид наделяется амбивалентными качествами. Трудно определить тип личности-Аида, хотя случай пациента, чей отец был гробовщиком, наглядно иллюстрирует проекцию образа Аида на отца – маленьким мальчиком приходя в похоронную контору отца и видя трупы, пациент верил, что это его отец убил всех этих людей. Конечно же, в духовном аспекте Аид, которого иногда приравнивают к Дионису, мыслится как владыка некромантии (nekyia, обряда, с помощью которого вызывались призраки и у них спрашивали о будущей), путешествий в Подземный мир, и следовательно, он понимался как управляющий феноменами смерти и возрождения, что точно отражает его роль в истории Деметры-Персефоны.

    1. Аполлон

Атрибуты Аполлона – солнце, свет, ясность, правда. Он олицетворяет принцип рационального сознания, который, будучи воплощенным во многих позитивных и героических фигурах, претерпевал определенные трудности при появлении на свет. Терзаемая ревностью Гера преследовала мать Аполлона, Лето, так что не было на земле места, где она могла бы родить. В конечном итоге Аполлон был рожден на плавучем острове Делос, и обстоятельства его рождения показывают нам насколько условным способом свет сознания впервые пришел в мир. Как только Аполлон родился, остров пусти корни, стал «твердью земной». Данный факт раскрывает нам обстоятельства того, как божественное может реализоваться в человеческом мире. Неокрепшее Эго не сможет служить ему пристанищем. Божественное может войти в более шаткое сознание, «плавающее существо», которое затем пускает корни и обретает основу. В качестве примеров можно привести некоторых творческих личностей.

Аполлон убил Дельфийского Пифона (Python of Delphi), в его владения перешел Дельфийский оракул – так он проявил себя как покоритель бессознательных страхов. Его золотые волосы подобны солнцу, он – лучник, стреляющий стрелами озарения и/или смерти; он – бог музыки и лиры. Целительство также сфера покровительства Аполлона, он отец Асклепия – бога медицины. Музы – часть его свиты, так что музыка, история, драма, танец, поэзия - все они под его покровительством. Мы взываем к музам, когда нуждаемся во вдохновении.

Аполлон также наделен негативными аспектами. Марсий (Marsyas), осмелившийся бросить вызов Аполлону и состязаться с ним на музыкальной дуэли, после своего проигрыша был освежеван, что символически изображает обнажающую силу света. Стрелы Аполлона символизирует лучи света, дающие ясность и понимания, но также они могут нести смерть. «Илиада» начинается с описания страшной моровой язвы, которую наслал на греков Аполлон за то, что они оскорбили одного из его священнослужителей. Стрелы смерти Аполлона снова поразили свои мишени, когда царица Ниоба (Queen Niobe), чрезмерно гордившаяся своими семью сыновьями и семью дочерями унизила его мать, Лето, из-за того, что у нее были только сын и дочь. На Ниобу обрушился гнев Аполлона и его сестры, Артемиды, которые по очереди застрелили ее детей, оставив в живых только одного сына и одну дочь. Мощный свет Аполлона опасен сам по себе. Влюбившись в нимфу Дафну (Daphne), Аполлон преследовал ее и так сильно испугал, что она превратилась в лавровое дерево, дабы избежать его объятий. В своем «Гимне Аполлона» Шелли (Shelley) прекрасно отображает принцип Аполлона:

«Я стрелами-лучами поражу

Обман, что, Ночь любя, страшится Дня;

Я злым делам и помыслам грожу;

В сиянье, исходящем от меня,

Любовь и честь по-новому жива,

Пока не вступит Ночь в свои права.

Я – мирозданья око; им оно

Узрит свою бессмертную красу;

Искусство с жизнью мною рожденно,

Целенье и прозренье я несу;

Вам песнь гармонию лила,

За то ей – победа и хвала.»iv

Гимн Шелли воспевает власть и силу сознания, его способность к истине; Аполлонической личностью является тот, кто усилил эти качества за счет своей темной, Дионисийской стороны. Во внутреннем опыте личности Аполлон переживается через сны, в которых главную роль играют свет, освещенность, светловолосые молодые люди.

    1. Гермес

Гермес чаще всего изображается к головной уборе и сандалиях с крыльями и жезлом (керикеон позже преобразовавшийся в кадуцей). Он – божественный посланник, и, следовательно, имеет сходный с ангелами символизм; он – бог ветра и передвигается с ветром. Гермес – бог откровений, приносящий сны, проводник по темному пути и психопомп. Гермес сопровождает души в Подземный мир, также как он сопровождал Орфея, когда тот искал Эвридику. Он также характеризуется как умелый пастух-пастырь, направляющий овец и людские души. Более поздний образ Христа как доброго пастыря происходит от этого образа Гермеса. Согласно Аристофану, из всех богов Гермес был наиболее дружелюбен к людям.

В Древней Греции Гермес был богом границ. Общепризнанно, что его имя происходит от слова «herm», как называли груду камней, отмечающую границу. Однако, как это часто бывает, бог «чего-то» – это тот, кто превосходит это «что-то», выходит за эго пределы. Итак, хотя Гермес и предстает как гарант границ человеческого мира – он вне их. Гермес – великий «переходящий», нарушитель, пересекающий границы, бог путешественников и покровитель купцов, главных путешественников того времени. В своем темном аспекте он также выступает как покровитель воров – в первый же день после своего рождения он угнал скот Аполлона. Он пересекает границу между «мое-твое». Гермесов принцип может ввести в заблуждение принцип Аполлона: Гермесу нет нужны всегда быть правдивым. Он может быть амбивалентным, притворным, хитрым, что позволяет ему входить туда, куда никогда не смогут проникнуть абсолютные истина, ясность и свет.

Он – чародей с волшебным жезлом и его способность пересекать границы делает его посредником между людской и божественной сферой или в психологических терминах – между индивидуальной психикой и бессознательным. Он помогает героям, проводит по неведомым землям; указание на некоторые его функции содержится в его имени – например, герменевтика – наука о толковании священных текстов, извлечении тайного смысла. Мы также можем сказать, что Гермес – бог-покровитель глубинной психологии, так как она устанавливает связь между сознанием и глубинами бессознательного и постоянного пересекает границу между ними, что относиться к функциям Гермеса.

Сверхъестественные, необъяснимые явления также связывались в Гермесом. Когда посреди разговора внезапно наступала тишина, древние имели обыкновение говорить, что это Гермес сошел. В современных терминах мы могли бы охарактеризовать Гермеса как создателя синхронностей, устроителя неожиданных совпадений, которым мы не можем дать рационального объяснения.

Доминирующая черта типа личности Гермеса - интерес к скрытому, тому, что лежит под поверхностью; такие люди являются носителями тайных знаний. Они увлечены раскрытием символизма и тайн, выходят за границы обыденного человеческого понимания. Если индивид впадает в идентификацию с гермесовым принципом, то у него возникает компульсивная потребность искать во всем скрытый смысл и взаимосвязи, что делает человека чрезмерно надоедливым и занудным. Так проявляется негативная идентификация с этим принципом. Если мы встречаемся с этим принципом внутри себя, то он может стать объективным внутренним проводником к бессознательному. Показательным примером здесь может послужить функция Вергилия в «Божественной комедии». Вергилий был Гермесом Данте, его психопомпом в Подземный мир. В снах персонажи, указывающие на гермесов принцип, как правило, обладают крыльями, связанны с ветром, это носители духа посредничества: у них «по одной ноге в каждом мире», и, следовательно, они могут выступать проводниками между мирами.

    1. Арес

Арес был богом войн, распрей, борьбы. Его сестра Эрида была богиней раздора. При каждом своем появлении она затевала распри, именно Эрида бросила золотое яблоко раздора, приведшее к Троянской войне. Принцип Ареса – агрессивная энергия. В мифах он предстает преимущественно как любовник Афродиты, что указывает нам на взаимосвязь этих двух принципов. Когда Гефест, муж, которому Афродита «наставила рога», узнал о происходящим между Афродитой и Аресом он смастери сеть, в которую поймал любовников за их занятием. Это указывает нам, что при помощи определенных психологических навыков мы можем поймать сырые энергии похоти и агрессии и представить их пред светом сознания.

Психологическими проявлениями принципа Ареса являются агрессия и прения, «борьба ради самой борьбы». Это установка борца, установка полемиста, который гораздо больше заинтересован в процессе борьбы, а не в ее сути. Также этот принцип воплощает мужество и способность к агрессивному самоутверждению. Профессиональные спортсмены, адвокаты, военные относятся к этому его аспекту. Здесь в качестве показательного примера можно привести генерала Джорджа С. Паттона (George C. Patton). В киноленте «Паттон» отображено благоговение генерала перед военным искусством, можно сказать, что он – истинно верующий в храме Ареса.

Во внутреннем опыте принцип Ареса возникает в ситуациях, требующих агрессивной энергии. Гераклит сказал: «Война – отец всего сущего»v и в определённом смысле готовность к борьбе за свой выход из прежнего состояния или за выход из коллективной идентичности является необходимым условием психологического развития. В качестве примера действия этого принципа мы рассмотрим пример человека, борющегося со сложными проблемами. Во сне голос говорит эму: «Это будет решено на поле Марса». Эти слова должны заставить его принять необходимость борьбы. Интересно то, что сон дает совет в старинной манере – на поле Марса – указывая на архетипический аспект этого конфликта. И совет архетипической сферы однозначен – бороться с достоинством.

Гомеров «Гимн Аресу» вероятнее всего был написан в VIII веке до нашей эры. Неизвестный вопрошает о милости Ареса:

«Арес, сверхмощный боец, колесниц тягота, златошлемный,

Смелый оплот городов, щитоносный, медянооружный,

Сильной рукой и копьем, неустанный, защита Олимпа,

Многосчастливой Победы родитель, помощник Фемиды,
Грозный тиран для врагов, предводитель мужей справедливых,

Мужества царь скиптроносный, скользящий стезей огнезарной,
Меж семипутных светил по эфиру, где вечно коней ты

Огненных гонишь своих по небесному третьему кругу!

Слух преклони, нам помощник, дарующий смелую юность,
Жизнь освещающий нам с высоты озарением кротким,
Ниспосылающий доблесть Аресову. Если бы мог я
Горькое зло от моей отогнать головы, незаметно
Разумом натиск обманной души укротить и упрочить
Сызнова острую силу в груди, что меня побуждала
В бой леденящий вступить.»

Ареса просят освободить просящего от чрезмерной идентификации с богом, так как он не хочет бросаться в бой. Гимн продолжается:

«Ниспошли же, блаженный, мне смелость,
Сень надо мной сохрани неколеблемых мирных законов,
И да избегну насильственных Кер и схватки с врагами!
vi»

Удивительно, что уже в восьмом веке до нашей эры Аресу молились как дарителю мира. Если мы не установим связь с этим принципом, то высока вероятность того, что мы станем жертвой его негативных проявлений. Если мы не способны бороться, когда этого требует ситуация, если мы не можем вызвать агрессивную энергию, когда она необходима, она овладеет нами каким-либо другим способом: мы будем жертвой чьей-либо агрессии либо же наша собственная энергия агрессии будет проявляться неадекватно. В качестве примера можно привести одного из моих пациентов, неоднократно имевшего неприятности с полицией, вместо того, чтобы применить свою агрессию в более подходящих для это областях жизни, например – направить на свои зависимости, что позволило бы ему стать более успешным человеком. Для него было бы полезным молиться Аресу дабы тот даровал ему избавление: «натиск обманной души укротил и упрочил
сызнова острую силу в груди, что меня побуждала
в бой леденящий вступить.»

    1. Гефест

Гефест, бог-кузнец, был повелителем огня и покровителем работающих с ним – металлургов, мастеров. Он был рожден только от одного родителя, как и Афина, и сразу же после своего рождения был отвергнуть своей матерью, Герой, из-за его уродства и ущербности и сброшен с Олимпа на землю. Можно провести некоторые аналоги между судьбами Гефеста и Люцифера, так как она описана в «Потерянном раю» Мильтона.

Гефест – единственный бог, настолько тесно связанный с землей, что она стала его царством, он олицетворяет божественную силу, спустившуюся на землю и установившую связь с земной реальностью. Он – предвестник Инкарнации (воплощения божества в Христе). Гефест работает в опредмеченной реальности, так как привязан и земле, и выступает как архетипический фактор, который действует в рамках личности и конкретной реальности. Он изобретатель функциональных, полезных, хитроумных и красивых устройств, творящий художник.

Спутниками Гефеста были кабиры (Cabiri) – дактили, таинственные хтонические боги-карлики, в равной мере связанные с творчеством и уродством, дефектами. Гефест олицетворяет креативность, которая развивается из дефекта или нужды; только он воплощает в себе несовершенство в Олимпийском царстве совершенных существ. Это наделяет эго особой ценностью, по крайней мере, для человечества, так как у несовершенного человека появляется партнер из сферы божественного; и партнерство это связанно с творчеством. Психологически это обозначает, что архетипические силы вошли в индивидуальную реальность и привнесли творческий импульс в земное царство. Предполагается, что творчество рождается из чувства ущербности или неполноценности, несоответствия требованиям кого-то значимого и требует чрезмерных усилий. Принцип Гефеста: «Голь на выдумки хитра. Нужда – мать находчивости». Гефест был женат на Афродите, у которой была любовная связь с Аресом, так что он предстает архетипическим «рогоносцем». Возможно, в данных обстоятельствах, он также может символизировать творческий аспект импотенции. Гефестов принцип развиваясь разделяется на два «потока»: с одной стороны, в художника и ремесленника, с ударением на красоту, с другой стороны – в инженера и механика, делая акцент на полезность. Алхимики сочетали гермесов и гефестов принципы, так как работали одновременно с символическими, философскими вопросами, аспектом Гермеса, и конкретными материалами, аспектом Гефеста. Разделение этих принципов произошло в VII веке и принцип Гефеста продолжил самостоятельно развиваться как сфера науки и техники. Только сейчас Гермесов принцип начинает вновь актуализироваться в глубинной психологии, которая не ограничивает себя лишь принципом Гермеса, но рождает новых союз этих принципов. Глубинная психология – не просто абстрактная теоретическая доктрина, но практическая деятельность, которая включает Гефестов принцип в развитие психотерапии.

Представителей характера Гефеста по большей части мы можем найти в среде художников и ремесленников, тех, кто живет красотой и тех, кто живет практичностью – мастеров и производителей. Представители этого характера «работают руками», с земными, конкретными проявлениями: трудотерапия, практические, эмпирические занятия, все виды мастерства.

Когда мы рассматриваем мужскую часть Олимпийского пантеона, исключив Зевса и его братьев, мы видим, что Аполлон, Гермес, Арес и Гефест являют собой четыре принципа функционирования мужской психики. Мы можем вообразить их работающими над грандиозным проектом шестидесятых – высадкой человека на Луну. Человек-Аполлон – это ученый, проектировщик и идеи, которые позволили воплотить этот проект в реальность; человек-Гефест – инженер и заводской рабочий, произведший аппаратное оборудование и приборы; человек-Арес – астронавт, наделенный мужеством, отвагой и агрессивной энергией для того, чтобы совершить путешествие; и человек-Гермес – тот, кто еще придет, возьмет больше, символическое значение высадки человека на Луну.

 
 
 
 
мифология, индивидуация

Похожие переводы

  class="castalia castalia-beige"