Перевод

Вступление

Безумие и творческие способности

Энн Белфорд Уланов.

Сумасшествие и творческие способности

Вступление

Предисловие Дэвида Росена

Предисловие редактора цикла

Дэвид Розен

Размышления Энн Уланов над@ Красной Книгой» резонируют моим. ホна права, что чтение этой книги осаждает кризис. Как говорили китайцы, что кризис и опасен, и также дает возможность росту и развитию. Чтение Красной Книги вернуло мои собственные воспоминания о суициде. Так что будьте готовы всковырнуть свою скорлупу, или погибнуть . Следовательно, я рекомендую создать или присоединиться к группе для чтения и обсуждения занимательных книг Юнга. Я так же предлагаю присоединиться к юнгианскому обществу или юнгианскому аналитику, если надо. «Красная Книга» огорчающая, даже шокирующая, и все же спокойствие после бури. В конце концов усваивание отличной книги Уланов поможет всем попробовать прочитать великую работу Юнга. Красная Книга и вдумчивые рефлексии Уланов напоминают мне мнения смелых личностей, которые творчески обработали их собственный опыт сумасшествия: William James, Clifford Beers, James Hillman, William Styrmon и Kay Redfield Jamison, названы совсем немногие. Например Jamison написал великолепную работу о сумасшествии и творческих способностях. Все эти души, включая Юнга, чувствовали себя попутчиком на пути к дикой, темной и не отмеченной на карте землей.(1)

Синхронистически, как Уланов, я всегда был сконцентрирован на свете и тьме и терапевтической природе креативных искусств. Stanton Marlan, предыдущий автор « Фэй», так же выделяет свет и тьму как критический терапевтический процесс. В дополнение к «отпущению и погружению на глубину» я одобряю жертвоприношение эго или «правящего принципа» и перерождение аутентичной самости. Эго вторично по отношению к тому, что за его границами, что походит на своего рода высшую силу(2) Известная правда: вот почему я тяготел к Юнгу, а не Фрейду.

« Красная Книга» о разрыве Юнга с Фрейдом и его путешествии в психический ад и обратно, то есть трансформация его сумасшествия в творческую цель. Справедливо Юнг включает в свой процесс зло. Как еще мы можем узнать добро без знания зла?

«Красная Книга» Юнга и размышления Уланов над ней честны и иллюстрируют бессмысленность, убийственную ярость, тьму, безнадежность и их энантиондромии в путеводную звезду смыслов, радости, вдохновения и надежды. Последние три позитивных признака – заглавие первой книги «Серии Фэй” Вураны Каст (3)

Ключ к этому всему, как завещал Боб Дилан, «ты должен служить кому то». Иными словами мы должны служить чему то вне нас, что притягивает меня к Эммануэлю Левинасу и его «Этике и Бесконечности»(4). Левинас поддержвает, что «бытие», ка описанное Мартином Хайдеггером, не достаточно, что-то за пределами бытия (или эго) обязательно после одного взгляда в глаза злу и проходит через личный опыт смерти и перерождения. Это борьба с Богосоздательным вместилищем, таким существенным для каждого индивида и для выживания планеты Земля.

После того, как Уланов дала свои лекции Фэй, я почувствовал к ней родство. Да, мы оба были Юнгианцами, но это было большее. Я чувствовал, то она моя родственная душа. Это выдающаяся книга мудрого человека.

DHR

C o lleg e S ta tio n , T exas, a n d E u gen e, O reg o n

Благодарность

Моя неизменная благодарность Каролине Фэй, которую я встретила в ее Хьюстонском Центре много лет назад, когда мой недавний муж Барри Уланов и я читали там лекции. Я была поражена качеством ее творческого присутствиея, выраженном в искусстве, музыке, танце и презентациях. Тот дар Юнга, который дала Каролин в течение лекций Фэй, без рекомендованной литературы, продолжает ее дар Юнгианской аналитической психологии многим поколениям. Мои теплые благодарности Дэвиду Розену и его комитету для привлечения меня к лекциям Фэй в 2012 году и за руководство лекциями и их прекращение в книгу. Мое горячее спасибо Джудит Херрик Беард за ее неизменные навыки и доброту в перепечатывании моих набросков в манускрипт.

Введение

Сумасшествие и творческие способности разделяют родство. Эти четыре главы представляют две половинки целого. Две первые- рассуждение над формами сумасшествия. Главу I занимает само по себе сумасшествие, разлом, развал, пролом в нашу личную жизнь. Сумасшествие реально, мы знаем об этом, мы можем быть разрушены отказом, заключены беспорядком пост-травматического стресса от войны или насилия. Люди говорят, что в анализ их привело сумасшедшее чувство. Высоко функциональная женщина говорит о боязни сойти с ума. Помощник приходит в ее фирму так как ее жизнь в тупике, ее жизнь приостановлена. Профессор приходит так как в середине ее лекции ум опустошается и она замолкает. Мужчина приходит из за необходимости рассказать свою историю, найти его нить в череде годов безработицы, несмотря на сотни предложений и пол-дюжины интервью. Мы все знаем о сумасшествии, имеем свой собственный сорт в биографии, соседстве, стране и месте в истории. Мы имеем место.

Сумасшествие смещает нас из наших тел, нашего разума. И все же среди сумасшествия появляются точки света. Юнг звал их искрами. Они действуют как творческие точки, указывающие на что то светлое, многообещающее (1). Напряженные вместе, точки создают дорогу, которая может превратить сумасшествие во что-то творческое.

Эти размышления над моими клиническими работами близки тому, что Юнг открывает в высоте его достигнутого богатства, славы и счастья: существенное иногда остается упущенным, его душа, и он отправляется на ее поиски. Его дорога сходит в хаос. Там он встречает многих других, кто представляет другое само по себе, во множестве форм, точек зрения, которые отменяют его верования и оставляют его в смущении, блуждании, невевежестве. С Юнгом что-то случается, и когда мы читаем «Красную Книгу» что то случается и с нами. К нам обращаются, на вызывают, нас толкают найти то важное, недостающее, что оживляет целостность, множественность, что составляет сложность жизни. Разрушение всего, на что опирался Юнг как на рациональное, научное, хорошее, достигнутое путем мышления разбивает его видение мира и погружает его в бессмысленность «другой стороны жизни». Он теряет свое видение хорошего и обличает зло, смотрящее на него.(2)

Во II главе рассматривается сумасшествие в мире. Личный опыт сумасшествия открывает нам коллективную тревогу о бессмысленности. Мы боимся потерять надежную хватку за принципы порядка и дебатов в правительстве, доверия и социальной доброжелательности, и честности, только использование, но не злоупотребление коллективной властью. Но хуже то, что мы боимся потерять способ обдумывания смысла, представить себе восстановление основополагающих истин. Везде мир извергает насилие и грабительское отношение к ресурсам земли, воды, животных и растений, даже воздух. Войны, их насильственные последствия, геноцид, захват как гражданских, так и солдат, оглушает и пугает нас. Паттерны коллективной жизни кажутся разорванными. Отсутствие мифического содержания объединяет нас с достаточным количеством отличного от нас.

Работа над нашим личным сумасшествием ведет нас в глубокую тревогу, есть ли там точное значение, от которого можно зависеть? Офис аналитика не закрыт от мира, мир живет в наших клинических сессиях. Мы смотрим на что-то вне нас для отпоры когда теряем работу, но наша безработность появляется в следствие экономического спада в стране, публичные выступления, которые спрашивают, как деньги вращаются в обществе, как на Уолл Стрит, так и во французских банках. Наш поиск значимой занятости открывает нам страх национальной или даже мировой нестабильности. Эти размышления близки Юнговскому открытию того, что он видел в хаосе не было его личным психозом (клиническое обозначения сумасшествия, известного нам в той или иной форме.) То, что он претерпел, принадлежит нам всем как паттерны человеческой души. То, что мы принимаем за социальный и психический порядок лежит прямо напротив хаоса.

Юнг бесконечно нас убеждал, даже кричал на нас: «Путь, который я описал- мой; не подражайте моим таинствам, у вас есть свои, найдите и следуйте им.»(3) Он показывает огромную веру в психэ и в усилия каждого из нас в пути за точками света. Даже зло, его открытие, находит свое место в связи краеугольного камня жизни. «Красную книгу» можно читать как свидетельство сумасшествия, превращенного в основу творческих способностей.

Вторая часть книги показывает творческие способности. Глава III фокусируется на комплексе, который преследует всю нашу жизнь, и обычно лежит в основе меньших проблем, которые мы преодолеваем и усваивает в более полной жизни. Наш пожизненный комплекс резонирует как музыкальная тема в бесконечных вариациях, проигрываемая в течение всей нашей жизни. Это версия двадцать первого века нашего предка, которым мы не можем пренебрегать без риска стать заложником компульсии, повторяющейся снова и снова тысячелетием. Мы знаем его стыд заложника, принужденного повторять предписанный график работы, сексуальной рутины, алкоголя по вечерам, особое награждение едой, успокоительные таблетки, развлечение покупками, фиксированные формы молитвы, строгая верность политической партии и безвопросительный образ Бога. Травма обеспечивает такое рабство. Как детские суеверия о том, чтобы не наступать на трещину дорожки, мы добавим здесь для обороны, чтобы не разлететься на куски. Тут я дерзнула создать два убеждения из моей клинической работы: наша проблема оказывается в нашем же решении, и более того, сами проблемы показывают тропинку которой идти к творческой жизни. Творческие способности полагаются на новый род значений, который включает бессмысленность. Наш упрямый комплекс дарит нам драгоценное наследие.

Это размышление близко Юнговой настойчивости в том, что мы живем чрезвычайно свою жизнь, не его, не нашего героя, не нашей матери, не нашего аналитика, но свою, где мы находим смысл, который включает бессмысленность. Юнгова преданность этому заданию обобщает творческий путь, который он открыл в «Красной Книге». Он говорит о видениях, текстах и рисунках в том объеме, в котором они были значимы для всей его жизни и он потратил всю свою оставшуюся жизнь на приложение их к жизни. (4) Эта дорога развертывается в обслуживании чего-то вне его я. Нашел себя связанным с поиском его образа Бога. В 1912 г. на лекции в американском университете Фордхэма, он говорит: « моя личная точка зрения…та человеческая жизненная энергия или либидо – божественная пневма, все верно, и была его убеждением, которое было моей тайной целью привести в окрестности понимания моих коллег» (5)

В IV главе сосредоточена трансформация нашего неотразимого комплекса (предмет главы III) в творческий ответ, то есть кружение около различных высот, которые приходят в жизнь в нашей человеческой психэ. Мы создаем и находим нечто, что возвращается без нашего изобретения. Мы изобретаем ритуал, через который мы приходим на другой уровень нашего комплекса для трансформации нашей дороги относительно которой мы должны узнать служение.

Юнг открывает в «Красной Книге» другой центр психэ и отошел назад и вперед между этими множественными точками зрения внутри него и в мире, представленный встречами с иными фигурами, которым Юнг выражает близкое внимание, никогда не пытаясь уменьшить их до одного. Многообразие, децентрализация, разрушают человеческие формы порядка, с которыми мы идентифицируемся и затем предписываем другим, соединяясь в то, что Юнг позже назвал complexio oppositorum, который составляет цельность, которая тоже разрешает наши различия. Там нет изначальной цельности, которая двигается как большой корабль в поле зрения чтобы доминировать над эго. И сова, и снова, эту множественность Юнг тоже описывает как составляющую союз, цельность, где любая часть нас и нашего мира получает место за столом, поражая сострадание к маргиналам и отвергнутым аспектам нас самих и наших обществ. Это внимательное сострадание ко всей нашей духовной жизни порождает уважение и справедливость относительно нашего ближнего. Без этого мы бессознательно принуждаем нашего ближнего уподобляться тому, вокруг чего мы вращаемся как хорошего .

Появляется вопрос: вокруг чего мы вращаемся? И какое место оно дает злу в жизни? Как наш ритуал показывает нашу главную преданность? Что есть наш Бог, или, как говорил Юнг, Богообраз? Он делает различие: это не тот Бог, который придет, но Богообраз, « Высшее значение –дорога…мост к тому, что грядет…Это не Бог, пришедший сам, но образ, который появится в высшем смысле.»(6) Мы тоже должны иметь мнение тносительно нашей собственной боготворящей способности, которую мы находим и создаем в центре, котором мы служим, даже если мы говорим что это не бог, а что то еще.

Эта четвертая глава близка Юнгову открытию нашей боготворящей силы. Он открывает Красную Книгу цитатой из Исайи и из евангелие от Иоанна, объявляющей нового бога, который появился в разрыве нашей жажды, бесплодного состояния. С того самого места, наполненного горем и страхом, гневом и отчаянием, пустыня зацветет как роза, потекут потоки воды, оживляющая речь воплощается. (7)

Cноски

Предисловие редактора цикла

1) W. Jam es, The Varieties of Religious Experience (N ew York: P en g u in B ooks, 1982): C . W. B eers, A M ind That Found Itself: An Autobiography (P ittsb u rg h , PA: U n iv ersity o f P itts b u rg h Press, 1981); J. H illm a n , Suicide and the Soul (N ew York: H a rp e r & Row, 1964); W. S ty ro n , Darkness Visible: A Memoir of Madness (N ew York: R a n d o m H o u se, 1990); K. R. Jam iso n , An Unquiet M ind (N ew York: A. A. K nopf, 1995); K. R. Jam iso n , Touched with Fire: Manic-Depressive Illness and the Artistic Temperament (N ew York: Free Press, 1993)

2) S. M a rian , The Black Sun: The Alchemy and Art of Darkness (C ollege S tation: Texas A & M U n iv ersity Press, 2005); B. B ow en, p e rso n al c o m m u n ic a tio n , 2011; D. H . R osen, Transforming Depression, 3 rd ed. (Y ork B each, M aine: N icolas H ays, 2002).

3) V. K ast, Joy, Inspiration, and Hope (C ollege S tatio n : Texas A & M U n iv ersity Press, 1991).

4) E. L evinas, Ethics and Infinity (P ittsb u rg h , PA: D u q u e sn e U n iv ersity Press, 1985).

Введение

1) C . G. Jung, Mysterium Coniunctionis, vol. 14 o f Collected Works, p aras. 42, 4 5 ,4 9 ,5 0 .

2) C . G. Jung, The Red Book, Liber Novus, ed. S o n u S h am d asan i, tra n s. M a rk K yburz, Jo h n Peck, a n d S o n u S h am d asan i, pp. 231, 235.

3) Ib id ., pp. 246 a n d n l 6 3 , 247 a n d n l6 4 , 254 a n d n 2 3 8 ,255 a n d n240.

4) Ib id ., p. 219, fro n tisp iece. See also C. G. Jung, Memories, Dreams, Reflections, rec. a n d ed. A niela Jaff6, tra n s . W ch a rd W in s to n a n d C lara W in s to n , p. 192.

5) C. G. Jung, Letters, vol. 1, ed. G e rh a rd A d ler a n d A niele Jaffe, tra n s . R. F. C. H ull, 5 O c to b e r 1945, p. 384. See also A n n B elford U lanov, “T h e H o ld in g Self: Jung a n d th e D esire fo r Being,” chap. 4 in Spirit in Jung, p. 78

6) Jung, The Red Book, p. 229 [em p h asis in th e o rig in al],

7) Ibid.

Случайные книги

по теме

Случайные переводы

по теме

психотерапия

Похожие переводы

  class="castalia castalia-beige"