Перевод

Глава 2. Детские сны

Семинар по детским сновидениям

 Карл Густав Юнг

 

Глава 2. Детские сны

Зимний семестр 1936/37[1]

 

Записи снов двоих детей и комментарии к ним

Часть А. Сны девятилетнего мальчика

1.     Сон о трёх девушках

Описание и толкование предлагает доктор Маркус Фирц.

Содержание: Мне приснился странный магазин. Ричард и я спустились в него с улицы. За маленьким столиком за стойкой сидели три девушки. Они дали нам красные палочки, вроде сургуча, только их можно было курить. Нам не нужно было платить за них. Мы засунули палочки в рот и закурили. Затем я, шатаясь, выбрался из магазина: мне стало нехорошо, мутило и кружилась голова.

Доктор Фирц: Я разделил сон следующим образом:

1.     Начало, место действия: сон до появления трёх девушек.

2.     Развитие сюжета: мальчикам вручают красные палочки.

3.     Перипетия: курение.

4.     Лизис: выход из магазина, головокружение, тошнота.

Место действия: улица — это мир коллективного сознания. То,  что происходит здесь, нормально и обычно. С улицы мы спускаемся вниз, в странный магазин. Эпитет «странный» означает, что нам следует обратить на него особое внимание. Магазин — место, где мы за деньги приобретаем что-то, чем не обладаем. Обычно сам товар производится где-то ещё, а магазин выступает в качестве посредника между производителем и покупателем. Поскольку магазин во сне располагается ниже уровня улицы, в подвале, можно предположить, что товары, которыми в нём торгуют, — это содержимое бессознательного. Но я не стал бы отождествлять этот магазинчик с самим бессознательным. За прилавком или, как сказал сам ребёнок, за стойкой, сидят девушки. Стойка скорее ассоциируется с таверной или баром, то есть местом, где едят и пьют. Взрослые в таких местах наслаждаются опьяняющими напитками — и иногда их действие напоминает эффект, который палочки «сургуча» вызвали у нашего сновидца. Для ребёнка аналог бара — кондитерская, где можно сколько угодно объедаться сладостями.

Действующие лица: Ричард, друг мальчика. Я полагаю, его можно рассматривать как двойника, тень. Также отмечу, что в этом сне его присутствие означает общую, коллективную природу опыта. Он как бы снимает с мальчика ответственность по принципу «он тоже это делал» (я был не один, он был там со мной).

В магазине сидят три юные девушки — явная аналогия с тремя богинями судьбы (парками  или мойрами). Это новое обличье «железной женщины» из предыдущего сна[2]. Особенно важной мне кажется параллель с трехликой Гекатой.

Профессор Юнг: То, что «железная женщина» означает судьбу, позволяет нам предположить, что и девушки несут то же значение — именно потому, что их три. Само число три нуминозно. Ножницы из предыдущего сна,  вместе с мотивом «судьбы», также указывают, что перед нами именно три парки. В этой связи действительно представляет интерес фигура тройственной Гекаты.

Доктор Фирц: Геката владеет ключами от преисподней: этот момент также хорошо ложится в  сюжет сна, поскольку магазин предоставляет доступ к бессознательному. Её животное — собака; вспомните сон мальчика о собаке[3]. Гекате приносили в жертву рыбу; как мы помним, в предыдущем сне главную роль играли великаны-рыбаки[4].

В древности существовало три храма Гекаты; одновременно они служили святилищами Приапа — бога с огромным фаллосом.

Профессор Юнг: Даже в наши дни в Египте на полях ставят пугала, изображающие Приапа. Этот символ можно увидеть и на арке[5] Св. Альбана в Базеле. В Нюрнберге, в стене дома-музея Дюрера, также можно увидеть камень с изображением Приапа.

Доктор Фирц: Диана = Луна = Геката — древнее уравнение. Посему обратим внимание и на Диану (Артемиду). Богиня-девственница, но при этом помощница при родах. Как сказал Гораций,

«Страж окрестных гор и лесов, о Дева,
Ты, что, внемля зов троекратный юных
Жен-родильниц, их бережешь от смерти,
Ликом тройная!»[6].

В Спарте ей были посвящены самые непристойные фаллические культы. Памятуя об этом, можно истолковать палочки сургуча как фаллические символы, а их курение — как метафору полового акта.

Профессор Юнг: Даже если изначально мы не воспринимали эти палочки как сексуальный символ, мифологический контекст подводит нас к такому предположению.

Доктор Фирц: Нечто схожее мы видим и в случае с числом три[7]. Здесь стоит вспомнить о трёх Грайях, имевших на троих один глаз и один зуб (женские и мужские гениталии)[8]. Далее можем привести трёх женщин из «Волшебной флейты» Моцарта:

О принц, волшебный дар возьми, с тобой пусть будет каждый миг.

Безмерна мощь ее созвучий, спасет от бед и злополучий.

Ты флейтой будешь в состоянье людей избавить от страданий,

И грустных дам развеселить, холостяков к любви склонить.

О! Такая флейта ценнее всех других даров.

Счастье всем она дарит, узы дружбы защитит – она надежный щит, она надежный щит![9]

Три дамы в этой пьесе принадлежат к свите Королевы Ночи; они появляются в образе охотниц и, следовательно, их можно отождествить с Дианой. В «Волшебной флейте» мы обнаруживаем и другие интересные параллели с нашей серией снов: спасающийся бегством от змея; птицелов; три женщины; огонь и крещение водой — вот образы, встречающиеся в  либретто. В нашей серии мы видим: убегающего от собаки; рыбака; трёх женщин; огонь в больнице и воду[10].

Что же до курения, вспомните  известный рекламный  слоган: «Будь мужчиной, кури черуты [бирманские сигары из тамариндовых листьев. — Прим. пер.] и сигары!» Курение — специфически мужское занятие, или, по крайней мере, долгое время считалось таковым: «Немецкая женщина не курит!»[11] Тот факт, что для курения используются палочки сургуча, а точнее, нечто, их напоминающее, говорит о том, что речь идёт не о курении как таковом, а о специфически мужском занятии — оплодотворении, произведении потомства. Это занятие связано с сильными эмоциями, на волю вырываются мощные бессознательные инстинкты. Приступ головокружения, тошнота, нетвёрдая походка — последствия атаки бессознательного.

Вывод: В данном сне богиня (анима) знакомит мальчика с пока чуждой ему сексуальностью.

Профессор Юнг: Мальчик впервые проходит сексуальное посвящение при помощи мифологических женщин, пришедших на замену матери. Однако пока вместо зачатия детей наш сновидец грызёт леденец, что соответствует оральной фазе либидо. Сексуальность пока не осознана и проявляется лишь опосредованно, типичным для бессознательного образом — через тошноту и головокружение.

Параллель с Гекатой вполне убедительна. Но почему именно три девушки? Если во сне появляется троица, значит, достигнута некая судьбоносная точка, грядёт нечто неизбежное.

Итак, появляются три норны, мойры или Грайи — три богини судьбы. Триады богов играют важную роль, где бы они не появились: вспомним Брахму-Вишну-Шиву; Осириса с сёстрами Исидой и Нефтидой; братьев Джаганнатху и Балараму и их сестру Субхадру. Идея триады так глубоко уходит корнями в античность, что трудно сказать о ней что-то более определённое. Одна из наиболее подходящих структур — «отец-мать-сын». Христианская троица, по всей вероятности, основана на этом же символизме. Святой Дух изначально был женского пола; его символ — голубь, птица богини любви. Другой возможный источник этого образа — примитивное, но вполне наглядное изображение детородного органа, состоящее из трёх частей. Версия о его последующем превращении в божественную триаду подтверждается, например, культом лингама.

В пользу данной гипотезы говорит и то, что мифологические Грайи имели на троих один глаз и один зуб. Этот мотив обнаруживается и в немецких сказках: например, в сказке о трёх пряхах у первой пряхи был огромный большой палец, у второй — толстая нижняя губа, у третьей — большая ступня[12]. Грайи — богини подземного мира из темнейших закоулков мифологии. Здесь мы можем допустить присутствие столь древних символов, поскольку единственный зуб следует рассматривать как символ фаллоса, а глаз — как символ соответствующего женского органа[13].

В описании сна говорится, что мальчики взяли палочки «сургуча» в рот. Это, без сомнения, намёк на сексуальное действие, причём рот символизирует влагалище. Одновременное появление мужского и женского органов — это архетип непрерывного соития. Другой его аспект — гермафродит, то есть двуполое существо [Zweigeschlechterwesen].

Что касается книги Das Zweigeschlechterwesen (J. Winthuis), я хотел бы отметить, что не во всём согласен с автором. Он слишком раздувает этот мотив; однако основная мысль верна: в огромном множестве древних изображений присутствует базовая идея существа, соединяющего в себе мужское и женское, оплодотворяющего себя самого, несущего в себе идею вечной жизни. Каждый человек изначально чувствует свою идентичность с этим древним созданием и надеется стать с ним одним целым. Многие примитивные орнаменты и символы восходят к этому мотиву.

Любопытно, что эти же образы появляются там, где я не ожидал их увидеть — в алхимии. Возьмём основной символ: змей, пожирающий собственный хвост, — уроборос.

Алхимикам было известно, что уроборос — сексуальный символ: «пожирая свой хвост», он оплодотворяет себя. Пта[14], например, создаёт яйцо, из которого сам затем и вылупляется. То есть создаёт сам себя. Феникс[15] восстаёт из собственного пепла (как вариант, из пепла своего отца). Всё это образы существа, вновь и вновь возрождающего себя. Змей-уроборос оплодотворяет себя через рот фаллическим хвостом, «se ipsum impregnat». Египетский бог солнца Ра также оплодотворил себя собственным семенем через рот, а затем изрыгнул наш мир. Таким образом, его чрево символизирует оплодотворяемую матку.

Вообще большинство космогонических древних существ были гермафродитами. Это связано с тем, что человек с начала времён имел понятие о своей двуполости. На самом деле, мы все двуполы, поскольку мужской пол ребёнка определяется лишь превосходящим количеством мужских генов[16]. Женские гены, таким образом, остаются в мужчине и продолжают функционировать соответственно своей природе. Это объясняет, почему у некоторых мужчин встречаются типично женские черты (и, напротив, мужские качества у женщин). Некоторые даже гордятся своей бисексуальностью как архетипом: «Я несу в себе Еву, следовательно, я бог». Бог содержит свою жену в самом себе. Индийские богини — те же самые боги в женской форме. Пример тому — Шива (точка или фаллос), окружённый Шакти:

 

 
 

 

Активность этих и подобных архетипов в бессознательном ребёнка может, при определённых обстоятельствах, стать причиной его «извращённости». Ребёнок может совершать странные и даже отвратительные поступки, которые, тем не менее, несут символическое значение. Он демонстрирует, с одной стороны, излишне правильное поведение, с другой — слишком отвратительное. Например, девятилетний мальчик запихивает в рот жабу, именно потому, что это противно; или четырёхлетний городской ребёнок находит на лугу экскременты и съедает их. Деревенский малыш так никогда бы не поступил. Только хорошо воспитанные городские дети совершают подобные поступки. И мотивация этих действий — бессознательное стремление к изначальному единству. Их следует считать не извращениями, а ошибками в процессе обучения, каковой процесс позднее обычно приходит в норму. Однако этот древний образ не только заставляет искать странные, болезненные и мерзкие формы удовлетворения, но и работает как защита: например, когда ребёнок ковыряется в носу или «орально сношается» с авторучкой. Это всего лишь способ защиты: таким образом он образует замкнутый круг. «Оплодотворяя» себя, он показывает, что он сферичен, изображает древнее создание в форме идеального шара (сфайрос Эмпедокла)[17]. Ничто не может ему повредить. Древний андрогин был разделён на две части Демиургом. Однако две его части остались одним и тем же существом (Платон, диалог Тимей).

В конце сновидения мальчик впадает в странное состояние, схожее с опьянением. Оно означает, что бессознательное выходит из-под контроля и прорывается наружу. Симптомы напоминают морскую болезнь. Приступ тошноты сочетается с отвращением. В патологических случаях для восстановления баланса требуются именно отвратительные, тошнотворные действия. Отвращение, неприятие вызвано именно «иным», бессознательным. Приняв его, включив его в себя, ребёнок станет недосягаем для него, обретя таким образом «божественную» независимость. Душевнобольные иногда также ведут себя как дети, и это даёт им ощущение независимости, эмоциональной отстранённости. Они становятся неуязвимыми, принимая в себя объект, который внушает отвращение.  А самая отвратительная вещь — это магические бальзамы и зелья, которыми их пичкает врач. Приняв эти средства, больной поглощает неприятный объект и тем самым обретает защиту от него.

Первый инфантильный аутоэротизм не следует считать чем-то аморальным, напротив, нужно отнестись к нему терпимо. Он проявляется в попытках самооплодотворения, цель которых — трансформация; затем им на смену приходит желание оплодотворять других. В определённом возрасте мастурбация и подобные действия нормальны — напротив, неправильно, когда сознательная сексуальность пробуждается в ребёнке только под воздействием взрослых.

Вышеописанный сон — это предчувствие пубертатного периода. Число три относится к юному возрасту и к раннему периоду развития человечества. Будучи нечётным числом, оно с древних времён считалось мужским (например, в Китае, Греции, средневековой Европе) и указывало на мужские качества и функции. В средневековых теориях о символизме чисел немало внимания уделялось числу три, божественной троице. Тем не менее, здесь чётко прослеживается связь с примитивным сексуальным изображением. Как и любой архетип, триада может быть представлена как примитивными сексуальными образами, так и философскими абстрактными понятиями. Архетип не может быть только лишь абстрактным или, наоборот, сугубо материальным. Он может выразить себя как примитивным «инстинктивным языком» (то есть сексуально), так и «духовно». Один способ можно заменить другим, как сексуальную терминологию можно заменить «пищевой». Свидетельство тому — знаменитая Песнь Песней. Данный архетип сам по себе — простая «тройственность», которую можно наполнить любым содержанием.

2.     Сон о горящей больнице

Описание и толкование профессора Юнга.

Содержание: Этой ночью мне приснилось, что загорелась клиника Хирсланден.[18] Пожар начался в подвале, где стоит отопительный котёл. Мы хотели спуститься по лестнице возле грузового лифта, но лестничный пролёт внезапно обрушился. Мы стали подниматься наверх в лифте, но из-за этого не смогли вынести кровати с первого этажа, где лежат маленькие дети. Должно быть, их вытащили наружу через окна.

Профессор Юнг: Место действия во сне — клиника Хирсланден. Мальчик когда-то был там пациентом. Место, в котором за нами ухаживают, часто принимает на себя, в переносном смысле, материнскую функцию. Человек устанавливает с этим местом прямую личную связь, более или менее напоминающую связь с матерью. Место, где о нас заботятся, психически и физически, становится частью семейной сети. Так клиника Хирсланден заняла место в психологии мальчика и в его сне.

Невротические дети имеют склонность устанавливать «материнскую» связь с новым окружением. Школа, церковь и т. п. фактически становится матерью для ребёнка и таким образом занимает чрезмерное место в его мире. Отношения с настоящей матерью при этом становятся практически невозможными, поскольку ребёнок начинает предъявлять к ней непомерные требования. Это уже сама по себе невротическая ситуация, а именно — мы наблюдаем известное желание невротика, чтобы другой человек стал для него всем. Как только появляется такая потребность, об отношениях больше не может быть и речи. И это частый случай: стоит такому человеку познакомиться с кем-то новым, разверзается ад. Всё, невротик включил нового знакомого в свой мир, тот становится пешкой на шахматной доске невротика, и так продолжается до тех пор, пока его не начинает это беспокоить. Именно поэтому такой человек обычно держит людей на расстоянии: чтобы не стать психологическим объектом в их психе. Порой нечто бессознательное поселяется в его душе; и он включается в семью, то есть вынужден воплотить в себе отца, деда или кого бы то ни было. Это может стать очень утомительным.

Но вернёмся к нашему сну: пожар начинается в подвале. Значит, речь о нижнем мире, что в теле мальчика соответствует животу. Именно там расположена топка — в животе, то есть в пищеварительной системе. Она вырабатывает тепло. Отсюда начинается пожар, угрожающий разрушить всё здание, спалить дотла клинику Хирсланден. Воспламенение — как в поговорке «Feuer im Dach[19]» — соответствует эмоциональному взрыву, угрожающему всей психике. Здесь мы видим эмоцию, поднимающуюся снизу вверх. Как один из вариантов, следует рассматривать опять же озабоченность вопросами секса. «Es iiberlauft einen siedend heifi»[20], говорим мы, когда человек охвачен идеей, будто пламенем. Часто в итоге он попадает в неудобную ситуацию или обнаруживает, что его идея уводит дальше, чем он предполагал.

Мальчик пытается спуститься вниз. Но он не может попасть в подвал: рушится лестничный пролёт. Лифт едет только вверх. Сновидец не может спасти маленьких детей с первого этажа. Эти малыши в опасности. Мальчик увидел этот сон, когда ещё лежал в клинике. Если человек застревает в инфантильном состоянии, бессознательное стремится разрушить его убежище. С одной стороны, больница во сне должна сгореть, поскольку сновидец не хочет больше оставаться в инфантильном состоянии. С другой же стороны, он испытывает жалость к маленьким детям, то есть к собственному детскому аспекту, и надеется на его спасение.

3.     Школьный сон

Описание и толкование представляет доктор Питч.

Содержание: Мне приснился «школьный сон». Однажды утром я пролил в школе тушь — или нет, это были чернила — и залил рукава свитера и рубашки. Мне пришлось снять свитер; по всей рубашке оказались налеплены куски лейкопластыря. Затем я пошёл домой вместе с Эрхардом — мы решили пойти окружным путём и пришли к хлеву; внутри была кромешная темнота. Сбоку была лестница, ведущая наверх, но было так темно, что я не смог найти первую ступеньку. Эрхард же хорошо ориентировался в темноте.

Потом появился человек с собакой, и стена стала стеклянной, за ней оказались цветы и плоды, и множество людей покупали их.

Эрхард отправился домой, и я тоже решил пойти восвояси. Когда я бежал в горку мимо дома слесаря С., я увидел в саду двух мальчиков и их отца: они собирались сделать колодец и для этого вкопали в землю столб. Вдруг я осознал, что на мне нет пальто; я почувствовал, что замёрз, и побежал за ним.

Внезапно я оказался в Гл. [место, где мальчик жил раньше], в верхней его части возле ручья  Штренгер[21]. Появилась Регула Ц. Я спросил у неё, который час. Но Регула не знала, у неё не было часов. Затем подошла Эллен: у неё оказались наручные часы. Поначалу они были очень маленькими, но затем выросли до такого размера, что их пришлось нести в руках. Эллен сказала, что сейчас половина третьего[22]. Я быстро побежал домой.

Сидя за столом — а я вновь оказался в Ц. [настоящее место жительства] — я хотел что-то рассказать, и мне в голову пришли два странных имени, как в «Тысяча и одной ночи»; я хотел сказать, что я один из них, — и тут проснулся.

Доктор Питч: Сон можно разделить на следующие эпизоды: 1) сцена в школе; 2) сцена с Эрхардом возле хлева; 3) человек с собакой и превращение; 4) отец с сыновьями, копающие колодец; 5) сцена в Гл. с двумя девочками; 6) сцена дома, в Ц., за столом.

Рассказ мальчика начинается со слов «мне приснился школьный сон». Фактически весь сон в целом — о школе или ученичестве. В начале сна мальчик проливает чернила — сначала он говорит «тушь», потом исправляется. Разница между двумя этими жидкостями в том, что тушь, распространённая на Востоке, более тёмная, чем обычные чернила, которые легче отчистить. Это тонкий нюанс. Рукава свитера и рубашки полностью залиты чернилами. Образовалось тёмное пятно, которое, несомненно, следует понимать как чувство вины, поскольку грех и секс частенько используются в одном предложении.

Сновидцу приходится стащить с себя свитер. В Швейцарии говорят «Es hett eim d'r Armel ine gno»[23], когда некто попадает в передрягу, в чём сам частично и виноват. Рубашка облеплена пластырем — возможно, это как-то связано с грядущим пубертарным периодом, сексуальностью, поллюциями.

Без сомнения, в этом сне прослеживается связь между чернилами, липкой рубашкой и сексуальными процессами.

Сновидца тяготит чувство вины. Вышеупомянутая тема для него запретна. Он не говорит напрямую, что отправляется на прогулку без свитера, но это подтверждается тем, что позже он замерзает и бежит домой за пальто. В любом случае, снять свитер — значит, отказаться от какой-то части себя — от тёплого покрова, оболочки. Возможно, это символ матери. Мальчик, входя в подростковый возраст, постепенно приучается жить сам по себе, без матери.

Далее мальчик отправляется домой с Эрхардом. Во сне Эрхард, по-видимому, друг сновидца, — это он сам, его альтер эго. Но они не идут сразу домой, как должны бы, а решают пойти окольным путём — мальчишки часто так делают, вызывая беспокойство родителей. Их фантазия и желание всё исследовать нередко заставляют забыть, что дома их уже ждёт обед. Я лично знаком со сновидцем и мне известно, что своевременное возвращение домой не относится к числу его достоинств. Он не один из так называемых благонравных мальчиков, он нормальный ребёнок.

По сути, школа жизни — это всегда дорога в обход. Многое из того, к чему мы стремимся,  достигается окольными путями!

И вот мальчики приходят к хлеву, внутри которого совершенно темно. Это одно из мест, так привлекающих мальчишек и будящих их фантазию — как тёмный лес, пещера, чердак. Сбоку имеется лестница, предположительно ведущая внутрь. Сновидец не может найти первую ступеньку, однако Эрхарду это удаётся без проблем. Это указание на инстинкт, выбирающий верное направление во тьме бессознательного. В реальном мире два мальчика имеют совсем разные характеры и, по моему мнению, Эрхард выглядит более уравновешенным.

Мотив первой ступеньки следует обдумать. Это может быть первый шаг из детства к развитию личности. Его приходится делать в темноте, наощупь. И лучше всего, когда этот шаг ребёнок делает естественным образом, без указаний. Если ребёнок психически здоров, следует позволить ему сделать этот шаг самостоятельно. При внешнем, искусственном вмешательстве он может вовсе не найти эту ступеньку.

Далее появляется человек с собакой. «Через разум собаки существует мир» — гласит Видевдат, старейшая часть Зенд-Авесты.[24] С древних времён и повсеместно собака неизменно сопровождала человека. Брем[25] пишет: «Человек и собака великолепно дополняют друг друга, они — вернейшие друзья. Ни одно другое животное в мире не заслуживает человеческой любви и дружбы больше, чем собака. Она — часть самого человека и необходима для его жизни и благополучия». «Собака», — считает Фридрих Кювье, — «наиболее выдающееся, совершенное и полезное существо, когда-либо прирученное человеком».

Собака, потомок волков и шакалов, в конце концов стала «лучшим другом человека»; многим из них недостаёт только умения говорить, иначе они без труда заменили бы некоторых двуногих друзей. Я сам много времени провёл с животными. Часто умный, вопрошающий взгляд собаки заставлял меня отказаться от дурацкой идеи или скатиться со свежевыстроенного маленького трона. Моя собака — это всегда часть меня самого, моей личности. Пёс понимает, что говорит хозяин, распознаёт самые малозаметные жесты, чувствует, весел хозяин, печален или рассержен. Он радуется или грустит вместе с хозяином. Я замечал у старых собак черты и осанку их владельцев — и наоборот. Будучи, как вы уже заметили, любителем собак, я считаю, что собака — часть своего хозяина, наподобие тени. Многих известных людей мы вспоминаем только «в комплекте» с их собаками: например, Фридрих Великий и Бише, князь фон Бюлов со своим пуделем, Бисмарк и его мастиф. Каждый из нас может вспомнить и менее известных личностей: соседа-пенсионера с пинчером или пьянчужку, чья не менее замызганная дворняга неизменно сопровождает его от кабака к кабаку.

Итак, в нашем сне человек и собака появляются вместе. Собака в мифологии играет выдающуюся роль. Я обращаюсь к работе профессора Юнга «Либидо: его метаморфозы и символы»[26]. Собака — могильщик, который помогает избавиться от трупов, что было обычным делом в древней Персии. Также существовала традиция приводить собаку к постели умирающего (по разным источникам, чтобы помочь его душе отлететь или чтобы почувствовать его последний вздох и подтвердить его смерть). Умирающий давал собаке кусочек пищи, подобно тому, как Геракл скормил Церберу хлеб с мёдом, чтобы умиротворить его. Анубис — бог с головой шакала — помогает Исиде собрать куски тела Осириса, чтобы тот мог восстать из мёртвых. Мы видим, что собака помогает в смерти и, возможно, в возрождении. В нашем сне появление человека с собакой становится причиной трансформации.

Единство, согласие и равенство могут творить чудеса. Человек и собака символизируют гармоничный союз человека и животного, то есть сознательного и, мягко говоря, менее сознательного. Кстати, интересно, что мы часто говорим о человеческих качествах, на самом деле подразумевая качества животные. В этой паре человек-собака бессознательное (сознательно одомашненное животное) находится, так сказать, на привязи, и благодаря этому чудо становится возможным.

Непроницаемая тьма неожиданно проясняется: возникает стеклянная стена, внося в картину сна яркий свет. Мальчик всматривается в это окно, как ребёнок, жаждущий получить игрушку, расплющивает нос о витрину магазина. Как мы помним, в одном из предыдущих снов мальчик уже заходил в магазин, где его потом мутило от курения палочек сургуча. Здесь от магазина его отделяет стекло. Он может заглянуть внутрь, но не войти: вероятно, сейчас ему ничего не нужно в этом магазине. Он видит людей, покупающих овощи и цветы. Трансформация произошла прямо на его глазах. Именно собака, помощник в смерти и в возрождении, вызвала перемену — переход от бессознательного к сознанию. Перед сновидцем появляются плоды земли, результат бесконечного природного цикла; однажды ему приснилась прозрачная мышь — микрокосм в макрокосме — теперь же он видит творение, синтез. Наше тело, разлагаясь после смерти, служит источником полезных веществ и, в конечном итоге, заново создаёт красоту и жизнь. Первый шаг пройден, тьма побеждена.

Далее «Эрхард отправился домой, и я тоже решил пойти восвояси». Мальчики разделяются. Наш сновидец в спешке пробегает мимо дома слесаря. Слесарь, кузнец — архетипические символы, которые во сне взрослого говорили бы о регрессии, но для ребёнка скорее означают «чёрного человека», «буку».

Взбежав в горку, мальчик видит отца и двух сыновей — скульптуру Лаокоона, только без змей, — которые собираются копать колодец. Мы уже говорили о символизме числа три. Заметьте двусмысленность выражения в оригинальном пересказе сна: «они хотели сделать колодец»[27].

«Они вкопали в землю столб». Здесь мы снова имеем дело с фаллическим символом, как раньше с палочками сургуча. «Мужчина» входит в мать-землю. В результате образуется источник, колодец. Похожий образ часто встречается в мифологии — так создавали источники Один, Бальдр и Карл Великий. Удар жезла — или лошадиного копыта — и из земли начинает струиться вода. Святой втыкает в землю ветку, Пегас ударом копыта открывает источник Гиппокрена[28] на Геликоне. Рея ударом посоха создала источник в Аркадии, и Моисей поступил так же, чтобы напоить сынов израилевых. На старогерманском высоком наречии источник называется Unsparing, то есть что-то вырывающееся наружу, клокочущее, пузырящееся. Итак, сновидец становится свидетелем символического рождения, вызванного столбом или посохом.

Но теперь он попробовал плод Древа Познания и знает, что «обнажён». Он чувствует страх и ему становится холодно. Реальность вызывает у него дрожь. Он надевает на себя пальто — то есть вновь закутывается в тёплый, уютный покров — и сразу испытывает abaissement du niveau mental[29] (понижение ментального уровня): внезапно он оказывается в месте, где жил в раннем детстве — в Гл. возле Бурного ручья, где среди камней клокочет всё ещё свободная, неукрощённая вода, однако ручей пока не достиг размеров реки. Здесь к нему подходят Регула и Эллен, место которых вообще-то в его нынешней жизни.

Женщина гораздо теснее связана с матерью землёй, нежели мужчина. Она меньше склонна парить в облаках. И вот, как результат «отрыва» сновидца, появляются две девушки-анимы, задача которых — вернуть его обратно. Мальчик спрашивает у них, который час.

Я хорошо знаю Регулу и Эллен — это две сестры. Регула — полная, флегматичная, неторопливая и вечно опаздывает; Эллен же, напротив, быстрая, резкая, всегда готовая действовать и, пожалуй, менее привлекательная, чем её сестра. Два абсолютно противоположных темперамента.

У Регулы часов не оказывается. У Эллен же часы есть, однако они начинают расти и становятся всё больше, пока их не приходится уже держать двумя руками. Если во сне какой-либо предмет неестественно разрастается, следует обратить на него особое внимание. Часы — это напоминание человеку о течении времени. Они сообщают нам структуру дня, а значит, и наших дел.

Говорят, «ты поймёшь, когда колокол зазвонит по тебе». Непомерно огромные часы  сообщают сновидцу, что сейчас половина третьего. И присутствие обеих девушек означает, что ему давно пора быть в Ц.

«Половину третьего» трудно истолковать, если только не понимать это число в прямом смысле — то есть как конкретное время суток. Символизм чисел — совершенно особая область. Я обращусь к статье профессора Юнга «Beitrag zur Zahlensymbolik»[30]. Часто нам не удаётся проникнуть в суть чисел, появляющихся во сне. Самое очевидное значение нередко всплывает лишь в конце анализа, и для наиболее точного толкования требуется глубокое знание внешнего окружения сновидца.

Приведу пример: во сне, где главную роль играют путешествие и железнодорожная станция, появляются числа 2.10 и 2.30. Все попытки как-либо истолковать эти числа провалились. Лишь позже выяснилось, что 2.10 — номер телефона местной железнодорожной станции, а 2.30 — телефон трактира «Три короля». Теперь можно было установиться связь между ними. Сновидец не мог вспомнить эти номера сознательно.

Эта часть нашего сновидения близка к реальности — сновидец действительно частенько запаздывает к обеду. Итак, он бегом бросается домой, подгоняемый чувством вины. Всё пережитое перед этим рушится, теряет значение — ведь мальчику нужно домой, занять своё место за столом — столом отца, поскольку он ещё слишком мал и зависим и пока не может отделиться от него[31].

Теперь мальчик хочет рассказать о полученном опыте, сидя за этим столом, — может быть, чтобы отвлечь раздражённых родителей — что на него похоже. Однако ему не удаётся произнести ничего вразумительного, в голову приходят только два имени из «Тысяча и одной ночи», столь причудливых, что они, по всей видимости, врезались ему в память. Однако он предпочитает не произносить их вслух, чтобы не выглядеть глупо.

Возможно, он идентифицирует себя с Аладдином, утешаясь мыслью, что даже такой маленький бездельник может в конце концов сделаться королём. У большинства историй «Тысяча и одной ночи» счастливый конец. Наш сновидец частично стыдится своего поведения, частично утешает себя.

Я попытаюсь привнести в этот сон некую связную структуру, изобразив его в виде кривой (см. рисунок).


Вслед за сценой с чернилами в школе мы наблюдаем понижение niveau mental (ментального уровня). Человек и собака помогают вновь поднять его до уровня «прозрачности». Затем, после встречи с отцом и сыновьями, вновь идёт понижение. Сновидец мёрзнет без пальто и ищет убежища в месте, где жил раньше. Там его встречают анимы и напоминают, что уже поздно и ему пора отправляться туда, где его настоящее место.

Профессор Юнг: В самом начале мальчик проливает чернила случайно, ненароком. Речь идёт о чём-то тёмном, за что может грозить наказание. Это тайна половой зрелости, которая таким образом заявляет о себе. Это естественное явление, но, естественно, мальчик ещё не готов принять его.

Этот сон нельзя полноценно объяснить с привлечением только лишь мифологических, древних мотивов. Вместо этого материала мы видим личные отношения с окружающей средой. Это нормальное явление, которое периодически встречается и которого следует ожидать. Наш сновидец в том возрасте, когда мифологический мир постепенно начинает отходить на задний план и персонажи снов сливаются с людьми, которых мы видим каждый день. Вместо трёх девушек мы видим более приземлённые фигуры — двух знакомых девочек. «Тройственность» женщины превратилась в мужской аспект — отца и двух сыновей. Число два, будучи чётным, «женским», больше подходит девочкам. После сна о клинике Хирсланден, где невозможно было спасти маленьких детей, символ самого детства, приходит сон о личных взаимоотношениях с окружением. Именно поэтому нам понадобятся ассоциации сновидца. Неплохо бы расспросить его самого, для более глубокого анализа сна это даже необходимо. При работе со сном взрослого человека нам вообще не следует действовать таким образом, то есть проводить параллели единственно с мифологическим материалом; с одним исключением — если мы не работаем с так называемым большим, то есть мифологическим сном, к которому часто не получается подобрать ассоциации. Лейкопластырь, к примеру, это абсолютно современный образ. Предположительно, он означает «что-то клейкое», может быть, предмет, который приклеивает что-то к чему-то. У сновидца пока маловато жизненного опыта, он слишком юн; но он знает, что пластырь приклеивают на порез, на рану. Слова «нечто липкое», «что-то, от чего трудно избавиться» характеризуют и чернильные пятна. Эти образы, как упомянул предыдущий оратор, относятся к сексуальной сфере.

Что до юного Эрхарда, спутника нашего сновидца, опять же, необходимо понять, что это за мальчик. Его роль во сне, по-видимому, указывает на более взрослую, уравновешенную личность. В любом случае, мы можем предположить, что мальчик проецирует на своего друга идеал, лидера. В любом классе есть обычно только один лидер. Он первый в драках, и так далее, и тому подобное. Он всегда рисуется, выставляется. Такая фигура часто появляется в снах и фантазиях, как у мальчиков, так и у девочек. От такого персонажа можно ждать чего угодно, даже того, что вы сами никогда не осмелились бы совершить; здесь всегда есть благодатная почва для слухов, и в этих слухах герою приписываются всевозможные подвиги. Я предполагаю, что Эрхард играет как раз такую роль. Он — более взрослая и зрелая часть сновидца, которая уже «в курсе». По словам матери сновидца, реальный Эрхард на год или два его старше.

Нам следует всегда помнить о том, что ребёнок[32] уже содержит в себе свою будущую личность, то, чем он станет спустя годы. Он уже, так сказать, получил опыт грядущих лет, но пока бессознательно, поскольку реально они ещё не прожиты. Дети живут в завтрашнем дне, хотя и не знают этого. И фигура «Эрхарда» потенциально существует в спроецированном виде.

Это особенно чётко прослеживается в патологических случаях, поскольку такие люди находятся ниже своего потенциального уровня. Они на несколько лет отстают от самих себя: например, сознание двадцатилетнего парня остаётся на уровне пятнадцатилетнего. Но и в этих случаях вторая, более взрослая личность существует и даже проживается, только бессознательно. Такие люди тянутся к более зрелой личности в своём окружении, льнут к этому человеку, как будто пытаясь избежать собственного сознательного взросления. Это невротическое состояние. В случае с детьми подражание ролевой модели — нормальное, естественное явление. Дети не могут быть полностью уникальны: они пока не сформировались как личности и нащупывают свой путь в жизни. И для этого держатся за руку старшего, лидера. Так что до двадцати лет иметь кумиров, идеалы — нормально. В дальнейшем это становится труднее, и в некоторых случаях могут развиться патологии. Впрочем, большинство взрослых людей на самом деле незрелы и им не хватает независимости, так что, пожалуй, им не помешает иметь лидера.

Далее, к возможному толкованию хлева. Связь с Христом, рождённым в хлеву, кажется мне несколько притянутой за уши. Мотив рождения между быком и ослом означает рождение в животном, нижнем мире. Рождество произошло в пещере, и до сих пор эту пещеру в Вифлееме осаждают паломники. Даже сегодня люди порой живут в пещерах вместе со своими животными. Это очень древнее место обитания человека — самое исконное его жилище. Итак, спаситель рождается среди животных. Этот мотив повторяется в конце жизни Христа: он умирает на кресте между двумя разбойниками, низшей разновидностью людей. И рождение его также было незаконным, низшим из возможных В этом заключён глубокий смысл: человеческая жизнь, начавшаяся и завершившаяся в низости, как высший из возможных символов. Это означает: помни, что ты произошёл из хлева, из животного мира. Вспоминается бюст (вероятно, гностический) под названием soter kosmu, спаситель мира; он существует в двойной форме: спаситель и фаллос.

Наше развитие берёт начало в бессознательном. Если мы этого не осознаём, мы забываем, что происходим из мира животных. Тогда получается, что мы живём в двумерном мире, как рисунок на листе бумаги. Тело — животное, и душа его — душа животного. Нельзя забывать об этом. В этом и состоит сложность: нам нужно подняться от бессознательной животной души к ступенькам, по которым можно продолжить восхождение ввысь. У индейцев пуэбло[33]  есть мифический образ: в процессе развития человечества нужно достичь пещеры, которая находится над другой пещерой. Мы — потомки жителей пещер. Мы несём в себе неизгладимую память о пещерной жизни. Чёрные капли туши — это тёмные воспоминания о пещерном, бессознательном мире. Неизбежное развитие животной души оставляет огромные тёмные пятна на человеческой жизни:

«Они нас в бытие манят —

Заводят слабость в преступленья

И после муками казнят:

Нет на земле проступка без отмщенья»[34].

 

Совершенно необходимо подняться из бессознательного. Мальчик-лидер Эрхард указывает этот путь наверх, и всё проясняется: появляется стеклянная стена.

Стеклянная стена — часто встречающийся символ. Этот образ означает эмоциональное отделение от объекта. Можно смотреть сквозь неё, но не более того. Это означает, что теперь сновидец отгородился от подземного мира, где мойры дали ему палочку сургуча. Идея в том, что между ним и древним мифологическим миром теперь возникла стена. Он видит цветы и плоды. Цветы обычно означают эмоции, тогда как плоды несут в себе намёк на эротизм.

В сцене с хлевом роль лидера приходится взять на себя взрослому — человеку с собакой. Он — хозяин и повелитель, собака подчиняется ему. Это правильная интеграция бессознательного. Человек и собака — единство, как конь и всадник. Человек — сознание, животное-бессознательное подчиняется ему. Идеальная модель отношений с бессознательным.

В древней Персии собака считалась спутницей усопших. Умирающий давал ей хлеб, подразумевая: вот тебе хлеб вместо моего тела, не разрывай меня, не разрывай мою душу, но направь меня, проведи меня через пустыню подземного мира. Анубис, египетский бог с головой шакала, помогает Исиде собрать куски тела Осириса. Анубис — сын Осириса и Нефтиды. Исида — богиня плодородия, тогда как Нефтида отождествляется с Хатхор, её поздняя ипостась — Венера/Афродита. Она обычно считается женой злого брата Осириса, Сета или Тифона, который также представляет тень Осириса. В результате обмана Нефтида забеременела от Осириса и родила Анубиса: таким образом, собака практически напрямую происходит от богов. Если говорить символическим языком, она плод любви сознания и бессознательного — пусть и не лучшей части последнего. Никому не удастся установить правильные отношения с бессознательным, если он не может оплодотворить его тёмную сторону. А это фактически возможно только с помощью обмана, недоразумения. Тут есть над чем поразмыслить!

Слесарь здесь выступает вместо кузнеца. Это магический персонаж: чёрный человек, имеющий дело с огнём; чародей, лекарь, таинственный волшебник подземного мира, практик загадочного искусства. Часто он символизирует дьявола.

Отец и двое сыновей. Здесь полезно будет вспомнить Лаокоона и его сыновей. Лаокоон подошёл слишком близко к морю — бессознательному — и был захвачен им (принявшим форму змеи). Если говорить языком примитивной сексуальности, мужчина захвачен женщиной (в процессе полового акта); бессознательное побеждает сознание.

Существенную роль здесь играет число три; далее во сне, как мы помним, встречается также половина третьего. Это может означать: трёх часов ещё нет, осталось полчаса. Число три повсеместно имеет мужской аспект, оно связано с мужской анатомией. Однако во сне это число ещё не достигнуто: сновидец ещё не возмужал, не созрел сексуально.

Далее, вкапывание в землю столба, бурение колодца — это аналогия с оплодотворением. Здесь мы видим параллель с многочисленными традициями оплодотворения полей, фаллическим плугом, оплодотворяющими богами[35]. Статуя Приапа — фактически тот же деревянный столб, установленный в поле. Также встречаются варианты в виде мегалита (каменной глыбы), поскольку менгир (вытянутый по вертикали камень) — тоже фаллический символ.

Когда мы видим связь со столь далёким будущим, невольно пробирает дрожь, мурашки, как от холода. Говорят, что перед появлением призраков воздух резко становится холодным: «то демон севера заладит дуть»[36]. Холодное, призрачное дуновение всегда сопровождает появление бестелесного духа. Когда кто-то заводит нас в интеллектуальные выси, мы говорим о нём, как о человеке с «холодным разумом». При мысли о том, что мы окажемся далеко от дома, нам также становится зябко. Когда мы не сочувствуем чему-либо, мы говорим, что относимся к этому «прохладно». И когда к нам приходит идея, которую мы не в состоянии понять, мы чувствуем дрожь: мы инстинктивно боимся новых идей, которые могут завести нас далеко, мы опасаемся, что они сведут нас с ума. И вместе со страхом приходит холод. По спине пробегает дрожь, холодеют руки и ноги.

Эти ощущения заставляют нашего сновидца надеть пальто. Поёжиться от холода его заставляет картина будущего, в котором его самого пока нет. Пальто — его защитный покров, который должен его согреть. Завернуться в пальто — значит, вернуться в тёплое безопасное место, где его окружает женская, материнская среда. Она представлена двумя сёстрами, Регулой и Эллен. И вновь мы видим треугольник Осирис — Исида — Нефтида!

Девочки во сне — абсолютные противоположности (по словам их родителей), при этом дополняющие друг друга, как часто бывает с сёстрами. Мы уже говорили о контрасте между Исидой и Нефтидой. Далее во сне появляются часы, которые разрастаются, становятся большими и тяжёлыми. Тяжёлый по-латыни — gravis[37], то есть важный, сложный, серьёзный. Мы говорим: «это тяжёлый случай»[38]. Часы набухают, раздуваются. Если свести этот символ к его сексуальному значению, можно сказать, что это предчувствие будущей эрекции. Однако это также символ того, как третьестепенная вещь «набирает вес» (опять же, из Фауста: «Он у меня растет в руках, горит!»[39]). В легенде о Христофоре великан несёт через реку маленького мальчика, который постепенно становится всё тяжелее, поскольку на самом деле этот мальчик — Христос, несущий на себе все грехи мира. В Махабхарате[40] Хануман делает себя настолько тяжёлым, что даже богу не под силу нести его.

Что придаёт часам такой вес? Проблема времени, проблема, которая становится важной с течением времени. Две девочки — это две анимы, то есть анима, разделённая на положительную активную и отрицательную пассивную части. Часы находятся в собственности анимы. Часы — это нечто заглядывающее далеко в будущее; мы носим в себе внутренние часы — самость. Это колесо, машина судьбы. Всего лишь крохотные наручные часы! Но они сообщают нам время, которое судьба несёт в своём чреве. Это мандала, представляющая динамизм судьбы, это небесные часы, зодиак, двенадцать знаков, означающие двенадцать домов на небе. В них пишется судьба. С незапамятных времён человек свято верил в это.

Итак, две фигуры анимы несут с собой рок. Они — воплощения бессознательного, содержащего наш уникальный жребий. Женщина — судьба мужчины. Без неё он зависает в воздухе и не может укорениться. Женщина всегда носительница судьбы; она заставляет своего мужчину пустить корни.

Предчувствие судьбы приходит к нашему сновидцу. Женщина будет его судьбой: нечто непредвиденное, неправдоподобное, непостижимое. Он хочет рассказать об этом, и ему на ум приходит «Тысяча и одна ночь» — собрание древних как мир сказок. Это указывает на впечатление, которое на него произвели часы и девочка-анима. Это мифологические темы, слабое дуновение чего-то давно прошедшего[41]. В «Лесном царе» Гёте царь хочет заманить  к себе мальчика, чтобы тот играл с его дочерьми. И в конце концов забирает его душу силой.

Эта мифологическая тематика уводит сновидца от реальности. И ему приходится рассказывать «сказки», чтобы избавиться от мифа. И снова «стеклянная стена» — он не может вспомнить даже имён — предположительно, тех самых девочек. Настоящее имя — это сокровенная внутренняя суть, поскольку оно даётся всей полнотой бессознательного уже при рождении. Но это и часы, поскольку характер человека определяется временем рождения. Это удивительный феномен, наподобие того, как опытный дегустатор знает, когда и где «родилось» вино.

Наручные часы — судьба сновидца, рождённая течением времени; поначалу они кажутся лёгкими, но затем тяжелеют. Мы сами — собственная судьба, как Сени говорит Валленштейну: «В груди твоей звезда твоей судьбы». Самость, которая откроется со временем, представлена прибором, определяющим время и судьбу — часами[42]. Круг-мандала представляет божество. Вспомним Блаженного Августина: «Бог — это круг, центр которого везде, а окружность — нигде». Архетип круга, мандалы, означает концентрацию на центре, означающем либо самость, либо бога, либо и то, и другое одновременно, например, «Атмана»[43].



[1]            Первая сессия состоялась 27 октября 1936 г. Точные даты последующих занятий неизвестны.

[2]            См. сон № 4 из этой серии (в приложении).

[3]            См. сон 5 из этой серии в приложении.

[4]            См. сон 6.

[5]            В оригинале — Schwibbogen — подвесная арка между двумя стенами.

[6]    В оригинале — «Montium custos nemorumque, virgo! Quae laborantes utero paellas ter vocata adimisque leto, diva triformis!» Ода 22. К Диане при посвящении ей сосны. Перевод — Церетели Г. Ф.

[7]    C. G. Jung, «Symbols of Transformation», CW 5, part 1 (e.g., § 182)

[8]    J. W. Goethe, «Faust» 2, act 3, «Classical Walpurgis Night». Cf. Roscher, «Lexikon der Griechischen und Romischen Mythologie».

[9]    Перевод на русский язык — Михаил Улицкий.

[10]            См. сны 5 и 6 серии (в приложении), а также следующий сон про горящую больницу.

[11]            Пропагандистский слоган времён Третьего Рейха.

[12]            Одна из сказок братьев Гримм.

[13]    Cf. C. G. Jung, CW 5, §§ 306-7: лингам как мотив непрерывного соединения мужского и женского половых органов (ed.).

[14]  Один из главных египетских богов наряду с Амоном и Гором, бог-творец (прим. ред).

[15]  Мифологическая птица, символ воскрешения, трансформации и бессмертия (прим. ред).

[16]  Сегодня мнение научного сообщества несколько иное (прим. ред).

[17]  Или древний сферический андрогин у Платона.

[18]          Частная больница в Цюрихе (существует по сей день).

[19]          Буквально — «пожар на чердаке», «горящая крыша» — проблема, требующая немедленного решения.

[20]  Буквально — «что-то горячее, обжигающее охватывает меня».

[21]          Название примерно переводится как «сильный», «яростный», «бурный поток».

[22]  В оригинале — «halb drei» — 14.30 — половина третьего — обратите внимание на символизм числа три.

[23]  Примерный перевод — «меня ухватило за рукав, мой рукав попал в него» — подразумевается образ водоворота, машины, чудовища, угрожающего поглотить человека целиком.

[24]  Священные тексты зороастрийцев, переведённые на среднеперсидский.

[25]  Альфред Э. Брем, «Жизнь животных».

[26]  Современное название — «Символы трансформации».

[27]  В оригинале это выражение имеет также значение «справить малую нужду».

[28]  Буквально — «конский источник».

[29]  Термин, введённый Пьером Жане (см. «Les obsessions et la psychasthenie»), означает состояние, вызванное сильным психическим шоком, усталостью, отравлением или патологическими процессами в мозгу. Наблюдается сужение сознание, понижение уровня внимания и ориентации. В этом, чаще всего временном, состоянии распада сознания в него начинает проникать бессознательное, которое не получается сдержать, так что сознание ещё (или уже) не контролирует бессознательные «идеи». В то же время некоторое сознательное содержание теряет настолько много энергии, что в результате «затемняется», становится бессознательным.

[30]         «On the Significance of Number Dreams», in C. G. Jung, CW 4, §§ 129f

[31]  В оригинале «als man seine FiiBe unter ihn halten muB» — буквально, «вынужден держать ноги под ним [столом]».

[32]  В оригинальной записи семинара — «взрослый» — очевидная оговорка.

[33]  В 1924—25 годах Юнг предпринял исследовательскую поездку в индейское племя на юго-западе Америки. C. G. Jung, «Memories, Dreams, Reflections», ed. A. Jaffe

[34]  И. В. Гёте, «Ученические годы Вильгельма Мейстера», глава 13

[35]  C. G. jung, «Symbols of Transformation», CW 5, §§ 214ff,

[36]  Гёте, «Фауст».

[37]  Тяжёлый, важный, серьёзный, беременный.

[38]  В оригинале — «Nun kommt es dick!» — «А теперь кое-что потяжелее» — то есть более важное и сложное, чем происходившее до этого.

[39]  Глава «Тёмная галерея».

[40]  Древнеиндийский эпос, ключевой текст индуизма.

[41]  См. первый сон о трёх девушках.

[42]  См. Jung, «Individual Dream Symbolism in Relation to Alchemy», C\\V 12, §§ 44ff

[43]  Санскрит, первоначальное значение слова — «дыхание», позже — «жизненная энергия, личность, самость». Атман в итоге соединяется с Брахманом, божественной мировой самостью.

Другие главы перевода

13
1. Глава 1. О методике толкования снов

7 ноября 2013 г.

2. Глава 2. Детские сны

8 декабря 2013 г.

3. Зимний семестр 1936/37 Сны девочки восьми-девяти лет

8 января 2014 г.

4. Глава 3. Психологическое толкование детских снов (часть 1) Зимний семестр 1938/39

8 марта 2014 г.

5. Глава 3 (часть 2)

8 апреля 2014 г.

6. Глава 3. Психологическое толкование детских снов (часть 3)

8 мая 2014 г.

7. Глава 3 (часть 4)

8 июня 2014 г.

8. Глава 4 (Зимний семестр 1939/40). Часть 1

29 июля 2014 г.

9. Глава 4. Психологическое толкование детских снов (Зимний семестр 1939/40) Часть 2

7 сентября 2014 г.

10. Глава 4. Психологическое толкование детских снов (Зимний семестр 1939/40) Часть 3

8 октября 2014 г.

11. Глава 5. (Зимний семестр 1940/41) Часть 1

8 ноября 2014 г.

12. Глава 5. Психологическое толкование детских снов (Зимний семестр 1940/41) Часть 2

7 декабря 2014 г.

13. Глава 5. Психологическое толкование детских снов (Зимний семестр 1940/41) Часть 3

4 января 2015 г.

Случайные книги

по теме

Случайные переводы

по теме

Случайные статьи

по теме

Статья

Символизм осы

юнг, сновидения

Похожие переводы

  class="castalia castalia-beige"