Перевод

Глава 5. Досье из центрального государственного архива

Алистер Кроули и искушение политикой

 

Марко Пази.

Алистер Кроули и искушение политикой

Глава 5 

Досье из Центрального Государственного архива

 

 

 

Английские и французские конспирологи были не единственными, кто интересовался Кроули в 1920х и 1930х. В это же самое время секретные службы различных стран также отслеживали его передвижения и деятельность. Я уже упоминал досье, хранившееся в Британской полиции, которое подробно излагает Роджер Хатчинсон в недавно изданной биографии Кроули³ Также полиция Италии, в середине 1930х, активно интересовалась им. Как доказательство у нас имеется странное дело, хранящееся в Центральном Государственном архиве в Риме.

 

Этот файл находится в разделе, содержащем, главным образом, документы, касающиеся сионизма, коммунизма и масонства. Он маркирован “Кроули Алистер Эдвард А.” º и содержит документы, относящиеся к периоду с сентября 1935 по июнь 1936. Почему итальянская полиция считала необходимым следить за Кроули в это время? Более десяти лет прошло с момента его выдворения из страны и с тех пор он никогда туда не возвращался; более того, он жил “спокойно” в Англии с 1932. Подробный анализ досье поможет найти ответ на этот вопрос.

 

Оказывается, в основе такого интереса к Кроули лежит переписка между иезуитом Джозефом Ледитом (1898-1986), впоследствии профессором Папского института востоковедения, ¹ и анонимным английским корреспондентом. В одном документе этот аноним указан как “М”. Ледит был экспертом в области распространения коммунизма в Европе и выступал в авангарде культурных баталий против коммунизма, возглавляемых Ватиканом в те годы.² Он обладал, среди прочего внушительным архивом, в котором была собрана информация по этому вопросу. Из этого дела, а также из других, относящихся к этому же периоду и хранящихся в Центральном архиве Италии, мы знаем, что он контактировал с видными итальянскими полицейскими чинами, такими как Гвидо Лето (1895-1956), позднее директором управления по вопросам общественной безопасности и обменивался с ним информацией.³

 

Но кто был этот “М”? Из того же досье становится понятным, что, во-первых, это была женщина, потому что в одном из документов есть упоминание о ней как о “доносчице” (женщина-информатор) отца Ледита. Также известно, что она была активно вовлечена в борьбу против большевизма и относилась с большим уважением к итальянскому фашистскому режиму; даже написала книгу о Муссолини. Наконец, она была близким соратником ультраправого политического активиста Джона Бейкера Уайта (1902-88), ⁴⁴ что заставляет нас предполагать, что она была британкой или имела там вид на жительство. После издания более ранней версии данной книги⁴⁵ другие авторы пытались, безуспешно, разгадать тайну и узнать кто скрывался за “М”. Ричард Б. Спенсер, например, предполагал, что лучшим кандидатом мог быть Максвелл Найт, который тоже известен как “М” среди своих коллег по М15; ⁴⁶ в то время как Тобиас Чертон предлагал самого Бейкера Уайта, не понимая, что файл итальянской тайной полиции содержит письмо ОТ Бейкера Уайта К “М”, отчетливо указывая, что это две отдельные личности.⁴⁷ Оба автора также упоминают, что за М могло скрываться имя Несты Уэбстер, теоретика заговоров, которая была женщиной и знакомой Бейкера Уайта, но никогда не писала книг о Муссолини. Обе эти гипотезы, на самом деле, ошибочны, потому что у нас есть более достоверный кандидат. Достаточно очевидно, что “М” была Гертруда М. Годден (1867-1947), ультраправая активистка и автор серии антикоммунистических книг в 1920х и 1930х.⁴⁸ Самое главное, что она написала также книгу о Муссолини, которая была издана в начале 1923⁴⁹. Это, несомненно, одна из самых ранних монографий об итальянском диктаторе, изданная в Англии, если не первая. Она кажется забытой историками, и у нас есть некоторые биографические данные о ней.º

 

Досье итальянской полиции содержит три письма Годден к Ледиту, в которых она просит информацию о различных движениях и группах, несомненно, вовлеченных, по ее мнению, в подрывную деятельность¹. В третьем из этих писем, Годден также интересуется Кроули. Интересно то, что в другом письме, она упоминает Димитрия Митриновича и его движение Новая Британия. Я уже обсуждал Митриновича и Новую Британию в третьей главе, в связи с Д.Ф.С Фуллером. Напомню, что в определенный период, а именно между 1933 и 1934, Фуллер был участником группы Митриновича и Кроули также контактировал с ним. Очень возможно, что эта предполагаемая связь зажгла интерес Годден к Кроули. Но еще более впечатляет факт, что Годден тесно сотрудничала с Джоном Бейкером Уайтом и его организацией “Экономическая Лига” и некоторые расследования проводила от его имени. Если точнее, то похоже, что Годден была вовлечена, прямо или косвенно, в тайное объединение, под названием “Отдел Д”, для которого Бейкер Уайт также работал².  Это объединение было частью более крупной структуры, которая была создана сэром Джорджем Макгиллом (1868-1926), шотландским романистом и политическим деятелем, который, по слухам, был тесно связан с высшими эшелонами консервативной партии и секретных служб. Она подразделялась на ячейки для удобства выполнения тайных операций. По способу действий функционировала как частная секретная служба и ее цели были схожими с “Экономической Лигой”: борьба против подрывной деятельности и коммунизма через внедрение, разведку и пропаганду. Есть веские основания полагать, что, после смерти Макгилла в 1926, Бейкер Уайт возглавил отдел, в котором он работал и совмещал эту нелегальную деятельность с более публичной в Экономической Лиге.

 

Есть, по крайней мере, два очень значительных момента. Первый то, что Макгилл, казалось, был крайне заинтересован в деятельности Алистера Кроули и его оккультных организаций. Согласно Бейкер Уайту, Макгилл “посвящал значительное количество времени разоблачению культа зла, в котором Алистер Кроули, под псевдонимом “Зверь” был центром” ⁵⁴. Расследование по Кроули было выполнено одним из сотрудников Бейкер Уайта по группе, анонимом, который упоминается как “Н”. Очевидно, незадолго до того, как стать жертвой загадочного инцидента, “Н” “раскрыл сюжет с шантажом, в который были вовлечены два очень известных политика, связанные с деятельностью Кроули на острове Чефалу”. ⁵⁵ На первый взгляд легко предположить, что одним из двух политиков мог быть Том Дриберг, который был активистом левых взглядов и в соединении с Кроули представлял собой очевидную цель для человека, подобного Бейкер Уайту. Но, в этой версии имеются явные несовпадения, потому что, как известно, Дриберг никогда не был в Чефалу (который, кстати, не является островом).

 

Второй момент примечателен в отношении деятельности отдела “Д”, тем, что Максвелл Найт, с большой долей вероятности, был вовлечен в нее, ⁵⁶ и создается странное впечатление, что многие ключевые фигуры нашей истории были связаны через многочисленные, разнообразные сети политических влияний и действий. Интерес Макгилла к Кроули, в любом случае, создает интересные предпосылки для расследований Годден и ее переписки с Ледитом. Как отмечал Ричард Б Спенс, следует особенно иметь в виду то, что после Первой Мировой войны и особенно, в 1930х, полиция и секретные службы разных стран относились к Кроули как к участнику леворадикальных движений⁵⁷.  Следовательно, он вызывал подозрение не только своей эзотерической деятельностью и аморальным поведением, но также в силу более специфических политических причин, даже, если эти причины не были хорошо обоснованы и противоречили важным аспектам его мировоззрения.

 

Я думаю, что мое исследование во второй главе ясно показало, что несомненно, в мыслях Кроули присутствовал строгий радикальный компонент, а также он чрезвычайно интересовался политической активностью как таковой и был абсолютно готов продолжать двигаться путем изучения широкого спектра политических идеологий, чтобы утверждать свои собственные религиозные постулаты.

 

Из писем Годден мы знаем, что между 1935 и 1936 она была особенно занята изучением движения Димитрия Митриновича. Она также упоминает французское движение “Новый порядок”, которое было связано с “Новой Британией” ⁵⁸. Также вызывает интерес тот факт, что в первых двух письмах она ссылается на психолога Альфреда Адлера и “Адлеровское сообщество”. Годден обращает внимание на то, что существует связь между Адлером и группой Митриновича. Связь, несомненно, была близкой настолько, что Митринович основал в 1927 английское отделение общества Адлера и прилагал усилия для распространения работ Адлера в Англии⁵⁹. Также важным элементом является то, что Кроули знал Адлера. Они дважды встречались в Берлине в августе 1930 и в августе 1931º. Интригует то, что в августе 1930, имя Митриновича упоминается в дневнике Кроули в тот же день, что и имя Адлера.

 

Очевидно, Годден считала движение Митриновича частью того, что казалось ей разветвленной сетью разрушительных сил. То, что Кроули и ОТО, как ей казалось, связаны некоторым образом с Новой Британией, только усиливало ее подозрения. Поэтому, Годден писала Ледиту и просила предоставить ей нужную информацию. Упоминая о возможной связи между “Новой Британией” и ОТО, она убежденно добавляет, что это “делает данный материал весьма опасным для обработки!”. ¹ Письмо продолжается очень интересным заявлением: “Я надеюсь, что вы полностью задокументировали ОТО- с его экзотерическим и эзотерическим названием?” Мы не знаем, почему Отец Ледит, который имел специальный интерес к большевизму и религиозной ситуации в Советском Союзе, занимался “полным документированием” ОТО. Но дальнейшие упоминания приводят к пониманию того, что Годден не знала находится ли главный штаб Кроули в Чефалу. Похоже, она думала, что, если он до сих пор базируется в Италии, Ледит точно должен знать об этом. В любом случае, Годден продолжает: “Не могли бы вы рассказать мне все, что касается передвижений всемирно известного Абистера (или Алистера) Кроули в последние десять лет, и в особенности, в 1935-1936- и его многочисленные прозвища? Это срочно.” ²

 

Похоже, что Ледит даже не знал кто такой Алистер Кроули, но, чтобы выполнить просьбу своего корреспондента, он решил обратиться к знакомому полицейскому, Гвидо Лето. Последний, видя срочность, с которой был задан вопрос, связался с Главным начальником Итальянской полиции Артуро Боччини (1880-1940) лично. Боччини, в свою очередь, послал запрос комиссару полиции в Палермо. Поскольку, резиденция Кроули располагалась в Чефалу, было логично адресовать соответствующему сотруднику запрос об информации.

 

Это объясняет наличие другого документа в деле: письмо полицейского комиссара Палермо к Боччини. Оно датировано 6 июня 1936, и хронологически, это последний документ в досье. Из различных фрагментов письма, мы делаем вывод, что Боччини, после его получения, передал его Лето, который, в свою очередь, информировал Лето о его содержании. Ледит, возможно, ответил Годден, передав ей всю полученную от комиссара информацию.

 

Но что это была за информация? Комиссар начал с биографии Кроули в деталях. Они были более-менее достоверными, если не считать правильности написания некоторых слов.³ Далее становилось интереснее:

 

“Кроули жил около пяти лет на вилле в окрестностях Чефалу и был выдворен из страны, в соответствии с министерским приказом 13 апреля 1923, было подтверждено, что на его вилле имели место обряды, основанные на непристойных и извращенных сексуальных практиках, в которых принимали участие три иностранки, которые состояли с ним в интимных отношениях, кроме того, другие иностранцы, которые наведывались туда время от времени.»

 

Однако, Кроули провел в Чефалу менее пяти лет: он приехал в начале 1920, и был выслан в апреле 1923, это составляет менее четырех лет. Нам также косвенно известно, что причиной его депортации было “непристойное” поведение обитателей виллы. Поскольку документы, непосредственно касающиеся выдворения, не обнародованы до сих пор, это остается в высшей степени интригующей информацией⁶⁴. Письмо продолжается списком докладных на Кроули и его общину, которые были отправлены министру префектурой Палермо, и которых, к сожалению, нет в деле. Согласно списку комиссара, первый из доносов (всего их три) от 25 июля 1922, то есть до выдворения. Это позволяет предположить, что поведение Кроули, его наложниц и его последователей привлекало внимание итальянских властей в течении достаточно долгого времени до фактически провокационных действий. Более того, судя по заявлению комиссара, интерес к Аббатству не исчез полностью послы высылки Кроули⁶⁵, учитывая, что “Отдел политической полиции….указывал, что клеветнические заявления, касающиеся условий жизни в фашистской Италии распространялись из дома Кроули в Чефалу, эти данные были собраны специальной шпионской службой Британского министерства иностранных дел и печатались в некоторых газетах”.⁶⁶

 

Таким образом, Аббатство Телемы было преподнесено как центр антифашистской пропаганды! Но комиссар поспешил добавить, что “вышеупомянутое заявление было лишено оснований, так как после депортации Кроули, только одна из его женщин осталась в Чефалу- француженка- которая жила в бедности и не имела отношений с кем-либо” ⁶⁷. Эти слухи, касающиеся антифашистской деятельности в Аббатстве Телемы продолжались еще долго после выдворения Кроули, вплоть до 1927 года.

 

Кроули, конечно же, распространял антифашистскую пропаганду, но по-своему. Во время пребывания в Тунисе, летом 1923, он начал писать сатирическую поэму о фашистском режиме и Муссолини, который оказался ответственным за его высылку из Италии. Эти поэмы были собраны и переизданы в тот же год под общим названием “Песни Италии” ⁶⁸.

 

Чернорубашечники

 

Очень удобно носить рубашку,

 

Чей цвет скрывает грязь!

 

Как повезло тому,

 

Кто может носить то, к чему лежит душа!

 

Какая бесценная помощь тому,

 

Кто скрывает под покровом ночи нож для своей работы! ⁶⁹

 

В коллекции Йорка в Варбургском институте, есть копия “Песен об Италии” с пометками Джералда Йорка и различными записями, приклеенными на полях страниц. Среди них письмо Нормана Муда к редактору Французской ежедневной газеты, в котором говорится:

 

“Кроули написал, в последние несколько месяцев, поэмы и сонеты против Муссолини, которого считает глупой беспородной дворняжкой. Я беру на себя смелость присоединить копии этих поэм и предлагаю вам напечатать их в вашей газете, в переводе на французский и, если необходимо, со вступительным словом. Сила этих поэм и их презрительная и ироничная горечь, помогут Европе избежать ужасную опасность” º .

 

Кроули, через своего последователя Муда, стремился представить себя как как жертву репрессий и убивающего свободу режима. Но, как мы уже узнали, не был сильно поражен, по крайней мере в начале, фашистскими методами и идеями. Это, естественно, уменьшило его внезапный антифашистский энтузиазм, но не убеждения. Но, тем не менее, даже спустя несколько лет, Аббатство Телемы продолжало считаться источником “клеветнических заявлений, касающихся условий в фашистской Италии”.

 

В досье Кроули хранится также другой не менее интересный файл, озаглавленный “Масонство в общем”, содержащий отпечатанный 70страничный документ¹. Текст начинается так: “Масонство и иудаизм: две силы, которые, по причине международного характера и политических устремлений, несомненно должны быть и являются непримиримыми врагами каждого внутренне сильного государства с национальной гордостью и достоинством.” ²

 

Следующий отрывок кажется символическим. В нем говорится:

 

Масоны и иудеи игнорируют понятие Родина и в силу своих интернациональных связей, постоянно стремятся препятствовать стремлениям и усилиям людей, не разделяющих принципы интернационализма, безусловной терпимости, пацифизма и, следовательно, марксизма, в целом, поддерживаемого этими группами.³

 

Следует помнить, что этот доклад был написан в контексте сотрудничества между немецкой и итальянской полицией, в соответствии с договором, подписанным в 1936, предусматривающим обмен информацией на “щекотливые” темы, такие как масонство и иудаизм ⁷⁴. Далее автор пишет: “если я озабочен более всего масонством, то потому, что надеюсь, что, вследствие аналогичной ситуации в Италии и Германии, будет комплексная договоренность о совместном противостоянии данным проблемам.”⁷⁵ Все это приводит нас к заключению, что этот доклад был прочитан на встрече представителей обоих полицейских ведомств.

 

Отчет основан на двух теориях: слиянии масонов с иудеями для создания инструмента политического влияния в обществе; и существование международного координирования масонства по всему миру (также через различные ритуалы и повиновение) ⁷⁶. Масоны постоянно изображались как эффективное средство воздействия, используемое Иудаизмом и поддерживаемое марксизмом и большевиками.⁷⁷

 

Налицо, так сказать, некоторые из базовых идей, на которых было основано большинство теорий заговоров того времени.

 

Но этот доклад по масонству, также имеет отношение к нашему предмету, поэтому, я обращаюсь к нему. Поскольку масоны являются орудием иудаизма, как говорится в докладе, то те, в свою очередь, также нуждаются в инструментах влияния в обществе, с тех пор как количество действительных масонов в нем стало ограниченным. Одним из этих инструментов является пресса; другим- ряд организаций, таких как “Лига по правам человека” и “Клуб деловых людей”; сюда же относится масонский авангард, “образованный пансофскими и оккультными ложами, теософами, которые через ОТО и ложу “Защиты прав человека”, находятся в тесном контакте с высшими чинами Французского масонства”. ⁷⁸ Орден Кроули, был представлен, таким образом, как играющий важную роль в контексте сотрясения основ мироздания. Получалось, что он и его организация имели в глазах итальянской полиции и, возможно, немецкой, значительный политический вес. К сожалению, автор доклада не дает объяснения каким образом ОТО и другие оккультные ложи могли, по его мнению, оказывать разлагающее влияние на общество; но вывод был один- они являлись прикрытием для единственного демонического образа: мирового еврейского доминирования.

 

В этом полуофициальном документе итальянской полиции того времени, мы находим одинаковые доказательства, основанные на существовании фантома Высших Лож, которые разрабатывались на протяжении многих лет в МОТС и других конспиралогических изданиях. Автор доклада приписывает ответственность за Французскую Революцию и даже Первую мировую войну масонам. Если бы масоны были в состоянии совершить столько разрушений в прошлом, чего бы могли они достичь со своим авангардом в будущем?

 

 

 

 

 

Традиционализм.

 

 

 

Не удивительно, что консервативные авторы склонны оценивать Кроули в негативном свете. Одной из ключевых черт традиционализма является отрицательный образ современности. Секуляризм, либеральная демократия, релятивизм, феминизм, социализм, эволюция: все эти аспекты современности консерваторы считают, хотя и с некоторыми нюансами и различиями, резко негативными. С традиционной точки зрения, мы живем в век декадентства, приближающемся к концу времени. Совершенство не в поиске идеала в идеальном будущем, в которое модернисты изобретательно верят с его “мифическим прогрессом”; наоборот, совершенство лежит в изначальном прошлом. Постепенно, мы удаляемся все дальше от него, и все более деградируем и запутываемся. Этот дегенеративный процесс неизбежен, поскольку это присуще природе временных космических циклов, но это также поддерживается воздействием, так называемой “контр-инициации”, совместно с анти-консервативными силами, которые исторически принимают различные формы. Хотя, интеллектуальный статус таких авторов как Генон и Эвола, вне всякого сомнения выше, чем у среднего автора теории заговоров, общее понятие “оккультные силы” работает на подрыв традиционного духовного и социального порядка так, что позволяет нам проводить идеологическое сравнение между ними. В традиционализме, однако, присутствует временной концепт, который, как правило, отсутствует в теориях заговора, склонных к озабоченности негативными влияниями в обществе больше чем типичными для традиционалистской мысли большими циклическими хронологиями.

 

Как мы уже могли заметить, во многих отношениях Кроули не был “традиционалистом” и “антимодернистом”. По некоторым вопросам в нем присутствовала определенная амбивалентность- я уже обсуждал легитимистские тенденции его юности и критицизм в отношении западной цивилизации- но, в общем, структура его личностной психики оставалась как позитивной, так и современной. Более того, предлагаемые его религией духовные и социальные потрясения не были привлекательны для традиционалистов, не более, чем для сторонников теории мирового заговора.

 

Два традиционалиста, казалось интересовались Кроули больше всех, это, несомненно, Рене Генон и Джулиус Эвола ⁷⁹.Начнем с Генона. Как известно, после частых посещений парижских оккультных организаций в юности, Генон приобрел суровую критическую позицию по отношению к любым формам оккультизма и новой духовности, в особенности, англосаксонского происхождения. Одним из его излюбленных мишеней было Теософское общество, о котором он написал резко критическую работу, также содержащую упоминания о Золотой Заре и ОТОº. Генон заявил, что Теософское общество помимо того, что играло анти-традиционалистскую роль, использовалось Британскими спецслужбами, например, в Индии, для продвижения интересов контринициации. Вид отношений, который Генон установил между полицией и формами оккультизма образуют паттерн, который подходил Кроули, учитывая его мнимые отношения с теми же самыми спецслужбами.

 

Мы уже сталкивались с высказываниями о деятельности Кроули в письмах Генона. Все это заставляет нас верить, что Генон относился к деятельности Кроули с определенным любопытством. Чтобы найти другие отзывы в записях Генона, нам надо вернуться к статьям, которые МОТС посвящал Кроули. Генон был прилежным читателем этого анти-масонского журнала, с которым он был вовлечен в открытую полемику в то время. Спор начался до того, как МОТС начал интересоваться Кроули; а именно, когда Генон сотрудничал между 1913 и 1914 годами с другим анти-масонским изданием “Анти-масонская Франция” ¹. По существу, Генон опровергал экстремистские конспирологические тезисы МОТС, которые, как мы знаем, базировались на представлении, что “Высшие Ложи” контролировали масонов. Генон логически доказывал, что невозможно всецело управлять феноменом масонства таким ограниченным путем или приписывать им однозначное влияние на общество. Однако, в своей оценке МОТС, он применял собственную теорию заговора, будучи убежденным, что агенты контринициации скрываются за журнальным фасадом. Во всех проявлениях, интерес к Кроули, проявляемый изданием Жуэна и публикации отрывков из его работ, казались Генону чрезвычайно подозрительными.

 

 Как мы знаем, в марте 1929, МОТС разместил статью под названием “Атланта и друзья Атлантиды”, в которой были упомянуты Генон и Луи Шарбонно-Лессэ, наряду с Полем Ле Куром и его журналом. МОТС намекал, что эти три автора должны быть тесно связаны друг с другом, потому что Генона слишком часто цитировали на страницах издания Ле Кура, хотя это утверждение спорно, в то время как Шарбонно- Лессэ опубликовал несколько резких атак Геннона. Как только Генон узнал о статье в МОТС, он написал Шарбонно-Лессэ и рассказал ему об этом. В письме от 30 марта 1929, он объяснял своему другу, что, как обычно, анти-масонское издание увидело связь между тем, что абсолютно не связано друг с другом². Существование связи между магическим орденом Кроули и журналом Ле Кура не имеет под собой никакого основания. Генон был уверен в этом, утверждая, что он знал намного больше об АΔАΔ и деятельности его главы, чем сотрудники МОТС. Странно, однако, что Генон, казалось, принимал абсолютно фантастическую интерпретацию названия АΔАΔ как “Адепты Атлантиды”, которая подводит нас к предположению, что даже его источники информации едва ли были безупречны. Кроули, в любом случае, описывается как “весьма сомнительный” характер. Кроме того, он “ловкач и мошенник”, больше, чем представитель реальной “оккультной власти” ³.

 

Но Генон также имел возможность занять публичную позицию в отношении интереса МОТС к Кроули. В заметке от июля 1929, напечатанной в журнале “Вуаль Исиды”, Генон писал:

 

МОТС напечатал некоторые документы, касающиеся ОТО, чьим действующим главой, по крайней мере, для англоговорящих стран, является сэр Алистер Кроули, недавно выдворенный из Франции…. Эти документы, естественно, сопровождаются вызывающими комментариями, в которых ОТО предстает как “Высшая Ложа”, а Алистер Кроули как преемник “Иллюминатов”, что является персонажем “Избранника Дракона”; это по большей чести, честно говоря, подозрительные фантазии индивидуумов без оснований и полномочий.⁸⁴

 

В октябре того же года, Генон вернулся к этому вопросу, опять в” Вуали Исиды”:

 

“Очень трудно оставаться серьезным, когда придается такая важность мистификациям Алистера Кроули. Конечно же, не вызывает сомнений, что подобная личность полностью соответствует заявлениям, поддерживаемым МОТС; но журнал скрывает от своих читателей тот факт, что ОТО и его глава не признаны ни одной масонский организацией и что если бы этот мнимый “высоко инициированный” попытался вступить даже в самую малую “Ложу Подмастерьев”, ему бы немедленно указали на дверь со всем уважением к его рангу!” ⁸⁵

 

В последнем утверждении, Генон совершает забавную ошибку. Кажется, он не был осведомлен о том, что, согласно масонской терминологии, Кроули, на самом деле был собратом, инициированным Великой Французской Ложей в 1904-в повиновении которой находился сам Генон во времена своей молодости! ⁸⁶ Кроули, конечно, не был масоном официально, в понимании Великой Английской Ложи, но с этой точки зрения, Генон им не был тоже. В любом случае, согласно Генону, МОТС совершил ошибку, поверив в “хвастовство” Кроули, придав такое значение его заявлениям, которых не было на самом деле. Но самое интересное заключается в том, что, по заверениям Генона МОТС переоценивал Кроули не из-за наивности, но по злому умыслу. Точнее, Генон верил, что журнал монсеньора Жуэна был “в сговоре” с Кроули и все это было частью плана контринициации. Так, по крайней мере, следует, из письма Генона, написанного 5 ноября 1936 года Ренато Шнейдеру: “Как бы то ни было, большое собрание документов, опубликованных бывшими сотрудниками МОТС, дали мне, неожиданным образом, возможность получить доказательство их молчаливого согласия с Алистером Кроули, о котором я давно подозревал” ⁸⁷.

 

Генон, конечно имеет в виду книгу Лесли Фрай “Лео Таксиль и масонство”, о которой я уже упоминал⁸⁸. К сожалению, он не объясняет, в чем заключается доказательство, на которое он ссылается. Он, скорее всего, просто думал о переиздании, в этой же самой книге, статьи Лесли Фрай “Миссионеры Гностицизма”, которая первоначально появилась в МОТС⁸⁹. Трудно понять, однако, почему простая перепечатка статьи может служить убедительным доказательством “молчаливого согласия”, упомянутого Геноном. Мы можем только сказать, что, если Кроули знал о статьях в МОТС и, в особенности, о копиях переводов своих работ, он, возможно относился к этому как к бесплатной рекламе. В одном Генон был безусловно прав: МОТС относился к Кроули очень серьезно. Но негласное сотрудничество между ними, было не более, чем плодом его фантазии.

 

 Но здесь возникает вопрос, на который до сих пор нет ответа: Что Кроули действительно знал обо всем этом? Некоторые документы указывают на то, что он знал о статьях в МОТС и о полемике Генона на эту тему. Первый документ- это письмо Генри Бирвена (1883-1969) к Кроули. Бирвен был немецким эзотериком, основателем обзора эзотерических исследований “Роща Исиды” и последователем Кроули, так как он, подобно многим другим немецким оккультистам того времени, считал Кроули духовным наставником новой эрыº. Он восхищался им и намеревался сделать все возможное для распространения его идей в Германии, главным образом, через свой обзор. В то же время, он требовал объяснений по поводу клеветнических слухов, которые преследовали Кроули как внутри оккультных кругов, так и за их пределами.

 

Бирвен писал 21 октября 1929 следующее (мы помним, что Кроули был в Англии в это время): “Генон вступает в полемику с МОТС и утверждает, что, если бы вы были, хотя бы подмастерьем, вам бы указали на дверь со всем уважением к вашему рангу.(!) Это идиотизм, но это также доказательство того, что люди не знают вас”¹.

 

29 октября Кроули ответил Бирвену:” Благодарю за ваше письмо от 21, которое доставили мне сегодня вечером. Обезьяна месье Генон забавляет меня. Что за чушь!” ² Это была одна из типичных кроулевских шуток, которую невозможно воспроизвести в английском переводе: на французском “guenon” (без ударения над “е” как в имени “Guénon”) означает самка обезьяны. К сожалению, подобная игра слов была для Бирвена подтверждением репутации Кроули; и через несколько месяцев их переписка прекратилась. Но нас интересует тот факт, что Кроули было известно мнение Генона и он не напрямую отвечал ему в такой шутливой манере.

 

 Что касается МОТС, письма Бирвена имели отношение к нему, но это не значит, что Кроули обязательно было известно о статьях. Однако, существует письмо, написанное Израэлем Регарди Джеральду Йорку 20 мая 1930, которое, вполне возможно, относилось к французскому журналу. Оба и Йорк, и Регарди, были в то время учениками Кроули, а Регарди еще и личным секретарем: “666 (Кроули), кажется, стремится заполучить этот лягушачий журнал “Обзор тайных наук”. Не мог бы ты заказать его, Уоткинс?” ³

 

Похоже, что Регарди по ошибке написал “наука” вместо “общество”. В то время, кажется, не существовало журнала, название которого упомянуто в письме⁹⁴. По какой причине Кроули стремился заполучить этот журнал, если не ради статей, в которых шла речь о нем?

 

Другая причина, по которой Генон интересовался Кроули, касается предполагаемой связи последнего с Гитлером и нацистами, которую я рассматривал в 4 главе. Письма, в которых об этом упоминалось, во-первых, к Ренато Щнейдеру от 4 сентября1938 и  Джулиусу Эвола от 29 октября 1949, относятся к намного более позднему периоду, чем полемика с МОТС. Интересно то, что со временем мнение Генона о Кроули начало изменяться. ВО времена споров с анти-масонским изданием, он стремился преуменьшать его негативное влияние, в то время как в письме к Эвола тон совершенно другой⁹⁵. В отношении Золотой Зари и ее ценности как инициативной группы, Генон пишет:

 

“Только значительно позже Кроули действительно вышел на сцену, также он поступал и в другом; даже, если это был совершенно незначительный случай с псевдо-инициацией (возможно, это не совсем относится к Золотой Заре), его появление принесло по-настоящему левое влияние, которое во многом было намного опаснее⁹⁶.”

 

Здесь Кроули, намного больше чем в полемике с МОТС, предстает как абсолютный агент контр-инициации.

 

Что касается Эволы. В гораздо большей степени итальянский традиционный ученый может считаться “теоретиком заговора” - в истинном смысле этого слова- чем Генон. Вопросы разрушительного влияния Иудаизма и Масонства, как известно, играли важную роль в его работах, особенно, в период ближе к концу Второй мировой войны. Его разногласия с Геноном-особенно в вопросах Масонства-хорошо известны⁹⁸. Имея поверхностные представления о его работах, можно утверждать, что оценка им Кроули намного более негативная, чем у его оппонента. И, как мы увидим, не только в этом случае.

 

Во-первых, мы должны спросить: когда Эвола узнал о Кроули, как об авторе? ⁹⁹ Мы знаем, что последний, в определенный период, поддерживал связи с итальянскими оккультными кругами, в которые позже вступил Эвола. Эти отношения были, главным образом, установлены через международную масонскую сеть Ресса. Таким образом, Кроули познакомился с Эдуардо Фросини (1879-?) и Артуро Регини (1878-1946). Фросини, будучи очень активной личностью, в нарушение масонских законов, создал Итальянский Философский Ритуал в 1909 вместе с Регини. Это была, в сущности, попытка создать Масонство, основанное на эзотерических и национальных идеях, инспирированная, более всего, Пифагорейской традицией, следовательно, разительно отличавшаяся от рационалистских и интернациональных тенденций и основного направления Свободных Масонов Италии. Здесь нет смысла углубляться в замысловатую историю масонской инициативы, которая имела весьма неспокойное существование¹ºº. Интересно то, что среди взаимных признаний, которые имели место между этими силами, существовали также взаимообмены между Рессом и Кроули с ОТО с одной стороны и Фросини с Итальянским Философским Ритуалом и Регини с другой. Кроули действительно получил диплом Ритуала в октябре 1913, в то время как Регини и Фросини были записаны в Золотой Книге ОТО. Нет сведений, что их отношения развивались дальше, хотя Ресс и Фросини, несомненно состояли в переписке друг с другом.

 

У нас нет документов, подтверждающих дальнейшие котнакты с Кроули, после вышеупомянутого диплома. Насколько известно, после смерти Ресса в 1923, Кроули не пытался восстановить связи с итальянскими представителями Ордена¹º².

 

Эвола, конечно, не был вовлечен во все эти дела и, учитывая его антимасонские предубеждения, сомнительно, что Регини упоминал бы о нем и о времени их сотрудничества. Еще более сомнительно, что он упомянул бы Кроули. Ренато Дель Ронте, однако писал об этом в издании, которым руководил Эвола, заметка относилась к книге известного “Мастера Тиреона”, а мы знаем, что это было одним из псевдонимов Кроули в то время¹º³. Автор, который сделал упоминание-скорее всего- сам Эвола- получается, не знал, кто был Мастер Тиреон на самом деле¹º.

 

Во-вторых- и снова-косвенно- связи между Кроули и Эволой были обнаружены после Второй мировой войны, а именно, в письме Генона, цитата из которого уже приводилась ранее. Из контекста следует, что Эвола интересовался мнением Кроули по поводу целого ряда лиц, относящихся к миру европейских оккультистов и эзотериков, включая Густава Майринка (1868-1932) и Джулиано Креммерца (псевдоним Чиро Формизано, 1861-1930) ¹º. Из ответов Генона становится очевидным, что в то время как Эвола считал их учения представляющими определенную ценность, Генон был склонен видеть в них преимущественно “левые” и опасные фигуры. Два традиционалистских автора очевидно отличались во мнении по поводу оккультизма, в его специфическом историческом смысле. С точки зрения Генона, недостаток “инициаторной закономерности” в действиях оккультистов осуждался с самого начала. И если бы “законная” инициация действительно присутствовала, это бы сделало их активность еще более опасной, как в случае с Бо Инь Ра (псевдоним Джозефа Антона Шнейдерфранкена, 1876-1943) ¹º. Естественно, эта разница во мнениях также относилась к магическим практикам в целом, которые Генон считал довольно неблагоприятными, в то время как Эвола придавал им положительное значение¹º.

 

Определенно важно то, что Эвола в новой редакции статей из журналов “Ur and Krur”( изданных в трех томах в 1955 под названием “Введение в магию”), включил перевод текста Кроули¹º. Интригует, что этот текст содержит некоторые части “Либер Алеф”, который в то время еще не был издан, как это было заявлено Эволой во вступлении¹º. Это представляет собой некоторую проблему: каким образом, через какие каналы Эвола заполучил этот нигде неизданный текст? Биографии Кроули, написанные Саймондсом и Кэммелом уже вышли к тому времени. Из этих книг Эвола мог добыть информацию о жизни и трудах Кроули; но, для того, чтобы приобрести неизданную работу, он должен был иметь связи среди людей, близких к Кроули. Х.Т Хакл, в своем эссе, включенном в эту книгу в “приложении 1”, наконец, отвечает на этот вопрос. Но также вызывает интерес недописанное примечание, с которого Эвола начинает перевод текста Кроули:

 

“В “амфитеатре” современной магии, англичанин Алистер Кроули является фигурой самого высокого ранга. Согласно всеобщему мнению он принадлежит к черной или сатанинской ее части, что, скорее всего, являются им же самим создаваемым имиджем, даже то, как он себя называет “Великий Зверь 666”. На самом деле, это в большей степени фасад: правда в том, что Кроули просто следовал по левому пути, для которого он особенно подходил. Его жизнь была чрезвычайно разнообразной и сложной…и даже верится, что он имел тайное отношение к недавним политическим событиям” ¹¹º.

 

Конечно, последнее предложение это завуалированный намек на письмо Генона, о котором я упоминал ранее.  Далее Эвола продолжает описывать Закон Телемы и его принципы, с очевидным знанием материала и представляет сравнение между кроулевской Магией и Тантрой с точки зрения сексуального аспекта и использование средств, расширяющих сознание. Согласно Эволе, легко найти “элементы традиционной магической доктрины” в работах Кроули ¹¹¹. Здесь видна очевидная разница с оценкой Генона. Эвола показывает решительный интерес к учениям Кроули. Несмотря на упоминание о политическом подтексте, его на самом деле интересовала их действенная магическая сторона. Возможное сотрудничество с Гитлером и нацизмом не вызывало в Эволе немедленного неодобрения, как было в случае с Геноном. Контр-инициация или шарлатанский элемент, которые Генон видел в Кроули отсутствовали в оценке Эволы. Позже, он продолжил писать о Кроули в различных случаях, не меняя своего мнения, как это было показано в цитатах, приведенных выше.¹¹²

 

В завершении, стоит обратить внимание на отношение Кроули с еще одним заслуживающим внимания традиционалистским автором: Ананда К. Кумарасвами. Их отношения имеют только биографическое значение. Этот англо-индийский историк искусств некогда не упоминал имени Кроули в своих трудах, что касается Кроули, то его упоминания касаются личных дел и не имеют отношения к идеям¹¹³. Эти двое часто встречались во время пребывания Кроули в Соединенных штатах весной и летом 1916. Согласно Кроули, они сблизились потому что он считал Кумарасвами экспертом восточных доктрин¹¹. Это было до того, как индиец начал работать в Музее изящных искусств в Бостоне; до его знакомства с идеями Генона, которые имели место в 1930х, было еще далеко. К сожалению, что касается остального, мы знаем только со стороны Кроули. Он заявлял, что был в курсе того, что случилось со второй женой Кумарасвами, английской певицей Ратан Деви (псевдоним Алисы Ричардсон, 1885-1958), которая была беременна. Кроули обвинял Кумарасвами, что тот был причиной выкидыша жены, так как заставил ее совершить длительный морской переезд, несмотря на серьезные осложнения во время беременности. Осуждение было чрезмерно резким и жестким, включая расистский подтекст из-за полуазиатского происхождения обвиняемого.

 

Возможная политическая подоплека в отношениях Кроули и Кумарасвами, была предложена Ричардом Б. Спенсом¹¹. Он замечает, что Кумарасвами симпатизировал индийским националистам и имел с ними контакты. Во время Первой мировой войны лояльное отношение различных частей Империи было в большинстве к британским властям и индийский национализм являлся потенциальной угрозой стабильности. Это давало достаточно оснований английским спецслужбам в Америке для слежки за Кумарасвами и его деятельностью. Если верить Спенсу, Кроули сотрудничал со спецслужбами на постоянной основе во время пребывания в Америке и передавал информацию о Кумарасвами. Однако, это были всего лишь предположения, не имеющие твердых доказательств.

 

 В переписке Кумарасвами с Геноном, которая началась в середине 1930х, не было найдено никаких упоминаний о Кроули¹¹. Похоже, что Генон ничего не знал о каких бы то ни было отношениях Кумарасвами с английским оккультистом.

 

Стоит отметить, что Кумарасвами довольно долго прожил в Англии, до того, как переехал в Соединенные Штаты. Там он был вовлечён в ту же самую Эдвардианскую культурную среду, которую я описывал в отношении Кроули. Например, он был знаком с А.Р. Ораджем и группой авторов, связанных с “Новым Веком”, с которым сотрудничал¹¹. В определенном смысле, Кроули и Кумарасвами были подвержены одинаковому интеллектуальному влиянию, которым они были наполнены, в соответствии с их чувствами. Это, что наиболее вероятно, создало почву для их встречи, пока личные причины не развели их, оставив- по крайней мере у Кроули- сильное чувство обиды. Но пока критика Кроули современной цивилизации была частью крайне амбициозного проекта религиозного обновления, идеи, которые Кумарасвами впервые развил в контексте Эдвардианской Англии, позже были интегрированы, после того как он обнаружил их в работах Генона, в традиционалистской доктрине они не оказались неуместными, скорее дали ему завершенность и последовательность.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

телема

Похожие переводы

  class="castalia castalia-beige"