Перевод

Глава 12. Юпитер

Планеты внутри

Томас Мур

Планеты внутри

Глава 12

Юпитер

 

Последние две планеты, которые стоит рассмотреть, носят имена божеств с богатой историей в мифологии, но в системе Фичино требуют некоторой проработки. И Юпитер, и Марс  представляют сферы психологического значения не менее важные, чем другие, однако их функции выглядит такими определенными и прямолинейными в Фичинианском круге Зодиака, что ресурса для развития воображения очень мало. Две вполне себе противоположные по своим свойствам планеты; на самом деле в Фичиновских работах, Юпитер всего лишь призван в качестве покровителя решающего любые проблемы, а Марс всякий раз представляется грозной силой, которую нужно избегать. Вследствие этого, нам не приходится ожидать слишком многого от Юпитерианской психологии в плане рефлексий.

Семена фантазии

            Если в Сатурне мы находим отказ от обыденной жизни, то в Юпитере обнаруживаем вход именно туда, где все наиболее привычно и обыденно. В Фичиновской психологии, он является богом обыденной жизни, божеством, представляющим помимо всего те вещи, что поддерживают умеренную жизнь, в частности закон и правительство, поддерживает светскую и общественную жизнь. Среди писем Фичино можно обнаружить краткое описание Юпитера, достаточно интересно написанное в 1492 году. В нем он дает краткий портрет Юпитера и в этом процессе  рассказывает о некоторых Юпитерианских свойствах и духах. «Юпитер это интеллект», - пишет он, «от которого произошла вселенная»;1 в связи с этим, он может символизироваться в виде сфер или округлых форм. Или же, он может представать в образе мужчины, особенно в силу того, что он является умом, рассудком (mens) и «наделяет все разумными основаниями (seminal ratio)».
            Именно разумные основания «seminal ratio» Фичино описывает во вступительной фразе  Планет довольно-таки витиеватым языком,2 и так как это понятие является базовым в астрологической теории, оно заслуживает короткого комментария. По Фичино, Мировая Душа, незаменимая на космическом уровне для объединения разума и тела, обладает стольким количеством «seminal ratio», скольким и идеи в божественном разуме. Молекулы вещей приобретают форму исходя из этих оснований в душе, и на самом деле, когда случается распад всего, их можно оживить посредством семян души, а далее, этот процесс может быть завершен посредством материальных форм, в которых хранились эти дары Мировой Души. Такие материальные формы, соответствующие семенам Мировой Души, что рекомендовал нам Фичино,  звались «божественными соблазнами» у Заратустры и «магическими ловушками» у Синезия. Фичино объясняет, что мы можем создавать такие «ловушки» в материальных формах, способных привлечь приток космической души; они срабатывают или как паттерны, или как образующие семена.

            Один из ведущих принципов в этом исследовании – смещение перспективы: увидеть душу как качественное состояние, а не как вещественное содержание. Одно дело поместить психе внутрь метафизической схемы, и совсем другое представить душу как измерение сознания. Если это действительно верно, тогда то, что я предлагал ранее на основании теории Хилмана о том, что Мировая Душа и есть сам мир, оживленный через фантазию, тогда мы рассматриваем эти малопонятные идеи Фичино как способ обращения с этими фантазиями. На самом деле, было бы более уместно переводить «ratio» в этом контексте как «фантазия». Тогда «seminal rationes» становятся зернами фантазии, которые прорастают воображении и оплодотворяют жизнь. Назвать их космическими фантазиями значит вырвать их из личностной сферы, поместив их в циклическое астральное тело.

            На самом деле Фичино будто бы сделал предположение о том, что жизнь может стать рутиной и неосознанно застрять в материалистических проектах; она вырождается потому, как отрезана от порождающих фантазий. Но, по словам Фичино, жизнь можно снова возродить и вдохнуть душу, посредством грамотного и ловкого обращения с образами; так как именно в образах мы обнаруживаем семена-фантазии. Размышляя о Юпитере мы снова возвращаемся к этому Фичиновскому лейтмотиву: душа воссоздается и питается духом, содержащемся в материальных формах, в образах, которые являются неотъемлемой частью жизни. Вещи мира, такие очевидные и незамеченные, являются «магическими ловушками», которые могут снова приманить нас к психологической перспективе, и снова свести как раз с семенами жизни, нашими глубинными фантазиями о мире и о самих себе.

            Задача Юпитера обеспечивать особую сообразительность, необходимую для создания культуры и поддержания ее в жизнеспособном состоянии. Он и есть та форма воображения, при помощи которой мы трансформируем наши видения в реальности коллективной жизни. Фичино утверждает, что наши образы о нем отражают, что его власть стабильна и неизменна, что его творческий ум видим для разумных и высших существ, но скрыт от низших существ. Его домицилий, по сути, «самый духовный [spiritualissimum] домицилий жизни».3 Как правило, мы думаем о формировании и поддержании культуры в рамках обычного бескомпромиссного прагматизма; проект физического выживания. Но, с точки зрения Фичино, культура – это источник духа и образного сотворения фантазии, и  это вовсе не означает, что культура автоматически является чудесным источником психологического сотворения. Дух и фантазия могут быть вполне себе негативными и плоскими. Тем не менее, Фичино предполагает, что в Юпитере мы действительно имеем планету внутри, «оживляющий дух мира», способность создавать социальную атмосферу, которая станет психологически питательной.

            Семеподобные намерения, заполняющие наши умы при строительстве городов и наций, обслуживают мировое правительство и торговую деятельность, учреждают систему образования, закон, политику, коммуникации, и другие формы обычной жизни – все это не просто «естественный» продукт убеждения людей, но также и глубинные корни в психе; следы их ведут к богу, который является абсолютным духом, рождающим культуру и поддерживающим ее.

Грация человеческой жизни

            Именно в духе Юпитера Фичино увидел свой собственный век и культуру как непревзойденное достижение; в письме он назвал свою эпоху «веком золота». «Мы снова вытащили на свет божий», - хвастался он, «гуманитарные дисциплины: грамматику, поэзию, ораторское искусство, живопись, скульптуру, архитектуру, музыку и античные песни, исполняемые под Орфическую лиру.»4 Бесспорно, что энтузиасты двадцатого столетия вряд ли будут хвастаться такими вот достижениями; все эти «солярные» достижения, полны духовной значимости, питающие душу и нацеленные не просто на разум и тело, как многие достижения сегодня. Итак, по мнению Фичино это Юпитерианская невоздержанность так нахваливать эпоху; так как он считал Юпитера источником наиболее по-человечески значимого духа. Наравне с Меркурием и Солнцем, он среди самых человеческих планет, или подобных им, как Фичино говорит в Планетах. В письме Лоренцо, он добавил Венеру в этот список, и, соединяя Юпитера с Меркурием, останавливается на трех планетных «Грациях». Письмо стоит подробного цитирования:

Сначала поэты среди нас, отображали Граций в виде трех молодых женщин, обнимающих друг друга. Эта троица самая влиятельная из высших планет: Меркурий с Юпитером, говоря иными словами, склонен к дару Юпитера, Феб и Венера, объединяются парами в божественном круге с обоюдной выгодой. Имена трех Граций: Viriditas (Зелень), Lux (Свет) и Laetitia (Радость), весьма подходят для таких же звезд. Расположенные в таком порядке на небе, эти звезды особенно благоприятствуют человеческому характеру. По этой причине, они названы Грациями, не для животных, а для людей. На самом деле, они не слуги Венеры, а Минервы. Когда вам говорят, что первая Грация это Юпитер, нужно представлять не Юпитера, Меркурия-Юпитера. Так как Меркурий побуждает Юпитера на оживленную и своевременную подвижность, следует внимательно исследовать такие аспекты. Солнце делает доступным каждое открытие вам, кто пронизан его светом. И наконец,  Венера всегда украшает любые находки самым благостным очарованием.5

Это письмо, написанное в Кареджи 18 октября 1481 года, за несколько лет до публикации Планет (1489), дает нам важное раскрытие сути Фичиновского понимания этих планет. Он особенно серьезно относился к взаимосвязям, что означает, что он знал, насколько разнообразно  могут взаимодействовать паттерны сознания. Озабоченность Юпитера созданием культуры нуждается в услугах духа Меркурия, чтобы «поддерживать изменение формы», видеть то, что лежит в основе результатов культуры, чтобы не застрять в пустых структурах. Зелень Венеры, духовный свет Солнца, и оптимизм и радость Меркурия-Юпитера отлично сочетаются, чтобы создать питающий человечество климат. Они являются тремя Грациями, танцующими вместе и обнимающими друг друга. И они слуги Минервы, как говорит Фичино, хотя и близкие к Юпитеру; что касается Минервы—Афины, являющейся интеллектом polis (города), гением города и государства, знающего как превратить и страсть и разум в цивилизованную среду, благоприятную для человеческой жизни.

            По названию пятой главы Планет, Юпитер является средней сестрой Граций, Грацией наиболее подходящей для нас (maxim nobis accommodata).6 Юпитер – это тот дух, что является самым важным для человеческой жизни, потому как он и разделяет дух других питающих планет, и смягчает их до человеческой способности переносить. Например, через Юпитера, духовная интенсивность Солнца смягчается. В Планетах можно прочесть:

Несмотря на то, что Солнце реализует все вещи более эффективно, Юпитер делает их с силой Солнца. В обоих расцветает жар и превозмогает влагу, но в Юпитере эффект умеренный, а в Солнце сильный. Но в обоих эффект благотворный.»7

            Солярные люди находят бесчисленное множество способов напрямую коснуться мира духа. Они могут уйти в монастырь или взбираться на гору, зацепится за политические мотивы, выучить систему медитаций или примкнуть к церкви. Другие предпочитают непрямые пути к духу, пути Юпитера. Восстановление старых домов в городе может выглядеть не совсем как духовная деятельность, но на самом деле эта включенность приправлена перечной мятой Юпитера. Все, что способствует грации в жизни и восстанавливает эту грациозность в психике в сущности является Юпитерианским, согласно типологии Фичино. Это тот дух, что наслаждается благоприятными «конъюнкциями» с Меркурием, самой влажной планетой. Юпитер гораздо менее опасен по сравнению с Солнцем, что касается иссушения души в своих высоких целях; Юпитер пребывает рядом с потоком жизни, воодушевлением и последствиями социальной вовлеченности, и обыденностью, конкретными подробностями формирования и моделирования культуры.

            Юпитер не только обладает этими солярными способностями, выработанными в его собственном умеренном стиле, но и сдерживает низменные стремления души. По словам Фичино, этот дух содержит в себе с одной стороны элементы Солнца, а с другой стороны элементы Венеры и Луны. В Планетах он говорит:

Пока лучи Венеры не перестают сплетаться со светом Солнца и трансформировать его, лучи Солнца,  так как они теплее, нагревают ее влагу. Но лучи Юпитера не требуют нагрева; для чего же нужен Юпитер, если Солнце специально изначально нагрело на процветание дел человеческих? Или что еще кроме Луны и Венеры создано теплее и сильнее?8

Человеческая культура, обнаруженная в данном образе планеты Юпитер, нацелена на осуществление двух противоположностей человеческих интересов – тела и духа – и собирает их где-то в серединной точке, в психологической. Таким образом, «смягчение», которое выполняет Юпитер, по сути своей, является психологизацией; противоположности солярного духа  смешиваются с земными, эмоционально-воспринимаемыми фантазиями Луны и Венеры. Тогда, Юпитер по-своему выполняет именно то, на что направлены большинство процессов, изученных нами: установление пространства для психе, как в алхимическом растворении и сгущении и придании  треугольной формы квадрату. В случае с Юпитером, это процесс создания культуры, смесь духовных интересов с фантазией и плотью. В имажинистских формулировках Фичино,  «Смешать солярные атрибуты с атрибутами Венеры, и у вас получится Юпитерианское воплощение от обоих»9.

            Меж тем, решающий момент в констеллировании Юпитерианского духа – это уровень сознания, при котором формирование культуры  продолжается. Ранее мы увидели, что Американский Индеец,  когда благодарит  землю за плоды, возможно, делает это с заботой о том, чтобы получить больше пищи для своего тела, или же, скорее всего, он совершает этот маленький ритуал, чтобы сохранить в сознании связь, которая у него есть с землей. В последнем случае, его действия психологичны, напитывают его психе больше, чем тело. Таким образом, развитие культуры – создание законов, строительство городов, культурных учреждений и тому подобное, может осуществляться с психологическим отношением, с заботой о психе на первом месте. Сейчас это достаточно редкий феномен в нашем современном мире, но такое внимание к психе несомненно напоминает о себе время от времени. В качестве примера можно взять работу архитекторов, что строят конструкции для людей, и не просто функционально, а с человеческим чувством и ценностями в голове. Архитекторы, например, строящие хосписы для умирающих, очевидно, озабочены физическим комфортом и удобством, но, они в большей степени поглощены значимостью пространства для психик людей, для которых они работают.  Они могут учесть потребность в уединении, фантазию о смерти, на которую наталкивает здание, постепенное сближение родственников и друзей с умиранием.10 Этот вид работы по заказу социальных учреждений можно выполнить в Юпитерианском духе, используя психе не только для того, чтобы мы могли воображать музыку и людей с душой, но и здания и социальные учреждения.

            Функциональный, прагматичный подход так широко распространенный в наши дни, скрывает другие более важные задачи культуры. Общество – это не только сборище людей, но еще и театр образов. Когда мы воздвигаем здания или учреждаем общественную организацию, мы также создаем и образ. Я не имею ввиду тот вид образов персоны, о которых говорят рекламщики. Даже в наших функциональных подходах, вопреки самим себе, мы создаем образы везде, и эти образы до некоторой степени определяют качество психологической жизни общества. План города или его отсутствие касается не только физиологических потребностей людей, но он также добавляет или уменьшает форму жизни психе. Город, у которого есть душа, будет питать психе своих жителей, а город без души будет высасывать жизнь из людей.

            Описания, которые давал Фичино «seminal ratio» и Мировой Душе, могут прозвучать совершенно в духе Неоплатонического мистицизма, но на самом деле его инсайты являются достаточно важными и трезвыми. Произведения культуры по сути своей являются «магическими ловушками», вызывающими дух, что попадает глубоко в психе, настолько глубоко, что они могут быть представлены культовым божеством. Образы вокруг нас в нашем вымышленном мире служат и как образцы порождающих фантазий для нашего личного сознания. Не надо доказывать, что по большому счету мы являемся интернализацией нашей культуры. Наши ценности и желания и страхи рождаются из наших образных столкновений с человеческим миром вокруг нас. И поэтому Фичино предлагает, почему бы не развивать этот мир для души. Почему бы не признать роль планеты Юпитер в ритмах психе? Общество само по себе может являться источником психологического творчества, но как мы уже ранее заметили, чтобы достигнуть души нам нужно брать с собой душу. Чтобы добиться этого, нам нужно обладать воображением, и в этом и заключалась цель астрологической терапии Фичино: оживить воображение, чтобы мы смогли осознавать психологическое воздействие от всего, что мы делаем и создаем. Фичино называет Юпитера «помогающим отцом для всех людей, проживающих заурядную жизнь».11 Он такой отец, потому как задает импульс для культурной аккомодации духа и тела в окончательной психологической среде.

            В исследованиях богов Ренессанса, выполненного Жаном Сезнеком, воспроизводится образ Юпитера, картина, взятая из Тарокки Мантеньи, серии карт, выгравированных в меди. Считалось, что они были созданы в середине пятнадцатого века для группы церковнослужителей, включая Николая Кузанского.13 Юпитер изображается в виде короля, его орел над его головой. Вместо разряда молнии он держит стрелу, а под ним на земле  лежат поверженные солдаты. Юпитер восседает в мандорле, геометрическая фигура, полученная от пересекающихся окружностей, и в этой мандорле, прямо под его ногами, находится маленький ребенок, очевидно охраняемый Юпитером.

            Этот портрет Юпитера, согласно времени и месту Фичино, отображает суть Юпитерианского духа. Две сферы духа и материи встречаются в промежуточном царстве, пространстве мандорлы, что является контейнирующим пространством психе. Орел Юпитера, как сообщает нам Фичино в некоторых отрывках, представляет его тесную связь с солнцем и его власть над всеми живыми существами; но, также как и разряд молнии и стрела, орел еще и указывает на то, что Юпитер может перемещаться в пространстве между небом и землей. Благодаря этому установленной промежуточной зоне, ребенок, что является беззащитной растущей частью психе, защищен, и опасности героических фантазий отодвинуты. Этот последний пункт особенно примечателен. Если работа культуры не рассматривается в ее психологическом измерении, а именно как работа для психики и психикой, тогда высвобождается ничем не ограниченный дух воинственности и героизма. Национализм подменяет важность человеческого общества; деньги и энергия идут на проекты, цель которых преодолеть силы или тайны природы, но без глубинной цели.

            Проще говоря, социальная психология Фичино подчиняется таким принципам: Мы получаем то, что мы делаем. Если мы приступаем к задачам культуры с душой в голове (memoria), даже если нам придется нарисовать свой гороскоп на потолке нашей спальни, чтобы не забыть его, тогда душа будет напитываться «магическими ловушками», созданными нами. Если бы все, что касается культуры сбывалось как «магические ловушки» или «божественные соблазны», тогда психе была бы напитана в полном объеме и мы не страдали бы от разделенности души и тела. И возможно тогда, наши церкви и университеты  - которые сейчас служат в угоду разуму как таковому или очищенному чувству духа – более плотно сцепились бы с политическими волнениями, на сегодняшний день по большей части материалистичными. Возможно, все, что нам нужно помимо процессов психе, так это мандорла Юпитера, где пересекаются эти две сферы.

            Фичино предлагает в слегка прозрачной, загадочной форме Юпитера как покровителя социальной психологии, который во много раз превосходит эту дисциплину в том виде, в котором мы знаем ее сегодня. В Фичинианском контексте, социальная психология обязана каким-то образом обращаться с влиянием, которое общество оказывает на душу, а также подумать над способами, какими можно вернуть душу обществу. Последствия и того и другого для работы над формированием культуры и для психологической дисциплины колоссальны.

            И в рамках этой дискуссии о роли Юпитера в цикле планет психе, мы не должны пренебрегать общепринятым значением «Юпитерианского». В вышеописанном социальном сеттинге, в обществе, у которого есть душа, можно было бы вполне надеяться обнаружить Юпитерианскую атмосферу, и, возможно, и соблазнительную и магическую.

Случайные книги

по теме

Случайные переводы

по теме

архетипы и символы, мифология

Похожие переводы

  class="castalia castalia-beige"