Перевод

Глава 2. Таинство Близости

Родственные души

Томас Мур

Родственные души

Глава 2

Таинство близости

Слово “близость” означает “глубокая внутренняя связь”. Английский вариант, “intimacy” происходит от превосходной степени латинского слова inter , означающего “внутри”. Его можно перевести как “самый внутренний” или “находящийся глубже всего”. В наших близких отношениях “самые внутренние” измерения нас и других людей тесно пересекаются.

Внутренний не обязательно означает интроспективный или самопоглощенный, сокровенный, не активный, рефлексивный или самовлюбленный. Люди могут быть близки во время игры в теннис или карты, беседы, путешествия, горячей дискуссии или находясь в одной комнате, читая книги. Глубина внутренней жизни человека проявляется в прозрачности его жизни: в том, насколько легко он выражает свои эмоции и мысли, в том, насколько он знаком со своей душой. Именно стремящимся все контролировать, замкнутым людям близость дается с трудом, т.к. они оторваны от своей глубинной сущности, и поэтому ей нет места в их отношениях. Человек, не склонный к близости находится в подвешенном состоянии, отделенный как от своей собственной глубины, так и от душ других людей.

Близость с другими исходит из близости с самим собой. Не имеет смысла искать близости с друзьями, возлюбленными и родственниками, если вы в разладе с самим собой. Я не утверждаю, что весь психологический опыт имеет внутренний характер, но очевидно, что динамика, драма и аспекты индивидуальной души проявляются во внешнем мире, так что отношения всегда колеблются между внутренним и внешним, это всегда танец индивидуальной души с другими людьми.

Если мы не уделим внимание нашим собственным отношениям с душой, то внутреннее и внешнее могут быть смешаны. Дружба с самим собой - это не просто метафора или сентиментальная идея. Это основа любых отношений, так как это фундаментальное признание роли души. Мы можем ощущать напряжение в жизни и полагать, что виной тому проблемы в отношениях с кем-либо, но это, на первый взгляд, внешнее напряжение может быть отголоском внутреннего конфликта.

Например, мы можем думать, что мы одиноки, т.к. у нас нет друзей, в то время как на самом деле у нас проблемы в отношениях с самим собой и по этой причине мы чувствуем себя одинокими и не имеющими друзей. Что-то все время нас беспокоит в глубине души, и это влияет на наши отношения. Так как мы, американцы, по большей части экстравертны, то склонны думать, что все, что беспокоит наше сердце, берет начало во внешнем мире, в частности, в близких отношениях, но зачастую причина в обратном - беспокоящий эмоциональный диссонанс может уходить корнями в глубины души, откуда он может влиять на то, что происходит во внешнем мире. И определенные люди, виды отношений и определенные события могут сформировать определенные продолжительные глубоко укорененные в душе паттерны, так что отношения являются в какой-то мере “причиной” диссонанса, но не изначальным источником.

“Близость с самим собой” - это странное выражение. Оно предполагает разграничение “Я” и “эго”. Но как показала юнгианская и архетипическая психология, отношения еще более запутаны. Душа состоит из множества субличностей. Юнг называл их “маленькими людьми” психэ, комплексами, обладающими собственным сознанием и волей. Если мы рассмотрим фигуры, появляющиеся в снах, как репрезентации этих личностей души, то заметим, что они формируют между собой свои отношения. Мать моей души связана с детьми моей души, например. Вор в моей душе грабит меня, а полиция моей души гонится за ним.

Если человек не осознает, что состоит из этого множества личностей или считает, что все, чем он является, это его эго, тогда его жизнь превратится в арену, на которой эти отношения будут разыгрываться вслепую. Человек не будет осознавать, насколько богата его собственная внутренняя жизнь и мультиперсональные внутренние жизни других людей, с которыми он взаимосвязан. В результате человек очень упрощенно смотрит на отношения и становится слишком самопоглощенным, т.к. фокусируется на своем эго вместо души.

В своей работе “Брак как психологические отношения” Юнг рассматривает эти понятия с интересной точки зрения, включая ограничения нарциссического подхода к отношениям. Он подчеркивает, что одной из основных проблем в отношениях является неосознанность участников отношений. Двое людей в близких отношениях могут совершенно не осознавать темы, которые придают значение их отношениям и вызывают в них напряжение. Люди, чей брак находится на грани распада, зачастую поверхностно смотрят на свои проблемы. Иногда, скорее всего для того, чтобы избежать слишком больших потрясений, люди пытаются найти объяснение своей ситуации среди никак с ними не связанных клише или пытаются анализировать свои отношения абстрактно и туманно и никак не продвигаются в сторону ответов.

Другая нарциссическая проблема, на которую указывает Юнг, это то, что люди, находящиеся в отношениях, полагают, что психологическая жизнь проста. Человек может не осознавать, насколько сложен другой, и полагать, что этот другой настолько же прозрачен, как кажется. Можно быть психологически наивным и ожидать, что партнер таков же, как и он сам. Словами Юнга: “Человек предполагает, что другой имеет схожую с ним психологическую структуру”1. Однако в душевных отношениях партнеры знают, что мы все индивидуальны, со своим собственным богатством, которое не всегда может быть полностью и четко проявлено в повседневной жизни, и что близкие отношения требуют смелого и искреннего признания различий между людьми.

Отношения бывают неосознанными, если сами люди неосознанны. Конечно, ни один человек и никакие отношения не бывают полностью осознанны. Быть полностью осознанным, даже если бы это было возможно, нежелательно, т.к. “неосозннаное” - это негативное слово, означающее то, что можно было бы более положительно определить как богатство, лежащее под поверхностью осознанного. Многое из происходящего в отношениях, и даже того, что приносит радость и поощрения, неосознанно. Однако, конфликты и сложности могут возникнуть из-за неправильного отношения к богатству личности и души.
“Достижение осознанности” не обязательно предполагает аналитическое понимание происходящего в отношениях, а скорее утонченное, вдумчивое, не такое буквальное отношение к людям в целом и отношениям в частности. Человек, знакомый с особенностями души, знает, что она крайне сложна и редко подчиняется нормам и ожиданиям рационального мышления. Осознанный человек знает о многомерности души и умеет анализировать действия и переживания близкого друга, члена семьи или партнера, зная, что кажущееся не всегда таковым является.

Однажды ко мне пришла супружеская пара обсудить свой брак; оба супруга демонстрировали два полюса психологической осознанности и ее избегания. Они страдали от довольно распространенной проблемы. Я бы дал ей определение из двух слов “асимметричное оживление”. У жены был период значительного обновления. Она стала осознавать открытые перед ней возможности, о которых она раньше не задумывалась. Однако ее муж все еще “спал”, погрязнув в рутине работы и брака. Он всегда винил внешний мир во всем отрицательном, что с ним происходило. Свою жену, ее мать, своего босса, город, в котором они жили - все они были виноваты. Он никогда внятно не выражал свои мысли, чувства или переживания. Во всяком случае со стороны казалось, что он находился в отрыве от собственной души.

Одним из знаков душевной активности является рефлексия. Душа не обязана знать, что происходит в жизни. Ей не нужны интерпретации, объяснения или выводы, ей нужны размышления, мечтания, раздумья, любопытство и исследования неизвестного. Жена этого мужчины не могла точно сказать, что происходило в ее жизни и она не знала, когда и почему это началось, однако ей хотелось знать, что это все означало и куда вело. Ее муж хотел проигнорировать подъем, который она переживала, а заодно и свою реакцию на него.

Возможно, этот мужчина таким образом защищался от связанных с этим болезненных вопросов, ответы на которые могли быть болезненны и указать на плачевное состояние его брака, угрожать сложившемуся ходу жизни или даже привести к разлуке или разводу. Но он также, казалось, страдал распространенным равнодушием к жизни души. У многих людей сложилось представление, что отношения - это просто быть вместе. Они, пожалуй, никогда не замечали целый мир мыслей, образов и воспоминаний, который скрывается чуть глубже, мир, заряжающий эмоциональной энергией малейшее взаимодействие между людьми.

В случае этой пары жена через время решила пойти своим путем. Она чувствовала, что ее муж никогда не станет ей настоящим партнером, никогда не разделит с ней ее переживания и никогда не поддержит ее свежими идеями или советами. Даже тот факт, что жена наконец настояла на разводе, казалось, не заставил его переосмыслить свою жизнь.

Вряд ли душевные отношения возможны между людьми, которые не задумываются над тем, что же с ними происходит, особенно во времена перемен. Я не имею ввиду бесконечный анализ и самокопание, которые в стремлении к пониманию могут истощить любые отношения. Интерес и открытая дискуссия более продуктивны. Они фокусируют людей на своих переживаниях, одновременно привнося долю воображения, крайне необходимый элемент в любых близких отношениях.

Два основных сложных задания, которые необходимо выполнить в душевных отношениях - это, во-первых, познать себя, как гласил древний оракул Аполлона, и, во-вторых, познакомиться с глубоким, порою очень тонким богатством души другого. Внимание к одной стороне обычно приносит пользу и другой. Близко знакомясь с другим, вы многое узнаете о себе самом. Особенно в моменты противоречий и даже отчаяния посвящение себя отношениям может дать ценную возможность самопознания. Это дает возможность заглянуть в свою душу и увидеть ее желания и страхи. Познавая себя, мы учимся принимать и понимать глубины души другого.

Например, если я осознаю, что у меня бывают моменты глубокой и необоснованной паранойи, то мне легче понять, что у других тоже бывают моменты иррационального поведения. Недавно со мной как раз произошел подобный случай. Однажды утром я получил с почтой журнал, содержащий разгромную статью, критикующую мои работы. Рецензент критиковал все, что я делал, и на многих страницах, посвященных обзору моей книги, даже переходил на личности и сомневался в моей честности и добросовестности. Я понимал, что причиной критики является несогласие с моей позицией на идеологическом уровне, однако злость и ненависть выпада меня задели.

На следующий день глава организации, пригласившей меня прочитать лекцию на их ежегодном собрании, позвонил мне и сообщил, что отзывает приглашение. И сразу меня стали одолевать параноидальные мысли: ”Неужели они прочли ту статью в журнале? Теперь окружающие покажут истинное отношение ко мне и станут на меня нападать? Представлял ли этот глава группу внутри организации, противоборствующую тем, кто уважал мои взгляды?” Позже я узнал, что дело было лишь в изменениях в графике, и проблема разрешилась сама собой. Я понял, что мои мысли были чистой паранойей, и то, насколько сильная эмоциональная реакция может повлиять на окружающих.

Иногда, конечно, наши параноидальные фантазии имеют реальные основания. Возможно, я до сих пор не знаю о закулисных причинах отмены моего приглашения. Суть в том, что в тот момент мое воображение было поражено критикой сильнее, чем я был готов себе признаться, и моя душа, пошатываясь от выпада, смотрела сквозь призму паранойи на что угодно.

Подобное может случиться и в отношениях. Нас может глубоко задеть что-то в другом аспекте нашей жизни, и мы можем не осознавать насколько сильно нас это задело. И мы можем расценивать какое-то взаимодействие в отношениях через призму замутненного состояния души, влияющего на характер нашего восприятия в данный момент. Только тщательное внимание к жизни души может удержать нас от таких иррациональных мыслей и чувств.
Зачастую популярная психология формулирует нереальные правила и ожидания по поводу отношений. Нам говорят решительно и прямо выражать свои чувства. Мы должны сообщать партнерам о своих мыслях и чувствах. Ожидается, что мы хорошие слушатели, терпеливы и сочувственны. Нас заставляют поверить в иллюзорную возможность понять себя и других. Но мне кажется, что эти ожидания не берут в учет душу. Душа всегда сложна. Большинство ее мыслей и эмоций невозможно передать обычным языком. Вы можете иметь терпение Иова и все же никогда не понять своего партнера, потому что по своей природе душа не поддается пониманию или четкому выражению.
Если мы хотим душевных отношений, то нам придется отказаться от этих чуждых душе ожиданий. Возможно, нам придется погрузиться в путаницу души другого человека, оставив надежду когда-либо найти ясность, не требуя от другого четкого выражения своих чувств и не рассчитывая, что однажды этот человек наконец повзрослеет, улучшится или будет изъясняться проще.

Многие аспекты души незначительно меняются со временем. Многие стороны всегда будут покрыты толстым слоем перемешанных воспоминаний, страхов, смятений и хитросплетений. Ради душевной близости мы должны отважиться залезть в этот “суп”, этот разноцветный калейдоскоп личности, с уважением к его богатству и без нереалистичных и морализаторских ожиданий. Мы можем полагать, что душа должна встать на “путь истинный”, стать тем, чем она не является, но такое мышление уводит нас прочь от истинной природы человека. Иногда кажется, что морализации в психологии больше, чем в религии.

Очень непросто открыть свою душу другому человеку, стать уязвимым и надеяться, что другой человек с терпимостью отнесется к вашей иррациональности. Точно так же, независимо от того, насколько вы широко мыслящий человек, не так просто быть терпимым ко всему, что другой человек откроет вам в себе. И все же эта обоюдная уязвимость - один из самых чудесных даров любви - давать другому человеку достаточно эмоционального пространства для жизни и самовыражения души, с ее благоразумием и иррациональностью, и в ответ открыть свою душу со всей ее абсурдностью.

Идея душевных отношений вовсе не так сентиментальна, и на самом деле сложна в воплощении. Смелость, необходимая для того, чтобы открыть свою душу и выразить ее и чтобы принять другого, бесконечно больше тех усилий, которые мы прилагаем к тому, чтобы избежать близости. Раскрытие души схоже с болезненным раскрытием тела во время родов. Это настолько болезненно, что мы зачастую избегаем близости, несмотря на то, что в конечном итоге такая открытость приносит огромную радость.

Близость в отношениях требует уважения к настроениям, фантазиям, эмоциям и поведению души. Большинство из нас контролируют себя достаточно хорошо, но в какой-то момент наша иррациональность выходит на поверхность. У нас у всех есть в шкафу скелеты и монстры в сердце. Можно принять за аксиому тот факт, что человеку, подчеркнуто проявляющему здравомыслие и высокую моральность, скорее всего, сложно быть здравомыслящим и высоко моральным.

Душевные отношения в какой-то степени пугающи, т.к. по своей природе такой тип отношений требует открыть свою душу вместе с ее страхами и причудами. В своей работе “Хвала глупости” ренессансный гуманист Эразм Роттердамский пишет, что люди могут сблизиться именно в своей глупости. “Большая часть человечества - дураки, ….а дружба, знаете ли, редко завязывается не среди равных”. Как показывают наши сны, душа по своей сути не слишком благородна. Мы можем презентовать миру наш высокоморальный облик, но наша душа питается иррациональным. Возможно, поэтому великие художники кажутся сумасшедшими или, по крайней мере, эксцентричными и поэтому в моменты, вызывающие в нас сильные эмоции или связанные с принятием сложных решений, мы так часто ведем себя глупо. Довольно многие люди, обращавшиеся ко мне за консультацией, признавались, что самой сложной вещью в моменты ревности, которую они испытывали, был страх быть одураченным своим партнером - для меня это было знаком, что их душа пыталась пробиться в их жизнь, переодевшись в костюм дурака.

Еще более странно, что самые близкие отношения кажутся самыми нелепыми. Безумно влюбленная пара “теряет голову от любви”. Люди, которых тяжело представить вместе, зачастую очень счастливы в браке. Человек, проявляющий упорядоченность и логичность на работе, дома может вести себя несдержанно и неразумно. Наиболее сплоченные семьи не скрывают свои ссоры и ревность. Резюмируя вышесказанное, когда отношения душевны, иррациональность души будет видна окружающим.

Внутри самого человека близость также требует любви и принятия по отношению к менее рациональным аспектам души. Душевность - не столько дело знания и осознанности, сколько отношение к любви и ненависти, живущим внутри нашего собственного сердца. “Бессознательное”, то, что мы не осознаем, слишком часто является также “нелюбимым”, тем, что мы не принимаем. Если мы определим цель терапии как “достижение осознанности”, то это будет звучать как исключительно интеллектуальная операция, хотя состояние бессознательности в негативном смысле - это также состояние обособленности. Нам необходимо не только лучше узнать самих себя, но и полюбить себя совершенно не сентиментальным образом. Мы должны внимательно следить за глубинными движениями души и в то же время не терять бдительность к тому, как мы поступаем и ощущаем себя в жизни.

Такая любовь к душе, ощущаемая порой как всего лишь терпимость к ее неразумным требованиям, лежит в основе близости между людьми. Уважая иррациональный и необузданный аспект души, мы в меньшей степени ожидаем идеала от себя и других - того, что чаще всего разрушает отношения. Такой вид любви к себе переходит также в толерантную любовь к ближнему, принимающую тенденцию души двигаться к новому и позитивному через поступки, кажущиеся странными и отрицательными. По-настоящему душевный человек может быть удивлен, но не подавлен неожиданными действиями со стороны любимых людей.

Наши личные мифы о близости

Все мы имеем свое четкое представление о близости, и, возможно, над нами довлеют истории и догмы, сильно влияющие на наши отношения. Если мы рассмотрим некоторые из этих убеждений и ценностей, аксиом и правил, то постепенно обнаружим нашу собственную мифологию любви. Как, по моему мнению, работают отношения? Кто является для меня примером успеха или провала? Кто мои учителя?

Источники личной мифологии могут быть скрытыми или очевидными, и их множество. Фильмы, книги, статьи в журнале, церковная проповедь, популярные песни, рассказ друга, урок в школе - все это может стать источником обширных и сложных представлений о любви и близости, которые значительно влияют на то, какие формы принимают наши отношения. Мы можем совершенно не осознавать эти влияния, но это не мешает им оказывать значительное влияние на нас.

Примером могут послужить мифологии любви, которые мы унаследовали от родителей. Когда люди говорят о своих отношениях, зачастую разговор переходит на тему родителей. Кто-то скажет “Моя мама - очень эмоциональный человек”, “и в этом я весь в нее”. Беседы о родителях зачастую касаются причин и следствий, но если взглянуть глубже, те представления, которые у нас складываются о родителях, могут быть намного важнее любого прямого влияния. Родители нашего воображения - это те явления, которые нас питают, направляют и сдерживают - все то, что делают настоящие родители, но в данном случае - на уровне души. Истории о наших родителях - это не только действительные воспоминания, но также истории, порождающие мифы, которые мы проживаем, и наши чувства.

Глядя на то, как родители любят друг друга, мы можем понять свою собственную мифологию любви. Для нас наши родители своего рода Адам и Ева, фигуры эпичные по своей природе, хорошо это или плохо, и которые в нашем воображении существуют не столько как воспоминания, сколько как мифы. Размышления о родителях и о том, как они любят, таким образом, помогают нам понять собственную мифологию любви.

Один мужчина как-то жаловался мне, что ему трудно поддерживать счастливые долгие отношения. Он это объяснял тем, что его отец был эмоционально отстраненным. Но так как мне самому этот человек казался явно эмоционально холодным, то я понял, что его история с отцом позволяла ему быть холодным. Это было отговоркой, а не глубоким анализом собственных чувств. Беседуя с ним, я пытался услышать от него более полную историю, включая подробности его чувств к отцу.Он злился на отца за то, что тот не давал ему достаточно любви в детстве, и, злясь на отца, он был одновременно зол на любовь как таковую. Когда я сказал ему, что нахожу его эмоционально холодным, он сразу же пришел в ярость. На протяжении следующих нескольких недель мы пытались задействовать в наших беседах оба качества, холодное и горячее, чтобы постепенно грань между ними стиралась. Через время ему удалось жаром ярости растопить былой холод.

Другим источником личной мифологии любви является базовая философия жизни.

Эта философия не обязательно должна быть ужасно сложной или формальной и она может быть по большей части бессознательной. И все же полезно задумываться над тем, как мы воспринимаем вещи, как мы упорядочиваем наш опыт и на чем основываем нашу пирамиду ценностей. Мы все - философы, не в профессиональном смысле, конечно, но в те моменты, когда мы понимаем текущее положение вещей, то, как мы должны себя вести, и то, почему все так, как есть.

Зачастую мои клиенты, находящиеся в глубоком отчаянии по поводу своих отношений, выражают философские наблюдения по поводу любви. “Любовь всегда обречена на провал”, сказал мне как-то один человек. “Мужчины и женщины не созданы для того, чтобы быть вместе”, сказал другой, “поэтому не стоит многого ожидать от их отношений”. “Любовь предназначена только молодым”, повторял, вздыхая, пожилой клиент.

Такие житейские философские сентенции, основанные на личном опыте, очень сильно влияют на отношения. Наши представления о жизни неизбежно формируют ее структуру, и, т.к. зачастую они слишком упрощены, их стоит проанализировать. В утверждениях, которые я только что процитировал, чувствуются пессимизм, паранойя и депрессия, но все эти эмоции сведены к очень упрощенным жизненным правилам.

Точно так же, как в основу профессиональной и академической философии легло множество мифологических мотивов, истории и события, окрашенные сложными эмоциями, определяют характер этих, казалось бы, простых жизненных аксиом.

Подобные заявления также выдают страх. Они звучат как способ защититься от любви. Человек, считающий, что любовь всегда заканчивается неудачей, боится провала, хотя невозможно любить, не рискуя при этом потерять любовь. Другой человек боится открыться и стать уязвимым, хотя как можно любить, не открывая сердце и не рискуя эмоционально? Третий боится смертной любви, знания, что хоть любовь и может быть вечной, те кто любят, неизбежно будут разлучены смертью. Этот довод является не последним фактором в любви; любовь всегда переплетена со смертью, и смерть играет более значительную роль в нашей жизни, чем мы думаем.

Наши упрощенные философии можно трансформировать в более утонченные размышления, если мы с уважением отнесемся к сложности души, замечая, в частности, что сильные эмоции и сырые, необработанные мысли и фантазии очень сильно влияют на наши представления. Мы можем сами себя подлавливать на том, что делаем такие упрощенные и категоричные высказывания. Это означает, что пора задуматься над этими вопросами глубже и скорее рассуждать о них, а не выносить приговоры и выдвигать аксиомы.

Главным принципом в работе с душой является подход ко всему с толикой воображения. Заявления, которые я привел в качестве примера выше, останавливают воображение. Их целью является предотвращение боли, которую приносит освобожденное воображение. Ведь оно имеет не только творческий, но и бунтарский характер. Оно разрушает наши примитивные идеологии, наши принципы самосохранения и нашу основанную на страхе закостенелость. Оно открывает двери в изобилующую разнообразием жизнь и поэтому одновременно пугает и бросает нам вызов.

Другим источником личной мифологии любви является прошлый опыт. На культурном уровне прошлое всегда является основой мифа: Колумб отправляется в плавание к новому миру и его путешествие быстро приобретает мифические масштабы. На личном уровне также опыт прошлого быстро становится живым мифом. Опыт превращается в убеждения. Исходя из того, что до настоящего момента так было, я полагаю, что успешные отношения просто невозможны. Я могу считать, что все женщины ненадежны или что все мужчины стремятся довлеть над женщинами. Мой семейный опыт мог убедить меня в том, что семейные отношения всегда приносят боль или всегда приносят счастье.

Таким образом личная история становится философией, и хоть память и основывается на фактах, через время она становится фантазией, важной фантазией, и в конечном итоге мифологией, на которой мы основываем наш выбор и образ жизни. Нам не нравится, когда друг или родственник предлагает другое прочтение пережитого вместе опыта, потому что тогда под вопрос ставится наша мифология. Нам показывают, что наша точка зрения - лишь одна из многих и что восприятие само по себе может быть пугающим.

Поэтому полезно иметь друга или советчика, который может выслушать нас и указать на страх и косность, которые могут быть свойственны нашим выводам о жизни и отношениях, и предложить свой взгляд на эти вещи или хотя бы могут побеседовать с нами, проанализировать и, возможно, смягчить наши защитные утверждения. Большая часть работы над душой подразумевает, что нам нужно просто уйти с дороги и позволить жизни продолжаться. Мы можем крепко держаться за наши собственные интерпретации и программы, будто нам виднее как поступать, но забота о душе - это скорее ее слушание и следование ей, не без необходимости делать выбор и брать на себя ответственность, но с четким осознанием корней наших мыслей и эмоций. Это понимание того, что у нас всех старые истории, голоса, напутствующие нас, сырые эмоции и непостижимая природа, которые делают наши жизни совершенно необъяснимыми и невероятно богатыми.

Внимание к проявлениям души

Каждый человек - это всегда нечто бесконечно большее, чем то, что можно разглядеть невооруженным глазом, и поэтому для того, чтобы хорошо себе представлять, кого из себя представляем мы и наш партнер, нам нужно быть пристально внимательными и проницательными к деталям. Мы должны уметь видеть невидимый мир, влияющий на видимое - фантазии, замкнутые в прошлом, ценности, спрятанные в амбарах семейной традиции, предположения о том, как все работает и мировоззрение, основывающееся на мире вокруг нас.

Если мы не умеем обращаться с миром невидимого, то мы начинаем разделять себя на части и отстраняться от себя - две болезни, характерные для современного мира. Самоотчуждение можно рассматривать не только как дробление эго, но и как неприязнь между элементами нашей природы, которые мы проживаем и знаем хорошо, и теми, что остаются нам незнакомыми.

Зачастую люди, находящиеся в близких отношениях, будь то супруги, семья или просто хорошие друзья, однажды приходят в шок, узнав что-то важное о другом, чего до этого не знали. Одна женщина сказала “Я понятия не имела, что мой муж настолько разозлен, пока он кулаком не проломил стену в гостиной”. Для нескольких мужчин и женщин их развод стал полной неожиданностью и шоком. Один мужчина приводил себя в порядок перед ужином в ресторане с женой, когда та вышла из спальни и спустилась по лестнице с чемоданами в руках. Он утверждал, что понятия не имел о назревании развода.

Как же могло получиться, что люди, прожившие вместе двадцать или тридцать лет могли преподнести друг другу такую неожиданность? Типичным ответом было бы “недостаток общения”, но у этой проблемы должны быть более глубокие корни. Один из партнеров может постоянно скрывать свои мысли и чувства. А другой может не замечать все те сигналы, которые подает партнер. Некоторые люди живут так, будто внутренней жизни вообще не существует, будто все, кроме поверхностного взаимодействия - неважно. Удрученный мужчина, заявивший, что не подозревал о планах жены подать на развод, невзначай упомянул, что они с женой не занимались любовью вот уже пять лет, т.к. были злы друг на друга.

Проблема в таких отношениях не просто в нехватке коммуникации, а в ощущении, что опыт не имеет смысла. В современном мире наблюдается распространенная тенденция пассивно наблюдать за событиями, с марлевой повязкой на глазах, как главный герой повести “Посторонний” Камю, чья отстраненная пассивность происходит от полного уравнивания ценностей. Ничего не шокирует, нет проблем, вещи происходят, ничего нельзя поделать, сказать или подумать. Однако некоторые ситуации требуют размышления, как, например, пять злостных лет без занятий любовью в браке, который со всех сторон выглядел безмятежным.

Близость означает жизнь “в глубине” отношений, взгляд под поверхность. Не прибегая к холодному анализу, мы можем со временем научиться понимать, что происходит внутри близкого человека, читать между строк их слов и действий. Близость требует проницательности в отношении нас самих и других. Человек, которые спустя несколько лет знакомства не умеет читать партнера, имеет плохое представление о темах, на которых зиждется его собственная жизнь и эмоции. И наоборот, человек, настроенный на таинства собственной души, сможет правильно трактовать таинства души своего партнера.

Юнг предполагал, что никто из нас не хочет знать, кем мы являемся. В письме 1951 года он пишет мужчине, который пытался понять свою жену и столкнулся со значительным сопротивлением: “В конечном итоге люди не хотят знать, какие тайны дремлют в их душах. Если вы слишком стараетесь проникнуть в другого человека, вы столкнетесь с защитной реакцией”.2

Как мы видели в мифе о Дафне и Аполлоне, противостояние вмешательству со стороны другого человека может быть архетипическим, т.е. это противостояние может играть необходимую и ценную роль, и может не иметь личностный и защитный характер. Как поиск знания, так и противостояние ему имеют право на существование. На основании многих лет психотерапевтической практики я пришел к выводу, что, когда человек обращается за помощью, что-то в нем искренне жаждет самопознания, но в нем также есть что-то, порою более сильное, что стремится сорвать эту затею. Что-то противостоит терапии, и этот дух настолько тесно связан с благими намерениями, что его сложно выделить. Нечто исподтишка саботирует процесс.

Когда мы самостоятельно пытаемся познать себя, стоит обратить внимание на намерения в нас, противостоящие нашей работе. В юнгианской терминологии это называлось бы тенью работы с душой - некий аспект личности, по своим соображениям противостоящий осознанности и знанию. Если мы не знаем об этой противоборствующей воле в нас, то мы можем годами работать над душой без особого успеха, в то время как на ее фоне тень души медленно, но уверенно разрушает все, чего мы добились. Даже в нашей работе над душой мы должны быть внимательны к фантазиям, которые мы проживаем, и к глубинной истории, которая лежит в основе наших намерений.

Слишком просто подходить к работе над душой с позиции, не имеющей души. Например, некоторые люди отчаянно стремятся найти объяснения своей жизни, и всегда появится книга или человек, которые дадут им ключевую фразу, идею или теорию, объясняющие их страдания. Однако этот поиск причин может содержать в себе также защиту от изменения уровня осознанности. Например, человек найдет убедительное объяснение своему поведению, а затем откроет для себя одинаково убедительную причину, почему это объяснение неприменимо. Одинаково часто люди приходят к чудесной теории, которая элегантно объясняет, почему они являются теми, кем являются, и больше уже об этом не задумываются. Многие увлеченно объясняют себя целыми сложные концепциями, от теории детских травм до юнгианских архетипов, но эти готовые интерпретации скорее тормозят, чем ускоряют длительный душевный самоанализ.

Я знаю женщину, у которой всегда есть новое объяснение своего поведения. Она мастер выдумывания утонченных объяснений конфликтам в своей жизни, но не дает своим идеям достаточно времени, чтобы твердо усвоиться и дойти до сознания. Каждая из ее причин существует сама ради себя, а не как способ достижения дальнейшего, более личного знания, и в конечном итоге все эти объяснения служат препятствиями к самопознанию. Они могут казаться признаками осознанности, и человек кажется по-настоящему занимающимся самоизучением, но в итоге все ее усилия являются очередной формой защиты. Согласно Фрейду, демонстрация чего-либо является признаком его недостатка. Наши кажущиеся четкими и успешными самоинтерпретации являются признаком сопротивления душевному самоанализу.

Другой интересной формой самозащиты является чтение книг по психологии. Читатель данной книги, будь осторожен! Для некоторых людей работа над душой принимает форму чтения вереницы книг по психологии, каждая из которых дает представление о том, как устроена жизнь и что не так с читателем. Пора уже написать книгу о психологии книг по психологии; чрезмерное чтение таких книг стало уже современной психологической патологией. Зачастую я рекомендую пациентам сделать на год перерыв в чтении. Чтение может отвлекать внимание от души, т.к. идеи другого человека занимают место саморефлексии. Пожалуй, было бы лучше, если бы у каждого человека был свой психологический лексикон, и это было бы намного эффективнее заимствования ключевых фраз из бесконечной коллекции пособий по самопомощи.

Близость с самим собой или другим человеком достигается не через поиск новой информации или заимствование новых терминов для описания вашего состояния или личности. Она также не приходит с применением этих слов и идей к вашим переживаниям. Новые идеи в психологии зачастую ведут к рекомендации програм самоулучшения, но такие программы противостоят душе. Во-первых, самоулучшение управляется эго и сознательным намерением, но сама идея души - это во многом неизведанная область, и для того, чтобы быть душевными, мы должны позволить неизвестному иметь место в нашей жизни. Наилучшим методом работы над душой, по моему мнению, является длительное знакомство с самим собой. Жизнь последует за размышлениями, если размышления глубоки, а размышляющий достаточно терпелив для того, чтобы обдумать центральные проблемы души. Можно не сомневаться в том, что настоящие изменения в представлениях влекут за собой изменения в жизни.

Другая проблема с самосовершенствованием заключается в том, что оно исходит из позиции, будто с нами изначально что-то не так. Каждый хочет стать другим, но познание себя и умение любить себя означает принятие себя такими, какие мы есть, вместе со своими несовершенствами и причудами. Только полюбив свою душу полностью, мы можем по-настоящему полюбить себя. Это не означает, что мы должны оставить надежду на лучшую жизнь или самосовершенствование, но существует большая разница между улучшением себя и раскрытием души. В случае последнего мы не стремимся к достижению идеала, а скорее приближаемся к вещам, кажущимся нам неидеальными, и позволяем им стать дверьми, через которые потенциал души проникает в жизнь.

Позиция принятия, довольно отличная от пассивного смирения, допускает, что пути души неисповедимы. Я помню, как однажды, в довольно бурный и разрушительный год моей жизни, друг дал мне почитать книгу как раз кстати. В ней была проповедь Пола Тиллича “Тебя принимают”. В тот момент я не понимал природу перемен в своих чувствах, ценностях и направлении в жизни. Все, казалось, находилось в подвешенном состоянии. Тиллич предлагал мне принять себя безусловно, что я сейчас понимаю как принятие собственной тайны, принятие того, что во мне происходят вещи, которые я, пожалуй, никогда не пойму. Мое поведение может приводить в недоумение окружающих, но не из-за недостатков характера, а потому что моя душа пытается проникнуть в мою жизнь вопреки моему сопротивлению и невежеству.
В своей трогательной проповеди Тиллич говорит о расколе внутри человека и том, как этот раскол влияет на отношения человека. Он пишет: “Этот раскол начинается с того факта, что мы неспособны на милосердную божественную любовь к себе”. “Мы отделены от тайны, глубины и величия нашего существования”. И в качестве решения он предлагает не знание, а любовь: “Когда нами руководят старые побуждения, когда отчаяние разрушает радость и лишает храбрости, порою в такой момент в нашу тьму врывается луч света, и будто некий голос говорит нам: “Тебя принимают таким, каков ты есть. Тебя принимают”3.

Для души нормально то, что решение серьезной проблемы принимает форму парадокса. Мы смотрим на себя и нам не нравится то, что мы видим. Мы мечтаем о лучшей жизни, быть более чуткими или сильными, иметь более глубокие отношения. Мы пытаемся измениться и стать лучше, но проходят годы, а старые недостатки остаются на месте. Возможно, однажды мы усвоим этот важный урок Тиллича и научимся по-настоящему принимать себя и относиться к себе с “милосердной и божественной любовью”. И все сразу поменяется. Я - тот же, что и всегда, но в то же время, изменился. Мир не поменялся, но я его ощущаю по-другому. Истина, которую тяжело принять, заключается в том, что настоящие изменения происходят в воображении, и зная это, мы сможем установить хорошие, близкие отношения с самими собой и другими.

 

Случайные книги

по теме

Случайные переводы

по теме

духовный кризис, психотерапия, юнгианское разное

Похожие переводы

  class="castalia castalia-beige"